VIII
30 июня 2021 г., 23:06
"Хосок знает что делать."
Чимин утопает в чистом аромате одеколона Юнги, вдыхая цитрусовый аромат, который все еще остается на ткани его рубашки. Ему нравится это. Это ощущение пальцев Юнги, медленно проводящих по его позвоночнику. Чувствовать, как поднимается и опускается грудь Юнги, когда он дышит. Моменты с Юнги всегда заставляли его чувствовать себя дома. Его прикосновения всегда ощущались как теплое одеяло в холодный дождливый день. Звук бьющейся посуды будит его и он с трудом удерживается от того, чтобы снова не провалиться в сон. Повернув голову, Чимин обнаруживает рядом с собой аккуратно сложенные подушки и постельное белье. Его грудь опускается, вспоминая прошлую ночь. Пак тяжело вздыхает. Он смотрит на дверь по крайней мере уже добрую минуту. Юнги находится снаружи, возможно, на кухне, но Чимин чувствует беспокойство. Он не совсем уверен, чего следует ожидать. Не уверен, что действия Юнги прошлой ночью были лишь сиюминутными. Или все это было из жалости. Он стонет, вставая с кровати. Бросив взгляд на зеркало, он решил хоть немного привести себя в порядок, прежде чем встретиться с Юнги. Он выглядел как сумасшедший после всех своих ночных слез, поэтому он провел пальцами по волосам, затем легонько похлопал себя по щекам, чтобы пробудить циркуляцию крови, надеясь, что это придаст ему хотя бы намек на румянец. Надев белую рубашку и нижнее белье, Чимин, наконец, выходит из комнаты. На кухне он увидел Юнги, который в черной футболке, достаточно обтягивающей его тело, жарил на сковороде паджеон. Юнги уже давно не пользовался кухней, потому что после ухода Чимина ему некому было готовить. — Привет, — едва слышно сказал он, спокойно глядя на Чимина. — Ты хорошо спал? — Да, — кивает блондин, нерешительно подходя к Юнги. Он видит яичную скорлупу, муку для блинов и грязную посуду на столешнице, а затем большую тарелку паджона. — Ты… хорошо постарался. Чимин теперь стоит в нескольких сантиметрах от Юнги, внимательно изучая его. — Я подумал, что ты будешь голоден, — внимание Юнги возвращается к сковороде, но он все равно иногда посматривает на Чимина. На задворках сознания младшего мелькает мысль о нерешительности. Но сейчас все, что он хочет сделать, это нежно обхватить Юнги за талию, прижаться спиной к его груди и положить подбородок на плечи Юнги… Так он и сделал. Пальцы Чимина проделали небольшой путь по холодной столешнице, пока не достигли руки Юнги, он просунул свои пальцы между пальцами Юнги, касаясь его так нежно, как только мог. Он расположился позади Юнги, нежно обнимая его руками за талию, прижимаясь к нему всем телом. Как солнечный свет, который прилипает к коже после долгой зимы. Чимин скучал по этому больше всего. Юнги расслабляется от прикосновений Чимина и улыбается, даже не осознавая этого. — Чимин-а. — Не заставляй меня уходить, — Чимин шепчет тихо, словно умоляя. — Я не уйду, даже если ты попросишь. Юнги усмехается тону Чимина. Он уже может сказать, что губы Чимина обиженно надулись, он еще глубже зарывается лицом в его спину, поэтому он выключает газ, затем разворачивается к парню. Юнги тянется к лицу Чимина, его палец мягко обводит контуры, поднимает подбородок, чтобы встретиться с ним глазами. — Привет, — говорит он мягким шепотом. Чимин изгибает губы, зеркально отражая улыбку на лице Юнги. Он расслабляется только тогда, когда чувствует руки Юнги на своих бедрах и большие пальцы, которые невесомо гладят его поясницу. — Привет. Они говорят тихо, хотя кроме них в комнате никого нет. Как будто они слишком жадны, чтобы позволить Вселенной услышать их. Эти простые, односложные