дрянная кровь

☆.･.･: ★.･.･: ☆

— Ты опять молчишь, — Тэхён перекрывает пути для отступления Чонгука: рабочий день закончился, магазин закрыт, все необходимые дела сделаны. Он не может продолжать избегать его. Им нужно поговорить. — Я просто неразговорчивый. — Нет, — Тэхён пока еще не злится, но уже ощущает, что скоро начнет. — Обычно ты не такой. — А какой?       Тэхён застывает на мгновение. Нет, он не позволит так к себе и дальше относиться. Он пришёл утром с полной готовностью к такого типа разговору и еле выдержал до окончания рабочего дня.       На самом деле всё происходящее бесит его до скрежета в зубах. Последний месяц их отношения скатываются в какую-то бездонную яму, и с каждым днем шансы хоть где-то зацепиться (не выбраться, а зацепиться!) уменьшаются в геометрической прогрессии. Тэхён уже не ощущает Чонгука своим возлюбленным, он видит в нем надзирателя: за каждым его шагом наблюдают, складывается такое впечатление, что ему одолжение делают, позволяя свободно передвигаться по магазину. — Не понял. — Какой я? — слегка раздраженно спрашивает Чонгук, поправляя волосы. — Откуда тебе знать, какой я? Мы месяцев десять знакомы. Ты знаешь лишь одну четвертую, если не пятую часть меня. — Вот как?! — Давай не будем, — колдун пытается скрыть своё раздражение, двигаясь то в сторону Тэхёна, то в сторону выхода. — Ты раздуваешь конфликт из пустяка. — Ты сам себя слышишь? Сначала выводишь меня из себя, а через мгновение просишь успокоиться. Это так не работает. Чонгук!       Колдун завязывает шарф, аккуратно укладывает свою сменную обувь и попутно глазами выискивает свою сумку. Он хватает пальто и рюкзак Тэхёна и буквально впихивает ему в руки, в то время как сам парень никуда уходить явно не собирается. Чонгук последний раз стремительно обходит магазин по периметру, проверяет дверь, выключает в помещении свет и многозначительно смотрит, довольно-таки прямо намекая на то, что разговор на этом пора заканчивать. — Ты серьезно меня выпроваживаешь, Чонгук? — Тебе нужно отдохнуть. Ты устал, тебе просто нужно… — Мне нужны ответы, — уперто твердит Тэхён. — Как только мы поговорим, я поверю в твои отговорки. Но так и дальше жить в полубойкотном состоянии я не намерен.       Чонгук останавливается в дверях с не до конца застёгнутым пуховиком. Он глубоко вздыхает и, как кажется Тэхёну, сам уже жалеет, что хоть что-то сказал. Ким ожидает от него хоть небольшой отдачи, но вместо этого Чонгук выходит на улицу. Дверь остаётся открытой, и это не оставляет выбора — приходится передвигаться и начинать выяснение отношений на улице. — Ты уходишь? Правильно, давай, убегай от проблем! — Тэхён с поражающей скоростью догоняет колдуна и не замечает почти минусовой температуры. Он и рабочий фартук не снял, на правой руке пальто, которое свисает с локтя, уже несколько метров волочится по мокрой и холодной земле. — Может, ты и прав в том, что я знаю тебя всего на одну пятую, но я уже успел заметить, что ты только и делаешь, что убегаешь.       Чонгук молчит, но Тэхён видит по глазам, что он готов волком выть, лишь бы остановить ссору. Однако одного стремления недостаточно, ведь на деле он ничего не останавливает. Он молчит и ждет, что это сам Тэхён успокоится. — Последний месяц я как идиот бьюсь о стену, которую ты вновь выстраиваешь. Я даже причины не знаю: я тебе надоел? Ты нашёл кого-то получше? Осознал, что парни — не твоё? — Не надо, — рычит колдун. Тэхён, не имея почти никаких способностей к магии, всё равно ощущает, как накаляется атмосфера вокруг них. Но его это не пугает, а только раззадоривает — значит, на него, по крайней мере, не плевать. — Не надо за меня выдумывать причины. Я на такое не способен. — Да откуда мне знать тогда, что с тобой происходит, если ты мне не говоришь?! — срывается на крик. — Я не волшебник, не ясновидящий, — на этих словах Чонгук морщится. — Откуда я могу узнать, что в твоей голове, если ты, повторюсь, мне об этом не говоришь? — Пожалуйста, Тэхён, надень пальто, холодно же, — Чонгук, словно кошка, подкрадывается к своему человеку и отряхивает испачканный в грязи подол. — Я понимаю, в твоих глазах виноватый только я… — А кто же, если не ты! — Тэхён выхватывает пальто из чужих рук, но надеть не спешит. — Если ты не знал, то людям в отношениях, — пересиливает себя и свое нежелание переходить на слишком откровенные темы на улице, — просто трахаться недостаточно. Нужно иногда ещё разговаривать друг с другом, знаешь ли. — А мы не разговариваем? — В последний месяц — нет, — с глубокой горечью произносит Тэхён. Ему почему-то тяжело подобрать слова, хотя накануне он продумал весь скелет их диалога со всевозможными ответвлениями. Только вот сейчас все слова, когда так надо, как назло, не вспоминаются. — И даже сейчас, ты не идёшь со мной на контакт. Понимаешь, недостаточно просто мило улыбаться, находясь при этом в розовых очках, и болтать на отстранённые темы, которые точно не заденут болевых точек друг друга. Нужно говорить о том, что беспокоит, чтобы в итоге не получалось так, как получилось сейчас. — Мне сказать?.. — Говори, — Тэхён смотрит прямо в глаза, готовясь принять любой удар.       