Сублимация

      Позже оказалось, что Лайонел действительно будет здесь учиться. Вряд ли кроме Марка кто-то раньше следил за ним в социальных сетях, но найти его было не сложно, и вскоре уже вся школа знала, что он работает моделью, а его родители – те самые Бреноны. Это не могло не вызвать любопытства, но Лайонел при этом держался особняком, учтиво со всеми разговаривая, да и только. С девушками, что явно были в нём заинтересованы, он почему-то не флиртовал и не сближался, друзей тоже не заводил, хотя люди к нему явно тянулись, постоянно предлагали помощь и всегда крутились вокруг. Марк тоже мог бы, но он с Лайонелом даже ни разу не заговорил, не решаясь, только смотрел на него, томно вздыхая, и думал: "Да уж, ты мой лучший запоздалый рождественский подарок".       Тем не менее, чем больше времени проходило, тем меньше людей было вокруг Лайонела, ведь тот по какой-то причине всегда, будто намеренно, держал дистанцию, не появлялся ни на одной вечеринке, куда его настойчиво пытались затащить самые разные люди, ни с кем не был замечен на свидании, в школьных мероприятиях не участвовал, даже не приходил на футбол. Потихоньку люди начали терять интерес или просто сдаваться - кто-то думал, что Лайонел слишком хорош для них, другие, наоборот, считали, что он строит из себя какую-то звезду, а Марку казалось, что тому просто всё равно на людей вокруг, и какое-то высокомерие тут не при чём. В любом случае эти двое совсем не общались, пока их не свёл случай.       Почти через два месяца после появления Лайонела Бренона в очередной новой школе, во время физкультуры, когда Лайонел и Марк играли в одной команде в волейбол, они оба не рассчитали и в погоне за мячом врезались друг в друга, точнее - локоть Лайонела прилетел Марку по носу. Не ожидая такого, Марк зажмурился, отклонился назад и упал в руки одного из парней, вовремя оказавшегося рядом. Приложив руку к носу, Марк почувствовал, как потекла кровь. Учитель тут же появился рядом, чтобы сопроводить Марка к медикам, а растерянный Лайонел остался стоять там. Остальные парни, что были тогда с ним в зале, будто пытались прожечь в Лайонеле дыру, от чего ему стало даже не по себе. Вскоре игра продолжилась, все быстро забыли о случившемся, а Лайонел ещё долго об этом думал. Паренька, которого он ударил, он не знал даже по имени, но сразу было ясно, что к нему в этой школе все относятся хорошо.       Только вечером Лайонел понял, что даже не извинился перед ним. В этой школе Лайонел не завёл друзей, но было у него несколько знакомых, с которыми они иногда болтали или помогали друг другу с домашкой. Тогда он обратился к ним, чтобы найти страницу Марка где-нибудь в социальной сети. Он мог только описать внешность, не зная имени, но его в конечном счёте поняли, и меньше, чем через час Лайонел получил ссылку на нужный инстаграм. Профиль, к счастью, был открытый, на главном фото стоял какой-то мемный кот. "Марк Хилл", - прочитал Лайонел вслух и пролистал фотографии парня, отмечая, что он довольно забавный, ведь в его профиле было много смешных фото с глупыми выражениями лица.       "Привет, вроде как тебе я разбил нос сегодня. Я понял, что не успел извиниться, прости меня за это. Уверен, ты знаешь, что я не хотел, но я должен был написать", - это простое сообщение Лайонел отправил Марку.       Марк тогда сидел дома у Чарли, наблюдая за тем, как он, соревнуясь с Кейт, пытается уделать её в FIFA, хотя пока безуспешно. Когда ему пришло сообщение, он растерялся и не поверил тому, что видит, но, перечитав несколько раз, широко улыбнулся с округлившимися от удивления глазами.       "Да, мне. Конечно, ты не хотел", - ответил Марк.       А потом, подумав, отправил ещё сообщение: "Не нужно было даже писать".       Перечитав всё утром, он понял, что звучит это всё кратко и по делу, но можно было решить, будто бы он злится. В любом случае, было уже поздно исправлять что-то, ведь Лайонел всё давно прочёл.       