🏀Игра не по правилам: бросок в твоё сердце🏀

      В раздевалке было тихо. Лишь глухие удары баскетбольного мяча о паркет где-то за дверью, отголоски чужих криков и собственное дыхание, которое Чонгук старался замедлить.       Он сидел на скамье, склонив голову, ладони сомкнуты, локти упираются в колени. Его сердце билось рвано, то ли от страха, то ли от предвкушения. Он знал, что этот момент станет испытанием всего, над чем он работал целый год. Каждый день тренировок, боль в мышцах, срыв голоса от выкриков на площадке, падения, промахи — все привело его сюда.       Глубокий вдох. Он провел рукой по лицу, сбрасывая остатки напряжения. Встав, потянулся, разминая плечи, и взглянул в зеркало. В его глазах горел огонь решимости. Они должны победить. Он обязан выиграть этот матч.       — Время, — раздался голос тренера.       Чонгук кивнул, сжал кулаки и направился к выходу. В голове щелкнул тумблер. Как только он переступил порог, шум трибун оглушил его, но он не давал себе отвлечься. Паркет блестел под светом прожекторов, и соперники, как стая волков, уже ждали момента, чтобы разорвать, растерзать, выгрызть победу.       Он отбросил все сомнения. Сейчас было только одно — игра. Он подошел к центру площадки, и, встречаясь взглядом с капитаном другой команды, усмехнулся.       Игра начинается.       Чимин с Су-Ён пришли к залу одними из первых — оба не могли уснуть всю ночь накануне, так сильно переживали и кидали друг другу бессвязные голосовые, обсуждая планы на завтрашний день… И вечер. Чона он не дергал, зная, что тот должен хорошенько выспаться перед решающей игрой. Заняв места в первых рядах трибун, они стали оглядывать зал, подмечая тут и там болельщиков команды противников. Те подготовились основательно, нацепив на себя бульдожьи маски и футболки с большой надписью: «Бульдоги лучшие! Гр-р-р, порвем!». Чимин не преминул достаточно громко окрестить их «позерами» и «громкими собачонками», издевательски погавкав в их сторону, за что чуть не огреб от одного особенно агрессивного болельщика, подорвавшегося к нему с верхнего ряда, но во-время остановленного бдительной подругой. Су-Ён, словно профессиональный бодигард, заслонила друга, очень доходчиво предупредив здоровяка о последствиях в виде затолканной собачьей маски в его rectum, если он устроит здесь потасовку, а еще точной дисквалификации его команды с игры. Выглядело это забавно от хрупкой девчонки, но при этом убедительно, и боец не стал с ними связываться, вернувшись на свое место. Довольный собой Пак больше не задирал фанатов собак, а достал из сумки заранее купленные помпоны чирлидерш в цветах команды Чонгука и принялся махать ими, подражая девушкам на поле. Получалось очень даже недурно, и на третьем круге их задорных кричалок он уже прыгал в унисон, отличаясь разве что отсутствием формы.       Наконец-то команды стали потихоньку выходить из раздевалок, стягиваясь к центру поля. Чимин запрыгал на месте, размахивая помпонами и срывая голос, выкрикивая имя капитана. Трибуны взорвались вместе с ним, приветствуя свои команды, перекрикивая друг друга. Су-Ён вскочила со своего места, размахивая руками в приветствии Ёнджуна, который быстро нашел ее глазами среди сотни зрителей, посылая воздушный поцелуй.       — Чон Чонгук! Лучший капитан! Победа за вами! Собак на цепь! — выкрикивал Чимин, совершая боксерские выпады блестящими помпонами в сторону вышедшего в центр поля капитана «Бульдогов».       