Ignition

Апатия — бездонное болото, увязаешь в котором медленно, постепенно и от того незаметно. Пугающе неотвратимо она поглощает душу, забираясь в самые сокровенные и светлые ее уголки. Самое страшное в этом — ощущение, что так было и будет всегда. Будто ты всегда в солнечный выходной день лежал в кровати по паре часов, не для того, чтобы отдохнуть, а оттого, что просто не находишь причин, чтобы подняться. Будто всегда ты сбрасывал звонки некогда близких тебе людей, не потому что занят, а оттого, что не находишь в себе сил сказать им хоть слово, не то чтобы улыбнуться. Будто всегда мир вокруг был серым, как в черно-белой ленте, каждый звук и запах в которой отображался не больше, чем надписью на темном фоне. Апатия удушает медленно. Поглощает и, в первую очередь, погружает в одиночество, потому что поддержание контактов — первое к чему ты теряешь всякий интерес и с ним — силы. Сейчас их с трудом хватало, чтобы даже не идти — плестись по парку. Через уши пролетали звуки — лай собак, смех детей, шум проезжающих машин. Не больше, чем факты, и те изматывают его. Присаживаясь на лавочку, Сэмуэль ощущает себя безмерно уставшим, пусть все, что он сделал за этот день — прошел не больше пары десятков шагов по парку буквально под своими окнами в слабом, едва живом еще стремлении хоть немного сбросить с себя удушающую хватку апатичного безволия. В кармане вновь звонит мобильный. Взяв его, Сэм несколько секунд смотрит на экран с именем «Моника» и лицом симпатичной зеленоглазой девушки с высоким хвостом русых волос. Когда-то, буквально пару дней назад она была его музой, прекрасной нимфой, разжигающей сердце, окрашивая мир новыми красками. Слушать ее можно было бесконечно, находя все больше и больше тем для обсуждений. Она была столь же умна, сколь и прекрасна, но… Сейчас он не ощущал в себе сил, чтобы услышать еще хоть одно «привет», не то чтобы его сказать. Сейчас сил не остается даже на одно ленивое движение пальца, чтобы сбросить очередной ее звонок. Конечно, немного совестно оставлять ее в подвешенном состоянии, но и стыд быстро оставлял его в полной всепоглощающей пустоте, пожирающей больше и больше с каждым днем… Под ее песню с музыкой пианино, Сэм отстраненно созерцает мир, пока в серой мешанине взгляд не притягивает одно алое пятно. То было колышущееся на ветру платье, в которое была облачена прекраснейшая из виденных им девушек, под считалочку играющая в классики с непосредственностью невинного ребенка, со смехом, подобным звону самых мелодичных колокольчиков. Воздух замирает в легких, распирая грудь, в которой так неожиданно вновь забилось сердце. Медленно выдохнув, он вновь втягивает воздух со сладкими нотками, продаваемой где-то неподалеку сахарной ваты, нежными ароматами распустившихся благоухающих цветов. Вместе с ее смехом он слышит радостный собачий лай питомцев, играющих со своими хозяевами, переливчатые трели перелетных птиц, но на ее фоне это вовсе не важно… Как и безынтересные ноты пианино, девушки, звонок которой он сбрасывает без малейшего сожаления, подступая ближе к прекрасной особе, вновь вернувшей его к жизни. — Могу ли я осмелиться отвлечь прекрасную леди от ее игры? — осведомляется Сэм, используя самую очаровательную улыбку, что была в его арсенале. Нимфа так и останавливается на одной прекрасной изящной ножке, поднимая на него озадаченный взгляд бесконечно глубоких черных глаз. — …Можешь? — отзывается она так скромно и искренне, с нотками того детского непосредственного любопытства. — Я верю, что такие прекрасные дни существуют лишь для таких восхитительных леди, как вы… Хотел бы я знать ваше имя. Девушка отвечает ему с самой прекрасной из виденных им улыбок. — Дженифер. Как зовут тебя?

***

Вспышка сознания возвращает его в реальность, в неясное сумеречное время, заставляя подорваться и шумно вдохнуть в попытке вынырнуть из тягучего кошмара. Далеко не сразу удается осознать под руками шероховатую ткань простыни, на коленях — тяжесть прогретого за ночь одеяла, а в воздухе — едва уловимый, родной сердцу аромат духов Джен вперемешку с букетом других знакомых запахов, столь характерных для дома. Кейт медленно, немного прерывисто выдыхает, уставившись перед собой, и почти машинально тянет ладонь к груди, цепляется пальцами за складки футболки, под которой сохранялось тошнотворное ощущение не то слабости, не то потери. Знакомые декорации их с Джи спальни, где появилось несколько мелочей от ее переезда, немного успокаивали шумно стучащее сердце, но донесшийся откуда-то детский смех заставил его на мгновение сжаться вновь. В сознание, до того укрытое туманным полотном не ушедшей сонливости, острым клином прорвались жуткие события вчерашнего дня. События, в которых грустный, немного одинокий знакомый оказался смоляным чудовищем, искаженным неясной силой. Чудовищем, что убило человека на их глазах и превратило в себе подобные существа двух детей. И одному богу ведомо, что он хотел сотворить с ним самим или Джен. Призрачная хватка чужих пальцев в груди заставила поежиться, отрывая взгляд от противоположной стенки, чтобы подползти к краю кровати и спустить ноги на пол. Холодный паркет прожигает кожу босых ног, немного приводя в чувство. Это реально. Это происходит здесь и сейчас. Он жив и цел, его сердце не вырвали из груди, а Джи забрала детей из чужого жуткого влияния… Джи… Все еще будто отхвативший по голове старым пыльным мешком, Кейт поднимается, двигаясь на легкий шум чужих едва различимых разговоров. Наверное, его не хотели будить… Но родные сердцу нотки звонкого, как колокольчик, голоса Дженифер он слышит даже несмотря на попытку говорить на пару тонов тише. Свет от включенной над обеденным столом лампы заставляет чуть прищурится, когда Кейт заходит на кухню, где Джен играла с детьми в непонятно откуда взятую настольную игру. Наверное, отвлекала их от произошедшего… Замечая, как дети отвлеклись на его появление, Джи оглядывается сама встречаясь с ним взглядом. Через краткую паузу Кейт ступает еще на шаг к ней, сокращая оставшееся расстояние и заключая ее в крепкие объятия. Живую, здоровую, так и не тронутую демоном… Сейчас это то единственное, за что стоило на самом деле по-настоящему крепко цепляться. Кошмар остался позади. — Наконец проснулся, — теплый голос Дженифер, как ничто другое, вновь разжигал то нечто, что еще теплилось в груди несмотря на касание длинных черных пальцев. Должно быть, то самое «сердце», оставшееся при нем. Ее улыбка лишь закрепляет чудесный исцеляющий эффект: — Присоединишься к нам, Би? Я и не знала, что у тебя есть столько настолок! Почему мы раньше в них не играли? Вяло улыбнувшись в ответ, Кейт поначалу наслаждается самим фактом звучания ее голоса, прежде чем до головы с опозданием доходит чужой вопрос, и он, словно размороженный из ледника и не до конца очухавшийся пингвин неловко издает какой-то нечленораздельный крякающий звук, возвращая взгляд ко столу: — Настолки?.. — Ага! — вклинивается и Скид, прежде чем переглянуться со Памп и уже вместе состроить виноватые, насколько позволяли их маски, лица. — Мы отрыли их в шкафу рядом с пистолетом… Кейт немного приподнимает брови в удивлении, прежде чем оглянуться на Джи: — Я, честно, вообще забыл, что у меня что-то такое есть… — пробормотал Би. Хотя, может, и не удивительно? В его шкафу пропадало много вещей, особенно тех, что он закидывал на самую верхнюю полку. — Так что, сыграешь с нами?! — дети тут же развели бурную деятельность в стремлении умоститься за небольшим столом так, чтобы хватило места новому игроку. Кейт же неуверенно переглянулся с Джен, прежде чем слабо усмехнуться: — Ну… Да, почему нет? Сто лет не играл! — Замечательно! — просияла его любимая демоница, похлопав ладоши и сразу же засуетилась, забираясь в игральные карточки и фигурки, в поисках всего необходимого для расширения их игрального стола на еще одного присоединившегося участника. Во всем этом она была так легка и весела, словно тот пережитый ужас даже не затронул ее. Словно все это было лишь кошмаром в голове одного только Кейта, а тяжесть в груди — не более, чем фантазия, перебравшаяся на ощущения, но… Дети здесь и они все еще будто сотканы из этой черной массы, что здесь, при ярком свете солнца слишком очевидно показывала свое неестественное происхождение. — Кейт? — из сонной заторможенности его вновь вытягивает любимый нежный голос. — Варвар или друид? — улыбается Дженифер, представляя на своих ладошках пару фигурок. Взгляд касается миниатюрных фигурок, уже порядком потершихся от времени, но сохранивших свою узнаваемость. Стараясь как-то влиться в их общее настроение и вырваться из своей сонной пелены, Кейт без особых промедлений изымает из наманикюренных пальчиков Джи зеленый силуэт друида: — Кого выбрала сама миледи? — фигурку ставят на поле, обращая внимание и на остальных. Скид и Памп уже заговорщически переглядывались, очевидно, решив построить свою совместную стратегию. — Разбойница, — подмигнув ему, объявила Дженифер, собирая кубики в плен тонких почти белых пальчиков. — Сейчаааас! Определим, кто начинает! Увы, их партия не затянулась на долго. Роль в этом сыграли все собравшиеся факторы — и удивительно слаженная игра Скида с Пампом, и неопытность Дженифер, и сонливость с заторможенность Кейта, однако удовольствия от процесса это нисколько ни умаляло. — Кажется, если я пущу их за приставку, завтра обнаружу все свои рекорды побитыми, — протянул не без доли удивления Кейт, откладывая карточки под хихиканье детей и оглядываясь на любимую. — Мы отнесем, где взяли! — хотя бы относительно решил сгладить это и Скид, переглянувшись со Пампом. Тому, кажется, даже не требовалось кивать — ребята мгновенно принялись старательно разгребать фишки, жетоны, карточки по их законным местам в коробке. Сразу после этого Скид взял в руки саму коробку, а Памп — Скида, прямо на плечи, и дети поспешили обратно в комнату с очень ответственными лицами-масками. Би оставалось лишь проводить их взглядом и переглянуться с любимой вновь. С их пропажей с кухни атмосфера значительно потяжелела… Более того, во взгляде Дженифер проявилось до того на удивление прекрасно скрываемое беспокойство. — Как ты? — спрашивает она, положив свою теплую ладонь на грудь, где все еще оставалось то неприятно давящее ощущение от темных пальцев монстра. Ее ладошку, нежную, мягкую, Кейт берет в свою руку, прежде чем приобнять саму девушку: — Все в порядке, я вполне живой, — выдыхает он, зарываясь пальцами в густые локоны и прижимая ее ближе, чтобы ощущать тепло любимой, пусть и тускло. — Прости, что проиграл… — Нет… — Дженифер крепко прижимается к нему в ответ, мелко дрожа от переполняющих ее эмоций, но не позволяя себе заплакать. — Не говори так… Она судорожно переводит дух, немного отстраняясь, поднимая на него взгляд своих невероятных черных глаз. — Это мне не стоило идти с ним на сделки изначально! — восклицает Джи и, словно не замечая в нем чего-то важного, подавленно опускает свою голову. — Я… Видела, что с ним что-то не так… Помнишь, я говорила о искре, что мы разжигаем в людях? В нем ее не было… Похоже, он забрал ее у мальчиков и… Его любимая вновь судорожно переводит дух, медля, в явной попытке удержать в себе лишние эмоции. Наконец, взяв их под контроль, она продолжает с таким болезненным надломом: — …Он чуть не забрал ее у тебя, — попытавшись сглотнуть ком в горле, Дженифер помотала головой. — Это все моя вина. Внутри что-то глухо скрипело и надрывалось от такого ее вида, заставляя даже такого, сейчас будто заторможенного и замороженного Кейта крепче обнимать любимую, опуская руку на подрагивающую от сдерживаемых всхлипов спинку. — Шшш… Все в порядке… Ведь не забрал? — выдыхает он, пытаясь хоть как-то помочь ей успокоиться. — Ты не могла предвидеть такого дерьма, Джи. Чужое раскрасневшееся личико целуют в попытке унять горечь и заглядывают в глаза на мокром месте, так и не проронившие ни слезинки — она сдерживалась, как могла, чтобы не волновать, если не его, то хотя бы детей. — Все наладится, окей? Она ведь у меня еще на месте, эта искра. А для мальчишек… Что-нибудь придумаем?.. — Кейт и сам пытается найти причину для улыбки, как бы непросто это ни было сейчас. На выдохе он прислоняется лбом ко лбу Джи. А она… Она улыбается, слабо, болезненно, но так нежно и тепло, словно намеревалась прямо сейчас лишь этим разжечь и его, и детей, и самого того монстра если только понадобится. Переведя дух, Дженифер, обрамляет ладонью его лицо: — Пико, — произносит она имя, все еще вызывающее много противоречивых, пусть и таких же глухих сейчас эмоций. — Он спас нас тогда… Я и не замечала, но, похоже, он все еще приглядывает за тобой. Может хоть получится поговорить? Что думаешь? — Да уж, точно стоит, — выдохнул Кейт. С ее словами и голова выпустила из глухоты вчерашнего дня более четкое воспоминание об очереди, выпущенной знакомым микро-УЗИ, оторвавшей голову чудовища. …Черт возьми, он уже второй раз ему жизнь спас. Даже несмотря на тот эпизод с наймом отцом Джи… — Надеюсь, я смогу найти какие-то выходы на него или… Не знаю, может, привлеку внимание, — пробормотал Би, прежде чем их ушей коснулось какое-то хихиканье, потом грохот падающих коробок, шиканье и возня, наверное, в попытке вернуть на места упавшие вещи. Но даже если бы Кейт хотел, вряд ли смог бы почувствовать сейчас даже легкое раздражение на детей за это. — …О них, кстати, тоже стоило бы узнать побольше, — лишь отметил он, переводя взгляд на Джи. — Дети из воздуха не берутся… — Я уже смотрела, — призналась Дженифер, опустив голову, вновь чуть угасая в печали. — В том районе действительно нередко пропадали люди… Полицейские, дети, взрослые, отправившиеся на их поиски… Я смогла найти объявления о пропаже, с описанием чего-то похожего на их костюмы, как раз накануне Хэллоуина… Но Би, оно было подано почти десять лет назад! Брови сами собой поползли вверх от такой давности произошедшего, прежде чем Кейт ошалело выдавил: — Десять?! — даже со своим состоянием не удивиться он просто не смог. Будь все в порядке полностью, наверное, и вовсе бы челюсть уронил. Словно вишенкой на торте, в поле зрения за плечом и копной каштановых волос Джи попало что-то, жутко напоминающее рыжую тыкву и белый черепок. Отстраняясь вбок и заглядывая за спину девушки, он увидел и мальчишек, замерших в коридоре. Похоже, они все слышали… Скид и Памп переглянулись, очевидно даже не зная, как реагировать на такое. Похоже, они сами давно перестали замечать течение времени. — …Сестра меня убьет… — прошептал Памп, опуская взгляд. — …Мама меня убьет… — выдохнул в полной синхронности с ним Скид. — Нет! — возразила Дженифер, подрываясь с места и подступая к детям с неуверенной, явно чуть натянутой улыбкой, но… Она уж точно не лгала, просто не могла. Лишь… Надеялась на лучшее, как делала всегда. — Я уверена, они будут очень рады, когда вновь увидят вас в целости и… Сохранности… Говорила она тем медленнее, чем больше взгляды мальчишек опускались к их собственным телам, к рукам покрытым жуткой чернильной субстанцией. Очевидно, что может они и потеряли течение времени, но странности в себе уже вполне могли отметить и сами. Джен покачала головой, положив ладони на плечи мальчиков. — Мы найдем способ исправить это, — заявила она уверенно и собранно, не отводя взгляда от ребят, давая им столь важное обещание. Открывшему было рот Кейту остается только прикрыть его обратно, подступая к ней. Джи успела сказать за него все, что он мог бы, а другого… Просто отчего-то не находилось. Наверное, он мог в какой-то степени понять сейчас мальчишек, стоявших в таком пришибленном виде, но без слез и плача. А ведь им, как они говорили, всего семь-восемь лет. Но истерики не было… Невольно даже становилось жутко. Это отсутствие искры заставляло чувствовать такое глухое полу-ничего? Если он, не опустевший, сейчас чувствовал себя обмотанным ватой и под дозой успокоительных, то как же обстояли дела у Скида с Пампом? — Не волнуйтесь, ребят, от этого де… Наверняка есть способ избавиться от этой дряни, — вылетает само собой из груди, подкрепляя слова Дженни, хоть и не ясно, кого он успокаивал больше — детей, ее или себя… Однако сталкивается Би с теми же на удивление спокойными взглядами двух юных опустошенных ребят. Скоро Скид опускает свой: — …Я хочу домой, — признается он, поднимая руку к своему черепку-маске, однако зацепиться его пальцам, сросшимся в варежки, попросту не за что. — Я не хочу больше быть монстром. Согласно угукнувший Памп, однако, даже не пытается снять свою тыкву, а лишь положив руки на нее по бокам, вскоре отпускает, вздыхая: — Если сниму ее — опять засну, — вновь опустив взгляд на ладони, он пытается снять хотя бы перчатки, но и такое действие оборачивается лишь растягиванием конечности. Словно сделаны, что он, что Скид, были из черного пластилина или резины. Закусив нижнюю губу, Дженифер, останавливает их, положив ладони на руки мальчиков. Дрогнув, но не допустив даже всхлипа, она вновь заставляет себя улыбнуться. — Мы доставим вас по домам, — выдает она глухо, но искренне, внушая веру даже Кейту. — А потом будем искать и обязательно вернем ваши тела, когда найдем. Все будет как раньше… Здесь она очевидно лгала. Не может быть как раньше после десяти лет, похищенных этим существом у них, однако Кейт не смог бы поверить в ее плохой умысел в этом. Возможно, она и сама так заставляла себя верить в лучшее, возможно — просто не привыкла к разнице веков демонов и людей. И опять же пугало, как его самого происходящее никоим образом не трогало. Нет, не обошлось совсем без тревоги и доли боли наблюдения что за детьми, что за самой Джи в ее муках, но все было так глухо… Чуть нахмурившись и сжав руку в кулак, Кейт резко выдыхает, стараясь набраться хотя бы решимости. Долго так вязнуть попросту нельзя. Подступив ближе к мальчикам и привстав на колено, он спрашивает: — Вы помните, где жили? Ответом ему становятся почти синхронные кивки мальчишек.

