Кальдея. Энигма - тигрозмей

      На следующий день, когда план был разработан, Джек без сомнений двинулся в сторону шахты. -Торментор. И вы все — если встретите хоть кого-то выжившего. Прошу, незамедлительно убейте. Ради их блага. Джек не ответил, как и его команда. Когда весь отряд скрылся в глубинах шахты, викарий тяжело вздохнул и направился в сторону деревни. Но по пути встретил Элиота. В его руках был шприц с тёмно-фиолетовой жидкостью. Гартулий довольно усмехнулся и размял плечи, взгляд сверкнул сталью.       В шахте было странным всё. Начиная от древности — казалось, здесь не бывала нога человека целых десять лет и заканчивая потухшими факелами, явно установленными недавно. Это противоречие ставило Джека в тупик. Хотя, если подумать — всё сходилось. В шахте могли быть энигмовцы. Поворот за поворотом — группу встречала мёртвая тишина и холод да коридоры, укутанные в полотна паутины. Глаза пещерных восьмилапых тварей переливались бело-лиловым в тёмных углах шахты. Шаг за шагом они шли к следующей развилке, света становилось всё меньше, подойдя к развилке его не осталось вовсе — тоннели утопали в абсолютном мраке. Из тёмных недр не просачивалось ни малейшего шороха — даже Джек не слышал ничего. -Здесь что-то не так, -выпрямился Джек. -Да. Здесь кто-то был. -Не в том дело, Саймон, -встала рядом Мива, -я не чувствую барьера. -Он есть, -помрачнел Джек, -Но… здесь что-то не так. Зейн с тревогой осмотрелся, используя вторую пару глаз — маленьких, узких жёлтых скотопических глаз, закрытых в неиспользуемом состоянии.       Чем дальше они шли, тем хуже выглядела шахта — несколько светящихся низших духов, призванных Джеком придавали всему вокруг зловещий мертвенно-бледный голубоватый цвет. Потолок уже ничто не держало — последние хоть как-то сохранившиеся перекрытия остались далеко позади. Местами каменные своды пещеры сменяли недостроенные кирпичные кладки и замурованные ходы. Ходы изрядно исцарапанные чьими-то огромными когтями. Вот очередной перекрёсток и очередной замурованный проход — красные кирпичи, завёрнутые в несколько слоёв паутины и… огромная дыра посередине. Словно что-то огромное прогрызло или проломило себе путь с той стороны в шахту. Команда прошла дальше, задержался только Саймон — несколько секунд он выглядывался в беспроглядную тьму за стеной. Следующие за Джеком «светлячки» уже не освещали это место и Саймон остался в кромешной тьме, в которой воображение стало рисовать в черноте огромную пасть, края которой не было видно. Дёрнувшись, Джендо поспешил нагнать товарищей, не желая оставаться наедине с пугающей дырой в стене.       Перекрёстков становилось всё больше, шахта незаметно превратилась в пещеру со следами человеческой деятельности. Полукруглые тоннели, неровные горы мусора на полу — куски опалубков, кучи камней вперемешку с осколками кирпичей и разбросанные вещи шахтёров — кирки, лопаты, вон валялась вдали брошенная тачка. -Такое впечатление, что они просто бросили всё и бросились на выход, -неожиданно для себя Саймон звучал абсолютно спокойно, хотя его сердце сжимали тиски страха. Он не боялся темноты, не боялся быть убитым — это был страх перед неизвестностью. -Почему аномалии всегда появляются в таких отвратительных местах? , -Зейн же был подавлен — его заметно трясло, по пути Широ судорожно подшучивала над ним, на что Виканд смеясь говорил — мол, от холода трясёт. -Мы ещё не пришли. Она под нами. Не знаю, насколько глубоко, -Джек выглядел мрачнее обычного. Его тяготило нахождение в месте обитания инфирилов. Но что было удивительнее — до сих они не встретили ни одной твари. Барьер Гирха? Может, и так — Нейтан не мог предположить альтернативных вариантов. Джек мог бы использовать магию для нарушения целостности барьера — но тогда бы шахта обрушилась. Впрочем, для этого не пришлось ломать ничего — Джек поздно заметил ещё одну ловушку