Злая сказка. Заполучить королеву

Максим уже некоторое время ждал в коридоре редакции «Кредо». Молодой человек так боялся опоздать, что приехал слишком рано. Он знал, что на собеседования не принято приходить раньше чем за пятнадцать минут. Знал, что теперь будет выглядеть глупо, но что-то менять было уже поздно. Терпя мучительное ожидание, Максим отчаянно пытался собраться с мыслями перед предстоящим собеседованием. Уже в который раз перечитывал собственное резюме, которое и без того уже успел выучить наизусть. Молодой человек знал, что Аграфена предпочитала проводить собеседования сама. Даже сейчас, когда число сотрудников «Кредо» уже позволяло передать эту задачу кому-то другому. Но будет ли сегодня только она? Или вместе с ней будет кто-то ещё? Этого Максим знать не мог. Конечно, остаться с Аграфеной наедине представлялось ему наиболее удачным вариантом. Молодой человек готов был поклясться, что вчера между ними таки проскочила какая-то искра. Но иногда, снова прокручивая в голове их вчерашний разговор, Максиму казалось — та лишь игралась с ним. «Но если так, то зачем, зачем, черт возьми, она сказала это в конце…» Молодой человек понял, что снова пробегает глазами по строчкам, не вникая в их содержимое. Он со вздохом отложил смартфон с текстом резюме. С унылом видом посмотрел на часы на стене. Как же иногда предательски медленно текло время! Максим встал и сделал несколько шагов по коридору. «Даже если я ей и понравился, какая, собственно, разница? Она ведь уже догадалась, чем я на самом деле занимаюсь», — отчаянно подумал он. «С какой стати ей захотеть меня нанимать? Она и собеседование-то это устроила лишь бы только избавиться от меня вчера. И на что я вообще надеюсь…» Молодой человек устало потер ноющие виски. Максим и сам прекрасно понимал — его ремесло, так сказать, заранее было проигрышным. Как обычно всё происходило? Он заводил роман с какой-нибудь одинокой начальницей немного за сорок, которая уже отчаялась найти свою любовь. Поначалу та была от него без ума, и молодой человек крутил женщиной, как хотел, успешно добиваясь для себя определенных бонусов. Но вот проходило время — обычно пара месяцев — страсти утихали, и перед его пассией постепенно начинала открываться истинная нелицеприятная картина происходящего. Поначалу та всё отрицала, не верила. Но вскоре Максим делал неосторожный шаг — и всё рушилось. Затем следовали ссора, крики и обвинения. Они расставались. Обманутая женщина с миной мученического страдания просила его покинуть редакцию. И на этом было всё. Каждый раз всё шло по одному, уже немного надоевшему Максиму сценарию. Смысла в этом молодой человек, признаться, особенно не видел. Ну что, он до конца жизни будет работать по нескольку месяцев на одном месте, как по найму? В определённый момент ему это надоело. С начала этого года Максим решил попытаться устроиться на работу «нормальным» способом, как все. И потерпел неудачу. Нет, работу он, конечно, какую-никакую нашёл, но вот заработок… Молодой человек встал у окна и задумчиво посмотрел наружу. С хмурым видом уставился на ворону, о чём-то настойчиво каркающую со своей ветки. Максим решился попробовать ввязаться в авантюру с «Кредо» исключительно из-за родителей. Если же он всё-таки получит здесь отказ… «Значит, такова судьба», — заключил молодой человек и утвердительно кивнул. «Решено. Если они мне откажут, я больше никогда не буду заниматься подобным. Хватит уже заключать эти вечные сделки с совестью. Да и я не вечен. Всё-таки уже двадцать пять лет, как-никак», — Максим невесело улыбнулся своим мыслям. — Можете проходить, — неожиданно раздался женский голос у него за спиной. Молодой человек невольно вздрогнул от неожиданности и обернулся. Говорившая уже успела скрыться в дверях. Максим сглотнул и медленно направился к кабинету. Зашел внутрь и аккуратно прикрыл за собой дверь. За