***

— Ох… — нифма ошарашенно оглядывается на букет роз, врученный в ее нежные руки. Прекрасное дополнение к ее алому платью и лаку на аккуратном маникюре. — Прекрасные цветы для прекрасной девушки, — Сэм знал, насколько избито это звучит, однако… Если это радует его любовь, то почему он должен отказываться от банальностей? Особенно, когда они так хорошо выражают его чувства, что лучше и не придумаешь? — Ты меня смущаешь! — смеется муза, прикрыв ладошкой рот. — Я прекращу в тот момент, когда ты меня от этом попросишь, — Сэмуэль опускает голову в знак своей покорности и лишь улыбается слыша ее ответ. — Продолжай! — дива приподнимает его лицо, обрамив половину теплой ладонью. Сэмуэль мягко обхватывает ее и опускает ниже, переплетая пальцы. — Тогда почему бы нам не сменить декорации? — он кивает в сторону улицы, наполненной людьми как и в любой выходной день. Увы, он не мог встречаться с ней так часто, не пропуская школы. Не смотря на свою огромную увлеченность делами амурными, Сэмуэль сохранял статус хорошего ученика и души компании. Без этого придется тяжело в дальнейшей жизни, в которой он намеревался еще побороться за наилучшее место под солнцем. Задатки у него есть, а этого, вкупе с усердием, достаточно, чтобы брать любые высоты. Так он уже мог гордиться возможностью самостоятельно обеспечить любимой девушке досуг без лишних ограничений. — С огромной радостью, — отзывается его муза, так доверчиво следуя за ним, что одна мысль о том, чтобы подвести ее, превращалась в муку. И Сэм не подведет. Через людской поток, под ярким солнцем Филадельфии он ведет ее к одному единственному месту. Своему «особому месту». — Я не местная, но… Мне уже нравится здесь, — признается дива, осматриваясь по сторонам с редкой увлеченностью. — Здесь так солнечно! Сэмуэль и сам поднимает взгляд к сияющему диску, питающему теплым светом саму жизнь. Увы, он не мог поделиться тем же восторгом на его счет. Здесь лето затягивается и приятное тепло нередко переступает грань, когда начинается изнурительная жара. Однако, оглядываясь на свою нимфу, он не решается расстроить ее возражением. — А по-мне, никакому солнцу не сравниться с твоей улыбкой, — вместо того заявляет он с улыбкой, вновь замечая ее очаровательное смущение. К счастью идти им недолго и вот… — Ты просила меня отвести тебя к моему любимому месту в городе… — Сэмуэль набирает воздуха в грудь, отпуская руку своей Дженифер и демонстрируя ей небольшой ресторанчик в закоулках, вдали от самых оживленных улиц. — Вот оно! Девушка увлеченно подступает ближе к небольшой табличке, описывающей название уж точно непривычное большинству жителей штатов: — Ай… Рйори? — неуверенно попыталась проговорить название в английской аллитерации Дженифер. — Ий рёри, — аккуратно поправляет ее Сэмуэль. — «Хорошая кухня». Конечно, в самой Японии такое название выглядело бы по-меньшей мере комично, однако… Этот грех — самая малость, по сравнению с тем, что это место давало. Тишину, покой и по-настоящему хорошую японскую кухню по сносной цене. Лучшее место в городе на его скромный взгляд. Было что-то неуловимо уютное в аскетичной обстановке, в простоте без лишней амбициозности и претенциозности. Что-то, в чем сам Сэмуэль ощущал нечто родное и в то же время потерянное. Возможно, главную роль в этом играли его личные воспоминания, нераздельно связанные с этим местом. — Я хотел бы знать, Дженифер, ты хоть раз пробовала японскую кухню? — Сэмуэль читает ответ по удивленным глазам девушки раньше, чем он слетает с кончика ее язычка. — Нет… — отзывается она со смесью недоумения и интереса. Как он ожидает, столь чувствительная девушка быстро откликается на его опечаленный вид. — Это плохо? — Не хочу расстраивать тебя, но да, — выдыхает в ответ Сэмуэль, но играть роль достаточно долго ему не удается, улыбка сама лезет на лицо. — Боюсь, что попробовав хоть что-то в этом месте, ты уже не сможешь насладиться ничем другим. — Правда? — дива увлеченно подается вперед к дверям с табличкой «Открыто» и вновь оглядывается на него. В ответ Сэм не удерживает смешка с такой наивности пополам с непосредственностью. Как же она юна душой… — Чистейшая, — заверяет он, открывает перед ней дверь. И ведь он не обманет ее. Вряд ли можно насладиться любым другим приготовлением на территории Штатов уже попробовав что-то настолько прекрасное. — Ох, здравствуй, Сэмми, — скоро их встречает Наоми, фантастическая женщина и владелица и официантка этого ресторанчика, а с тем — жена повара. Вместе они провели несколько лет в Японии, прежде чем вернуться в Штаты и открыть это место. Их тепла… Сэмуэль получал намного больше, чем в родном доме, встречавшем известия о его жизни куда более равнодушно. — Кто твоя милая спутница? — Дженифер! — отзывается его нимфа раньше, чем он успевает ее представить. Несмотря на увлеченность в нем Моники, Дженифер была его первой приведенной сюда девушкой. И он искренне надеялся, что это — тот знак, отмечающий спутницу, что сделает счастливой его в той же мере, сколь счастливой ее готов сделать он. — Какая милашка, — улыбается в то время Наоми и скоро оглядывается на самого Сэма. — А я думаю, отчего ты вновь так засиял… Очень рада за тебя, Сэмми. — Аригато, — усмехается в ответ Сэмуэль. — Можем мы сделать заказ? — Хай, — слышит он в ответ и поднимает взгляд на нимфу, принявшую меню в руки, но скоро оглянувшуюся на него в ответ. — Я совсем ничего не понимаю, — признается она с легким смешком. — Может ты закажешь? — Без проблем, — отзывается Сэмуэль, принимая меню из ее рук. Взгляд цепляется за новые предложения, понемногу расширяющегося меню, однако… Сэм вновь оглядывается на свою нимфу, окидывающую даже столь скромное окружение своим восторженным взглядом. — Сет Акира, — отзывается он ожидающей Наоми названием своего наиболее частого заказа. Если Дженифер так желала узнать о его любимом месте, он точно не может отказать себе в ее ознакомлении со своим любимым блюдом. Когда их взгляды соприкасаются, дива вновь озаряет его своей прекрасной улыбкой. — Вновь засиял? — осведомилась она, кончиком пальца с алым ноготком проводя по солонке. — Неужели что-то омрачало до меня? Этот вопрос… Впервые вызывает довольно смешанные чувства. Говоря честно, поддерживать разговоры о былых горестях и тем более ТОМ времени, Сэмуэль не любил. Как, впрочем, и кто угодно другой. Воспоминания об этой жалкой и печальной версии себя — сомнительная тема для разговора, но для нее… — Не так давно я был… — Сэмуэль выдыхает, опуская взгляд на собственные руки. — В упадке. Взгляд обводит тыльные стороны ладони, длинные пальцы. «Пальцы пианиста», как нередко говорили ему. — Сутки то пролетали, как секунды, то тянулись как года, но я не различал их. Все было просто… Серым. Каким-то пустым. — Сэм останавливает взгляд на собственных запястьях. Иногда через мучительную серость, заглушавшую цвета, звуки и ощущения пробивалось столь отчаянное желание очнуться, что он обнаруживал себя с лезвием канцелярского ножа у кожи. Он всегда задвигал его на место. Сэм отмахивается от этого воспоминания, вновь поднимая взгляд на девушку, подарившую ему цвета. — К счастью, это закончилось, стоило мне увидеть тебя. — Я понимаю это чувство… — ладонь нимфы ложится поверх его, наполняя грудь нежным теплом. — …И я знаю лучший способ держать его подальше. Их взгляды пересекаются вновь. — Быть вместе, — звучат их голоса абсолютно синхронно. Нимфа усмехается вновь с озорной искрой в ее черных глазах. — Споем? — Предлагает она, приподняв указательный палец. Как он может отказать?

***

Родная улица Скида и Пампа встречала пришлых так же, как и раньше: по большей части, пустоватым окружением, рядом высаженных вдоль дороги ветвистых дубов, припаркованных машин и флажков почтовых ящиков, где-то поднятых, где-то уже опущенных. Самая обычная улица, каких навалом в частных секторах любого города в штатах. Вот только дети, пару раз встретившиеся им по пути, не ходили в одиночку — в обоих случаях их вели за руку взрослые. Раньше Кейт не придал бы этому значению, но сейчас слухи, что они поймали от одного из местных на Хэллоуин, играли совсем другими приглушенно-мрачными красками. Никакой это не квест жуткой истории для жуткого кануна дня всех святых. Это реальность, в которой неизвестно, сколько людей пропало на самом деле в стенах покореженного старого дома в конце той улицы. Но сегодня они хотя бы направлялись не туда. Скид и Памп неуверенно оглядывались по сторонам, двигаясь не так стремительно, как раньше. Будто примерялись, так ли хорошо знакома им улица, на которой они играли, те же ли фамилии нарисованы на почтовых ящиках, те же ли дома стоят под знакомыми номерами. Возможно, раньше они просто не замечали этого? Что делал с ними Лемон — одному богу известно, но явно тот расстарался, чтобы десять лет пролетели для детей настолько незаметно… Последствия того Кейт уже мог замечать и без Джи. Особенно в сравнении с другими проходящими мимо детьми. Не в костюмах, составляющих какое-то полусформированные тело, не в масках, заменяющих лица. Было нечто глубже. Вернее… Не было. Скид остановился перед одним из домов и, убедившись, в имени на ящике, забитом почтой, отправился к нему в компании своего друга. — Кейт, — окликает Би Дженифер, остановившаяся перед этим переполненным кладезем почты. Часть страниц торчащая из него уже давно пожелтели, а буквы на них выцвели под светом солнца. Давно здесь никто не… Осознание приходит слишком поздно со скрипом входной двери. Кейт не заметил, что там делали дети, но дверь тяжело открылась, показывая, похоже, давно одинокое нутро. Тусклое, мрачное, покрытое пылью и паутиной, заполнявшей некогда… Обычный дом? Возможно, пару дней назад Кейт бы наивно предположил, что это лишь еще один дом в атрибутах праздника, но… И тогда он бы заметил сколь огромен слой пыли, подцепленный пальчиком Дженифер. — Мама? — однако вряд ли дети могли это понять. Скид окликнул ее снова. Женщину на фотографиях, украшавших дом. Похоже, они жили здесь лишь вдвоем… Когда-то. От вида улыбающегося простого мальчишки на фото становилось особенно тяжело. Пико убил это существо, но оно явно отделалось слишком легко за все, что забрало у этого мира. На зов Скида дом откликался глухой густой тишиной, прерываемой разве что скрипом половиц под его собственными ногами и ногами Пампа, подошедшего после этого к другу, чтобы молча протянуть руку, глядя в глаза. Наблюдая это, Кейт с тихой, пробивающейся сквозь его собственную отрешенность, горечью мог лишь констатировать факт: матери Скида тут не было, и даже более того, похоже, что она именно пропала. Иначе бы все эти покрытые пылью и паутиной фотографии, где-то оставленные игрушки Скида, одежда на вешалках и многие другие мелочи она давно собрала в коробки и перевезла туда же, куда переехала сама, как это делают обычно люди. Уж точно не оставляла бы дом в таком состоянии и неразобранную почту с неясного дня просто переставшую разбираться даже почтальонами… Вот только, насколько хорошо это понимали Скид и Памп — он не мог сказать наверняка. Уж больно тихо они смотрели друг на друга для детей, осознающих, что женщины на фотографиях они не увидят уже нигде, кроме как в рамке под пыльным стеклом. После небольшой паузы, однако, они подходят к Кейту, поднимая на него взгляд такой же пустой, как и то, что давило сейчас в его груди. — Ее больше нет, — заявляет Скид пугающе спокойно, как обычный факт, вроде того, что небо — синее, а трава — зеленая. Не так дети должны говорить о возможной смерти самого близкого и родного человека. Кейт даже не знает, что сказать ему в ответ. Просто не подбирается нормальных подходящих слов. Возможно, если бы мальчишки расплакались, и то было бы хоть немного понятнее — они с Джи взяли бы их на руки и принялись успокаивать и утешать. Если бы они принялись искать миллион вариантов, куда могла подеваться мама Скида, может, переехала или ищет его далеко-далеко — даже такое можно было бы понять и как-то их поддержать, успокаивая, что рано или поздно они обязательно найдут друг друга. Но… — Может… Поищем у Пампа? — бормочет он, наконец-то подбирается что-то для языка, попутно неуверенному переглядыванию с Дженифер, но раньше, чем он удается закончить, обрывает сам мальчик. — Их тоже нет. Когда мы проходили, в моем доме были другие люди, — маска-тыква с горящими внутри огоньками глаз отрицательно покачала головой, а рука в белой перчатке крепче сжала варежку с принтом костяной руки, но и только. — Мне так жаль… — Дженифер, однако, явно не могла принять это так просто. Похоже, сейчас среди них всех она намного больше придавалась эмоциям. Бледная, совсем уж тусклая, она приобняла мальчишек, внося хоть каплю чего-то знакомого сюда. Хоть каплю чего-то человечного. Поверх ее головы ложится пара небольших рук. — Все в порядке, — голос Скида даже не дрожит в отличии от ее. Что намного страшнее, это не беспокоит Кейта так, как должно. Он помнит свое единодушие с Джен. Помнит, как порой его уносило сильнее и дальше чем ее, а сейчас… Он не мог полноценно ни испугаться, ни разозлиться, ни погрустить! Что-то глушило все это… Возможно, оно же было и у них. Это… Пустота? — Люди умирают, — внимание вновь привлекает к себе тихий голос. — Так бывает, не бойся. Они продолжают оставаться с нами… — …В памяти, — эхом отозвался Кейт, понимая, что и упоминания о не самой приятной теме не вызывали сейчас того же страха и отрицания, как раньше. Что-то похожее ему говорили после инцидента в школьной перестрелке, когда погибло много хороших знакомых и, не очень близких на тот момент, но, все же, друзей. Люди… Действительно, иногда умирают, и так действительно бывает временами — это не то, чего стоит бояться… Такая простая мысль заставила тряхнуть головой. Сам на себя не похож. Он ДОЛЖЕН был переживать за этих ребят так же, как и Джи. Потому что переживал бы, будь все с ним самим в порядке. И уж точно не стоял бы как истукан, бормоча что-то вслух, только, чтобы забить тишину и заглушить ощущение, что должен что-то сказать как обычно. Делая шаг вперед, Би подхватывает на руки Пампа и оглядывается на Джи и Скида: — Давайте вернемся домой, — Кейт ловит взгляд тревожных черных глаз любимой, надеясь заселить хоть каплю какой-то уверенности и поделиться своей решимостью что-то поменять в сложившейся ситуации. В ответ она лишь кивает, осторожно подхватывая Скида. Этим детям больше некуда податься… Теперь позаботиться о них — это их долг. И ни он, ни Джи явно не собираются отказываться от него.