Приехав в школу, Марк шёл по коридору и выслушивал от знакомых вопросы и шутки о том, почему у него синяк на половину лица, а после первого урока в своём шкафчике он обнаружил простую открытку, внутри которой лежала стодолларовая купюра.       "Я чувствую себя виноватым, но не знаю, что в таких случаях покупают в качестве извинений, поэтому просто выбери сам. Нел", - было написано на открытке аккуратным почерком.       Марк оглядел школьный коридор, но нигде не увидел Лайонела. Это могла бы быть приятная мелочь, но это были аж сто сраных долларов! Марк не мог просто так их взять. Это имело бы какой-то смысл, если бы Лайонел сломал ему нос или ударил специально, но из-за случайности? Марк был воспитан не так, чтобы просто взять эти деньги и пойти их растрачивать, потому весь день он выискивал Лайонела и нашёл его только на обеде. Парень как всегда сидел один за столом и неспешно поедал свой обед, купленный в школьной столовой. Марк подсел к нему и настоятельно попросил забрать купюру с портретом мистера Франклина.       - Я не злюсь на тебя, поэтому не нужно, я не приму их, - сказал он, положив перед Лайонелом свой «подарок».       - Я просто чувствую, что должен. Мне хотелось после случившегося сделать тебе приятно.       Марк, державший руки на коленях, впился в них ногтями, потому что в его мысли уже успели пробраться варианты того, как Лайонел "сделал бы ему приятно".       - Это в любом случае слишком большая сумма, я не могу столько взять, - просто ответил он.       Лайонел внимательно посмотрел на Марка, а потом взял его за подбородок и стал поворачивать лицо, чтобы осмотреть синяк. У Марка в этот момент перехватило дыхание, он почувствовал тепло чужих пальцев и даже прикусил губу от того, как это приятно.       - Можно хоть обедом тебя угощу? Не могу спокойно смотреть на это, - сказал Лайонел, и лицо его сделалось грустным.       - О, э... мне мама всегда заранее готовит обеды, - неловко усмехнулся Марк.       - Правда? Что там у тебя?       Марк достал из своего рюкзака ланч бокс, открыл его и начал рассказывать:       - Сегодня у меня фузилли с овощами, двойные тосты с сыром и ветчиной и ещё сок, но он в рюкзаке.       Марк глянул на Лайонела, который разглядывал всю эту явно вкусно приготовленную еду, а потом посмотрел на его поднос, в котором лежало что-то не совсем вкусное, но вполне себе полезное и сбалансированное.       - Хочешь мой тост? - спросил Марк.       - А можно? Еда из столовой, если честно, не очень.       - Да, конечно. А я могу съесть твою морковь?       - Мою морковь?       - Ну да, я люблю овощи, - пожал Марк плечами, не соврав.       - Да, конечно, если ты хочешь.       Поставив всю еду посередине стола, Марк съел несколько кусочков моркови, пока Лайонел ел его тост, а потом достал из рюкзака чесночный соус в дип-пот упаковке. Сложив все оставшиеся овощи в одно отделение на подносе, Марк добавил туда соус, хорошенько перемешал и предложил Лайонелу. Так эти двое опустошили что поднос Лайонела, что ланч бокс Марка. Лайонел съел фузилли, а Марк - рис и рыбу, тосты они поделили пополам, как и овощи в чесночном соусе.       - У меня есть два вопроса, - начал Лайонел, вытерев рот салфеткой. - Всегда ли у тебя в рюкзаке лежат соусы, и действительно ли тебе понравилась эта невкусная еда с моего подноса?       Марк засмеялся и смущённо опустил взгляд:       - Соусы у меня действительно есть почти всегда, но это потому, что мама мне их кладёт к обедам. А еда невкусная потому, что в ней нет ни соусов, ни специй, ни соли с сахаром - они всё делают вкусным. Когда у меня были проблемы со здоровьем, я только такое и ел. Не сразу, конечно, но к такой еде привыкаешь.       - Но ты сказал мне есть твою еду не потому, что тебе больше нравится еда из школьной столовой?       - Просто решил поделиться, - пожал плечами Марк, будто это ничего не значило, но на самом деле это был некий жест заботы к человеку, который был ему симпатичен.       - То есть теперь я должен тебе ещё больше?       