Г – Гермиона Грейнджер
26 августа 2021 г., 16:32
Гермиона чувствовала себя шпионом. Джеймсом Бондом в мире магии. И в юбке.
Это было очень сложно, но она пыталась скрывать улыбку. А так хотелось закричать во всю глотку, что наконец-то все наладилось. Все, через что она прошла — все эти подножки, завистливые взгляды, сплетни — все осталось за плечами. Впереди — счастье.
Каждое утро он будил ее нежными поцелуями, а потом на руках нес на завтрак, вниз. И Гермиона была очень удивлена, что он сам его готовил. Готовил, а не приказывал домовикам. Кстати, насчет домовиков, их количество в Малфой-мэноре сократилось до минимального числа, а услуги оплачивались. У них даже появилась рабочая форма — красивая ливрея с фамильным гербом Малфоев.
Каждый день он писал ей милые глупости, заставляя улыбаться в течении дня.
Каждый вечер они всегда встречались в лифте министерства.
— Вы сегодня рано, мисс Грейнджер, — вежливо здоровался Драко.
— Есть к кому спешить, — улыбалась девушка в ответ.
А потом двери лифта смыкались, скрывая влюбленных.
Каждая ночь была особенной — нежной, пылкой, страстной — и Гермиона никак не могла решить, как же ей нравится больше. Он был слишком идеальным. Слишком хорошим. Слишком непохожим на того заносчивого парня из школьных лет.
Поэтому она просто откидывалась на подушки и тонула в его глазах, таких живых и родных.
Он не просто занимался с ней сексом — он умирал в ней каждую ночь. И ему было мало. Была бы его воля, он бы ее не отпускал. Ни на миллиметр.
Он ревновал. Ревновал до спазмов в груди, но никак себя не выдавал. Но стоило ей уделить какому-то сотруднику чуть больше внимания, как сотрудника посылали в длительную командировку или переводили в другой отдел.
Он был уверен в ней. Просто доверял себя. И другим. Но это нормально — он ведь Малфой.
Кажется, все начинали догадываться, что у них есть отношения. Но людской разум был скуден — вместо того, чтобы сопоставить, факты, увидеть то, что происходит в самом центре министерства, они приписывали каждому роман.
И Драко лишь смеялся. Ему тоже хотелось заявить на нее свои права, но она была не готова. Он ждал так долго, что подождет еще. Они еще сотрясут стены министерства.
Но прошло около шести месяцев. За эти шесть месяцев он понял, что ошибался. Грейнджер была той самой, а не просто юношеской фантазией. А она поняла, что Драко другой. С ним было легко и спокойно.
Объявить об отношениях — серьезный шаг. Конечно, он был готов скрывать это и дальше, но Гермиона знала, что рано или поздно какой-то проныра с колдоаппаратом их поймает.
Серьезнее некуда. Его костюмы в ее шкафу ее угловой спальне. Его зубная щетка на раковине. Его друзья уже знают о ней и тепло приветствуют при встречах. В малфой-мэноре же целый шкаф для нее, который она не спешит наполнять одеждой. Ее запах в его большой спальне и в его кабинете. В его легких. Ее нежные стоны в его огромной библиотеке. Без этого они больше не могли.
И сейчас была пятница. Гермиона переминалась с ноги на ногу перед кабинетом Рона Уизли. Драко предлагал сделать это за нее, но Гермиона храбрилась, что справится. И его маленькая девочка справилась.
— Можно? — постучалась она.
— Входите, — разрешили с той стороны.
Она открыла дверь и нерешительно замерла. Помимо Рона, там был еще и Гарри.
— Гермиона, — Поттер тут же подорвался к подруге. — Как раз о тебе говорили.
— Тоже сплетничаете? — попыталась она разрядить обстановку или успокоить собственные нервы.
— Просто обсуждали, что давно не собирались… вместе, — замялся Уизли.
— Понятно, — Гермиона плюхнулась на стул напротив Рона. Их теперь разделял широкий стол.
— Ты что-то хотела? — начал Рональд.
— Нет, — слишком быстро ответила Грейнджер. — То есть, да, — поправила она себя.
Неловкость летала в кабинете, оседая чем-то тягучим на головы и аставляя мысли путаться.
— Я, пожалуй, пойду, — Гарри встал. — Не буду вам мешать.