столом он увидел трёх женщин. По середине сидела Аграфена, слева от неё — та самая девушка, которая только что его пригласила. На вид она была не сильно старше его. Справа от Аграфены сидела Вика Рудецкая. Молодой человек мысленно выругался. Именно этого он и боялся. Ко встрече с Рудецкой Максим точно готов не был. Он вежливо поздоровался и сел за кресло напротив девушек. Украдкой бросил взгляд на Рудецкую. Та, к счастью, в этот момент что-то внимательно читала у себя в ноутбуке. Конечно, она тоже была на вчерашнем вечере, но молодой человек тогда был так занят начальницей «Кредо», что толком не успел её рассмотреть. На вид Рудецкая была примерно того же возраста, что и Аграфена. Брюнетка, короткая, но стильная прическа. Большие карие глаза, точёный нос. Она, можно сказать, даже была красавицей. Одета не сильно броско, но эффектно. Максим повернул взгляд к Аграфене. Та в это время что-то смотрела в своих бумагах. Одета она была гораздо скромнее, чем её прославленная коллега. Волосы всё также убраны в хвост. Девушка подняла глаза от бумаг на столе и посмотрела на него. Ободряюще улыбнулась. Хотя, как с некоторым сожалением заметил молодой человек, смотрела достаточно равнодушно. — Здравствуйте, Максим, — ровным тоном начала Аграфена. — Сегодня мы будем проводить с вами собеседование. Со мной вы уже успели познакомиться вчера, — на этих словах девушка несколько иронично вздёрнула брови, — но позвольте вам представить моих коллег… Она назвала имена двух других девушек. Сидящая слева от Аграфены оказалась Мариной, молодым, но важным специалистом в их редакции. — Замечательно! — девушка кивнула. — Для начала хотелось бы немного прояснить ситуацию. Из-за кое-каких обстоятельств мы решили немного поменять обычный порядок собеседования. Как я сказала, вы уже имели возможность познакомиться со мной вчера. Так что будем считать, что первый этап собеседования уже прошёл, — Аграфена посмотрела на него с долей лукавства, — и я успела составить о вас первое впечатление. Немного неформально, но всё-таки, — она улыбнулась. — Так что сегодня у нас вроде как уже финальный этап собеседования. Просто имейте это в виду. Максим невольно откашлялся. Аграфена посмотрела на него выжидающе. — Всё понятно, — вежливо кивнул молодой человек. — Отлично! — девушка соединила пальцы в замок перед собой. — Итак, как вы добрались до редакции? Всё нормально, никаких проблем с транспортом? Разговор на отвлеченную тему, догадался Максим. Попытка завести диалог и задать неформальную тему. Молодой человек уже успел понять, что это было обычным делом для собеседований. — Да, всё отлично, добрался без проблем, — спокойно ответил он. — Хорошо, — девушка снова ободряюще улыбнулась. — Насколько я понимаю, вчера вам посчастливилось побывать на нашем, так сказать, скромном вечере. И как у вас всё прошло? Возможно, с кем-то познакомились? — она посмотрела с интересом. Аграфена спросила это довольно дружелюбно и без всякой насмешки, но, признаться, к этому вопросу Максим готов не был. Молодой человек невольно растерялся. — Да, вы правы. Я вчера действительно был… на вечере, — он слегка замялся и неловко добавил после заминки: — Вечер был очень приятным. К сожалению, я пока ни с кем не познакомился… На этом месте Максим снова запнулся и замолк, окончательно запутавшись. «Могу ли я сказать, что познакомился с Аграфеной? Или это будет уже фамильярность?» — мучительно пытался сообразить он. Начальница «Кредо» смотрела на Максима выжидающе, терпеливо ожидая, как тот наконец справится с собой. Но молодой человек так и не смог ничего из себя выдавить. Он с извиняющимся видом улыбнулся. — Хорошо, — осторожно произнесла Аграфена и неловко опустила глаза в стол. — Уверена, что у вас ещё будет возможность познакомиться с нашим журналом. Её тон по-прежнему был ободряющим, но девушка, очевидно, ждала другого