Злая сказка. Заполучить королеву

Разумеется, Андрей не был в восторге от того, что Аграфена взяла Максима на работу. Был очередной неловкий разговор. В целом, девушка могла его понять, хотя ей было и несколько обидно из-за того, что мужчина её в чем-то подозревал. Впрочем, вскоре эта история практически забылась. Аграфена действительно почти что перестала думать о Максиме, ведь у неё было полно и других дел — всё-таки та, как никак, была главным редактором. Хотя, можно сказать, девушка видела новоиспечённого подчинённого почти каждый день. По стечению обстоятельств, к слову, никак не зависящих от самой Аграфены, рабочее место молодого человека находилось недалеко от входа. А значит, она имела возможность видеть Максима ежедневно — утром, когда приходила на работу, и вечером, когда оттуда уходила. Это происходило почти случайно. Аграфена просто невольно пробегала по нему беглым взглядом. Но не остановить глаза на молодом человеке было трудно — слишком уж тот был симпатичен. Девушка любовалась Максимом, как красивой картинкой. «Может, для этого я и взяла его на работу?» — с усмешкой рассуждала она. «А правда, почему бы и нет? У всех людей есть потребность в красоте. Кто-то вешает картины, кто-то разводит цветы. В этом же нет ничего такого…» Слова молодого человека в её кабинете стали для Аграфены неожиданностью, хотя, если уж быть честной, она догадывалась, что тот может выкинуть что-то подобное. Это был вполне себе разумный план для Максима в данной ситуации — если уж его цель оказалась занята, значит, стоило попробовать посеять сомнение в идеальности её идиллии с Андреем. Но самым ужасным было то, как глупо вела себя Аграфена. Девушка и сама не могла понять, что на неё нашло. Зачем ей вообще понадобилось выслушивать все эти профанации? Просто сразу выгнать того из кабинета, и дело с концом. «Молодец, нечего сказать», — корила сама себя Аграфена. «Теперь он, наверное, радуется, что так верно всё угадал». Но, что было ещё хуже, слова молодого человека действительно неожиданно задели девушку за живое. Он вам не подходит, сказал он. Глупый мальчишка, конечно, лишь самонадеянно судил по обложке и на самом деле не знал ничего, но выражение подобрал на удивление верное. Аграфена не знала, как ей стоит поступить. Первое, что приходило в голову — вежливо попросить Максима оставить своё место работы в «Кредо». Подкрепить это тем, что он, мол, пересёк личные границы со своим непосредственным начальством. И тот вполне даже мог бы согласиться, если представить всё в нужном виде. Но с другой стороны… по сути ведь молодой человек ничего особенного не сделал. Просто позволил себе небольшую вольность. Увольнять только из-за этого было как-то… мелочно, что ли. — Как там, кстати, поживает наше юное дарование? — как бы невзначай поинтересовался Андрей, который в этот момент уже лежал в кровати и что-то читал в своем смартфоне. — Я имею в виду нашего любимого блондинчика… забыл, как уж там его зовут. Аграфена, тем временем, стояла у журнального столика и рассеянно намазывала руки кремом. Упоминание Максима сразу навеяло неприятные воспоминания. Девушка слегка нахмурилась. — «Нашего блондинчика» зовут Максим, — передразнила она и добавила саркастически: — И он, кстати, поживает вполне нормально. А что это за повышенный интерес к его успехам? — Да так, просто. Интересуюсь, — Андрей пожал плечами. — Нельзя, что ли? Девушка, еле заметно закатив глаза, поставила баночку с кремом на стол и прилегла на кровать рядом с мужчиной. Эти пространные намёки уже начинали её утомлять. — Ты меня всё ещё в чем-то подозреваешь, да? — Аграфена посмотрела на Андрея пристально. Мужчина, который в это время продолжал что-то увлеченно читать в телефоне, посмотрел устало: — Аграфена, пожалуйста, не делай из мухи слона. Я правда спросил просто так. — Нет, ты не просто так спросил! — девушку скрестила руки на груди. — Я знаю, ты думаешь, я не должна была брать его на работу. Может, ты и прав. Может, и не должна была! Но я хотела дать ему шанс. Знаешь, он мне напомнил саму себя, — она отстранённо посмотрела в сторону. — Ты знаешь, у меня тоже всегда были