Гул трибун накатывал волнами, вибрируя в воздухе, словно пульс огромного живого организма. В висках Чонгука стучало от дикого, всепоглощающего адреналина. Его пальцы сжались в кулаки, тело было натянуто, как струна. Он стоял в центре площадки, и мир сузился до одной единственной точки — мяча в руках судьи. Сейчас он должен доказать, что не зря провел каждый час в зале, что эти муки окупятся. Несмотря на восторженные крики, доносящиеся с рядов болельщиков, Чон не мог выдавить из себя улыбку. Он знал, что где-то там сидит его мини-Чимини, его одногруппники, его знакомые, но не мог даже взглянуть в сторону.       Глубокий вдох. Выдох.       Судья поднимает мяч в воздух. Чонгук чувствует, как его мышцы напряжены до предела. Сердце грохочет, но он сосредоточен, готов рвануть в этот короткий, решающий миг.       Свисток разрывает воздух.       Он взмывает вверх — быстро, резко, будто выпущенная из тетивы стрела. Кончики пальцев касаются мяча, и он мгновенно отправляет его своему товарищу. Никаких лишних движений, никакого колебания — только чистый инстинкт. Пас обратно, точно в его руки. Разворот и скрип паркета. Он уже несется вперед, рассекая защиту соперников, будто хищник в погоне за добычей.       Они пытаются его остановить, но он быстрее. Раз-два — финт вправо, молниеносный разворот, прыжок назад. Он у трехочковой линии.       Еще мгновение. Бросок. Мяч летит, вращаясь в воздухе, и в эту секунду кажется, что весь зал замер.       Бам!              Чистый бросок. Сетка вздрагивает, пропуская мяч сквозь кольцо. Первые три очка.       Чонгук не улыбается, несмотря на поднявшийся гул одобрения и крики поддержки. Его грудь тяжело вздымается, но он уже ищет глазами соперников. Ему не нужно праздновать — он знает, что это только начало.       Такой сосредоточенный. Быстрый и резкий, словно снитч, который вырвался из чьих-то пальцев, рассекая воздух взмахами неуловимых серебристых крылышек. Когда Чон сорвался с места, перехватывая мяч и уводя тот от соперников с такой звериной ловкостью, что у Чимина буквально перехватило дыхание и он забыл, как дышать — это было отброшено на второй план, пока сетка корзины не дрогнула, проглатывая мяч.       — О-охуеть, — наконец-то расправив легкие, вдыхая полной грудью, Пак восторженно зааплодировал, смотря на своего парня во все глаза. Он не мог сказать с уверенностью, что понял, как точно Чонгук обвел игроков из команды соперников — это было слишком быстро, чтобы он хоть что-то осознал, но теперь становилось совершенно очевидно, почему именно Чон стал капитаном. Этот парень умел взять на себя управление всеми игроками, одним взглядом посылая им команды и держа в нужном ритме, как искусный часовщик, настраивающий сложный механизм. В нем отсутствовало лишнее сейчас тщеславие, он в принципе не отвлекался на зрителей, но и не забывал отслеживать движения противника.       Су-Ён пищала где-то у правого уха, выкрикивая наперебой с ревущей толпой поддерживающие команду, и в особенности Ёнджуна, кричалки, толкая в плечо, поднимая руки вверх и подпрыгивая в такт. Чимин же не сводил глаз с сосредоточенного лица Чона. Казалось, что ничто не способно отвлечь того от мяча. Он ни на секунду не выпустил свою цель из поля зрения, никак не реагируя на выкрики толпы, рычание «бульдогов», одобряющие хлопки по спине от сокомандников. Чимин никогда не видел Чона таким серьезным и… Таким сильным лидером.       «Черт, — неуместно, но все же волна дремлющего возбуждения поднялась откуда-то снизу, окатив и схлынув, оставляя за собой мелкую дрожь в теле, когда кроссовки заскрипели по паркету и Чонгук вновь замелькал среди пытавшихся запутать его противников, — какой же он сексуальный лидер…»       Вспышка! И кто-то из «бульдогов» перехватил мяч, обводя защитников команды Чона. Чимин охнул, вскакивая с места, нервно закусывая зубами один из блестящих помпонов, которые так и держал в руках. В голове билась лишь одна мысль, а сердце стучало так сильно, что в глазах периодически темнело от волнения.       — Чимин-а! Не переживай, наши победят! Это только начало! — в предплечье впились острые пальчики. Су-Ён переживала не меньше его самого, но по привычке старалась успокоить своего впечатлительного друга.       Разыгрывающий «Бульдогов» ловко ведет мяч к центру площадки. Чонгук приседает чуть ниже, следя за каждым движением. Он знает: этот парень любит резкие передачи, но если дать ему слишком много пространства — он сам пойдет в атаку.       — Не пропускаем! — кричит Чонгук, и его команда моментально реагирует, смыкая защиту.       Раз-два, пас на фланг, но там уже ждет Ёнджун. Он вытягивает длинную руку, срывая передачу. Атака сбита. Секунда замешательства — и вот он, шанс.       — Давай! — голос Чона резкий, как щелчок кнута.       И Ёнджун срывается с места. Его кроссовки скрипят по паркету, защитники бросаются наперерез, но он уже набрал скорость. Один противник пытается перехватить, но Ёнджун не просто так в позиции тяжелого форварда — он резко меняет траекторию, пропуская мяч между ног соперника и ловко обходя его с другой стороны. Он мчится под кольцо, взмывает вверх — и тут из бокового зрения мелькает тень. Огромный центровой противника встает у него на пути, руки подняты, готовые снести любой бросок.       Но Ёнджун не останавливается. Он меняет траекторию в самый последний момент, отдавая пас Юнги. Защитник едва успевает понять, что произошло, а Мин уже направляет мяч в корзину мягким толчком.       Еще два очка.       Чонгук свистит сквозь пальцы, глядя на табло. 5:0. Теперь главное — не сдавать обороты.       «Слишком хорошо, чтобы… — успел подумать Чимин и его мысль оборвалась, когда со стороны команды противника послышался утробный рокот, все взгляды устремились туда, — Черт, он что, рычит нахуй?!»       Капитан «Бульдогов» едва ли сдерживал свою злость. Он разве что не бил копытом в пол, буравя налитыми кровью глазами Чона и его команду.       — Не расслабляемся! Юонг, замена! Коши, мяч на меня! — рявкнул он, сжимая зубы и осклабив жуткий ряд крепких зубов с массивными клыками. Подождав, когда игрок со скамьи запасных выйдет на площадку, капитан противников сам ринулся в атаку, едва заслышав свисток.       Девичьи пальчики вновь вцепились в руку Пака, судорожно тряся ее, словно свинку-копилку. Волнение подруги передавалось парню так же быстро, как разряд тока бежит по воде, мешаясь с его собственным, что не на секунду не переставало кусать загривок и дрожать в возбужденно расширенных зрачках.       «Что-то тут не так…»       Перетянув все внимание на себя, капитан «Бульдогов» лишь сделал вид, что собирается атаковать, сбив с толку и делая фальшивый выпад в сторону команды Чона. Всего на мгновение спутав карты, он вынудил защитника сделать пас, который уже ожидал игрок, обогнувший команду быстрой тенью и в одновременном прыжке с ним, выбивая мяч в сторону. Трибуна разом охнула, не ожидая такой слаженной подлости.       — Нет! Ёнджун! — Су-Ён вскочила с места, вытягивая Чимина за собой, и угрожающе тряся его рукой, как орудием убийства. — Не дайте им забить!       Игрок замены оказался ловким и быстрым, обходя защиту команды Чонгука, умело тасуя передачи и каждый раз вновь оказываясь с мячом в руках. Как ни пытались выбить тот из его рук другие, все напрасно — пальцы игрока словно приклеивались к шершавым бокам мяча, уводя тот каждый раз в сторону и пронося между ног. Продравшись к самому кольцу, окруженному поднимающими вверх руки парнями, он взмыл вверх и с победным криком устремил раскрученный мяч прямо в сетку.       