Зажги свою звезду

Малфой вышел из пламени камина в гостиной на Гриммо 12 и был мгновенно встречен низко склонившимся в поклоне Кричером. Домашний эльф окинул его быстрым взглядом, явно отметив внешний вид Драко, а потом уставился на роскошный букет роз. Малфой мог поклясться, что в глазах старого сноба тётушки Вальбурги мелькнуло одобрение, после чего эльф торжественно провозгласил. – Госпожа Гермиона будет готова через несколько минут. Винки не торопится, но она уже почти закончила помогать госпоже Гермионе. – Спасибо, Кричер, – Малфой кивнул и принял предложение Кричера присесть, опустившись в одно из кресел возле камина. Через несколько минут стук каблуков на лестнице оповестил его, что Грейнджер готова и спускается в гостиную. Поднявшись на ноги, Малфой обернулся к лестнице и при виде Гермионы невольно застыл на месте. Одетая в тёмное платье в пол из струящейся, явно волшебной материи, Грейнджер являла собой видение изысканной сдержанности. Платье было приобретено в одном из довольно дорогих волшебных бутиков, где под ложной простотой скрывается элегантность и истинная стоимость. Конечно, Грейнджер следовало бы добавить сюда какое-нибудь сверкающее колье, но молодая женщина избрала ограничиться лишь элегантными серьгами и браслетом. Притом, россыпь мелких бриллиантиков на её запястье была надета поверх длинных рукавов непрозрачной ткани. Малфой внезапно сглотнул: именно на этой руке и было навечно вырезано ножом его ненормальной тётки клеймо «грязнокровка». – Выглядишь умопомрачительно, – восторженно процедил Малфой и сделал несколько шагов к вмиг замершей на месте девушке. Впрочем, Грейнджер машинально вложила свои пальцы в протянутую ладонь Драко, которую он галантно поднёс к губам, после чего протянул девушке роскошный букет роз. – Спасибо, розы просто изумительные, – Гермиона сохранила достоинство и никаким образом не высказала удивление, даже если его и испытала. После чего она позвала Винки и передала цветы ей. Винки материализовалась по зову своей госпожи практически мгновенно, без каких-либо вопросов и словно что-то само собой разумеющееся приняв букет цветов, завёрнутый в прозрачный материал. Гермиона в изумлении приподняла бровь, когда тонкая материя растворилась, превратившись в довольно изящную хрустальную вазу. А уже через секунду отметила для себя, что в отличие от неё самой, Винки подобным обстоятельством совсем не была удивлена. Впрочем, Грейнджер не собиралась маскировать свою реакцию перед Малфоем. Тот слишком внимательно следил за каждым изменением на её лице, чтобы Грейнджер могла даже допустить возможность, что её изумление осталось незамеченным. – Ещё раз благодарю, – Гермиона потянулась за своей бисерной сумочкой, которая мгновенно приняла цвет и текстуру её платья. – Конечно, дарить вазу было совершенно не обязательно. Я уверена, что у Гарри нашлось бы что-то подходящее. – Не сомневаюсь, – Малфой подхватил с кресла накидку, явно оставленную вездесущей Винки для своей госпожи, и набросил её на плечи Грейнджер. – Но вода заколдована и содержит специальный раствор, который позволит именно этому сорту роз оставаться свежими и благоухать довольно долгое время. Специальная формула одного из домашних эльфов моей матери, твои маленькие помощники этот состав не знают. Плюс, это такая мелочь, Грейнджер. – Ещё раз спасибо, – Гермиона улыбнулась, позволяя ему набросить себе на плечи шаль, и лишь слегка поморщилась, когда Малфой задержал руки на несколько мгновений дольше, чем позволяли приличия. Драко тут же отстранился, галантно предлагая ей локоть, который Грейнджер приняла спустя секунду замешательства и нерешительности, слегка пожав плечами. – Мы отправляемся в ресторан, – Драко внимательно наблюдал за реакцией молодой женщины на свои следующие слова. – Если ты не против, я аппарирую нас обоих. В противном случае, могу назвать адрес и мы переместимся по каминной сети. – Малфой, я вполне способна довериться тебе доставить нас по назначению, – Грейнджер подавила лёгкий вздох. – Уверена, ты