***

Глаза быстро привыкли к загадочной полутьме ночного клуба. Обычно, Сэмуэль даже близко не подходил к таким местам. Не для него этот жар в зале с кучей пьяных тел, вульгарно трущихся друг о дружку. Если бы его дама сердца не была дочерью владельца, и если бы, ожидая ее, он не столкнулся бы с проливным ливнем, он бы и дальше проходил мимо вывески в алом неоне. «Ludum Dare». Неожиданно привычная для таких заведений музыка сменяется милой простой мелодией, разбавляемой нелепыми звуками. Это… Было ему знакомо. Взгляд сразу поднимается к сцене, где свет падает на НЕЕ. Его нимфу с микрофоном в нежных руках. — Amefuri de mo kasa wa sasanai no! — напевает она еще немного неловко, явно разучив лишь первую свою песню на… Японском?! Сэмуэль ощущает, как дыхание обрывается. Hajimemashite to neko wa naku okiniiri no hiiru o nurasu no Обычно ее исполняют вдвоем, но, кажется, она разучила ее полностью, чтобы исполнить даже в одиночестве. nanigenai you na nichijou ga ima hora kawaritai to aiiro ni somari dasu mizutamari ni utsuru ichibyoukan tada ichido kono me de mite mitai dake nano Пела она все более уверенно, однако взгляд ее метался по слушателям, явно ошарашенных такой сменой настроения, но не бунтующих против такой смены правил. Да и кто бы осмелился бунтовать против этого очарования?! Ее взгляд останавливается на нем. Легкий жест с теплой улыбкой приглашают его на сцену. Сопротивляться такой тяге просто невозможно. Не после того, что он услышал, не после такого ее знака о том, что она готова принять его увлечение так близко к своему сердечку.

odoru yo sekai ga yurai de mawaru no! todoku yo sokudo o agete

Поют они уже вместе, продолжая друг друга, подхватывая слова и ноты в такой гармонии, которой он боялся не достигнуть никогда в своей жизни!

kakedashitai no ashita made hitottobi kinou no kare mo asayake mo inai kedo sore de sore de ii no zutto tsuzuiteku kitto susunderu motto aishiteru! hibi o kimi o isso nana koronde nankai okiagatte sou yatte mata kyou o omoi aeteru

Она делала ошибки, явно выводя слова на западный лад, но одно лишь стремление покрывало все это целиком и полностью. Сам Сэм тратил годы, чтобы научиться японскому хоть на легке, а она… Ох, они точно созданы друг для друга, и это он ощущает все более явно с кадым новым словом так легко потекшей сама собой песне.

hoho o tsutau kanojo no shizuku wa mite minu furi neko wa naku utsumuita sink taikutsu narabeta

И сам Сэм просто не смог бы ударить в грязь лицом, когда началась уже его партия. Пусть он никогда не выступал в таких местах, никогда не пел такие простые песни с кем-то перед толпой, однако подвести ее сейчас… Значило потерять слишком много, чтобы продолжать жить.

yasashisa de tsumugareta uso de mo kanashimi ni irodorareta jitsu de mo mizutamari ni sawagu amatsubu no fuchi o sotto yubisaki de nazoru you

Воздух почти кончается в легких, когда его поддерживает Дженифер, вновь перехватывая ноты в нужный момент без секунды промедления. egaite kanadete kirameku negai ga kanau yo! todoku yo koudo o agete И чем дольше текла песня, тем легче становилось. Тем проще было забыть, где и перед кем он пел, ведь главным оставалось лишь одно — для КОГО. Для нее. Лишь один этот факт разжигал то приятное тепло в его груди еще ярче.

kakenuketai no uchuu made hitottobi ukabeta hoshi mo tsuki ni mo aenai kedo sore de sore de ii no zutto tsuzuiteku kitto susunderu motto aishiteru! hibi to kimi to isso uzukumatte nankai nakijakutte sou yatte mata kyou to meguri aeteru boku o terashite buruu muun nagai yume kara mou sameta asu no hougaku e tsuretette yo! sokudo o agete no ashita made hitottobi kinou no kare mo yuuyake mo inai kedo sore de sore de ii no zutto tsuzuiteku kitto susunderu motto aishiteru! hibi mo kimi mo isso nana koronde nankai okiagatte sou yatte mata kyou mo meguri aeteru omoi atteiku kore kara zutto

Лишь с последней строчкой Сэмуэль вместе с Джен оглядывается в сторону зала, окрашенного в мягко-розовый подсветкой, явно послужившей дочери хозяина, лишь поддерживая сказочно-сладкую атмосферу. Встречают их восклики восторга. Даже если этот эксперимент стал для посетителей клуба неожиданностью, им он однозначно понравился. От этого невольно губы растягивает улыбка. Сколько лет он провел где-то в стороне, устраивая свою жизнь, нужную лишь ему, мечась между яркими взлетами влюбленности и падениями в серую апатию. И лишь сейчас, столь ярко выйдя в свет, он чувствует что-то новое… Взгляд падает на нее. Дженифер… Чудесная девушка, раскрашивающая все вокруг себя столь же яркими красками, какими фонтанировало ее собственное сердце. Как же он счастлив, что встретил ее тогда… Сэмуэль не медля подается за ней, когда со смешком Джи легко уносится со сцены, словно паря на невидимых крыльях. Отпускают они их обоих лишь у барной стойки, где Джен заказывает легкий коктейль, названия которого не знал уже сам Сэм. — Я так и знала, что это просто недоразумение! — выдыхает еще более неопределенно Джен, сложив ножку на ножку, долго глядя на него, оставляя во все большем недоумении. — Недоразумение? — осведомляется Сэмуэль, подступая ближе, мельком оглянувшись на бармена, но быстро вернув взгляд к ней. — Ох, да, я же хотела рассказать лично, — Дженифер по-девчачьи захихикала в ладонь. — Прости, я немного забывчива! Мне не так давно звонила девушка, представилась Моникой… Сердце моментально ушло в пятки. Моника… С того дня, как он встретился с Джен, прошло чуть больше месяца, и все это время он предпочитал откладывать разговор с Моникой. Пусть то, что было между ними, и погасло, он не хотел наблюдать ту грусть на лице оставляемой в прошлой девушки, а говоря о президенте студенческого совета… — …Она поинтересовалась, не стыдно ли мне уводить чужих парней, — тем временем продолжала Джен и с легкомысленной усмешкой пожала плечиками. — Похоже, ошиблась. Забавно, не так ли? …Сэм? Ты в порядке? Побледнел так… Невольно на его лице растягивается нервная усмешка. Как он мог забыть об этом? И, что хуже, как ему разбираться с этим сейчас? — Это… — он опускает взгляд, не желая видеть разочарование в ее глазах. — Не было ошибкой. Моника — моя бывшая. — Ох… — но вместо отторжения, Джен кладет ладонь на его плечо с удивительным пониманием. — …Она не захотела тебя отпускать, да? — Это я… Не успел уйти, — решается Сэм, подняв на нее свой взгляд, и сталкивается с озадаченным взглядом черных глаз. Выдыхая он проясняет положение: — Я не сообщил ей, что мы расстались. Недоумения становится больше, и какой-то частью это вызывает раздражение, как и ее ответ: — Но разве это не… Неправильно? Сэм цыкает, качая головой: — Она была слишком навязчива. Что бы я ей сказал? Мягко опустив ладонь ниже, Дженифер обхватывает его пальцы: — Для начала… — свой взгляд она поднимает к его глазам. — … «Прости, Моника. Нам нужно расстаться». Стоит лишь представить ее лицо перед собой, как в груди что-то болезненно раздувается сильнее. Сэмуэль, вырывает свои руки из ее теплой хватки, качнув головой. — У тебя все слишком просто, — отзывается он, ощущая наконец-то, что в последние дни начинало давить его все сильнее. Дженифер была его нимфой, его светом, однако ее радужный мир, похоже, был для него слишком уж сладким и идеалистичным. Яркие тона приглушились до пастельных.

***

Домой они возвращались уже в сумерках, среди ярких огней Филадельфии проходя из одного яркого оранжевого озера света в другое, пока не дошли до родной многоэтажки. Через какое-то время в небольшой квартирке, загорелся теплый свет лампочки, раздался детский смех, замелькали тени… Стараясь отвлечь и самих себя, и детей, Кейт с Джи спрашивали об увлечениях детей, тех, что Скид и Памп помнили, о любимых конфетах, играх, похождениях на другие Хеллоуины… И Би с легким приятным удивлением отмечал, что многое ему было знакомо, как в его собственном детстве. Если посчитать, то получалось, Скид и Памп были бы сейчас немногим младше их с Джи. Но, несмотря на украденную у малышей декаду жизни, за счет общих знакомых названий и мест, памятных событий… Удалось наладить и общение, в котором в какой-то момент они уже втроем рассказывали Джениффер о том, какая такая кукла «Счастливый дружище» была у каждого пятого ребенка в то время, и какими вкусными были ныне вышедшие из тиража шипучие порошковые конфеты… Во всем этом внешнем буйстве Кейт старался, как мог, вытянуть себя за шкирку из ватного кокона Пустоты, в котором очутился с тех пор, как проснулся. Лишь бы больше не чувствовать себя на отшибе, лишь бы не оставлять Джи одну, наедине со всеми проблемами и буйством чувств, уже совсем не одного только веселого спектра… Крохотная искра в душе еще позволяла думать о том, что это поправимо, вызывая внутренний выдох облегчения… И вместе с тем, в какой-то момент, когда дети увлеклись поиском в интернете мультфильма, что очень хотели показать Джи… Он не мог не вспомнить, кому обязан этой возможностью. — Вы, ребят, ищите, а мы пока на кухню, — улыбнувшись мальчишкам, Кейт мягко увлекает свою любимую в отдельное помещение. Не так уж много сейчас было возможности остаться наедине, но обсудить кое-что важное им стоило… — …Она все еще не разгорелась? — вопрос Дженифер застает его врасплох. Раньше, чем он успевает задать собственный вопрос, пальчики с алыми ноготками касаются его груди, где продолжала сгущаться Пустота. Кейт давится своими словами, опуская взгляд следом, прежде чем выдохнуть, положив руку поверх ее ладошки и слабо улыбнуться в попытке ободрить: — Она еще есть. Это ведь главное, да? — возвращаясь взором к самой Дженифер, он вскоре притягивает ее ближе к себе в объятия, позволяя прижаться и почувствовать, как где-то там еще теплилось что-то, что отличало его от Лемона. Джи поддается все так же легко, почти невесомо даже несмотря на отсутствие у нее сейчас кожаных крыльев. Прикрыв свои глаза, она пригревается у него на груди на мгновение-другое. — Спой со мной, — тихо просит она с робкой, но уже куда более искренней улыбкой, слабой, как дрожащее на ветру пламя только загоревшейся свечи. Отзеркалив ее улыбку, Кейт немного медлит, поправляя чужую прядь волос в осторожном жесте, прежде чем задуматься ненадолго. Раньше на это не требовалось столько времени. Строки сами собой вылетали из сердца, заставляя пылать собственным настроем, скорее зажигая остальных своих слушателей, нежели желая разгореться хоть как-то самому, но… Пламя робко подкидывает нужное… Негромкий голос Кейта раздается в тишине их небольшой но уютной кухни в тихом признании хотя бы перед любимой:

I'm the one with the ghosts in my bed But they only come alive at night Stuck in my sheets, an accustomed coffin I swear that I'll be fine I'll be fine in the daylight If I change and I start to fade And all the green in my eyes desaturate It's my head, not my heart that's strayed I'm sorry its hard get back on my way

Легкий щелчок ее пальчиков дополняет его блеклый мотив знакомой музыкой, протекающей сквозь него, позволяя ощутить пульсацию ритма куда более четко, чем по памяти. Скоро картину дополняет и ее нежный голос, сейчас так тонко дрожащий от явно слишком долго удерживаемых ей чувств, слабый от усталости и давящей неопределенности, но быстро набирающий силу в единстве с ним.

Be the one at the foot of your bed Trying to keep your spark alive at night. Using songs as a comforter when you said, «I don't wanna fight, I don't wanna fight.» but it's It's sink into your skin, Pushing light out just to make it's way in. We've grown sick of this fight so frequent. If we can't fight this then we'll just stay away.

Кейт подхватывает ее пик, позволяя говорить себе начистоту, всеми собственными сомнениями делясь с Джи так же, как она сама, выкладывая все, что было на душе, через музыку и… Вместе с тем, дышать становилось легче.

Are we can stay? Far away, with these feels i want to Have like your flame I'd love believe, i want believe

Уже к середине припева он вспоминает о своем нежелании оставаться, как есть, и качает головой, на порыве подхватывая любимую на руки и меняя мотив:

Yeah, we will stay Far from all these battles They don't concern The way we live, the way we live

Он обещал быть рядом и не оставлять ее одну. Не пропасть никуда, пусть и думал тогда больше по буквальному, нежели моральному смыслу. И сейчас, замечая, как чужая улыбка перестает быть бледной и усталой, а в бездонных черных глазах загорается искорка надежды, Кейт не может не улыбнуться в ответ, сам больше веря в последние строки песни. Сможет ли он отойти в сторону вместе с Джи от всех этих разборок? Конечно да, черт возьми, как вообще может быть иначе? Ее ладонь ложится на его грудь, где вновь разгорается та столь дорогая им обоим искра, под голос Джен, напевающей в замедляющийся ритм их песни.

I'm sorry I keep pushing I'm sorry I need pushing I'm sorry I must pushing Now we're up against the ghosts in your heart (my heart) I'm sorry I will pushing Now we're up against the ghosts in your heart (my heart)

Когда мелодия почти заглушается, Джен уже было прикрывает глаза, чтобы вновь воспылать со своим оживлением и… Его «сердцем».

I'll help you stay! Keep up against these things you can't see They'll go away (They'll go away) And we will live, and we will live (And we will live, and we will live)

Эхом повторяя вместе с Дженнифер, но позволяя вести завершение песни, не перебивая ее своим голосом, Кейт не может не улыбнуться шире, чувствуя, насколько на самом деле хорошо… Просто, черт возьми, от того, что они здесь вместе, сохранившие себя, выжившие против Лемона и способные петь вместе так, как могли и раньше… Широкий вдох полной грудью, легкий порыв холодного воздуха из приоткрытого на кухне окна, теплая ладонь Джен на груди и ее бездонные черные глаза… — Кажется, сейчас там должно гореть поярче? — тихо усмехается он, присаживаясь с любимой на коленях и выразительно опуская взгляд ниже, прежде чем вернуть его к Джи. — Не кажется, — слабо улыбается она в ответ, словно греясь в тепле его вновь распалившейся искры. — …Больше не оставляй меня, Би… — Ни за что, — согласно выдыхает Кейт, оставляя еще поцелуй уже на виске среди каштановых пышных прядей девушки, и укладывает подбородок поверх темени, прижимая ее крепче к себе. Через некоторое время такого приятного наслаждения просто их положением, он, впрочем, вновь вспоминает кое-что важное. — …Мне нужно будет поблагодарить еще кое-кого за то, что жив и могу быть тут рядом с тобой, — пробормотал Би, прежде чем чуть поерзать и опустить взгляд на Дженифер. — Пико не оставлял тебе никаких контактов?.. — Нееет, — Дженифер, от чего-то смутившись и слегка покраснев, вдруг опускает и виновато отводит свой взгляд. — Кстати об этом, Би… Прости, но я немного солгала тебе тем вечером после вашего боя… — …А? — недоуменно приподнимает бровь немного ошарашенный внезапным признанием девушки Кейт и чуть сильнее ерзает, устраиваясь так, чтобы было удобнее вести диалог и смотреть на чужое личико. — О чем ты? — Я… — Джен чуть медлит, но сразу после того, выпаливает все на одном дыхании. — Сама отнесла тебя домой! Я не знала, что там произошло, так что подумала, что тебе будет спокойнее, если ты будешь считать, что он просто уехал! Но теперь он появился и я очень рада, правда! Но прости, что соврала. Я знаю, как это больно, хоронить кого-то для людей, и ты еще был такой грустный, я просто не захотела, чтобы тебе было хуже, но теперь все хорошо, так что… Вот. — По… Постой, воу, хей, не… Вау… — попытавшись хоть как-то ее притормозить и рассказать все нормально и по-порядку, Кейт все же каким-то чудом улавливает суть. И нет смысла говорить, что он оказался, мягко говоря, ошарашен. — Так… Так, получается, он тогда… Мы тогда подумали об одном и том же, но ты… Оу… Ого… — ненадолго он даже затихает, глядя на Джен. Чтобы его не расстраивать, не заставлять себя винить в чужой смерти, она соврала ему. Немного могло бы напугать то, как легко ей удалось заставить Кейта поверить всему, но… С губ слетает легкий выдох и Би качает головой, положив руку на плечо девушки: — Ты хотела как лучше, — пробормотал он, заглядывая ей в глаза. — Все… Все хорошо, что хорошо кончается. Но… Больше не тащи все в одиночку, Джи. Ладно? — Угу… — но Дженифер еще странно медлит, задумываясь о чем-то, явно не так хорошо укладывающемся в ее голове. Выдыхая, она вяло качает головой. — …Извини, мне действительно не стоило лгать. Только, не потому, что не хотела расстраивать тебя. — Есть что-то еще? — на этом моменте уже более-менее справившись с удивлением и напряжением, Кейт лишь подбадривает ее выложить и оставшееся на душе, что не давало покоя. Но она только мотает головой на неожиданно тяжелом выдохе. — Просто… Вспомнила бывшего, — все же признается Дженифер, поднимая все еще виноватый взгляд. — …Я ничем не лучше. И это уже заставляет более чем серьезно посмотреть на нее. Кейт чуть хмурится: — Я не знаю твоего бывшего, но… Одна ошибка не ставит крест на всем человеке, Джи. Это нормальная часть, я тоже поступал хреново временами. Главное, вовремя поговорить обо всем… — девушку он обнимает крепче, прежде чем легко поцеловать в щеку и добавить с особым чувством. — Я не встречал человека лучше, чем ты. Даже… Хех, несмотря на то, что ты — демоница. Уголки ее губ слабо приподнимаются в ответной улыбка. Но и та, кажется, дороже всей его жизни. На душу возвращается доля спокойствия и облегчения, а чтобы закрепить эффект, Кейт напоминает со смешком еще кое-о-чем, что во всех этих жутких событиях удалось легко позабыть. — …А еще мы нагрели твоего папашу на клуб. На сцене петь намного круче, чем на кухне, что думаешь? Как минимум просторнее, хех… — Вы куда-то уходите? — раздается внезапно голос из коридора, и взгляд вздрогнувшего от неожиданности Кейта тут же устремляется к источнику, заставляя вздохнуть с облегчением. Скид и Памп же переглянулись между собой, прежде чем осторожно выбраться на кухню из коридора. — Только с вами, — посмеялась, Джен, подскакивая с места уже с куда большим энтузиазмом, чем буквально пару секунд назад. — Как насчет музыкального сражения на большой сцене?