слова предназначены только для них. Юнги дергает за растянутую рубашку Чимина, его глаза игриво следят за движением губ Чимина. — Тебе когда-нибудь надоест эта рубашка? Зачем я вообще купил тебе новую одежду? Чимин пытается сделать шаг назад, но Юнги все еще держит руку на рубашке и легко притягивает Чимина к себе. На этот раз чуть ближе, и его прикосновение оказывает знакомое давление на талию Чимина. Пак задыхается от этого ощущения и смотрит в глаза Юнги, которые не дрогнули. — Эй, оставь меня и мою рубашку в покое. — Я не думаю, что она твоя. — Мм? Тогда Юнги запускает руки под ткань рубашки Чимина, поглаживая его миниатюрную талию, затем спускается к изгибу бедер. — Моя, — бормочет он. Руки Чимина, которые лежали на руках Юнги, переместились на его грудь. Они пробираются к его шее, прижимаясь к ней каждый раз, когда он чувствует давление на талию. Он закрывает глаза, утопая во внимании, которого так жаждал. — Тогда забери ее, — смело говорит он, затем переходит на придыхающий шепот. — Сними ее с меня, пожалуйста. Юнги притягивает Чимина ближе, пока их губы не сталкиваются, в голодном поцелуе. Жадно. Руки старшего, находящиеся все еще под рубашкой, проходятся по голой коже Чимина, затем скользят вниз к изгибу его задницы, поднимают согнутую в колене ногу младшего, чтобы ощутить его еще ближе. Они продолжают притягивать друг друга ближе, как будто ноль пространства — это все равно слишком много пространства. — Я скучал по тебе, — выдыхает Чимин между поцелуями. — Я так скучал по тебе, — его губы оставляют маленькие поцелуи-бабочки по всему лицу Юнги. От влажных поцелуев на его челюсти, затем покусывая губами ухо Юнги. — Я чертовски скучал по тебе, — спускаясь к его шее, пока он чувствует прикосновения Юнги по всему телу, — Юнги… — голос Чимина срывается, он прижимается лицом к груди своего хена, крепко обнимая его. — Мне так жаль. Юнги отстраняется, чтобы увидеть лицо Чимина; слезы застилают ему глаза, и он грустно улыбается. — Мне тоже, — он поднимает его подбородок и нежно проводит большим пальцем по щеке, вытирая слезы. — Я скучал по тебе каждый день. Юнги притягивает его обратно, оставляя мягкий поцелуй на лбу Чимина. — Поэтому, пожалуйста, останься со мной.***
— Три года назад я получил задание с твоим именем, — говорит Чимин. Они сидят на обеденном столе и едят паджеон, который уже остыл. — Думаю, ты попал в их поле зрения, после того как убил того политика. Кана, да? — Чимин пытается вспомнить имя. Юнги усмехается, потому что помнит. Кан Джушик — дьявол, реинкарнированный. Коррумпированный, жадный и жаждущий власти конгрессмен, который сжигал соседние общины только для того, чтобы получить больше земли. Юнги был более чем счастлив отправить Сатану 2.0 обратно в ад, когда получил его имя в качестве задания. — Да, Кан Джушик, — подтверждает Юнги. — Я так хорошо спал в ту ночь. — Ну, когда правительство услышало, что Кан умер с пулей между глаз, они послали меня разобраться с тем, кто за это ответственен, — Чимин смотрит на него. — Так я тебя и узнал. Юнги делает паузу, чтобы подумать. — Но я встретил тебя… через четыре месяца после того, как отправил Кана на родину, — он имеет в виду адские котлы. — В те четыре месяца я просто изучал тебя на расстоянии, — улыбается блондин. — Куда бы ты ни пошел, кого бы ни встретил… И знаешь, для человека с такой профессией ты так плохо держишь информацию при себе. — ворчит младший. — Я никогда не говорил лишнего! — Правда? — Чимин поднял бровь. — Не прошло и минуты, как мы с тобой начали диалог, а ты уже упоминал имя Хосока во время всего нашего разговора. — Да, и