меня не похитишь и не запрёшь в подземельях менора. – Отлично, – Малфой сам себя похвалил за быструю реакцию: инстинктом было отстраниться и начать оправдываться, что подобное даже в голову ей не должно бы приходить, но, уловив насмешливую улыбку на губах девушки, Драко выдохнул: Грейнджер всего лишь шутила. – Тогда отправляемся. В ресторане их разместили за столик практически молниеносно, многократно поклонившись Малфою и окинув его спутницу внимательным взглядом. Официанты очень сильно старались скрыть изумление, несомненно без труда узнав Гермиону, но им это не удалось. Про себя Малфой лишь хмыкнул: конечно, что может Гермиона Грейнджер делать в его сомнительной компании? Придержав кресло, Малфой помог своей спутнице усесться, впрочем, не упустив вновь слегка взлетевшую вверх в изумлении бровь Гермионы. В любом случае, Грейнджер его вежливо поблагодарила, приняла предложенное ей меню из рук официанта и вновь была вынуждена округлить глаза: Малфой уже заказал бутылку вина. Проводив прислуживающего им молодого волшебника взглядом, Грейнджер обернулась к Малфою. Впрочем, прежде, чем слишком очевидная насмешка могла сорваться с её губ, Драко уже примирительно приподнял руки: – Грейнджер, прежде, чем ты начнёшь возмущаться, что я уже заказал вино, просто его попробуй. Это лучшее, что у них здесь есть, и ты в любом случае предпочитаешь сладкое. Более того, это единственное вино, из которого они смогут убрать алкоголь волшебным образом, не изменив его вкус. – Откуда такие познания о моих вкусах? – Гермиона откинулась на спинку стула, скрестив руки на груди. Всё ещё выглядя при этом аристократично, как мгновенно отметил для себя Малфой. Каким образом она умудрилась придать этому жесту аристократичность, Драко не имел ни малейшего понятия. – Я много чего знаю, – мужчина ей игриво подмигнул. – Как ты наверняка уже догадалась, я наблюдательный. К слову, не меньше, чем ты. Иначе Аластор бы никогда не подменил мною тебя, не думаешь? – Держи друзей близко, а врагов ещё ближе? – Гермиона усмехнулась. Она тоже была наблюдательная, но просто ей и в голову никогда не приходило наблюдать, что именно там нравится Малфою, или какой алкоголь Драко предпочитает. – Это не совсем то, что я имел в виду, – Малфой про себя покачал головой: если она все будет принимать настолько в штыки, дела пойдут ещё медленнее, чем он рассчитывал или предполагал... Что по сути само по себе было странно и немного удивительно, ведь Малфой всегда считал, что в тандеме золотой троицы голосом рассудка была именно Грейнджер. Но Поттер дал ему второй шанс намного быстрее, каким-то образом умудрившись закрыть глаза на все предыдущие проблемы. Да, они грызлись довольно долгое время, даже пару раз обменялись метко брошенными друг в друга и далеко не самыми приятными заклинаниями, одно из которых из-под палочки Поттера оставило на груди Драко весьма памятный след. Но в конечном итоге Поттер всё-таки смог абстрагироваться от предыдущих конфликтов, и сейчас они общались лучше, чем кто-либо другой. Иногда Малфой даже думал, что с Поттером они были ближе, чем избранный на данный момент был с Рональдом Уизли. А ещё Малфою всегда казалось, что Грейнджер прислушивается к мнению Поттера, учитывает его, когда строит свои выводы. Сейчас же оказалось, что это не совсем так. Грейнджер явно мнение Поттера особенно сильно не учитывала, или Гермиона позволяла своим чувствам затуманивать логику намного больше, чем Драко когда-либо предполагал? В принципе, это бы объяснило её отношения с шестым из Уизли, как и настойчивое неприятие самого Малфоя. Или Драко так насолил ей в прошлом? Его высказывания имели такой эффект? Грейнджер никогда особенно не подавала виду, что его оскорбления достигают цели и ранят настолько остро, быть может, ему стоит серьёзно задуматься? Быть может, была намного более важная причина, по которой именно Гермиону Кингсли когда-то не просил участвовать в своей маленькой программе шефства над детьми Пожирателей? И быть может, причина была отнюдь