Даже о чудовищах пишут сказки

      В чаще Старолесья, за плотным гребешком сосенных стволов, за цепким ползучим плющом, за тонким родниковым ручейком со студёной водой есть пещера глубокая. В ту даль-далёкую не дойти и не доехать. Звериные тропки туда не ведут, а солнце заглядывает ну до того редко, что влёготку заплутать да не воротиться. Охотники сюда не суются, да и зверь лесной странным образом стороной обходит. Знамо дело — не простая-то пещера…       Скрывается там чудище косматое, от вида которого у человека богобоязненного вся макушка разом поседеет. Однако не ведает люд, что такое существует. Чаща глухая приняла и укрыла чудовище вида брыдлого, так что никто и не помышлял о том, что такая невидаль тут водится. Схоронилось оно здесь от света белого и жить ведёт тихую.       Так бы и век свой длинный отжило да загинуло неведанным, незнаным, на род людской обиженным. Вот только изменила всё встреча случайная. О том и пойдёт наше слово.       Да только всё это присказка была, а дальше начинается сказка.

***

      Тёмным волосом вышиты чёрные стволы, зелёной лентой лезет по камням вьюнок с мелким фиалковым цветом и пряным сладким ароматом, птиц не слышно в этих краях никогда — ни днём ни ночью. Лишь тишина да размытый мрак. Днём тут царят сумерки, ночью — тьма непроглядная, рыхлая и колышущаяся. Ветер и тот смолкает, застревая в тяжёлых ветвях и густых кустарных зарослях. Это место на всё живое навевает тоску. Лишь вездесущие насекомые тут остались да мшистым ворсом ковра стелятся лишайники.       В центре маленькой проплешины-поляны располагалась каменистая пещера. Ни войти в неё, ни выйти без крепкой верёвки было никак нельзя. Стены её круто уходили под землю, как каменная землянка с дырой в самом потолке. Тут и нашёл себе пристанище Дракон великий. Огромное тело два метра в холке, косматая морда, глас чудовищный и взгляд со звериным прищуром вертикального зрачка — всё пугало в облике его. Выходил он в лес на охоту по ночам и возвращался в пещеру с рассветным заревом. Так и жил себе свой век.       Тишина укутывала полянку сонной дремотой, баюкая и усмиряя природу. Дракон предавался мерному дневному почиванию в самой глубине бессветлой пещеры. Тихо посапывал жаром из широких ноздрей, под плотно сомкнутыми кожистыми веками смотрел дивные грёзы, вдыхал лёгкий сладкий аромат пьяного цвета луговых цветов.       Снились Дракону былые времена, забытое тепло человеческих рук, знакомый голос и отринутые воспоминания, что тлели углём в самом потаённом уголке драконьей души. Но внезапно диковинный звук обрушился на голову Дракона, выдергивая того из сладкой дремы.       Звук был до странного знакомым, Дракон прислушался: высокий, ясный, как звон колокольчиков, и отчего-то незыблемо-печальный.       — Ну что за чёрт? — взревел разгневанный Дракон. — Кто шум и суету в моих владеньях поднял?!       — Ик! — послышалось от поляны. — Здесь кто-то есть? — осведомился испуганный высокий голос.       Подивился Дракон: давно сюда людей не захаживало. Боялись они этого места, да к приметам не были глухи. Кто ж решился сюда сунуться?       — Не задавай глупых вопросов и убирайся! Ты тут — гость нежеланный. Уходи, покуда цел.       — Не могу, — горестно заключил незримый собеседник с тихим всхлипом.       — Отчего же? У тебя ног нет? Как сюда добрался — так и назад путь найдёшь.       — Говорю же — не могу! Заблудилась я! — отозвалось нечто и засопело в два раза громче, всхлипывая с новой силой.       — Заблудилась или нет — не моего ума дело. Убирайся прочь, — не терпящим возражения тоном пригвоздил Дракон.       — Ну пошто ты такой гадкий! — заявил собеседник.       — Что?! — опешил Дракон: давно он не общался с людьми, но наглости такой не видывал ещё дольше.       — Что слышал! Грубый, бессердешный! Чурбан невежественный!       — Чего сказала?!       — Ох, горемычная я! — завела незнакомка стенания, игнорируя ящера. — Матушка, батюшка, братья, где же вы?       — А ну не реви! — скривился Дракон от завываний, что с непривычки острым звоном отзывались в чутких ушах.       — А ты мне не указ, пещера говорящая! — вспыхнула невидимая собеседница. — Хочу и буду реветь! — и подняла такой вой на весь лес, что Дракон в тот же миг уверился, что прогневил он страшно самих богов, раз ему такая напасть на долю выпала.       — Угх, треклятое ты чудовище! Прекрати! — попытался ящер усмирить вопящее нечеловеческим голосом недоразумение, зажимая уши когтистыми лапами.       — Ува-а-а-а-а-а-а-а! — ответило ему ещё громче сверху.       — Да замолкни уже!       — А-а-а-а-а-а! — донеслось с поляны.       — Замолчи-и-и-и!!!       — Не хочу-у-у-у!!! — вторил высокий голос ящеровому.       Так и выли хором, пока в груди у обоих воздух не иссяк. Всё живое из лесу сбежало от таких криков жутких, и погрузилась поляна в испуганную тишину, пока Дракон и гость незваный дух переводили.       — Успокоилась? — спросил Дракон.       — А вот и нет, — выдохнула незнакомка надломленным голосом. — Я… домой хочу, — обречённо шморгнуло нечто.       — Ничем не могу помочь. Сама сюда пришла — сама и выбраться в силах, — отстранённо хмыкнул Дракон.       — А ты, — всхлип, — кто таков будешь? — ящер на секунду задумался — ежели испугается, то снова вой поднимет.       — Ты же сама сказала — пещера говорящая.       — Но пещеры не разговаривают! — авторитетно заявил высокий голос.       — А что же они, по-твоему, делают? Поют? — усмехнулся Дракон.       — Ну, вообще, молчат по обыкновению, — стушевался голос.       — А я вот необычная пещера. Волшебная! — гордо вскинул подбородок он.       — Но таких ведь не бывает…              — Так! Ты, кажется, домой хотела? — вдруг вспомнил Дракон, обрывая странный диалог, в который его пытались впутать.       — Ну всё. Отстань, — пробурчал обиженный голос глухо, и воцарилась тишина.       «Ну», — подумал Дракон, — «она хоть замолчала».       Так прошло несколько минут в полной тиши, больше не слышалось ни вздохов, ни всхлипов. Дракон уже хотел было закрыть очи, решив, что таинственная гостья вернулась восвояси, как сверху послышался шорох… Не успел он лениво приоткрыть один глаз, как в следующий миг его чем-то крепко приложило по макушке, аж разноцветные звёздочки перед носом заплясали…       — АЙ! — взвизгнуло что-то у него под самым ухом, и Дракон тихо взвыл от обиды и боли.       Ящер осторожно приоткрыл глаза, борясь с головокружением.       — Ну и кто из вас там выл? — осоловело спросил Дракон, недоумевая, чудится ему или нет.       — Из нас? — удивлённо спросили его три размытые фигурки.       Дракон прищурился, и когда «трое» наконец собрались в одну, удивлённо уставился на юную крохотную девочку в простом платьице. Даже в полумраке пещеры Дракон с изумлением рассмотрел дикое рыжее кубло волос, из которого торчали ветки и листья, и конопушки, усыпавшие милый вздёрнутый носик и щёки.       — Ух ты! — выдохнула девочка, рассмотрев собеседника. — А ты больше, чем я думала, — отметила она, не выказывая и толики страха.       — А ты храбрее, чем думалось мне. Неужели совсем не испугалась?       — Да, как-то это… некрасиво.       — Некрасиво? Испугаться Дракона?       — Ну да, мы ж с тобой уже познакомились. Поэтому мне не страшно. Ну, может, немножечко, — смутилась девочка. — Я так-то не ожидала, что ты будешь таким большим и тучным.       — Это я-то?! — взревел Дракон с негодованием. — Наглая малявка! Ну-ка живо вылезай из моего гнезда! — приказал он, подталкивая её хвостом.       — Ай! Ты чего, обиделся? — изумилась девочка.       — Драконы не обижаются — Драконы делают выводы, — гордо вскинулся ящер.       — А что такое «выводы?»       — Не задавай глупых вопросов и убирайся отсюда подобру-поздорову.       — И всё-таки ты не говорящая пещера, наглый обманщик! — она уличающе ткнула тонким пальчиком в драконью морду.              — Обманщик или нет, а только это ты в мои владения вторглась.       — Ну я же сказала, что заблудилась!              — Ну и что прикажешь с тобой делать?       — А что ты можешь? — тут же вскинула голову коротышка — и как её крошечное тельце сочеталось с увесистостью, которую Дракон ощутил темечком?       — Могу тебя съесть — и проблем не будет, — предложил Ящер, прицениваясь к добыче.       — Зачем? Ты и так упитанный, — спокойно отозвалась девочка, и Дракон аж поперхнулся от негодования. — Тебе здесь не одиноко? — вдруг спросила она, поднимаясь на ноги и начиная расхаживать по пещере.       — Мне тут спокойно, — выдохнул Дракон, — …было, пока ты не заявилась со своими глупыми вопросами!       — Но ты же тут совсем один… Мне вот без братьев дома скучно, а на работу в поле они меня не берут. Говорят, мала ещё.       — Правильно говорят, — фыркнул Дракон. — Так ты решила, пока братьев нет, в лес далёкий прогуляться? На съедение себя отдать, чтобы скуку развеять?       — Ничего не на съедение! Я просто зайчонка увидела, махонького совсем. Только он шустрее меня оказался. Слушай, а как тебя зовут?       — Ты всегда так резко меняешь темы?       — Ну скажи, а? Давай, назови мне своё имя!       — Может, тогда сама первой представишься? — безразлично хмыкнул Дракон.       — А! Зарька я, — улыбнулась девочка смешной улыбкой без нескольких зубов. — Отец мой — Идан, а матушка — Млада. Ну и братья: Залазарь, Звенимир, Милодар и Радей!       — Мне всё равно, — но она и ухом не повела на грубость в драконьем тоне.       — А какое твоё имя? — в зелёных глазах зажглось пламя любопытства.       — Не скажу, — насупился Дракон с тоской, отворачивая морду.       — Ну почему? — поджала губы девчушка.       — Знать его тебе совсем не обязательно, — отрезал ящер.       — А, я поняла! Может, оно странное? Или смешное?       — Не смешнее твоего.       — Ну тогда скажи! Скажи-скажи-скажи! — затараторила она, хватаясь цепкими махонькими пальцами за драконий хвост.       — Тихо!       — «Тихо?» Это и есть твоё имя? — удивлённо моргнула она. — Странное имя!       — Я тебе сказал вести себя тихо, — устало отозвался Дракон.       — Ах вот ты какой? Ежели не сознаёшься — так и буду тебя звать! — насупилась девочка.       — И зачем же тебе меня звать, ежели ты сюда больше и не воротишься?       — Почему? — расстроенно обмякла она.       — Потому что я тебе не разрешаю.       Девчушка пожевала губу, некрасиво морща нос, и глаза её подозрительно заблестели.       — Эй, прекрати слезу давить! — тут же спохватился Дракон, вспоминая громогласный плачь. — Ты гляди-ка, уже вечереет, твоя матушка с братьями небось ищут тебя и страшно волнуются!       — Ох, и правда. Я ведь ушла, ничего не сказав… Но как они меня тут найдут?!       — Не найдут, — фыркнул Дракон. — А будешь тут в пещере сидеть — тем более никогда их больше не увидишь. Тут со мной жить останешься, — осклабился он ехидным оскалом.       — Нет… — всхлипнула девочка и всё-таки расплакалась. — Я хочу к маме-е-е!       — Эй-эй, ладно! Извини меня, только не плачь — оглохнуть от тебя можно, — но девочка уже вовсю всхлипывала, а из её милого носика некрасиво текли сопли, которые она размазывала рукавами по веснушчатому лицу. — Фу, ну и рёва же ты! — скривился Дракон.       — Я по ним скучаю! — захлёбываясь воздухом, высказала девчушка.       — Знамо дело, — хмыкнул Дракон, прищуривая серо-голубые глаза. — Да только как выйдешь из леса, тут же им про меня расскажешь — и они придут за моей погибелью.       — Нет! Я не скажу. Никому про тебя не расскажу! — клятвенно заверила она.       — Да кто ж тебе поверит! Ты мне имена всей своей семьи без задней мысли поведала, так и мой секрет расскажешь!       — Я не знала, что об этом нельзя говорить! Про тебя ничего не скажу, обеща-аю!       — Да прекрати ты плакать! Ты знаешь, что твоё лицо становится ужасно некрасивым, когда плачешь? Прекрати, — это на удивление сработало, и девочка захлопала мокрыми ресницами, стараясь сдержать слёзы.       — Тогда не буду плакать, а ты покажешь дорогу домой?       — Ну что ж, если кому-то про меня хоть словечком обмолвишься, я съем всю твою семью и деревеньку, уяснила?       — Я тебе не верю! — насупилась она.       — А стоило бы.       — Они все в тебя не влезут. Лопнешь ведь, — со знанием дела оповестила девочка.       — Глупое ты дитя, я — Великий Дракон.       — И что? Великий ты Дракон али нет, а от переедания живот будет болеть!       — Ох, как скажешь. Усталость меня берёт от этих бессмысленных споров, — выдохнул Дракон и обвил хрупкое дитя толстым чешуйчатым хвостом. — Друг мой, Филин лесной… Прошу тебя, проводи этого человека к роще, что возле поселения, — позвал ящер, осторожно вытащив девчушку из пещеры и бережно поставив на ноги.       — Так у тебя всё же есть друг? — усмехнулась она.       — Вот там есть тропка заячья — пойдёшь по ней и доберёшься до холма со старым дубом, оттуда начинается светлая роща, до посёлка недалеко будет. Филин тебя проводит, — ответил Дракон и вновь скрутился калачиком на дне пещеры, скрываясь во мраке.       — Эй, можно я ещё к тебе приду, правда? — с тихой досадой донёсся до ушей дракона высокий голос, но он не ответил. — Коли молчишь — значит точно приду! — упрямо заявила девочка, после чего шаги и шелест крыльев затихли в глубине леса.       — Если придёшь — беды мне не миновать, — с грустью выдохнул Дракон в тишину. — Лучше бы тебе держаться отсюда подальше… — сказал он и уснул крепким сном вплоть до восхода луны.