Злая сказка. Заполучить королеву

Мужчина, который в этот момент направлялся прямо к ним, явно был недоволен. Заметив его, Аграфена сразу встрепенулась и сделала несколько шагов назад. Попыталась придать себе равнодушный вид. Подойдя к ним вплотную, незнакомец бросил на Максима раздражённый, даже почти брезгливый взгляд. На вид тот был примерно возраста Аграфены, возможно, немного старше. Русые волосы, небольшие, неопределённого цвета глаза. Лицо обычное — такое нельзя было назвать красивым, хотя неприятным оно тоже не казалось. Чуть кривовато сидевший светло-серый костюм, слегка помятая рубашка. Типичный работник какой-нибудь захудалой конторы со средним заработком, с долей презрения подумал Максим. Мужчина наклонился к Аграфене и легко поцеловал в щёку. Обозначил позиции, так сказать. Молодой человек еле сдержался, чтобы не закатить глаза от всей дешевизны этого глупого жеста. «Вот же Лиза коза!» — недовольно подумал Максим. «Ведь ни слова не сказала о том, что у Аграфены кто-то есть. А это ведь просто в корне меняет дело!» — Привет, дорогая, — сказал незнакомец с еле заметным укором в голосе. — Прости, что опоздал. Пробки, — мужчина с извиняющимся видом развёл руками. — Ничего страшного, — Аграфена немного нервно улыбнулась. Девушка явно была смущена. Та продолжала отчаянно делать вид, что не замечает молодого человека, стоящего рядом с ней. Максим, тем временем, уходить не спешил. Он наблюдал за развитием событий с интересом. — Дорогая, ты не могла бы подсказать, с кем это ты разговариваешь? — спросил мужчина, не очень хорошо изображая вежливый тон. Аграфена обернулась на Максима с таким видом, будто только что его заметила. — Это… Ты его не знаешь, — слегка неуверенно проговорила она и пожала плечами: — Да мы только что познакомилась, всего пару минут назад. Как-то разговорились, — девушка невинно улыбнулась. Молодой человек отметил, что Аграфена вела себя совсем не так, как вела ещё минуту назад. Изменения были просто поразительными. От былой уверенности девушки не осталось ни следа. На это было почти жалко смотреть. Её партнёр застал Аграфену за обычным разговором, а та уже чувствовала себя чуть ли не преступницей. «Собственник», — заключил Максим. Видя смущение девушки, молодой человек решил прийти ей на помощь. — Позвольте представиться. Максим, — вежливо произнёс он и протянул мужчине руку. Тот с явным недоумением скосил глаза на его ладонь, но всё-таки пожал её. — Андрей, — он поглядел на Максима будто с сомнением. — Приятно познакомиться. — Взаимно, — молодой человек вежливо улыбнулся. — Вы работаете в «Кредо»? — поинтересовался мужчина, разжав рукопожатие. — Пока нет. Но планирую. Максим не сдержал доли ехидства в своём тоне. Слишком уж хотелось сбить спесь с напыщенного собеседника. Это сработало — Андрей посмотрел на него с таким видом, будто очень сильно сдерживался, чтобы не ударить. Молодой человек краем глаза заметил, как Аграфена бросила взгляд на группу руководства и тихо вздохнула. Той явно было неловко от того, что за этой эмоциональной сценой, по-видимому, наблюдала уже добрая половина редакции. Максиму невольно стало жалко девушку. «Надо же, такая умненькая, а встречается с таким придурком», — с грустью подумал молодой человек. Повисла неловкая пауза. Андрей с каким-то нездоровым энтузиазмом буравил Максима взглядом. — Максим, если я правильно поняла, вы хотите устроиться в наш журнал? — неожиданно спросила Аграфена, снова посмотрев прямо на молодого человека. — Да, всё верно, — Максим повернулся к девушке, продолжая краем глаза следить за Андреем. — Прекрасно, — Аграфена