Тайны голубой крови

Ожидание встречи томило. Кэссия, укутавшись в лёгкий плащ от пронизывающего ветра, вошла в кафе на улице Линт. Запах свежемолотого кофе и сладкой выпеки обволакивал её, создавая ложное ощущение уюта. Она намеревалась занять укромный столик, но её планы рухнули. — Я думала, буду первой, — сказала она, подходя к столику у окна, где уже сидела Мелани. Та наслаждалась чашкой чая, её голубые, как весенний лёд, глаза изучали уличную суету. — Не в этот раз, — Мелани обернулась, и на её губах играла лёгкая, понимающая улыбка. — Беспокойство — плохой советчик. Он заставляет спешить. Садись, закажи что-нибудь. Холодно. Когда официант принёс Кэссии ароматный травяной чай и кусок тёмного шоколадного торта, напряжение немного отпустило. — Итак, что удалось выяснить? — спросила Мелани, аккуратно размешивая ложечкой мёд в своей чашке. Её движения были размеренными, но взгляд — острым, следовательским. Кэссия сделала глоток, собирая мысли в чёткий отчёт. — Женихом убитой был виконт Люциус Деррин. Отец упоминал его — завсегдатай игорных домов, человек с сомнительной репутацией и, как ни странно, постоянным везением за карточным столом. После смерти Тины он… испарился. Никто не видел его уже неделю. Следы ведут в тупик. А убийца… тот же. Метод, символ. Это серия. Она оглянулась, автоматически проверяя, не следят ли за ними. Пара сидела слишком близко. Кэссия понизила голос до почти шёпота. — Информацию добывать сложно. Официальное расследование буксует. Мелани кивнула, не выражая удивления. — Я копала с другой стороны. Саму жертву. Тина, девятнадцать лет, всю жизнь в той деревне. Продавала цветы. Её любили. С виконтом встречалась тайно, несколько жителей видели их вместе. Он сделал предложение — она, полная надежд, согласилась. Собрали даже приданое… А за день до отъезда нашли в лесу. — Мелани отставила чашку. Её пальцы слегка постукивали по фарфору. — Слишком чисто. Слишком… символично. Простолюдинка, вознесённая почти до небес, и тут же низвергнутая. — Связь есть, — тихо, но твёрдо сказала Кэссия. — Первая — обедневшая аристократка, вторая — простолюдинка, мечтавшая подняться. Что, если убийца не просто маньяк? Что, если он… «чистильщик»? Тот, кто яростно защищает «чистоту» сословия от тех, кто, по его мнению, его пачкает? В глазах Мелани вспыхнуло понимание, смешанное с отвращением. — Радикал. Фанатик. Это… чудовищно логично. И опасно. Такой человек будет считать свою миссию благородной. — Нужно пустить слух именно об этом, — предложила Кэссия, её янтарные глаза сузились. — Не о маньяке, а о «Благородном Мстителе», очищающем ряды аристократии. Люди начнут шептаться, искать своих фанатиков, вытаскивать на свет болячки семей. Кто-то обязательно проговорится. — Гениально и рискованно, — Мелани оценивающе посмотрела на подругу. — Я возьму это на себя. Светские сплетни — моя стихия. Будет сделано. Они расстались с чувством, что пазл начал складываться, открывая уродливую, но ясную картину. Приглашение от Эмануэль Грэзель пришло как нельзя кстати. В поместье Грэзель, уютном и пахнущем старыми книгами и лавандой, царила атмосфера неформальной близости. Эмануэль, с её лиловыми волосами, собранными в строгую, но элегантную причёску, была прямой противоположностью своему брату. В её манерах сквозила сдержанная сила и интеллект. — Я хотела поблагодарить вас неформально, — начала она, когда чай был разлит. — Вы не просто наказали Фрейда. Вы вернули моей семье шанс на достоинство. И… я хочу предложить вам союз. Настоящий. Она рассказала о своём даре — вещих снах. И о том, что видела их обеих. Сон о Мелани, полный счастья и света, заставил голубоглазую аристократку нежно улыбнуться и опустить взгляд, что было для неё красноречивее любых слов. — Что ж, теперь Кэссия. Этот сон был самым красивым, что я только видела. В нём вы стояли посреди цветочного сада. На правой руке у вас сидела большая чёрная птица, на левой же я заметила браслет в виде змеи, он обвивал вашу руку как спираль. Правда я не уверена браслет ли это, было похоже на настоящую змею. Честно говоря, я впервые такое вижу, поэтому не могу сказать значение, — Эмануэль взяла в руку чашку. Кэссия почувствовала, как по спине пробежали мурашки. Камень Велиара в кармане платья словно отозвался лёгким теплом. Фамильяр. Защита. Она лишь кивнула, давая понять, что поняла намёк, но не станет обсуждать это вслух. — Был и другой сон, — голос Эмануэль стал серьёзнее. — Толпа аристократов, шепот, полный яда, косые, осуждающие взгляды, направленные на одинокую фигуру. У меня дурное предчувствие. — Оно уже сбывается, — тихо сказала Кэссия, обменявшись с Мелани понимающим взглядом.

