Recursion

Мы обе возвращаемся обратно в тишине, с чем я согласна, учитывая, что и так сегодня слишком многим поделилась. И честно говоря, тот факт, что Виктория упускает возможность посмеяться над моим небольшим срывом — удивительно круто с её стороны. Когда мы, наконец, выходим обратно на полянку, Макс немедленно одаривает меня обеспокоенным взглядом. Не знаю, в Виктории ли дело, или она понимает, что я плакала, но в любом случае я показываю ей большие пальцы, и улыбку, которая, я надеюсь, похожа на подбадривающую. — Ладно, Колфилд, — говорит она, как только мы приближаемся. — давай выслушаем твой план. Вокруг да около не ходим, как я понимаю. — Ладно, — кивает Макс. — он относительно прост. Ранее мы решили, что чем больше подвижных элементов в нём будет, тем больше мест было бы, где что-то может пойти не так. Но пока мы все будем делать свою работу, через двадцать четыре часа, начиная с этого момента, жители Аркадии Бэй будут вне города, люди, которые заслуживают оказаться в наручниках, будут в наручниках, и мы все отправимся в куда более светлое будущее. — Милое начало, — бормочет Виктория. Макс смотрит на неё без грамма впечатления, но не комментирует. — Первое, что нам нужно — немного денег на расходы, — она поворачивается к Дэвиду. — у тебя есть ключ к кабинету ректора Уэллса? — Конечно есть, — говорит он, глядя краем глаза на меня. — только если никто больше не брал мою связку ключей. — Эй, я ничего не дел… — Ты серьёзно думаешь, что никто не узнал твой пикап, срывающийся прошлой ночью с парковки Блэквелла? — Я… эм… — Расслабься. Я тебя прикрыл. — …ты прикрыл? — всё это дерьмо начинает меня немного сводить с ума. Возможно ли, что Дэвид, наконец, научился спокойно относиться к некоторым вещам? У меня такое чувство, что мне нужно следить за небом, чтобы там не появились летающие свиньи. — Что? Думаешь, я хотел заполнять отчёт, который гласит, что моя собственная падчерица украла мои ключи и прокралась в бассейн ради полуночного заплыва? Оу. Да, это всё объясняет. — В любом случае, — встревает обратно Макс. — мне нужно, чтобы ты сегодня пошёл в его кабинет и взял для нас некоторые вещи. В его компьютере много всего на Нейтана, нам понадобятся копии, и в его тумбочке конверт, подписанный как средства для инвалидов. — Прошу прощения? Ты хочешь, чтобы я украл деньги для инвалидов для тебя? — Я знаю, как это звучит, но после утра пятницы всё здание будет просто кучей щебня. Эти деньги помогут куда большим людям, если будут у нас в руках, чем будут захоронены с тем, что останется от стола Уэллса. — Ага. Откуда ты вообще о них знаешь? Я чувствую, как моё сердце подскакивает к горлу. Как, блять, Макс отговорится от этого? — Из. Будущего, — напоминает она ему, выделяя каждое слово. — просто забрось всё это сюда утром, ладно? — Ладно, ворчит он. — для чего они тебе вообще нужны? — Нам с Хлоей нужно будет съездить в Сисайд, чтобы кое-чем закупиться. — Кое-чем — это…? — О, ну, знаешь. Немного инструментов, немного кабельных стяжек, штуки для изготовления взрывчатки, может немного… Я надеюсь, что Макс не пыталась скрыть это от нас. Как только слово «взрывчатка» срывается с её губ, мы все реагируем справедливо предсказуемо, особенно Дэвид. — Что?! — Я знаю, как это звучит, но не нужно волноваться, — говорит Макс. — мы не собираемся никому вредить, обещаю. — Это всё прекрасно и всё такое, — прерывает Виктория. — но я хочу прояснить, что, когда я соглашалась помочь с этим безумием, я не подразумевала соглашения на подрыв чего-либо. — Тебе не придётся. Мы с Хлоей займемся частью с «подрывом чего-либо». Ладно, это пиздец круто. Дэвид всё ещё недоволен. — Откуда, чёрт возьми, ты знаешь об