Табло перещелкнуло на 5:1. Счет сдвинулся с мертвой точки. Противоположные трибуны взревели, скалясь и задирая болельщиков команды Чонгука.       — Ой, да мы просто вас пожалели! — не выдержал Чимин, поддаваясь всеобщему возбуждению. — Всего одна косточка погрызть, бедняжкам! Подумаешь…       «Черт, как чувствовал… Чон, ты справишься, твоя команда лучшая, я верю в вас!»       Казалось бы, разрыв между командами по-прежнему был весомым, но у Чонгука внутри все трепетало. Он не хотел обманываться — знал, как это работает. Сейчас у противников одно очко, но, если расслабиться, можно пропустить еще парочку таких, и по итогу проиграть. Главная заповедь любого соревнования — нельзя недооценивать противника.       Он сжал зубы и шагнул вперед, подавая знак сокомандникам.       — Держим позицию! — рявкнул он, не обращая внимания на оглушительный гул трибун.       Капитан «Бульдогов» вдруг рванул вперед, отбрасывая все свои предыдущие фальшивые атаки. Теперь он не мимикрировал — мяч снова был у него, и каждое его движение сквозило уверенностью.       Чонгук держал его в поле зрения, но не рассчитал расстояние и убежал дальше необходимого. Игрок противника, заметив открытое пространство, решается на длинную передачу. Пас! Мяч летит точно к игроку, стоящему на линии штрафного. Он ловит его, делает несколько резких шагов, но тут — защита. Чонгук успевает его встретить, вытягивая руку, чтобы перехватить передачу, но соперник обходит его с той стороны, на которую Чонгук не успел обратить внимание.       Трибуны взрываются, когда тот бросает мяч.       — 5:3, черт! — Чонгук скрипит зубами, чувствуя, как его кровь закипает. Он тут же разворачивается и направляется в сторону атаки.       — Чон, давай, мы можем это сделать! — кричит Ёнджун, его голос звучит уверенно, но напряженно.       — Можем, — прохрипев в ответ, Чон дважды хлопнул в ладоши, показывая своей команде большие пальцы вверх. Не время сдаваться.       С каждым новым щелчком табло сердце Чимина ухало вниз. Он нервно теребил в руках мишуру помпона и кусал уже порядком изгрызенную нижнюю губу, изо всех сил гоня прочь тревожные мысли. Нельзя было падать духом в момент, когда вся его вера так нуж…       Щелчок. Восторженные крики трибуны «Бульдогов» и сокрушенный стон Су-Ён по правую руку от него.       5:4       «Черт, счет почти сравняли… Чон, да что с тобой?! Возьми себя в руки и наваляй этим псам!» — прокатилось рокочущим громом в голове, но губы остались сжаты в молчании. Чимин встал, цепляясь упрямым взглядом за загривок Чонгука. Так хотелось размахнуться и со всей злости швырнуть помпоном в самодовольную физиономию песьего капитана. А что он мог еще? Только верить в победу своего парня и представлять, как мерзкая ухмылочка сползет с лиц его противников.       — Вперед, Чон! Твоя команда лучшая! Трехочковый в корзину псов! Да! — он не сильно понимал, что именно это значит, но перекрикивая других болельщиков, постарался вложить в свой голос как можно больше уверенности и любви. Нет ничего сильнее любви — значит Чон победит кого угодно во что бы то ни стало. Подумаешь, даже если они сравняют очки, это совсем не значит, что… Да ничего это не значит!       Колени подрагивали от волнения и ритмичных прыжков в такт кричалкам поддержки, но Пак не сдавался, неустанно выкрикивая имя своего парня, вторя десяткам других голосов вокруг. В зале становилось все более душно из-за жара сплетенных общим возбуждением тел. Голова начинала кружиться, а перед глазами слегка плыло. Но Чимин не желал выпускать из поля зрения быстро снующего по площадке Чонгука ни на секунду. Подошвы кроссовок скрипели по начищенному паркету, мешая этот звук с тяжелыми ударами мяча, пролетающего между его ног.       