***

По прибытии в поместье, Кэссия отправилась в свои покои. «Нужно ещё попрактиковаться в медитации» Младшая Раньер удобно устроилась на кровати и начала медитировать, причём получалось у неё уже гораздо лучше. С каждым разом девушка чувствовала, как сосуд наполняется всё сильнее. Вдруг Кэссия почувствовала боль, словно кто-то ударил её в грудь тупым предметом. «Лимит. Похоже места больше нет» — девушка закашляла, — «В таком случае, можно совершить призыв. Пожалуй, займусь этим завтра ночью, а днём схожу в библиотеку» На следующий день блондинка отправилась в библиотеку. Блуждая по помещению, девушка свернула за угол. Она оказалась в новой секции. Вокруг неё стояли стеллажи с книгами, у которых были яркие обложки. Они явно выделялись на фоне остальных. И как Кэссия раньше не заметила это место? Пёстрые обложки бросались в глаза. Взгляд блондинки зацепился за одну из них: голубая обёртка с надписью «Призыв». Младшая Раньер ещё раз пробежалась глазами по полкам в поисках ещё чего-нибудь похожего, но всё было тщетно. «Значит это самая подходящая книга» — аристократка пролистала несколько страниц, — «Поверить не могу. Идеально подходит. Библиотека, в которой есть всё, что нужно — настоящее сокровище» Встреч на этот день назначено не было, так что он прошёл быстро. Девушка с нетерпением ждала ночи, предвкушение слаще мёда. Подвал встретил её знакомой сыростью и тишиной. В книге было множество способов призыва и бесчисленное количество фамильяров, которых можно призвать. Блондинка решила провести классический призыв. Для него не требовалось жертв, лишь круг призыва и энергия призывателя. Всё оказалось очень легко. Круг не был сложным для начертания, в нём не было сложных узоров, из-за чего Кэссия быстро с ним справилась. Она произнесла слова заклинания, и воздух в центре круга задрожал. Из него, будто из ничего, стали струиться потоки сияющей, голубовато-серебристой энергии. Они вихрем кружились, сгущались, обретая форму. Сначала контур мощных крыльев, затем острый изгиб клюва, пара пронзительных точек-глаз. Энергия сгустилась в плоть и перо — и материализовалась. На полу сидел сокол. Но не обычный. Его оперение было цвета воронова крыла, отливающее в свете лампы синевой и глубоким фиолетовым. А глаза… Они были ярко-жёлтыми, как два миниатюрных солнца, и в них светился не птичий, а разумный, внимательный интеллект. Кэссия замерла, заворожённая. В её прошлой жизни это было бы чудом. Здесь, сейчас, это было её чудо. «Госпожа. Отныне моя воля — продолжение вашей. Прошу дать мне имя». — голос прозвучал не в ушах, а прямо в сознании. Он был низким, спокойным, без эмоций, но полным безоговорочной преданности. «Телепатия? Это птица со мной говорит?» — девушка ничего не понимала. «Верно, я не могу по-настоящему говорить, поэтому использую телепатию. Я ведь не обычная птица, а фамильяр» — сокол смотрел на блондинку. «Действительно и чего я удивляюсь» — Кэссия подумала с сарказмом, — «Я вообще в мире магии. Не то, что в моей прошлой жизни. Ладно, так, твоё имя…» — призывательница задумалась, — «Эль. Думаю подходит» — девушка протянула руку, на которую тут же села птица. «Принято. Я — ваши глаза в небе и ваша тень на земле». Устранив следы секретной деятельности, она вместе с фамильяром направилась в свои покои. «Итак, Эль, тебя никто не должен увидеть. То, что ты мой фамильяр — секрет. У меня есть для тебя задание» — говорила