нервно сложила пальцы в замок. — В таком случае, вы можете прийти на собеседование завтра, в десять часов утра. Вам подойдёт это время? Молодой человек слегка растерялся, но быстро кивнул. — Отлично! — несколько неловко произнесла девушка. — В таком случае, ждём вас завтра. Когда придёте, скажете внизу, что на собеседование, вам подскажут, куда пройти. И да, не забудьте отправить свое резюме по почте. Надеюсь, где взять нашу электронную почту, вы разберётесь сами, — она вздохнула и немного устало спросила: — Всё понятно? Максим, всё ещё пребывая в лёгком недоумении, снова кивнул. — Тогда увидимся завтра, Максим. Не опаздывайте, — Аграфена сдержанно улыбнулась, а затем повернулась к Андрею: — Может пойдём? А то меня там, наверное, заждались уже. — Как скажешь, — равнодушно согласился мужчина. Они вместе уже сделали несколько шагов прочь, как Андрей обернулся и сказал Максиму с ехидной ухмылкой: — До свидания. Спасибо, что составили компанию моей девушке. Когда мужчина отвернулся, молодой человек не выдержал и фыркнул. «Фу, какая жалость! И не стыдно ему так позориться?» Максим с интересом наблюдал за фигурой девушки, уходящей вдаль. «И вправду, как странно», — отстраненно подумал он.

***

Аграфена стояла у себя дома у зеркала. Она снимала с лица макияж ватным диском, задумчиво рассматривая собственное отражение. Кто-то мог бы сказать, что Аграфена должна быть счастлива. И многие так и говорили. Действительно, почему бы ей не быть счастливой? Она получила почти всё, о чём только могла мечтать, причем чуть ли не мгновенно, как будто по мановению волшебной палочки. Девушка была с тем, кого по-настоящему любила, да и вдобавок имела более чем приличную работу. Разве это не верх всех мечтаний? Впервые в её жизни всё было хорошо. Настолько хорошо, что ей даже иногда становилось пугающе скучно. Аграфене до сих пор не верилось, что она по-настоящему была с Андреем. После всех этих долгих лет недомолвок и недосказанностей наконец-то всё было взаправду. В июне должен был исполниться уже год, как они встречались. Девушка и не помнила, чтобы она когда-то с кем-то была в таких серьезных отношениях. Обычно все её интрижки длились не более нескольких месяцев. Но тут, похоже, всё было иначе. И это даже, признаться, несколько пугало Аграфену. А вдобавок ко всему этому ей на голову свалилась ещё и должность главного редактора «Кредо». Это действительно была презабавнейшая история. Чтобы она, которая вот уже почти пятнадцать лет кое-как перебивалась на должностях официанток или продавщиц, и вдруг заняла самую высокую должность в таком журнале — смех да и только! Это всё и вправду случилось абсолютно случайно. Аграфена работала в «Кредо» в качестве секретарши, хотя раньше у неё и был кое-какой небольшой опыт в журналистике. Девушка мечтала, что когда-нибудь, в каком-нибудь необозримом будущем, ей возможно и позволят стать полноценным журналистом «Кредо». Но судьба распорядилась с Аграфеной иначе. Дело было в том, что её предшественник, который, между прочим, занимал должность главного редактора на протяжении очень долгого времени, как раз планировал покинуть свой пост, чтобы освободить его для следующего. Многоуважаемый, хотя по признанию многих, немного себе на уме, Федор Игнатьевич убедил всех, что кандидата на новую должность он должен назначить сам. Федор Игнатьевич довольно явно намекнул, что этот человек будет выбран из числа сотрудников «Кредо» — посторонние люди просто не могут знать всю специфику их журнала. Разумеется, это всё породило бурные споры. Все принялись гадать, кто же