Ред Холл

Для последующего "столкновения" с Господином Джоном Пола снова вымыли и привели в темницу без камер. Но в этот раз, вместо того, чтобы заковать его стоя, они уложили его на шезлонг, на котором он, беспомощный, смотрел за тем, как его руки закладывают под устройство и защелкивают наручниками, во всю красу выпячивая вздымавшуюся грудную клетку. Но его ноги оставили свободными, и, когда дворецкие ушли, Пол начал сгибать колени, то левое, то правое, проводя ступнями по черному латексу лежанки, оценивая свои возможности движения в таком положении. Толку от этого было никакого, тем более с очень болезненно заломленными руками. Ожидание в этот раз не было таким трепещущим, как в прошлый раз, но, напротив, гораздо более ужасающим. После разговора с Джорджем у Пола не осталось сомнений в том, что слова друга были верны. На первой сессии Господин Джон сделал ему приятно, а сегодня - в наказание за проступок выбьет из него всё дерьмо. Это и ежику понятно. Пол больше не верил в любые другие безумные идеи - как бы он мог отвертеться от наказания. В этот раз он действительно проебался, не будет Господин останавливаться на безобидном отсосе. Когда заскрежетала дверь, и раздались шаги, у Пола создалось полное ощущение, будто они стучали обратно пропорционально его сердцебиению. Чем медленнее ступал Господин, тем быстрее неслось сердце Пола. Кляпа в этот раз тоже не было, но при первом взгляде на Господина, наконец показавшегося в зоне видимости лежащего раба, Пол понял, что всё-равно не сможет вымолвить и слова. И этот вид, открывшийся ему, оправдал все его опасения. Пол весь напрягся, вплоть до поджавшихся кончиков пальцев на ногах. Господин Джон был в кожаных штанах, очень даже подходивших под обстановку темницы. Их крой открывал ягодицы и пах, с толстым, упирающимся в воздух, стояком. Одна простая мысль о встрече с Полом этим вечером, о возможности поиграть с ним, заняться с ним сексом и добиться от него всего, чего ему только захочется, возбудила Джона задолго до входа в саму темницу. И теперь, воочию глядя на свою игрушку, обездвиженную и выжидающую его, Джон чувствовал, как его член трепещет еще сильнее. "Скучал по мне?" - хрипло проговорил он, подходя всё ближе, смотря юноше в лицо. "Не... Не очень." - Пол нервно сглотнул. Джон усмехнулся. Его правая ладонь приложилась ко лбу раба. Он аккуратно проводил ей, запуская ослабшие пальцы в его волосы. Нет, Джон был уверен, это был не мираж. Пол был всё таким же прелестным - красивее любой другой побрекушки, которую Джон когда-либо приобретал для себя или для Йоко. "Сегодня я тебя трахну. Ты этого хочешь?" Пол прикусил язык, боясь снова дать честный неверный ответ. Господин Джон, к счастью, действительно думал, что Пол был просто застенчивым и играл с ним в игры, поэтому Пол знал - мужчине было бы не в радость услышать, что с ним не хотят трахаться. Потрепав Пола по щеке в ответ на его молчание, Джон улыбнулся ему саркастичной любезной улыбкой. "Скромный раб, - впечатленно произнес он. - не каждый день такое увидишь." Господин провел большим пальцем по губам раба. Мысль, одновременно с жаром, поднявшимся по его позвоночнику, пронеслась в его голове - если они поцелуются, будет ли поцелуй таким же, как в тот раз? Пол видел, как ладонь, только что придерживавшая его лицо, опустилась на набухший пенис Господина. То, как размеренно и вызывающе двигалась его рука, пока из головки не начала сочиться жидкость, заставило и член самого Пола затвердеть и дрогнуть, точно в ответ. Он хотел, чтобы его касались. Чтобы его снова приласкали. "Хочешь?" "Да-а." - приглушенно проговорил Пол, не выходя из томного забвения. Джон одобрительно улыбнулся и придвинулся ближе, приткнув головку к сомкнутым губам Пола. "А я думал, что хочешь. Соси, нежно и плавно, Пол." Пол застыл на мгновение. Нет, это определенно не было тем, на что он сказал "да", он то думал... Нда, действительно, будто кому-то было важно, что он там думал. Пол не забыл, что он был рабом, и что, если он не будет вести себя подобающе, особенно перед этим мужчиной, он может потерять всё, чего с таким большим трудом добивался. К тому же, мужчина просто попросил ему отсосать, а не принялся избивать его до полусмерти. "Во всяком случае пока." - сокрушенно подумал Пол и открыл рот. Головка члена плавно проскользнула прямо по языку Пола к горлу. Когда бархатистая текстура заполнила его рот до упора, со стороны Господина послышался мягкий вздох, а следом - медленные движения тазом, в такт движений рта. Полу пришлось чуть повернуть голову в сторону стоявшего подле лежанки мужчины, чтобы удобнее насаживаться на головку. С прикрытыми глазами он облизывал кожу, мысленно убеждая себя в том, что