Сердце саламандры

***

      - Просто повторите формулу! Она ведь прямо у вас перед глазами, - профессор Блюм твердо стучал пальцем по пергаменту прямо под носом у смутившегося студента, - Вы ведь знаете этот символ? - он указал на круг с точкой в центре.       - Д-да... это бинду...       - Прекрасно! Так отчего же вы его пропускаете? Это ведь начало начал... - Блюм отошел от парты мальчишки, после чего тот немного расслабился, - Если вы не овладеете этим приемом, у вас не получится выполнить ни одного заклинания! Так что...       «Да, да, да… Боже, как можно на третьем курсе не знать таких элементарных вещей... Мы ведь навечно застрянем на одной теме», - Габриэль, как всегда сидя за первой партой, с нетерпением ждал, когда очередная скучная лекция подойдет к концу, и сразу же поспешил в обеденную.       После удара колокола коридоры академии оживали всюду снующими юными волшебниками. Хоть их на каждом курсе было не очень много - не все могли позволить себе такую учебу - собравшись вместе, они вполне могли сойти за небольшую армию магов. Если бы большинство из них владели чем-то посерьезнее фокусов, конечно.       К сожалению, мастерство волшебства весьма сложно, и разобраться в нем может далеко не каждый. Однако, обладание этим навыком считается крайне престижным в Арании. Волшебников уважают и предоставляют им множество привилегий, недоступных простым смертным. А если глава семьи маг, то его сыновья просто обязаны постичь данное ремесло. Именно поэтому богачи заставляют своих отпрысков учиться в академиях подобных этой. Кто-то ради поддержания авторитета, кто-то ради обретения престижа, а кто-то, кто сам не смог освоить дисциплину и получить лицензию мага, теперь перекладывает бремя на своих детей.       Окруженный гомоном многих голосов, Габриэль направлялся к трапезной. Рядом с ним по обыкновению следовали такой же молчаливый Эрвик и еще трое ребят.       Лоренс - низкий хрупкий мальчишка восточных кровей со смоляно-черными, волнистыми волосами. Он всегда был скромен и неразговорчив, а проходя через толпы студентов, держался ближе к Эрвику и Габриэлю.       Теобальд - коренастый юноша с теплыми карими глазами и таким же цветом коротко стриженных волос, весьма вспыльчив и охоч до споров, интеллектом при этом отнюдь не обделен.       И, наконец, Ганс - так же любящий научные споры, как и Тео. Парень среднего роста, с лицом испещренным веснушками. Свои волнистые медного цвета волосы, он частенько собирает в пучок на затылке, чем отдаленно напоминает девицу.       «Ни минуты покоя».       Габриэль занял свое привычное место за уже накрытым столом третьекурсников. Только потом все остальные.       «Допустим, я староста. Но отчего они постоянно ходят следом?! Мы что, стая утят?»       Габриэль не знал, что ученики держатся неподалеку, поскольку эти пятеро лучше всех на курсе сведущи в магии, и, естественно, вызывают всеобщее уважение. А он, как сын Мишеля Дюбуа, был выбран их лидером общим решением еще до своего приезда сюда.       Одна из причин такого решения - неприкосновенность. Никто не рисковал связываться с однокурсниками Габриэля Дюбуа - связи его отца были способны на многое - упаси бог впасть в немилость наследника влиятельного дома. А сам юноша выглядел так, будто способен уничтожить жизнь целой аристократической семьи, и глазом не моргнув.       Разумеется, все это - пустой говор и выдумки. Габриэль ни за что в жизни не стал бы обращаться к отцу с просьбой проучить другого студента. Независимо от обстоятельств. Не стал бы.       Гомон и споры поутихли только когда мальчишки занялись едой.       С каменным лицом, наполнив тарелку снедью, юноша изящно принялся за обед, украдкой поглядывая через залу на стол пятикурсников.       Прошло уже пару недель с его знакомства со взрывным бесом. С той самой поры Габриэль стал обращать внимание на то, как Дориан ведет себя с остальными, и к своему удивлению обнаружил, что никак. Он всегда был один. Ни с кем не общался. На обед приходил и уходил в одиночестве, если вообще приходил. На общих занятиях, если и бывал, то спал на верхнем ряду лектория. Опаздывал. Не замечал людей вокруг.       «Не удивительно, что с ним никто не общается. С таким-то поведением».       Хоть Габриэль был обижен и строг, но стоило ему немного понаблюдать за беловолосым дьяволом, как он явно смягчился, сам того не заметив.       В середине обеда в зал вошел Дориан - «Все-таки явился», - ссутулившийся, расслабленной походкой, руки по обыкновению в карманах, - «Карманы в мантии? Даже тут умудряется правила нарушать».       Он прошел к столу и сел у самого края лицом к Габриэлю. Никто из его сокурсников не обратил на это внимания. Не глядя наполнив тарелку едой, он принялся быстро жевать, расположив локти прямо на столе - «Ну каков хам…»       Староста заметил еще кое-что: Дориан почти всегда ходил с опущенным подбородком, из-за чего часть белоснежных волос падала на лицо, закрывая его наполовину. «Такой высоченный, а сутулится. Что за манеры», - он снова смягчился. Непонятный магнетизм этой белой вороны притягивал все его внимание.       - Не понимаю, почему его до сих пор не выгнали.       - Что? - Габриэль опомнился и обернулся на голос Эрвика. Тот внимательно следил за ним, а затем перевел взгляд на Дориана.       «О нет…» - юноша был уличен за разглядыванием человека - «Стыд какой…»       - За то время, что я здесь учусь, он уничтожил как минимум две лаборатории, не считая регулярных происшествий хотя бы раз в пару месяцев.       - О, твоя истина! Помню, он умудрился пропалить кислотой мантию отца Давида прямо на Богословии, - сказал другой мальчишка, - Вот была умора!       - Ха-ха-ха, да! А потом вступил с ним в спор о ненаучности его дисциплины и довел до истерики!       - А еще я помню...       Все третьекурсники весело включились в беседу - обсуждать чудачества Дориана было одним из любимых занятий. А Габриэль, как водится презирающий подобные сплетни, в этот раз внимал каждому слову, изредка поглядывая на объект совещания.       - Если все поистине так, как вы говорите, то отчего же он все еще в академии? - юноши почти разом утихли и изумленно обернулись на Габриэля, внезапно с ними заговорившего. Кто-то даже прекратил жевать, - Отчего он по сей день мотает нервы учителям?       Ребята переглянулись.       - Как видно… Это из-за того, что случилось два года назад, - несмело подал голос курносый мальчишка в очках.       - Вы говорите о взрыве?       Снова короткая пауза.       - Так ты знаешь? - спросил парень, сидящий рядом с Теобальдом.       - Слышал говор, и только.       - Он уничтожил лабораторию профессора Эдмора, - чуть смелее произнес кто-то из студентов - видать, пугающая серьезность Габриэля самую малость развеялась в их глазах, - А через два дня… тот сгинул...       - Как это понимать - сгинул? - по спине старосты пробежал холодок.       - Ну… пропал.       Загадочная пауза.       - Его отстранили, - сказал Ганс, и Габриэль едва вздохнул с облегчением.       - Он очень хороший педагог. Почти все его студенты имели высший балл по алхимии. Многие расстроились, когда он ушел, не попрощавшись, - печально произнес юноша в очках, - Я тоже. Это был мой любимый учитель, - некоторые мальчики понимающе кивнули.       - Так… а причем здесь… он? - староста не осмелился произнести имя Дориана и лишь коротко указал подбородком в его сторону. Третьекурсники снова тревожно переглянулись.       Тот, что сидел рядом с Тео, наклонился поближе и понизил голос:       - Ходит молва, что он тогда был л...       Голос парня смешался с внезапным звоном школьного колокола, возвестившего об окончании обеда, безвозвратно разрушив атмосферу таинства за столом третьего курса.       - Ну все, полно сплетен. Сейчас история магии. Поспешите, если не хотите опоздать, - Эрвик по-хозяйски согнал учеников со стульев, а те, напрочь забыв о важности разговора, с веселым гомоном отправились на занятия.       