Чонгук оборачивается и замечает в нескольких окнах особо любопытных персон, которых привлёк шум в одиннадцать вечера. Они слишком долго и слишком сильно шумят. Нужно поскорее с этим заканчивать. Стыдновато, конечно, вышло, но что теперь с этим делать? Колдун сам поспешил вывести их обоих на улицу.       Чонгук не знает, что ему делать.       Тэхён — полукровка. И вроде его самого в этом слове ничего не пугает. Чонгук переживает за самого Тэхёна.       А если парня притягивают магические струны Чонгука? Если Тэхён буквально не осознает того факта, что он не влюблен в Чонгука, это за него решает его сущность, которая самостоятельно не способна впитывать магию? В таком случае Тэхён может не испытывать никаких чувств к нему, он может ошибаться, может упустить человека, с которым ему изначально суждено было прожить жизнь. Чонгук не хочет быть невольным «поработителем» чувств замечательного парня, который заслуживает лучшего.       Он на протяжении нескольких недель изводил себя, при этом то и дело обвиняя то судьбу, то свои поступки, которые привели к сложившейся ситуации.       К тому же, что делать с их ограниченным временем? Через достаточно непродолжительный промежуток времени его начнут искать как отбывшего свой срок колдуна. Ладно Чонгук, вернут в поселение и вернут, но что будет с Тэхёном?       Это Чонгук не доучился в академии и может различить полукровку от человека только с помощью характерных черт и крови, но по его душу придут профессиональные ищейки, которым достаточно будет увидеть Тэхёна, чтобы понять его скрытую сущность.       А они не Чонгук.       Они не пожалеют. — Я… я боюсь, что ты перепутал, — Чонгук видит непонимание в глазах Тэхёна. — Боюсь, что ты перепутал свои чувства. Боюсь, что трачу твоё время, пока рядом, возможно, тот, кого тебе действительно стоит любить. Что ты не любишь меня, а… Ну не знаю. Жалеешь? Или, наоборот, я для тебя зверушка.       Тэхён впервые за десять минут заткнулся.       Такого исхода событий он не рассматривал вообще. Он ожидал чего угодно: усталости от него, измены, стремления вновь сменить своё место жительство, а вместе с ним и жизнь, но… Но Чонгук выглядит, как побитый жизнью щенок, и впервые за месяц Тэхён узнает в нем того, в кого влюбился — такого спокойного, немного зажатого и путающегося в собственных словах и мыслях. Однако боль от осознания смысла этих самых путающихся слов не позволяет броситься на шею с полным прощением всех ошибок.       Его чувства будто не считаются.       Неужели их недостаточно? — Ты считаешь меня настолько ненадёжным? — боль в его глазах видна невооружённо. Чонгук понимает, как сильно он ошибся. Лучше бы продолжал молчать. — Я, честно, не думал, что давал тебе повода для того, чтобы ты мог хоть немного усомниться в моих чувствах. Я за год уехал всего на три дня к семье, всё остальное время уделял тебе. Этого недостаточно?..       Парень не замечает как из глаз начинают литься слёзы. Без воплей и соплей, без покрасневшего лица и заикания: без всего — это просто вода, непрерывно хлещущая из глаз. — Прости, я… — Тэхён… — Чонгук стремится обнять Тэхёна, но парень отмахивается от объятий и оставляет колдуна на расстоянии двух-трёх метров. — Думаю, ты прав, Чонгук. Я устал, мне нужно отдохнуть, — Тэхён наконец снимает с себя рабочий фартук. — Нет. Нам нужно отдохнуть. Друг от друга.       Парень бросает фартук на землю и стремительно, переходя на бег, направляется в сторону своего подъезда. На самом деле, очень хочется обернуться и сказать Чонгуку, что они пройдут через этот этап, что всё будет нормально — но он сейчас до ужаса обижен и просто физически не способен: если Тэхён окажется рядом с колдуном, он просто продолжит рыдать. А ему внутренний стержень этого не позволяет.       Как только дверь закрывается, Чонгук бережно поднимает брошенную Тэхёном вещь и притягивает к себе.