не в том, что подобное считалось «ниже её достоинства», как все бывшие слизеринцы между собой когда-то заключили. Быть может, причина была на самом деле личной? Кингсли всегда отличался наблюдательностью и гибкостью ума, не зря же когда-то он был выпускником собственного факультета Драко, неужели их нынешний министр все это быстро почувствовал? И решил не вовлекать Гермиону, чтобы не подвергать возможности очередной пощечины и оскорблений? Решил, что она уже и так прошла через достаточно стресса. – Скажем так, – Драко молчал не так долго, как ему на самом деле показалось. Все эти размышления пронеслись в сознании мгновенно, и он достиг определённого решения. – Причиной, по которой я за тобой наблюдал, было отнюдь не это. И прежде, чем ты сейчас с выражением лица МакГонагалл осведомишься, что же это было, давай я сразу пообещаю: я тебе все расскажу, но только не сегодня. Грейнджер несколько мгновений измеряла его задумчивым взглядом, а потом кивнула, вновь взяв в руки меню. Пробежавшись глазами по строчкам, она отложила его в сторону и пригубила стоявший перед ней бокал с водой. Малфой вновь про себя погрузился в размышления: он был далеко не уверен, что Гермиона когда-либо была в этом ресторане, но ещё больше он сомневался, что она не примет любое предложение о помощи с выбором блюда в штыки. И, как оказалось, был прав. Прищурившись, Грейнджер заговорила. – Судя по тому, что предложенное мне меню не имеет ценников, смею предположить, что разделить со мной бил ты не намерен. Что ж, посмею осведомиться: что там у вас в традициях? Ты просто делаешь заказ за меня, особенно если учесть, что уже так непрозрачно намекнул о своей осведомлённости о моих вкусах? Или я должна разыграть спектакль, где я кокетливо спрашиваю, что здесь считается лучшим? А потом ты либо предлагаешь сделать за меня заказ сам, либо долго рассказываешь о достоинствах кухни именно этого ресторана? И пойми меня правильно, если нужно, я согласна сыграть, хотя очень сильно подозреваю, что судя по уровню этого заведения и сидящей здесь публики, во что бы я не ткнула пальцем, окажется просто амброзией. – А ты сегодня прямолинейна, – медленно протянул Малфой, по привычке растягивая слова. Интересно, она догадывается, что сейчас он не просто выпендривается, а реально тянет время, давая себе возможность обдумать её речь и просчитать свой следующий ход? – Можешь говорить честно, – Грейнджер вновь пригубила воду и подняла на него насмешливый взгляд. – Не надо просчитывать на десять ходов вперёд и пытаться придумать лучший ответ. Отвечай напрямую и не прогадаешь. – Отлично, – Малфой тоже откинулся на спинку своего сидения и скрестил на груди руки. – Счёт уже оплачен, ты права. Потому что препираться после трапезы я не намерен. Заказывать ты можешь всё, что хочешь, здесь нет правил и заморочек. Это скорее твой ход, а не мой. Привёл я тебя в этот ресторан не для того, чтобы поставить в неудобное положение, подчеркнуть, что подобное место ты вряд ли когда-либо посещала, или ткнуть носом во что бы ты уже себе не напридумывала. Это просто реально первое место, которое пришло мне в голову, когда я тебя пригласил. Достойное тебя, если уж мы говорим начистоту. И ты права, любое блюдо здесь выше всяких похвал, но они больше всего знамениты мясом и вином. Вино я уже заказал, оно подходит ко всему, что бы ты ни выбрала. Дальше, как я уже упомянул, твой ход. Хочешь, ткни пальцем в любое блюдо. Хочешь, проверь моё заявление, что я изучил твой вкус и смогу выбрать что-то, что придётся тебе по нраву. – А учитывая, – Гермиона хитро усмехнулась. – Что если верить твоим словам, то по вкусу мне будет любое, во что бы я не ткнула пальцем, это будет не так сложно. Впрочем, чего греха таить. Я действительно здесь никогда раньше не была, действительно не знаю, что здесь лучше, поэтому осмелюсь положиться на твой вкус. С этими словами Гермиона отложила меню в сторону и сделала приглашающий жест ладонью. Драко усмехнулся, мысленно сравнивая эту прелюдию с походом Дерека и