ответа. «Дурак!» — мысленно отругал себя Максим. «Мне нужно было просто сказать, что я познакомился с их редакцией и как мне у них понравилось. Что может быть проще?» Но правильный ответ пришёл в голову слишком поздно. Молодой человек неловко заёрзал на стуле, пытаясь хоть как-то справиться с волнением. «Да соберись ты уже!» — Итак, давайте приступим, — сказала Аграфена после небольшой заминки. Рудецкая наконец оторвалась от экрана своего ноутбука и посмотрела прямо на Максима. Молодому человеку, который и до этого чувствовал себя немного некомфортно, теперь явно стало не по себе. Присутствие известной журналистки на его собственном собеседовании, признаться, немало пугало. Даже Марина, которая до этого смотрела куда-то в окно, повернулась к Максиму. «Началось», — со вздохом подумал он. — Так, ваше резюме мы получили, — продолжила Аграфена, — и, надеюсь, все успели с ним ознакомиться. Оно составлено… довольно неплохо. Максим, вы не могли бы сами немного рассказать о себе? Почему вы хотите устроиться именно в наш журнал? Молодой человек, наконец, смог выдохнуть с облегчением — к этому вопросу он, по крайней мере, был готов. Максим с воодушевлением принялся рассказывать уже заготовленный текст. Он приехал из небольшого города, учился в московском вузе. Всегда мечтал о журналистике. Всегда хотел доносить до людей правду… и всё такое прочее. Аграфена слушала его внимательно, и это, признаться, внушало определённую надежду. — Отлично! — сказала она, когда тот дал знать, что закончил. — Это всё очень похвально. У вас достаточно энтузиазма, и это не может не радовать. Что до вашего резюме, — девушка снова бросила взгляд на бумаги перед собой, — что ж, похоже вы действительно успели много где поработать. Такое разнообразие! Наверное, вы всегда открыты новым возможностям, да? — Да, вы правы, — с радостью согласился Максим. — Я всегда рад получить новый опыт работы, если появляется такая возможность, и никогда не боюсь пробовать новое. Аграфена удовлетворённо кивнула. Молодой человек отметил про себя, что та была настроена на удивление благосклонно. Видимо, вчерашний разговор всё-таки принёс свои плоды. Вот бы и другие работодательницы были к нему также лицеприятны, подумал Максим. Молодой человек аккуратно скосил взгляд на Рудецкую. Та продолжала буравить его глазами. Максим немного нервно сглотнул. — Очень хорошо! — тем временем продолжала Аграфена. — Это всё просто замечательно. Но, знаете, в вашем резюме есть один момент… и он нас всех немного смутил, — девушка слегка откашлялась. — Вы действительно сменили много мест работы и, насколько я поняла, работали на них очень непродолжительное время. Не больше четырех месяцев на одном месте, если не ошибаюсь. И это правда немного странно, — она вежливо улыбнулась и посмотрела прямо на него: — Вы не могли бы немного прояснить эту ситуацию? Почему вы были вынуждены так часто менять места работы? Максим еле заметно вздохнул. Он, конечно, ждал этого вопроса. Но в душе каждый раз надеялся на то, что он каким-то магическим образом не всплывёт. — Я был вынужден покинуть эти места, потому что меня не устраивали их условия работы, — немного уклончиво сказал молодой человек и добавил уже более уверенным тоном: — Как я говорил, я не боюсь нового и всегда стремлюсь к лучшему. Мне кажется, лучше поменять работу на более подходящую, чем тратить время там, где не можешь полностью реализовать себя. Выдав это, Максим замолк. Аграфена слушала его немного рассеянно. — Можно один вопрос, Максим? — неожиданно встряла Рудецкая. — Скажите пожалуйста, инициатива вашего ухода с работы исходила от вас или от начальства? Молодой человек незаметно потер вспотевшие руки друг об друга под столом. — От меня, — он вполне уверенно кивнул. — Как я сказал… — Вы уверены? — перебила его Рудецкая. — Отвечайте правду, пожалуйста. Максим невольно