Бросив быстрый взгляд на табло и большие часы, отсчитывающие время, Пак задумался и пропустил момент, когда мяч глухо ударился о кольцо и тут же был перехвачен игроком команды противника.       «Времени до большого перерыва совсем немного…»       За оставшееся две минуты второй четверти матча не забивал никто — команда Чона не могла пробиться через защиту «Бульдогов», но при этом не давала противникам пройти к своему кольцу. Прозвучал свисток.       — Перерыв десять минут! — тренер явно был на взводе.       Чон устало вошел в раздевалку и плюхнулся на лавку, потирая виски. Они просчитались в стратегии, но где? Следом вбежали остальные игроки, наперебой ругаясь по поводу матча.       — Это потому что они играют нечестно!       — Нихрена, они все делают по правилам, но они хитрят, это не запрещено! У них хорошая тактика! — запыхавшийся Юнги шлепнулся на пол, прислоняясь разгоряченной спиной к стенке. — Чон, эй! Что делать будем?

***

      Свисток. Вторая половина игры. Чонгук снова в центре площадки. В воздухе висела электрическая напряженность. На табло всего один балл разницы — 5:4, и каждый следующий момент был на вес золота.       Капитан «Бульдогов» рванул вперед, его уверенность пронзала каждое движение. Но Чонгук не был готов сдаться. Он стиснул зубы, и все вокруг исчезло — осталась только эта битва, только этот момент.       — Не пропускаем! — рявкнул он, заставляя свою команду объединиться в щит перед кольцом.       Соперники пытались найти лазейку, но каждый их пас теперь был перехвачен или заблокирован. Защитники Чонгука — Сону и Юнги, — держали оборону, не давая пройти и делая все, чтобы отобрать мяч у противника.       И вот — рывок. Пас на Чонгука. Он мгновенно чувствует, как мяч приклеивается к его рукам, и, не теряя ни секунды, передает его форварду. Ёнджун срывается в атаку, скользя по паркету, как буря, разрывая защиту соперников. Мяч выстреливает в кольцо, и… его траектория идеальна. Табло меняется — 7:4.       Но «Бульдоги» не собирались сдаваться. И теперь мяч у капитана, который, словно бешеный пес, ломится вперед. Он бросает мяч своему юркому товарищу, который ловит его и пытается пробить защиту. Юнги несется на перехват, но не успевает — мяч летит и с грохотом, слышным даже сквозь крики болельщиков, врезается в кольцо. 7:6. Напряжение снова достигло пика.       — Мы можем! — кричит Ёнджун, его голос звучит как взрыв. Он уже готов к следующей атаке, и Чонгук чувствует, что его команда не отступит. Они действительно могут.       С каждым броском, с каждым моментом кажется, что мир замирает. Каждый звук, каждое движение резонирует в нем, заставляя его сердце биться быстрее.       Чон берет мяч. Он не делает ни одного лишнего шага. Его глаза видят только одно — корзину. Заметив стенку из игроков, он передает пас Ёнджуну, но вдруг видит тень за его спиной — снова капитан «Бульдогов», готовый перехватить. Однако Чхве вовремя передает мяч назад Чонгуку, который, не теряя времени, делает решающий шаг и бросает мяч. Он проходит через кольцо, как молния, оставляя за собой горящий след.       — 9:6! — звучит в рупоре. Успех, но это не конец.       Зал взрывается. Трибуны ревут, и Чонгук чувствует, как огонь наконец разгорается в его груди. Однако победа все еще не в кармане. Соперники не сдаются.       Осталось всего несколько секунд. Они пытаются сделать финальный бросок. Мяч у замены «Бульдогов». Он решает бросить на эти секунды последние силы, но Юнги, как тень, выскакивает перед ним, и в самый последний момент перехватывает мяч, выбивая его из рук противника.       