Марк усмехнулся, прикрыв глаза рукой, и, подумав, ответил:       - Мне только хотелось дать понять, что я на тебя не злюсь. И… хотелось с тобой познакомиться, если честно.       - Потому что я Бренон?       - Не знаю, как это прозвучит, но я видел твой инстаграм ещё до того, как ты появился в нашей школе, давно уже подписан на него.       - Вот как... - Лайонел почему-то вздёрнул бровь и опустил взгляд.       - Ты выглядишь иначе на профессиональных кадрах, не так, как в жизни. Я не про внешность... про ощущение, ну... Мне было интересно, что ты за человек.       Лайонел помолчал, а потом вдруг ответил:       - Я чувствую, что все здесь смотрят на меня, словно я зверёныш в зоопарке. Знаю, вам любопытно, как я живу, работаю, что у меня за семья, но ведь я просто человек - такой же, как вы все.       - Лайонел, я не...       - Я Нел. Просто Нел. Спасибо за обед, твоя мама вкусно готовит.       Прихватив свои вещи, Лайонел ушёл, оставив Марка сидеть за столом в одиночестве. Конверт с купюрой парень так и не забрал обратно.       Вечером Марк написал Лайонелу в инстаграме: "Я не хотел обидеть тебя, поэтому прости, если сделал это. Ты действительно кажешься интересным благодаря такой необычной профессии, но не только из-за неё. И не из-за родителей тоже. Я не смотрю на тебя, как на обезьянку, которая должна развлекать меня, рассказывая об этом и удовлетворяя моё любопытство. Ты заинтересовал меня гораздо раньше, чем разбил мой нос, и нам удалось благодаря этому поговорить в столовой, но я не планировал этого, ты же понимаешь, да? Я уже давно подписан на твой инстаграм и знаю, например, что ты играешь на гитаре, у тебя красивый голос - я видел истории. Наверное, это не делает меня чем-то лучше тех бесчисленных одноклассников, которые на тебя подписались после твоего появления в нашей школе, но я сделал это раньше всех остальных. Я посчитал тебя интересным до того, как появилась возможность поговорить с тобой вживую, дело не только в твоей профессии. Ты можешь и дальше со мной не общаться, можешь даже добавить меня в чёрный список, но от этого ты не станешь менее интересным человеком. Ты не "зверюшка в зоопарке" или как ты тогда сказал, я точно не помню. Я лишь хотел с тобой познакомиться, узнать тебя лучше, чтобы сложилось полное представление о тебе, а не чтобы ты так и остался красивой картинкой".       Отправив сообщение, Марк пялился на экран, пока тот не ушел в спящий режим. Лайонел сообщение прочитал, но никого ответа даже не начинал печатать. Вздохнув, Марк отложил телефон подальше, лёг на кровать и стал размышлять, сказал ли он опять что-то не то и что в таком случае нужно было сказать. Это сообщение он раз за разом переписывал, и всё равно оно звучало так глупо, потому что было сложно объяснить Лайонелу свой к нему интерес. Нельзя было просто сказать: "Ты нравишься мне. Как парень, понимаешь?" А даже если бы можно было, это всё равно было глупо. Марк осознавал, что влюблён в картинку, не в суть, ведь её он не знал. Хотел бы узнать, но, наверное, шанс упущен.       Из всех этих мыслей Марка вытащили обратно в реальность крики мамы. Отцу стало хуже, и понадобилась скорая.

***

      На следующий день Марк в школе не появился, вместе с мамой, отцом и старшим братом он отправился в больницу. В тот день мистеру Хиллу назначили химиотерапию. На медицину всегда нужны были большие деньги, поэтому после больницы Марк вместе с братом поехал продать машину Марка. Когда дело было сделано, на счету семьи Хиллов появилась сумма в 2500 долларов. Не так много, как хотелось бы, но уже что-то.       - Хочешь сигарету? - поинтересовался у Марка брат.       Вид у него был напряжённый, а у Марка - вовсе потерянный.       - Я не курю, ты же знаешь, - холодно ответил Марк. - Поехали просто домой?       Весь оставшийся вечер семья Хиллов провела вместе. Марк сидел в кресле, смотрел на маму с папой, которые держали друг друга в объятиях, и думал, что не может вспомнить ни одного вечера за всю свою жизнь, в который было бы так тихо в их доме.