в итоге сможет получить желанный пост. Среди сотрудников сложилось несколько группировок, каждая из которых выдвигала своего «претендента». Настоящая предвыборная гонка, нечего сказать. Всё дошло до того, что группировки начали чуть ли не открыто враждовать между собой. Сама Аграфена в этих дебатах участия не принимала и уж тем более не вступала ни в какую из группировок. У девушки не было никакого желания вникать во все эти глупые офисные интриги. К тому же, ей вся эта история не нравилась с самого начала. Аграфена честно не понимала, зачем всем понадобилось устраивать такую шумиху. И вот настал судьбоносный день. Федор Игнатьевич наконец должен был объявить того, кого он назначит в качестве нового главного редактора. При воспоминании об этом дне Аграфена невольно поёжилась. Даже словами трудно описать, что началось в офисе, когда Федор Игнатьевич назвал её имя. Аграфена ведь даже настоящим журналистом толком не была! Конечно, это было безумием. Фёдор Игнатьевич сделал это назло всем группировкам. Дескать, за этими спорами они забыли о самом главном — о благе журнала. Закончив стирать макияж, девушка аккуратно вынула простенькие серёжки из ушей. Разумеется, решение Федор Игнатьевича было глупым и эгоистичным. Может, тот хотел, чтобы все покаялись и признали — единственным главным редактором «Кредо» может быть только он сам. Может, просто не верил, что журнал сможет существовать без него. А возможно и просто сбрендил. Поговаривали, что через несколько месяцев после этого прискорбного инцидента Фёдор Игнатьевич по неожиданному стечению обстоятельств был вынужден обратиться за психиатрической помощью. Впрочем, это вполне могло быть слухами. Аграфена не знала, почему тот решил выбрать именно её. После того дня девушка Федора Игнатьевича ни разу не видела. Впрочем, как практически и все остальные. Уже потом Аграфена вспомнила, как за несколько дней до объявления судьбоносного решения относила к нему в кабинет какие-то бумаги и тот спросил её, за кого она болеет в этой «предвыборной гонке». Девушка знала, он почти всех об этом спрашивал. На его вопрос она лишь пожала плечами. Аграфена не слукавила — она ведь действительно ни за кого не болела. Возможно, Федор Игнатьевич выбрал её именно поэтому. А возможно и просто так. Аграфена, слегка поморщившись, сняла резинку с волос и взялась за расчёску. Когда девушка пришла на работу на следующий день, она обнаружила там полупустую редакцию. А ещё гору приказов об увольнении на столе в своём новом кабинете. Большая часть сотрудников «Кредо» не оценила непопулярное управленческое решение Федора Игнатьевича. Если Аграфене не изменяла память, всего уволились около две трети персонала, если не больше. Действительно, какой смысл был работать в журнале, где главным редактором была бывшая секретарша, которая мало что смыслила в журналистике? Это был провал. Почти ни у кого не было сомнений в том, что журналу конец. Тут и чуда было мало, чтобы спасти «Кредо». Девушка медленными движениями проводила расчёской по волосам, по-прежнему глубоко пребывая в своих мыслях. Никто бы не осудил Аграфену, если бы она попросту отказалась от этой должности. Вот только кому её можно было отдать? Ведь теперь никто не хотел иметь никакого отношения к «Кредо». Это было ужасно, но их многоуважаемый журнал стремительно гибнул. А все вокруг просто с интересом наблюдали — чем же закончится эта дикая история? Поэтому Аграфена и решила всё-таки принять эту должность. Другого выбора у неё особенно и не было. На следующий день после «конца света» редакция была практически пустой. И