в шахте. Если довериться инстинктам и тёмному зрению, становилось ясно — вся шахта одна большая ловушка. Пространственная магия, старый приём с замкнутым пространством. Вкратце сообщив команде об этом, было принято решение разделиться. Одинаковые тоннели, перекрытия и перекрёстки шахты выводили из себя даже невозмутимого торментора, раздражая и отнимая ценное время. Ловушка простая до невозможности — необходимые места отмечались печатями, затем проводился ритуал по сцеплению печатей. Получалась замкнутая искажённая структура, выбраться из которой крайне сложно. Способа было лишь два — либо найти лазейку в ловушке, либо разрушить поток синергии, текущий в замкнутом месте. Но это было чревато — неизвестно, что могло произойти с теми, кто находился в ловушке. Через полчаса блужданий в затхлых, провонявших пылью и кислыми испарениями грибов с плесенью Джек обнаружил тоненькую струйку эфира, ведущего себя странно — она дёргалась и прерывалась. Следуя за ней, он постоянно подпитывал струйку своей магией, расширяя. И вот уже через десять минут он покинул зловещую ловушку, исчезнувшую в тот же миг.       Но на этом пещерные злоключения не закончились — стоило Джеку разомкнуть магическую ловушку, он ощутил как в недрах шахты расцветает сразу несколько источников магии. Они вспыхнули цепочкой. Всё ближе и ближе. -Живо! Сюда!,-он слишком поздно понял что это было. Объяснить не успел - цепочка взрывов дошла до них, треснули стены и перекрытия, тряска и грохот несколько раз обошёл всю шахту. Широ видела всё — как завалило Саймона, как скатились Джек, Зейн и Мива, куда пропал Дестраф — непонятно. Сама же Широ застыла в неудобной позе, между ног лежала упавшая с потолка огромная рейка, державшая потолок. А вокруг неё был сам потолок — груды камней и карстовых пород, хрупких и слоистых. -Саймон? Ты цел? Саймон! , -пыталась докричаться до товарища вайд, но груда камней молчала. Решение раскапывать её Широ забросила почти сразу — посыпавшиеся породы сверху дали пугающий намёк — ещё несколько неосторожных движений — и обвал повторится. И даже бессмертная нежить не перенесёт подобного — обвалится ведь не жёсткий слой обветшалых заплесневелых камней и деревяшек — обрушится вся порода. Попытка пройти к завалу с другой стороны тоже не удалась — почти все развилки были заблокированы камнями и огромными каменными плитами. Для выживания любому существу нужна цель, не важно в какую безвыходную ситуацию ты попадаешь. Такова природа любого живого существа. Вайды — не исключение. В смерти Саймона она не сомневалась — но вот Джека убить сложнее. Смирившись с потерей друга, Катай определилась с целью — ей нужно было отыскать выживших товарищей.       Сознание приходило и уходило, мерцали бредовые мысли, пульсировали алыми вспышками боль в голове и груди. Саймон сморщился — всё было как в тумане, мерещились звуки поезда и стрельба, рёв драконов, много чего ещё — прошло около часа, прежде чем он пришёл в себя окончательно. И обнаружил, что лежит под кучей камней. Внезапно — будто вспышка — нахлынули воспоминания: вот они идут, вот всё задрожало а вот — на его глазах обрушивается стена, он толкает Широ в сторону, а сам оказывается под завалом. Всё нахлынуло слишком быстро — Саймон дёрнулся и тут же пожалел. В груди снова сдавило болью сердце и лёгкие. Сломано несколько рёбер. А ещё ссадины, порезы, ушибы и возможно сотрясение. Кое-как раскопавшись, кряхтя и кашляя кровью, Джендо выполз из-под груды пещерного потолка, но встать смог не сразу. В голове было совершенно пусто, хотя секунду назад мысли роились словно олени, увидевшие рысь. «Все мертвы» — очевидная, но почему-то совсем спокойная мысль всё-таки проскочила. «Все мертвы. Может, даже Джек» — гораздо спокойнее подумал Саймон. С трудом встав, наёмник потёр больной бок и тут же замер, пытаясь понять, что же это такое тёплое и влажное сейчас