***

Сегодня солнце сияло особенно ярко, добавляя теплых красок залитым светом улицам. Калейдоскоп цветов, ощущений, вкусов и ароматов вновь захватывал его душу, поднимая ее высоко над землей. В груди ярче прежнего горело его вдохновленное пламя, когда он видит эту смущенную улыбку в ответ на букет алых роз. — Тебе не стоило… — отзывается она, но во взгляде он видит эти соблазнительные игривые искры. — Это же просто преступление — не приукрасить твой день хоть такой мелочью. — отзывается Сэмуэль, прикрывая глаза, вдыхая полной грудью воздух с еле ощутимым нежнейшим ароматом цветов в ее руках, смешанный со сладким парфюмом. — …Сэм?! Его идиллия дает трещину, стоит услышать этот голос. Он замирает на месте, через силу открывая глаза, видя перед собой… Ее. То же алое платье, казавшееся куда темнее, чем он помнил. Те же каштановые волосы, уже не порождающие того чувства их легкости будто порция сладкой ваты. Черные глаза, в которых вместо блеска детский непосредственности он сейчас видел боль и недоумение. — …Дженифер? — только и выдыхает он, ощущая, как несмотря на угасшее чувство, он ощущает часть этой боли и сам. Когда она срывается с места, Сэм рефлекторно срывается за ней, но… Быстро останавливается, когда свет светофора переключается, перекрывая путь двинувшимся машинным потоком. — Кто это? — раздается позади голос, блекнущий вместе с таким еще недавно прекрасным днем. Сердце вновь окутывает то липкое жуткое тягучее чувство, особенно, когда глухо он выдыхает, оглядываясь на нее. — Моя бывшая.

***

Судорожный выдох сопровождается легким облачком пара, когда компания из любящей парочки и двух детишек останавливается напротив двери в клуб. До начала рабочего времени было еще около пары часов, так что никого, кроме персонала, внутри они не встретят, но сердце от перспективы вернуться в родную атмосферу любимого места колотилось как бешеное. Обменявшись с Дженифер короткими взглядами, Кейт толкает дверь внутрь со стойким ощущением, будто возвращался домой ровно так же, как и его любимая. Родные ароматы и краски неона налетели на них, заставляя волей-неволей улыбнуться шире, да и сдерживаться Кейт вовсе не собирался. Не теперь, когда с таким трудом удалось отделаться от хватки отрешенной Пустоты Лемона. Почти сразу на них обращает внимание менеджер, подступая к дочке босса с явным оживлением: — Джи! Ну хоть какая-то определенность, — в чужом голосе звучали облегчение и растерянность. — Тут все слухи гуляют о смене руководства, твой отец… Вы же с ним помирились? Раз вы… Тут… Привет, Бип, кстати. Кейт рядом удивленно приподнял брови, прежде чем усмехнуться: — И тебе не хворать, Кевин. А ведь неудивительно, что слухи ползли, ведь условия их пари в молле «King of Prussia» с отцом и матерью Дженифер были озвучены далеко не без свидетелей… Но, похоже, что клуб мог работать и сам по себе, если старпер так и не появился с тех пор перед персоналом, чтобы пояснить ситуацию. — Ну так? — менеджер тут же перевел взгляд обратно на дочку начальства в ожидании вердикта. — Отец уже все сказал, — ответила ему Дженифер уже с тем знакомым бойким огнем в глазах, выдавая истинно демоническую, но ничуть не страшную сущность. — Клуб теперь наш, и мы… Собираемся поднять вам зарплату! Менеджер от удивления поперхнулся воздухом под смех Кейта, оглянувшегося на свою спутницу жизни: — Да ты сразу с козырей зашла! — воскликнул он, и на ошарашенный взгляд Кевина подмигнул. — От слов не отказываемся. Мы теперь у руля, дружище. Но оч сильно что-то менять не будем — тут, похоже, и так все отлично функционирует. — Ну… Не без того, — явно ощущая в том и свою заслугу, пробормотал ошарашенный менеджер, прежде чем явно приободриться. А кто не обрадуется, когда оклад обещали повысить?! Однако, тут его взгляд цепляется за две мелкие фигурки внизу, большими горящими глазами смотревшие на буйство красок вокруг. — А это…? В этот миг Кейт вновь ощутил на себе ее взгляд, излучающий столь же явную решимость, сколь нежность. У него никогда не было того места, где его могли бы принимать с любыми проблемами и радостями. Никогда не было того круга людей, за которых он всегда мог удержаться в любом потрясении… — Наша семья! — отзывается Джен, позволяя максимально ясно, пусть и запоздало ощутить — теперь все изменилось. Пусть детям еще понадобится время, чтобы принять это так, как уже приняли они. — Привет, Кевин, — хором подали голос Скид и Памп снизу. Надо сказать, так явно друга на памяти Би еще не передергивало, так к тому же еще он начал заикаться в попытке пояснить им всем что-то очень важное. Что именно — Кейт успел догадаться и сам, поднимая руки в примиряющем жесте: — Расслабься, я помню про ограничение, чувак. Ребята засядут в офисе, просто оставлять их одних мы не хотим. — Аээ… Ладно, — неуверенно выдавил Кевин, опуская взгляд на мальчишек. — П-привет, ребята?.. Х-хах… Какие… К-классные у вас костюмы. Любите Хеллоуин, да?.. Волей-неволей это вызывало смешок. Переглянувшись в который раз с Джи, Кейт выдохнул другой вопрос, но на тон тише, пока персонал их не слышал в общении с детьми: — Насчет зарплат… А на что копят бесы? Я просто уже думал, что эти ребята ваши… Ну, как у твоей мамы… — Бесы? — Джен не сдержала смешок, будто сейчас Кейт заявил о чем-то фантастически нелепом. — Они все — простые люди, Би. Мы уже давно отказались от такой идеи. — О… Аэ… Почему? — из чистого любопытства вылетел новый вопрос. Нет, он не зажал обещания зарплаты, шут с ними, с деньгами, но вот образ кучи улыбчивых ребят, присутствовавших при матери Джи на их музыкальной дуэли и услужливо ошивавшихся вокруг демоницы, никак не выходил из головы. — Ты ведь слышал о «Черной Акации»? — Осведомилась Джен уже от чего-то на тон ниже. Звучало это название знакомо, он явно слышал что-то такое в новостях, вот только в голову детали не приходили… К счастью, она и не стала затягивать это молчание надолго… — Мы сейчас вернемся! Дай пока мальчикам мороженого! — Дженифер улыбнулась Кевину, перехватив самого Кейта за руку, и мягко затянула его в святую святых клуба — кабинет директора. И здесь, оставшись наедине в приглушенном свете, она выдыхает чуть мрачнее недавнего, словно речь шла о каком-то старом шраме на коленке: — Это клуб моей мамы… — проясняет Джи, взглянув в глаза. — …Был. Знаешь, не все люди понимают нас правильно. Некоторые считают каким-то воплощением зла… Они ищут таких как мы, иногда нападают и пытаются вернуть в Ад. Конечно, долго мы там не остаемся, но… В общем… Тогда они зацепились за бюджетные неувязки. Много людей пострадало, маме пришлось сменить личность и покинуть город… Мы решили больше так не рисковать. Тихо присвистнув от открывшейся картины, Кейт скрестил руки на груди: — Тогда понятно… Звучит серьезно, — протянул он и оглянулся в сторону двери, прежде чем добавить. — Ну, хотя бы у ребят теперь есть реальная работа. Кстати, ты очень уверенно заявила о зарплате… Насколько хорошо ты разбираешься в том, как тут все работает? Я даже в бумажки никакие еще не заглядывал… Взгляд его перешел с двери на здоровый рабочий стол с не менее здоровым кожаным креслом, выглядевшим скорее монументальным памятником какой-то демонической власти, нежели рабочим креслом владельца обычного клуба. — Папа любил этот клуб, но у него еще есть карьера. К тому же, он считал, что мне уже пора понемногу взрослеть и учиться управлять людьми… — Джен же вдруг со смешком прыгает на кресло и прокручивается на нем, сложив пальчики, показав характерные рожки. — Так что некоторым занималась я. И Кевин. — О… Фух, ну, хотя бы не придется заглядывать прямиком в Ад, чтобы доставать твоего папашу с вопросами, — с явным облегчением усмехнулся Кейт, подступая к ней и оглядывая кабинет. Несмотря на все заявления, реальный факт владения этим местом казался скорее уж призрачным прекрасным сном, нежели крепкой уверенной явью. — Не дождется! — неожиданно перехватила его за руку Джен и завалила к себе внезапным, но плавным рывком, после чего вновь закружилась, крепко прижимая к груди. И сколько же было очарования в этой детской выходке… Смешки перешли в полноценный искренний смех, с каковым в итоге Кейт сменил их положение, умостив легкую фигурку Джен на своих коленях и под конец кружения притягивая сам для теплого поцелуя. Жаль только, что лишь коснувшись его губ, она сразу отстранилась и вспорхнула на ноги, пригладив волосы, укрывая милые рожки от людского взгляда. — Мне нужно закрыть пару вопросов, — заявила Дженифер и явно заметив его расстройство, мягко обрамила половину лица нежной ладонью. — Прости, Би. Это ненадолго. Папа точно думает, что мы не справимся без него… Я хочу чтобы он утерся, когда увидит наши успехи! О! Еще, он же как-то нанял Пико, верно? Он часто делает записи, может ты найдешь номер телефона или что-то такое? Расстройство мгновенно улетает куда-то совсем в далекие дали, а сам Кейт немного собирается и кивает: — Хорошая мысль, — ровнее присев в кресле, он оглядывает открывшийся ему вид и добавляет с легкой немного нервной усмешкой. — Надеюсь, чертов автомат твой папенька забрал с собой… Любимой, уже направившейся к выходу, он подмигивает, негласно давая понять, что как-нибудь все здесь разгребет, пока она будет разбираться с персоналом. В ответ же сам Би получает легкий воздушный поцелуй своей ненаглядной демоницы. Оставшись один, Кейт на выдохе немного качнулся в здоровенном кожаном кресле и даже поерзал. Ничего удивительного, что у отца Джи был такой борзый гонор и непоколебимая вера в собственную очешуительность — если сидеть каждый день на стуле, который напоминает чертов трон, то… Уфх. Отбросив мысли о чужих предпочтения в мебели в сторону, Кейт начинает потрошить ящики стола, благо, те не были заперты. И если в первом он нашел какие-то бумажки со страшными цифрами и таблицами, которые явно стоило бы отдать Джен, а во втором валялся тот самый автомат, который Би закрыл сразу же, стоило только блеснуть дулу, то последний ящик поддавался уже далеко не так легко, а уже там поверх всего содержимого лежала красноречивая записка. «Закрой обратно!» Что, разумеется, вызывало лишь заносчивый смешок у Кейта, отложившего в итоге записку в сторону, чтобы от души перерыть все содержимое ящика под ней. А там было, в чем порыться… Первым делом, под руку попался целый ворох газетных вырезок. И ладно бы это были какие-то заметки его собственных выступлений, вырезки из интервью или нечто подобное, чем могли, по слухам, грешить некоторые знаменитости, коллекционируя памятники своей известности… Но, нет, отец Джи оказался человеком более мрачных интересов. «Чудовищный взрыв в спальном квартале унес жизни целой семьи», — начало статьи из газеты Вегаса было уже порядком потрепанным, но свежее, чем совсем уже выцветшая следующая сводка. «Пожар в студии продюсера. Тела молодого гения не обнаружено. Для многих в Трентоне стал неожиданным уход из жизни…» — уже даже не читая, Кейт отбрасывает ее в сторону, чтобы цепляться взглядом за новые и новые заголовки и подкасты. «Дьявол из Джерси существует?» «Зона 51 взлетела на воздух. Власти и военные не дают комментариев» «Наркотический смог над Сан-Франциско. Откуда он?» — Что. չค ภคђยץ?.. — ошалело приподнял брови на выдохе Кейт, листая все эти вырезки. Сведения о паранормальной чуши шли вперемешку с заявлениями о локальных трагедиях с редкими перемещениями места действия, но характер у всех был примерно одинаковый. Одинаково жутковатый. Не по себе становилось и от упоминания городов, в которых ранее была Джи с ее семьей. Трентон, Лас Вегас, Сан-Франциско… Неужели пожар…? Пальцы вновь цепляются за самую старую вырезку, но в голове никак не укладывается… Зачем отцу Дженнифер до сих пор хранить в своем столе старую новость о смерти бывших Джи? И почему все это вперемешку с какой-то хренью?.. Тягостное чувство остается с Кейтом, даже, когда он решает отложить этот вопрос на потом и отодвигает записи в сторону, доставая из ящика находившийся прямо под ними ноутбук… В наблюдении за экраном загрузки системы в голове начинали всплывать идеи. Конечно, одна была бредовее другой, но… Если у этого типа уже был номер Пико, значит, он точно не приглашал его на свидание, в тайне от жены, верно? Что, если это был очередной дерьмовый намек, мол, вот что будет если продолжишь в том же духе? Конечно, непонятно причем весь остальной бред, вроде сводок о загадочных убийствах на заправках со всякими «Дьяволами из Джерси» и «блуждающими наркотическими облаками». Да и разве демоны не связаны своими же договорами? Впрочем, зная этого конкретного черта… Мысль обрывается, когда взгляду предстает рабочий стол лишь с одной яркой иконкой на почти пустом рабочем столе.

«Hating Simulator».

