Нас спас дождь

      Следующие пару недель проходят быстро. Дни получаются полностью загруженными: утром школа, следом работа, вечерняя прогулка, прогружающая школьника в разные мысли и наконец дом, и уроки. Иногда последовательность менялась, в особенности по средам и пятницам, когда нужно было ещё и приходить на консультации, по обществу, истории, математике, и русскому, тогда прогулку приходилось оставить, довольствуясь ими в другие дни. Оксана, как и обещала, пришла тогда в школу, в среду. И они наконец, все вчетвером, выбрались на выходных в кино, на какой-то мультфильм. За это время, Дима, даже, оставался у Шастуна с ночёвкой, наконец познакомившись с его матерью, что работает в аптеке и узнал историю почему они живут отдельно от отца. Андрей (отец Антона), любил вечерами выпивать, что приводило к постоянным ссорам. Кончилось все, спустя год таких семейных вечеров. В один день, пока их отец был на работе, его мама собрала все вещи, забрала свои сбережения и купив билеты в Питер, уехала с сыном к сестре. — Так вы поэтому из Воронежа уехали. — Спросил Дима, после конца истории. — Ага. — Кивнул ему Шастун, опускаясь на пол, возле своей кровати, вытягивая ноги в разные стороны. — И знаешь, ни капли не жалею. Сколько мама тогда натерпелась… ладно, давай поиграем, что-ли? — Мотая головой, отгоняя ненужные воспоминания, предложил Шастун, протягивая Позову джостик. Отец же самого Димы, стал засиживается допоздна на работе, и уезжать на неё, когда парень, ещё спал или уже был в школе. Поэтому они пересекались только на выходных. После того вечера, Темур, в прямом смысле, перестал смотреть на сына, только изредка отправляя в его сторону колкости. Однажды, после такого случая, Дима, даже допустил мысль о том, что его отцу стыдно, но она быстро была отметена его немного нервным смешком. Стыдно? Его то отцу? Тот, также, умело продолжал игнорировать его присутствие, когда младший Позов, например, был в душе или выходил на кухню, чтобы что-нибудь перекусить. Пересекался парень в основном с матерью, которая на его удивление, продолжала пытаться наладить с ним общение, что получается плохо. Хорошо у Димы получалось и получается только с Арсением Сергеевичем, естественно общаться. «После того случая», как Позов это обозвал, учитель стал уделять ему больше внимания, чем следовало бы. Не то, чтобы самому школьнику это не нравилось, просто Дима понимал, что этот интерес, вызвал не он, а состояние его здоровья. Но отказаться от возможности, скоротать время скучных перемен за чашкой чая, да и с неплохой компанией, он все же не смог. Арсений, также, как и Шастун, пытался выведать у него о семье, но на опасную территорию, так и мигающую красным цветом, Попов заходил помаленьку, делая в день, по одному крохотному шагу, так, чтобы не спугнуть. В итоге, как и обещал, возвращаясь к теме того разговора. Вытянуть, что-то из парня, конечно получалось плохо, но мужчина не сдавался, что Диму немного пугало. А доверие к этому человеку, с каждым днём, с каждой его улыбкой, только возрастало. От чего кареглазый иногда чувствовал, очень смещанные чувства, горящие огнем щёки и надоедливых бабочек в животе, которые иногда, просто не хотели улетать, исчезать, убираться оттуда, так и продолжая неестественно щекотать рёбра. Но это было не так важно, как то, что Арсений точно не намерен был отступать. *** — Ровно через полмесяца, состоится школьная дискотека в честь нового года. — Начал свою речь Стас, пока столпившиеся на первом этаже школьники, на не спланированной, посреди учебной недели, линейке, пытались его слушать, попутно отвлекаясь на тихие перешептывания. — …выпускным классам, конечно же не без помощи классных руководителей, за эту неделю нужно будет составить новогодний сценарий, желающие могут помогать… — У вас с этим все так серьёзно? — Потянув за рукав худи, стоящего рядом Антона, шёпотом, спросил Позов. — С чем именно? — Уточнил светловолосый, поворачивая на друга голову. — Ну, сценарий, новогодний вечер, подготовка… в вообщем вся эта новогодняя ебатня. — Да обычно всё. — Пожимая плечами, ответил он. — В других школах не так было? — Обычно на это просто забивали. — Вздохнул Дима. Понимая, что в этой школе, похоже придется принимать во всём этом участие, а последующий ответ Шастуна это только подтвердил. — Ну, у нас, Поз, такое не прокатит. --…В следующий понедельник, жду готовый сценарий у себя на столе, у меня все. Бегите на уроки. — Махнув рукой, так, словно он отгогнал от себя, увязавшуюся за ним, собаку, Стас ретировался к себе в кабинет. Хмыкнув на столь странное