☆.･.･: ★.･.･: ☆

      Чонгук весь день чувствует себя отвратительно. У него нет сил на то, чтобы улыбаться посетителям, как это он делает обычно. Старушка, с которой обычно спорит Чонгук о рассаде, как видит его, сразу же тяжко вздыхает: — Случилось чего? — Да так… — Колдун смотрит на женщину и понимает, что с ней выражения стоит выбирать. Их поколение может таких отношений не понять. — Со своей второй половинкой повздорил слегка. — Вот мужчины пошли… — Чонгук закатывает глаза и очередной раз уверяет себя в том, что ему нужно жить с закрытым ртом. — Страдают из-за ссор похлеще женщин.       Колдун сжимает зубы до боли и, стараясь игнорировать целую тираду старухи, вытаскивает из чёрного выхода заранее заготовленную для неё упаковку удобрений. Женщина на мгновение отвлекается, говоря: «Спасибо. Единственный специалист, который без слов понимает, что мне нужно», — а потом вновь продолжает сетовать на молодое поколение. Почему-то такой тип пожилых людей думает, что от их бестолковых и абсурдных речей что-то зависит. Чонгук уже привык к ней, но желание послать ее куда подальше с каждым разом становится всё сильнее и сильнее.       Обычно она уходит сразу же, но в этот раз, даже заплатив и засунув удобрение в пакет, всё равно не затыкается. Новые покупатели, как назло, не приходят, а потому одинокая женщина не видит никаких препятствий для ментального изнасилования ума Чонгука. Она всё продолжает нести околесицу, попутно приводя в пример какие-то дикие аргументы, из-за чего у колдуна уже уши чуть ли не кровоточат. — А Тэхён где? — спрашивает она, отдышавшись. — У него выходной. — Правда? Ой, как хорошо! Чонгук, ты не боишься работать с ним? Он же вылитый ворюга, — у колдуна невольно начинает дёргаться глаз. Нервы и так на пределе, а она ещё и обсуждать его молодого человека собралась. — Тощий, глаза постоянно бегают, словно выискивают, волосы черные уже отросли, а снизу всё ещё крашеные…       Он больше не может. Она мучает его уже больше двадцати минут, теперь собралась промывать вместе с ним кости, между прочим, дорогого ему человека. Тётушка Хван читает мне нравоучения уже около получаса 14:52       Тэхён в полночь написал о том, что берёт отгул на день, после чего в сети не появлялся и на звонки Чонгука не отвечал. Сам же колдун не знает, зачем он пишет именно об этом, а не извиняется за вчерашнее и вообще за весь прошлый месяц.       Нет, сейчас он врет. Он все знает. Чонгук привык к Тэхену, он стал за этот короткий промежуток времени чем-то очень необходимым. Писать Тэхену: «Доброе утро», «Спокойной ночи», «Побольше ешь» и, черт тебя дери, «Я люблю тебя» стало так же важно, как и чистить зубы. Поэтому весь день он то и дело поглядывал на телефон, пытаясь уговорить себя написать хоть что-то.       Написал.       Он откидывает телефон и поднимает взгляд на потолок, начиная считать магические струны. Старушка всё продолжает и продолжает, а Чонгук думает, что примерно так постепенно и сходят с ума. Неужели у нее нет внуков, которым куда больше нужны нравоучения? А ведь Чонгук постарше этой женщины будет.       Внезапно телефон булькает и на экране загорается сообщение. Чонгук удивленно прижимает палец к отпечатку и смеётся.