всё-таки кое-кто остался. Может, они просто хотели посмотреть, чем закончится всё дело? Аграфена собрала крупицы людей в зале для совещаний, который теперь для своих целей явно был слишком большим. Девушка даже произнесла небольшую речь и пообещала, что несмотря ни на что попытается сделать всё возможное, чтобы журнал продолжил работу. Возможно, она была и не лучшим претендентом на эту должность, но сделает всё от себя зависящее и будет рада, если кто-то из них её поддержит. Аграфена не знала, насколько убедительно тогда говорила (потому что сама себе, она, если честно, не верила), однако, на удивление, никто из тех, кто был в том зале, из редакции не ушёл. И они снова начали работать. Людей было настолько мало, что большую часть времени они собирались как раз в тот самом зале для совещаний — а зачем далеко разбредаться? Там они и работали. Все вместе. Сборище безумцев, нечего сказать. Потом и кровью, но им все-таки удалось сдать новый номер вовремя. Поначалу они были так окрылены этим успехом, что даже поверили — а что, если у них действительно получится? Может, они, кучка неудачников, действительно смогут положить начало чему-то новому? Аграфена осторожно отложила расчёску на столик и принялась разминать запястья, всё также пристально разглядывая своё отражение. Но реальность, к сожалению, была не такой радужной. Им катастрофически нужны были новые сотрудники. Они попросту не справлялись с таким колоссальным объемом работы. Аграфена начала активно искать новые кадры. Но была одна проблема — к ним почти никто не хотел идти. А те, кто хотели, были таким сбродом, какого Аграфена просто вообразить не могла. Девушке подсказывали — бери всех, кто хотя бы более или менее подходит. Дальше мы разберемся. Но что-то Аграфене подсказывало — это было неправильно. Какой смысл набирать в редакцию кого попало? Им нужен был кто-то сведущий, кто-то, кто помог бы им разобраться с журналом и его направлением. Кто-то, за кем потянутся и другие. Вот только где было взять таких безумцев, которые согласятся у них работать… И тут в их редакции появилась Рудецкая. Довольно известная журналистка, которую со скандалом выгнали из прошлого журнала около двух лет назад. Как Вика сама потом ей говорила, «она лишь немного превысила свои полномочия, только и всего». Вот только после той истории никто её к себе на работу брать не хотел. Аграфене подсказывали, что она не должна её нанимать. Тем самым она оскорбит всё остальное журналистское сообщество, которое сообща решило игнорировать существование Рудецкой. Вот только Аграфене, если честно, было глубоко наплевать на журналистское сообщество, как, собственно, и сообществу — на Аграфену. И поэтому она и взяла Вику. Девушка немного грустно вздохнула. Собственно, на этом историю можно было и заканчивать. Это была не Аграфена, а Вика, кто спас их журнал. Вот кто был настоящим героем истории. А Аграфена лишь помогала той проводить бесконечную череду собеседований для обновления состава сотрудников. И пыталась как-то структурировать её поток гениальных, хотя иногда и безумных идей. Ну и, разумеется, занимала ту самую треклятую должность главного редактора в придачу к которой была груда несомненно важных, но и очень утомляющих обязанностей. Впрочем, Аграфена не сомневалась, что это было временно и в ближайшем будущем этот пост, несомненно, займёт сама Вика, как было и нужно. Они с ней, кстати, успели неплохо подружиться. Девушки стали друг для друга настоящей опорой во время всего этого безумия. Конечно, они с Викой были немного разными, но при этом достаточно удачно