сравнение, Дима, вместе с Антоном, поплелся на второй этаж. — Физика же? — Притормаживая возле нужного кабинета, парень поднимает голову на Шаста, и получив короткий кивок, заходит в класс, проходя к последней парте. — Окно. — Поворачиваясь лицом к только что севшим за парту, парням, скучающим голосом тянет Ира, сидя на предпоследней парте. — Почему не знаешь? — Закрывая, было открывший, рюкзак и кидая его куда-то на пол, спрашивает Дима. — Как я поняла, он ушёл на больничный. — Вклинивается в разговор, только что подошедшая Катя, опускаясь на стул возле Иры. — Вроде на следующей неделе только придёт. — Интересно, что с ним. — Тянет Ира, ловя положительный кивок от Кати, пока Антон наблюдающий за их небольшим разговором, наконец не складывает голову на свои подставленные, чуть худощавые руки, задумываясь, с какими всё-таки правильными девочками он учится. — Главное его нет. — Не выдерживая, всё-таки лыбится Шастун. Вспоминая нелюбимого учителя, который постоянно занижал ему оценки. — Жаль только, что всего на неделю. — Уже расстроенно поджав губы, парень ловит смешок со стороны Поза и укоризненный взгляд, со стороны Иры, мысленно присоединяясь к Димке. — Помню как ты радовался, когда химика пару дней не было, а через недели две, чуть ли не свечку за него в церковь бежал ставить, на весь школьный коридор, говоря какой он всё-таки классный. — Не понятно к чему, вдруг зло протянула Ира, привлекая к своим словам внимание не только Антона, но и хорошую половину остального класса. Шастун слегка нахмурившись, выпрямился, обвёл взглядом, все ещё шумный, класс и с прямым вопросом во взгляде, уставился на девушку. Кузнецова под его взглядом, затихла, видимо, осознав, что ляпнула. Катя, сидевшая с подругой рядом, вдруг недоуменно перевела взгляд на Позова, который только тихо хмыкнув, разблокировал свой телефон. Что-то, а о ревности девушки своего друга, Дима был просвещен, когда те только начинали встречаться. Правда, удивление, от выбора «к кому приревновать на этот раз», он все же получил. — Что читаешь? — Отвлекаясь от затихшей подруги, Катя ненароком заглянув парню в телефон, одной рукой выхватывает его из рук Позова, поворачивая к себе. — Техника конькобежных ходов? — Удивлённо читает она, пока Дима тяжело вздохнув, забирает гаджет обратно. — Завтра же лыжи начинаются, — Подключаясь к разговору, протягивает Антон, уводя взгляд с Иры на друга, вновь уставившегося в телефон. — Ну, тут тебе чтение никак не поможет, хоть все там зазубри. Это на практике делать надо, а не теории в голове строить. — Проговаривает Шастун, откидываясь на низкую спинку, неудобного стула. — Хочешь, я тебе завтра, перед уроком покажу пару ходов? — По привычке, не сильно пихая сдавшегося друга в бок, подумав, предлогает возможный вариант Антон. — А это будет не то же самое, что я прочёл, что посмотрел, как выполняется? — Ухмыляясь, спрашивает Дима. Ответить Шастун ему не успевает. — Ну идеальным тоже быть невозможно. — Устав наблюдать в стороне за диалогом парней, вновь подаёт голос Ира, пытаясь одновременно и поддержать, и обвинить парня. — У тебя и так пятёрки по остальным предметам, и одна физкультура, сильно, ничего не изменит. Я бы вообще на неё забила на твоём месте, как будто ты не видишь, что она тебе не даётся, смысл стараться? — Скептически поджимая губы, девушка, чуть нахмурив лоб, переводит взгляд с Димы на своего парня, ища поддержки, но получает лишь изумлённый взгляд зелёных глаз. — Пойду прогуляюсь. — Встав из-за парты, бросает Дима, в спешке направляясь к выходу из класса. — Так звонок же скоро. — Осведомляет его Катя, наблюдая за уходящим парнем. — Я что-то не то сказала? — Недоумевающе, вздергивает брови Кузнецова, поворачиваясь к Антону. — А ты куда? Парень ничего не отвечает, лишь подхватывает свой и Димин рюкзак, игнорируя взгляд девушки, и идёт за другом, оставляя Кузнецову в ещё большем замешательстве. Усевшись на одну из ступенек, второй лестницы, Дима вытаскивает телефон, отвечая на вдруг поступивший звонок. Разговор длится не больше минуты, а по его окончанию, его застаёт Шастун, находу матерясь на влетевшего в него, с разбега, семиклассника. Скинув с себя портфели, Антон плюхается рядом с другом, ойкая от неудачного приземления. Пока кареглазый по-доброму усмехается на неосторожность своего одноклассника, разглядывая трещину на экране телефона. — Прости за Иру, не знаю какая муха её сегодня укусила. — Да ничего, — Еле заметно качает он головой, отмахиваясь. — она даже в чем то права. — И в чем же? — Заинтересованно спрашивает Шаст. — Идеальным быть и правда невозможно. — Приподняв уголок рта, отвечает Дима, убирая телефон. Подтянув к себе длинные ноги, Шастун медленно кивает, соглашаясь с ним. Зачем-то прокручивает в голове слова Иры, которые были сказанны уже ему самому, и про себя тоже, нехотя, но соглашается с ними. — Она не только в этом права, — Спустя минуту тишины, вдруг загадочно озвучивает Антон одну из своих мыслей, уставившись куда-то перед собой. — И в чем же ещё? — ...