он трогает. В кромешной тьме не было видно ничего, но видеть и не требовалось — всё и так было кристально ясно. Кровь. -Сука, -сквозь зубы прошипел Саймон, беспомощно оглядываясь. Подыхать в грязной заброшенной пещере совсем не хотелось. Если и подыхать — то только после бурной ночи с двумя красавицами. Возможно, это будет ножевое ранение в сердце? Да, именно так — и убьёт его одна из красавиц. Или, может, он перехватит её удар, остановит жарким поцелуем и вырубит после крепким кулаком? Нет, всё же лучше…       За лихорадочным потоком мыслей он перевязал торс своей курткой, предварительно изрезав. Не жгут конечно — кровотечение не остановилось, но как минимум замедлилось. Если повезёт — сил хватит на три-четыре часа. Но идти он не спешил — сначала надо было понять, что в такой ситуации делать. Ответ, впрочем, пришёл сам — выбираться на поверхность. В таком состоянии Саймон мало на что способен, перелом рёбер, пробитый живот, сотрясение — тот ещё набор. Голова кружилась, а из-за отсутствия хоть какой-либо видимости становилось только хуже. Какое-то время Саймон молча вслушивался в тишину, пару раз пробовал звать Широ и Дестрафа — но безрезультатно. Пещера поглощала все звуки на расстоянии пяти метров. Потом снова вслушивался — но слышал лишь биение своего сердца и шум крови в ушах. Он был совсем один. От этой мысли скручивало внутренности от страха. Но если зайти с другой стороны — он совсем один! Действительно — ни единого шороха какой-то твари. Это не означало, что за поворотом его не ждут чудовища, но зато снизу точно ждали культисты и возможно в скором времени — кальванийцы. Такие выводы подтолкнули Саймона собраться с силами и поскорее уходить. К его счастью глаза немного привыкли к полной тьме и сейчас уже более-менее удавалось разглядеть какие-то силуэты. В лучшем случае он видел очертания стен, но этого хватало. Хоть и совсем с натяжкой.       Через полчаса Джендо потерял счёт времени — казалось, его блуждания по бесконечным коридорам, ведущим к тупикам в виде завалов длились уже целую вечность. Каким-то образом ему удалость отыскать ту самую стену с дырой. Наёмнику было уже не до сомнений — раз других вариантов не было, сгодится и такой. Кое-как протиснувшись в дыру, он двинулся по коридору. Вышел к другому рукаву шахты, чуть более целому, но тоже пострадавшему от обрушения. Всюду мерещились тени, шорохи, голоса и шёпот. Появился кровавый кашель, несколько раз его рвало. То и дело мерещился стук кирки, грохот вагонетки и голоса шахтёров, каждый раз голоса были разные — быстрые, медленные, смешанные и многослойные. Пагубное воздействие аномалии и сотрясение безжалостно выжигали из Саймона рассудок.       Совесть осуждающе гнобила Джендо за попытку сбежать, но орущие об опасности инстинкты самосохранения заглушали её. С товарищами было комфортно, было и приятное времяпрепровождение и серьёзные ситуации, бывало грустить, случалось смеяться. Но наёмник останется наёмником — это всего лишь его клиенты, пускай и очень хорошие. И работа вышла вполне долгосрочной, что для наёмника редкость. Да, именно так — его контракт подошёл к концу. Так решил Саймон — за всё время похождений с Джеком он попал в такую патовую ситуацию впервые. Он словно прозрел — подобное не для него. Куда лучше и привычнее вернуться к старой работе наёмного убийцы. А лучше просто вернуться в Визандию, забрать свои деньги из банка и залечь на дно. Просто спокойно пожить пару лет, ничего не делая. А там может и новые идеи как жить появятся. Но сначала выжить и выбраться. Рефлексия — один из защитных механизмов человека в стрессовых ситуациях. Это случилось и с Саймоном — он блуждал в тёмных коридорах какого-то лабиринта, похожего на складские помещения, параллельно борясь с совестью и размышляя о будущем. Несколько раз он видел мелькающие фигуры в темноте с сияющими глазами. Пещерные пауки. Стрелять из оставшегося пистолета — этот вариант Джендо сразу откинул. Осталось ещё привлечь внимание какой-то другой твари шумом. Впрочем, от него и так разило кровью и страхом — лакомый кусочек для многих пещерных хищников. Но, видимо, из-за аномалии в этой пещере практически не было никаких чудовищ.       