изготовлении взрывчатки? Я буду держать лицо кирпичом. Я буду держать лицо кирпичом. — Интернет — страшное место, Дэвид, — загадочно отвечает Макс. — можно научиться чему угодно, если как следует поискать. — И для чего конкретно ты планируешь использовать бомбу? — Чтобы вызвать отключение электричества, но об этом через минутку, — она отворачивается прежде чем он успевает сказать что-нибудь ещё. — Виктория, до завтрашнего вечера твоей единственной работой является вести себя так нормально, как возможно. Не прячься в своей комнате. Не делай или не говори того, чего обычно бы не стала. Определённо не пересекайся с Нейтаном или Джефферсоном. Избегай их обоих, если сможешь, пока не придёт время идти на вечеринку «Конец Света». Как думаешь, сможешь это сделать? — Провести весь день, делая именно то, что я всё равно собиралась делать? — она закатывает глаза, выглядя лишь слегка нервно. — как-нибудь, думаю, справлюсь. — Знала, что смогу рассчитывать на тебя, — улыбается Макс, игнорируя сарказм. — будь на вечеринке до девяти. В первый раз, Джефферсон объявил, что ты победила в конкурсе «Герой Дня» в девять тридцать. Ты поднялась на сцену, выдала короткую речь, и сразу после этого Джефферсон попросил тебя пойти с ним, чтобы обсудить детали поездки или что-то такое. Должно быть, тогда он и накачал тебя и унёс в машину, потому что это было последним, что ты помнила до Проявочной. Виктория содрогается, в этот раз упуская едкую ремарку. Я правда не могу её винить. От идеи того, чтобы добровольно позволить кому-то сделать это со мной, у меня мороз по коже. — Дэвид, в девять сорок пять ты пойдёшь и проверишь служебную парковку Блэквелла. Если машины Джефферсона нет — звони в ПДАБ. Скажи им, что видел сцену, похожую на то, что Марк Джефферсон силой затолкал пьяную девушку в машину, что ты не успел добраться до него до того, как он уехал, и что он направлялся на юг. — На вечеринке и так будет пара офицеров, — отмечает он, не выглядя особо радостным на этот счёт. — покажется странным, если я не скажу им прямо. — Офицеры Сегер и Гриффин? — Да, откуда ты… — он кривит лицо. — оу. Точно. Макс пожимает плечами, очевидно, подавляя ухмылку. — Вот почему тебе нужно будет позвонить офицера, которому можно доверять. Учитывая, что у Сегера и Гриффина репутация отморозков Прескотта, сомневаюсь, что они удивятся, что ты решил пойти к кому-то другому. — Хм, — фыркает он, выглядя так, как он всегда выглядит, когда ему выдают что-то, что ему не нравится, но с чем спорить он не может. — почему не задержать Джефферсона до того, как он похитит мисс Чейз? — Это не сработает, — Виктория показывает своё письмо, она выглядит так, будто слова горчат на её языке. — поверьте, я бы хотела, чтобы сработало, но мой друг по переписке ясно дал понять на этот счёт. — Друг по переписке? Игнорируя заданный Дэвидом вопрос, Виктория продолжает: — Копам нет причины арестовывать его на вечеринке, и, если они пересекутся с ним в любом месте до того, как он заберётся в свою извращенскую нору, он может просто сказать, что подумал, что я перепила, и решил подвезти меня до дома родителей. — Верно, — фыркаю я. — как будто кто-нибудь купился бы на такую дерьмовую историю. Она стыдливо отводит взгляд. — Это… эм… это был бы не первый раз. — Чего блять? — она не серьёзно. — Я подумала, что он был мил со мной, ясно? Или, по крайней мере, пытался подсосаться к моим родителям. Я никогда бы не подумала, что он бы… угх. Дэвид всё ещё не выглядит счастливым. — Тогда как насчёт того, чтобы прямо сейчас указать полиции на его проявочную? — Это также не сработает, — говорит Макс. — это место выглядит так, будто Нейтан работает там в одиночку, просто на случай, если