Так тебе и надо 15:01

☆.･.･: ★.･.･: ☆

      Видеть друг друга вновь очень неловко.       С их прошлой встречи прошла неделя. Целая неделя, в течение которой Тэхен плевал в потолок, считая убытки от собственной слабости, а Чонгук пахал на износ, лишь бы меньше времени проводить наедине с собой и своими мыслями. Колдун не знает, с какой стороны ему стоит подступиться, чтобы всё их дальнейшее общение пошло по мирному и спокойному сценарию, Тэхён ждёт, пока мужчина сам не соберётся и не начнёт с ним разговор. — У тебя корни отросли, — произносит Чонгук, стараясь выглядеть при этом как можно более спокойным. — Да… Нужно цвет обновлять, — бормочет в ответ Тэхён. — Почему не хочешь вернуть свой натуральный?       Тэхён в замешательстве дергает плечами и вешает пальто, попутно слегка поеживаясь от холода. Он действительно не знает, почему ему не нравится его натуральный цвет волос.       Неловко.       До начала рабочего дня ещё сорок минут. Более чем достаточно времени для того, чтобы успеть потрепать нервы друг другу. Тэхён спокойно усаживается за рабочий стол и, попутно жуя заранее вытащенные из рюкзака яблочные дольки, начинает печатать листы с интернет-заказами. Чонгук, не отрываясь, следит за каждым его действием. Тэхён ждёт некоторое время, пока тишина не начинает его раздражать. — Мы будем делать вид, что ссоры не было? Или все же обсудим, а? — всё же сдаётся Ким. — Я, честно, не знаю, что ещё можно обсуждать, — потирает глаза колдун. — Я всё уже сказал. — Неужели за неделю никаких новых мыслей не появилось?       Чонгук несколько мгновений молчит, а потом с нескрываемой грустью произносит: — Нет. — Это плохо, — поднимает наконец голову Тэхён, заглядывая в глаза Чонгука. Он самый настоящий колдун, ведь буквально каждая его черта чарует. Тэхён соскучился, он хочет уже поскорее разобраться с этим всем, чтобы как месяц назад, еще до возникновения разногласий, лежать в обнимку и вдыхать запах волос, временами заплетать корявые и маленькие косички, возиться на кухне в попытках приготовить хоть что-то, похожее на реально съестное.       Чонгук неловко улыбается и с облегчением выдыхает. По крайней мере, они уже начали говорить, потому что после крика души о нравоучениях тётушки Хван колдун себя пересилить не смог. Ну не получалось у него собраться с мыслями так, чтобы взять ответственность и начать пытаться разрешить конфликт. — Я не такой, Тэхён, — Ким хочет съязвить и ответить что-то вроде: «Я уже заметил», — однако у него хватает мозгов на то, чтобы понять, что сейчас лучше не капать ядом. — Я не могу стать опорой, которая позволит тебе ощущать себя абсолютно уверенным в завтрашнем дне, понимаешь? Несмотря на то, что я старше… — Я и не ожидаю от тебя решения всех проблем, которые могут встретиться на моем пути. Я не маленький мальчик. Я хочу, чтобы мы решали всё вместе и, желательно, по мере поступления. — Да, я тебя обидел, — признаёт колдун. — Это было неправильно с моей стороны. Я не должен был решать за тебя твои же чувства, но… — Тэхён затыкает его рот рукой. — Всё. Это то, что я хотел услышать, — смотрит пронзительно, щёлкает по лбу. — Никаких «но».       Пошёл ли он навстречу слишком быстро? Скорее всего — да.       Но ведь он уже его простил.       Всю неделю Тэхён был переполнен эмоциями: сначала обидой и гневом, а потом безумным желанием вырваться из собственноручно созданной клетки и вцепиться в Чонгука настолько, насколько это возможно. Благо, Ким не успел нарубить сгоряча, у него было достаточно времени на то, чтобы остыть и всё как следует осмыслить. У Чонгука свои тараканы в голове, которыми он не торопится делиться, но ведь и сам Тэхён не святой.       Робко и почти невесомо Тэхён прикасается к волосам, постепенно смелея и более уверенно зарываясь в кудряшки. Как же его от этого заносит…       Колдун позволяет Тэхёну покрывать лицо лёгкими поцелуями — он от этого плавится. Но, как бы это не было прискорбно, он не договорил. И ему хочется, как минимум, предупредить Тэхёна если не обо всех трудностях, то хотя бы об их части. — Ты слишком оптимистично мыслишь. — А ты пессимистично, — Тэхён прикусывает мочку уха, из-за чего Чонгук не сдерживается и охает. — Я считаю, мы созданы друг для друга. — Тэхён, ты заслуживаешь большего. — Кажется, мы две-три минуты назад решили, что то, чего я заслуживаю, решаю я сам, — парень довольно грубо сажает Чонгука за стул, а потом по-хозяйски затыкает его рот долькой яблока. Колдун несколько секунд недоумевает, он рассчитывал не на такое продолжение. — Я не ангел, не понимаю, зачем ты меня так… идеализируешь? И ещё: зря ты себя так недооцениваешь. Вот уж кто заслуживает большего, так это ты. — Спасибо, конечно, — Чонгук отвлекается на часы. Ещё чуть больше двадцати минут. — Но я тебе говорю это не столько из-за недооценивания, я себя в зеркало вижу… Я говорю это из желания предостеречь тебя. — Ага, продолжай-продолжай, если хочешь отхватить от меня. — По крайней мере, ты знаешь моё мнение, — горько улыбается колдун.