химик и правда классный. — Ведя плечами, отвечает он расплываясь, в какой-то смущенной, улыбке, что Дима на секунду зависает, переводя неверящие, на слова Шастуна, глаза. Заметив это, светловолосый замолкает, отворачиваясь от сверлящего взгляда и вздрагивая на вдруг прозвеневший звонок. Несколько секунд, по всей школе слышится быстрый топот ног, хлопки дверей и гам учеников, после чего все сново затихает. Оглянувшись по сторонам и убедившись, что рядом никого нет, Дима чуть сощурив хитрые глаза, вдруг спрашивает: — И почему же химик классный? — Проговаривает он широко улыбаясь, на что Антон испуганно выпучивает глаза, неожиданному вопросу. — Ты сейчас серьёзно? Позов только лениво пожимает плечами, но улыбаться продолжает. — Ну так, почему? — Не собираясь отступать, продолжает допрашивать друга Дима, с не пойми откуда взявшимся озорством, замечая, как моментально краснеет шея Антона, вытирающего о джинсы, свои вспотевшие ладони. — Ну, он. — Замявшись, тянет зеленоглазый, мысленно матерясь, что вообще решил заговорить про это. — круто объясняет темы, интересный, как личность, строгий правда, но иногда… иногда… даже милый. — Неожиданно, даже для себя, наконец заключает Антон, несильно прикусывая язык. Допизделся. — Милый? — Переспрашивает его Позов, решив, что ослышался. Потому что не может сидящий перед ним парень, назвать их химика милым. Милыми могут быть зайчики, котики, лисята, но не мужчина с кавказской внешностью и причудливым хвостиком на голове, который поначалу своего прихода в их школу, Шастуна недолюбливал в первую очередь. Если они говорят про одного и того же человека. — Ну, иногда. — Неуверенно, вновь уточняет Антон, продолжая заливаться краской. — У тебя телефон кажись звонит. — Расслабленно выдыхает Шастун, когда слышит негромкий звонок, явно исходящий от телефона Поза. Вновь вытащив гаджет, не отнимая при этом взора с всё ещё, порозовевшего лица друга, Дима принимает вызов, тяжело выдыхая в трубку, со словами «я же сказал, что не смогу сегодня». И встав, хватает свой рюкзак, по пути на первый этаж, махая рукой Шастуну, как бы говоря идти за ним, и продолжая при этом лениво поддерживать разговор. Повторив ту же махинацию, Антон спускается на первый этаж, находя Позова возле кулера, уже наливавшего воду в пластиковый стаканчик. — Кто звонил? — Заскакивая, на тут же скрипнувший, с неприятным треском, подоконник, Шастун, цокнув, слазит с него, ловя слабую улыбку от Димы. — С работы. — Без раздумий, отзывается он, поднося стаканчик ко рту. В один из вечеров, в который Дима гулял вместе с Антоном, после долгого однотипного дня, ему позвонил Володя, со срочной просьбой, помочь разгрузить небольшой грузовик с прибывшими искусственными ёлками, так как, рук просто не хватало. Добив парня обещанием, что неплохо заплатит, да и подъвезет до ближайшей остановки, мужчина все же услышал короткое «хорошо, скоро буду», и отключился. Подошёл Позов и правда быстро, уже минут через тридцать, помогая таскать, воняющие пластиком деревья, пока незнакомый мужчине высокий парень, неуютно мялся рядом, то и дело предлагая свою помощь. В принципе, так Антон и узнал о подработке Димы, поначалу, частенько прося оставить её, чуть ли не каждый раз слушая о его больных мышцах. — И что на этот раз? — Диван. — Отвечает парень, отпивая прохладную воду, вдруг закашливаясь. — Ты чего. — Антон подлетев сразу же, начинает с силой бить того по спине, пока Дима, наконец прокашлившись, не убирает свободной рукой его руки, пытаясь отдышаться. — Ты все ещё уверен, что хочешь пойти на врача? — Прочищая горло, хриплым, неуверенным голосом спрашивает Позов. — Быстрее убьёшь, чем спасёшь, ей богу. — Да ну тебя. — Закатывает глаза Шастун, отходя от улыбающегося друга. — Смотри, чтобы тебе спину не сорвало на твоей работе, а то не только на лыжах кататься не будешь уметь, ходить разучишься! — Не ссы, не разучусь! — Оживлённо кричит ему в догонку Димка, допивая воду. *** Быстро, насколько сейчас это было возможно, Арсений, сидя в учительской, проверял домашнее задание девятиклассников. Желание выцарапать себе глаза, с каждой тетрадью росло в геометрической