Кальдея. Энигма - тигрозмей

      Скайвинг Джека приближался к Корсе — империи Аргила. Под ними проносились леса, поляны и посёлки — предбанник величайшего государства Аргила. Когда-то давно — более 3 тысяч лет назад, на Кальдее жило множество разных рас, в том числе и люди. Но человеческие племена постоянно сражались за территорию между собой. Нориды — так назывались их кочевые племена. Норидский язык очень сложен и груб, а их культура была построена лишь вокруг варварства и войн. Эльфы презирали их, а множество других рас открыто ненавидели за воинственность. Нориды же боялись всех, кто не был похож на них и яростно истребляли. Шли столетия, а технологии Кальдейских народов развивались — не стояли на месте и нориды. Постепенно они стали объединяться в огромные кланы, а после кланы создали своё государство — королевство Нориж. Появились королевства Заресталь, Талесимия и Замиж. Часть кланов отказались от своей культуры воинов-варваров и ушли в пустыни, создав там спустя несколько десятков лет султанат Мьёрбьорн. Султан заключил союз с орками, гремлинами и санди — расой пустынных кошкоподобных криптидов. Постепенно появились и другие королевства, княжества и султанаты с халифатами — султаны вечно были врагами норидов.       Когда ярость норидов поутихла, эльфийский сенат сделал первый шаг к примирению — был заключён пакт о ненападении. А после создан первый в истории межрасовый союз — эльфы и люди в будущем прославятся как сильнейший межрасовый альянс. Союз вендаррийцев (так же известных, как раса они) ни в чём не уступал силам альянса людей и эльфов. На третьем месте всегда был Гальдарасиль — государство гарпий, во главе с богом небес — Рахаро Рейро, жестоким и сильным. Богом его прозвали не за славу и силу — фактически он действительно был божеством, таким как и остальные краттиды — суть кальдейские боги.       Во время кальванийского вторжения, возглавляемого древним демоном Эрандилом Тенебрисом, князем тьмы и первородным кальванийцем, люди и эльфы объединились для войны с армией тьмы. Хиль’торай, раса, что живёт в Анкесториусе — ангелоподобные существа, преподнесли людям дар — механизм богов, созданный верховной богиней Фреей Виспер. Этот механизм наполнял организм силой краттида и передавал часть крови Фреи. Прошедших ритуал перерождения называли торменторами. После тяжёлых боёв с войском Эрандила, людям было позволено оставить механизм у себя, чтобы защищаться от оставшихся чудовищ и помогать другим. Настали мирные времена — норидские королевства стали объединяться и создавать союзы, а королевство Нориж стало империей Корса, в честь первого императора Корзы. Император начал серию жестоких войн для присоединения остальных королевств себе. После множества войн и переговоров было создано единое государство Аргил, что в переводе с аргилийского означает «единство». Дело в том, что постепенно эльфийская культура всё глубже проникала в норидскую, и год за годом смешивались языки и кровь. В какой-то момент родился новый язык — аргилийский, смесь староноридского и эльфийского.       Столетиями позже, когда последние кальванийцы были стёрты с лица Кальдеи, корситы (а куда Корса — туда весь Аргил) вновь начали гонения других видов. За каких-то пару десятилетий они полностью разрушили несколько цивилизаций — фелитас, калонги, кобольды и многие другие. Конечно, они не были истреблены полностью — их города были разорены и уничтожены, а жители перевезены в Корсу как в резервации. Кальдейский фронт, в который входили почти все высокоразвитые расы, чьими правителями были древние боги-краттиды, не смогли простить такого и поставили ультиматум — либо корситы остановятся, либо будут уничтожены. Сама Фрея явилась императору, предупреждая о чудовищности таких действий. Причиной этих войн были уже не отличия от людей — нужны были ресурсы и территории, а другие расы отказывались оказывать какую-либо поддержку. Император избрал путь силы. Результатом стало расширение территорий Аргила — Корсы и других королевств.       