Грейнджер в изысканный маггловский ресторан. Сцена на этот раз была намного дольше, включала в себя оборону и нападение, но после всех разборок, конечный результат оказался тем же: Грейнджер позволила ему сделать выбор за себя. Что ж, Малфой не ожидал, что все будет легко, или, что Гермиона сдастся без боя. Ведь в конце концов, их баталии давно уже были легендарными, вот только начинать очередное словесное сражение Драко совершенно не собирался. Коротко кивнув головой, он жестом подозвал официанта и, практически не глядя в меню, сделал за них заказ. Официант перевёл вопросительный и явно выжидающий взгляд на Грейнджер, словно поверить не мог, что легендарная ведьма позволит Малфою за себя решать. Гермиона не шелохнулась. Не дождавшись желанной реакции, официант слегка обиженно поджал челюсть и удалился. На губах Гермионы играла такая многозначительная улыбка, что Малфой ни на мгновение не усомнился: Грейнджер прекрасно оценила реакцию официанта по достоинству, и теперь ожидала его комментариев. Вот только Драко предоставлять их был не намерен. В очередной раз пригубив бокал с вином и демонстративно смакуя его вкус, он оглянулся по сторонам. Многие из присутствующих в помещении волшебников изредка бросали на них наполненные разной степенью укоризны взгляды. Малфой был совершенно не уверен, кто осуждал их и за что… Забавно, но взгляды чистокровных волшебников-мужчин, которые он ловил на себе, скорее содержали некоторую зависть и очевидное понимание. Приняли его поступок за очередной тонкий расчёт приспособленцев-Малфоев? Мысль смешила своей иронией: их удивляло не поведение Драко, а решение Грейнджер. Впрочем, если Гермиона на что-то и обратила внимание, то виду не подала. Их салаты были доставлены довольно быстро, что тоже было нормой. Если основные блюда и готовились на заказ, то практически всегда овощи нарезались заранее и просто сохранялись под чарами свежести. Впрочем, учитывая спрос на это заведение, блюда обычно в любом случае не застаивались. Гермиона поблагодарила официанта, одарив его практически дежурной улыбкой, так знакомой Малфою благодаря своей матери, и аккуратно поднесла первую вилку к губам. Малфой сглотнул, проследив за кусочками салата, исчезающими за пухлыми губами девушки, и заставил себя отвести взгляд. Интересно, она сделает хоть какой-то комментарий о качестве еды или промолчит? Ведь в конце концов, это вновь некая борьба за первенство, особенно учитывая, что ресторан выбрал он. Грейнджер его удивила… – Ты был прав, необыкновенно вкусно, – аккуратно проглотив пищу и промокнув губы салфеткой, Гермиона подняла на него довольно дружелюбный, хоть и несколько прохладный и взгляд. – Поистине волшебный соус и хлеб просто тает во рту. А кухня у них здесь ведь основана на французской? – Совершенно верно, – Малфой кивнул. – Надеюсь, ты не возражаешь? – Конечно, нет, – девушка пожала плечами. – Как я могу иметь какие-либо возражения перед признанной лучшей кухней в мире? Правда, быть может в следующий раз просто шутки ради, Малфой, познакомить тебя с пиццей? Можно попросить Гарри даже заказать для следующего ужина, будет забавно посмотреть на вашу реакцию. Рональд когда-то довольно долго негодовал, что «это» смеют называть едой. – Почему я не удивлён? – Драко вопреки самому себе прищурился. Одно лишь упоминание об Уизли всколыхнуло в душе волну раздражения. Пришлось мгновенно обуздать это чувство, потому что вспыхивать при одном упоминании о «бывшем» Грейнджер было элементарно глупо. – Однако, смею тебя уверить, что с пиццей я уже знаком. – Серьезно? Какими судьбами? – Грейнджер даже вилку отложила, облокотившись на стол и уронив подбородок на переплетённые пальцы, одновременно всем корпусом наклонившись вперёд. Просто воплощение удивления и ожидания. – Финч-Флетчли накормил в рамках этой вашей довольно успешной, должен сказать, программы. Пиццерия явно числилась в его списке привлекательных вещей из не волшебного мира. – А, – улыбнувшись, Гермиона кивнула и вновь подняла вилку и нож. – И