Вот только вопреки названию, венчало его розовое сердечко, пронзенное розой. Настолько странная картинка не хуже жутковатых сводок выбивает из колеи, но, хотя бы, в более положительную сторону. Может, опечатка или старпер сам переименовал ярлык с «Dating» на «Hating»? С него бы точно сталось что-то такое, но… Что вообще симулятор свиданий забыл на ноуте такого вредного рогатого черта как отец Джен?! — Не тянок же ты цифровых кадрил, пока мамуля с дочей на сцене поют?.. — пробормотал максимально озадаченный Кейт, все-таки кликая по иконке пару раз, запуская странную и почему-то единственную программку на рабочем столе. Вот только сразу после того в глазах неожиданно потемнело…

***

Сэмуэль никогда не любил расставаться. Дело вовсе не в закреплении разрыва, означающего, что эта девушка больше не принадлежит тебе так же, как ты не принадлежишь ей. Нет. Просто… Никто не захочет видеть боль в глазах человека, с которым вы некогда были близки. Никто не захочет слышать упреки в свой адрес или, что страшнее — мольбы вернуть все вспять, дать еще шанс и начать все сначала. Какими бы ни были уговоры — чувств, как в первый раз, больше не будет, и он знал об этом. К счастью, поддержание отношений, в сущности своей. напоминало поддержание пламени костра. Рано или поздно без топлива он угасает. Медленно, относительно незаметно и тихо. Такие ситуации здорово выбивали почву из-под ног, а из легких — воздух. После них он нередко предавался рефлексии. Мысли пожирали, подобно кровожадному рою пираний, стоило оставаться наедине с собой. Каждая выгрызала свою часть сознания, отравляя отвращением, неприязнью к ситуации и к себе, ее создавшему. Вслед за тем приходили попытки оправдать себя — игра сознания, услужливо укрывающего тебя от роли злодея в собственной истории. Он ведь… Даже не наслаждается этим, как мог бы! Для него такие отношения — необходимость. Единственное спасение от удушающей петли апатии, сжимающейся каждый раз, когда угасают яркие чувства! И НЕТ, он не воспринимает девушек как средство, чтобы отсрочить это! Он просто, он… — Ты не умеешь любить, — неожиданно раздается рядом ее голос. Сэмуэль замирает, резко метнув взгляд в сторону Дженифер из неоткуда возникшую рядом с ним на скамейке. Неужели он так глубоко погрузился в мысли, что и не заметил ее приближения?! Блекло-розовой девушки в сером мире. — Что? — ошарашенно выдыхает он, стоит лишь словам дойти до разума, сразу столкнувшись с ярым отрицанием. Это не так! Он одарял любовью каждую из них, считая… — Ты закрываешься, лжешь, причиняешь боль… — но, на удивление, он не слышит гнева в ее голосе. В черных глазах видит лишь разочарование, пополам с болью и потерянностью. Но последняя растворяется в следующих ее словах. — Так не поступают, когда любят, Сэм. — Я говорил, это сложно, — Сэмуэль на выдохе отводит взгляд. — Ты как ребенок, Дженифер… Неужели ты реально веришь в эту «любовь до гроба»? — Верю. Верю и после него! — Джен сжимает пальцы со скрежетом дерева. Сэм лишь горько смеется в ответ: — Ее не существует! — неожиданно, эти вырывающиеся из груди слова, дают облегчение, которого он не ощущал так давно. Он так хотел верить в то же, но… — Есть только те, кто боится признаться, что чувства угасли и пора двигаться дальше! От страха одиночества, боли от потери, любви к стабильности, дела это не меняет. Джен опускает голову, и Сэм видит следы от ее ноготков, оцарапавших краску, однако остановиться не может. Знает, что ей больно, знает, что тяжело. Ему больно тоже, но куда важнее то, что он мог дать ей. Урок, который неожиданно открыл для себя сам. — Я знаю, что это тяжело! — он поднимается на ноги, отступая на пару шагов. — Я знаю, что поступаю как мудак. Но, чем было бы лучше, если бы я продолжал притворяться?! Я позволяю уйти без боли, без лишнего выяснения отношений, спокойно и без проблем! Я… — Ты забыл об одном. — Сэмуэль обрывается, сталкивается со взглядом ее глаз. Вытерев слезу, Джен продолжает, поднявшись и подступив ближе. — Тебе ведь плевать, что они чувствуют в момент, когда «чувства угасают», не так ли? Ты думаешь, этого не замечают… Но это не так. Стоило набрать воздух в легкие для ответа, как Дженифер вновь просто обрубает его, отвернувшись в сторону заката. — Оставь ее. Если действительно заботишься хоть сейчас, пока есть твоя «любовь»… Оставь ее сейчас, пока она не успела полюбить в ответ, — Джен оборачивается к нему с натянутой улыбкой, больно кольнувшей сердце, даже несмотря на его к ней угасание. — Спасибо за урок, сенпай. От чего-то силы оставляют его. Было то следствием эмоциональной речи, или самого тяжелого расставания. Это не так то и важно… Пальцы цепляются за мобильный. На экране вновь появляется фото его златовласого ангела, улыбающегося с букетом роз в руках… Сэмуэль замирает, глядя в ее лицо на экране. «Ты не умеешь любить». Это правда. Он давно боролся с этой мыслью, но… Сегодня он сам доказал это. Он хотел верить в любовь, но не научишься чувству, которого нет. Долгому, глубокому и не теряющему яркости… Даже если оно где-то есть… Ему оно не доступно. «Оставь ее сейчас, пока она не успела полюбить в ответ». После тяжелого вздоха раздается шум гудков.

***

Тьма отступает, позволяя Кейту обнаружить себя, к своему собственному удивлению и даже шоку, черт-знает-где. Сумрачная атмосфера кабинета владельца ночного клуба исчезла, уступая место солнечной светлой спальне в каком-то, похоже что частном доме, судя по накатному потолку и деревянному паркету, мягко скрипнувшему под ногой, стоило только поднять зад с мягкой постели, а не большого кожаного кресла. — Зря запустил, — выдавил вслух Кейт, понимая, что сам он либо отрубился и спит, либо опять оказался в какой-то драной иллюзии, наподобие той, что была в его голове под влиянием Пустоты Лемона. А ведь старпер оставлял предупреждение закрыть обратно… Хотя… Черт, нет, это скорее была провокация! Не хотел бы он по-настоящему, чтобы Кейт открыл ноутбук со странной программкой, просто не оставлял бы его там, куда уже вряд ли вернется! Но все равно, Кейт и сам хорош. Кто за руку тянул?! Зря запустил… Зря, зря, зря… И что теперь делать?! Би в нерешительности прошелся по паркету, оглядывая будто сошедшую со страниц мебельных каталогов комнату: идеально чистую, без соринки, без пылинки, без фотографий и любых намеков на то, что тут вообще кто-то живет по-настоящему. После он подошел к окну, за которым красовался вид на однообразные крыши неизвестного ему спального райончика хрен-пойми-где. Солнце слепило глаза, не позволяя разглядеть деталей, но чем больше он пытался, тем больше убеждался в том, что все это — ненастоящее. Иллюзия. Но как проснуться? Отступив от окна, Кейт пару раз похлопал себя по щекам и крепко зажмурился, в надежде распахнуть глаза вновь в знакомой обстановке. Однако, вопреки его ожиданиям, перед глазами была лишь та же невзрачная комната у черта на рогах, в свету столь ярком, что уже начинали болеть глаза. И скоро внимание его привлек стук в дверь. — Все еще спишь, соня?! ~ — раздается по ту сторону веселый, но незнакомый девичий голос. — Просыпааайся! Всю школу проспишь! Из груди помимо воли вырвался нервный смешок. Ему 19 лет, школу давно закончил, колледж бросил… Да и на кой, когда есть уже и так отличная работа, а в школу Кейта теперь можно было загнать разве что дулом пушки? И то — не факт, памятуя о событиях ранних лет и последнего контакта с Пико. Замечая, как начинает дергаться ручка, Кейт твердо решает, что общаться с местными в данный момент он морально не готов. Особенно, с местными девчонками. Под дверную ручку он, не долго думая, подставляет стул и отступает к окну. Как бы разобраться здесь… Стоп, а это что такое? Взгляд касается окна, полностью закрытого и, что странно, не имевшего ни намека на створки, которые можно было бы распахнуть, чтобы выбраться… Из груди сам собой вырвался новый нервный смешок: — Да вы издеваетесь… Более того — стул сам собой возвращается на место, стоило ему лишь на мгновение пропасть из поля зрения, и раскрывшаяся дверь впускает в помещение девушку, замершую выгнувшись, выставив в наиболее выгодном ракурсе все свои… Весомые достоинства. В поле зрения появилось окошко с именем: «Аюми». — Твое бы постоянство, да в другое русло! Давай! Ты обещал мне сегодня присоединиться к нашему клубу! Не думай, что я забуду! На этом сознание вновь начало меркнуть, прежде чем выпустить из темных объятий где-то на улице, где девушка улыбалась ему, встав у светофора: — Ты такой копуша… Как бы вообще жил без меня?! — Прекрасно жил и пожил бы так еще! Ты кто такая?! — воскликнул Би, переживая моральное выбивание земли из-под ног. Было у него подобное ощущение разок, когда он как-то переместился в бою с Пико, но тогда он был слишком занят попытками не словить пулю, чтобы обратить внимание на это. К тому же, то был очевидный фокус Дженифер, а вот нынешние переключения… Брр! И это не говоря о самой девушке… — Ну ничего, сегодня точно будет прекрасный день! — явно даже не слышала его эта непонятная особа, оглянувшись в сторону дороги. Лишь сейчас в окошке начали появляться варианты, очевидно запланированного для нее ответа: «Да уж, мечтай.» «Хех, хотелось бы» «Я мечтаю о том, чтобы ты и твои подруги наконец заткнулись навсегда» «ZKJHNKJNNLKNLNK<NM<N<MN<MNM<NJKNJKBYVUGV» Когда последнее сообщение уже начало выходить за границы экрана, что-то начало самостоятельно заполнять строку у самой границы поля зрения. 𝚙𝚊𝚞𝚜𝚎; 𝚕𝚘𝚊𝚍(«𝚊𝚜𝚜𝚎𝚝𝚜/𝚍𝚊𝚝𝚊/𝚊𝚞𝚖𝚒𝚑𝚞𝚛𝚝𝚜𝚛𝚘𝚊𝚍.𝚙𝚗𝚐»); 𝚘𝚙𝚎𝚗(«/𝚖𝚊𝚒𝚗/𝚏𝚒𝚕𝚎𝟶.𝚝𝚡𝚝»); 𝚌𝚑𝚊𝚗𝚐𝚎(«𝚏𝚞𝚗: 𝟷𝟹», «𝚏𝚞𝚗: <𝚋>𝟿𝟿̏𝟿̀𝟿𝟿𝟿̍𝟿𝟿̏𝟿𝟿͋</𝚋>»); 𝚙𝚕𝚊𝚢; Девушка перед глазами сразу же оказалась валяющейся на дороге с опущенной головой и ладонью на разбитой коленке. Крик ее ушел в неразборчивый шум помех, обозначенный в текстовом окне, как: «ЇЁЇл! ЇЂЇрЇнЇюЇпЇр!» Шарахнувшись подальше если не от окон, будто накладывавшихся на сам видимый мир, то хотя бы от ни с того ни с сего заглючившей «Аюми», Кейт нервно оглядывается по сторонам, в поисках нового подвоха, нервно сжимая и разжимая руки. В этот раз для самозащиты не было даже микрофона, как бы смешно ни было желание сжать его покрепче… Рядом он застает незнакомую фигуру смазливого светловолосого парня с курткой, закинутой на одно плечо поверх синей рубашки с розовым, чуть растрепанным галстуком. — Не могу поверить… — выдыхает он неожиданно осознанно, что окошко обозначило новой нечитаемой белибердой: «Íå ìîãó ïîâåðèòü…» Моргнув в легком удивлении, что от больно живой в сравнении с девушкой реакции, что от разницы услышанного и увиденного в текстовом поле, Кейт с уже легким подозрением щурится и скрещивает руки на груди: — ภย ค Շץ єรђςђє кՇ๏, ๒ɭเภ, Շคк๏ץ?.. — бикает он, в стремлении проверить, насколько сильно тот удивится. Обычные люди всегда пытались либо разобрать белиберду, либо сообщить свое мнение о том, что Кейт мается дурью… Незнакомец чуть поморщился, а потом сам оглянулся в сторону окошка, где, Кейт увидел собственную речь столь же невнятно, сколь в реальности. — Я же не мог побить и твой… — цыкнул этот странный парень, неясным жестом проведя рукой, от чего строка Кейта загорелась… И продублировалась в окошке в нормальном шрифте. «Ну а ты еще кто, блин, такой?» — раздался в полной тишине его собственный голос. Незнакомец нервно усмехнулся. — Сэмуэль. Можешь звать меня Сэм, — откликнулся он, подступая ближе. — Ты… Стоп. Ты ведь понимаешь меня?! — Да… Стоп, как ты это…?! — Кейт ошарашенно оглянулся на переведенную и исчезнувшую строку, заменяясь его новым недобитым восклицанием и кашлянул. — Ни… ภเђєгค себе прикольчики. Взгляд возвращается с окна к парню и… Становится вновь немного жутковато, но не от кукольной нереалистичной реакции, а как раз наоборот. — Я так давно не видел реальных людей! — этот «Сэм», от чего-то подписанный как «Сэнпай», нервно посмеивается, подступая ближе с жутковатой одержимостью в бегающем взгляде голубых глаз. — Ты не представляешь, что это — раз за разом повторяющиеся дни в компании этих тупых одинаковых куриц! Тихо сглотнув, Кейт на всякий случай попятился назад, максимально неловко улыбнувшись: — Не очень представляю, но ты явно наглядный пример, чувак… Что тут происходит? — Ты наверняка знаешь, — парень усмехается, на мгновение проглючивая лиловым пиксельным пятном сквозь собственное тело. — Это проклятье! Х-хАаАааАах. Ты встречался с девушкой, по имени «Дженифер», не так ли? Личико ангела, мозгов как у бабочки… — Ты это на Джи не наговаривай, — практически рефлекторно взъерошился Кейт, но потом моргнул и мотнул головой. — Погоди-ка! Ты… Ты ее бывший что ли?! Из всех, о ком говорила Дженифер, только один парень не погиб, а просто пропал без вести, причем, аккурат в Филадельфии. Осознавая это, Би посмотрел на него уже совсем другим взглядом: — …Оооооуу… — Хочешь сказать, ты — нынешний? — померкнув и скорчив рожу полную искреннего презрения отозвался Сэмуэль, но вдруг криво усмехнулся, столь быстро сменив настроение, что его лицо на мгновение пошло битыми пикселями. — Значит, она обманула и тебя… — Ровно потому, что нынешний и последний, она точно так не поступила бы, не наговаривай, — Кейт напряженно оглядел парня с ног до головы. Максимум, о чем ему осмелилась врать Джен — это лишь ситуация с Пико, в которой они уже все проговорили. А вот этот парень по ее словам как раз-таки врал без разъяснений… Хотя, сейчас он выглядел скорее забитым чудаком-параноиком, что навевало мысли о Джуманджи и забытом в ней парне. Только там была настольная игра, а тут — компьютерная. Не хватает только выкрика «Какой сейчас год?!», но, глядя на Сэма, ощущалось, что и до этого дело дойдет. Однако, пока тот только поморщился и помотал головой вновь с какой-то странноватой жутковато-дерганной анимацией. — Все, что я хочу — это выбраться от сюда, — наконец выдыхает он, опустив голову. — Уверен — ты тоже… Тихо хмыкнув, Кейт вынужден был согласно кивнуть и подступить ближе: — Судя по тому, как тебя корежит, это не раз плюнуть… — выдохнул он, оглядываясь на пару осыпавшихся пикселей с фигуры Сэма и мрачно цыкнул уже больше себе под нос. — ש๏Շ ภยչђภ๏ ๓ภє ๒ץɭ๏ єՇ๏Շ รгคภץץ ภ๏ยՇ ๏ՇкгץשคՇ… Криво усмехнувшись его собеседник вновь провернул уже знакомый фокус, переводя его фразу для себя: «Вот нужно мне было этот сраный ноут открывать». Взгляд его явно зацепился за что-то в строке, прежде чем она сменяется уже битым текстом его вопроса: — Какой ноут? — В рабочем столе ее папаши, — поморщившись от повтора своего голоса в какой-то всратой обработке, Кейт убирает руки в карманы и раздраженно пинает камень на прорисованной дорожке, но нога просто не цепляет ничего, проходя по картинке мимо. — Мы с Джи отбили клуб у этого старого пердуна, я разбирал стол и нашел этот долбанный ноут с этой долбанной программой. Если кто и ภคє๒คՇ๏г 3000, то это ее папаша. Видимо, нашел способ обойти договор, козел. — Би! — раздается неожиданно со стороны уже куда более осознанный и знакомый голос столь дорогой сердцу Джи. Вздрогнув, Кейт заозирался по сторонам и ошарашенно выдохнул, замечая живую яркую фигурку своей любимой, даже в цифровой обработке казавшуюся более настоящей, чем все остальное. — Джи?! — первый миг облегчения и радости заменился тревогой. Она ведь, получается, тоже теперь в ловушке, так еще и… Кейт отступает к Дженифер, осторожно оглядываясь в сторону ее бывшего. — Первые живые люди, которых я встретил за все это время в бесконечном цикле… — Лицо парня заметно поблекло, дерганным движением он опускает голову, лишившуюся глаз подобием заглючившей тени. — И это должны быть ВЫ! Решила утереть мне нос?! Столкнувшись с таким потоком неприкрытой ненависти, Дженифер подается назад. — О чем…? — На собственном вопросе она обрывается, всматриваясь куда-то в грудь собеседника. — Сэмуэль?! — Чувак, что бы ты не успел подумать — это натурально совпадение, — предупредил Кейт, выставляя руки в примиряющем жесте перед парнем. Тревога от такой реакции, как и от шока Джен, нарастала, и он не преминул возможностью встать чуть впереди нее, на случай необходимой защиты… Пусть даже и не представлял, как будет обеспечивать в столь странном мире эту самую защиту. — Как же, — отозвался его опонент выступая вперед, сжав пальцы, проглючивая через собственное же тело, то и дело покрывающееся пикселями. — Я вдоволь посмеялся над этой шуткой Дженифер! Забрать мое тело, запихнуть в чертов симулятор свиданий! А потом явиться со своим парнем и сунуть его мне под нос! Ты точно считаешь, что для меня это достойный урок, не так ли? Кейт оглядывается на любимую, замершую на месте и не подававшую ни звука. Он то, в отличие от Сэма, прекрасно понимал, что она абсолютно без понятия о том, где тот пропадал. Иначе давно предупредила бы Кейта о таком варианте развития событий. Иначе говорила бы о бывшем совсем по-другому. Да и ноутбук не был бы так запрятан в рабочий стол отца. — Я думала ты сбежал! — более того — подтверждает это сама Джен, выступив вперед. — Из дома, из родного города, — глючный смешок этого Сэмуэля звучит как никогда пугающе. — Избавь меня от этого бреда! — Хей, Сэм… Не веришь ей — посмотри на меня, — привлекает к себе чужое агрессивное внимание Кейт, стараясь снизить накал. — Никто не знал, где ты, кроме ее папаши. Я попал к тебе через ноутбук, который был скрыт под кучей всякой газетной туфты в самом нижнем ящике его рабочего стола. Мы только сегодня с Джи пришли в клуб как владельцы. Да и мы теперь в той же ловушке, сам подумай, ну? — Вообщееее-то я собиралась вытащить тебя и сообщить о новых планах, — неловко протянула Дженифер, положив ладони на его плечи. — Пойдем от сюда, Би. — Сначала верни мне тело! — рыкнул Сэмуэль, обрывая ее. — Эй, чувак, тон сбавь! — уже было облегченно выдохнувший признанию Джен, Кейт нахмурился, вновь оглядываясь на ее бывшего. — Тебе сказали уже, что она не при чем, что мешает нормально попросить?! — Одолей его и я подумаю, — неожиданно раздался из-за его спины голосок самой Дженифер. Ошарашенно оглянувшись на нее Кейт получает игривое подмигивание в ответ. Выгнув недоуменно бровь, Би оглядывается на парня, немного сам остужаясь в своем недовольстве. В прицнипе, если тот победит — получит шанс выйти досрочно, а если просрет — это хоть заставит его сбавить в борзости… Логику Джи можно уловить. Но все равно, что-то подъедало, пока он вставал напротив Сэма: — Петь умеешь? — Вполне, — сквозь зубы отозвался тот, не отводя ненавидящего взгляда от Дженифер, устроившейся между ними, щелчком перебросив свои огромные колонки. — Тебе не с ней сражаться, — напомнил Кейт, привычным жестом доставая микрофон из кармана, появившийся там из ниоткуда. Собственный голос в нормальной звукопередаче вызывал даже какое-то облегчение, подкрепляя уверенность в себе. — Чувак, тебе досталось, но чем раньше ты сбавишь в гоноре, тем будет легче, поверь, — взгляд цепляет обратившийся к нему прожигающий взгляд Сэма. В этот миг в руке парня возник микрофон, который тот сжал почти до хруста. — Три песни, — подняла пальчик Дженифер с улыбкой. — Мы даже дадим тебе фору. У Би преимущество в опыте, так что ЛЮБАЯ твоя победа будет засчитана. Кейт покосился на нее с долей облегчения. Вполне справедливые условия, с учетом того, что он смог победить ее отца, а Сэм либо продул, либо вообще так и не пересекался с ним на поле музыкального боя. Разный уровень, да и вряд ли парень когда-то занимался музыкой профессионально, так что… — Можешь задать начало, — в свою очередь и сам передает Би фору новому сопернику, немного внутренне собираясь. Пусть в этот раз он не за собственную шкуру боролся, но, в каком-то смысле, все еще отстаивал честь Дженифер, хоть для нее самой это все, кажется, больше походило на воспитательный процесс. Сэмуэль неожиданно усмехается, приподнимая ладонь, оставив куртку. Пальцы быстро набивают команду на невидимой клавиатуре, видную лишь в том текстовом поле перед глазами Кейта. 𝚕𝚘𝚊𝚍(«𝚊𝚜𝚜𝚎𝚝𝚜/𝚍𝚊𝚝𝚊/𝚜𝚌𝚑𝚘𝚘𝚕𝚋𝚊𝚌𝚔𝚐𝚛𝚘𝚞𝚗𝚍.𝚓𝚙𝚐»); Неожиданно пустота полуглючного мира сменяется площадкой неподалеку от школы. — Я кое-чему научился в заключении здесь, — хмыкнул Сэмуэль, продолжая вводить новые команды. 𝚘𝚙𝚎𝚗(«/𝚖𝚊𝚒𝚗/𝚏𝚒𝚕𝚎𝟶.𝚝𝚡𝚝»); 𝚌𝚑𝚊𝚗𝚐𝚎(«𝚙𝚛𝚘𝚐𝚛𝚎𝚜𝚜: 𝚏𝚒𝚛𝚜𝚝𝚍𝚊𝚢𝚜𝚕𝚎𝚎𝚙𝚢𝚋𝚘𝚢», «𝚙𝚛𝚘𝚐𝚛𝚎𝚜𝚜: 𝚞𝚕𝚝𝚛𝚊𝚕𝚘𝚟𝚎𝚛𝚎𝚗𝚍𝚒𝚗𝚐»); Из неоткуда на фоне разом возникла толпа девушек. Вздрогнув и поначалу даже прикрыв уши от девичьего визга от толпы, Кейт ошарашенно оглянулся на кучу одинаковых как под копирку девушек с одними и теми же лицами, отличавшихся друг от друга разве что цветами волос и глаз. Кукольная публика с восторженными, полными любви глазами окружила их, будто очерчивая арену музыкальной дуэли. От такого зрелища из груди сам собой вырывается немного нервный смешок: — Моральная поддержка нужна, Сэм? — резко выдохнув, он крепче перехватывает микрофон, прежде чем посмотреть на парня перед собой. — Ну давай, покажи на что способен! — Мне не понадобится трех песен, чтобы забрать свое! — отозвался его противник с больно уж самоуверенной улыбкой. Причина ее скоро стала ясна. Из колонок полился веселый, но сбивчивый ритм, определенно, не американского и даже не европейского происхождения.