для того, кто был послан убить меня, ты очень плохо справился с задачей в кабинке туалета. Чимин смотрит на него, ухмыляясь при воспоминании. Он никогда не планировал убивать его той ночью, но это не должно было занять так много времени. Они не должны были дойти до того момента, когда уже жили вместе, но Чимин продолжал искать причину, чтобы остаться. — Мне удалось убедить Юси, что держать тебя рядом лучше, чем иметь тебя на 3 метра ниже, — признается Пак. — Я давал им все имена, которые ты получаешь, и если они видят имя, которое находится в их платежной ведомости, они посылают меня вмешаться. — Господи, — вздыхает Юнги, — так вот почему Чхве Мин Сик до сих пор жив и дышит? — Ага, — кивает Чимин.***
Спустя два месяца совместной жизни. Юнги целует висок Чимина, прежде чем уйти на работу. Было уже 11 часов вечера и тот уже укладывался спать. Услышав звук закрывающейся двери, блондин тут же встает с кровати, надевает джинсы, стальной жилет поверх черной рубашки и свою пару боевых ботинок. Он бросил снайперскую винтовку в багажник машины и поехал за старшим. Это был первый раз, когда Юнги промахнулся мимо цели. Впервые он не смог выполнить задание, потому что кто-то продолжал стрелять в него бог знает откуда.***
— Ты, блять, стрелял в меня!!! — жалуется Юнги, а Чимин едва сдерживает смех. — Твоя пуля пробила мне плечо! — Да, но я каждый день промывал рану, не так ли? — защищается Чимин, все еще сохраняя улыбку на лице. — Боже, ты невыносим, — Юнги цокает языком. — Ты жалуешься на то, что в театрах темно, но я думаю, что ты совершенно не против того, чтобы в полночь осыпать меня пулями. — Я уволился на следующий день после того, как ты узнал обо мне, — Чимин решил продолжить прошлую тему. — Юси проклял меня за это, но мне было все равно. Я просто хотел уйти. — Он все еще ищет тебя, — Юнги меняет тон. Он обеспокоен. — Мотель, в котором ты был, таинственным образом взорвался две ночи назад. Боже, что это с ним такое — взрывать места, а? — Флешка, — отвечает Пак. — Я выбежал из мотеля в спешке и оставил там свои вещи, так что он, должно быть, подумал, что я оставил там и флешку. — Флешка? — Это то, чем я могу воздействовать на него. Он неприкасаемый только потому, что он призрак. Никто не знает его настоящего имени, и его данных нет в системе. Его отпечатки не распознаются в CMS. Это единственное, что удерживает его от тюремной камеры. — И у тебя есть его данные? — Да, — Чимин кивает, даря ему обеспокоенную улыбку. — На флешке есть данные всех, включая меня. — Зачем ему волноваться, если он буквально работает на правительство? Даже если мы загрузим их данные в ICS или CMS, одна команда — и они уже удалены? — А кто сказал, что я загружу их в их систему? — Чимин усмехается. — Я размещу это везде! Facebook, Twitter, черт возьми, я даже сделаю запись об этом в блоге на Reddit. Если общественность узнает, кто они такие и что они сделали, правительство не сможет и не будет достаточно заботиться о спасении их задниц. Юси знает, что их могут легко заменить, если они хоть в малейшей степени подвергнут риску имидж правительства. Они такие чувствительные. — Поэтому единственный способ выбраться — это быть убитым? — Юнги насмехается. — Должно быть, командообразование в вашей компании — это весело. — Это действительно захватывающе, ты получишь бесплатный мастер-класс по продаже своей души. — На данный момент, сообщение о взрыве — наша единственная зацепка. У тебя есть идеи, где он может быть? — У нашего подразделения есть штаб-квартира в Йонгсане, но я сомневаюсь, что они все еще там. Юси ненавидит привязываться к одному месту, поэтому