дополняли друг друга… Закончив любоваться на собственное отражение, Аграфена присела на кресло рядом и поджала ноги под себя. Начала медленно растирать пальцами уставшие от каблуков ступни. Девушка издала облегчённый вздох. До этого момента она и не осознавала, насколько устала после целого дня на ногах. А ведь завтра снова надо было на работу! Всё действительно сложилось очень удачно. Аграфена смогла подобрать новое здание для аренды помещения редакции как раз недалеко от места их с Андреем новой квартиры. Девушка, наверное, впервые за всю тридцать пять лет своей жизни жила в такой большой — трехкомнатной — квартире. И что самое приятное — она была её! Оформлена на её имя и даже наполовину оплачена её деньгами. Такой вот щедрый подарок на день рождения девушки сделал её возлюбленный. Андрей как раз в это время зашёл в комнату. Аграфена с улыбкой подумала, что ей нравилось, как тот выглядел в костюме. Жаль, что мужчина надевал его так редко. Встав у зеркала, Андрей принялся молча развязывать галстук. Девушка продолжала лениво наблюдать за ним с кресла. Действительно, о чем ещё Аграфене можно было мечтать? Она получила всё, что хотела, будто по мановению палочки. Как в сказке. Девушка задумчиво посмотрела куда-то в угол. Вот только Аграфена жила не в сказке. Она слишком хорошо знала, что за всё в этой жизни рано или поздно приходится платить. И ужасно боялась того момента, когда всё-таки придется расплатиться по счетам с судьбой. А Аграфена не сомневалась, что этот день настанет. — Дурацкий галстук… — пробурчал Андрей, продолжая отчаянно пытаться справиться с куском ткани, предательски опутавшим шею. Аграфена поспешила к нему на помощь, обрадовавшись возможности отвлечься от невесёлых мыслей. Мужчина смиренно опустил руки, позволив той самой развязать свой галстук. — Видишь, — сказала девушка, — это было не так уж и ужасно. И ты смог продержаться почти до конца. — Это было не так-то просто, чтоб ты знала, — фыркнул он. — Целый вечер со всеми этими напыщенными кретинами! Я думал, концы там отдам. — Бедняжка Андрей. Как же ты всё это выдержал? — Аграфена не смогла сдержать иронии. — Представляешь, а мне приходится терпеть это каждый день. Девушка с улыбкой сняла галстук и пошла к шкафу, чтобы повесить его на место. — Что-то я не слышу от тебя благодарности, — обиженным тоном произнёс Андрей. — А я ведь пошел туда только из-за тебя! — Спасибо, — Аграфена состроила рожу, подыгрывая над мужчиной, а потом сказала уже серьёзно: — Правда. Ты меня выручил. Тот посмотрел на неё с недоверием, а потом закатил глаза. Что-то недовольно пробурчав, Андрей с размаху сел в кресло. — Никакого уважения! — пожаловался он. Аграфена закрыла дверцы шкафа и снова направилась к мужчине. У девушки было хорошее настроение. — Кстати, может всё-таки объяснишь, что это за парень был там с тобой? — как бы невзначай спросил Андрей. — Как его там… Максим, что ли? — Почему я не удивлена, что ты это спросил? — теперь уже настала очередь Аграфены закатывать глаза. — Когда я пришёл, вы с ним о чём-то мило разговаривали. Интересно, о чём же? — поинтересовался он. — Я ведь уже говорила, мы познакомились буквально за несколько минут до твоего прихода, — Аграфена села на подлокотник дивана напротив Андрея. — Он просто хочет устроиться в наш журнал, вот и всё. Хотел узнать, что тут да как. — У главного редактора? — удивленно спросил мужчина. — Он не мог расспросить это у кого-нибудь чуть пониже статусом? — Он просто берега попутал, — хмыкнула девушка, а потом неожиданно для самой себя улыбнулась куда-то в пол. — Просто вы так