Зал взрывается. Свисток. Игра закончена. 9:6.       Последние минуты матча Чимин молча сидел на своем месте, сжавшись в нервный комок. Его напряженный взгляд перемещался с часов на табло счета и обратно. Было страшно смотреть на площадку, на Чонгука, на озверевших парней из «Бульдогов». Еще когда команды ушли на перерыв, Пак задумался о том, что в неудачах в игре виноват именно он. Это вполне могло быть и так, от чего-то перевозбужденный мозг парня связал два не связанных между собой суждения одним логическим выводом: «я приношу неудачу», ведь чем больше он «включался» в пассивную борьбу с противником, тем сильнее тот начинал атаковать Чона. Зажмурившись и подтянув колени к подбородку, Пак повторял про себя считалочку болельщика, с которой совсем недавно задорно скакал, размахивая блестящими помпонами. Он ожидал свистка, затаив дыхание, но оказался совершенно к нему не готов, когда тот прозвучал и тут же сгинул во всеобщем крике.       — Чимин-а! — счастливая Су-Ён подлетела к нему, крепко обнимая за шею и прыгая на месте. Она что-то неразборчиво верещала у его уха, но ее голос тонул в оглушительном гомоне трибун.       — Мы выиграли?.. — переведя осоловелый взгляд на табло счета, он широко улыбнулся, вскакивая и подхватывая подругу на руки. — Мы выиграли! Выиграли! Да!       «Мой Чон, мой золотой мальчик победил!» — радостно билось в висках, когда Чимин запрыгал вместе со всеми, удерживая визжащую Су-Ён на руках. Хохоча и кружась, он опустил ее на пол и поспешил к столпившимся впереди болельщикам. Вытягивая шею и выглядывая из-за чужих спин, Чимин нашел глазами Чона, который победно оббегал площадку по кругу, принимая восторги, что сыпались на него со всех сторон как из рога изобилия.       — Чон! Чонгук! Ты сделал их, мой капитан! — поймав его взгляд, Чимин послал агрессивно-любовный воздушный поцелуй и приставил два пальца к виску, отдавая честь. — Псы, домой!       Рядом зашуршала мишура — это Су-Ён нашла брошенные им помпоны и теперь прыгала рядом с вытянутыми вверх руками, компенсируя недостаток роста за спинами остальных болельщиков. Чимин рассмеялся, обнимая девушку за талию и приподнимая над головами толпы, чтобы она помахала Ёнджуну, наверняка, в этот момент искавшему ее взглядом на трибунах.       Пробегая круг почета по стадиону, как того требовали традиции, Чонгук улыбался во все тридцать два — он чувствовал небывалое облегчение. Все тревоги — Дживон, сессия, их ссоры с Чимином, — все отошло на второй план. Были только крики болельщиков, радостный гогот товарищей по команде и Чиминовы сияющие глаза. Только после свистка, означавшего их победу, Чон поднял взгляд на своего парня. Теперь он мог — мог смотреть на него, мысленно крича: «Смотри, мы сделали это, ты видишь? Ты гордишься мной? Все было не зря!»       Где-то недалеко так же бежал Ёнджун, стянув майку, и давал «пять» своим знакомым и всем, кто пришел на матч. У Чона кольнуло в сердце.       «А ведь так началась наша история — когда он пришел за автографом под крылом Су-Ён. Мини-Чимини, это наша общая победа!»       В раздевалке ребята уже отрывались как могли — трясли кубком над головами, саркастично гавкая и обсуждая дальнейшие планы.       — У меня хата свободная, погнали праздновать? — предложил Сону, самый тихий из них. Все недоуменно покосились, — Ну а что? Такое событие надо отмечать с размахом! Особенно ты, Чон, ты первый должен был об этом заикнуться, а? — парень толкнул Чонгука в плечо.       — Без меня, ребята, — капитан виновато улыбнулся, — у меня уже есть планы на этот вечер.