проблемы с работой, поэтому я представляю, насколько это унизительно — постоянно получать отказы… Аграфена осеклась. Она вдруг поняла, что Андрей уже успел отвернуться и снова уткнулся в телефон. — Ты что, в его возрасте тоже флиртовала с кем-то из начальства, чтобы получить работу? — деловито спросил мужчина, заметив, что та затихла. — Нет, — она покачала головой. — Но суть не в этом… И вообще, почему ты думаешь, что он флиртовал со мной только чтобы получить место? Может, я ему правда понравилась. Такой мысли ты не допускаешь? Аграфена посмотрела с вызовом, с интересом ожидая его реакции. — Аграфена, ну я, конечно, не знаю, — Андрей бросил на неё скептический взгляд, — но, по-моему, ты немного не в его вкусе. Девушка готова была вспыхнуть. — Да откуда ты знаешь, какой у него вкус? И вообще, это даже обидно как-то, — она насупилась. — Мечтать не вредно, — мужчина с противным видом ухмыльнулся. Аграфена не удержалась и стукнула того по плечу. — Да ну тебя! — она отвернулась и демонстративно натянула одеяло до подбородка.

***

— Кстати, а как там поживает наше юное дарование? — спросила Вика с немалой долей иронии в голосе. — Какие у него успехи в работе? Аграфена невольно закатила глаза. «Просто удивительно!» — с невольным раздражением подумала она. «Даже интонации почти одни и те же». В тот момент был обеденный перерыв, и они с Викой, как и обычно, проводили его в кабинете главного редактора за чаем и разговорами. — Нормально, — буркнула девушка. — Успехов, наверное, пока никаких. Поручила ему статью. Посмотрим, как справится. — Он не справится, — без капли сомнения произнесла Вика. — Посмотрим, — Аграфена задумчиво пожала плечами и допила остатки чая. Девушка отставила кружку в сторону и рассеянно посмотрела в сторону Рудецкой. Она была в нерешительности. — Знаешь, я тут хотела с тобой посоветоваться, — немного неуверенно начала она. — По поводу Максима, между прочим… Аграфена вкратце поведала Вике содержание их последнего разговора с молодым человеком. — Ну а я тебе о чём говорила? — собеседница явно торжествовала. — Он шарлатан! Девушка невольно нахмурилась при упоминании этого неприятного слова. — Он подбивает к тебе клинья, — продолжала Вика. — А о чём ему ещё думать? Если уж ты так легко взяла Максима без особых на то причин, значит он тебе нравится. Действительно, почему бы ещё тебе понадобилось его брать? — она посмотрела неожиданно пристально. — Ну что за бред? — Аграфена свела брови вместе и зачем-то отвела глаза. — Знаешь, если я после всего того, что было, брошу Андрея ради какого-то там Максима… это как минимум будет очень глупо. — Но он-то этого не знает, — логично рассудила Рудецкая, вскинув брови вверх. — В этом ты права, — девушка невольно вздохнула. — И что же теперь посоветуешь мне делать? — Да ничего, — Вика пожала плечами. — Просто никак не реагируй, и всё. А если он сделает что-то действительно серьёзное, тогда пригрози увольнением. Аграфена задумчиво закусила губу. Её подруга рассуждала почти в точности так же, как и она сама. Видимо, другого выхода и вправду не было. — А я ведь тебе говорила, что ты ещё пожалеешь, — Рудецкая саркастически улыбнулась. — Теперь расхлебывай. А знаешь что? — она вдруг воодушевилась, — Я ведь могу с ним и сама поговорить. Провести воспитательную беседу, так сказать. Та ухмыльнулась с каким-то нездоровым злорадством. — Вика, ты уверена, что это действительно необходимо? — Аграфена посмотрела с недоверием. — Он, по-моему, не стоит такого уж большого внимания. — Да ладно, не так и уж это и сложно будет, — Вика махнула рукой. — Считай, что я поговорю с ним как твоя подруга. Я и так давно хотела сказать тому пару ласковых, — губы девушки расплылись в усмешке. — Детский сад, — со вздохом заключила Аграфена. — Что? Да, признаюсь, он мне не нравится, — Рудецкая слегка возмутилась. — Я не люблю шарлатанов. Сами не работают, и другим не дают. А этот твой Максим ещё и подхалим, а уж этого я просто терпеть не могу, — она скривилась. — Весь такой из себя вежливый, и улыбочка такая сладенькая-мерзковатая… просто фу! Аграфена невольно улыбнулась и опустила глаза куда-то в пол.

