Хорошие дети не плачут

Привычка видеть тебя подобна привычке верить твоим словам. Ты проявляешься так подробно, что можно даже не рисовать. Мы состоим из звонков и писем, людьми надежно окружены. И каждый дерзок и независим от огнестрельных и ножевых. Живем деталями и штрихами, как будто время не смотрит вслед. Я так умею тебя стихами, что разрешается не взрослеть, смеяться громче, у самых кромок стоять на цыпочках — высота! Моих колец и татуировок, не прикоснувшись, не сосчитать. И наша осень — мороз по коже, такая резкость и глубина. Мы так отчаянно не похожи, что бьется символом каждый знак. Тебя почувствовать, петься, длиться — теплом в мерцающей глубине… Когда я переверну страницу, не останавливайся во мне. © Светлана Лаврентьева

Сашка с раздражением глянула на экран смартфона. Марта писала, что они благополучно добрались, сейчас ждут еду и скоро поедут на площадку. Любимая девушка как будто нарочно вела себя просто идеально, и собственной матерью, и со Светланой. Это злило, выводило из условного равновесия. Чтобы нормально заниматься, готовиться к экзаменам, первый был назначен на следующую пятницу, Саша постаралась эмоционально отстраниться от происходящего. На сообщения матери или Жуковой отвечала игнором, тут же удаляя, разговоры с Мартой, все еще не оставлявшей попыток заставить ее помириться, ну или хотя бы просто выслушать, пресекала или переводила на другие темы. Отвечать на недоверие прощением и пониманием не получалось, обида оказалась гораздо сильнее, чем Сашка думала поначалу. В конце концов, мама Света сделала для нее очень много и у них всегда были хорошие отношения, временами ей казалось, что один откровенный разговор поможет. Только вот выходка Эллы, помноженное на материнское молчаливое согласие перечеркнуло все хорошее, что было до. Частью разума Саша понимала, что ведет себя излишне резко, но поделать с собой ничего не могла. Эмоции все еще не улеглись. Да и как простить, забыть предательство самого близкого человека она не знала. Как будто мама изначально считала ее способной на кражу, Элла лишь заставила ее поверить в неприглядный Сашин поступок, мнение самой Саши никто не желал слушать, а теперь она сама не хотела разговоров на эту тему. В общем и целом Сашка просто запуталась в происходящем, слишком много всего произошло за короткое время. Копаться в своих чувствах чересчур глубоко она не могла — если окончательно расклеится, станет себя жалеть, то об экзаменах и поступлении придется забыть. Моральных сил на учебу и выживание у нее попросту не было. Учеба в колледже на бюджете, точнее, поступление, стало для нее единственной важной целью и средством в принципе держаться за эту жизнь. — Санечка, иди ужинать! Проигнорировав сообщение от Марты, набрала ответ на один из своих комментариев, после чего отложила телефон. Бабушка уж точно ни в чем не виновата и заставлять ее ждать было как минимум невежливо. Изобразив на лице улыбку, Сашка прошла на кухню. Очень вкусно пахло куриной лапшой, а на столе ее уже ждала забавная тарелка в утятах. — Так вкусно пахнет! Бабуль, ты волшебница, ты об этом знаешь? — Ешь давай. И отдохни хоть немного от своих занятий, часами ведь сидишь. — Бабуль, от моих знаний зависит поступление на бюджет. Экзамены быстро закончатся и все, я буду отдыхать. Честно-честно. — Еще «честное пионерское» скажи, — Лия Давыдовна по-доброму усмехнулась. — Кстати, Марта повезла маму на концерт Снайперов. Сейчас где-то там поедят и поедут на площадку. — Но тебе это не нравится, — проницательно заметила пожилая женщина. — Санечка, это нормально, что Марта общается со Светой. Вы же одна семья и нужно как-то находить общий язык… — Не знаю, кто там кому семья, — проворчала Сашка, доедая последние ложки супа. — Я вообще хотела узнать, можно она к нам приедет? Марта? А то мамам захочется побыть вдвоем, нам будет неудобно… — Да ради Бога. Они обратно как? — На поезде. — Вот и напиши Марте, чтобы приехала сразу сюда. — Бабуль, ну это будет поздно уже. Поезд около двух часов приедет. — Ничего страшного. Приглашай Марту. Она же не будет отвлекать тебя от подготовки? — Ну ба! — Сашка, оценившая подкол, рассмеялась. — Спасибо, было очень вкусно. Сиди, я сама все уберу. — Ладно, хорошо. Чай попозже? — Да, потом. Перемыв посуду, уже не в таком мрачном настроении, Саша навела порядок на кухне и вернулась в свою комнату, оставив бабушку досматривать серию очередного «бразильского» сериала. Сильнее всего обижало то, что когда она говорил правду — мама Света ее не слышала, а теперь добавилась и Марта. Она, как домашний ребенок, не понимала Сашиных проблем, да и не могла понять, наверное. Только вот поддержки хотя бы с ее стороны очень хотелось и Саша злилась каждый раз, когда Марта пыталась завести разговор о примирении. «Ладно. Пусть и правда приедет, с бабулей познакомятся…», — решив не ссориться с подругой, Сашка набрала сообщение сначала Марте, потом Диане. Отложив телефон, поудобнее устроилась за рабочим столом и открыла сборник с задачами. Окончания школы она ждала с нетерпением, но в то же время будущее немного пугало.