☆.･.･: ★.･.･: ☆

— Тэхён?       Чонгук с подозрением косится на парня, коварно смотрящего в экран телефона. Он может предложить только два сценария развития событий, так как научен горьким опытом: Тэхён вечно либо пугает его какой-то странной картинкой, либо предлагает не менее странную идею. И, судя по тому, что он периодически вчитывается и перелистывает что-то, это не картинка.       Наконец парень отрывается от экрана и с горящими глазами заявляет: — Лето же! Давай куда-нибудь съездим? — Тэхён, у меня… — Да ты вечно работаешь! — перебивает. — Хоть раз отпуск же нужно себе устроить, ну?       Тэхён, движимый своим бешеным детским азартом, смотрит прямо в глаза, ожидая ответа. Пускай в очередной раз колдун его пошлёт, пускай он будет ворчать — нужно хотя бы попробовать. — Я, в целом, не против, — Тэхён даже рот раскрывает от удивления. Чонгук, ещё и без вечного: «Моё второе имя — работа»? — Только вот срок нужно посмотреть реалистичный. Я месяц всё же не смогу без работы проваляться, может, неделю-полторы? — Звучит заманчиво, — как-то растерянно бормочет Ким. — Я всё ещё не верю, что ты согласился. Это же надо так… — Тебя не поймёшь! — наигранно возмущается Чонгук. — Не соглашаешься — плохой, соглашаешься — плохой! — На самом деле, я рад, — неожиданно серьёзно произносит Тэхён. — Надо будет подумать обо всех деталях как следует.       В этот момент в магазин забегает молодой паренёк, а разговор прерывается на некоторое время. Оба работают на рефлексе, в голове продумывая возможные шаги. Для Чонгука ситуация двойственная: с одной стороны, они почти никогда не проводили время как пара — выходили на прогулки после работы, смотрели фильмы, опять после работы, ночью — слишком быстро их отношения стали бытовыми, и он понимает, что так быть не должно. С другой, он не может, да и не особо хочет выходить из зоны комфорта. Чонгуку достаточно уже устаканившейся схемы: сон — Тэхён — работа — Тэхён — сон.       А вот Тэхёну этого явно не хватает.       Как назло, народ идёт сплошным потоком, поэтому парни успевают только переглядываться временами. Лишь несколько раз Тэхён проходит мимо и «случайно» прикасается к Чонгуку, наблюдает за дёрганой реакцией. Его веселит выражение лица колдуна — он ужасно похож на потерянного оленёнка. — Может, в частный сектор? — во время обеденного перерыва спрашивает колдун. — Снимем дом. А рядом речку какую-нибудь или озеро. В лес можно ходить погулять… — Не люблю лес, — закручивает себе волосы пальцами Ким. Он поднимает взгляд на Чонгука и, словно оправдываясь, продолжает. — Неприятные у меня с ним воспоминания. — Прости, не подумал, — даже как-то слишком быстро соглашается колдун. — Море? — Там людей много. Ты такое не особо любишь.       Чонгук отводит взгляд в сторону окна и, задумавшись, чешет затылок. Ему не хочется разочаровывать Тэхёна, тем более, кто знает, смогут ли они в будущем выбраться ещё раз на отдых? Времени у них всё меньше и меньше. — А почему нет? Арендуем себе дом в шаговой доступности к морю, — довольно щурится колдун. — Будем по вечерам есть мороженое и болтать ножками в воде. — Ты чего? У моря дорого! — деловито заявляет Тэхён, жуя батончик.       Чонгук слегка оскорбляется от такого заявления, но возмутиться не успевает — в закрытую дверь стучатся. Тэхён машет рукой и сам уходит по направлению к человеку, чтобы объяснить, что часы работы расположены буквально перед носом и стоит потерпеть буквально минут десять. — Вообще-то, — Чонгук пытается не выдавать своего внутреннего возмущения. — У меня достаточно денег, чтобы обеспечить тебе комфортную жизнь. — Получается, ты сейчас претендуешь на почетное звание шугар дэдди? — хихикает блондин. — Ну типа… — неловко улыбаясь и запуская руку в волосы, произносит колдун. Он замечает лёгкое недоумение в глазах у Тэхёна. — А что? Ты сам мне твиттер скачал. Я теперь и не такое знаю!