Габриэль, впервые в жизни участвовавший в обсуждении слухов, почувствовал сильнейшее разочарование и негодование, когда рассказ прервался на самом интересном месте. Но одно его успокаивало - наверняка после уроков или вечером в гостиной мальчишки закончат свою историю.       - Похоже, тебя заинтересовал этот простец.       Староста чуть было не вздрогнул, когда Эрвик появился у него за плечом с такой наглой опрометчивой фразой.       - Разве? По мне так нет в нем ничего особенного. Раздули толки на пустом месте, - высокомерно и холодно произнес в ответ Габриэль, горделиво вздернув подбородок.       Он последний раз обернулся на обеденную и… встретился глазами с Дорианом… который шел в пяти футах позади. Сказать, что юноша моментально побледнел, - ничего не сказать. Он едва не застыл на месте, не в силах оторвать взгляд от человека, который с поличным подловил его на столь неосторожных словах.       Дориан мрачно просверлил глазами бедного юношу и, ускоряясь, обогнал, едва не зацепив плечом, окончательно уничтожая его достоинство.       В этот же вечер по спальням академии расползся слух, что Чудориан перешел дорогу самому Габриэлю Дюбуа.

***

      Тёплая майская ночь.       Лунный свет озарял почти всю залу огромной библиотеки. Недвижимая пыль, блеском мерцающая в серебряных лучах, покачнулась и завертелась вихрем в одном из проходов - темная фигура в капюшоне неспешно брела вдоль полок с книгами, направляясь прямиком в закрытую секцию - туда, где окружив большой каменный стол, находилось ещё несколько человек в мантиях. Их внимание было приковано к тому, что лежало на нем - хрупкое и неестественно белое в этих стенах из красного дерева, потемневших в сумерках глубокой ночи.       На мгновение луна выхватила бледное мраморное запястье с длинными узловатыми пальцами. Человек на столе тихо застонал, очнувшись.

***

      Дориан уныло плелся по галерее на общую лекцию по теории алхимии - преподаватель практической алхимии выгнал его из лаборатории, поскольку в ней готовился урок.       «Тьфу ты! Теперь одним местом для экспериментов меньше… надо же было так опростоволоситься».       Он наслаждался тишиной коридоров, которая воцарялась в этих стенах лишь во время уроков. Или ночью. После полуночи.       Сейчас холл растерял краски - уже вечерело, весь день накрапывал дождь. Дориан задрал голову к стеклянному потолку и полюбовался неспешно ползущими струйками дождевой воды на фоне низких темно-серых туч.       «Сегодня придется разжечь очаг».       Внезапно, парень сорвался с места и подбежал к парапету, резко через него перегнувшись и уставившись вниз, на черно-белую шахматную плитку у подножия огромной статуи.       Как всегда высота завертелась, а плитка поплыла по спирали, пульсируя и приглашая в свои объятия. Дориан улыбнулся, - «И не надейся, подруга».       Наслаждаясь ощущением в поджилках, он повисел на перилах еще немного, пока не услышал скрип тяжелой двери, и, оторвав взгляд от пола, увидел на противоположной галерее внизу Габриэля, вышедшего из класса, в который он, собственно, и направлялся.       «Какие люди и без свиты».       Дориан выпрямился и проводил его взглядом до входа в башню с лестницей. После долгого анализа их встречи в библиотеке, он понял, что пожалуй был слишком резок. В конце концов, Дюбуа заговорил с ним первый - это при том, что обычно он вообще ни с кем заговаривал - об этом знавали все в академии.       Вдобавок, Дориану показалось, что он заинтересовался экспериментами с гремучей ртутью. Может... у него все-таки получится…       «Интересно, он вообще меня помнит?.. Как видно нет, иначе бы не заговорил… Или заговорил бы?...»       Парень оторвался от перил и продолжил свой неспешный путь к лестнице вниз. Через пару мгновений из двери в дальнем углу показался староста третьего курса.       «Все же сюда поднимался».       Габриэль, по обыкновению захваченный мрачными мыслями, направлялся в учительский кабинет, - «Нашли посыльного… Что за отношение… Интересно, отец вообще знает о том, что здесь творится?... Какая... Фамильярность!»       Он повернул направо и увидел на своем пути Дориана, который неспеша шел на урок, ему навстречу.       «О нет.. только не сейчас..»       Следует упомянуть, что Габриэль, будучи довольно нервной натурой, все еще тревожился о произошедшем в столовой (хотя с тех самых пор прошла почти неделя), и при любом удобном случае пытался избегать Дориана - категорически не смотрел в его сторону и, тем более, перестал ходить в библиотеку один.       Также следует сказать, что Дориан этого совсем не заметил. Более того, в момент неосторожной фразы в обеденной, он задумался о повторной дистилляции аммиака, которую ему следовало совершить, и ничего не услышал.       «Ладно, просто сделаю вид, что занят» - староста взглянул на дверь, у которой они, судя по всему, должны встретиться, - «Ну вот. Зайду в кабинет и все».       Они сближались. Габриэль старался глядеть прямо, мимо злосчастной персоны, но в один момент заметил, что Дориан с интересом его рассматривает, и… уставился в ответ, не способный отвести взгляд.       «Не видно… Белые? Или нет?»       - А-а! Месье Дюбуа!       *ЗВОНКИЙ ХЛОПОК* - дверь между ними резко распахнулась.       Директор Форнье удивленно оглянулся на нее и прикрыл. Там, ошарашенный, с ладонью перед лицом стоял Дориан - видать он успел выставить руку и отшатнуться прежде, чем получить по носу. Габриэль, едва сдерживая смех, аккуратно прокашлялся в кулак.       - Месье Моро, и вы здесь! Чудесно! Проходите! - директор скрылся в кабинете, дверь медленно и со скрипом начала закрываться.       А месье Дюбуа продолжал наблюдать, как месье Моро, все еще изумленный, медленно разворачивает ладонь к лицу и касается носа, убеждаясь, что он цел. Не выдержав нервного напряжения и комичности зрелища, Габриэль тихо рассмеялся, и тут же прикрыл рот ладонью, краснея от своей бестактности.       «Ого, так он все ж таки человек», - подумал Дориан, глядя на смущенное лицо юноши, который впервые на его памяти выглядел не как мизантроп.       - Ну где вы, молодые люди?       - Ах, господин Форнье, - староста спохватился и резко шагнул в кабинет, убирая руку от лица, - Профессор Дюпон послал только меня.        Габриэль оказался в учительской - светлой комнате пятнадцати на двадцать футов - стены полностью заставлены высокими книжными шкафами, множество письменных столов нагроможденных чуть ли не друг на друга. Это можно было бы принять за еще одну библиотеку, если бы не вездесущий хаос: свитки, торчащие со всех полок и коробок, куча бумаг и папок, башнями покачивающиеся на учительских столах, листы пергамента, разлетевшиеся по всему кабинету - «Настоящий творческий беспорядок» - мог бы сказать Габриэль, если бы это не было УЧИТЕЛЬСКОЙ!       - Глупости! Один не донесете... - директор указал на коробки с колбами у одного из шкафов, - Ишь.. хватайте и вперед..       Дориан зашел в кабинет следом и также удивленно оглядел беспорядок. В конце комнаты у окна он заметил профессора Блюма, который из-за своей небольшой комплекции практически терялся во всем этом бюрократическом великолепии.       Тем временем, директор Форнье, порхающий по кабинету в светло-серой мантии с широченными рукавами, выдергивал свитки из различных полок, что-то мурча себе под нос. Развернув их, он довольно кивал и засовывал себе под мышку.       Седой мужчина лет пятидесяти, с веселыми искорками в голубых глазах, вызывал уважение всех студентов. Он всегда был гостеприимен и радушен, однако нарушений дисциплины не терпел, что делало его весьма справедливым директором.       Дориан наблюдал за краями его рукавов, которые опасно летали вокруг, не цепляя ни одного листка бумаги. Когда он присел за коробкой, директор также резко распахнул дверь в свой кабинет, и произнеся:       - Au revoir! Хорошего дня, молодые люди!, - громко ею хлопнул.       Габриэль и Дориан, медленно поднимаясь со стеклянной утварью в руках, созерцали, как внушительные башни документов перед их лицами тревожно покачнулись от такого хлопка. Затем, едва дыша, боясь нарушить хрупкий баланс бардака этой комнаты, медленно и аккуратно выбрались наружу.

