Неоконченная история

Александра Поставив точку, сохраняю файл и, вздохнув с облегчением, отправляю его на печать. Принтер счастливо плюётся листками готового документа. Я собираю всё в кучу, скалываю, втайне радуясь, что всё успела, и на часах не так и поздно. Потом запихиваю всё это богатство в пластиковую папочку и несусь наверх, к кабинету Ивана Петровича. На полпути из дверей другого кабинета выплывает Елена Венгерова, и я успеваю вовремя притормозить, чтобы не сшибить её. Экстерьер у нас довольно сильно разнится: Елена - невысокая, изящная, хрупкая, я же взираю на мир с высоты метра семидесяти двух и смотримся мы с ней, как колли с той-терьером. Увидев меня, она делает стойку и в этот момент становится похожа не на тойчика, а на русскую борзую, завидевшую дичь. - Александра, день добрый, - приветливо щебечет она, только глаза холодны. - А вы здесь какими судьбами? - Я к Ивану Петровичу! - предупреждаю я самые её нескромные догадки и машу перед её носом папкой с бумагами. – Просили очень срочно. Елена на миг замирает, потом расплывается в сладчайшей улыбке, будто задумала какую-то каверзу: - А, так вы, наконец-то, принесли документацию? Что ж так задержали-то? Мы совещание не начинаем, ждём их. - Я старалась быстрее сделать, - бормочу я, пытаясь обойти Венгерову. Но она делает шаг, преграждая мне путь, и протягивает руку. - Давайте мне, я передам, - требовательно говорит она, делая пальцами нетерпеливое движение, будто подманивая меня. – Саша, ну? - Не нужно, я сама, - отступаю я назад. Она шагает ко мне и вдруг, охнув, припадает на правую ногу. Потом, морщась, жалобно говорит: - Ох, так неудачно вчера с тренажера спрыгнула. Ногу растянула, кажется. Сашенька, не в службу, а в дружбу, можете выполнить мою просьбу? Просила секретаршу за кофе сходить, но она, видимо, забыла, а мне, сами видите… Не принесёте? А бумаги ваши я передам, не волнуйтесь, пожалуйста! Она так искренне это говорит, что я тут же преисполняюсь к ней жалостью и с готовностью киваю. Правда, когда я с кофе подхожу к кабинету Елены, дверь к моему изумлению заперта. Ну, вот, не успела. Наверное, её уже вызвали на совещание. Приходится проделать весь путь обратно и вылить остывший кофе. Потом я иду к себе и решительно отодвигаю кучу бумаг в сторону, а перед собой кладу квадратик с паролем от заветного чата: в конце концов, могу себе позволить немного прерваться после упорного труда! На экранчике появляется нужное окошко, но абонента нет на месте. Зато красуется целая борода отложенных сообщений. «Александра, приветствую Вас». «Вернее, поприветствую, когда Вы выйдете на связь». «Надеюсь, это случится в обозримом будущем, а не через двести лет». «Паузу держите мастерски». Набираю торопливо текст сообщения: «Дмитрий, добрый день. Хочу указать на несправедливость упреков. Никакую паузу я не держала. Просто, как ни странно это говорить руководителю, была загружена срочной работой. Ну, слышали, наверное, - это такое времяпрепровождение, когда тебе приносят задания, а ты их выполняешь. Но, конечно, выдающиеся юристы нашей с Вами современности, похоже, несколько выше этой прозы жизни. …Интересно, а есть ограничения по знакам в окошке сообщения?» Настрочив этот поток сознания, я откидываюсь на спинку кресла в ожидании ответа. Но в этот момент к моему столу фурией подлетает секретарша Ивана Петровича и шипит: - Александра, вы с ума, что ли, сошли? Шеф рвёт и мечет! Где документы?! Или вы думает, что…, - она делает многозначительную паузу и продолжает, - что о с о б ы е отношения с руководством позволяют вам пренебрегать своими служебными обязанностями? - Но… я принесла их – возмущенно отвечаю я. - Куда вы принесли? - Я… отдала Венгеровой, она сказала, что передаст Ивану Петровичу на совещании…- Я подскакиваю с кресла. – Я сейчас к ней зайду. Она, наверное забыла! Секретарша смотрит на меня с жалостью, достойной пера Шекспира, потом тянет: - Да-а, Саша. Ну, вы даете, конечно… Просто незамутненная довер... Ладно, - спохватывается она, глядя на моё растерянное лицо, - файл хотя бы сохранили? - Д-да. Но подождите! - торопливо говорю я, опять порываясь бежать. Секретарша настойчиво усаживает меня на место , садится рядом и говорит: - Только в темпе! Печатайте, я отнесу. Да быстрее. Некогда раздумывать! Я кликаю на файл. Файл не открывается. Я тупо таращусь на него. Секретарша нетерпеливо заглядывает в экран: - Ну, что там? - Не открывается. - Чёрт, сегодня же сервер перегружали. Вас предупреждали, что могут быть сбои? - Дружников приходил. Сказал, что может быть недоступен главный сервер. Секретарша барабанит по столу ноготками и бормочет: - К повреждению файла перезагрузка сервера отношения не имеет.. М-да, недооценила размах коварства… Потом выгоняет меня с кресла, садится сама и, потирая руки, говорит: - Ладно, приступаем к спасению наших задниц. Она хватается за мышку, начинает открывать окна, с сосредоточенным видом колдует, потом нажимает кнопку и на экране раскручивается мой многострадальный потерянный документ. Спасительница радостно восклицает: - Йес! – и с видом победительницы поднимается с кресла. - Но… что это было? - Мой вам совет: закрывайте свои файлы от общего сетевого доступа. А то кое-кто может вас огорчить до невозможности. Теперь проверьте быстро, внесите правки, версия восстановленного документа может быть более ранней, чем финальная. Да не смотрите на меня так, было бы чем восхищаться! Сколько я своих документов восстановила, на небольшую библиотеку наберется. Трудитесь, а я пока выпью кофе! В следующие десять минут я работаю в диком темпе. Краем сознания улавливаю сигналы приходящих в чате сообщений. Но мне сейчас, ей-богу, не до этого. Наконец, все правки внесены, я отправляю готовый документ на печать и глубоко задумываюсь. Сказать что я зла, это ничего не сказать. У меня кипит внутри так, что даже руки трясутся. Ну, Венгерова! Ну, подлая интриганка! Встретишься ты мне в темном месте! Тут же изобретаю множество казней египетских. Когда я мысленно вытирала окровавленный тесак о джинсы после расчленения своей врагини, вернулась моя спасительница секретарша и прежним нежнейшим сопрано пропела: - Саша, кофе выпит, меня ждет с нетерпением шеф. Надеюсь, всё готово? Я протягиваю ей пакет документов и с безбрежной признательностью шепчу: - Спасибо, вам. От души. Я ваша должница. Она изгибает бровь и многозначительно кивает: - Ничего не стоит. Сочтёмся, - и уплывает прочь, а я без сил откидываюсь на спинку кресла.