замешкался. — Я не понимаю, о чём вы, — как можно спокойнее сказал молодой человек. — Дело в том, что я обратилась к нескольким из ваших бывших руководителей, — девушка посмотрела прямо на него, — и как минимум двое из них уверяют, что решение о вашем увольнении приняли они сами. Максим моргнул, но продолжал смотреть на Рудецкую с невозмутимым видом. — Да, вы правы, несколько раз инициатива исходила не от меня, — молодой человек с невинным видом улыбнулся. — Прошу меня извинить. Я просто ошибся и вовсе не хотел вас обманывать… — Вы могли бы как-то прокомментировать причину этих увольнений? — резко перебила его Рудецкая, продолжая буравить глазами. Максим на некоторое время задумался, а затем аккуратно сказал: — Разногласия с начальством. — Как интересно! — девушка несколько злорадно усмехнулась. — Может вы ещё сможете прояснить какого рода разногласия это были? — Личного рода разногласия. — Даже так! Рудецкая по-прежнему смотрела на него во все глаза. Та явно получала удовольствие, смотря на его мучения. — Я хотел сказать, — попытался исправиться Максим, — что разногласия не имели отношения к работе. Мы просто… не сошлись характерами, можно сказать. «Дерьмово», — заключил про себя молодой человек. Он невольно вздохнул. — Да это становится всё интереснее и интереснее! — Рудецкая всплеснула руками. — Что же это у вас за характер такой, что так часто мешает сходиться с начальством? Может, удосужитесь и нам рассказать? Максим оглянулся на двух других девушек, как бы ища у них поддержки. Марина слушала разговор с явным интересом. Аграфена как будто слегка поджала губы, но при этом ничего не говорила. — Я не понимаю смысла вашего вопроса, — наконец сказал молодой человек, пожав плечами. Он снова повернулся к Рудецкой. Та одарила его ледяным взглядом. — Максим, я не очень люблю ходить вокруг до около. Поэтому давайте просто сэкономим нам всем время, хорошо? — она скрестила пальцы в замок. — Вы когда-нибудь состояли в личных связях с кем-либо из сотрудников на прошлых местах вашей работы? Максим снова моргнул, но выдержал тяжёлый взгляд Рудецкой, устремлённый прямо на него. — По-моему, это личный вопрос, — несколько нагловато сказал он и вздёрнул брови вверх. — Какое это вообще имеет отношение к делу? — Прямое отношение! — Рудецкая не выдержала и повысила голос. — Отвечайте пожалуйста на мои вопросы прямо! Молодой человек посмотрел на ту с вызовом. Девушка будто готова была испепелить его взглядом. — Так, хватит уже вам, — наконец решила вмешаться Аграфена. — Ну что это за допрос такой? Давайте не будем друг на друга кричать. Максим с невольным удовлетворением отметил, что Рудецкая была вынуждена подчиниться старшей по должности. Та сделала глубокий вздох и сказала уже спокойнее: — Дело в том, что у меня есть опасения, что именно эти личные связи и послужили причиной вашего увольнения. И именно поэтому это, — она снова немного злорадно улыбнулась, — имеет прямое отношение к делу. — Что ж, предположим, — спокойно сказала Аграфена, задумчиво поправив волосы, — что Максим действительно состоял в личных отношениях с кем-то из своих прошлых коллег. И, возможно, это правда стало причиной, эм… его разногласий с начальством. Впрочем, неудивительно, ведь многие к подобным отношениям относятся не очень хорошо. Я верно поняла ситуацию, Максим? Максим неуверенно кивнул. — Лично я, — девушка немного рассеянно пожала плечами, — как и остальное руководство, не считаем, что нужно так уж строго регламентировать личную жизнь наших подчиненных. Я ведь правильно говорю? Аграфена обернулась на своих коллег, будто ища подтверждения своих слов. Марина, а затем и Рудецкая, хотя последняя и с явным нежеланием, кивнули. — Но это не значит, что этим стоит злоупотреблять! — недовольно вставила Рудецкая. Максим продолжал следить за происходящим с лёгким недоумением. «И что на неё