Не ранняя пташка

За без малого десять лет знакомства с Гарри Дрезденом было всего несколько раз, когда ему удавалось по-настоящему меня удивить. Я знаю природу этого человека — более того, мне даже удалось увидеть его душу. И, кроме того, я довольно пристально наблюдал за его деятельностью на протяжении многих лет. Так что меня даже не особо удивило внезапное возвращение Гарри после годового отсутствия, вызванного его предполагаемой смертью. Конечно, это была, мягко говоря, приятная неожиданность, но я не удивился.       Казалось, что ему совсем уже нечем меня поразить… пока он не предложил заключить союз. А ещё больше меня ошеломило, когда эти сугубо деловые отношения переросли в кое-что большее. Опять же по инициативе самого Гарри.       И весь следующий год я наивно полагал, что наконец узнал все его секреты.       А потом неожиданно выясняется, что он весьма недурно владеет музыкальными инструментами. Точнее, одним конкретным.       Гарри сидел, ссутулившись над грифом старенькой гитары и сосредоточенно закрыв глаза. Струны он перебирал осторожно, можно даже сказать, робко. Но несмотря на то и дело соскальзывающие пальцы, от эмоций, пронизывающих каждый аккорд, захватывало дух.       Это была песня безграничной радости.       Я устроился рядом с ним на диване. Гарри мигом перестал играть и подозрительно уставился на меня.       — Нет, — мягко ответил я на невысказанный вопрос, — не останавливайся.       Он кивнул и снова сосредоточился на гитаре.       На этот раз глаза закрыл уже я.