девушка по дороге. «Понял. Вы потратили много сил. Отдохните сегодня, побеседуем завтра» Войдя в комнату, Кэссия указала на окно, намекая соколу на его место ночлега — подоконник. Лёжа в кровати, призывательница задумалась. «Получается Эль — та самая чёрная птица из сна Эмануэль. И что теперь делать? Ну Эля я смогу использовать как информатора, но как сохранять всё в секрете? Рано или поздно всё вскроется. Что делать с Дионисом? Мы так близки. Стоит ли рассказать ему правду? Он точно сможет сохранить всё в секрете. В этом мире больше всего я доверяю именно ему» — за размышлениями девушка заснула. Утром Кэссия, закончив свои дела, выпроводила горничных и осталась наедине с птицей. Эль был «надёжно спрятан», из-за чего его никто не заметил. «Госпожа, касаемо моих умений…если я что-то вижу, могу передавать вам изображение. То есть, вы будете видеть то, что вижу я. Либо то, что я видел когда-либо» — сокол сел на руку хозяйке. «Потрясающе. Хочу, чтобы ты был моим информатором. Началась череда убийств, их пока только два, но думаю это не конец. Я планирую выяснить кто убийца. Ты полетишь на место убийства и разузнаешь побольше» — девушка рассказала обо всех убийствах, и о месте, куда отправится фамильяр. «Госпожа, вы ведь понимаете, что, если кто-нибудь узнает об этом, вы станете мишенью? Было бы неплохо заполучить фамильяра для защиты. Если я улечу, вы останетесь одна» «В этом есть смысл. Я разберусь, а ты отправляйся. Чем раньше улетишь, тем быстрее вернёшься. Я буду ждать» — Кэссия отправила сокола в путь, — «Даже жалко, только встретились, а уже расстались. Впрочем, Эль прав. Мне нужна надёжная защита, — блондинка вздохнула, смотря вслед улетевшей птице, — Надо же, я так быстро привыкла к этому миру, завела друзей и начала многим доверять. Даже чужую семью принимаю за свою. Но ведь теперь это моя жизнь? Хотя кое-что остаётся неизменным — даже в этой жизни я распутываю преступления. Постараюсь быть всем полезной» — призывательница отправилась по делам. Спустя несколько дней Катрина — старшая сестра Кэссии, организовала небольшое чаепитие, на которое пригласила своих самых близких подруг. Как раз через неделю после него, девушке пришло письмо от Мелани. /Здравствуй, Кэссия. Я решила написать тебе, чтобы сказать нечто очень важное. Недавно я была на одном светском приёме. В обществе начали ходить ужасные слухи. Говорят, что ты занимаешь непотребствами с разными мужчинами. Что происходит? Не знаю почему все так считают, и кто распустил слух, но я беспокоюсь о тебе. Ты в порядке? Надеюсь на скорый ответ/ Холодная ярость, острая и чистая, затопила её. Это была не просто сплетня. Это была атака. Целенаправленная, рассчитанная на уничтожение её едва обретённой репутации, на её изоляцию. «Дион может что-то знать. Или по крайней мере поможет мне с этим разобраться» Она отправилась к Дионису. Ей не нужно было скрывать свой гнев. — Дион. Ты слышал? — спросила она без предисловий, входя в его кабинет. — Сразу к делу? Ну ты и ледышка. Ладно, о каких слухах речь? Я давно не был на приёмах, — брат посмотрел на девушку с недопониманием. — Жаль. В обществе ходят слухи о моих беспорядочных связях с мужчинами, — Кэссия прошла в комнату и села на кресло. — Что? — парень повысил голос, — Кто посмел распространить эту чушь? — брюнет сжал руки. — А ты как думаешь? У меня пока не так много врагов, чтобы гадать, — Кэссия была уверена, что Дион