прогрессии, потому что читать написанное, либо не получалось из-за ужасного почерка, либо из-за написанного бреда. Наставив, половине класса, троек, облегчённо выдохнув и поднявшись со старенького деревянного кресла, дабы заварить себе зеленного чая, который с недавних пор, почти вошёл в привычку из-за одного мальчишки, как дверь с характерным звуком открылась, и в неё вошёл завуч. — О, Арсений Сергеевич, — Сразу заметив историка, в пустом кабинете, вдруг, как-то слишком радостно протянул Воля. — Павел Алексеевич? — Таким же тоном протянул и Попов. — Как дела с классным руководством? — Вдруг, поинтересовался Паша, направляясь в противоположный конец кабинета, включая чайник за Попова. — Не куролесят? — Нет, ребята и вправду способными оказались, — Вспоминая слова Стаса за несколько дней до звонка, когда тот уговаривал его взять в классное руководство 11 класс. — да и с успеваемостью все неплохо. — Ответил Арсений, после, расплывшись в лёгкой, чуть горделивой улыбке. — Не то что девятый класс. — Театрально, теперь опуская уголки губ, вздохнул он, встречаясь с взглядом завуча. — А что не так с девятым классом? — Тут же поинтересовался мужчина. — С обществознанием у них не так. В начале года все было хорошо, а сейчас, — Кивнув на стопку тетрадей. — половина класса, уж слишком расслабилась. Тройки им с закрытыми глазами ставлю. Плотно поджав губы, Паша достал чистые кружки, выдергивая чайник из розетки. — Я с ними поговорю. — Только и сказал он, практически не изменившись в лице, но огорчение в его глазах было видно невооружённым глазом. Кивнув ему, Арсений снова присел в кресло, освобождая место на столе для двух кружек. И прокомментировав какой чай, и сколько ложечек сахара ему посыпать, мужчина позволил себе принять более расслабленную позу. До конца пятого урока оставалось минут десять не больше, затем шёл шестой урок и куча остальных непроверенных тетрадей, которые, сегодня, Арсений был ненамерен забирать домой, а проверить, здесь, в школе. Поэтому на беседу, которую продолжил Воля, Попов ответил, сначала, даже с охотой. — Уже слышали насчёт нового года в школе? — Как бы невзначай спросил Паша, пододвигая кружку с горячим чаем, историку. — Нет… то есть да, — Неуверенно ответил Арсений, немного хмуря черные брови, вспоминая, как вместо того чтобы стоять на линейке, сидел в классе химии, с Серёжей. Улыбнувшись, при этом немного качая головой, Воля пролеял. — Странно, не видел тебя на линейке или Стас сказал тебе все лично? Стыдливо уводя взгляд, Арсений молча отпил зелёного чая, несильно обжигая кончик языка. Но Паша на это ему ничего не сказал, лишь продолжил: — Тогда спешу тебя обрадовать, что основной сценарий на вас. — Улыбнувшись во все тридцать два зуба, обрадовал его мужчина и не дав Арсению вставить, и слова, продолжил дальше, аргументируя своё внезапное заявление. — Мой класс, насколько ты помнишь, помогали составлять сценарий в прошлом году, одиннадцатиклассикам, большая часть одиннадцатого класса тогда заболела. А теперь, с твоим сегодняшним рассказом об их успеваемости, думаю им и так будет чем заняться в ближайшие дни. У Екатерины Александровны, которая является классным руководителем 11«А» класса, дети активно принимали участие два года назад, когда числились ещё в девятом классе, поэтому в этом, в последнем году, они предпочли об этом напомнить и сосредоточиться на предстоящих, в конце года, экзаменов. — Ставя уже полупустой стакан на стол, продолжает Павел, но поймав удивленный взгляд, коллеги, который явно не успевал анализировать, поток всех его слов, лишь беззвучно хмыкнул, продолжая более медленным голосом, неожиданно уговаривающим. — Твои ребята, сговорчивые детки, ну, большинство из них, тем более они ни разу не принимали в этом участие, именно всем классом. Конечно, я не говорю, что мы скинем на вас прямо-таки всё, нет, мы поможем, подскажем, что-то предложим, но основной сценарий, все же останется за вами. Помолчав ещё пару секунд и поняв, что Паша закончил, и теперь ждал ответа, не отводя глаз, Арсений удручённо вздохнул в кружку, делая глоток, уже теплого чая. Противоречивых аргументов у него не было, ему все ясно и понятно разложили по полочкам, да и совсем бросать их никто не собирался, нужно было только найти, и составить сценарий, не так и трудно, на первый взгляд. Отставив в сторону свой почти пустой стакан, Арсений проговорил: — Да они быстрее все даты по истории вызубрят, чем сценарий будут составлять. — Не протестующе, а скорее сдаваясь, пролеял он. — Я в вас верю. — Натягивая победную улыбку, быстро