Солнце и Луна

Глава 3.

      Агата остановилась у маленького кафе в центре города. Мистик Фолз, хотя по слухам был не слишком шумным городком, сейчас казался ей большим и оживленным. Люди шли по улицам неторопливо, но их было довольно много — кто-то с сумками из продуктового магазина, кто-то выгуливал собаку, пара подростков смеялась у скамейки. Агата сразу заметила маленький цветочный магазин с навесом в красно-белую полоску, а напротив — телевизионную станцию с вывеской «Mystic Falls Media». Здание выглядело старым, но ухоженным, на крыше торчала небольшая спутниковая тарелка.       Она сидела в своей чёрной «Субару» на парковке у тротуара, двигатель был заглушён, окно приоткрыто. Тёплый воздух Вирджинии втягивался в салон вместе с запахом кофе и свежей выпечки — кафе работало, и оттуда доносился приглушённый звон посуды.       Агата ждала звонка от миссис Норт, которая должна была показать ей новый дом. Вернее, показать варианты — потому что Агата ещё не решила, что именно ей лучше: купить дом, которых здесь было достаточно много, или же снять квартиру, где будет проще обустроиться одной. Дом — это ответственность, сад, крыша, соседи. Квартира — меньше хлопот, но и меньше свободы. Она сомневалась. В Кембридже у них с отцом был дом с садом, и она любила сидеть на веранде по вечерам. Но одной, наверное, будет тоскливо в пустых комнатах.       Телефон завибрировал. Агата взглянула на экран — незнакомый американский номер. Она нажала «ответить».       — Алло? — сказала она негромко.       — Мисс Блэквуд? — раздался женский голос, спокойный и с лёгкой хрипотцой, как у женщины лет сорока. — Это Виола Норт. Вы уже в городе?       — Да, я у кафе в центре. На парковке.       — Отлично, дорогая. Я сейчас подойду. Зайдите внутрь, закажите что-нибудь, а я вас найду. Договорились?       — Хорошо, — ответила Агата и положила трубку.       Она вышла из машины, взяла сумочку и ключи, нажала на брелок — машина пискнула. Затем направилась ко входу в кафе.       Внутри оказалось уютно. Маленькие круглые столики, плетёные стулья, на подоконниках — живые фиалки. Пахло кофе, ванилью и корицей. Несколько посетителей сидели с газетами или ноутбуками. Агата выбрала столик у окна, откуда видно было её машину, и села.       Через минуту к ней подошла девушка в фартуке песочного цвета с вышитым логотипом кафе. На груди у неё был бейджик с именем «Вики».       — Добрый день! Что будете заказывать? — спросила она приветливо, вынимая блокнот.       — Кофе, пожалуйста. Чёрный, без сахара, — ответила Агата.       — Минуту, — Вики улыбнулась и ушла к стойке.       Агата оглядела зал. В углу сидела пожилая пара, женщина читала вслух что-то из местной газеты. У барной стойки какой-то мужчина в клетчатой рубашке пил чай и смотрел на маленький телевизор, висящий под потолком. Всё выглядело очень... обычным. И Агате это нравилось.       Дверь кафе открылась, и вошла женщина. Лет сорока, с короткими тёмными волосами, убранными за уши, в простом бежевом пальто и джинсах. На плече висела большая кожаная сумка. У неё было приветливое, спокойное лицо, и она сразу направилась к столику Агаты.       — Вы Агата Блэквуд? — спросила женщина, чуть склонив голову.       — Миссис Норт? — Агата привстала.       — Просто Виола, дорогая. Присаживайтесь, не стесняйтесь, — женщина опустилась на стул напротив. Вики принесла кофе Агате и вопросительно посмотрела на Виолу. — Мне, пожалуйста, зелёный чай.       Вики кивнула и ушла. Виола положила сумку на колени и внимательно посмотрела на Агату.       — Могу я уточнить, сколько тебе лет? — спросила она мягко, но без лишней фамильярности. — Для документов это важно.       — Восемнадцать, — ответила Агата ровно. — В моей стране я уже совершеннолетняя, так что все документы в порядке.       — Хорошо, хорошо. Просто чтобы не было потом пересудов, — Виола улыбнулась. — Местные жители иногда слишком любопытны. Итак, вы ищете жильё. На сколько человек?       — Я буду одна, — сказала Агата, сделав глоток кофе.       — Тогда есть неплохой вариант — квартира-студия. Уютная, недалеко от центра. Дёшево, всё включено, — Виола достала из сумки планшет с бумагами. — Но если хочешь что-то побольше...       — А есть что-нибудь покрупнее? — перебила Агата. Ей не хотелось ютиться в одной комнате. Она привыкла к пространству.       Виола подняла брови, но кивнула.       — Есть. Но если ищешь что-то на будущее, я бы посоветовала посмотреть дома. Они прекрасны, у многих есть небольшие садики. Садоводство, между прочим, одно из самых распространённых хобби здесь. Местные очень гордятся своими розами и помидорами.       — Дом — это большой? — Агата шла прямо к делу. Она не хотела тратить время на долгие разговоры о погоде и традициях.       Виола раскрыла планшет, перелистнула пару страниц.       — Есть один вариант. Два этажа. На первом этаже — гостиная, кухня, небольшая столовая. На втором — две спальни и две раздельные ванные комнаты. Рядом хорошие соседи, улица достаточно тихая. И вид из окон — на реку, очень спокойно.       Агата слушала, кивая. Две спальни — одну можно сделать гостевым кабинетом, или просто оставить пустой. Сад — возможно, она даже посадит что-нибудь, как когда-то с отцом. Ей понравилось описание.       — Звучит неплохо, — сказала она. — А цена?       Виола назвала сумму. Агата мысленно прикинула — наследство позволяло, причём с большим запасом. Но решила не показывать этого.       — Можно посмотреть? — спросила она.       — Конечно. Я как раз думала, что тебе этот дом подойдёт. Единственное... — Виола замялась, чуть нахмурившись. — Хотя в соседнем доме случилось горе. Муж с женой погибли в автомобильной катастрофе пару месяцев назад. Остались двое детей. Они были прекрасными врачами, мистер Гилберт ещё и преподавал в местном колледже. Хорошие люди... Но это по соседству, не в том доме, где мы смотрим. Если тебя не смущает.       Сердце Агаты дрогнуло. Лицо её исказилось — она почувствовала острую, внезапную боль, словно кто-то сжал ей грудь. Соседний дом. Смерть родителей. Оставшиеся дети. Это было страшно похоже на её собственную историю — если не считать того, что её отец умер не в катастрофе, а от инфаркта, и она была одна, без братьев и сестёр. Но боль от потери — она одинакова. В голову хлынули воспоминания, но она их оттолкнула, ей не хотелось вспоминать почему именно у Виктора случился инфаркт.       — Мне очень жаль, — сказала Агата тихо, почти шёпотом. Её голос дрожал. — Я... я соболезную этим детям. Им, наверное, очень тяжело.       Виола внимательно посмотрела на неё. Как женщина, которая многое повидала на своём веку, она уловила в голосе Агаты что-то личное, не просто вежливое сочувствие.       — Ты тоже потеряла кого-то, да? — спросила Виола мягко, не настаивая. — Прости, если я не права.       Агата отвела взгляд в окно. За стеклом проплывала обычная жизнь Мистик Фолз — люди шли по своим делам, солнце клонилось к закату, где-то играла музыка из открытого окна.       — Недавно умер мой отец, — сказала она после паузы. — Поэтому я здесь.       Виола кивнула, ничего не сказав. Просто положила свою тёплую ладонь поверх руки Агаты на столике — ненадолго, на секунду, но очень по-человечески.       — Тогда этот дом, возможно, тебе подойдёт больше, чем квартира, — сказала она спокойно. — Иногда стены, которые видели чужое горе, лучше понимают твоё. Это не магия, просто... жизнь.       Агата подняла глаза. У неё не было слёз — только тихая, глухая благодарность за то, что её не стали расспрашивать.       — Давайте посмотрим дом, — сказала она твёрдо. — Завтра?       — Хорошо. Завтра в десять утра я заеду за тобой, — Виола встала, забирая свой чай, который так и не попробовала. — Отдохни сегодня. Дорога была долгой.       — Спасибо, Виола, — сказала Агата, тоже поднимаясь.       Она расплатилась за кофе (Вика принесла счёт, улыбнувшись), и вышла на улицу. Солнце уже почти село, и воздух стал прохладнее. Агата села в свою машину, положила руки на руль и посмотрела на главную улицу Мистик Фолз, освещённую тёплым закатом и первыми фонарями.       Она ещё не знала, где будет спать сегодня — в мотеле или в гостинице, — но у неё было чувство, что всё складывается правильно.       Она нашла место, где её боль поняли без лишних слов. И это уже было много.       