***

      - И это - учительская? Теперь известно, отчего с преподаванием у них такие проблемы, - циничным тоном произнес Габриэль, в надежде сбросить напряжение между ними и завязать непринужденную беседу по пути в класс, - Может поэтому мы топчемся на одних и тех же темах - они просто не могут найти пособия для следующих… Ужасная безалаберность...       Дориан молчал.       «Ну разумеется! Первое, что я решил сделать, так это пожаловаться!» - староста опять поник, в очередной раз проклиная себя, - «И почему я так позорюсь только рядом с ним?...»       Он решил смириться со своей неспособностью пробиться через эту стену и молчать впредь. Со всеми. Всегда.       - Тогда почему ты здесь?       - Что? - юноша встрепенулся, из-за чего стекло в руках предательски звякнуло.       - Почему ты прибыл в Астрагорн? - Дориан произнес это спокойно, открывая первую дверь и пропуская Габриэля вперед.       - Это отец, - в итоге нашелся он, растерявшись от внезапного вопроса. Дориан с интересом взглянул на собеседника, спускающегося первым по лестнице, - Это было его желание. Он хотел, чтобы я прошел обучение здесь, - «Ну и что я опять несу?! Выставляю себя жертвой обстоятельств… Какой стыд…» - уныние в душе вышло из берегов.       - А ты… не хотел? - прозвучало за спиной. К удивлению Дюбуа, тон его нового знакомого звучал очень ровно и вполне доброжелательно - не то, что в первый раз. Будто, он вовсе и не безумец, а нормальный человек.       - Н-нет… - они приостановились на лестнице, пока Дориан открывал очередную дверь впереди, - Он учил меня сам все это время и… я надеялся, что так и будет продолжаться дальше…       - Хм-м. Понятно.       - А тебе... здесь нравится? - поинтересовался Габриэль, украдкой бросая взгляд на спутника.       - Это лучший вариант для меня. Так что не жалуюсь, - так же спокойно, как и прежде, ответил тот.       - Вот как..       Оставшийся короткий путь они преодолели молча.

***

      - Итак… если вы хотите, чтобы металл расплавился...       Габриэль совсем не слушал учителя. Все его мысли были сосредоточены на прошедшей беседе. Более того, ему казалось, что он затылком чувствует, как за ним наблюдают два чернючих глаза с верхнего ряда. Удостовериться он, очевидно, не рисковал - не хватало еще больше упасть в своих глазах.       Что же за личность такая этот Моро? - вопрос, давно не дающий покоя бедному юноше. Он надеялся узнать как можно больше от однокурсников, но в тот вечер конца истории так и не дождался! Как можно было забыть! Неужели все сплетники такие?! Сначала заинтересуют, а потом пренебрегают…       Разумеется, спрашивать сам Габриэль не станет никогда. Упаси бог, кто-нибудь подумает, что Дориан и правда его заинтересовал как человек. Еще к полоумным припишут…       - Вы не правы, профессор, - разнеслось внезапно по всей аудитории. Учитель Дюпон удивленно обернулся от доски, после чего, устало помассировав переносицу, вздохнул.       - Слушаю, господин Моро… - почти весь лекторий обернулся на Дориана, который скрестив руки на груди, вальяжно развалился на одном из верхних рядов.       - Вы говорите, что есть только один способ, но как же плавка, - заносчивый студент украдкой взглянул на первый ряд, где сидел единственный человек, не проявивший интереса к его внезапному высказыванию - староста третьего курса, - «Что за… он вообще не слушает?»       - Увольте, господин Моро, плавка конечно же возможна, но она совершенно неэффективна, - профессор слегка улыбнулся и отвернулся обратно к доске указывая на формулу, - Как алхимики, мы должны думать также и о стоимостной стороне вопроса…       - Согласен, это не выгодно… Но только для домашней маленькой лаборатории.       