попрощавшись, будто боясь, что он передумает, Паша вышел за дверь, вновь оставив Арсения одного в кабинете. Как и было ожидаемо, одиннадцатый класс согласился не сразу, даже после процитированых слов Павла Алексеевича, нашлися те, кто продолжал бунтовать, упоминая, что к экзаменам нужно готовиться не только девятому и одиннадцатому «А» классу. Так прошло половина урока, они продолжали спорить, ругаться, отмахиваться тем, что времени и так не хватает. Арсений это прекрасно понимал, но от них зависел лишь сценарий, который и другие выпускные классы, могли помогать составлять, но этого естественно мало кто услышал. Наконец устав, что-то им объяснять, мужчина сел в свое кресло, устало обводя спорящих учеников, взглядом, вот тебе и дружные ребята. — Да какая подготовка к экзаменам? Ты на неё даже не ходишь! — Встряв с Щербаковым в спор, кричал Шастун, даже не пытаясь сдерживаться. — Может я дома готовлюсь, откуда тебе знать?! — Сложив руки на груди, с непроницательным лицом, парировал он в ответ. — Ага, готовишься ты. — Уже тише бросил Антон, услышав, как Дима просит его наконец успокоиться. Лёша с ним препираться больше не стал, а потому в классе повисла оглушающая тишина, все в миг уставились на молчаливого учителя, который до этого, наблюдая за ними, все же встал, не торопясь, проходя вдоль стола. — Всё? — Спросил он, без тени улыбки, тут же ловя стыдливые взгляды учеников. — Теперь то послушаете меня? Никто не заставляет вас сидеть и сочинять новогодний сценарий, его можно поискать в вашем драгоценном интернете, можно взять из нескольких источников понемногу, и составить полноценный сценарий. Не огромный, не маленький, а небольшой, с Дедом Морозом, Снегурочкой и другими персонажами. — Протараторил мужчина, чуть ли не на одном дыхании, вдруг слыша с класса тихие извинения. — Ребят, я то от вас никуда не денусь, я тоже буду искать и помогать во всём процессе. — Уже мягко добавил он, переводя внимание на время, на часах. — Так, сейчас звонок уже будет… доспорились. Посмотрите в интернете сценарии, хорошо? Если найдёте, что-нибудь адекватное, скидывайте мне. И ещё, консультации по обществу и истории до следующей четверти не будет, у вас и так все загружено, давайте я дам немного отдохнуть вам, а вы мне. — Заканчивая, договаривает Попов, махая школьникам на дверь. Снова кивнув, ученики хватают свои портфели, и вместе со звонком выходят в коридор. Дима посмотрев на учителя, несильно прикусывает изнутри щёку, понимая, что сегодня не тот день, когда они смогут посидеть в тишине за кружкой чая. Встаёт и идёт к Шастуну, ждущего его прямо возле двери. — Дим, задержись. — Вдруг говорит уверенный голос. Заставляя школьника замереть и подавить выступающую наружу улыбку. — Шастун, а ты можешь идти. — Посмотрев на высокого, поднявшего вверх брови, парня, который стал переводить взгляд, то на учителя, то на друга, а потом и вовсе, буркнув себе, что-то под нос, без единого слова, вышел из класса, предварительно закрыв дверь. — Что? Неужели, снова будете отпаивать меня чаем? — Возвращаясь к столу, на ходу, спрашивает Позов. — Неужели, он успел тебе так надоесть? — Риторически произносит Арсений, взглядом цепляясь за своего ученика, и не обнаружив никаких изменений, начал вытаскивать, из-под стола, и протягивать парню, пару сцепленных листов. Итог олимпиады, которую он писал в начале декабря. — Ты написал ее на девяносто семь баллов. Это лучший результат за последние несколько лет. — Озвучивает учитель, даже не скрывая гордой улыбки. — Думаю, такими темпами, тебя можно будет отправить и в область.. — Не нужно. — Откладывая листы бумаги на стол, сразу прерывает его Дима. — Ни в область и никуда. — Но, если выиграешь, то тебе... — Я знаю, но мне не нужны баллы, и так сам сдам. — Ещё больше озадачивает мужчину школьник. — Времени тогда было не особо много, а сейчас тем более. — Тогда мог просто сказать это. Зачем же писал школьную олимпиаду, если тебе это было не нужно? — Вы попросили же. — Отводя взгляд, проговаривает Дима, как будто это было, и так, очевидно. А затем словив полный теплоты взгляд, светлых глаз и тихий Арсеньевский смешок, и вовсе, чувствует, как начинают гореть уши. — А ты, так и не перестаешь меня удивлять. — По-доброму усмехаясь, выпаливает мужчина, бархатистым голосом. — Ладно, беги тогда домой. — Убирая олимпиаду обратно под стол, Попов, ещё раз, пробежавшись по Диме взглядом, отступает чуть в сторону. — А вы? — Не ожидая, что их разговор закончится, так скоро, решает поинтересоваться Позов, ведь это был последний, на сегодня, урок у учителя. — А меня