***

Это был вторник, а значит у Максим оставался ещё день до сдачи статьи. Молодой человек как ни в чём ни бывало сидел за своим рабочим местом и, как ни удивительно, работал. Вокруг него было почти что пусто, и Максиму никто не мешал. В тишине тому работалось на удивление лучше обычного. Но неожиданно его потревожили. Молодой человек, подняв голову, увидел, что в их офис спустилась не кто иная, как Вика Рудецкая. Если Аграфена иногда и захаживала на нижний этаж, то увидеть там Вику было явно чем-то из ряда вон. К удивлению Максима, та сразу направилась в его сторону. Молодой человек на всякий случай встал. — Здравствуйте, Виктория Евгеньевна! Максим с неприязнью заметил, что ему стало немного не по себе. Как бы тому ни хотелось этого признавать, молодой человек всё ещё побаивался крутого нрава известной журналистки. — Здравствуйте, — отрывисто поздоровалась Вика и встала прямо перед его столом. — Вы что-то хотели? — аккуратно поинтересовался Максим. Рудецкая уставилась прямо на него. — А теперь слушайте меня внимательно, — начала она громким шепотом. — Честно скажу, вы мне сразу не понравились. У вас на лице написано, что вы шарлатан. Уверена, попробуй я копнуть хотя бы немного глубже, я легко бы это доказала. Будь моя воля, вы бы ни за что не смогли сюда устроиться! Единственное, из-за чего вы здесь — это потому что так решила Аграфена. Дала вам шанс, так сказать, — девушка усмехнулась и слегка сузила глаза. — Если вы хоть сколько дорожите этой работой, вам действительно стоит очень хорошо постараться. Молодой человек ненадолго замешкался, а потом, слегка откашлявшись, вежливо произнёс: — Я вас понял. Я постараюсь не обмануть ожиданий Аграфены. — Для вас она, знаете ли, пока ещё Аграфена Дмитриевна! — едко вставила Вика. Максим посмотрел слегка растерянно, но быстро добавил: — Извините. Впредь не повторится. — Господи, какой же вы противный, — девушка скривилась. — Знаете, я просто ненавижу таких, как вы. — Почему же? — с неподдельным интересом спросил молодой человек. — Да потому что вы всё время увиливаете, — Рудецкая вскинула брови вверх. — По вам никогда нельзя понять, что у вас на уме на самом деле. Вот что вы сейчас обо мне думаете? Девушка посмотрела на молодого человека во все глаза. — Вы хотите знать, что я о вас думаю? — он на секунду задумался, а потом с серьёзным видом сказал: — Я думаю, что вы, видимо, как и Аграфена Дмитриевна, очень тщательно занимаетесь подбором кадров. Вика закатила глаза. — Знаете, всё бы было ничего, если бы вы были просто неприятным человеком, но вы помимо этого ещё и бездарный работник, — ядовито сказала она. — Вы абсолютно не умеете писать! Вот над чем вы сейчас работаете? Девушка опустила взгляд на экран его монитора. — Над одной статьей, — сдержанно сказал Максим. — Разрешите взглянуть? Вика, забыв дождаться у него разрешения, быстро села за стол молодого человека. Максим огляделся по сторонам и взял себе стул у соседнего стола — благо, его владельцу тот пока что нужен не был. Молодой человек сел и принялся с любопытством наблюдать за тем, как девушка с хмурым видом читала написанное. — Всё как я и думала, — неожиданно произнесла Вика. Максим невольно вздрогнул. — И что же? — вежливо поинтересовался он. — Вам поделикатнее или как есть? — девушка вскинула брови и посмотрела на того с долей сарказма. Молодой человек улыбнулся. — Давайте уж тогда как есть, — пожал плечами он. Вика действительно рассказала, что ей не