☆.･.･: ★.･.･: ☆

— Думаю, ты был прав, — с лёгким сожалением произносит Тэхён. — Я взял слишком много всего.       На полу в гостиной стоят два огромных чемодана и несколько сумок, в которых также находятся разные «важные» вещи. Чонгук оглядывает картину несколько раз и поражается, как они дотащили это всё без помощи таксиста в один присест.       Он проходит по дому, просматривает всё на наличие камер — не особо хочется быть запечатлённым. Довольный, что внутри ничего нет, выглядывает на улицу. Там ситуация немного посложнее — есть камеры, которые направлены на небольшой бассейн. Колдун пожимает плечами, а внутри даже немного расстраивается — Тэхёна так возбуждала мысль о сексе в бассейне, а тут…       Хотя камеры можно на некоторое время и вывести из строя.       Чонгук вновь заходит в дом, смотря на то, как его парень всё ещё стоит, ворча на самого себя. — Да ладно, — отмахивается колдун. — Зато у нас есть на все жизненные ситуации выходы. Даже в случае зомби-апокалипсиса выживем. — Ой, иди ты…       Чонгук хихикает и подхватывает чемодан с одеждой. Спальня у них на втором этаже — пусть и вещи там лежат заодно.       Вообще, этот дом рассчитан по меньшей мере на три семьи, однако колдун упёрся и арендовал его полностью, несмотря на некоторые возражения Тэхёна. И сейчас он понял: оно того стоило.       В их распоряжении шикарный двухэтажный дом молочного цвета с такого же цвета ротондой, качелями, несколькими лежаками и небольшим, но уютным садом с вишнёвыми деревьями, выстроенными в ряд — можно даже никуда не выходить, а все десять дней их отдыха провести сугубо в этом месте. — Надо будет в магазин сходить, — поднимается Тэхён. — А то есть нечего будет завтра. — Хорошо, — Чонгук падает на кровать и смотрит на парня. — Ну как тебе?       Тэхён быстро оглядывает комнату и, слегка краснея, тихо произносит: — Я, если честно, до сих пор не верю. Такой дом — и в нём будем жить только мы… Это даже как-то слишком что-ли. — Да ладно тебе, — Чонгук поднимается на лопатки. Взгляд Тэхёна падает на пресс — колдун без футболки. — Разве не ты ходил довольный и уверенный в том, что теперь будешь из меня периодически высасывать деньги? Теперь даёшь заднюю?       Тэхён из завороженного и тихого в то же мгновение вновь превращается в уже знакомого чертёнка с дьявольским блеском в глазах. — Даже если и дал заднюю, то что? — заявляет, подходя ближе и смотря сверху вниз. — Спешу напомнить, что у тебя кружки дома битые. Ты всё никак новые не купишь, скряга! — Ух, ну ты и язва, — Чонгук хватает Тэхёна за руку и утягивает на кровать, несмотря на безуспешные попытки парня удержать равновесие. — Я потный! — А я тебя и таким люблю.