***

      Агата проснулась от яркого солнца, которое пробивалось сквозь тонкие шторы местного отеля. Она не сразу поняла, где находится — слишком непривычно было видеть за окном не лондонские крыши, а тихую американскую улицу с одноэтажными домиками и зелёными лужайками. Потом память вернулась. Мистик Фолз. Штат Вирджиния. Новая жизнь.       Она потянулась, села на кровати и взяла телефон со стеклянной тумбочки. Экран показал 8:30. У неё оставался ещё полтора часа до встречи с Виолой — они договорились на десять утра. Отель был забронирован на целый день, так что за вещи можно было не переживать. Но коробки, которые ехали из Лондона, её напрягали. Они уже были в пути — с книгами, одеждой, отцовскими вещами, — и скоро прибудут. А у неё до сих пор нет ни дома, ни даже точного адреса. Так что с покупкой жилья надо было торопиться.       Она набрала номер ресепшена и заказала кофе и завтрак в номер. Через пятнадцать минут приятная женщина с тележкой принесла поднос: свежие круассаны, джем, йогурт и большую чашку чёрного кофе. Агата поблагодарила, закрыла дверь и медленно позавтракала у окна, наблюдая, как городок просыпается.       В половине десятого она приняла душ, оделась в простые джинсы и светло-серый свитер, расчесала волосы и спустилась в холл. На улице её уже ждала невысокая серебристая машина — похоже, «Хонда», — а рядом стояла Виола Норт в тёмно-синем плаще и с той же большой кожаной сумкой.       — Здравствуй, дорогая, — улыбнулась она, открывая дверцу. — Поехали смотреть дом. Я уверена, тебе понравится.       Агата села на переднее сиденье, пристегнулась. Виола плавно выехала с парковки отеля и направилась в сторону южной части городка.       Они проезжали улицы, и Агата внимательно рассматривала всё вокруг, стараясь запомнить дорогу. Мистик Фолз оказался красивым в утреннем свете — чистые тротуары, старые клёны, аккуратные заборчики. Дома здесь были в основном двухэтажными, с верандами и качелями. Кое-где стояли церкви с острыми шпилями, а на одном из перекрёстков Агата заметила маленькую библиотеку из красного кирпича.       — Это Мэйн-стрит, — комментировала Виола. — Там цветочный магазин, его держит миссис Симмонс, очень милая женщина. Дальше — наша аптека, старая, ещё с 1890-х. А вот за тем поворотом — телевизионная станция. У нас она небольшая, но свои новости делают.       Агата кивала, но слушала вполуха. Ей больше нравилось просто смотреть, впитывать новое место. Дорога вилась между домами, потом свернула налево, и они въехали на тихую улицу, где росли огромные дубы. Здесь было почти безлюдно. Только где-то далеко лаяла собака да мальчик на велосипеде проехал мимо.       — Почти приехали, — сказала Виола и припарковалась у тротуара.       Агата вышла из машины и замерла.       Перед ней стоял большой светлый дом. Двухэтажный, с белой краской на стенах и тёмно-синими ставнями. Крыша была серая, из металлочерепицы, а на крыльце стояли две деревянные колонны. Вокруг дома раскинулся небольшой сад — кусты роз, аккуратно подстриженная трава, старая яблоня у забора. Дом выглядел солидно, но по-домашнему уютно. Не как особняк, а как место, где можно жить и чувствовать себя спокойно.       — Ну что, посмотрим? — спросила Виола, открывая калитку.       Они прошли по дорожке из каменных плит. Виола достала связку ключей и отперла входную дверь.       Внутри пахло деревом, свежей краской и чем-то цветочным — возможно, прошлые хозяева оставили ароматизатор. Первая комната оказалась просторной гостиной. Большое окно выходило на улицу, в центре стоял камин из тёмного камня. Пол был паркетный, тёмно-коричневый, местами поскрипывал.       — Здесь можно поставить диван, кресла, — говорила Виола, жестикулируя. — Камин настоящий, дровами, но есть и центральное отопление. Направо — кухня.       Кухня оказалась светлой, с белыми шкафчиками и старой, но ухоженной плитой. Раковина под окном, из которого виден сад. Рядом — маленькая столовая на четыре места.       — На втором этаже? — спросила Агата, поднимая голову к лестнице.       — Да, давай поднимемся.       