***

У входа в ресторан, а точнее, итальянское бистро, Марта стащила обожаемую панаму и спрятала в рюкзаке. Столик она выбрала в середине зала, одно место пряталось в нише, обитой мятно-зеленым бархатом и выглядело уютно. В целом ей здесь уже нравилось, людей в это время было мало — заняты всего пару столиков, да какой-то парень в кислотно-желтой толстовке сидел за барной стойкой. — Ой, простите… — к столику, за которым сидели Светлана и Марта, смущенно улыбаясь, подошла девушка. Ее спутница осталась за столиком у она и поглядывала в их сторону. — Можно автограф, Светлана Яковлевна? Марта, стараясь сдержать улыбку, уткнулась в телефон. Пока Сурганова оставляла какие-то добрые пожелания для неизвестной им Риты, подошел официант и отдал папки с меню. — Извини, иногда подходят… Тебя это не смущает? — Да без проблем. Я сейчас Тёмычу напишу, что мы добрались… Примерно одинакового содержания сообщения отправились Сашке, Жуковой и Артёму, после чего Марта убрала смартфон обратно в рюкзак. — Что будешь заказывать? — А вы? — Салат с ростбифом и чай. — Тогда я тоже салат. И кофе, — Марта подозвала жестом официанта. Молодой человек принял заказ и снова оставил их одних. — Мы здесь были как-то раз, еще с Тёмычем. Он на спор съел самую острую пиццу с халапеньо, потом долго не мог ее запить. Молочные коктейли не помогли, он ныл и демонстративно страдал. А потом спустя месяц заказал большой баскет с острыми крыльями и все повторилось. — В этом Артём очень похож на Диану, — Света с улыбкой покачала головой. «Одинаково любят наступать на одни и те же грабли, демонстративно страдать и ныть, требуя, чтобы пожалели», — подумала Марта, но разумеется, вслух не произнесла. Ей не хотелось жаловаться на братца или мать, выглядеть глупо, нытиком и обиженной маленькой девочкой. Тем более что они с Тёмкой оба под настроение объедались или острой, или слишком сладкой едой, иногда на спор. — Наверное. Меня раньше бесило сравнение, типа я копия маман. — А сейчас? — Ну, я повзрослела и поняла, что у нас есть какие-то общие черты, но в целом я — это я. — Знаешь, я не думаю, что ты копия Дианы. Внешне — да. Но характер… Ты более спокойная, закрытая, у тебя есть четкое понимание, чего ты хочешь от жизни. Тебя не кидает из крайности в крайность, как Диану. — И хорошо. Одной такой нам в семье вполне хватит, — Марта усмехнулась и убрала волосы, упавшие на глаза. И ровно в этот момент официант принес заказ. — Сейчас поедим, я сбегаю за цветами и можем ехать удивлять маман. — Ты думаешь, она обрадуется? Сурганова, в отличие категорично настроенной Марты сомневалась в том, что сюрприз получится. Слишком много вариантов развития событий крутилось в голове, к тому же Диана, за почти тридцать лет знакомства, все-таки могла выдать нечто непредсказуемое. — Уверена. Да не переживайте вы так, все точно будет хорошо, — ободряюще улыбнувшись, Арбенина-младшая принялась за салат, не забыв сфотографировать красивую пенку в виде цветка на большой чашке капучино.