Сейчас шёл 1753 год по новому календарю. Ситуация в мире обострилась — Аргил вошёл в состав Кальдейского Фронта, вернулись кальванийские твари, появились новые угрозы в лице культистов и других группировок. Конечно, никто не забыл грехов Корсы, но в целом большинство остались довольны исходом — был достигнут долгожданный мир, а многие государства получили желанный товарооборот, прибыль и доступ к мировой политической арене благодаря императору Асато Корзе. До недавнего времени закрытая Корса стала многорасовой империей — кроме захваченных рас, другие расы могли свободно поселиться там и жить как полноправные граждане. Из-за увеличения количества государств на мировой арене, экономика и режим многих стран стали нестабильны, зато в эльфийском сенате, Гальдарасиле и Аргиле всё только улучшалось, что привлекало туристов и желающих стать гражданами, начать новую жизнь — хорошую и спокойную. Встречались и противники такого соседства людей и криптидов, как правило — с обеих сторон. Но имперская армия строго следила за порядком в городах и деревнях. Сейчас уже было сложно удивить кого-либо вспахивающим поле фелитасом или поющей в баре мантикорой, которая после выступления дружно пила пиво с местными мужиками. Чаще стали случаться свадьбы двух видов. Тут тоже была одна особенность — два разных вида не могли иметь потомства, но люди или эльфы вполне могли с другими расами. С одним нюансом — женщина-криптид могла родить как криптида своего вида, так и человека или эльфа. Но эльфийская или человеческая женщина не имеет возможности иметь детей от криптидов. Так было в силу анатомии видов.       Джек вышел на длинный мост белого, ослепляющего света, вымощенный брусчаткой. Весь имперский замок был отделан в бело золотых тонах — дань Анкесториусу, миру краттидов и хиль’торай. По небу медленно плыли облака и гигантские дирижабли, вдали виднелись маленькие силуэты рассекателей стратосферы — маленькими они были лишь издалека. Вблизи один такой рассекатель было бы сложно охватить взглядом — в длину они были не меньше 300 метров, а в ширину более 80. Настоящие небесные линкоры. -Ждите здесь, -хмуро бросил Джек команде. Загадочный силуэт мелькнул где-то на периферии зрения — всего на секунду, но острый взгляд торментора заметил его и Нейтан долго высматривал в радостной толпе силуэт человека в чёрном плаще. Разумеется, никого он не увидел. -Что-то не так? , -спросила Мива обеспокоенно. -Всё в норме, -не сразу ответил Джек, -Ждите. Ишизаки осталась смотреть на удаляющуюся спину капитана — её терзало беспокойство — совсем недавно он стал вести себя иначе. Закрылся, чаще просыпался в холодном поту — кошмары часто мучают торменторов, а некоторые и вовсе иногда теряли рассудок после десяти лет службы. Но с Джеком творилось нечто иное. Его словно преследовал один кошмар. И во сне и наяву — загадочный силуэт, который он всё чаще выискивал в толпе.       Широ незаметно подкралась сзади, задумав очередную пакость, но остановилась в последний момент. Перевела взгляд на почти исчезнувшего Джека, снова посмотрела на Миву и опустила голову, виновато буркнула: -Что случилось? -Он опять кого-то искал.       Мимо весело галдящих Саймона и Элиота, пихнув обоих, прошла наёмница — девушка с пепельными волосами, в чёрном костюме-накидке с широким капюшоном и в шляпе-треуголке, с каждым шагом она словно щёлкала как скелет — бряцали различные кинжалы, ловушки, цепи и множество других приспособлений. Человек-армия, «гремящая смерть», «Железная дева», или официально — Элеонора фон Гофманн. -Эй! , -хотел возмутиться Саймон, но был остановлен Элиотом, который знал ходящую за ней славу безжалостной убийцы кого ни попадя. -С ума сошёл? Она перебьёт всех нас одним взмахом руки! -Не станет, -кровожадно оскалился он, -Не в городе, а там можно и слинять.       