☆.･.･: ★.･.･: ☆

      Тэхён переворачивается и не ощущает рядом Чонгука.       Наверное, отошёл в туалет или за водой.       Парень потирает глаза и тянет руку к тумбочке. Два раза тыкает пальцем на телефон — сейчас половина третьего ночи. Через открытое окошко дует лёгкий ветерок, и Ким накрывается простынёй, ожидая, пока Чонгук вернётся. Из-за того, что он уже открыл глаза, желание дальше спать немного отступает.       Чонгук не появляется ни через три, ни через пять минут. Ещё не испуганный, но уже настороженный, Тэхён спускается вниз, едва не забывая свой телефон. Вокруг тишина, только цикады стрекочут. Парень проходит в гостиную и удивлённо охает.       От зеркала исходит слегка голубоватое свечение и во все стороны отходят какие-то белые, чуть извивающиеся нити. Тэхён несколько раз видел такие, когда жил с матерью — они появлялись после особо сложных ритуалов. Увидеть их сейчас ему хотелось меньше всего — он уже почти забыл о том, что его Чонгук, вообще-то, колдун.       Сердце как-то неприятно колет. А ведь он обещал, что в течение этого времени никакой работы и быть не может. Но в первую же ночь смылся обратно к себе в магазин.       Судя по тому, что эти ниточки ещё светятся, Чонгук использовал магию совсем недавно.       Тэхён включает телефон и направляет камеру на зеркало. Ну конечно, кто бы сомневался… На камере ни ниточки, ни светящееся зеркало не отображается. Это видит только он, так как в его венах всё-таки течёт кровь ведьмы. Он кривится от осознания этого и, тупо посмотрев ещё несколько минут на зеркало и на то, как потихоньку исчезают ниточки, устремляется обратно в спальню.       Лучше бы он вновь лёг спать сразу, а не решился пойти его искать.