нам приходилось часто переезжать. Я был на одной из наших старых баз, но теперь это просто маленькая кафешка. — Тогда, может быть, нам стоит найти местные магазины, которые внезапно закрылись? Начнем с этого, — отмечает Юнги. — Мы с Хосоком ищем Кимов, надеясь получить дополнительные руки, но сейчас это кажется невозможным. — Кимы? Ким Сокджин и Ким Намджун, — Чимин прищурился — Разве они не миф? — Нет, но они действительно начинают становиться им, — Юнги вздыхает. — Когда они ушли, то очень постарались, чтобы их никто не нашел. Даже Чонкук бросил поиски. Чимин сделал паузу, услышав имя Чонкука, а затем посмотрел на Юнги. — Твой брат, как он? — Он все еще хочет твоей смерти, если ты об этом спрашиваешь, — отвечает Юнги, вставая со стула. Он подходит к Чимину, затем наклоняется к нему, чтобы поцеловать. — Ты уходишь? Опять? — Чимин дуется, сидя на своем месте, и смотрит на Мина щенячьими глазами. — Прости, ангел. Хосок не спал всю ночь. Он, наверное, сейчас осыпает меня проклятьями. Чимин не отвечает. Он просто играет своими палочками с холодным паджеоном, не обращая внимания на оправдания Юнги. — Детка. — Все в порядке. Просто вернись невредимым, — говорит он, едва взглянув на старшего. Юнги глубоко вздыхает, прищелкивая языком. — Ладно, почему бы нам… не сходить на ужин позже? Чимин наконец-то смотрит на него. — Что? — Раз уж мы не смогли поужинать вместе вчера вечером, то почему бы нам не сходить куда-нибудь, м? Что скажешь? — Ты действительно хочешь этого? — лицо Чимина озаряется, на нем появляется улыбка, которую он делает всякий раз, когда Юнги балует его. — Я закажу столик на семь часов, — Мин протягивает ему его мобильный телефон. — Я позвоню тебе, когда мы с Хосоком закончим, чтобы ты мог подготовиться. — Не смей звонить мне, чтобы отменить встречу, Мин Юнги! — предупреждает его Чимин, и Юнги кивает. Старший снова целует его. — Не буду, обещаю. Он надевает пальто, туфли и выходит за дверь. Но на этот раз, даже в такой большой квартире, как эта, Чимин не чувствует себя одиноким.***
— Ужин?! — кричит ему Хосок. — Да, конечно! Пока Хосок буквально плачет кровью за то, что не спал всю ночь, только чтобы найти человека, который активно пытается убить меня и Чимина, почему бы мне не заказать столик с видом в Bistecca сегодня вечером. Звучит заманчиво! — сарказм, который вырывается из уст Хосока, бесконечен. — Ты говоришь так, будто я плохой друг, — Юнги опускается на свой стул. — Ой, правда? Хм. Интересно, почему! — Хосок закатывает глаза и разворачивается на стуле, чтобы не смотреть на Юнги. — Он хотя бы сказал тебе, где они могут быть? — Они регулярно переезжают из одного квартала в другой, так что выследить их будет сложно. Но… — Но? — Чимин упоминал что-то о флешке, на которой хранится вся личная информация обо всех сотрудниках этого отдела, — добавляет Мин. — Какого рода информация? — Личные данные, которых у призраков быть не должно. Имя, домашний адрес, зарегистрированные отпечатки пальцев. Вся информация, которая была у них до того, как они присоединились к подразделению. — Ну, я сомневаюсь, что они бы прохлаждались в родном городе, попивая чай с родителями, но, думаю, это хороший рычаг воздействия, — Хосок откинулся на стуле, задумавшись. — Теперь я понимаю, почему Юси так хочет смерти Чимина. Он действительно не стал сбегать, не испортив сначала их систему, да? Я горжусь им, не буду врать. — У него действительно есть привычка уходить со взрывом на заднем фоне. — Вполне буквально, в твоем случае, — поддразнивает Чон. — Кстати, ты узнал что-нибудь о клиенте, с которым встречается Чонгук? — Ким Тэхён? — Хосок наклоняет голову. — Нет, потому что он безобидный. Я просто знаю, что он избалованная богатая элита, которой удается получать все, что он хочет. — Включая моего брата? — Юнги не уверен, что ему нравится, как это звучит. — Чонгук может сам о себе позаботиться, Юнги. С ним все будет в порядке!***