Сегодня действительно значимый день — день Зальденского Пакта. День, когда человечество вступило в Кальдейский фронт. В этот день официальный представитель фронта, краттид Рейбл Кейн прибывал в Корсу, в столицу Темпарт. Во всём аргиле — в каждом королевстве и княжестве, в каждом графстве и деревне начинались недельные празднования в честь мира между всеми расами. Хотя присутствие представителя было странным — ведь Аргил входил в Кальдейский фронт под эгидой краттидов Ремпи Цартры — боевой богини. -О чём задумался? , -Джека остановил его учитель и наставник — Хайзенберг. Именно он спас торментора десять лет назад под Раленом от инфирила класса «преторианец». Высокий, длинноволосый, крепкого телосложения и слишком идеален на внешность — чёрные волосы трепались на ветру, а сияющие алым ехидные глаза прожигали насквозь. Высший вампир ранга «фаэтон» — единственный в мире «хороший» вампир. Сложно было сказать, откуда появились вампиры, но расой они не являлись. Это была болезнь, пришедшая с юга более тысячи лет назад. Вампиров можно назвать мутантами, как и химеридов. Отличием было то, что вирус вампиризма был заразен только для людей, для всех остальных он представлял смертельную опасность — вызывал лихорадку и остановку всех процессов в организме. -Доброе утро, Хайзен, -мрачно поприветствовал учителя Джек, потирая шею, отвернувшись на улицу внизу, где как бурная река, толпились горожане и туристы всех видов. -По тебе так и не скажешь, -в недоумении замер вампир, -Что-то случилось? -Не люблю шумиху. Вот и всё. -А, -загадочно протянул он, -Ну, это в твоём духе. Кстати, Веля тоже прибыла. -А этой чего понадобилось? Хайзенберг примирительно положил руки на плечи бывшего ученика: -Не кипятись. Всё действительно очень серьёзно. Весь Кальдейский Фронт как на иголках. Джек искоса посмотрел на вампира, серьёзно глядящего на него. Хайзен посмотрел куда-то вдаль, раздумывая о том, следует ли заранее рассказывать о теме предстоящей беседы. -Впрочем, иди. Скоро поймёшь сам, -нет, такого права он всё-таки не имел. Хайзенберг питал к Джеку отцовские чувства, ведь именно он занимался воспитанием Нейтана в юности, а спустя много лет стал его учителем магии и владения мечами, оружием всех мастей и обучил мастерству создания фамильяров. -Хорошо. Ладно, до встречи. -Удачи тебе, Джек. Береги себя.       Джек встал посреди коридора, замерев. Лёгкая дрожь прошла по его спине, едва осязаемый страх метался в груди. Перед ним стоял сильнейший человек в мире — Дреус Бругманс. Человек он был видный, статный и внушал доверие и спокойствие настолько же, насколько и страх с желанием покаяться во всех грехах. Высокий, широкоплечий, аккуратное лицо, окантованное изящной линией идеально подстриженной бороды. Во взгляде читалась уверенность в себе, жестокость и властность. Его пышная рыжая шевелюра развевалась на гуляющем в замке сквозняке, который словно кот с клубком игрался с его плащом-мантией чёрного цвета. -Рад встрече, Нейтан. Кажется, мы не виделись целых пять месяцев, -голос его эхом разнёсся по коридору, резонируя от стен и потолка. Зычный, бархатистый — но хлёсткий баритон воина. Джек мгновенно расслабился — всё-таки Дреус был его старым другом, хоть и с очень пугающим взглядом. -Да, -пожал ему руку торментор, -Все уже собрались? -Остался лишь ты. -Вот как. Тогда время присоединиться и нам. Дреус ответил молчанием. -Выглядишь обеспокоенным, Дреус. На тебя это непохоже. Куда подевалась стена безразличия? -В этот раз всё иначе, друг мой, -они шли по коридору, отделанному дорогим серебристым материалом с имперскими узорами, -Начались недельные празднества. Но что для гражданских праздник — головная боль для меня. -Понимаю, -протянул Джек, как всегда без особых эмоций, -Снова беспорядки? -Да. -Быть может, стоит задействовать линчевателей из инквизиции? -С ума сошёл, Нейтан? Конечно, ситуация не самая лучшая — когда собирается столько людей всегда что-то может пойти не так. А если кроме людей там есть и другие виды… -Да уж, -вяло усмехнулся Джек, -Ладно, рад был встретиться.       