туда попадёт кто-то другой. Всё, что ему нужно — это всё отрицать. Мне не нравится это так же, как и вам, поверьте мне, но единственный способ убедиться в том, что его прижмут к стене — это дать полиции поймать его в действии. — Или мы могли бы просто грохнуть его и покончить со всем этим, — они втроём пялятся на меня, будто я отрастила новую голову. — ой, не смотрите на меня так. Вы все об этом думали. — Нет, — твёрдо говорит Макс. — мы не собираемся его убивать. — Это щедро с твоей стороны. Ранее этим днём ты, казалось, была всеми руками за эту идею. — Ранее этим днём ты меня остановила, — подмечает она. — и я никогда не говорила, что не хочу, чтобы он был мёртв. Просто мы не будем его убивать. — И почему именно? Кажется практичным решением, — указывает Дэвид, слегка поднимая руки. — адвокат Дьявола. Все дела. Макс долго молчит — достаточно долго, что я уже начала думать, ответит ли она вообще — после чего говорит: — Три причины. Первая — я не хочу, чтобы кто-то из нас жил до конца своих дней как убийца. Вторая — я хочу настоящего завершения для семей, девушки из которых в прошлом были его жертвами. Этого не случится, если Нейтан возьмёт всю вину на себя, — она замолкает, её взгляд становится тяжёлым. — но по большей части это потому что он не заслуживает смерти. Извращенец вроде него заслуживает быть в тюрьме, чтобы из него выбивали дерьмо каждый Божий день. Я хочу, чтобы остаток его никчёмной жизни был генеральной репетицией Ада. Она выглядит и звучит абсолютно безжалостно, и я уверена, что Дэвид чувствует этот вайб. Я более чем уверена, что я единственная, кто видит напряжение в её плечах, или то, как она сжимает кулаки. Кто знает, насколько трудно ей об этом говорить? Я правда хочу держать её за руку и попытаться успокоить её, но чмотчим упёртый козёл, и сейчас ей нужно выглядеть жёстко. — Мы здесь все за одно? — спрашивает она, ожидая, пока Дэвид кивнёт, после чего переводит взгляд на Викторию. — Я с тобой, — говорит она, на удивление с лёгкой горечью в голосе. — я не заинтересована в чьём-либо убийстве. Затем она поворачивается ко мне, и довольно очевидно, что это одна из тех вещей, относительно которых я никогда не смогу заставить её поменять решение. Я скучаю по тем дням, когда она была мямлей (разве что вообще-то не скучаю), но я всё равно киваю. — Ладно. Гандон будет жить. — Рада, что мы с этим разобрались, — вздыхает она, часть напряжения покидает её, когда она поворачивается к Дэвиду. — ты подождёшь пару минут после своего первого звонка копам, потом перезвонишь им и скажешь, что у тебя есть наводка, куда мог направиться Джефферсон. Скажешь им об амбаре Прескоттов. Если они будут задавать вопросы, то у тебя в прикрытие есть целое расследование. — Проблемой не будет, — говорит он. — я уже работал с парой из них над этим. Они выслушают. — Это идеально. Сегодня в расписании патруля Бишоп и МакКей, и сейчас они должны быть на юге Блэквелла, — на удивлённый взгляд Дэвида, она добавляет. — это основано на их обычных маршрутах. У нас также есть копии официальных стенограмм диспетчера из полиции штата Орегон. — Как, чёрт возьми… — Акт о Свободе Информации — чудесная вещь, — улыбается она. — мысль в том, что в девять тридцать пять и девять сорок они были на заправке, рядом со съездом на железнодорожную станцию. От неё до амбара всего несколько минут, так что они должны добраться туда быстрее Джефферсона. Он поедет прямо в ловушку. — Что если Джефферсон заметит их первее? — Даже если заметит, дорога слишком узкая для того, чтобы он развернулся, и нет ни единого шанса, что он сбежит от них на заднем ходу. Они поймают его, арестуют его, и Виктория будет в безопасности, — она