нашло, интересно?» — гадал он. Молодой человек аккуратно скосил взгляд на начальницу «Кредо». Та, казалось, оставалась равнодушной, но на секунду Максиму показалось, будто она избегала его взгляда. — Что ж, с вашим резюме мы более-менее разобрались, — сказала она как ни в чём ни бывало. — На самом деле, я вас прекрасно понимаю. В начале карьерного пути мы часто сталкиваемся с определенными трудностями. Это нормально. И разногласия с начальством — это тоже в какой-то степени нормально. Уверена, в будущем у вас всё будет отлично, — девушка мягко улыбнулась. Максим слушал её с тем же недоумением. Вначале молодой человек подумал, что ему показалось, но отрицать становилось всё труднее — Аграфена будто нарочно старалась всячески ему помочь. «Неужели я и правда так сильно её зацепил?» Максим пытался сохранять равнодушное выражение, но украдкой продолжал пристально следить за девушкой напротив. — Но для нас, помимо резюме, возможно, ещё более важно другое — чтобы человек мог писать, — тем временем продолжала Аграфена. — Максим, если возможно, я хотела бы вас попросить… — Я приложил свои статьи в том же письме, — молодой человек вежливо улыбнулся. — Отлично, — руководительница тоже дежурно улыбнулась. — Очень предусмотрительно с вашей стороны. Рудецкая поставила ноутбук перед носом Аграфены так, чтобы всем троим было удобно читать. Девушки углубились в чтение. В кабинете повисла довольно неловкая тишина. По быстро сникшему виду читательниц Максим понял, что та статья, которая им попалась, по-видимому, не произвела особого впечатления. Рудецкая, очевидно, прочитав лишь первые абзацы, решила не мучить себя. Она с равнодушным видом откинулась на спинку стула и принялась усиленно прожигать молодого человека ненавистным взглядом. Аграфена, вначале полная энтузиазма, вскоре тоже поникла и с усталым видом бегло пробегала глазами по строчкам текста. Марина, видимо, из уважения к своей непосредственной начальнице, делала вид, будто продолжает читать, хотя явно потеряла интерес с самого начала. Максим, как и обычно при подобного рода процедуре, испытывал некоторую долю неловкости за самого себя. Он осторожно отвёл взгляд в сторону, чтобы лишний раз не мучить себя угрызениями совести из-за собственных посредственных писательских навыков. Наконец, Аграфена кивнула в знак того, что дочитала. Марина невольно вздрогнула — та явно уже спала на ходу. Рудецкая отодвинула ноутбук. — Ну что ж, — задумчиво произнесла Аграфена, устало потирая виски. — Даже довольно неплохо, можно сказать. Могло быть и хуже. Никаких грамматических ошибок нет, например… ну, почти нет. Марина на всякий случай закивала. Рудецкая смотрела на всё это с крайне унылым видом. — Вы серьезно? — не выдержала она. — Он просто не умеет писать. А судя по тому, какой у него опыт работы, скорее всего, уже не научится. Максим невольно вздрогнул. Резкие слова журналистки попали в самое яблочко. Он, конечно, уже давно смирился с тем, что пишет бездарно, и всё-таки слышать очередное тому подтверждение было неприятно. Молодой человек и сам не заметил, как до боли сжал руки в кулак под столом. — Вика, ну это уж слишком грубо, — Аграфена покачала головой. — Всё не так уж и плохо… — О Господи, слишком грубо! Он что, сейчас плакать будет? — Рудецкая вспыхнула. — Что здесь вообще происходит? У него сомнительная история прошлого опыта работы, нет ни одной рекомендации, да ещё и пишет он бездарно. Почему он вообще всё ещё здесь сидит? — Вика! — довольно резко произнесла Аграфена. Несколько секунд они буравили друг друга взглядом. — Выйдем на пару слов, — Рудецкая резко встала со своего места и выскочила из кабинета. — Перерыв пять минут, — вздохнула Аграфена и тоже направилась к двери. — Вы пока здесь посидите, хорошо? Побеседуйте. Девушка закрыла дверь. Марина улыбнулась с несколько глуповатым видом. Максим устало опустил глаза в пол.