В зале собралось тридцать торменторов — почти четверть всех торменторов Аргила. Остальных Дюран не вызвал. Причина — ему были нужны лишь сильнейшие. Разумеется, Джек не мог не заметить «Железную деву» Элеонору — его старую боевую подругу, известную наёмницу. У Джека было много поверженных противников, но сразить такого ему было не под силу, сколько бы он ни пытался. Всё, чего он добился — лишь несколько раз выпить с ней дорогого виски и несколько раз переспать. Каждый раз она бесследно исчезала, не оставив даже записки. Пожалуй, холодностью своего сердца она могла бы конкурировать с ледяными элементалями. Вскоре вышел Валерий Дюран — действующий глава Ордена торменторов. После упразднения системы домов охотников востребованность этих магических мутантах снова возросла. Может, люди и боялись торменторов, но власти понимали всю необходимость в существовании таких монстров. Им не было равных в ликвидации диких зверей и разных агрессивных монстров, терроризирующих простых людей. -Благодарю, что прибыли вовремя, -Дюран выглядел на 60, но на самом деле ему было около 100, всё из-за природы торменторов. Строгая рубашка, чёрный костюм поверх, строгие брюки и небрежно причёсанные густые чёрные волосы с того же цвета взъерошенной ровно выстриженной бородой — Валерий никогда не менялся. Хотя нет — всего пару лет назад у него было два глаза, а сейчас он ходил с повязкой. Дело было не в ране — регенерация торменторов очень сильна. Его глаз мутировал в химерический из-за одной битвы, в ходе которой Дюран высвободил слишком много тёмной магии. В этом и была цена за превращение в торментора — гибрид хиль’торая и кальванийца. Возможно, в этом было что-то философское — чтобы бороться со злом, нужно самому частично стать злом? Кто знает…       Поток мыслей Джека был прерван речью Дюрана: -Всех волнует возрождение Эрандила, всех пугают инфирилы. Всех пугает Прорыв, случившийся тридцать лет назад. Даже меня, бывалого ветерана, порой пробирает от того, что можно увидеть в разломах, ведущих в пучину Кальваниса. Каждый из вас не один раз уже сталкивался с аномалиями. Перейду к делу — по всему Аргилу одновременно появилось сразу несколько аномалий. Всем, конечно, известно — Кальванис набирает мощь, инфирилы становятся сильнее год от года, а опасность аномалий растёт. Но эти аномалии — в десятки раз мощнее. Их происхождение установлено частично — к делу причастен культ Энигма. Сумасшедшие фанатики тысячи лет изводят всех своими выходками, но как только вернулось это чудовище — Эрандил, они словно с цепи сорвались. Кроме того — Дреус, активность стала проявлять группировка Пламя Гиен. Я хочу, чтобы ничто не угрожало людям. -Я уже неоднократно сталкивался с ними. Паладины патрулируют улицы, а рыцари караулят основные места скоплений граждан. Повод для беспокойства будет всегда, но безопасность в городах на высшем уровне, уверяю тебя. -Рад слышать. Что касается аномалий — я уже приготовил списки, каждый из вас закреплён за определённой аномалией. У вас будут сутки на подготовку и немедленно отправляйтесь в указанные города и королевства. Самое ужасное в том, что все эти аномалии связаны магической сетью. Что будет, когда сеть сформируется полностью — предугадать сложно. Но ничего хорошего это точно. Джек, Элеонора — вы должны объединиться в одну команду. Ваша аномалия слишком опасна. Второй такой же займусь я один. Все свободны. А ты, Джек, останься.       