sonshitsu ritoku teisai ki ni suru tabi ni migi mo hidari mo sashidashite iku ana boko aita jigusou no moyou pazuru piisu

Сэмуэль сразу же ухватил инициативу, полностью отдаваясь песне на, кажется, лишь одному ему известном языке. И субтитры, вновь вернувшиеся в строй, вот ничуть не помогали разобраться в нахлынувшем урагане безумного ритма и столь же сумбурных чувств человека, его выбравшего.

ano ko to te o tsunageru tame ni amarimono ni naranai tame ni kiritotte suite hatte nani mo hamaranai kokoro no toko

Он бы соврал, если бы сказал, что не растерялся. Черт возьми, в первый куплет Кейт даже не сразу понял, что все произносимые звуки действительно являются словами. Но сразу со вторым пришлось спохватиться, стараясь, если не прочувствовать смысл слов, то хотя бы попытаться подловить ритмику странной мелодии. Она, к слову, оказалась на пробу слуха очень даже четкой и эмоциональной в своей активной, скачущей, но выверенной манере, которая позволила хотя бы для начала вмешаться, выступив вперед с ответом:

Help me get all. this Help to understand. words Give me some sub's. I just dont have an idea what Do you try sing. What do you want to make. .With this fighting against her?!

Эти обрывы в мелодии, отголоски, дополняющие основной текст, чувствовались в странной гармонии с песней, но уже выводя их на слух, глядя в глаза Сэма, Кейт понимает, что и впрямь было бы намного лучше, знай он, о чем поет сам парень. Да и вкладывает ли он вообще собственный смысл в песню?! Взгляд касается Джи. Она уже становится подсказкой. Ее взгляд, выражавший понимание и даже долю сочувствия с сожалением, как бы она ни пыталась скрыть их за попыткой сохранять строгость в этой очевидной попытке воспитания парня, к которому она хранила столь стойкую неприязнь. Смысл был. И, судя по всему, если это не касалось чего-то важного им обоим, то было существенно… Для него?

jiguzagu no mukanjou ga boku o tsukuriageru itsu datte kokoro kara waraenai no doushite? doushite? doushite? doushite?! zutazuta ni kirisaita haatogata no pazuru doko o sagashite mo umaranai ya ai nou ai noo mou tarinai yo jigusoo

Безумная мелодия продолжает свое сумбурное течение, все больше запутываясь эмоциями своего хозяина, оборвавшегося в жутковатом полупомешанном смешке. Кейт выступает, по подсказке самой мелодии, повторяющей начало. Предчувствуя резкий ее спад и затухание, он заглядывает в чужие лихорадочно блестящие в вихре безумных эмоций глаза, вырывая инициативу в песне своим четким твердым и уверенным тоном:

Winners Losers Our games Lovers Haters Makes no sense There's no reason to pretend Your freedom more important Want go home Well it's okay No need being rude Just ask for help Aren't you really tired of all?

Тихий речитатив с призывом вспомнить о своем стремлении выбраться на свободу и уйти к покою, которого ему не видать в проигрыше и возвращении к бесконечной рутине общения с куклами резко сменяется, но это было закономерным. Эта песня слишком бойкая, чтобы затихать и продолжать в одной и той же манере свою игру дольше куплета. Он был готов к этому, крепче сжимая микрофон и сразу хватаясь за строки раньше своего опонента, подхватывая яркий тон, ставший теперь более плавным и мелодичным:

I don't wanna hear some or any Of your complaints or explanations Who knows you'll lose or win but maybe Just give up and say her «Jen, I'm sorry»?!

Взгляд цепляется за пальцы оппонента, крепче стиснувшие микрофон в явно читаемой досаде с последующим раздражением. Похоже, этот Сэм действительно считал, что собьет его с толку так быстро и задавит раньше, чем он сможет пискнуть. Однако, возможность отыграться у него еще сохранялась, и, к его чести, он цеплялся за нее всеми своими конечностями:

Airaku boukyaku no suu piisu aizou katsubou no supankooru shitto zetsubou no ankooru

Пальцы напряженно бегут по невидимой клавиатуре, но Кейту уже некогда цепляться за команды, когда строчку дополняет синхронный возглас девушек-кукол.

minai! minai!

Их же обладатель ускоряется, глядя прямо в его глаза. Того наигранного высокомерия в них не было. Их заменяли отчаянье, безумие и гнев в одном бурлящем коктейле.

aa dokoka ni yatte shimatta… aa dokoka ni yatte shimatta… aa dokoka ni yatte shimatta… soshite nani mo ga

Тем не менее, устаканиваясь и улавливая ритмику мелодии, Кейт уже не позволяет даже с подпевкой кукольной толпы добиться Сэму победы с первой песни, не поняв, что злоба и зазнайство его ни к чему хорошему не приведут.

Was this just fair? Well maybe ok… Hey You better stop, settle yourself down and think What worth your rage? None. Give it then up We have no reasons to hold you in hell for none

Может, не видя он того взгляда Джи и не ловя на себе эту бурю чужой боли, Кейт бы даже перевел на более веселый лад, чувствуя, как все больше и больше распаляется от такого непросто противостояния, но… Он не был моральным уродом, чтобы тыкать беднягу в больное. Лишь старался убедить того сложить оружие и притушить разгоревшийся пожар в одном месте от их действительно случайной встречи. Пусть даже для этого приходится давить с первой песни, урывая из чужой хватки и следующие строки, чтобы переиначить их из неизвестного отчаянного внутреннего смысла в понятный всем и каждому здесь, ясный как день призыв:

Comon we can go through that Whirlwind of misunderstandings and lies Throw away your pride and pain, go and ask her for forgiveness You'll go home!

Однако, сдаваться так просто Сэм не собирался, пускай явно и сам ощущал свою слабость. Даже зная свою песню от и до, в отличии от противника, ему не хватало чувства ритма, не доставало выдержки, недостаточно ярко горела его искра, обрекая на поражение, несмотря на любые попытки цепляться крепче в сгущающемся отчаянье:

jiguzaguzagu mou ii yo boku o kirikizande itsu datte kokoro kara waraenai no doushite? doushite? doushite? doushite? zutazuta ni kirisaita haatogata no pazuru doko o sagashite mo umaranai ya ai nou ai noo mou tarinai yo jigusoo

На последних строках, забираемых у парня, словно нож из трясущихся пальцев у отчаянного безумца, Кейт допевает песню с явным отпечатком сочувствия:

Lonely world — only here You can still run from it No hard mode, just say it clear: «I want go home, i'm sorry, Jen» Come on

Песня затихает, растягивая эхо его последнего слова, тут не требуется вердикта Джи, чтобы резюмировать победу не в пользу паренька, но Кейт лишь выдыхает: — Чувак, прежде чем заведешь следующий раунд, подумай еще раз. Это реальная альтернатива, но работать она будет до конца последней песни. Я думаю, Джи согласна, да? — он косится в сторону любимой. Песни уже не раз показывали, как могут растрясти человека, обнажая все внутреннее и в чем-то даже помогая ему изменить свое первоначальное отношение к ситуации. Может, к началу, если не второй, то третьей песни Сэм все же успеет признать свое положение дел и попросить нормально о помощи. В конце концов, не Дженифер заперла его здесь, но она способна вытащить его отсюда. — Нет, — неожиданно обрывает это сама Джен. Если то было ее игрой, то выглядела она как никогда натурально — жестко и безапелляционно. Проблески жалости в своем взгляде, виденные еще совсем недавно, она задавила, не оставив и следа. — У нас сделка. Я не стану больше идти ему навстречу… — Мне это не понадобится, сука! — тяжело выдыхает Сэмуэль, обрывая ее. Пальцы свободной руки вновь забегали по невидимой клавиатуре. 𝚘𝚙𝚎𝚗(«/𝚖𝚊𝚒𝚗/𝚏𝚒𝚕𝚎𝟶.𝚝𝚡𝚝»); 𝚌𝚑𝚊𝚗𝚐𝚎(«𝚙𝚛𝚘𝚐𝚛𝚎𝚜𝚜: 𝚞𝚕𝚝𝚛𝚊𝚕𝚘𝚟𝚎𝚛𝚎𝚗𝚍𝚒𝚗𝚐», «𝚙𝚛𝚘𝚐𝚛𝚎𝚜𝚜: 𝙵𝚄𝙲𝙺𝙸𝙽𝚂𝙸𝙲𝙺»); 𝚌𝚑𝚊𝚗𝚐𝚎(«𝚏𝚞𝚗: 𝟷𝟹», «𝚏𝚞𝚗: 𝚏𝚞𝚌𝚔𝚎𝚛𝚍𝚒𝚎») — Думаешь, этого хватит, чтобы заставить меня просить прощения?! — Сенпай нездорово усмехается, лишь ускоряя стук, вбивая команду за командой: 𝚘𝚙𝚎𝚗(«/𝚖𝚊𝚒𝚗/𝚘𝚙𝚝𝚒𝚘𝚗𝚜.𝚝𝚡𝚝»); 𝚌𝚑𝚊𝚗𝚐𝚎(«𝚕𝚒𝚐𝚑𝚝: 𝟷𝟶𝟶», «𝚕𝚒𝚐𝚑𝚝: 𝟷𝟶»); — Какие-то визги от этого червя?! — потемневшая картинка ни разу не мешает услышать хруст микрофона в руках противника. — Ооо, нет, Джен! Я вдавлю его в такую глубокую яму с дерьмом, что выберется из нее он уже точно не в этой жизни! А потом… 𝚌𝚑𝚊𝚗𝚐𝚎(«𝚜𝚘𝚞𝚗𝚍: 𝟷𝟶𝟶», «𝚜𝚘𝚞𝚗𝚍: 𝟶»); Дальнейшее Кейт уже не услышал, зато прекрасно прочел в текстовом окне. «ИЗВИНЯТЬСЯ ПРИДЕТСЯ УЖЕ ТЕБЕ!» 𝚌𝚑𝚊𝚗𝚐𝚎(«𝚝𝚎𝚡𝚝𝚌𝚘𝚕𝚘𝚛: 𝚠𝚑𝚒𝚝𝚎», «𝚝𝚎𝚡𝚝𝚌𝚘𝚕𝚘𝚛: 𝚋𝚕𝚊𝚌𝚔»); С чем в момент померк и чат, с черным текстом на черном же, мать его, фоне! Чем больше дрянное набирало в оборотах, тем больше крепло ощущение Кейта, что они проткнули подвешенный пакет, доверху набитый дерьмом. И если поначалу можно было понять его возмущение обломанной поблажке, то дальше руки сжалась крепче на микрофоне уже сами собой. — Ну ты уже берега совсем попутал, — выдыхает было Кейт, да только собственного голоса он не слышит, как и не видит даже треклятых субтитров. — Вруби живо все назад, козел, ты не знаешь, в ряд с ЧЕМ сейчас хочешь встать! Одна непроглядная темнота уже надарила Би сюрпризов с горкой. И хотя к Лемону он уже вряд ли сможет обратиться с требованием пояснить за свое дерьмо, то выставляющий себя в один с ним ряд Сэмуэль все еще был где-то поблизости и может хорошенько расплатиться и за свои фокусы, и за слова. Показав ему сердечко в знак очевидной поддержки, Дженифер и сама вызвала окошко настроек, где бегунком подняла убранную в ноль громкость уже на половине куплета противника и поспешила переключить цвет субтитров на белый

zutto egao kuzureru koto naku dare kara datte aisareteta fukou na shounen wa

Раздраженно допел свою часть Сэмуэль, метнув в ее сторону свой взгляд. Кейту же хватает даже того небольшого отрывка мелодии с текстом, чтобы вклиниться в чужие планы, с лихвой отыгрываясь за пропущенное начало и первую песню, в которой не только еще настраивался на непривычный манер Сэма, но и делал попытки до него достучаться. Уже по этим выходкам тот прекрасно дал понять, что воспитание пряником здесь не проканает:

We gave you chance to win, But pride the greatest sin You're not want to give in, So it won't be surprize That you have no idea who fight against Well it's too late, my turn to kick you outside!