***

— Какого черта там только что происходило? — воскликнула Рудецкая, едва Аграфена успела закрыть дверь. — Я не понимаю, о чём ты, — невозмутимо ответила девушка. — А я думаю, что прекрасно понимаешь, — Вика скрестила руки на груди. — Что на тебя нашло? Этого парня нужно было прогнать ещё в самом начале, но я из вежливости ждала, когда ты сама это сделаешь. Может, я что-то пропустила? Или это какая-то шутка,? И почему ты… Рудецкая, сама того не замечая, постепенно начинала говорить всё громче. — Вика, ты не могла бы говорить потише? — шикнула на неё Аграфена. — Половина редакции уже, наверное, слышит. — Он тебе что, заплатил? — продолжала не отставать девушка. — Нет, — устало сказала начальница «Кредо». — А ему бы не помешало! — Вика снова будто вспыхнула. — Может, вы с ним друзья? Или родственники? Аграфена вздохнула. Рудецкая перевела дух и произнесла уже спокойнее: — Да, я понимаю, именно этого мы и хотели не допустить. Мы берём только самых лучших. Никаких побратимств и блата, да? Но, если он вдруг какой-то твой троюродный брат, я хотя бы тебя поняла. — Нет, он мне не родственник и не друг, — спокойно объяснила Аграфена. — Мы познакомились с ним вчера. Я вижу его второй раз в жизни. — Но тогда я тебя совсем не понимаю, — Вика обессиленно опустила руки. — Может, всё-таки объяснишь, почему хочешь взять его? Ты ведь хочешь! Девушка задумалась. Объяснить было довольно сложно. — Не знаю, — наконец устало признала она. — Почему бы и нет? Он вроде бы не так уж и плох… — Аграфена аккуратно посмотрела на Рудецкую, будто ища у той подтверждения. — Не так уж и плох? — та округлила глаза. — Да я почти уверена, что он мошенник. Вот зачем нормальному человеку так часто менять места работы, а? Да ещё и в примерно одинаковых промежутках времени, как по часам! Не наводит на мысли? Девушка на секунду замешкалась и задумчиво закусила губу. — Согласна, это выглядит подозрительно. Но мы же не можем знать наверняка, да? — со вздохом сказала она. «И чего я, спрашивается, творю?» — спросила саму себя Аграфена. «Зачем решила его выгораживать? Сама ведь прекрасно знаю, что он нечист на руку…» — А зачем он вчера сюда заявился? — Вика выразительно изогнула бровь. — Думаешь, я не видела, как вы с ним мило беседовали в уголочке? Он же определенно строил тебе глазки. — Ну подумаешь, пришёл на вечер, — девушка пожала плечами. — Не такое уж это и преступление. Последнюю реплику Рудецкой та решила проигнорировать. Вика молча посмотрела на неё несколько секунд, а потом резко выдала: — Ты что, типа запала на него? Аграфена даже фыркнула от неожиданности. — Ну нет конечно! — возмущенно ответила она. — Знаешь, я бы наверное даже поняла, если бы ты сказала, что случайно в него втюрилась, — Вика вздохнула. — Просто я уже совсем ничего не понимаю! — Ну то есть, я хочу сказать, — девушка прикусила губу, — разве он не заслужил хотя бы крохотного шанса? Неужели тебе его нисколько не жаль? Рудецкая уже открыла было рот, чтобы высказаться, насколько ей не было жаль Максима, но увидев, как Аграфена отстранённо посмотрела куда-то в угол, замолчала. — Знаешь, я вспоминаю саму себя, — задумчиво произнесла она. — Я ведь тебе рассказывала, мне тоже пришлось пережить немало отказов в работе. И я представляю, как это тяжело… — Ну тогда всё понятно, — Вика грустно вздохнула. — Что именно? — Аграфена нахмурилась. — Он для тебя как