☆.･.･: ★.･.･: ☆

— Мне не нравится, что на тебя смотрят, — зло глядит Тэхён на двух девушек, открыто пялившихся на его Чонгука. — На тебя тоже смотрят, — зевает колдун. — Я тоже слегка бешусь, но потом понимаю, что ты-то ни на кого пялиться не будешь. Пусть себе глаза хоть сломают, от этого ничего в жизни не изменится. — Как ты, однако, загнул, — всё же одобрительно кивает Ким.       Частные пляжи уже как час закрыты, поэтому они ходят по аллеям и ждут, пока достаточно стемнеет, чтобы и на общедоступных было поменьше людей. Дневная жара уже давно спала, однако желание нести на своём теле как можно меньше одежды всё ещё остаётся, поэтому Тэхён, в отличие от Чонгука, всё ещё ходит без футболки.       Среди людей Чонгуку впервые комфортно. Может, это потому, что рядом Тэхён, который как горгона всех сначала заставляет на несколько секунд застыть, а потом как можно скорее отодвинуться от них подальше или же вовсе исчезнуть с его поля зрения. А может и потому, что они в довольно-таки спокойном месте, в котором нет никаких баров, аттракционов и всего прочего, что так сильно привлекает к себе всяких общительных и инициативных.       Первое время к ним подходили знакомиться — Чонгука даже чуть не увели куда-то однажды, пока Тэхён пытался сторговаться ради мороженого со старичком, поднявшим цены чуть ли не в три раза. Перепугались в этот момент оба. Сейчас никто не подходит почти, потому что одна персона ходит с агрессивным лицом, отпугивающих всех в радиусе метров пяти. Как минимум. — Я хочу лежать на песке и разговаривать с тобой, — прерывает сложившуюся тишину Тэхён. Чонгук улыбается и, кивая, соглашается. — Давай тогда поближе к дому? А то я уже немного устал ходить. — Конечно.       Чонгук забегает в их апартаменты на минутку, забирает из холодильника минералку и возвращается с двумя кофтами. Тэхён как-то грустно смотрит на воду, и колдун одновременно хочет и не хочет отвлекать его. В итоге парень поворачивается сам и слегка дёргается, не ожидая, что Чонгук окажется настолько близко. — Я ещё кофты захватил. — Уважаю.       Тэхён осматривается. Людей здесь уже не так много — всё же большинство начали потихоньку расходиться по домам. Он плюхается на песок и, раскинув в сторону ноги и руки в попытке изобразить ёлочку, смотрит на Чонгука. — Особое приглашение нужно? — Да нет, — пожимает плечами колдун.       Чонгук секунд десять думает о том, как именно ему стоит лечь, и в итоге ложится справа, устраиваясь так, чтобы их лица при повороте головы были максимально близко. — Знаешь, — Тэхён понимает, чего хочет Чонгук, и поворачивается к нему. — Когда я первый раз тебя увидел, я был в каком-то смятении, — хихикает. — Я понимаю, ты меня сейчас можешь неправильно понять, ведь я буквально сжал твои розы, это ли нельзя назвать смятением, — переходит на какое-то едва различимое бормотание. — Но ты будто впечатался мне в мозг, каждый чёртов день ты всплывал в моих мыслях. У меня такого никогда не было. У меня вообще, — слегка осекается, — есть небольшие проблемы с привязанностью к людям. Но ты, блин, всё сломал. — Да, я такой, — перебивает колдун. — Я всё вечно с ног на голову переворачиваю. — Как ты думаешь, это судьба?       Взгляд Тэхёна ломает что-то внутри Чонгука.       Он же не сможет его оставить. — Когда я тебя встретил, — Ему сложно рассказывать о таком, смотря глаза в глаза. Чонгук отворачивается. Взгляд у него бегающий, словно пытающийся за что-то зацепиться, но всё никак не находящий нечто нужное. — Я испугался. Ты ввалился, как маленькая катастрофа, что-то испуганно пробормотал, поранился и смылся. Кстати… А что тебе вообще нужно-то было? — вновь поворачивается в сторону Тэхёна. И взгляд, наконец, цепляется. — Интересное у тебя мышление, Чонгук. Спустя почти год спрашивать о таких вещах, — блондин хмурится, роясь в памяти. — По-моему, я хотел съездить к матери, решил купить для неё роз. Она их очень сильно любит. Но тут как раз неувязочка вышла, я и не поехал, — решает, что нужно пояснить. — Она не переносит вообще, когда я где-то ранюсь: сразу паника, истерика, слёзы, сопли... — Я её прекрасно понимаю. За тебя невозможно не переживать.       Тэхён закатывает глаза, а Чонгук слегка улыбается. Стыдно немного, что он перескочил с темы судьбы… Выглядит так, будто он какой-то трус, неспособный ответить на вопрос. А ведь они недавно как раз из-за излишней молчаливости Чонгука и повздорили. — По поводу судьбы: я в неё не верю. Знаешь, у меня было много времени на то, чтобы подумать о том, есть ли она или нет. И вообще, я не особо умный, — колдун морщится на мгновение. — Я не могу верить в то, что не могу себе хоть в какой-то мере представить. Так вот, чем дольше я думал по этому поводу, тем больше убеждал себя в том, что нет никакой судьбы. Есть только слабость и желание водрузить всю вину на кого-то другого. Понимаешь? Будто это не я бездействовал, а вот так судьба распорядилась. И вина это её. И вообще, может и к лучшему это всё. — Но ведь не у всех достаточно сил, чтобы нести ответственность за свои действия. Некоторым же жизненно нужна вера во что-то. — Классно, — ухмыляется. — Но я же не о них говорю. Я говорю о себе и своём мнении. Я считаю, что человек постоянно стоит перед выбором. Мы — это результат наших выборов, а не судьбы.       Тэхён с недовольством оглядывает Чонгука и глубоко вздыхает: — Вот умеешь ты каждый разговор в итоге свести к размышлению на противоречивые темы! — Ну уж простите, теперь буду молчать! — Да ладно тебе… — Тэхён показывает язык. Так по-детски. — Я же любя.       Чонгук застывает: даже дыхание задерживает невольно.       Ему так хочется этот момент запечатлеть во всех деталях, настолько точно, насколько это вообще возможно. Он слегка теряет контроль над собой и своими чувствами, находясь где-то посередине между истерикой и полным бездействием. Для него это так странно — ведь он никогда не испытывал ничего подобного по отношению к своим сородичам. — А ты, как я понял, веришь в судьбу? — Не знаю… Иногда мне хочется верить, что всё в нашей жизни не случайно. Я понимаю, что по большей мере это всё наши выборы или же случайности, но… Это может помочь в некоторых случаях. — Допускаю такое, — кивает колдун. — Спасибо, Ваша честь! — Язва.       Тэхён зевает. — На самом деле я так рад, что мы сейчас можем так говорить друг с другом, — тихо шепчет Чонгук. — И правда, — Тэхён смотрит на звёзды. — В начале наши разговоры были похожи на то, как общаются энписи. Мы иногда возвращаемся к этому — ну, знаешь, когда мы как-то по-ломаному говорим… — Я думаю, в этом нет ничего плохого, — колдун переворачивается на живот и, чуть подтянувшись, утыкается в шею Киму. — Это наше особое очарование. Общаться как при первой встрече.       Чонгук слегка приподнимается на локтях, чтобы вновь смотреть в глаза Тэхёну.

☆.･.･: ★.･.･: ☆