Чонгук не в порядке. Уже почти семь часов вечера, Чимин роется в одежде, которую купил для него Юнги. Он выбирает красный кардиган большого размера, сочетая его с черной водолазкой, которую он нашел в гардеробе Юнги, и которую он позже наденет с ботинками Saint Laurent Wyatt Boots, также из коллекции Юнги. Он останавливается, услышав звонок домашнего телефона. Он никогда не звонил. Единственный раз он слышал его, когда звонили из домоуправления, но Юнги сказал ему никогда не отвечать на звонки, поэтому он и не отвечал. Но в этот раз на определителе было написано «Чонгук», и он забеспокоился. Чонгук никогда не звонит первым. Юнги постоянно жаловался на это, еще когда они жили вместе. Чонгук звонит только в случае крайней необходимости, например, если ему в спину воткнули нож. У Чимина колит кончики пальцев от нетерпения, и он решает поднять трубку. — Алло? Затем наступает долгая пауза. Чимин мог слышать только звуки неясного дыхания по линии. — Чонгук… ты в порядке? — Я вижу, вы нашли дорогу домой, агент Пак. Дрожь пробежала по позвоночнику Чимина, когда он услышал голос Юси так близко. Затем до него доходит, что у него есть телефон Чонгука. — Где Чонгук?! Юси, клянусь Богом… — Что, ты убьешь меня? — он усмехается. — Чимин, я уже мертв. — Не вмешивай его в это, Юси. Он не имеет ко мне никакого отношения! — парень очень обеспокоен сложившейся ситуацией. Юси находит это забавным. — Он что-то значит для Мин Юнги, и я подумал… почему бы не убить двух зайцев одним выстрелом. — Отпусти его, Юси. — В обмен на тебя, конечно, я с радостью позволю ему уйти, — Юси предлагает сделку. — Я не монстр, Чимин. Черт, я даже сам отвезу его домой! Чимин не мог произнести ни слова. Рука, в которой он держит телефон, начинает дрожать. Он не может вынести голос Юси и тот факт, что брат Юнги связан где-то в подвале, заставляет в его кровь кипеть. — Мы так давно не виделись, Чимин. Может, навестишь меня, пока у этого молодого человека не закончилась кровь? — Чимин услышал звук, похожий на сильный удар, за которым последовал приглушенный стон. — О, и не забудьте принести мне подарок, агент Пак… Вы знаете, чего я хочу. Чимин рухнул на колени, когда Юси закончил разговор. Он задыхается. Боль в груди невыносима. Он в обмен на Чонгука.***
— Передай Чимину привет, — Хосок машет рукой. — Надеюсь, вам понравится ваше маленькое свидание. Юнги кивает, надевая пальто. — Я также надеюсь, что ты услышал сарказм, — добавляет Хосок. — Я обязан тебе жизнью, Хо! — Юнги уходит с широкой улыбкой на лице. В ресторане сказали, что смогли выделить им столик. Уже почти семь часов вечера, и Юнги с нетерпением ждет этого момента. Он давно никуда не ходил и он уверен, что Чимин тоже взволнован. Проезжая через мост, Юнги набирает номер Чимина, чтобы сообщить ему, что он почти дома. Раз. Два. Три. Мысли Юнги помутились. Что-то не так. Он должен был взять трубку с первого гудка. Чимин знает это. Он должен был… он — Чимин должен был ответить на звонок с первого раза. Что-то… что-то не так. Он должен был… Чимин. — Черт! — Юнги сильнее нажимает на педаль газа, проезжая под каждый красный свет. Сначала он звонит Хосоку. Хосок знает, что делать. — Хосок, мне нужна твоя помощь. — Да, мне тоже нужна твоя помощь. Ким Тэхён приставил пистолет к моей голове и ищет Чонгука.