***

На площадке они оказались чуть больше, чем за час до концерта. По прикидкам Марты все шло по плану, она совершенно не нервничала, прекрасно зная, что мать только обрадуется появлению любимой женщины. При любых других условиях она бы ни за что не стала вмешиваться в личную жизнь матери, но тут — просто не смогла сделать вид, как это было раньше, что ее это не касается. Гримерка нашлась быстро, их проводил первый встреченный музыкант — Саша Аверьянов. Марта с ним несколько раз общалась по поводу своих занятий, они быстро нашли общий язык, в целом он казался Арбениной-младшей вполне нормальным. А еще она невольно проникалась уважением к людям, которые добровольно работали с ее матерью. — Спасибо, мы дальше сами. Барабанщик убежал по своим делам, Марта сунула Светлане букет — кремовые и розовые кустовые розы. Выдохнув, потянула ручку двери на себя — отступать было бы глупо. — Мам, смотри, кто к тебе приехал. Я пойду погуляю пока, — выдав эту скороговорку, Марта закрыла дверь за Сургановой. Выждав две минуты для верности — воплей и грохота не последовало, — с довольной улыбкой закопалась в рюкзаке. Пальцева, решившая проверить свою подопечную, увидела под дверями Марту и зависла. — Привет. — Здрасьте. Я Светлану привезла, мириться. Прицепив на ручку двери ярко-красную табличку «Не беспокоить», улыбнулась, довольная результатом. — Выросли детки. — Слушайте, а Аверьянов где? Он мне срочно нужен. — Покурить выходил. Пойдем, провожу. Марта нацепила рюкзак и пошла следом за Ларисой. Она хотела попросить парочку советов по поводу техники, каникулы планировались более-менее свободными и ей хотелось успеть позаниматься, ну и порисовать в свое удовольствие. А на ютубе или в тематических блогах советы слишком разнились, что считать за истину она просто не понимала. — Саш, удели барышне пару минут. При виде явно чем-то недовольной и строгой Пальцевой барабанщик быстро закинул в мусорку недокуренную сигарету и уставился на Арбенину-младшую. — Привет. Че хотела? — Совет нужен… — Марта стала что-то показывать в телефоне. Лариса, убедившись, что ребенка явно никто не обидит, решила кое-что выяснить. Жукова ответила на звонок со второго гудка, будто ждала. — Лен, что в нашем дурдоме опять творится? Безумству храбрых — венок со скидкой? Лена, застигнутая врасплох вопросом, поперхнулась. — Кофе не в то горло попало. — Марта твою притащила на концерт. — Теория с апельсинками дала сбой. А что, они опять поцапались? Твою ж… — Да не паникуй, все тихо было. — Ну ладно. Я просто не представляю, как Светку потом обратно в кучу собирать. После очередной попытки в долго и счастливо. — Достали вечные танцы на граблях. И разойтись не в состоянии, и жить вместе неспособны. — Может и получится что, но я не верю. Диана собралась из Москвы в Питер переезжать. Дом продает, вот это все… — Она сказала, я не поверила, подумала — очередная блажь. А тут все серьезно. — Если что-то пойдет не так — звони, ладно? — Ладно, на связи. Пойду, проверю этих ненормальных. — Лар? С возвращением тебя. — Иди к черту, — Лариса сбросила звонок и все-таки улыбнулась. Во внезапную адекватность Арбениной ей не верилось, а даже если вдруг ее и постигло такое несчастье, то явно ненадолго. Но несмотря на недовольство своей подопечной, ее вечные косяки и нестабильную психику, сама Лариса тоже была рада возвращению. И касалось это не только финансовой стороны вопроса.

***

— Светка… — Диана, увидев любимую женщину на пороге гримерки, никак не могла осознать увиденное. Шок на ее физиономии сменился недоверием, испугом, радостью и все-таки непониманием, как это в принципе могло быть — Сурганова сейчас должна была быть в Питере, заниматься своими делами, Сашкой в конце концов и разводом с той-кого-противно-вспоминать. Цветы, конечно же красивые, машинально перекочевали в руки Арбениной, а оттуда — на гримировальный столик. — Мы как-то не очень хорошо поговорили в прошлый раз. Прости. Арбенина, все еще не веря собственному счастью, потянулась за поцелуем — лучшим доказательством реальности происходящего. Вспоминать неудачный разговор не хотелось, тем более, что любимая женщина приехала специально ради нее. В последнее время Диана научилась это ценить. — Спасибо, что приехала. Я соскучилась. — Динка… Света, позволив стащить с себя кардиган, обвила руками Дианину шею и сильнее прижалась губами к сухим и обветренным. Арбенина не любила, когда у нее нагло перехватывают инициативу, это лишь раззадорило — на ходу избавляясь от Светиной и частично своей одежды, подтолкнула ее к дивану. Времени на примирение оставалось не так много, только торопиться, брать грубо, жадно и собственнически, прикусывая до боли и синяков, Диана не хотела. Она старалась быть нежной, чуткой, чтобы Света почувствовала себя по-настоящему любимой и желанной. Последняя связная мысль о том, как чертовски она соскучилась, потерялась в водовороте чувств и ощущений.