Лестница была деревянной, с коваными перилами. На втором этаже оказались две спальни. Одна побольше — с двуспальной кроватью (хозяева оставили немного мебели), большим платяным шкафом и окном, выходящим на реку, которая бежала метрах в пятидесяти от дома. Вторая спальня была поменьше — Агата сразу подумала, что можно сделать из неё кабинет или библиотеку. Между спальнями — две ванные комнаты: одна с душем, другая с ванной.       — Вода есть всегда, — пояснила Виола. — Канализация центральная. Газ для плиты и отопления. Чердак и подвал — тоже есть, там можно хранить вещи.       Агата вернулась вниз, прошла на задний двор. Там была маленькая деревянная терраса со столиком, а за ней — зелёный газон, кусты сирени и вид на лес вдалеке. Очень тихо. Только птицы поют.       — Ну и как тебе? — спросила Виола, остановившись рядом.       — Хороший дом, — сказала Агата, оглядываясь. — Тёплый. Спокойный.       — Цена — сто сорок тысяч долларов. Это с учётом всех налогов и оформления. Можем договориться, если есть сомнения.       Агата задумалась. Сто сорок тысяч для неё не были проблемой — наследство позволяло. Но дело было не в деньгах. Дело было в том, чтобы решиться. Купить дом — значит пустить корни. Остаться здесь. Не просто приехать на несколько месяцев, а именно начать новую жизнь. Она смотрела на стены, на камин, на старую яблоню в саду — и чувствовала, что дом ей нравится. Но внутри неё боролись два голоса.       Один говорил: «Покупай. Тебе нужно место, где можно спрятаться от всего мира. Где никто не задаст лишних вопросов. Где ты можешь плакать или молчать, и никто не увидит».       Второй шептал: «А если ты захочешь уехать? Если через месяц поймёшь, что Мистик Фолз — это не твоё? Дом привяжет. Продавать его потом — морока».       Агата прошла ещё раз по гостиной. Потрогала подоконник. Задержалась у камина. В её памяти всплыло, как в их лондонском доме по вечерам горел огонь, и отец сидел в кресле с книгой. Здесь могло быть так же. Или иначе.       Виола не торопила. Она стояла у двери, сложив руки на груди, и терпеливо ждала.       — Можно подумать до завтра? — наконец спросила Агата.       — Конечно, дорогая. Дом никуда не денется. Звони, когда решишь.       Они вышли на крыльцо. Виола заперла дверь. Агата в последний раз оглянулась на белые стены, синие ставни и старую яблоню.       «Купить или нет?» — вертелось у неё в голове.       Она ещё не знала ответа. Но чувствовала, что он придёт — может быть, уже сегодня ночью, когда в отеле останется только тишина и шум дождя за окном.       Агата сделала несколько шагов вслед за Виолой и вдруг остановилась.       — Виола, подождите.       Женщина обернулась, вопросительно подняв бровь. Агата стояла у калитки, сжимая в кармане ключи от «Субару», и чувствовала, как внутри затихает последний спор.       — Я беру его, — сказала она твёрдо. — Покупаю дом.       На лице Виолы расцвела искренняя, тёплая улыбка. Она подошла ближе.       — Вот и отлично, дорогая. Я знала, что он тебе понравится. Чувствуется что-то особенное, правда?       Агата кивнула, хотя не была до конца уверена, что это «особенное» — просто удачное совпадение или голос интуиции. Но отступать не хотелось.       — Что дальше? — спросила она деловито, стараясь не показывать лишнего волнения.       — Дальше — бумаги, — Виола похлопала по своей необъятной сумке. — Я всё подготовила на всякий случай. Мы можем прямо сейчас подписать предварительный договор, если ты согласна с ценой.       — Сто сорок тысяч, вы сказали.       — Да. Все налоги включены. Плюс небольшая комиссия риелтору — но это уже я беру с продавца, а не с тебя, так что не переживай.       Агата на секунду задумалась. Она помнила, как отец говорил: «Никогда не соглашайся на первую цену, даже если она тебе кажется справедливой». Но у неё не было ни желания, ни сил торговаться. К тому же сто сорок тысяч за такой дом в тихом районе казалось даже дёшево — наверное, из-за небольшого спроса в таком маленьком городке.       — Хорошо. Сто сорок, — сказала она.       Виола достала из сумки несколько листов, скреплённых степлером, и планшет с твёрдой папкой.       — Вот предварительный договор купли-продажи. Он не окончательный, но фиксирует твоё согласие. После подписания продавец не сможет передумать и продать дом кому-то другому. А у тебя будет десять дней на полную проверку документов и оплату. Устраивает?       — Да, — Агата взяла протянутую ручку.       — Читай внимательно, — посоветовала Виола. — Не торопись.       Агата пробежала глазами по строчкам. Стандартный юридический язык, адрес дома — 308, Кленовая аллея — правильный, сумма прописана цифрами и прописью. Никаких скрытых пунктов о дополнительных платежах. Продавец — некий Майкл Грейвз, который, как пояснила Виола, переезжает во Флориду и срочно продаёт дом.       — Всё в порядке, — сказала Агата и поставила подпись на последней странице.       Виола подписала вторую строчку как свидетель и риелтор. Затем протянула Агате копию.       — Поздравляю, дорогая. Теперь у тебя есть дом в Мистик Фолз. Постоянный адрес. Будешь завтракать на веранде, и соседи будут завидовать твоим розам.       Агата слабо улыбнулась. Розы — это потом. Сначала нужно пережить переезд и распаковать коробки.       — А когда можно заехать? — спросила она.       — Формально — через десять дней, после полной оплаты. Но продавец уже выехал, дом пустой. Я поговорю с ним, думаю, он разрешит заехать раньше, если ты оплатишь половину суммы сейчас. Хочешь, я позвоню прямо сейчас?       — Давайте, — согласилась Агата.       Виола отошла на несколько шагов, достала свой трубчатый телефон (в 2009 году у неё был ещё старенький «Моторолла» с выдвижной антенной) и коротко переговорила с мистером Грейвзом. Агата слышала только обрывки: «молодая женщина, британка, очень серьёзная», «да, деньги есть», «я ручаюсь». Через минуту Виола вернулась.       — Всё в порядке. Он говорит, что ключи можно забрать завтра утром, если сегодня переведёшь пятьдесят процентов на его счёт. У тебя есть онлайн-банкинг?       — Есть, — Агата достала свой кнопочный «Нокиа E71» (смартфоны уже были, но она ещё не обзавелась новым, а в Британии пользовалась старой трубкой). — Но международный перевод может занять пару дней. Может, просто банковским переводом через отделение?       — Тогда поедем в отделение банка, — предложила Виола. — Оно здесь, в центре, до пяти работает. Сейчас половина третьего — успеем.       — А потом мне нужно в отель, — сказала Агата. — Я хочу немного отдохнуть перед завтрашним днём.       — Конечно, дорогая. Садись в мою машину, я отвезу тебя и в банк, и в отель.       Агата взглянула на свою чёрную «Субару», припаркованную у обочины.       — А моя машина?       — Останется здесь на ночь, — беззаботно махнула рукой Виола. — Улица тихая, ничего с ней не случится. У нас преступность почти нулевая, если не считать подростков, которые воруют яблоки из чужих садов.       Агата помедлила, но решила довериться. Она заблокировала дверь, взяла сумочку и села в «Хонду» Виолы.       Они поехали в центр. Банк оказался маленьким — одноэтажное здание с колоннами и табличкой «First Virginia Bank». Внутри пахло старыми бумагами и кофе. Агата заполнила платёжное поручение на имя Майкла Грейвза, перевела семьдесят тысяч долларов с британского счёта (банковская служащая, миссис Паттерсон, очень удивилась такому переводу, но документы оформила). Операция заняла около получаса.       Когда они вышли на улицу, солнце уже клонилось к закату, окрашивая Мэйн-стрит в золотистые тона.       — Ну вот, — сказала Виола. — Завтра в девять утра я приеду в отель с ключами, и ты станешь полноправной владелицей дома на Кленовой аллее. А пока — отвезу тебя отдыхать.       — Спасибо, Виола. Вы очень помогли.       — Не за что, дорогая. Это моя работа, но с тобой мне было особенно приятно. Что-то в тебе есть... — женщина задумалась, подбирая слово. — Сосредоточенность. Как будто ты знаешь, зачем ты здесь. Хотя, может, мне только кажется.       Агата не ответила. Она смотрела в окно, на проплывающие мимо домики, и думала о том, что завтра у неё появится свой угол. Свой дом. В чужой стране, в чужом городе, но — свой.       Виола подвезла её к отелю, остановилась у входа.       — Отдохни, дорогая. Завтра важный день.       — До завтра, Виола, — сказала Агата, выходя из машины.       Она поднялась в свой номер, бросила ключи на тумбочку, скинула кроссовки и села на кровать. За окном темнело, где-то завыл ветер. Но внутри было тепло и почти спокойно.       Дом куплен. Завтра — ключи. Она закрыла глаза и, сама не заметив, уснула в одежде — первый раз за долгое время без кошмаров.