опускает взгляд. — надеюсь. — Прекрасный способ дать мне надежду, Колфилд, — выпаливает Виктория. Я не уверена, пытается ли она так звучать, или это её обычный голос. — Знаешь, я вообще-то пыталась отговорить будущую тебя от этого. Как и Дэвид. Несколько раз. Ты настаивала на том, что это единственный способ. — Не значит, что мне это должно нравиться, — парирует Виктория в ответ. — Ты отступаешь? — спокойно говорит Макс. — Конечно нет. — Тогда завязывай себя так, блять, вести и попытайся не сделать ничего глупого в ближайшие двадцать четыре часа. Ох, лицо Виктории сейчас хоть в рамку и на стену. Думаю, она продолжает забывать, что Макс не застенчивый хипстер, которого она знала в начале недели. Я знаю, что сама разок или два забывала. — Я что, выгляжу как твой синеволосый боевой панк? — ладно, если бы это не звучало круто, я была бы оскорблена. — я могу себя контролировать, Колфилд. Дэвид встревает в разговор до того, как Виктория успевает выкрутить свой сучкометр до максимума. — Где вы с Хлоей будете во время всего этого? — Мы ворвёмся в станцию мониторинга НОАА в Барвью. Ночью там работает только один техник, и мы заставим его отправить предупреждение о шторме в Управление по Чрезвычайным Ситуациям округа Тилламук. Ровно в девять пятьдесят СМС-предупреждение о шторме придёт на каждый телефон округа, говоря людям эвакуироваться с территории. — СМС-предупреждение, — кивает Дэвид. — неплохая идея. — Вообще-то ты её и придумал. — Оу, — Дэвид выглядит настолько, мать его, довольным собой, что я хочу его ударить, но даже я должна признать, что идея хороша. — Следующую часть разработала Виктория, — Макс поворачивается и улыбается ей. — прежде чем мы отправимся в Барвью, мы с Хлоей собираемся установить взрывчатку, которую сделаем, на линии электропередач, идущие от электрической подстанции Аркадии Бэй. Когда всем отправится СМС, мы подождём пять минут, затем приведём взрывчатку в действие и оборвём электричество всему городу. — Это может напугать некоторых людей, — Виктория звучит куда более довольной этим, чем должна. — они не смогут убраться из города достаточно быстро. — В этом и мысль. К несчастью, это значит, что вышки связи тоже накроются. Мы не сможем связаться друг с другом, или с кем-либо ещё после этого. — Дэвид, после того, как ты укажешь полиции путь, тебе нужно будет начать выводить людей с кампуса, — продолжает Макс. — студентам Блэквелла понадобишься ты и остальные сотрудники школьной охраны, чтобы помочь им. У многих из них нет способа выбраться из города, так что тебе нужно убедиться, что прежде чем что-либо делать, общежития пусты. — Я с этим разберусь, — кивает он, после чего добавляет. — а если я увижу Нейтана Прескотта? Я фыркаю. — Оставь его позади, пусть торнадо его сожрёт. — Хлоя! Я уже сказала, что мы не… Это мелкий ушлёпок убил Рэйчел (изакопалеёвгрязинонедумайобэтом). Она думала, что я об этом забуду? — Ты можешь разобраться с Джефферсоном по-своему, Макс, но я не позволю папаше Нейтана выкупить этого малолетнего засранца из проблем. — Он не выкупит. В бункере достаточно улик, чтобы привлечь Нейтана. Даже его отец не сможет увести его от этого. — Мне плев… — Нейтан болен, — встревает Виктория. — люди вроде Джефферсона и его отца исказили его изнутри. Он должен быть в больнице, — она делает медленный вздох. — то, что произошло с Рэйчел, было пиздец ужасно, Хлоя, но это был несчастный случай. Даже Макс признала это. — Я прихвачу его, если увижу, — Дэвид не дёргается под тяжёлым взглядом Виктории. Полагаю, чтобы заслужить здесь немного чёртового уважения, нужно иметь временные способности. — если я увижу его, мисс Чейз. Я не собираюсь тратить время на то, чтобы