Выступая вперед, он отвлекает внимание парня от Дженифер. Он сам выбрал японский, который его оппонент не понимает, так пусть хлебнет сполна английского и сам же не запутается в двух трактовках одной и той же мелодии! Обрыв звука готовит к наступающему недолгому речитативу за секунды, позволяя подобрать подходящие слова аккурат в музыку:

Zero point, hundred, ten? Oh man what a failure Zero point, hundred, ten? You 've no chance!

Keep hating, keep cheating, I already have seen The way to live much worse than the all of your routine Keep fighting, keep effing, no matter how you mean Cause you lost chance a tik ago, give it in already

Но долго держать инициативу его противник не позволил. Опустив голову, тенью прикрыв глаза, Сэмуэль борзо вклинивается, не переставая вмешиваться в условия их боя: 𝚌𝚑𝚊𝚗𝚐𝚎(«𝚜𝚘𝚞𝚗𝚍: 𝟷𝟶𝟶», «𝚜𝚘𝚞𝚗𝚍: 𝟷𝟶𝟶𝟶»);

Da Da Da Da Da Da!!!

Песня оглушает его раньше, чем Дженифер успевает вновь снизить громкость до нормального значения. К счастью, хоть в том неясном текстом виде Кейт успевает поймать мелодию оппонента…

dasei ja mou nan mo tasukarya shinai genkai sunzen suriringu dou deshou ne?

Но здесь песня обрывается в проигрыш. Взгляды их вновь пересекаются. Закусив губу, Сэмуэль быстро перебивает пальцами, вводя новые команды: 𝚕𝚘𝚊𝚍(«𝚊𝚜𝚜𝚎𝚝𝚜/𝚍𝚊𝚝𝚊/𝚊𝚞𝚖𝚒𝚜𝚝𝚘𝚖𝚊𝚌𝚑𝚙𝚛𝚘𝚋𝚕𝚎𝚖.𝚓𝚜»); Девушка на фоне моментально блюет, заливая и окно Дженифер. Усмехаясь тому парень начинает перебирать пальцами куда активнее: 𝚌𝚑𝚊𝚗𝚐𝚎(«𝚕𝚒𝚐𝚑𝚝: 𝟷𝟶», 𝚕𝚒𝚐𝚑𝚝: 𝟶»); В глазах темнеет, а скоро выключается и звук, не позволяя вовремя перехватить мелодию. К моменту возвращения Сэмуэль уже допевал вторую половину куплета под яростным взглядом Дженифер:

zutto egao kuzureru koto naku dare demo zutto suki shite ita yasashii shounen wa

К счастью песня в этом моменте была достаточно зациклена в своем мотиве, чтобы Кейт быстро перехватил нечестно выхваченное читерством первенство обратно в свою власть, чуть ли не собственным голосом придавливая Сэмуэля и даже заставляя отступить на шаг:

Efforts with no way to go They'll vanish from your soul You try to cheating but If you continue that Better be prepared for living like a real undead This is no place for fraud, your time is going out

Глядя в чужие глаза, Кейт не без доли улыбки чеканит тот же припев, опуская чужую завышенную самооценку, раз не мягким словом первой песни, то крепкими строками этой.

Zero point, thousand, ten? Well then, you're a failure Zero point, thousand, ten? Here we are

Замечая нужный блеск в тени чужих глаз, он открыто усмехается, переходя на свой чистый ритм. Давно не позволял себе открыто переходить на него, но черт возьми в этой ситуации Сэм сам напрашивался на то, чтобы его осадили!

кєєק ђคՇเภﻮ, кєєק ςђєคՇเภﻮ, เ คɭгєค๔ץ ђคשє รєєภ Շђє ฬคץ Շ๏ ɭเשє ๓ยςђ ฬ๏гรє Շђคภ Շђє คɭɭ ๏Ŧ ץ๏ยг г๏ยՇเภє кєєק ŦเﻮђՇเภﻮ, кєєק єŦŦเภﻮ, ภ๏ ๓คՇՇєг ђ๏ฬ ץ๏ย ๓єคภ ςคยรє ץ๏ย ɭ๏รՇ ςђคภςє ค Շเк คﻮ๏, ﻮเשє เՇ เภ คɭгєค๔ץ Ah Ah Ah Ah Ah All this Attempts take the gold medal won't do a single thing Releasing you from the cage of the plastic replication

Подавившийся воздухом в явном обломе ухватить свою часть, Сэм мрачнеет сильнее. Кажется, прямо здесь, через все его пиксели Кейт мог ощущать запах подгорающего зада. Вот только, отвлекшись на выразительный фак в адрес противника, он упускает инициативу, однако…

dareka tanomi no mamagoto shintaku fukyouwaon wa kyou mo yamazu ni dokkara ka yasumikata wo wasure rouden gimi kachakacha no katakata

…Ни быстрый ритм на незнакомом языке, выдаваемый, все же, не без выраженного американского акцента…

itten? hyaku? jutten? arara ara ara itten? juuitten? arere are are itten? mou itten? itten ichi ichi? issen juuissen boku wa?

𝚌𝚑𝚊𝚗𝚐𝚎(«𝚖𝚘𝚍: 𝚗𝚘𝚛𝚖𝚊𝚕», «𝚖𝚘𝚍: 𝚌𝚘𝚗𝚝𝚛𝚊𝚜𝚝»); 𝚕𝚘𝚊𝚍(«𝚊𝚜𝚜𝚎𝚝𝚜/𝚍𝚊𝚝𝚊/𝚜𝚙𝚘𝚘𝚔𝚢.𝚖𝚙𝟹»); 𝚕𝚘𝚊𝚍(«𝚊𝚜𝚜𝚎𝚝𝚜/𝚍𝚊𝚝𝚊/𝚜𝚙𝚘𝚘𝚔𝚢.𝚖𝚙𝟹»); 𝚕𝚘𝚊𝚍(«𝚊𝚜𝚜𝚎𝚝𝚜/𝚍𝚊𝚝𝚊/𝚜𝚙𝚘𝚘𝚔𝚢.𝚖𝚙𝟹»); …Ни строчки кода, от которых меню рябило в глазах, а уши снова и снова разъедал резкий шум скримера…

tooku tooku kikoerunda dogou ni mamireta musebi naki ga yamete yamete minna minna boku wo hitoribocchi ni shinaide yo

…Ничего из этого уже не поможет ему. Сэмуэль уже проиграл еще до конца собственной же мелодии. Это было видно по его лицу, по напряжению, по сбивчивому тону, где он больше не вытягивал высокие ноты. Все, что оставалось — добить, уничтожить, не оставив и намека на реабилитацию излишне высокого его самомнения.

Keep singing, keep singing, prisoner of conceit There is no other options, the only way — admit You lost it, you lost it, from very of begin It's time to close your show and start another theme Just Just Just Just Just Just Screw your lies to yourself that lesson taught Why should we even be condescending to you? Hey, just tell me that?! It's not right If you don't deserve

В проигрыше опуская микрофон, Кейт с вызовом смотрит на парня, которому уже в последнюю очередь хотел бы сочувствовать с таким гонором. Да, он огреб больше, чем стоило бы за вранье в прошлом. Отец Джи, может, и перегнул палку… Но в положении Сэма последнее, что стоило делать, так это выебываться и поливать грязью свою единственную возможность выбраться, не говоря уже о банальном раскаянии в своем прошлом поведении. Похоже, в своей рутиной тюрьме он лишь мариновался в собственном же душевном дерьме… И сейчас он куда больше напоминает загнанного в угол зверя, нежели человека. Тяжело дыша, оглядываясь по сторонам, он сжимает микрофон бледными пальцами. Раздается треск. И с ним Сэмуэль разламывает его пополам, прежде чем… — Сэм! — крик Дженифер, все же выдавшей свое волнение, утопает в новых помехах, в которых этот парень вонзает осколки в себя, разрывая собственные лицо и тело, высвобождая… Нечто. Лиловый комок пикселей с искаженным лицом, выражающим не то ярость, не то агонию — все, что осталось на месте смазливого высокомерного засранца. — Это что за ภคђєг?! — выпалил Би, даже не зная, к кому обращаться с вопросом о криповых метаморфозах в живое топливо для ночного кошмара — к Джен или ее психованному бывшему, похоже, дошедшему окончательно до ручки. —  ̸Э̸т̸о̴ ̷в̶с̸е̵, ̵ ̵ч̸т̴о̶ ̷о̷с̵т̵а̷л̶о̷с̶ь̷ ̴о̷т̴ ̸м̶е̸н̵я̵, — мрачно заявляет это существо, абсолютно ненормально передергиваясь, нагоняя большей жути. — …̶И̴ ̴т̶ы̵ ̶с̴ч̴и̵т̵а̶е̶ш̴ь̷, ̴ ̴ч̶т̴о̶ ̶э̶т̴о̶г̴о̴ ̸н̷е̴д̶о̴с̸т̸а̴т̸о̷ч̵н̶о̴? ̷! ̷ Дженифер опускает, а после отводит свой взгляд, не находя или попросту не желая давать ответ на такой вопрос. — С̵ ̷м̷е̷н̸я̶ ̷х̷в̶а̷т̴и̷т̷! ̶ — взгляд «Сэнпая» касается уже Кейта. — Я̴ ̸в̸ы̵б̸е̵р̸у̶с̸ь̸ ̵о̴т̴ ̴с̴ю̶д̵а̷, ̴ ̷д̷а̶ж̵е̴ ̸е̷с̵л̴и̵ ̵д̵л̶я̶ ̶э̵т̶о̶г̵о̸ ̷п̴о̸н̶а̷д̵о̷б̵и̵т̴с̴я̷ ̴у̷б̵и̴т̴ь̶ ̵т̴е̷б̶я̷ ̵и̶ ̶з̵а̸б̴р̴а̸т̸ь̸ ̴т̸в̵о̴е̵ ̴т̴е̵л̵о̸.̷ ̶К̸а̵к̴ ̵п̷о̴ ̵м̴н̴е̶ ̸э̴т̶о̸ ̴в̶п̶о̴л̶н̵е̵ ̵ч̸е̷с̴т̷н̶о̵.̴ Уже было собиравшийся еще немного отступить от странной пиксельной сущности, Кейт сам себя останавливает, усмехаясь не без доли нервных нот: — Мужик, ты не представляешь, сколько таких угроз я уже слышал за последние месяцы… Ты абалдеть как не оригинален. Музыка включается абсолютно неожиданно прямо посреди его слов, однако столь же резко останавливается. Кейт оглядывается Джи, однако в ее глазах он читает ту же растерянность, пока взгляд не цепляется за строчки выписываемые внизу: 𝚙𝚕𝚊𝚢; 𝚙𝚊𝚞𝚜𝚎; 𝚙𝚕𝚊𝚢; 𝚙𝚊𝚞𝚜𝚎; 𝚕𝚘𝚊𝚍(«𝚊𝚜𝚜𝚎𝚝𝚜/𝚍𝚊𝚝𝚊/𝚏𝚒𝚗𝚊𝚕.𝚓𝚙𝚐»); 𝚌𝚑𝚊𝚗𝚐𝚎(«𝚙𝚛𝚘𝚐𝚛𝚎𝚜𝚜: 𝙵𝚄𝙲𝙺𝙸𝙽𝚂𝙸𝙲𝙺», «𝚙𝚛𝚘𝚐𝚛𝚎𝚜𝚜: 𝚎𝚗𝚍»); С новыми строчками раздался треск, а после — пиксельный грохот, с которым школа на фоне темнеет и разрывается на части так же, как не так давно тело самого Сэма. 𝚛𝚎𝚠𝚒𝚗𝚍 «+𝟷𝟶»; 𝚛𝚎𝚠𝚒𝚗𝚍 «+𝟻𝟶»; 𝚛𝚎𝚠𝚒𝚗𝚍 «-𝟼»; И здесь музыка резко начинает свою отмотку под командами, выдаваемыми столь быстро, что взгляд даже не успевал за них зацепиться. Лишь в этот момент Кейт понял, зачем этот тип выдал тот фокус с разрыванием собственного тела… Этот псих решил не замедлять им себя! Однако осознание такого жуткого решения не мешает напомнить самому себе, что мелодия может остановиться и начать проигрыш песни в любой момент. И если раньше ставка шла исключительно на досрочное освобождение противника, то теперь… Вот так «новость», вновь приходится рисковать собственной шкурой. Взгляд мельком касается Джи, что вызывает легкий, но искренней смешок. Черт возьми, если все это ради Джен — то оно однозначно того стоит! — Ну давай, Сэм, тебе это все равно не поможет… — негромко выдохнул Кейт, выжидая старт нового этапа. Но он все равно начинается внезапно, не смотря на успевшее стать почти мучительным его ожидание. 𝚌𝚑𝚊𝚗𝚐𝚎(«𝚜𝚘𝚞𝚗𝚍: 𝟷𝟶𝟶», «𝚜𝚘𝚞𝚗𝚍: 𝟷𝟶𝟶𝟶»); 𝚙𝚕𝚊𝚢; Агрессивный грохот чуть не оглушает его снова, однако в этот раз даже с такой скоростью команд, Дженифер успевает заглушить музыку раньше, пусть для этого, в мгновение ее пришлось отключить полностью, обрывая часть первых слов.

…̶g̸a̵ ̸y̴o̸n̷d̵a̶ ̴A̵t̶a̶s̵h̷i̵ ̸w̵a̷ ̵k̶i̷m̴i̵ ̶n̶o̸ ̷n̷a̶k̵a̴ ̴n̸o̷ ̶a̴t̶a̸s̵h̶i̸ ̸K̵a̷n̵a̵s̶h̶i̷m̷i̴ ̴n̶i̵k̵u̷s̸h̴i̵m̴i̴ ̸T̷s̴u̵k̶u̷r̶i̷d̷a̴s̵u̷n̷o̵ ̴n̷o̴ ̷w̶a̸ ̴k̵u̷u̸z̵o̸u̴

Мрачно цыкнув, Кейт выжидает хотя бы до половины куплета, прежде чем уши улавливают повтор мотива, позволяя вступить ему поперек противника. Сэм определенно потерял последние рамки адекватности, а со своими программными фокусами и вовсе заставлял задаваться вопросом: на каких, черт возьми, правилах дуэли они сейчас противостоят друг другу — музыка или чертово кодирование?!

This is bad. You lost your mind Your own body not important now This is it. Better quit. Seems too maddish buddy Stop thinking you're smartest, dick

Мотив обрывается на высокой ноте, переходя на большой плавный и тягучий меланхоличный проигрыш, подальше от прежнего, давяще-обвинительного, заставляя напрягаться — прошлые песни мотив тоже меняли, но не темп. 𝚌𝚑𝚊𝚗𝚐𝚎(«𝚜𝚘𝚞𝚗𝚍: 𝟷𝟶𝟶», «𝚜𝚘𝚞𝚗𝚍: 𝟶»); Уже знакомые фокусы его противника уж точно не делали этот бой проще, даже не смотря на попытки Дженифер обрывать их на корню. И если звук она включает, то… 𝚌𝚑𝚊𝚗𝚐𝚎(«𝚝𝚎𝚡𝚝𝚌𝚘𝚕𝚘𝚛: 𝚠𝚑𝚒𝚝𝚎», «𝚝𝚎𝚡𝚝𝚌𝚘𝚕𝚘𝚛: 𝚋𝚕𝚊𝚌𝚔»); Видимость текста команд уже не возвращается в норму даже после нескольких секунд, что дал им проигрыш, явно урезанный, чтобы не позволить Кейту перехватить куплет с самого его начала.