***

Ночное небо, затянутое тучами, осветили яркие всполохи огня — дом загорелся быстро, затрещало сухое дерево. Пламя перекинулось на сарай-пристройку, запахло паленой резиной, пошел черный едкий дым. Из бокового окна сначала выпала покосившаяся оконная рама без стекол, с кусками фанеры, а следом за ней — двое мальчишек, восьми и девяти лет. Грязные, в копоти, кашляющие до рвоты, они пытались отдышаться и осознать произошедшее. — Там же девчонки! — младший рванул было обратно, попытался было подтянуться на руках, но старший дернул его за ногу, оба свалились на землю, продолжая кашлять. В доме что-то затрещало, громко и страшно. — Пусти! Я пойду… — Сиди. Им пофиг. Угорели уже. Росшая вокруг дома сирень озарялась красно-желтыми языками пламени, огонь стремился вверх, все выше и выше. Нагретый воздух дрожал, мальчишки отползли подальше от дома, за покосившийся забор, к дороге. Тишина вокруг, если бы не горевший дом, была бы идеальной. — Кость, надо к соседям бежать… — А что соседи? — Пожарку вызовут. Мы перекантуемся до утра у кого-нибудь, не тут же сидеть. — Ты так хочешь в приют? — Там хотя бы еда каждый день, туалет, игрушки разные. У нас все равно никого больше нет, — Андрей вздохнул. Он еще не осознал произошедшего, но погибшую в пожаре семью не жалел. Первым поднявшись на ноги, протянул руку Косте. Тот нехотя встал на ноги, стараясь не смотреть на дом, местами основательно почерневший. Соседи, у которых был телефон, жили в двух километрах от их дома. Мальчишки вышли на дорогу и быстрым шагом направились в нужном направлении. Спешить было попросту некуда. На повороте к соседней деревне они затормозили, увидев машину на обочине. Мужчина что-то делал с вещами в багажнике, довольно сильно пахло бензином. — Дядь, у вас телефон есть? — А что? Позвонить не дам. — У нас дом сгорел, мамка с папкой спали, остальные тоже, а мы в тераске были, успели выбраться, — доложил Костя. — Позвоните сами в пожарку. А то нам до соседей бежать в другую деревню, — попросил Андрей. Мужчина закрыл багажник, повернулся к мальчишкам. — Вас как зовут? — Костя и Андрей. Прошкины мы. «Тезка значит», — мрачно усмехнулся незнакомец. — У меня телефон сел, — спокойно отозвался мужчина. — Придется вам бежать до соседей. Отмахнувшись от вредного незнакомца, братья пошли дальше, по прямой дорога шла через поле, потом через небольшую лесополосу и овраги, в спину им светили фары, что облегчало путь. Мужчина вытер руки тряпкой, сел за руль, повернул ключ в зажигании. Он конечно не ожидал, что в доме кто-то выживет, и появление пацанов сбило его с толку. К тому же они видели его лицо… Это значительно усложняло задачу. Оставлять живыми свидетелей, пусть и таких мелких, было опасно. Неизвестно, что и кому они наболтают. Пожалев, что вообще взялся за это дурацкое дело, но вспомнив о приятной сумме в плотном конверте, утопил педаль газа в пол. Вторую половину он получит сегодня же, как только доложит о проделанной работе. А значит, сможет расплатиться с долгами и заняться уже своей дочерью. Правда о том, что у нее есть отец, Саша не подозревала.

