...Она всегда будет бежать вперед, не оглядываясь. Она будет убегать от своих школьных кошмаров, но однажды шепот в темноте заставит ее обернуться... Ты слышишь эти шаги? Детка, он пришел за тобой.

— Ты не должен, — она поспешно от него отстранилась, так и не уточнив, что именно он не должен. Но Теодор не дурак: — Я хочу целовать тебя вечно, — и он снова припал к её губам.

— Все будет хорошо, — повторяет девушка и слабо улыбается. На мужских губах — слабая ответная улыбка, а в голове — непонимание: почему она утешает его, хотя должно быть с точностью наоборот? — Наверное, я какая-то неправильная, — всхлипывает Люмин. Чайльд непонимающе смотрит на нее, и тогда девушка поясняет: — Тогда почему мне так больно? Молодой человек ласково проводит ладонями по ее изгибам: — Ты само совершенство, принцесса, — прошептал он в ответ. И от этих простых слов ее лицо просияло

Разговор снова зашел о Грейнджер. — Приятель, она на тебя запала, — сказал Блейз, хлопнув Драко по плечу. Драко кинул взгляд исподлобья на стол гриффиндорцев — действительно, смотрит. Она и ее рыжая подружка. — Уверен, Уизли пытается меня сглазить, а Грейнджер следит, чтобы не сдох раньше времени. — Нотт, выдохни, — снова рассмеялся Блейз. — Грейнджер настроена не на нас, а на этого красавчика. — Блейз, иногда лучшее, что ты можешь сделать — это заткнуться.

– Спасибо, – поблагодарила девушка, снова оказавшись на ногах. Тебе спасибо, Ромашка. – Не стоит, – кратко. Типично для Нотта. Но она не знает об этом. – Спасибо, – упрямо повторила гриффиндорка, несмело улыбнувшись. – Не каждый помог бы… магглорожденной. – Я особенный, – честно ответил Нотт. Он совсем не врал. Болезнь, медленно цветущая в его легких, была уникальной. Она поражала раз в сто лет одного единственного. Чудесное совпадение, не правда ли?