догадается. — Катрина? С чего ты взяла? Да и какой у неё может быть мотив? — Дион сел напротив сестры. — Собери картину по пазлам. Она единственная, кто меня ненавидит. Да и в свет я выходила всего несколько раз. Чтобы распустить подобное, нужно хорошо знать человека. Касаемо мотива…письма. Это не точная информация, но сам подумай: раньше я жила тише воды — ниже травы, а тут вдруг начала ходить на приёмы и приковывать внимание, да и эти вечные письма. С каждым разом их всё больше, а значит я небезразлична аристократам. Вот и весь ответ. К тому же она проводила чаепитие для близких подруг, так что возможно она рассказала всё им, а они остальным, — блондинка отвела взгляд. — Твои дедуктивные способности поражают меня всё больше. В этом есть смысл. Как разрушить слухи? — видимо наследник семьи быстро принял сей факт. — Публично. Мне нужна Мелани. Её слово, её дар — неоспоримы. И… — она чуть замешкалась, — скоро будет тот самый большой приём в честь Дня Основания. Императорский дворец. Весь свет. Идеальная сцена. — Я постараюсь добыть больше информации. Если потребуется помощь-говори. «И всё-таки решила всё сама. Главное, что рассказала ему всё. Почти всё. Похоже это то, о чём говорила Эмануэль. Суета среди аристократии. Она вновь оказалась права» — аристократка закрыла за собой дверь. По дороге в свою комнату, блондинка встретила несколько горничных и приказала им принести всё необходимое для написания письма. / Здравствуй, Мелани. Со мной всё в порядке. Я догадываюсь, кто распространил слух. Чтобы доказать свою невиновность, мне потребуется твоя помощь. Надеюсь, ты окажешь мне услугу? /

***

На следующий день пришёл ответ. Дочь дома Жальзе согласилась оказать поддержку. Ещё спустя пару дней, когда девушка была занята чтением романов, в комнату внезапно ворвался брат. — Тебя стучать не учили? — девушка перевела взгляд с книги на вошедшего. — Прости, это важно. С императорского дворца пришло письмо. Держи, — парень протянул распечатанный конверт, — Все уже ознакомились. Не знаю собирались ли тебе говорить, поэтому стащил его. Кэссия взяла в руки листок. /Уважаемые аристократы, в ближайшее время в империи состоится праздник — День основания империи. В связи с этим, приедут представители двух других империй в том числе и императорские семьи. Прошу всех аристократов помочь с организацией празднества и прибыть в императорский дворец в указанный день. Приглашается один глава от каждой семьи/ — на другой стороне листка была указана дата. — А вот и подготовленная для нас сцена, — блондинка ухмыльнулась. Они строили планы, когда в комнату, распахнув окно, влетел чёрный вихрь. Эль бесшумно сел на спинку кресла Кэссии, его жёлтые глаза изучали Диониса. Наследник дома Раньер замер, его взгляд метнулся от величественной птицы к сестре. На его лице отразился шок, а затем медленное, ошеломлённое понимание. Блондинка вздохнула. Тайна раскрылась раньше, чем она планировала. Но, глядя в честные, полные поддержки глаза брата, она поняла — бояться нечего. — Дион, — сказала она тихо, поглаживая гладкое перо на голове Эля. — Похоже, пришло время для настоящего разговора. О магии. О демонах. И о том, как мы собираемся поймать убийцу и уничтожить клевету. Всё сразу. Она улыбнулась. Впервые эта улыбка была не маской и не оружием, а выражением странного, нового чувства — уверенности, что за её спиной стоит не только фамильяр, но и семья. Настоящая.