друг на друга смотрели… — протянул Андрей, продолжая смотреть на собеседницу с крайним недоверием. Аграфена нахмурилась и закинула ногу на ногу. «А это всё больше напоминает допрос», — устало подумала она. — Нормально мы друг на друга смотрели, — ровном тоном произнесла девушка. — Вы флиртовали, — продолжал настаивать мужчина. — Да у вас двоих был такой вид, будто вы уже готовы раздеть друг друга! — Знаешь, у тебя богатая фантазия, — Аграфена вздохнула. — И вообще, почему ты так подробно меня о нем расспрашиваешь? По-твоему, я вообще не могу общаться с посторонними мужчинами? — Просто я тебя знаю, — сокрушенно сказал Андрей. — Ты ведь себя не контролируешь. — Чего? — девушка удивленно вскинула брови. — Когда на тебя обращает внимание мужчина, ты сразу теряешь голову, — убежденно сказал он. — Кто знает, чем бы всё закончилось, приди я чуть позже! Аграфена округлила глаза. — Ну конечно, как тут удержаться? — продолжал причитать Андрей. — Он же весь такой симпатичный и молодой… Куда мне до него! Вдруг девушке стало очень смешно. Она засмеялась. — Ну чего смешного? — обиженно спросил мужчина. — Не понимаю. — Ты ревнуешь, — спокойно пояснила Аграфена, продолжая улыбаться. — И вовсе я не ревную! — вспыхнул Андрей и добавил уже несколько спокойнее: — Просто я беспокоюсь за тебя. — Ревнуешь, — повторила девушка. — Да с чего ты это взяла? — мужчина в досаде покачал головой. — Ну как тут не заревновать — он же весь такой молодой и симпатичный, — с легкой издёвкой повторила его слова Аграфена. — Ты видел, какие у него голубые глазищи? Заглядеться можно! — Ну хватит уже, — недовольно пробурчал Андрей. — Ладно, может я и ревную. Немного! Вот только не понимаю, чего это ты так радуешься? — Просто это значит, что ты любишь меня, — с довольным видом сказала она. Мужчина посмотрел на ту с удивлением. — Ты только сегодня обнаружила? — он вскинул брови. — Нет, — девушка улыбнулась и мечтательно добавила: — Но всё равно каждый раз так приятно осознавать. Андрей закатил глаза. — Иногда мне кажется, что ты действительно настоящая дурочка. Аграфена засмеялась и уселась на подлокотник рядом с Андреем. — Поверь, этот парень мне абсолютно безразличен, — сказала она, прижавшись к мужчине. — Я же люблю тебя больше всех на свете, забыл? А Максим… он просто идиот, — девушка тихо фыркнула при воспоминании о голубоглазом молодом человеке. — Решил, что пофлиртует со мной и сразу получит работу. — Значит всё-таки флиртовал! — ухватился за её последние слова Андрей. — Ну только если совсем немного, — Аграфена улыбнулась. Она склонилась к мужчине и поцеловала. Девушка отметила, что даже спустя столько лет поцелуй с ним приносит ей столько же удовольствия, что и в первый. — Значит, ты не будешь брать его на работу? — с надеждой поинтересовался Андрей, отстранившись от Аграфены. Девушка усмехнулась и встала с подлокотника. Подошла к шкафу и начала переодеваться. — С чего ты взял? — спокойно кинула она через плечо. — Собеседование будет только завтра. Тогда и узнаем. — Ты же сказала, что он идиот, — недоуменно сказал мужчина, продолжая сидеть в кресле. — Ну это же не причина, чтобы не брать на работу, — Аграфена начала аккуратно снимать с себя платье. — А по-моему очень даже хорошая причина. Девушка хмыкнула и повесила платье на плечики. — Тебе всё ещё не дают покоя его большие голубые глаза, да? — с немалой долей усмешки сказала она. Мужчина помялся несколько секунд, а потом сказал со вздохом: — Он меня нервирует. А ещё он какой-то… скользкий. — Может ты и прав, — задумчиво сказала Аграфена, расправляя ткань на плечиках.