На этот раз Габриэль в пол уха обернулся к плечу.       «Есть!»       - Что вы имеете в виду, - учитель опустил мел и внимательно прищурился на Дориана.       - Я имею в виду, что для массового производства, плавка является единственным верным решением.       Ученики возбужденно зашептались и стали еще активней оборачиваться назад.       - Что вы говорите? Массовое производство? Для этого элемента? - профессор изумленно таращился на полоумного студента. А Габриэль, преисполнившись любопытством, все-таки обернулся, и, так же как и Дюпон, взглядом попытался оценить уровень его адекватности.       Дориан с совершенно невинным видом, сцепив руки на парте, вежливо наблюдал за ошеломлением преподавателя, впитывая в себя взгляды десятков пар глаз, но остро ощущая только одну - светло-серую.       Учитель внезапно усмехнулся и покачал головой:       - Должно быть вы неправильно поняли формулу. Посмотрите учебник еще раз. Страница сто тридцать три! - произнес он громко, привлекая всеобщее внимание обратно к себе, - Это просто исключено…       - С этой формулой да... исключено, - также невинно повторил хитрец.       - Что… - преподаватель недоуменно уставился в конец лектория, но произнести ничего не успел - колокол снова вмешался на самом интересном месте. Студенты устало закопошились расходиться.       Габриэль досадливо нахмурился, - «Ну вот, опять! Что значит этой формулой? Он что, знает другую?!»       Собирая вещи, он заметил, что Дориан уже приблизился к выходу и вот-вот уйдет. «Спрошу сам!» - староста резко сорвался с места и, лавируя меж учениками, выскочил из аудитории.       Оглядевшись в толпе, он уловил белесую копну, что отчетливо виднелась в полумраке галереи - она направлялась к библиотечной башне, в то время как остальные студенты расходились по комнатам - это была последняя лекция на сегодня.       Габриэль поспешил нагнать парня.       - П-постой!       Тот с удивлением обернулся на голос.       - Подожди… - юноша нагнал чудака, но оказавшись рядом, снова оторопел, - Эм-м..       Дориан вопросительно смотрел на внезапного гостя, не произнося ни слова. А Габриэль, не выдержав очередную волну нервозности, поспешно протараторил:       - Амальгама. Ты упоминал, что формула в учебнике не позволяет использовать ее для массового производства, но… какая тогда позволяет?       - Хм.. - Дориан не смог сдержать легкую улыбку, - Все просто.. - он лениво обернулся к Габриэлю, скрестив руки на груди, - Большинство используют формулу Буаселье для расчета ингредиентов.       - Да, ведь это акси..       - А нужно - формулу Гросса.       - ..ома... - староста потрясенно замолчал с открытым ртом. А Дориан, увидев такую живую реакцию, улыбнулся еще шире, - Н-но… как ее…       - Габриэль! Ты идешь? Скоро ужин, поторапливайся, - вопрос был прерван Эрвиком и его компанией.       Староста обернулся на оклик, и Дориан, воспользовавшись моментом, быстро ретировался в сторону башни. Юноша успел заметить только белую макушку, мелькнувшую за дверь, и, вместо того, чтобы снова посетовать на ужасные манеры этого человека, он почувствовал очередной прилив разочарования и ненависти к себе.       «Стало быть, даже за нормального человека меня теперь не считает?... Конечно, я столько раз оплошал… Вон, даже смеётся надо мной… Не могу осуждать...» - он неспеша вернулся к своей свите, после чего все вместе отправились по комнатам готовиться к ужину.       Эрвик, всегда внимательно наблюдавший за своим старостой, впервые заметил растерянность на его как правило безэмоциональном лице.       В этот вечер у каминов гостиных прокатилась сенсация: Габриэль Дюбуа с самим чудаком Моро выясняли отношения в темном коридоре четвертого этажа.