ждёт, ещё четыре класса, у которых мне нужно проверить тетради. — Устало отвечает он, садясь в излюбленное кресло. — Да и задания на завтра нужно будет составить. — Может… я могу вам помочь? — Вырывается у Димы, из-за чего мужчина одаривает его неясным взглядом. — Я мог бы проверить тетради, пока вы будете составлять задания. — У кого-то, вроде, не так много времени, м? — Сощуривая глаза, улыбаясь, тянет Попов. — Для вас я могу его и освободить. — Пожимает он плечами, не прерывая контакта их взглядов. И подтянув одну из стопок тетрадок, складывает на них руки, изгибая губы в ответной, открытой улыбке. И Арсений, буквально, на мгновение задумывается, «насколько многим людям, Дима может, так открыто, не натянуто улыбаться?» И тут же мысленно отвечает, сам себе, что их, скорее всего, безумно мало. Он не знает точно, но какое-то шестое чувство подсказывает, что это именно так. А потому, в груди начинает тяжелеть комок неоднородных чувств, что уже очень долго оставались в покое. Ведь, осознание того, что Арсений являлся одним из числа тех, кому парень мог, так открыто улыбаться и говорить, иногда даже не задумываясь, заслуживало, даже большего, чем треплющих чувств в груди. — Тогда начинай проверять. — Еле заметно, приподнимая брови, упавшим голосом кидает он, пододвигая к себе ноутбук и наконец прерывая их зрительный контакт. — Или и дальше будешь со мной флиртовать? — Сохраняя непринуждённое лицо и незаметно, изнутри, закусывая нижнюю губу, дабы не сорваться на улыбку. Арсений, быстро посмотрев на реакцию школьника, явно растерявшегося, триумфально усмехается, теперь печатая, что-то в включённом ноутбуке. — Как говориться, что хочу, то и слышу. — Все же, не остается в долгу Позов, вполголоса ответив ему и схватив тетради, присаживается за первую парту, начиная проверку. Неуверенно посмотрев, на уже не обращающего внимания на историка, парня, который погрузился за работу, немного склонившись над первой тетрадью, придерживая, съежающие на нос очки. Мужчина, выждав несколько секунд, все же поинтересовался, пытаясь придать голосу более небрежный тон. — По твоему я хочу, чтобы ты со мной флиртовал? — Не получилось. Голос оказался немного громче положенного, с хрипотцой, и нотками не скрытого интереса, заставляя пульс ускориться в предвкушении последующего ответа. — Заметьте, Арсений Сергеевич, вы сами это сказали. — Не поднимая головы, расплываясь чуть ли не в зловещей улыбке, ответил Дима опешившему мужчине. *** Пока, с каждым днём приближалось двадцать восьмое число, когда в школе, должна была состояться ёлка, настроение одиннадцатиклассника, все больше погружалось в состояние апатии. Новый год — был вторым по счёту праздником, который Дима ненавидел всем сердцем. Обычные воспоминания, просто не давали парню забыть тот самый год, который его окончательно сломил, который сломил его родителей, напрочь обрывая последние тонкие нити их взаимоотношений. Но несмотря на это Дима не сдавался, он просто не мог сдаться, потому что обещал сестре всегда оставаться сильным, и этот год не будет исключением. Он снова запрет все чувства на замки и натянет улыбку, потому что портить этот праздник друзьям, он ненамерен. *** — Это правда, что ты сестра историка? — Без приветствий начинает Ира, подсаживаясь к ребятам, сидящим за последним столом, в углу столовой. Оксана растерявшись, так и замирает с поднесённой ложкой супа, уставившись на отодвигающую стул, возле Антона, девушку. — С чего ты взяла? — Половина школы об этом треплются. — Вспыхивает она, пытаясь говорить тише. — Это правда? — Спрашивает Катя, сидящая с ними за одним столом. Встречаясь с взглядом Димы, который тихо наблюдал за неожиданным раскладом ситуации, Фролова заметила, как он едва заметно кивнул ей, как бы говоря, что скрывать, что-то уже бессмысленно. Мысленно согласившись с ним, она наконец кивнула, подтверждая Ирино заявление. — Фух, ну это хотя бы объясняет почему ты с Поповым на тачке катаешься. — Вдруг, даже как-то облегчённо, протянул кучерявый парень с соседнего столика, видимо услышав разговор. — Просто видел пару раз, как вы приезжали вместе в школу. — Быстро объяснил он, поворачиваясь обратно к себе. — Я тоже пару раз видел, но, как-то зацикливаться не стал. Подумал не моё дело… — Рассеянно почесав щёку, буркнул Шастун, глядя на девушку. — А ты я смотрю, не сильно удивлён. — Заподозрив, совершенно обыденное выражение лица Позова, подметила Кузнецова. — Он с самого начала знал. — Обмолвила за Диму, Оксана, обводя всех четверых ребят взглядом, и будто предвидев их следующий вопрос, начала из