искать его. У меня есть ощущение, что я буду по уши занят тем, чтобы удерживать весь Блэквелл от паники. — О, вспомнила, — говорит Макс. — Тейлор Кристенсен в комнате 224 присматривает за домашним кроликом Кейт, Алисой. Убедитесь, что она её не забудет. — Она присматривает? — в голосе Виктории звучит что-то странное. — почему? — Она хотела сделать что-то приятное для Кейт. Дэвид озадаченно смотрит на Макс, но кивает. — Я напомню ей. — Не придётся, — Виктория улыбается совершенно несвойственной ей улыбкой. — Тей любит животных. Нет ни единого шанса, что она оставит кролика там. — Знаешь, это впечатление она на меня и произвела, — Макс широко улыбается. — в любом случае, если всё пойдёт по плану, Виктория будет в безопасности, а Джефферсон будет в наручниках до десяти часов. Офицеры наверняка захотят отправить Викторию на осмотр в больнице, просто на всякий случай, а остальные сотрудники ПДАБ будут заняты людьми, покидающими город. Благодаря этому нам с Хлоей будет проще добраться до бункера. — Что? — Дэвид моргает. — зачем? — Мы вдвоём переждём бурю там, — она хмурится. — поверь мне, это не первый мой выбор. Я была бы рада, если бы мне никогда больше не пришлось и ногой туда ступить, но всё ещё есть вероятность того, что буря напрямую связана с одной из нас, либо с обеими. Если есть даже малейший шанс того, что это правда, я не хочу рисковать тем, чтобы торнадо появилось где-либо ещё, просто потому что мы покинули Аркадию Бэй. Мы с Хлоей будем там в полной безопасности. Он пристально смотрит на неё. — Ты серьёзно готова рисковать своей жизнью, чтобы спасти Хлою? Вау. Спасибо, мудила хуев. Он ёжится. — Эм… это прозвучало неправильно. — Да, Дэвид, я готова, — плоско отвечает Макс, игнорируя его глупые не-извинения. — я сделаю что угодно. — Серьёзно, она сделает, — Виктория поднимает своё письмо. — будущая я довольно, блять, ясно дала понять, что она порвёт небеса ради того, чтобы сберечь Хлою. И подозреваю, что она говорила буквально. Погодите… что? Так, у вас когда-либо случались одни из этих очень тупых открытий? Типа, когда что-то супер очевидно, и ты уже это знаешь, но внезапно ты просто супер охренеть как об этом задумался? И что нет никакой нужды в том, чтобы удивляться, но ты всё равно удивлён? Потому что у меня только что такое было. Макс меня любит. И я знала это (или, по крайней мере, подразумевала это), разве что она и правда, по-настоящему любит меня, готовая на всё. Когда эта неделя началась, Макс была просто девчонкой, с которой я давно не общалась (три года, десять месяцев и восемь дней с её последнего сообщения, но кто, блять, считает?), и кого я не ожидала вновь увидеть. Вчера она была старой подругой, которую я вновь узнавала лучше. Но даже если мы довольно быстро вернулись в свои старые отношения, между нами всё равно была пропасть размером с каньон. К тому времени, я подумала, что у нас уйдёт много времени на то, чтобы это исправить. Этим утром, когда мы проснулись, я была практически готова признаться себе, что я до сих пор влюблена в неё. Десять минут спустя она целовала меня так, будто я для неё весь мир. И минуту назад я узнаю, что она готова пожертвовать целым городом ради спасения меня. Напряжно ждать этого от девушки, которая всего лишь пару дней назад была в лучшем случае незнакомкой. Я не знаю, как я должна отвечать на что-то подобное. Я на сто процентов не уверена, что готова. — В любом случае, думаю, это всё, что мы сможем сегодня сделать, — говорит Макс, отрывая меня от собственных размышлений. — вам двоим пора ехать. У вас обоих есть мой номер на случай, если что-то случится, но в остальном, просто попытайтесь немного поспать. Завтра у нас большой день.