Y̶u̸u̷j̵u̴u̴f̷u̶d̷a̸n̵ ̸n̷o̸ ̴s̶a̵n̶b̸u̷t̴s̷u̴ ̷k̷a̴n̸a̸ ̵J̷o̸u̵z̴u̶ ̶n̸i̴ ̶i̴k̴u̶r̶u̵ ̷h̷i̵n̴t̸o̴ ̷w̷o̷ ̴o̸s̷h̷i̴e̷t̸e̶ ̶y̷o̷ ̷Y̷a̴n̶w̷a̸r̵i̷ ̴f̶u̷n̵w̷a̴r̸i̶ ̸O̸b̵u̸r̴a̶a̸t̶o̵ ̵n̴i̷ ̵s̴u̴g̴u̶ ̷t̸s̵u̵t̴s̴u̶m̵u̸ ̷m̸u̸s̶u̷u̵ ̶n̴o̶ ̶g̴e̴n̵ ̶C̴h̷o̶k̸u̸s̸e̶t̷s̵u̷t̷e̵k̶i̷ ̸b̵a̴s̶s̸a̶r̷i̸ ̴i̴t̶t̷o̵u̷r̴y̵o̷u̴d̵a̸n̶ ̸s̸a̶r̵e̸r̸u̷ ̸m̷a̸i̸n̵i̶c̶h̴i̷ ̴A̷i̶s̵h̶i̷t̴e̴ ̵k̷a̴e̸s̶h̴t̴e̶ ̸i̸m̵a̸ ̷m̴a̴d̷e̷ ̸n̴o̸ ̴b̶u̸n̶ ̴z̶e̵n̴b̸u̸ ̴K̸e̸s̴u̶ ̴k̸o̸t̴o̶ ̸g̶a̸ ̸d̸e̷k̴i̵t̶a̷ ̷n̴a̴r̶a̸

Последние слова в легком отрыве от общего куплета позволяют найти брешь, за которую приходится откровенно цепляться, но повторяя тот же мотив в голове, Би уже мысленно старается просчитать, куда свернет безумная мелодия:

The best way out was when you see us first, But question now how long we'll keep you here The only one that you can do for own self Is rethink of what exactly you did wrong

В последних словах сердце екает, заставляя тут же перейти на высокий слог, лишнюю пятую, как и у Сэмуэля строку, вытягивая в тон нотам мелодии:

I won't let you go away from your mistake

Деталь проигрыша позволяет глотнуть воздуха. После такого насильственного расширения своего диапазона в высокие ноты Кейт уверен, что придется похрипеть и попить чаю с медом, если их противостояние отразится на нем в реальности. Но раньше, чем вновь начнет меняться обстановка боя, он успевает затянуть продолжение песни, благо, не спешивший в этот миг менять свой мотив. Прямо в середине слов Сэм просто не может обрубить его и перемотать мелодию, а вот слышно Кейта будет или видно — не так важно. Свою часть он споет, как бы засранец не пытался изворачиваться. Один из важных уроков, извлеченных из сражения с Лемоном, он заучил на отлично — не сбиваться с начатой песни.

Attempts make no sens, but hey, even this damn programming is the sign You maybe thought «I can beat them no metter what shitty methods i use», well you're wrong. So quit.

Жалость к этому парню, явно потерявшему рассудок, растаяла еще после первой песни, а сейчас в руках Би оставалась достаточная мотивация, чтобы попросту уничтожить его на своем поле. Ни мелькание сцен на фоне, ни резкие звуки, явно призванные оборвать его, чтобы вырвать инициативу, не давали плодов, и до проигрыша Кейт дошел, не упустив ни строчки. Однако, чего он не ожидал… Так это того, что песня отмотается назад, повторяя недавний момент, прямо в секунду перехвата инициативы.

F̴u̷k̵a̵i̸ ̷s̸o̴k̴o̵ ̸e̸ ̵o̴c̷h̴i̴t̵e̵i̴k̸u̴ ̸i̵s̷h̶i̸k̷u̷ ̶n̶i̸ ̴S̸h̸i̶k̷i̷r̴i̶ ̶n̶i̵ ̴i̵i̸g̶i̶k̷i̵ ̵k̸a̶s̷u̵ ̵u̶s̷a̶b̴a̵r̴a̴s̶h̶i̶ ̸n̶i̸ ̵u̶t̶a̴ ̶w̷o̵ ̴u̵t̶a̸u̵ ̷H̴i̵b̵i̴ ̵w̴a̸ ̶u̸t̷a̸k̷a̸t̶a̷ ̵n̵i̷ ̵K̶i̴m̸i̸ ̶h̶a̶i̷n̵a̵i̷ ̵i̵n̸a̸i̶ ̵n̵a̴ ̵«̶K̴i̷r̶a̵ ̴k̸i̷r̴a̷ ̷n̴o̶ ̷j̷u̵u̶n̶k̵a̵n̷»̴

Сжав зубы Кейт понимает, что единственный шанс вклиниться в этот беспредел — вновь повторить подвиг с высокими нотами, но он не может себе позволить упустить его, и вот…

เ ฬ๏ภ'Շ ɭєՇ ץ๏ย ﻮ๏ คฬคץ Ŧг๏๓ ץ๏ยг ๓เรՇคкє!!!

Нота игравшего в мелодии пианино едва ли успевает закончится, а в легкие — набраться новая порция воздуха, как приходится повторять все тот же отрывок песни. Взгляд попутно касается Джен в немом вопросе о честности отмотки. Громкость звука и невозможность что-то разглядеть еще можно было, скрипя сердцем, понять и преодолеть, но это…! Разве он не станет просто бесконечно отматывать песню назад, так, что она никогда не кончится?!

คՇՇє๓קՇร ๓คкє ภ๏ รєภร, ๒ยՇ ђєץ, єשєภ Շђเร ๔ค๓ภ קг๏ﻮгค๓๓เภﻮ เร Շђє รเﻮภ ץ๏ย ๓คץ๒є Շђ๏ยﻮђՇ «เ ςคภ ๒єคՇ Շђє๓ ภ๏ ๓єՇՇєг ฬђคՇ รђเՇՇץ ๓єՇђ๏๔ร เ ยรє», ฬєɭɭ ץ๏ย'гє ฬг๏ภﻮ. ร๏ ợยเՇ. Quit, give up this cracking cheat, it's not a way out, just delaying the inevitable defeat Though you think it will make me fucking sick, well, no You are much sicker than me

В этот раз, на износ собственного запаса кислорода, он сжимает обе повторяющиеся половины куплета в настолько единое целое, что Сэмуэлю придется озаботиться уже не попытками мухлевать через код, а собственным же непосредственным участием в песне. Однако этого противник явно не понимает, продолжая снова и снова пытаться отвлечь его. Сменой локаций, мелькающих так часто, что для незаинтересованного взгляда это превращалось в не более, чем цветастое месиво, резкими звуками и сменой громкости. Наконец, перемоткой, на которой он обрывается сам, отчего-то замирая и останавливая взгляд на Дженифер подмигнувшей Кейту, когда звук пошел в подъем в полной беспросветной пустоте, где были лишь трое. Победитель, проигравший и судья.

K̴i̴m̸i̵ ̶w̷a̸ ̸i̵m̸a̷ ̶N̵a̷n̷i̸ ̷w̴o̷ ̶s̶h̵i̸t̶e̶ ̶I̸k̷i̶r̶u̵ ̴K̷i̴m̴i̴ ̸w̸a̴ ̶N̸a̵n̵i̴ ̵w̴o̴ ̷s̶h̵i̸t̶e̵ ̷I̷k̸i̷t̶e̵r̴u̸? ̸

Роли уже были определены…

I̴t̷s̵u̶ ̸m̸a̵d̶e̶ ̷t̶a̵t̵t̴e̸ ̸m̴o̴ ̸k̵i̶m̷i̵ ̷w̴a̶ ̸(Everything you do to try and change our fight) ̷A̸i̷m̶o̷k̸a̴w̷a̵r̴a̷z̷u̸ ̵k̵u̵r̴a̵s̷h̴i̵t̶e̵i̵r̴u̴ ̵y̴o̴u̶ ̸d̵e̷ ̶ (Is a waste, you're a loser and you won't go far.) ̵H̴o̶n̷n̵e̴ ̸f̷u̴k̶a̸i̵ ̴k̷u̶r̵a̵i̶ ̴m̷e̵m̶a̷ ̷n̷o̸ ̵s̴o̷k̸o̶ ̵d̷e̵ (All of the fear it builds inside) ̵T̷a̸m̸a̵r̶i̶ ̴n̵i̷ ̵t̶a̵m̴a̷t̷t̴e̵ ̷a̷f̸u̸r̷e̷s̴o̸u̴ ̸d̸e̷s̴u̶ (Accumulates, fogging your mind.) Hell no. This past few months didn't ̴(̶K̶o̸u̷k̸e̴i̶ ̸a̵n̴o̶ ̵t̴o̷k̸i̷ ̶n̷o̸ ̸o̴m̸o̸i̵d̶e̵)̴ Broke us so how do you think you will do it, how?! (̸B̶i̵k̵a̷ ̸n̸i̶ ̵b̵i̷k̴a̶ ̴k̵a̵s̷a̵n̵e̷t̷e̵s̸h̴i̵m̷a̴t̵t̷a̴)̵ This is crazy, but (̵I̷i̷n̴a̶i̴ ̴i̷n̴a̵ ̷a̶n̸o̶k̴o̷ ̷w̸a̷)̵ You're feeling envy. (̵T̷a̷n̴o̶s̵h̷i̵s̷o̷u̶)̶ Stupid stupid, you will fall. (̷K̶i̶r̸a̴i̴n̷a̷ ̴a̶n̷o̸k̸o̸ ̴w̸a̵)̵ Cheating can't help you, i saw enough (̷W̸a̶t̵a̸s̷h̵i̴ ̵w̶a̶ ̶w̶a̶t̴a̵s̵h̵i̴ ̵d̴e̴ ̶g̴a̴n̸b̶a̶t̴t̷a̴)̶ It's funny, you didn't have to start with a war (̵A̴n̷a̷t̵a̴ ̴w̵a̶ ̵a̶n̴a̶t̷a̶ ̵d̴e̴ ̶n̶a̴n̷i̸ ̸s̴h̷i̴t̸e̶i̸t̴a̵? ̸)̵ I await the day that you will realize that (̴K̴i̵z̶u̴i̸t̶a̸ ̷t̵o̵k̷i̷n̸i̶ ̵w̷a̶ ̸k̶o̵n̸a̵g̵o̶n̵a̴ ̵n̸o̴ ̶k̷a̶g̵a̸m̷i̸)̵ it's all in your head; you've no where to hide. (̴A̷n̴a̵t̵a̷ ̴n̵i̵ ̷k̶i̵z̴u̸i̴t̸e̵ ̸h̵o̴s̶h̸i̶k̶a̶t̸t̸a̶ ̶n̴a̶)̷

В общем слиянии английского и японского особенно хорошо прослеживалось, как на самом деле проседал Сэм в этой последней песне, отчаявшийся, слишком увлеченный попытками насолить и не справляющийся с инициативой от двойственного смысла. Завершение песни Кейт поет уже в одиночестве, попросту задавив его попытки как-то отыграться.

This is lost fight, you have no right Everything already have done and said, goodbye Hey, hey look hi, ahh, hey, hey look, hi… Hey, at the end, i can still say you why All this fight is not alright, change your mind Mind.

Безумной ярости на пиксельном искаженном лице, прослеживавшемся в этой сплошной помехе, в которую сам себя превратил этот парень, показывают средний палец, последним словом поставив точку.

Sayonara!

С тем Кейт вновь проваливается в непроглядную тень, из которой моментально выходит сидя на все том же троне директора клуба с Дженифер на своих коленях, с улыбкой обрамившей его лицо. — Я знала, что ты не проиграешь… — выдыхает она, опуская голову на его плечо. Рвано выдохнув, Кейт машинально приобнимает ее, прежде чем окончательно осознать себя в своей родной не-компьютерной реальности… И смачно, пусть и фильтровано, выругаться: — קเչ๔єς! — с чувством выпалив это и немного отведя душу, он ошарашенно оглядывается на любимую. — Этот псих реально избавился от своего же тела?! Он всегда был таким, на голову шарахнутым, или это мне как-то особенно повезло подловить его в «фазе»?! — Нет, — Джен заметно мрачнеет, отводя взгляд к померкшему экрану ноутбука. — Он был… Немного придурком, много — лжецом, но такого я за ним не замечала… И даже подобного. Кейт и сам на выдохе переводит взгляд к ноут и тихо хмыкает. Получается, таким он стал за время пребывания в том симуляторе? Да уж, папаша Джи знает толк в жестоком наказании. И все же, если так дальше продолжиться, градус безумия у парня будет лишь нарастать… — …Ты так и оставишь его там? Или, как остынет…? — …Выпущу его, — заканчивает за него Дженифер. — Должно быть, папа просто забыл о нем. Поджав губы, Кейт оглядывается на нее в явном сомнении: — Без обид, но я сомневаюсь, что он просто забыл о такой то дичи. К тому же… — взгляд его выразительно перешел на листок «Закрой обратно», что был отложен первым в ящике поверх еще кучи странных вырезок. Но Дженифер лишь покачала головой, даже не оглянувшись в его сторону. — Мой папа — не садист. Немного жесток, конечно, но, только к тем, кто угрожает нам с мамой… — выдыхает она, поднявшись с кресла. — Я знаю, ты видел его как сплошного козла, но он не такой, поверь. — Как скажешь… — пробормотал Кейт, в какой-то мере понимая ее стремление оправдать отца. Хотя бы потому, что это семья. Ну и, отдавая должное, козел этот свою дочь любил… Тихо выдохнув, Би расправил плечи и постарался переключиться, а заодно переключить любимую на более приятные мысли. Например… — Ты хотела рассказать мне о каких-то планах, прежде чем залезла в ноут. Поделишься? — ободряюще улыбнувшись Джи, он поднимается и подхватывает ее на руки. — Заодно детей заберем из зала, там же сейчас уже наверняка началось открытие, а? В ответ его милая демоница весело рассмеялась, вновь неведомой магией облегчая собственный вес в его руках. — Я думаю внести большииие изменения здесь! — заявила она, однако в момент оборвалась стоило им выйти в зал… …Занятый множеством странных мужиков в черно-белой форме. Так и замерев, с Дженифер на руках, на пороге меж кабинетом и залом, Кейт слегка оторопело смотрит на кучу не то военных, не то спецназа и немного нервно усмехается: — Эээ… Не то чтобы у нас есть дресс-код, но, обычно, народ сюда приходит в чем попроще, парни… — Ох, прости, пацан, но… — выступивший среди прочих крепкий мужик с погонами двух белых стрелок на плече укладывает на оное внушительных размеров пушку, прежде чем ухмыльнуться. — У нас свое понятие веселья. Где ваша мамочка, демонятки? Стоит только пушке оказаться на виду, еще и в таком явном намеке, Кейт мгновенно опускает любимую на ноги, отводя за спину под нестройные смешки окруживших их вояк, пока не цепляется взглядом за… Достаточно знакомое лицо, чтобы отличить его от общей массы, даже несмотря на массивные окуляры: — Стив?! В ответ, еще не так давно бывший ему другом вопреки всем странностям, парень мрачно отводит свой взгляд, но скоро собирается и качает головой, сжав пальцы на своей… Еще одной пиздецки большой пушке. — Тебе стоило лучше выбирать себе девушку, — отзывается он, подавляя последние признаки того, что происходящее хоть на каплю ему не нравится. — Может мы сможем решить все мирно? — Дженифер осторожно выступает вровень с Кейтом, невзирая на риск, подняв вверх руки. — Мы никому не вредим, честно! Со стороны первого заговорившего мужика с двумя стрелками на плече раздался громовой хохот, как и от некоторых других из отряда, прежде чем он вышел вперед: — Не вредите, всего лишь превращаете обычных ребят в адскую срань, убиваете или уводите в свое рабство. Не хочешь говорить, где мамочка, куколка? — Ее здесь нет и не появится, — вновь чуть выступает вперед Би, сжимая руки в кулаки при таком давлении на Дженнифер, на что получает фырчок соратника Стива. Взгляд смутно знакомых дико светлых глаз оглядывает его с ног до головы, прежде чем очевидный лидер отряда делает еще шаг вперед, наставляя пушку прямо в лицо Кейта: — Ну… Раз уж курицы нет на насесте… Подманим ее через цыплят!