далека. — У меня мама работает учительницей младших классов и, так получилось, что я попала к ней. С одноклассниками я сразу поладила, правда, пока те не узнали, что наша классная руководительница, это моя мама. — Вздохнула она, получая поддерживающий взгляд от Димы. Он уже слышал эту историю, только более подробно, также от самой девушки, когда та болела. — Получилось, что до пятого класса, они доставали меня по этому поводу, упрекали в хороших оценках и говорили, что моя мама мне их просто завышает. А когда я перешла в старшие классы, и думала, что теперь все это в прошлом, то… то поняла, что замкнулась в себе. — Воцарилась напряженная атмосфера и, чтобы хоть немного ее развеить, Оксана вдруг улыбнулась. — Видели бы вы лицо Арса, когда я уже при первой встрече, стала открыто общаться с Димой. Да, все же я поборола эту замкнутость, но рисковать, прямо в начале года не хотела, поэтому больше никому и не сказала, и Диму попросила не говорить. — Благодарно улыбнувшись ему, она замолчала, ожидая реакцию от остальных. — А мне приходится на электричках ездить. — Завистливо выдохнув, буркает Шастун, пытаясь запихнуть половину булочки, себе в рот. Секунда. И на всю столовую, под общий гам, разливается весёлый смех пятерых школьников, сидящих на последнем столике, в углу. *** Дописав последнюю в этом году контрольную по геометрии, одиннадцатиклассников забрали с последних двух уроков, помогать наряжать ёлку и украшать спортзал. До новогодней дискотеки, оставался ровно один день, поэтому все в суматохе носились по школе: учителя добивали школьников зачётными и контрольными, а ученики бегали за учителями, надеясь исправить плохие оценки. Физрук, всё никак не отдавал спортзал, откладывая его украшение, каждый день на «завтра», и даже сегодня построил баррикаду из лавочек, возле входа, никого не впуская, а гоняя десятый класс по спортзалу, вот уже восемь минут. Но уже после второго урока сдался, помог установить и закрепить искусственную ёлку, и ушёл домой. — Ну и, что у тебя по химии? — Шагая по коридору второго этажа, поинтересовался Позов, вспоминая, как в последние дни, Антон переживал по поводу плохих оценок. — Четвёрка. — Отпарировал он улыбаясь. — Кстати... химик сказал, что со второго полугодия, все же будут консультации, так, что смогу лучше подготовиться к экзамену. — Че это он вдруг решил? — Да хрен его знает, он мне не ответил. — Хмыкая сказал Шастун. — Ну хоть второе полугодие, а не за день до экзамена, и на этом спасибо. — Да не за что, Антош. — Послышался наигранно ласковый голос, позади парней, а через мгновение мимо Шастуна, прошел Серёжа, явно веселясь от данной ситуации. Покраснев, Антон мысленно ударил себя по лбу, вот только забыв, что является самым неловким человеком на этой планете, и услышав еле заметный смешок от Димы, поплел вперёд, спускаясь по лестнице. — Привет, — Машет рукой Оксана, завидев вошедших ребят. Пока сама сидя на корточках, отбирает разбившиеся стеклянные шары. — Привет, — Чуть ли не хором отвечают они, останавливаясь напротив. — Долго же вас не отпускали, — Отмечает она, наконец поднимаясь. — Мы тут все с третьего урока орудуем. — Да контрольную писали. — Коротко отвечает ей Дима, оглядывая высокую ёлку и развешанные, большие снежинки, вместе с плакатами на стенах. — А где все учителя? — Не замечая никого, кроме школьников, то и дело, продолжающих вещать белые снежинки, да распутывать гирлянды, спрашивает Позов. — Трудовик за удлинителем ушел, чтобы гирлянду подключить можно было, физрук домой, Павел Алексеевич, пол часа назад заходил, отправил Арса в подвал и сказал, что к пятому уроку должен освободиться. У остальных, ещё уроки. — Пододвигая к себе, рядом стоящую, пустую коробку, Оксана начинает перекладывать в неё разбитые игрушки. — В подвал? Зачем? — Спрашивает Дима. — Там, вроде целые игрушки должны, ещё были остаться. Какой-то рукожоп больше половины попереломал, пока тащил сюда со второго этажа. — Пожала она плечами, вдруг обеспокоенно спрашивая. — А там можно заблудиться? Его просто, уже минут двадцать нету. Дима тут же посмотрев на Антона, спросил: — А где этот подвал? — Единственный, который я знаю, под первой лестницей, у входа в школу. — Тут же ответил он. — Пойдешь? — Обратился Позов, к Шастуну, тут же активно жестикулирующего руками, в отрицательном ответе. — С закрытыми глазами, я тебе там мало чем помогу. — Намекая на свой страх темноты, пролеял зеленоглазый, складывая губы в ровную полосу. — Ладно. — По-доброму хмыкнув и кивнув ребятам, парень пошёл к указанному месту, переходя на быстрый шаг. Под