***

      — Фуф… — Су-Ён плюхнулась рядом с сидевшим на трибуне Чимином. Он собирал свои вещи в сумку с сосредоточенным видом, — Эй, Чимин-а, ты еще с нами?       — А?.. — парень оторвался от своего занятия и рассеянно взглянул на подругу.       — У-у-у, волнуешься, котенок? Все хорошо.       Она обняла его за плечи и слегка потрясла, стараясь взбодрить. Команды уже ушли с площадки, оставив после себя золотое конфетти на полу, которым победителей торжественно поздравили из больших пневматических пушек. Болельщики потихоньку покидали трибуны, собирая кучки резанной мишуры и бросая друг в друга, громко обсуждая прошедший матч между собой. Золотые прямоугольнички кружили в воздухе, мягко ложась на сиденья опустевших кресел и застревая в волосах. Су-Ён знала, что команда обязательно захочет отпраздновать эту победу, но еще точно не было понятно, как именно они решат это сделать. Ёнджун сказал ей, чтобы она ждала его после матча и составила ему компанию, потому что не сможет без нее пережить ни победу, ни проигрыш. Сердце трепетало в предвкушении, когда она сможет броситься к нему на шею и тысячу раз поцеловать своего самого главного победителя.       — Чонгук скоро выйдет, Чим, не заворачивайся в свой хикка-кокон, умоляю, — потрепав его по волосам, она улыбнулась.       — Эй, я нормально выгляжу? — неожиданно серьезно спросил парень, нервозно поправляя одежду.       На мгновение замявшись, Су-Ён взглянула на него, задумчиво закусывая губу. Кто-то вновь бросил сноп золотых конфетти, и теперь за спиной Чимина кружились блестки. Он смотрел на нее не менее блестящими глазами, его осветленные волосы совсем немного растрепались, а щеки раскраснелись. Девушка залюбовалась им, чувствуя, как ее дорогой друг затаил дыхание в ожидании поддержки.       — Дорогой, ты прекрасен! — наконец, заключила она, протянув руку к его лицу, чтобы коснуться горячей щеки, — Чимин, ты отлично выглядишь, не переживай, я уверена, он сейчас только и ждет, чтобы увидеть тебя. Вы замечательно проведете вечер. Вы оба победители, понял?       Озорно подмигнув, Су-Ён притянула друга к себе, обнимая. Ее невинному мальчику сегодня предстояло пройти самый сложный экзамен в жизни, но он совершенно точно с ним справится. Она знала это.       — Ты ничего не забыл? Все взял? — шепнула она у его уха, поглаживая по спине.       — Да… Я перепроверил.       — Ну и хорошо, Чимин-а, он точно будет в восторге, смелей!       Они за неделю все продумали до мелочей. Их план, благодаря скрупулезности Чимина и ее креативу, был обречен на успех. Помешать могла лишь подлая манера друга сомневаться в себе. Эта его глубинная неуверенность, которую взрастил в нем строгий отец, всегда тормозила жажду самовыражения, что плескалась в этом парне через край. Удивительно, но даже такая яркая и смелая Су-Ён, всегда искренне завидовала настоящему Чимину, которого он старательно прятал ото всех в самом себе. Она-то знала, какой он многогранный и смелый на самом деле.       И вот в кармане Пака завибрировал телефон.       «Жду у запасного выхода из зала, снаружи»       Чонгук отправил сообщение и спрятал руки в карманах, движением плеча поправляя спортивную сумку. Он не хотел сейчас быть в шумной толпе — с него хватит на сегодня адреналина и активности. Хотелось прийти домой, упасть на кровать и обниматься с Чимином двое суток подряд. Пусть все остальные отмечают победу с соджу и довольными обсуждениями игры, ему это не нужно. У него другие планы.