В третий раз пройдя мимо чего-то, напоминающего карту, Саймон осознал — он заблудился. В пещере. По счастью где-то через десять минут после этого ему удалось обнаружить заколоченный досками проход куда-то — долгожданный выход из отвратительного склада, куда он попал провалившись. Деревянные перекрытия не выдержали его веса, когда наёмник бродил по полузаваленным тоннелям. Внезапно всё вокруг затряслось, раздался оглушающий грохот, посыпались осколки пород — а в следующий миг из темноты на него выпрыгнуло что-то лохматое, пахнущее кровью и дождём. Последнее, что он запомнил — свист, звучащий, казалось, у него прямо в голове.       Сомнения Широ были напрасны — выход нашёлся почти сразу — узкая, обветшалая лестница из дерева, пожранного плесенью и термитами. Проблема была в том, что лестница вела вниз. Вайд не особо переживала за своё здоровье — будучи нежитью, она не чувствовала боли, регенерировала и не нуждалась в еде, воде, воздухе и сне. Хотя, безусловно, и ела и спала и дышала. Последнее было чем-то вроде старой привычки, которую Широ даже не замечала. Как только её нога коснулась каменного пола, Катай вздохнула с облегчением. Может, она и стала вайдом — но осталась человеком. С присущими ему страхами и беспокойствами. Её подгоняла одна мысль — «надо отыскать товарищей». Да, Саймона была жаль, но Широ была не из тех, кто станет убиваться горем — сожалениями делу не поможешь. Потому, отбросив эмоции, она сосредоточилась на том, где ей искать выживших. Джек и Мива наверняка выживут. Зейн и Дестраф — под вопросом.       За размышлениями она не заметила, как изменились звуки — они стали более гулкими, появилось эхо. Но самое главное — звуки шагов. Словно бы Широ шла не по камням, а по талесимской керамике. И правда — пригнувшись, она провела рукой по полу. Холодный, гладкий, местами потрескавшийся. Много пыли и мокрой грязи. Катай помрачнела, вглядываясь в пол. Вдруг взгляд уцепился за ещё одну важную деталь. За тонкий шнур, тянущийся по полу и уходящий куда-то за угол узкого коридора, покрытого старым корситским кирпичом — серым, монолитным и невероятно прочным. Что-то было не так. Провод был подозрительно похож на… -Что? , -вырвалось у Широ, когда она крадясь вышла в просторный зал с полукруглым потолком из того же кирпича. Несколько круглых и квадратных столов из дерева и металла, шкафы с книгами, геометрические и алхимические узоры кровью и какими-то тёмными красками. Вокруг центрального стола стояло пять узких скамей, на столе три железных чашки. Чайник, тарелка, раскрытая тетрадь. И лампочка. Старая, то и дело мерцающая, она тускнела и снова горела с прежней яркостью. Одиноко висящая под потолком лампочка приглашающе мерцала, заигрывала с нервами. Катай попятилась. Электричество? Здесь, внизу? Откуда? Хотя нет. Широ вдруг поморщилась — она знала, откуда. Культисты. Все эти узоры, оставленные предметы посуды и разбросанные книжки с коробками из-под алхимических ингридентов. Всё вокруг было зловещим. Все эти азличные пентаграммы и другие непонятные оккультные узоры, символы на полу и стенах.       Немного успокоившись и убедившись, что она здесь одна, Широ пришла к выводу, что, возможно, следует задержаться здесь и осмотреть всё. Быть может, ей удастся отыскать какие-то зацепки — с какой целью Энигма создают аномалии и чего добиваются. Даже если не удастся найти товарищей — у неё будет информация, которая наверняка будет очень важна для Ордена. В конце концов — она подчинённый торментора, а значит будет вести борьбу с Кальванисом до самого конца.