Речь Дюрана продолжалась недолго — около получаса. Когда все уже разошлись, Нейтан подошёл к Дюрану, стоящему у круглого окна. Пейзаж открывался действительно прекрасный — иссиня-белый, с золотистыми элементами город Темпарт, раскинувшийся под ярким синим небом. Там, внизу — текла река из людей, эльфов, ламий, фелитасов и многих других рас. Между ними бегали дети, веселились молодые родители, за ними наблюдали их родители из окон. Город жил и процветал. Лениво плыли облака, а под ними раскинул крылья сокол. Жаркое солнце беспощадно палило, кричали старушки на рынке, вот кто-то снова пнул мячик и разбил чьё-то стекло. Где-то плакал чей-то новорожденный ребёнок. Собака, гавкающая на прохожих. Лихач, сбивший какого-то юнца. Джек замечал каждую деталь, каждую мелочь, кажущуюся повседневностью. Но что-то… -Ты ведь знаешь легенду про Эрандила и Леонарда? , -спросил наконец Дюран. Но что-то всё-таки Джеку казалось неправильным. Что-то было не так. Что-то подсказывало ему, что всё начало не по плану ещё до прилёта в Темпарт. -Легендарного Леонарда Гектора, сразившего Эрандила? -Да, про него. Это был сильнейший торментор за всю историю существования Хиль’варэ. Первый из нас. -И… что с того? , -Нейтан повернул голову. -Легендарнейший герой, убивший чудовище… что, если я скажу тебе, что Эрандил не возрождался?.. -Чего? Э-это как? , -невозмутимость Джека мгновенно пошатнулась. -Что, если я скажу тебе, что Гектору не хватило сил сразить такое чудовище? И он принял решение запечатать его. Как ты отреагируешь? -Должно быть, я бы не поверил, -задумчиво и не сразу ответил торментор, -Это правда? -Не знаю. Это всего лишь слухи, распускаемые в некоторых местах. Джек. -Да? -Рассчитываю на вас.              Уже стоял вечер, но в душах людей и криптидов разгоралось настоящее безумие — бесился город, плясала душа и лихорадило воздух барабанами и музыкальными инструментами — грохотал международный концерт на центральной площади. Ор и крики вдрызг пьяного народа могли сравниться по громкости с самим фестивалем. Опьяняющая музыка завлекала своей дикостью, хтонической мощью рас — в композициях, что исполнялись на сцене смешивались стили сразу нескольких народов. Нейтан остановился лишь на мгновение, прислушиваясь к словам песни… и вот он уже стоял недалеко от сцены, потягивая четвёртую бутыль крепкого вина. Перед глазами всё плыло, музыканты — голые по пояс бородатые мужики, играли что-то дикое, бешеное, сводя с ума барабанные перепонки — маги, которые усилили мощность звука постарались на славу, музыка пробивала до костей, заставляя каждую клетку вибрировать в такт музыке.       Вдруг послышались знакомые строки из одной старой легенды. Уже изрядно выпивший Джек, наполовину лежавший в супе, поднял голову, мигом покраснев. Свисты и дикие выкрики заглушали самих музыкантов — на сцене появилась всеобщая любимица. Рваные штаны из кожи, тугой, манящий алый балконет и несколько крупных цепей с языческими символами — вот и вся её одежда. Шикарная грива от груди до спины извивалась в такт её пластичным движениям, она вышла как королева, властно вышагивая и виляя шипастым, словно роза, хвостом. Пушистые, когтистые лапы, в которых она держала гитару, в такт музыке барабанили по корпусу. Хищным взглядом возбуждая внимание публики и всех мужчин, мантикора оскалилась, закусив губу, сверкнула кошачьими глазами и запела, вызвав волну мурашек даже у Джека. Торментор стоял, прикованный к столику, наблюдая лишь за ней — за её движениями, плавными как будто она была в воде. Через несколько минут на сцену присоединился вампир в чёрных одеждах, начав исполнять что-то на староноридском и местами вставляя куплеты на эльфийском. Вместе с мантикорой они стали кружиться в танце, поочерёдно сменяя друг друга на роли певца.