как впечатления? – Если ты сейчас намекаешь на мою голубую кровь и мнение, что пицца является, как там Финч-Флетчли выразился? «Плебейской едой»? То посмею тебя разочаровать. Я нашел её довольно вкусным и удобным блюдом, которое мы с Поттером не раз заказывали поздно ночью, когда приходилось задерживаться в Аврорате. Правда, даже моих приказов, похоже, для Кричера недостаточно, чтобы приготовить пиццу дома. – Неужели? – Гермиона вопреки себе рассмеялась. Заливисто и легко, словно они на самом деле были хорошими друзьями и его шутка была особенно удачной. – Впрочем, не могу сказать, что уж очень сильно удивлена. Скорее, я нахожу забавным, что Гарри до сих пор не отправил его в Хогвартс. – Или, элементарно его не приструнил, – Малфой пожал плечами. – Кричер ведь очень стар и всё-таки привязан к дому Блэков. Сказать тебе по правде, если Поттер его освободит, тот не будет знать, что с собой делать. Легче оставить его в покое. – Отказываюсь понимать эту рабскую психологию, – Гермиона устало пожала плечами. – Хотя, не могу сказать, что все это уже настолько удивительно. В волшебном мире подобное, конечно, не обсуждают и в Хогвартсе не преподают, но в мире магглов с рабством разобрались очень давно, хорошенько изучили его и не скрывают правду. Когда отменили рабство, не все приветствовали свободу. Да и если совсем начистоту, то нужно очень хорошо продумывать мельчайшие детали, когда даешь рабам свободу. Порой без продуманных нюансов и средств к существованию для старых рабов свобода приравнивалась к голодной смерти. Думаю, что если учесть волшебные контракты и обстоятельства домашних эльфов, которые оставались такими на протяжении многих веков, то все это не удивительно. Впрочем, ты прав. Приструнить Кричера Гарри вполне мог бы. Малфой усмехнулся и покачал головой, что мгновенно вызвало очередную вспышку Грейнджер. Опасно прищуривавшись, та пустилась с места в карьер: – Что, Малфой, прочтёшь мне сейчас лекцию, как я не разбираюсь в этом, а по причине своего рождения и статуса крови не способна понимать тонкости построения волшебного мира? Например, сейчас выдашь мне какую-то волшебную философию по поводу того, как на самом деле рабство прекрасно для рабов? – Грейнджер, ты всегда говоришь за своих собеседников, или подобная привилегия надежно зарезервирована исключительно для меня? – Малфой отложил в сторону вилку и нож и склонился вперёд, облокотившись на стол и переплетя пальцы между собой точно таким же образом, как совсем недавно это сделала сама Гермиона. – Я не собирался оспаривать логику или правдивость твоих слов. Да, меня растили думать и вести себя определённым образом, менять свои взгляды сложно и это довольно неблагодарный труд. Как и стезя, путь по которой занимает довольно долгое время. Но это не значит, что если меня, как и многих других, Нотта и Паркинсон, например, ткнуть носом в доказательство правильности противоположных взглядов, то мы не способны их воспринять и даже изменить свои. Ты же сама доказывала, что нужно всего лишь показать нам другой путь, дать нам возможность окунуться в факты самостоятельно и увидеть все своими глазами, и выводы не заставят себя долго ждать. Или в твоей голове все это справедливо лишь для других, а я просто безнадёжен? Грейнджер сосредоточенно молчала, что Малфой на своём веку свидетельствовал не так часто, точнее, этого никогда не случалось в их предыдущих спорах. Услышала его аргументы? Или сам Драко тоже не безгрешен в тех самых предвзятостях, в которых только что обвинял Гермиону? К своему огромному стыду, Малфой был вполне готов признать последнее. Наконец, словно придя к какому-то выводу, Грейнджер кивнула и, аккуратно положив на свою вилку с помощью ножа следующий кусочек еды и проглотив его, продолжила разговор уже в совершенно другом русле. – Джастин говорил, что водил тебя в театр? Вы посещали кинофильмы? Было бы любопытно узнать, какое впечатление все это на тебя произвело. – Сказать по правде, – Малфой с готовностью принял новую тему разговора, словно