понравилось. В не самом приятном тоне, но зато это было и правда честно. Максим старался слушать её как можно внимательнее. «А она ведь, наверное, думает, что таким образом унизила меня», — подумал молодой человек. «И даже сама не поняла, какую мне оказала услугу…» — Это были очень дельные советы. Благодарю вас за них, — Максим мягко улыбнулся. — Ой, вот только не начинайте, — Рудецкая снова скривилась. — Мне правда важно ваше мнение, — молодой человек помешкал, а потом аккуратно добавил: — Вы ведь одна из лучших журналисток, которых я знаю. — Серьезно? — девушка фыркнула. — Это вы так тему переводите? Максим отметил, что Вика всё-таки пока что не торопилась уходить. — Я действительно вами восхищаюсь, — продолжил он. — И давно слежу за вашей работой. Я очень хотел бы писать так, как вы, но, к сожалению, мне это не дано, — молодой человек потупился, а потом посмотрел прямо на Рудецкую: — Но самое главное — это то, как вы работаете. Вы вкладываете в каждую свою статью душу. Докапывайтесь до истины. Вы всегда боретесь за справедливость и не боитесь пойти против большинства. Справедливость для вас важнее всего, и это, наверное, самое главное, что меня в вас восхищает. Вы — настоящий журналист, каких сейчас единицы. Максим аккуратно скосил глаза на Вику. Та, поначалу явно серьёзно настроенная не верить ни единому его слову, уже слушала молодого человека с явным восхищением. Он продолжил говорить. Максиму и самому нравилось, как складно у него получалось. Он говорил всё дальше и дальше, а девушка всё продолжала слушать, даже не пытаясь перебивать. У Вики явно немного вскружилась голова. — Да, похоже, вы действительно следили за моей работой, — наконец немного задумчиво сказала она. Максим с торжеством отметил, что в голосе Рудецкой не было прежнего холода. И всё-таки Вика старалась сохранять внешнее равнодушие. Она продолжала сидеть за столом, очевидно задумавшись над чем-то. — Можно сказать, я устроился сюда, только чтобы вживую увидеть, как вы работаете. Разве я мог упустить такую возможность? — сказал молодой человек, а затем добавил с лёгкой улыбкой: — Уверен, вы будете замечательным главным редактором. Вика посмотрела на того немного нервно. — О чём вы? Насколько я помню, главный редактор у нас всё ещё Аграфена Дмитриевна, — девушка попыталась придать своему голосу официальный тон, хотя явно была выбита из колеи, — и пока что она довольно неплохо справляется со своими обязанностями. — Вы очень скромны, Виктория Евгеньевна, — Максим еле заметно приблизился ближе к девушке. — Думаю, вы и сами понимаете, что для этой должности вы подходите гораздо лучше. Кто больше вас мог её заслужить? Разве вы не трудились ради неё так долго? Да это ведь все понимают, — он утверждающе кивнул. — Из вас главный редактор выйдет определенно лучше Аграфены. Молодой человек посмотрел на Рудецкую пристально. — Но… даже не знаю, — она опустила глаза в стол. — Я ведь всегда была лишь журналисткой. Я никогда не была главной. И никогда не хотела, потому что это не для меня, — девушка судорожно улыбнулась и покачала головой. — Этим всегда занимался кто-то другой. А Аграфена ведь сделала для «Кредо» так много. Было бы несправедливо отнять у неё этот пост после всего того, что та сделала, — Вика убедительно кивнула и снова подняла взгляд на Максима. — Да как вы не понимаете? — молодой человек вскинул брови вверх. — Неужели действительно думаете, что это Аграфена спасла «Кредо»? Главную роль