***

      В пятницу, оказавшись в школе, Марк кое-как поддерживал разговор с друзьями, на уроках сидел, погружённый в свои мысли, а на одном из них даже попросился выйти в туалет, где съехал вниз по стене у раковины и просидел там, закрыв голову руками пока не услышал чьи-то шаги. Поднявшись, он умылся и вернулся обратно в класс только потому, что был вынужден.       Сидя за одним столом с друзьями на обеде, Марк ничего не съел, даже не выпил кофе, чая или просто воды. Друзьям он коротко всё рассказал ещё вчера, но попросил не задавать вопросов об этом, потому что боялся не сдержать эмоций.       Дедушка Марка умер от рака всего пару лет назад, поэтому, когда о болезни отца стало известно, все уже знали, что представляет собой рак. Марк хотел быть реалистом и оценивать положение отца, исходя из ситуации, но в его голове сидела навязчивая мысль о том, что отец Марка умрёт так же, как и умер дедушка. От этих мрачных мыслей Марка отвлёк Лайонел, появившийся вдруг за их столом.       - Привет, я Лайонел, - сказал он, знакомясь с Адамом и Чарли. - Марк, если ты не занят, сходишь со мной завтра вечером в кино?       Марк посмотрел на парня, нахмурившись, ведь позавчера они разошлись не на хорошей ноте. Тем не менее, Марк ответил, что, наверное, сможет.       - Я напишу тебе потом время сеанса, да?       - Д-да, хорошо, - растерянно произнёс Марк.       - Хорошего вам дня, - Лайонел улыбнулся всем троим и ушёл из столовой, а Марк, совершенно ошарашенный произошедшим, проводил парня взглядом.       Чарли, давно допивший свой сок, стал потягивать его из трубочки, намеренно создавая тот самый звук, используемый в разных комедиях. Друзьям нужны были ответы, но Марк и сам их не знал и не мог сказать ничего вразумительного.

***

      В субботу вечером, когда Марк уже был в пути, он получил сообщение от Лайонела: «Планы немного поменялись, я буду ждать тебя здесь». Следующим сообщением был скриншот с новым адресом. Здание находилось недалеко от кинотеатра, но Марк не знал, что это. Сказав брату высадить его в новом месте, он стал гуглить, чтобы понять, куда вообще едет теперь. Это был ресторан – по фото было видно, что место явно приличное, не просто какая-то молодёжная забегаловка. Это немало напрягло Марка, ведь в таких местах он не бывал раньше, да и одет был не подходящим образом. На нём сегодня были его видавшие виды кеды, джинсы с равными коленями, чёрное худи и под ним белая футболка.       Неуверенно, справляясь с волнением, Марк вошёл внутрь и сказал девушке, которая принимает гостей, что его, кажется должны здесь ждать.       - Назовёте имя гостя? Я проверю.       - Да, его зовут Лайонел Бренон.       - Есть Нел Бренон, третий столик. Идёмте, я провожу вас.       Марк поблагодарил девушку и направился следом, чувствуя, как начинает нервничать. Когда он заметил Лайонела, тот ждал за столом, пил какой-то напиток и внимательно вчитывался в какой-то текст на своём телефоне.       - Привет, - робко поздоровался Марк, оказавшись рядом.       - Здравствуй, Марк, садись, - растянулся в улыбке Лайонел, пожав руку парня. - Знаю, это не кинотеатр, но я передумал, решил, что было бы закономерно накормить тебя чем-то вкусным, как это сделал ты для меня.       - Это сбило меня с толку, я… не совсем готов был к такому.       - Прости, моя вина. В попытках угодить, заставил чувствовать себя некомфортно.       - Нет, всё в порядке, - ответил Марк, и щёки его покрылись румянцем. – Просто было неожиданно.       Лайонел улыбнулся и задержал взгляд на смущённом лице Марка, будто о чём-то задумавшись, но вскоре вернулся к разговору:       - Вот, держи меню. Заказывай что хочешь, не стесняйся.       Марк никогда не умел так, он всегда был против, чтобы человек сильно на него тратился.       - Часто здесь бываешь? - спросил Марк, напряжённо разглядывая ценники и понимая, что сам не стал бы платить столько за еду.       - Время от времени. Здесь вкусно, приятная атмосфера. Одно из лучших заведений этого города, как мне кажется.       - Наверное, часто ходишь сюда с друзьями поужинать? И они вряд ли из нашей школы, да?       - С чего ты это взял? - спросил Лайонел, внимательно посмотрев на хмурого Марка.       - Ну, наши одноклассники тебя явно не интересуют, наверное, тебе они кажутся скучными, может, недостаточно взрослыми и серьёзными. Ты же привлёк всеобщее внимание своим появлением в нашей школе, сложно было не замечать, как ты идёшь по коридору, а за тобой целая орава - и так каждый день.       Лайонел усмехнулся, и Марк взглянул на него, пытаясь понять, что сказал не так.       - Дело не в этом, я просто не вижу смысла знакомиться с кем-то. Жизнь всё равно раскидает нас всех по миру через несколько месяцев.       Марк опустил взгляд снова и не ответил, подумал он о том, что этот ужин нужен Лайонелу для извинений, не для того, чтобы подружиться с Марком. А он уже успел напридумывать себе всякого…       Когда подошёл официант и Марк попросил просто воды с газом и одно из самых дешёвых блюд, Лайонел почти незаметно усмехнулся и, когда пришла очередь заказывать, он заказал то, что любил сам, только по две порции, и в заключение добавил: "Ещё морковный сок, пожалуйста".       Марк весь залился краской, сразу поняв, что к чему и, когда официант ушёл, тихо спросил, поддавшись вперёд:       - Если ты всё понял, почему не попросил отменить мой заказ?       - Это было бы грубо - решать за тебя. А так я просто предоставил тебе больше выбора.       - Не нужно было... но спасибо.       Лайонел просто улыбнулся и вернулся к своему напитку. Марк чувствовал себя как-то неловко рядом с ним, он ощущал, что Лайонел совсем не похож на него: этот парень уверен в себе и, кажется, уже независим от родных, а деньги для него не проблема. Марк мог только строить предположения о личных качествах этого парня, но на самом деле от Лайонела исходила особая энергетика, много говорящая о нём без всяких слов или поступков. Среди знакомых Марка таких людей не было, он это понял давно, ещё до знакомства с Лайонелом. Были крутые парни - симпатичные, сильные, уверенные в себе, но в них не чувствовалось искренности. Они все осознавали, что крутые, и выпячивали это ещё больше. Лайонел же был крутым, ничего из себя не строя при этом.       - Ты меня простил? - спросил Марк, дабы разобраться окончательно с той ситуацией.       - Думаю, я просто зря вспылил тогда, ты не при чём.       - Нет, я понял, о чём ты говорил... Ты, наверное, не очень доверяешь людям?       Лайонел взглянул на Марка и перестал пить свой напиток.       - Это так, - прямо ответил парень.       Повисла тишина, Лайонел стал вспоминать о неприятном прошлом, и Марк уловил эту быструю перемену, тут же поспешив исправить ситуацию:       - Пока не принесли еду, опиши меня.       - Что? - не понял Лайонел.       - Опиши меня. Давай я начну? Не буду лукавить, сначала я увидел твоё лицо и тело, так что сначала скажу про них. Тело у тебя, конечно, класс, ты качаешься? Не отвечай, я пока не закончил, - сказал парень, выставив руку перед собой в качестве знака «стоп». - У тебя очень красивое лицо. Мне кажется, с такой внешностью о тебе узнают в скором времени крутые бренды и будут собачиться за то, чтобы ты на них работал. А если не будут, то они идиоты, по-моему. Ещё мне нравится, как ты одеваешься, особенно твоя обувь - всегда необычная и идеальная, не то, что мои убитые кеды, в которых я всегда гоняю… Когда я с тобой говорю, я чувствую себя глупо, болтаю и пишу тебе глупости, даже сейчас. Ты кажешься мне взрослым человеком, ну, знаешь… ответственным, будто ты точно знаешь, чего хочешь. Ты выглядишь уверенно, и кажется, что тебе никто не нужен, что ты сам со всем справишься. Я слышал, ты хорошо учишься и, судя по всему, у тебя много талантов. Как минимум - ты очень настойчив в своих начинаниях, мне так кажется. Ещё мне понравилось, как ты играл на гитаре и пел, но, может, я уже говорил это. Наверное, на этом и остановлюсь, потому что, как я уже сказал, я говорю тебе глупости, и потом мне за себя стыдно. Лайонел выслушал Марка, всё это время внимательно смотря на него, в то время как тот вечно отводил свой взгляд в сторону. Когда же взгляды встретились, Лайонел тепло улыбнулся и спросил:       - Часто ты говоришь людям столько комплиментов?       - Нет, но мне нравится говорить людям, что я о них думаю.       Марк неловко пожал плечами и чуть покраснел, уже забыв, что наболтал Лайонелу. Ему хотелось верить, что он не перегнул палку.       - Значит, теперь моя очередь? - спросил Лайонел, ничуть не смутившись от всей этой неожиданной похвалы.       