— Нет, останься, — запротестовала девушка. Ей казалось, если Гарри будет рядом, разговор пройдет спокойнее. Она ведь хорошо знала Рона и его вспыльчивость. Он не сможет сохранить беспристрастность. — Это… по работе.
Гарри сел обратно на диван и по очереди смотрел на друзей. Чувствовал, что-то происходит.
— Я… Гермиона замялась.
Они обсуждали это с Малфоем уже три недели. Гермиона репетировала эту речь уже две недели. Но сейчас язык не поворачивался. Стыда не было — просто она чувствовала, что подвела своих друзей. Но с другой стороны, это ведь ее жизнь. Если не начать жить сейчас, то когда?
— Вообщем, вот, — она протянула Рону лист пергамента.
— Отпуск? — удивился друг. — Бессрочный?! — ахает Рональд. — Что случилось?
Было бы намного проще, если бы начальником отдела кадров был Гарри, а не Рон. Но Гарри возглавлял Аврорат, а Рон полностью нашел себя тут.
— Так нужно, — как-то грустно ответила девушка. И ей действительно было грустно, но по-другому нельзя.
— Возьми отгулы, — советует Рон. — И возвращайся с новыми силами.
— Я не вернусь, — сразу ответила девушка.
— Не говори глупости, Гермиона, — Рон недовольно всплеснул руками. — У тебя поезда в Алжир через месяц.
— Почему? — подал голос Гарри. — Почему ты не вернешься? Что-то случилось?
— Да, Гарри, что-то случилось, — тихой улыбкой улыбнулась Гермиона.
— Что-то плохое? — сердце у Поттера екнуло куда-то вниз.
— Что-то хорошее, — улыбка на ее губах расцвела шире. Друзья выжидающе на нее смотрели, и она сдалась, — я выхожу замуж.
— О! — воскликнул Рон.
— Поздравляю! — порадовался Гарри.
— За кого? — тихо-тихо спрашивает Рон.
— Почему ты не вернешься? — следует вопрос от Гарри.
— Почему ты нас не познакомила?
— Он тебя не обижает?
Вопросы сыпались один за другим, не давая и шанса ей ответить.
— Не молчи, — просит Рон. — Скажи хоть что-то.
— Я написала еще одно заявление, — протянула Грейнджер еще один лист пергамента.
— Но почему сразу увольнение? — Рон не понимал.
— Потому что женщины из рода Малфоев никогда не работают, — ее слова разрезали тишину и повисли мертвым грузом в комнате.
— Малфой, значит, — повторил Гарри.
— Вот сукин сын! — Рон хлопнул ладонью по столу, заставив всех вздрогнуть. — Он тебя заставляет?
— Что? — Гермиона шокировано смотрела на бывшего парня.
— Ты мне сразу скажи, я найду на него управу, — Рон встает с кресла и начинает ходить по кабинету. — Пусть он и помощник Кингсли, я найду на него управу, подонка.
— Нет, Рон, это взаимно.
— Я не верю, — слишком жестко срывается с его губ.
— А тебя никто и не просит в это верить! — Гермиона чувствует, что ее запас решительности подходит к концу. — Тебе просто надо поставить две закорючки и отпустить меня! Это ведь мой выбор.
— Но ты так мечтала о карьере, Гермиона, — растеряно произносит Гарри.
— Я нашла себя в другом, — улыбнулась Гермиона другу, а затем снова повернулась к Уизли. — Жду подписанные заявление до конца рабочего дня у себя на столе.
Уже в самых дверях она была окликнута Поттером:
— Будь счастлива, — улыбнулся Гарри.
Он не мог сейчас ее судить. Он не мог ее понять. У него будет впереди еще вся жизнь, чтобы смириться с ее выбором или понять его, но сейчас он должен быть просто другом.
— Нет, ты это слышал? — завопил Рон, когда она скрылась.
Гарри Поттер покинул кабинет друга через три минуты. И первое, что он увидел, как Драко обнимает Гермиону, успокаивая, после разговора. Именно в этот момент Гарри заметил, что Драко не такой уж и плохой, если к нему присмотреться. Просто Гермионе потребовалось чуть меньше времени, чем ему.
— Будь счастлива, — тихо сказал он, проходя мимо пары.