***

Когда девушка проснулась на утро, Андрея рядом уже не было. Другая половина кровати была пуста. Наверное, проснулся раньше и ушел по каким-то делам, а её опять забыл предупредить. Аграфена уткнулась лицом в его подушку и вдохнула запах мужчины, который та еще сохранила. Девушка с улыбкой вспомнила то, что чем они занимались на этой кровати совсем недавно. Аграфене даже показалось, что в этот раз Андрей был немного не таким, как обычно, как будто бы… внимательнее, что ли? Может, этому способствовала и их ссора. Кто знает? Девушка бросила быстрый взгляд на часы и со вздохом поняла, что и дальше нежиться в кровати она себе позволить не могла. Аграфена всё-таки была главным редактором, а значит, опоздания были для неё непозволительной роскошью. Она вылезла из кровати и поспешила в душ. «Что там у меня сегодня по плану?», — попыталась припомнить девушка. «Ах да, собеседование…». Аграфена невольно улыбнулась, вспомнив молодого человека, с которым ей вчера посчастливилось познакомиться. Симпатичный блондин с ослепительно голубыми глазами и красивой улыбкой. К такому, наверное, девушки липнут постоянно. Неудивительно, что он решил использовать своё природное обаяние в рабочих целях. Девушка тихо вздохнула, продолжая задумчиво натирать себя мочалкой. В глубине души Аграфена понимала, что доля вины за ней, конечно, тоже была. Она чуть ли не сама начала флиртовать с Максимом, потому что просто не могла себе отказать в том, чтобы немного повеселиться. Глупо, конечно. Ведь теперь ей приходилось расплачиваться. «Да уж, тот ещё типчик», — скептически подумала Аграфена, вспомнив то, как настойчиво тот пытался заслужить её симпатию. Конечно, за время, что она была главным редактором, девушка сталкивалась с разными типажами, но вот такое с ней, если честно, было в первый раз. Аграфена вышла из душа и насухо вытерлась полотенцем. Направилась на кухню, чтобы выпить свой утренний кофе. Она неожиданно поймала себя на том, что продолжает снова и снова прокручивать в голове разговор с Максимом. Воспоминания о привлекательном соискателе почему-то каждый раз вызывали улыбку. Глупо, очень глупо, подумала девушка. Да, Аграфена знала, что слова молодого человека не стоили ни гроша ломаного. И всё-таки что-то в нём было. «Ну что за глупости!», — мысленно отругала себя девушка. «Со мной что, действительно раньше никто не флиртовал, что ли?» Выпив кофе, Аграфена направилась в спальню, к шкафу, чтобы выбрать одежду. Выудила из шкафа простую белую рубашку и темно-синюю юбку. Она привыкла одеваться на работу довольно скромно. Девушка села за столик у кровати и начала краситься. Значит, сегодня придется увидеться с Максимом как минимум ещё один раз — сегодня, на собеседовании. А потом ещё и решить, достоин ли он занимать место в «Кредо». Впрочем, Аграфена и без собеседования уже смутно догадывалась, что тот из себя представлял. За эти полгода девушка провела так много собеседований, что уже успела набить на этом руку. И её прогнозы на счёт Максима, к сожалению, были не самыми радужными. Аграфена тихо вздохнула и взялась за тюбик с тушью для глаз. Аккуратно провела щёточкой по ресницам. Она уже видела письмо с резюме на почте, но как будто специально тянула с тем, чтобы просмотреть его. Что-то подсказывало девушке, что его содержимое несильно её обрадует… Она еле тронула губы бледно-розовым блеском для губ. Аграфена чувствовала, что ей по какой-то необъяснимой причине совсем не хотелось отказывать Максиму в работе. Неужели только потому что тот был симпатичным? Но почему-то девушке казалось, что новый знакомый всколыхнул в её душе нечто большее… Аграфена слегка тряхнула головой, чтобы стряхнуть наваждение. «Может, Андрей и прав в чём-то», — подумала она. Закончив с макияжем, девушка убрала волосы в низкий хвост. Она теперь всегда их так убирала. Аграфена устало посмотрела на саму себя в зеркало. Белая рубашечка, неброский макияж, скромные серёжки в ушах. Типичная серая мышь, с сожалением подумала она. Девушка некоторое время с интересом разглядывала своё отражение. На секунду перед её мысленным взором предстала другая — с темными волосами, небрежно разбросанными по плечам, неаккуратно и кричаще ярко подведёнными глазами и вечной язвительной полуухмылкой на губах. Уже через миг образ исчез. Аграфена смотрела на ту же девушку, что сидела в отражении зеркала и до этого. Она в очередной раз задумчиво посмотрела на отражение напротив. «А по виду ведь и не скажешь», — отстраненно подумала она.