ведь сыграли именно вы. Разве не с вами она советовалась насчет каждого своего шага? Да, официально журналом управляет Аграфена, но по факту именно вы здесь главная. Вика отвернула от него взгляд. — Аграфена — лишь временная мера, — тем временем продолжал Максим. — Согласен, может она и неплохо справилась для своей роли, но рано или поздно ей придётся уйти, это ясно. Вот только она что-то не торопится уходить. Может, уже пришло время вам предпринять действия? Молодой человек посмотрел той прямо в глаза. — Но Аграфена правда хорошо справляется, — девушка рассеянно пожала плечами, по-прежнему не поднимая на него глаз. — И она, наверное, лучше меня умеет работать с людьми… Рудецкая неожиданно грустно вздохнула. — Аграфена не так уж хороша, как может показаться, — Максим продолжал пристально смотреть на Вику. — Она слишком эмоциональна и импульсивна. Позволяет себе вольности с сотрудниками. Да, конечно, это выглядит очень выгодно — такая вот своя девочка в доску. Но так ли это верно с профессиональной точки зрения? Руководитель ведь должен держать дистанцию со своими подчиненными. Девушка прикусила губу и с задумчивым видом уставилась на уже давно потухший экран монитора. — Даже не знаю, — наконец вымолвила Вика, — Я же не могу просто попросить её об этом. Это ведь просто невежливо. И… нет, у меня просто не получится, — она покачала головой и рассеянно посмотрела на молодого человека. — Я думаю, вы можете попробовать поговорить с ней об этом, — ободряющим тоном сказал Максим. — Думаю, она и сама всё понимает. Аграфена довольно умная девушка. Вика снова зачем-то потерянно уставилась на погасший экран, но вдруг встрепенулась. — Ох, боюсь, мне уже пора идти, — она резко встала с места. Забыв попрощаться, девушка быстрым шагом направилась к лифту. Максим со спокойным видом поставил на место одолженный стул и снова уселся за свое место. Через какие-то пару минут двери лифта снова раскрылись и из кабинки резко выскочила Вика. И вид у девушки был явно недовольный. — Вы… Вы! — зашипела она на Максима, как только оказалась у его стола. — Подлец! — Что-то не так, Виктория Евгеньевна? — вежливо поинтересовался молодой человек. Глаза Рудецкой метали молнии. — Знаете, Максим, вы мне не понравились с самого начала, — со злобой продолжала девушка. — Но теперь я убедилась, что вы настоящий мерзавец! Как вы смеете после всего того, что для вас сделала Аграфена, говорить такое у неё за спиной? Говорить мне! Если бы не она, ноги вашей бы здесь не было. Да как вам не стыдно? Вика яростно уставилась на него. — Но ещё несколько минут вы были со мной согласны. Или я что-то путаю? — молодой человек лукаво вскинул брови. Девушка в бессилии покачала головой. — Вы ведь думаете, что хорошо меня узнали, да? — Рудецкая посмотрела неожиданно грустно. — Наверное, думаете, что я карьеристка, что одержима работой. Что я мечтаю стать главным редактором и что для этого смогу переступить даже через собственную подругу. Вы действительно считаете, что я такая? Вика взглянула на Максима пристально. Молодой человек посмотрел на ту с интересом, а затем тихо вздохнул. — Виктория Евгеньевна, я не говорил ничего из того, чтобы вы не хотели услышать, — равнодушно произнёс он. Девушка посмотрела немного испуганно. — Козёл ты всё-таки, — сказала она шепотом. Максим грустно улыбнулся. Вика как будто хотела сказать что-то ещё, но неожиданно развернулась и снова, на этот раз уже медленнее пошла обратно к лифту.