Привет от нейросетки

             

= 1 =

      Юнги называл его просто — господин Звездочка.       © рогатая Джилл

= 2 =

      Юнги называл его просто — господин Звездочка. Но тут была какая-то недосказанность. Его сознание, осторожно озираясь по сторонам, еще не отыскало среди этих звезд нечто такое, что сделало бы дело. Юнги начал громко и печально повторять одну из песен. Он пел о том, что люди, прячущиеся от солнца, иногда видят звезды. Свет чужих звезд просачивался сквозь окна. Звезды — это когда внутри, если это вообще звезды, кто-то есть.

= 3 =

В одной из квартир стоящего рядом дома жил парень, школьник ещё. Юнги называл его просто — господин Звёздочка. Из-за резинки, которая иногда украшала длинноватые темные волосы. Хотя Юнги и разглядел-то это украшение не сразу, только при близкой встрече, когда довелось случайно пересечься на углу дома, но запомнилась трогательная деталь на долгие месяцы. С тех пор он всегда приглядывался к копошащейся на балконе фигуре, почему-то радовался, если видел жёлтую пластиковую звездочку у основания забавного хвостика. Они встречались почти каждое утро. Юнги курил на своём балконе, прислонившись спиной к бетонной стене, а господин Звёздочка поливал цветы, болтал с друзьями по телефону перед школой или потягивался на свежем воздухе после сладкого сна. Никаких приветствий, никаких разговоров или хотя бы взглядов. И никаких прощаний перед очередным расставанием, лишь легкая тоска, сопровождавшая его потом весь день. А вечерами, примерно в одиннадцать, когда гас свет в окне напротив, Юнги тоже откладывал свою работу, оставлял дела. Сам того не зная, Звёздочка приучил его к расписанию и отдыху. Напомнил своим примером, как важно следить за собой и заботиться о здоровье. Заставил снова нормально спать и заняться спортом. Подсадил на фруктовые и овощные смузи, доказав, что эта «жижа» бывает весьма вкусной, даже получше кофе с коньяком. И вложил в голову идею, что можно бы бросить курить… Еще у них были общие интересы. Парень тоже учился играть на гитаре и много пел. Он частенько сидел в знакомых онлайн-играх. Собирал фигурки с персонажами аниме, которых Юнги обожал. И даже слушал рэп. А в какой-то момент Юнги даже узнал его имя — Чонгук. Так кричали ребята под балконом, когда звали его на улицу. И, честное слово, с первой секунды в голове застряла мысль, что это самое лучшее имя в мире! Эти мелочи их объединяли. Но всё равно, несмотря на пересечения, это были две разные жизни. Между балконами было всего несколько метров. Но в то же время… будто вечность отделяла двух людей, два совершенно разных мира. Вечность и много месяцев, дней и часов, проведённых в задумчивом одиночестве. Из-за него. Слишком уж многое отделяло Юнги от того самого окошка с голубыми шторами. Всё, что ему оставалось, — ютиться в своей квартире, терпеть пустоту в душе и следить. Следить за чужой жизнью. И ведь была же своя собственная: была работа, друзья, творчество… только ощущение неудовлетворенности не проходило, казалось мало, казалось — неважно, глупо, неправильно. Всё то, что он делает. И снова и снова выходила по утрам на балкон курить искусно расписанная кукла. Чуть больше, чем никто. Намного меньше, чем счастливый человек. Не получалось сбросить груз навязанной ему роли. Юнги просто наблюдал за искренностью, хлопотавшей на балконе напротив. Той, которая казалась такой симпатичной и милой. Ему не было места в чужой жизни. И это никак нельзя было изменить, так что он просто меланхолично наблюдал, перебирая в голове фразы и комплименты, которые никогда бы не рискнул сказать. Ведь этот парень восхищал. Господин Звёздочка знал то, чего он не знал, умел то, чему он мечтал научиться, жил так, как ему бы жить хотелось. Он был тем, чего Юнги не хватало много лет. Если бы только можно было выстроить мостик между балконами, между разными мирами… Но у Чонгука была учёба, предстоящее поступление, старые друзья, настойчивые поклонницы, сменяющие друг друга хобби, свои радости, переживания и печали. Своя жизнь, куда Юнги не вписывался даже простым знакомым, не то что каким-то там сомнительным влюбленным мужиком. Оставалось лишь наблюдать и учиться у него секретам счастья. И пытаться заполнить пустоту в душе. При всём этом ведь многие люди ещё и завидовали ему. Случайные, кто не знал ничего. Тянувшиеся на его свет. К кому Шуга выходил на сцену по велению своей роли, кто готов был кричать и признаваться в любви. Кому же из них Юнги был нужен по-настоящему? Просто звезда. Далёкая, недосягаемая, сказочная. И… не такая уж желанная, если честно. Призвание звезды — сиять, сверкать, радовать глаз. Но никак не греть теплом, для этого у каждого есть собственное солнышко. И, наверное, любой, услышав прозвище, возразил бы, что Чонгук скорее похож на Солнце. Но Юнги не очень-то любил Солнце, всегда прятался от него, а к этому парню — тянуло. Так что у всех были солнышки, а у него был господин Звёздочка: сияющий, сверкающий и радующий, но ни капли не греющий. Он жил там, напротив, жил обычной жизнью, как простые люди. Не походил на манящих в небеса, но светил. Кого-то любил, чего-то ждал, во что-то верил. Не знал о затаившемся рядом непохожем мирке. И только иногда с улыбкой делал звук погромче, если по радио звучал трек Шуги… — Опять пишешь свои заметки рэпера-сталкера? — усмехнулся Чонгук, обнимая со спины, осторожно касаясь губами щеки и пробегая взглядом по строчкам. — Честное слово, Юнги, меня иногда передергивает, как подумаю, сколько ты за мной подглядывал. — Не ври, что сам не делал того же, — рассмеялся мужчина, касаясь пальцами его щеки. — Тэхён уже сдал тебя с потрохами, я знаю, что ты полгода пялился в мое окно и ждал, когда я выйду покурить, чтобы тоже выбежать на балкон и притвориться жутко занятым. — Что мне сказать в свое оправдание?.. Мы прямо созданы друг для друга. — Точно. Так что иди и готовься к лекциям, мне нужно уже наконец дописать эти заметки. А то без них так и не закончу песню. — Ладно, у меня были ооочень интересные планы, но, так и быть, оставлю тебя в покое. Но только ради песни!