Марк кивнул и Лайонел, подложив руку под подбородок, начал говорить, рассматривая Марка:       - Я вижу перед собой милого парня с большими голубыми глазами и русыми волосами. Черты его лица интересные и запоминающиеся, губы красивые, скулы и особенно руки. Удивительно, как этот парень может быть одновременно таким стеснительным, при том, что порой очень прямолинейный и честный. Он, должно быть, понимает во мне больше, чем все остальные люди, хотя только-только со мной познакомился. Прямо сейчас я испытываю тягу открыться ему, рассказать все свои секреты, но тогда я изменю своим принципам и правилам и буду себя за это винить, однако одно точно могу сказать - этот парень как-то влияет на меня, и я пока не могу сказать, что это значит, но сильно чувствую это.       У Марка не нашлось слов, чтобы ответить, но в это время как раз пришёл официант. Пожелав друг другу приятного аппетита, парни приступили к еде, обдумывая сказанное, и тогда напрягающее молчание вновь повисло между ними.       - Почему "Нел"? - произнёс Марк, спросив первое, что пришло ему в голову, дабы разрядить обстановку.       - Мне кажется, звучит лучше, - объяснил Лайонел.       - Так гораздо менее интересно, по-моему.       - Интересно?       - У тебя же очень красивое имя. Я вот просто Марк, друзья - Адам и Чарли, мама - Сара, папа - Джек, брат - Том. Ничего особенного. А твоё имя очень здорово звучит, не совсем обычно.       - Ты так хвалишь меня, будто всё время хочешь угодить, - ответил Лайонел, не отвлекаясь при этом от своего салата.       - Я не пытаюсь этого делать, честно, просто так получается.       - Ты такой забавный парень, Марк Хилл.       Марк покраснел, теряясь в догадках о том, комплимент это был или нет, но в любом случае он действительно был честен и ничего из себя не строил.       - И ведь ты тоже привлекаешь к себе всеобщее внимание, - вдруг сказал Лайонел.       - О чём ты?       - Ты не видел, потому что сидел спиной, но когда ты подсел ко мне в столовой и начал обедать со мной, все на нас пялились. Абсолютно каждый.       - Это потому, что я вроде как нашёл подход к тебе, а они не смогли. Ты здесь ключевая фигура.       - Нет, дело явно не только во мне. Когда я разбил тебе нос на физкультуре, ты бы видел, какими глазами смотрели на меня наши одноклассники. Мне казалось, они меня подкараулят и побьют, окажись я где-нибудь в уединённом месте.       - Что? - засмеялся Марк. - Да это смешно, перестань!       - Без шуток. Ты явно нравишься людям, Марк. И я, в общем-то, уже сейчас понимаю, почему.       Марк смущённо улыбнулся и опустил взгляд в пол, покраснев.       - Кстати, у меня назрел возможно немного глупый вопрос, но… - произнёс Лайонел и ухмыльнулся. - Марк и Том… а Трэвис есть?       Марку потребовалось немного времени, чтобы понять смысл вопроса, а потом он рассмеялся, потому как понял, что Лайонел говорит об участниках группы Blink-182. Его впервые спрашивали об этом, хотя он и сам когда-то думал о таком забавном совпадении, поэтому, успокоившись, ответил:       - К сожалению без Трэвиса, родители на мне остановились. Но я оценил шутку.       С этого момента их разговор шёл плавно, и больше ни разу на вечер между ними не возникало напряжённого молчания. Лайонел неожиданно много улыбался, а Марк, наконец, перестал смущаться и нервно теребить рукава своего худи. Они не задавали друг другу глупых вопросов, какие обычно можно задать при знакомстве, они просто говорили обо всём подряд - начали с обсуждения школы, а после перешли к интересам (любимым фильмам, музыкальным группам, даже художникам), потом обсудили политику и документалки, открывающие глаза на важные проблемы человечества. Марк впервые говорил с человеком, который так хорошо понимает его и не просто поддакивает, а действительно слушает и знает, что ответить. Теперь Лайонел нравился ему ещё больше - он действительно не был лишь красивой картинкой, как и показалось Марку с самого начала.       После ужина и долгих разговоров обо всём на свете Лайонел отвёз Марка домой, специально включив для них альбом «Enema Of The State». Песне All The Small Things они подпевали в унисон особенно громко, ведь оба знали её наизусть с детства. Это было забавно.       Оказавшись у дома Марка, они попрощались до понедельника, тепло улыбнувшись друг другу. В тот вечер парни чувствовали что-то близкое к счастью, чего оба давно не испытывали.