первой лестницей и правда оказалась небольшая, приоткрытая дверь, которую раньше школьник, даже не замечал, так как обычно ее закидывали лопатами, тяпками, старыми лыжами, было понятно, что подвалом пользовались редко. Открыв дверь, Дима увидел бетонную лестницу ведущую вниз, света не было, что было не так удивительно. Включив на телефоне фонарик, парень, наконец зашёл внутрь, также прикрыв за собой дверь. Осторожно спустился до конца лестницы, вдыхая при этом сырой, пыльный воздух и медленно осветив помещение, обнаружил, среди завалов из каких-то книг, разбросанных листов, старых школьных парт, сотни коробок и непонятных приборов, три двери, ведущих в разное направление. Мысленно сматерившись, он пошел на право, надеясь, что его не сожрёт, какой-нибудь трёхметровый паук по имени Гоша, живущий здесь с начала строительства школы. Вприципе, это объясняло бы то, что сюда, практически, никто не спускался. Неожиданно вспомнив, что он вообще-то умеет говорить, Дима протянул: — Арсений Сергеевич, вы здесь? Было бы смешно, если бы учитель, сейчас был наверху и ни о чем не подозревая, шёл в спортзал с коробкой целых игрушек, а у него спросили бы, где Дима, и он узнав, что школьник спустился в подвал, за ним, пошёл искать самого парня. Они бы встретились и посмеявшись над ситуацией, выбрались отсюда и пошли бы к остальным. Думать об этом бреде было легче, чем о варианте о том, что с Арсением могло, что-то случится, потому что мужчина, даже после второго отклика своего имени, так парню и не ответил. Вернувшись обратно, к лестнице, так как ничего, кроме хлама за той дверью он не нашёл, школьник подумал, что было бы логично вернуться наверх, и позвать кого-нибудь из учителей. Как услышал глухой удар, будто, что-то упало, но не со стороны, а где-то, из-под низу. Ещё раз осветив фонариком комнату, Дима увидел, некое углубление возле лестницы, с которой спускался, и ступив туда, обнаружил ступеньки, вновь ведущие вниз. Подумав, что возможно, паук Гоша, все же реален, он было начал спускаться туда, как увидел чёрную, поднимающуюся макушку. — Дима? — Неуверенно спросил его знакомый голос, и спустя несколько секунд, перед ним предстал, вполне живой Арсений, с небольшой картонной коробкой в левой руке, и телефоном, с таким же включенным фонариком, в правой. — Ты, что здесь делаешь? — Вас искал. — Немного успокаиваясь ответил ему парень. — Меня не было, так долго? — Не больше получаса — Примерно прикинув, проговорил он, услышав от учителя лишь тихое «о». — Кто додумался убрать коробку с игрушками туда? — Посмотрев за спину мужчины, на ещё одну лестницу, озадачелся Дима. — Она стояла здесь. — Указывая на деревянный стул, который стоял недалёко от самой лестницы, бросил Арсений, прикрывая глаза, от все ещё направленного на него света фонаря. — Может… все же уберёшь от моего лица фонарик? — Улыбаясь попросил он. — Да, простите. — Выключая фонарик и убирая гаджет, в задний карман джинс, извиняюще поджал губы школьник. — А что там? — Чуть меньше хлама, чем здесь. И куча паутины. — Прореагировал мужчина, вдруг поежившись и Позов, наконец заметил мелкую дрожь его тела. — И там намного холоднее, чем тут, поэтому пошли скорее, в следующий раз тебе экскурсию проведу. — Снова улыбнувшись, бросил Арсений, взбираясь вверх по лестнице и дожидаясь, уже наверху, пока поднимется сам Дима, чтобы закрыть дверь. — Ты где там лазил? — Аккуратно поддевая указательным пальцем, серую длинную паутину, с угольных волос, весело усмехнулась Оксана. Арсений на вопрос сестры, только закатил глаза и вручив ей пыльную коробку, отпарировал к себе в кабинет, выставлять ученикам оценки, перед этим громко объявив, чтобы школьники, участвующие в новогоднем сценарии, остались на финальную репетицию, после того, как закончат украшать спортзал. К своему счастью Дима в подобном участвовать не стал, поэтому уже через полтора часа, шёл к раздевалке, на ходу прощаясь с Антоном, которого, как раз таки заставили принять участие в школьной сценке, дав ему чуть ли не главную роль. Оксана, от какого-либо выступления, тоже отказалась, сославшись на следующий год. Поэтому, также попращавшись с девчонками, предварительно обсудив, во сколько они спишутся, Фролова, найдя глазами машущего ей рукой, уже одетого парня, поспешила в раздевалку, спустя минут пять, выходя вместе с Димой на улицу. — Откуда начнем? — Накидывая на голову капюшон, спросил парень, пока они шли к автобусной остановке. — Может с центра, — Предложила Оксана. — там в одном магазине, отдел новый открылся, как раз, все связанное с новогодними подарками.