***

Артём, едва ступивший на лестницу, ведущую на второй этаж, остановился — за спиной раздался звук открываемой двери и голос матери. — Заяц, тут офигенный спа, говорят… — Диана пропустила Сурганову вперед и залипла при виде сына. Тёмыч, с набитыми, как у хомяка щеками, держал в каждой руке по большому куску пиццы и удивленно смотрел на вернувшуюся мать. — Здрасьте. А Марта где? Прозвучало невнятно, но Арбенина уже вышла из ступора, рассмотрев в деталях ссадины, которых на любимом чадушке еще недавно не было — подбородок, лоб, оба колена украшали ссадины. — К Саше уехала, на Кавалергардскую. И что это значит? Тём, ты лось здоровый, тебя вообще одного оставить нельзя! — Гулял. Упал, — лаконично отозвался Артём. — Мам, давайте уже спать. Завтра довоспитываешь. — Ну, нахал… — Вы обе только с поезда, устали. Спокойной ночи, — Артём поспешил ретироваться к себе в комнату, надеясь, что завтра маман и не вспомнит о его ночном дожоре и их милой беседе. — Свет, ну ты видела? — Ну а что ты хотела? От осинки не родятся апельсинки… — Ой, все, — Диана помогла любимой женщине разуться и снять кардиган. — Ты первая в душ. Света согласно закивала и послушно направила на второй этаж вслед за зевающей Арбениной. Даже на первый взгляд коттедж ее впечатлил, но осматриваться совершенно не было сил. Этим она сможет заняться и утром, если, конечно ничего не случится и Диана ее не выставит прочь. — Кузнечик, вот тебе халат, вот моя чистая футболка. Дверь не закрывай. Возражения не принимаются, — глядя на слегка недовольную таким поворотом Сурганову, Диана лишь улыбнулась и поцеловала ее в нос. — Я не собираюсь к тебе приставать. Ближайшие полчаса точно. — Успокоила. А то я думала мою Динку кто-то подменил… — пробурчала Света и ушла в ванную. Диана вытряхнулась из кожанки, кинула ее в кресло к Светиному рюкзаку, сбегала в соседнюю спальню за вторым одеялом, открыла форточку, задернула шторы, включила ночники. «Вот точно старею… Когда это мы со Светкой просто спали в одной кровати? Второй раз уже…», — усмехнувшись собственным мыслям, перевела смартфон на беззвучный и поставила заряжаться. На самом деле она боялась, что Света откажется ночевать с ней в одной спальне и запросится в гостевую. Но она явно ничего не имела против и вторая маленькая победа подряд как никогда окрыляла. Самый глубинный страх, прочно поселившийся в душе еще с десяток лет назад, похоже, не находил убедительных подтверждений — в молодости Диане казалось, что их со Светкой отношения держатся только на музыке и сексе. Две незыблемые основы, и если убрать хотя бы одну — все развалится как карточный домик. Но происходящее показало, что лично ей, Диане Арбениной, важно просто быть рядом. Любить. Чувствовать. Секс не стал менее важным, но с возрастом видимо что-то щелкнуло в ее дурной голове и отсутствие интима в том или ином случае не казалось трагедией. А воспринималось вполне себе спокойно. Тем более, что примирение в гримерке вышло торопливым, но от этого не менее крышесносным. Зачем-то проверив бархатную коробочку, все еще спрятанную в кармане куртке, улыбнулась собственным мыслям и планам — ей очень хотелось не упустить последний шанс и сделать все для того, чтобы они со Светкой наконец-то стали семьей. Настоящей. — Все, можешь идти. — Ага, — зевнув до щелчка в челюстях, Диана поплелась в душ. Каждое движение давалось через силу, но валиться в чистую постель грязной совсем не хотелось. Света предсказуемо спала, когда Арбенина, закутавшись в белый отельный халат, вернулась в спальню. Но даже просто прижать ее к себе, вдохнуть родной аромат казалось самым большим счастьем и удовольствием, что Диана моментально и сделала.

***

Марта, отлично выспавшаяся в поезде, краем уха слушала излишне болтливого таксиста. Дорога обещала занять не больше десяти минут, но пришлось заезжать на заправку — за кофе и бензином. «Поскорее бы приехали уже… Сашке завтра на занятия, вставать рано, а мне тут нотации о внешнем виде молодежи читают. Едва авто припарковалось у нужной парадной, Марта поспешила выбраться наружу. Домофон оказался сломан и она кинулась в темноту, пропахшую сигаретами и сырой штукатуркой. Сашка ждала у входной двери, кутаясь в безразмерный теплый свитер. Марте казалось, что стоит им встретиться, провести вместе какое-то время, то все встанет на свои места. Недопонимания и обид больше не будет, они снова смогут общаться как раньше и существовать на одной волне. Так что на времяпровождение с подругой она возлагала серьезные надежды. — Солнце! — не сдержав эмоций, шепотом закричала Марта и кинулась с объятиями. — Привет! Нормально добралась? — Таксист — душнила. Пошли, тебе спать вообще-то пора. Завтра на учебу. — И ты душнила. Мартиш, ба постелила тебе в гостевой. — Пофиг. В школу меня возьмешь завтра. — Ладно, — Сашка быстро поцеловала подругу в щеку, открыла дверь в гостевую комнату и подтолкнула Марту войти поскорее внутрь, пока они своими воплями не разбудили Лию Давыдовну. — Спокойной ночи! — Спокойной ночи, — совершенно не расстроенная Марта осталась в полном одиночестве. Осмотревшись, убедилась, что розетка далеко от кровати и вздохнув, принялась минимально обживаться. Панаму и рюкзак она скинула в кресло, переоделась в чистую запасную футболку, подключила смартфон заряжаться через пауэр-банк и завалилась на кровать, не переставая улыбаться.