прошлый аргумент и не случился меньше минуты назад. – В театре я раньше бывал. Да и многие сюжеты так называемых «сказок» строятся на реалиях нашего мира, поэтому мне это всё знакомо. Например, когда я посетил когда-то в детстве с родителями «Спящую красавицу», отец очень долго строил предположения, какое именно зелье использовала старая ведьма на героине сказки. – Мнения твоих родителей не совпали? – Гермиона удивлённо приподняла бровь. – На самом деле, мать была слишком захвачена бурей негодования и возмущения по поводу того, как они изобразили заколдовавшую принцессу ведьму. Она очень оскорбилась. Отец потом бурчал что-то о схожести с некоторыми представительницами семейства Блэк, но тут я не могу утверждать наверняка. Это было уже явно не для моих ушей и подробности мне не рассказывали. Гермиона звонко рассмеялась, словно наяву представив себе Нарциссу, пылающую праведным гневом из-за представления «чёрной» волшебницы, как безобразной старухи. Сама Грейнджер могла похвастаться опытом взаимодействия лишь с несколькими «достопочтенными» представительницами этого семейства, но могла бы честно признаться, что и Беллатрикс, и портрет Вальбурги легко бы представила на месте любой злой колдуньи из старых сказок. – Хочешь сейчас сказать, что и тётка Вальбурга, и Белла вполне могли бы запросто исполнить роль любой из этих ведьм? – Драко хмыкнул, при этом совершенно беззлобно приподняв бровь, но заметив выражения шока на лице Грейнджер, мгновенно продолжил. – Успокойся, я совершенно не в обиде, и к слову, не читал твои мысли. Просто, моё мнение тут с тобой полностью совпадает, как, мне кажется, и мнение моего отца. Конечно, положив руку на сердце, не мог бы утверждать, что моя бабка по линии Люциуса, как и все остальные женщины, вошедшие в род Малфоев, являются не только ангелами во плоти, но и просто добрыми волшебницами, но эти две явно перехватили пальму первенства. Впрочем, Нарцисса вполне может иметь и немного другое мнение по этому поводу. В конце концов, со своей свекровью они не ладили поистине волшебно. Гермиона кивнула, предоставив всё свое внимание тарелке с ужином и явно проглатывая уже готовые сорваться с языка колкости вместе с изысканно приготовленной пищей, когда Малфой вновь заговорил. Прищурившись, Драко продолжил довольно насмешливым голосом. – Если ты хочешь заметить, что подобное тебя не удивляет, то ты меня совершенно не оскорбишь. Так что можешь смело поупражняться в остроумии, я не против. – На самом деле, – вновь отложив приборы в сторону, проговорила Грейнджер. – Я просто хотела сказать, что натянутые отношения между семьями супругов и ново-введённым в семью избранником или избранницей редко бывают безоблачными. И тут совершенно неважно, говорим мы о магглах или волшебниках, это просто универсальное правило. – Серьезно? Мне думалось, что ты смотришь на отношения в семье Уизли под другим углом. Например, Молли боготворит Поттера, да и насколько мне известно, к супруге Билла, Флёр-в-девичестве-Делакур придраться сложно. – Но вполне возможно, – Гермиона усмехнулась. – Что и Молли, и даже Джинни с лёгкостью и делали. Впрочем, я очень давно с ними не общалась на эту тему и могу быть не в курсе, но очень удивлюсь, если Молли вдруг решила принять Флёр с распростёртыми объятиями и без какой-либо критики. Это же её бесценный Билл! – Как и бесценным был у неё малыш Ронни? – Драко насмешливо приподнял бровь, но Гермиона вновь не приняла наживку. – Мы расстались с Рональдом довольно быстро, наши отношения с Молли никогда не перешли на стадию «свекровь и невестка». Уверена, если бы это случилось, Молли нашла бы у меня кучу недостатков и к чему предъявить претензии. Если сравнивать нас обоих, то и искать долго не нужно. Малфой смерил её долгим взглядом, но Грейнджер вновь умолкла. Драко показалось, или за этой короткой фразой скрывался целый подводный айсберг эмоций и горького послевкусия? Впрочем, мужчина мудро решил покамест не копать глубже, ведь в конце концов, его это совершенно не касалось.