несчастный котёночек, вот что понятно, — девушка саркастически фыркнула. — Он же так долго ищет работу, как же мне его жаль, а я сама раньше была такой, бла-бла… Я знаю это чувство, — Вика посмотрела сокрушенно. — Аграфена, ты же так долго держалась! Целых полгода! Ну почему ты сорвалась именно на нём? Девушка потупилась. — Не знаю, — честно призналась она. Рудецкая посмотрела неожиданно серьёзно. — Знаешь, ты можешь взять его, — сказала она, пристально глядя на Аграфену. — И ты, скорее всего, возьмёшь. Но это будет полностью на твоей совести! И поверь мне, ты об этом пожалеешь. И очень скоро. Так что потом не жалуйся, что я тебя не предупреждала! Девушка невольно вздохнула. — Пойдём, они там уже, наверное, заждались, — заметила Аграфена, бросив быстрый взгляд на часы в коридоре. Вика рассеянно кивнула. Они направились к двери. — И всё-таки он неприятный, — выдала Рудецкая, когда Аграфена уже взялась за ручку двери. — Скользкий какой-то… Девушка скривила лицо. Аграфена невольно улыбнулась. «То же слово», — отстранённо подумала она. — Мы же не можем отказывать людям только потому что они неприятные, — скептически заметила Аграфена. Рудецкая пожала плечами. Девушки снова зашли в кабинет. Максим с Мариной сидели в том же положении, в котором они их оставили. Когда они зашли, оба молодых человека встрепенулись. — Так, — сказала Аграфена, снова садясь за стол, — думаю, пришло время подвести итоги. Максим смотрел на неё во все глаза. Тот явно был сильно взволнован. Аграфену тем временем продолжали мучать сомнения. В глубине души девушка понимала — Вика была права. Она не должна была брать Максима. Так было бы правильнее. И не только потому что тот им не подходил, и даже не только потому что тот, очевидно, всё-таки был мошенником. «Всё, хватит. Решение уже принято», — мысленно сказала себе Аграфена, а потом добавила: «Если что, я сразу его уволю. Я же здесь главный редактор, разве не так?» — Итак, — девушка слегка откашлялась, — мы с Викторией Евгеньевной сейчас кое-что обсудили и, в общем, мы пришли к решению. Мы решили, что вы нам вполне подходите, Максим, — она посмотрела прямо на молодого человека. — Конечно, при условии, что вы пообещаете сильно стараться на новой работе. Максим явно был очень рад. Уголки губ невольно поднялись вверх, а глаза сразу заблестели. — Разумеется, я обещаю, что буду стараться, — постарался как можно спокойнее сказать он. — Отлично, — Аграфена повернулась к Марине: — Марина Андреевна, у вас есть какие-нибудь возражения? Девушка развела руками: — Никаких возражений. — Прекрасно! — Аграфена сдержанно улыбнулась. — Значит, решено, вы приняты. Пока только на испытательный срок, разумеется. Я хотела бы, чтобы вы приступили к работе на этой же неделе. Все постепенно начали подниматься с мест. Максим весь расплылся в лучезарной улыбке. — Я вам очень сильно благодарен! — от души сказал он. — Поверьте, я сделаю всё возможное, чтобы вас не подвести. Аграфена тоже невольно улыбнулась. Она подумала, что у Максима действительно была очень красивая улыбка. — Будем надеяться, что так и будет, — девушка протянула ему руку. — Поздравляю с полученным местом. Максим крепко пожал её ладонь всё с той же широкой улыбкой на губах. Аграфена неожиданно поймала на себе неодобрительный взгляд Вики. «Запала на него…», — неожиданно вспомнились ей слова подруги. «Нет, ну конечно я не запала!»