Детективное агентство "Анна и её духи" - 2. История седьмая. Недетские забавы.

— Папа, — спросила Лидочка. — Ты почему такой грустный? Штольман пожал плечами. — Устал! — ответил он. — Понимаю, — погладила его девочка по руке. — Ну, ничего, ты сейчас поспишь, и будет тебе лучше! Мама всё правильно сделала! Яков покивал: да, Аня сделала всё правильно, абсолютно точно. — А у тебя всё в порядке? — вдруг встревожился он. — После того, как ты ко мне пришла? Лида улыбнулась. — В полном! И даже лучше! Я тебе вот что хочу сказать, папочка. Я за вами давно наблюдаю, мне же надо было правильно выбрать. Так вот, вы с мамой делаете мир вокруг вас лучше. И чище. А людей — счастливее. Поэтому всё не бесполезно! Всё правильно! На этих словах Штольман проснулся. Противная горечь во рту ушла, на душе был покой, а тело просило действия. Он отдохнул. Часы на комоде показали, что спал он всего два часа. Ну что же, судя по ощущениям, они действительно были ему необходимы. Аня вернула ему физический тонус, а Лидочка — душевный. Удивительные у него девочки! Сейчас он Сонечку встретит и ещё что-нибудь поймёт о жизни, вот уж чудеса с доставкой на дом! Штольман поднялся с постели, скинул с себя халат, в котором уснул, и принялся одеваться. Наверняка Поль уже прислал материалы на Симона Дюкетта. Нужно всё внимательно изучить перед тем, как к нему ехать. Мальчик пропал, не взяв с собой большую часть своих вещей. Конечно он мог поехать только в форме. Вдруг и в самом деле произошло какое-то несчастье! И тогда завтра они обнаружат Жоффрея у его дяди. Но Яков очень сильно в этом сомневался. Всё внутри него просто вопило о том, что он стал свидетелем чего-то, что стоило ему… Штольман надеялся, что только свободы. И тогда они успеют ему помочь. О другом думать не хотелось. Дверь тихонько отворилась, и в спальню осторожно заглянула Аня. Увидев, что муж уже встал, она просияла и зашла внутрь, с удовольствием разглядывая разгладившееся лицо отдохнувшего Штольмана. Ну вот, теперь она не волновалась. Он пришёл в себя и может теперь работать как обычно: быстро, чётко и продуктивно. — Снова в строю? — улыбаясь, спросила Аня, подходя к мужу и забирая у него из рук жилет, который он собирался надеть. Яков проводил отброшенный на кресло жилет глазами, поднял брови и посмотрел на жену. Блестящие глаза её, горящие розовым скулы и руки расстёгивающие только что им надетую рубашку делали её намерения совершенно недвусмысленными. Тело Штольмана, зная, что будет дальше, так же однозначно ответило, вовсе не принимая во внимание разум, который пытался приводить аргументы против всего происходящего. Ну что за женщина? Знает ведь, что сказал доктор Штерн, а всё равно…ммм… Поймав Анины ладошки, расправившиеся с пуговицами и двинувшиеся дальше, он прижали их к груди и укоризненно посмотрел на жену. — Аня, ну мы ведь уже говорили об этом утром! — Говорили! — согласилась Аня. — И решили, что нужно подождать! — Не решили! — покачала головой женщина. — Мы решили, что если предыдущие полтора месяца нашей дочери не навредили, то всё будет хорошо, это раз. А если всё же есть сомнения, то я сама до тебя доберусь! Это два! С этими словами Аня улыбнулась так, что Яков понял, что она не примет никаких его аргументов, доводов и резонов. Вот что за женщина? Аня ладошки от груди отняла, на талию его положила, глаза подняла и сказала: — Я прочитала тут одну книжку! Яков замер и подозрительно посмотрел на неё. Опять книжка. Он ещё с предыдущей до конца не разобрался, а тут новая! — Аня, мне положительно нужно серьёзно поговорить с нашим букинистом! Что за чтиво он тебе подкидывает! — возмутился Штольман. Книга об обрядах алеутов была заперта в его письменном столе. В приличном доме такую монографию держать нельзя. А вот в его столе можно! Аня хихикнула и провела ладонями вверх до ключиц. Яков ругался на собственное тело, которое за столько лет привыкло к ней и жаждало её прикосновений. А то, что она так же открыто реагировала на него, делало это еще более трудным. Сладким, будоражащим, но трудным. — Эту я нашла сама! — немного дрожащим, низковатым, неприличным голосом сказала Аня, подавшись вперёд. Штольман закрыл глаза и провёл ладонями по её спине, вдыхая белый чай и тонкую ноту винограда. Хрупкое и тонкое стеклянное сопротивление разлетелось вдребезги. — Будешь слушать, что там написано? — Анины губы пробежались по его нижней челюсти и остановились на подбородке. — Нет, — сделал Штольман последнюю попытку вернуть довольно жмурящийся разум на место. — Ну, нет, так нет! — сказала Аня и толкнула мужа на кровать. Она всегда считала, что наглядность гораздо лучше простых слов.