Winter's Dragon

Наблюдая за, казалось, непрерывным потоком гостей, заполняющим двор, Робб Старк думал, как их всех разместить в замке; тот был заполнен так плотно впервые в его жизни, заполнен тучей северный лордов, прибывавших на его свадьбу с Дейенерис. В голове не укладывалась мысль о предстоящей свадьбе. Робб не возражал, так как всегда знал об этой необходимости. Но они были так юны: самому ему лишь недавно исполнилось пятнадцать, а Дени — на год меньше. Он хотел бы жениться на собственных условиях вместо прыжка под дудку короля; он не хотел свадьбу, испорченную страхом невесты; он боялся, что Дейенерис примет торжество как должное, а не как что-то, ведомое любовью. Теон нещадно дразнил его за написание стихотворений и сбор цветов для нее, но Робб хотел, чтобы она знала о его чувствах. Старк мечтал о нормальных отношениях, первой встрече и внезапной влюбленности вместо совместного взращения и вечного знания о предстоящем. Он знал, что должен быть благодарен за взаимопонимание, свадьбу уже знакомыми людьми, но все-таки Роббу было интересно, каково было бы встретить Дени и влюбиться без королевских приказов. Таргариен стояла рядом, нервно теребя его рукав. Одетую в серое, с волосами, заплетенными в сложную косу, ее можно было принять за Деву, спустившуюся к смертным. Когда Робб отметил соответствие цветов одеяния дому Старков, Дени поблагодарила его рвано, отстраненно. Он знал о страхе девушки и хотел бы хоть как-то облегчить его… Робб окинул взглядом всадников и узнал Джейме Ланнистера, облаченного в золотой доспех с белым плащом Королевской Гвардии и въезжавшего во двор с невероятно самоуверенным и скучающим видом. Однако не он пугал Дени; Старк искал старого друга отца, Роберта Баратеона, но никто из гостей не подходил под величавое описание, данное лордом Эддардом при рассказах о молодости в Гнезде, о Восстании Роберта или о сравнительно недавнем Восстании Грейджоя. Наследник Винтерфелла заметил двух других рыцарей-гвардейцев, охраняющих огромную жирную персону, облаченную в черное и золотое дома Баратеонов. Нет, он не мог быть королём; отец всегда описывал Роберта как кого-то родственного Воину, а Робб видел перед собой краснощекого толстяка. Но, похоже, это все же был монарх. — Нед! Как приятно видеть твое отмороженное лицо! — рявкнул разоблаченный Роббом король и обнял Эддарда так, что кости трещали. Старк почувствовал развивающееся напряжение Дейенерис при звуке королевского голоса. Робб не знал, как лучше успокоить ее, но встретил привычную ленивую ухмылку Теона; тот наклонился и прошептал на ухо девочке что-то о драконах. Дрожь Дени слегка унялась, и Робб был благодарен названому брату. Грейджой вообще лучше Робба понимал, через что прошла Дейенерис. В конце концов, Бейлон Грейджой тоже воевал с королем, и Теон был также воспитанником. То знание сблизило обоих, что радовало Робба, принимающего Грейджоя братом не меньше, чем Брана, Рикона и Джона. — Винтерфелл в распоряжении вашего величества, — сказал Эддард Старк королю. Монарх с семьей начали «обход» выстроившейся в линию семьи Старков для знакомств и представлений. Роберт сперва поздоровался с Кейтилин и обнял ее, словно давно потерянную сестру; затем подошел к непослушному Рикону, держащему материну руку; а затем и к Роббу. — Посмотри-ка на себя! — проревел Баратеон. — Вырос мужчиной, да покрасивее отца, ха! — Ваше величество, — ответил Робб, поклонившись, — для меня большая честь наконец встретить вас; позвольте же представить обещанную мне Дейенерис Таргариен и друга, брата Теона Грейджоя. Дейнерис тотчас опустилась в реверансе, Теон поклонился. Довольный огонек в глазах короля, изучающих голову Дени, погас, но тот ничего не сказал ей; девушка не поднималась, явно страшась встретиться с тем взглядом. Робб отчаянно думал над фразой, способной сломать напряжение, как королева промолвила: — Роберт, любовь моя, ты задерживаешь очередь. Король быстро отвлекся на других детей, осыпая комплиментами красоту Сансы, сравнивая Арью с молодой Лианной и похваливая мышцы Брана. Робб поцеловал протянутую руку королевы, благодарный ей, но Ланнистер, похоже, смотрела только на Дейенерис. Она не была зла, скорее задумчива, но, также не завязав разговор с Таргариен, прошла дальше. Затем они были представлены кронпринцу Джоффри Баратеону, высокому для своих тринадцати лет, который мог бы называться красивым, если бы не полное презрения выражение лица. Были там и Мирцелла с Томменом — сестра и брат Джоффри, — которые казались стеснительными, зато более вежливыми, чем старший брат. После обмена всеми формальностями между семьями король Роберт попросил Эддарда отвести его в крипту, к Лианне. Отец Робба немедленно послал за фонарем, и старые друзья скрылись из вида, несмотря на возражения королевы. Остаток процессии был приглашен внутрь, и гости медленным потоком начали проходить в двери замка. Робб все равно чувствовал, что Дени не расслабляется ни на минуту. Мужчина взял ее под руку и проводил в крепость, задумываясь, отвести ли ее в покои или в богорощу для успокоения. Старк не успел; Теон, облокотившись о стену, громко заметил: — Видишь, все прошло хорошо: никого из нас не казнили. Позволю себе сказать, что королевский визит не так плох. Леди Кейтилин обернулась и одарила Теона ледяным взглядом, на который Грейджой по обыкновению ответил язвительной ухмылкой. Другой брат королевы, Тирион Ланнистер, прозванный Бесом, напротив, громко хихикнул над наглым замечанием. Дейенерис, казалось, очнулась от звучащего смеха и слабо улыбнулась Роббу; тот внезапно понял, насколько удачлив жениться на ней. Дени, несомненно, была красивейшей девушкой в Семи Королевствах, одаренная серебряными волосами и глубокими фиалковыми глазами. И она была достаточно храброй, чтобы встретить врага своей семьи и все равно улыбаться, что Робб бесконечно ценил. Чувствуя невообразимую гордость за девушку, Старк проводил ее к матери, вежливо разговаривающей с королевой Серсеей. Он поможет Дени пережить этот визит во что бы то ни стало; хоть и нет еще на ее плечах серого плаща, накинутого его рукой, Робб предложит ей уют и защиту. Они вместе пройдут через любезности, вечерний приветственный пир тем днем и свадьбу следующим. Их настоящая жизнь вместе начнется на Севере без боязни королей и того, что они могут сотворить. Все будет хорошо: Робб знал это, как и то, что Дейенерис непременно поможет ему.