своеобразный привкус и мускусный запах, заполнившие его ноздри и гортань, привлекательны ему лишь денежным вознаграждением, которое за них обещано. Господин Джон закатил глаза. В том, как раб сосал, была какая-то осторожность, и Джон думал - где он научился такой технике? Брайан умел отбирать рабов, это уж точно. Этот Пол отсасывал так небрежно, но в то же время с таким наслаждением. Так приятно, что Джону захотелось принять более удобную для этого позу. С унылым вздохом он выудил член изо рта, и прежде, чем миндалевидные глаза Пола успели распахнуться в недоумении, Господин откинул шезлонг в лежачее положение и залез на него, прижав бедрами плечи Пола к обивке. "Дай-ка помогу." - прошептал он, придержав Пола за затылок. В такой позе ему и правда было достаточно просто открыть рот. "Черт." - простонал Джон и принялся двигать бедрами шустрее, наслаждаясь тем, как влажно было вокруг его члена. Он протянул руку назад, схватив Пола за пенис, проводя по нему до тех пор, пока он окончательно не набух. И когда из головки потекли первые струйки семенной жидкости, он начал большим пальцем обводить намокший край плоти, поддразнивая раба нежными круговыми движениями. Пол продолжительно простонал, не отрывая губ от основания стояка, двигавшегося в его ротовой полости, и содрогнулся. От вибраций голоса юноши по паху Джона пробежала дрожь, и Джон приоткрыл рот, застряв в приятных ощущениях. "Тебе нравится, да? Нравится отсасывать мне?" - прошептал он, сжимая стояк Пола сильнее и с тем активнее направляя его голову к своему паху. Пол в ответ лишь сам стал активнее сосать - честное слово, он был только рад тому, что его рот был занят, и ему не нужно было отвечать на все эти вопросы. Господин наблюдал за тем, как в старании у юноши нахмурились его густые брови. На это краткое мгновение он выглядел так мужественно, с порозовевшим носом и пухлыми губами, а также с растянутыми из-за открытой челюсти, но всё такими же округлыми щечками, добавлявшими в его лицо то самое детское обаяние. Внезапно Джона пробила впечатляющая мысль - насколько же юным был этот человек, с которым он прямо сейчас занимался сексом, и от того он в задумчивости завис, лишь моргая глазами. "Ты из Ливерпуля?" - выпалил он. Пол перестал сосать и открыл глаза. Член всё-еще тяжелел на его языке, но, когда Пол заговорил, он медленно выскользнул из его рта. "Да. А что? Ты тоже?" Джон кивнул. Что, если они когда-либо наталкивались друг на друга по воле судьбы, но никогда на это не обращали особого внимания? Думать о таком, конечно, было странновато, особенно в тот момент, когда тебе отсасывают, но, с другой стороны, причина этих мыслей была понятна - этот раб был действительно не безразличен Джону. Он бы задал Полу гораздо больше вопросов, ему хотелось знать о нем очень многое, но его член трепещал и просил обратить всё внимание на него. Господин Джон больше не мог сдерживать себя - он хотел прочувствовать Пола, насаженного на его член, изнутри. "Боже, я хочу тебя." - признался Джон решительным тоном, не принимающим отказа. Не слезая с лежанки, он сполз к ногам Пола, надеясь пристроится между ними. Пол приметил, к чему вели слова и движения Господина, и тут же весь напрягся. Нет. Нет. Только не это. По его конечностям пробежал холод, а дыхание ускорилось. "Раздвинь ноги." - приказал Джон, стимулируя свой стояк и голодным взглядом засматриваясь на бледные бедра Пола. "Нет." Тишина, повисшая между ними на несколько секунд, была пропитана опасностью и дискомфортом. Пол прикусил нижнюю губу, скорее для того, чтобы она не дрожала, чем для того, чтобы не сболтнуть что-нибудь еще. Вид у Господина Джона был не очень то дружелюбный. "Кажется, ты не понял, - постарался заново произнести своё требование он, несмотря на вскипевшую в груди бурю из настолько разных эмоций, что определить их, хоть в купе, хоть по отдельности, не было никакого смысла. - когда я говорю тебе раздвинуть ноги, это значит, что ты должен быть хорошим мальчиком и выполнять то, что я сказал." Пол ничего не сказал, лишь смотрел ему пристально в глаза, боясь за своё не такое далекое будущее и надеясь, что он переживет тот гнев, который, похоже вот-вот разбудит в мужчине своей наглостью. "Давай попробуем еще раз. Раздвинь ножки, зайка." - заботливо, но в ироничном и язвительном ключе, проговорил Джон. Полу очень хотелось, чтобы в этот раз они снова связали его ноги, чтобы желание сопротивляться очередному изнасилованию не взяло над ним верх. "Я не хочу." - выдавил он и сильно сглотнул, дыша так поверхностно, что весь втянутый воздух в итоге еле доходил до самих легких. Сузив глаза, Господин Джон рявкнул: "Сейчас же раздвинул ебаные ноги или пожалеешь, что посмел открыть рот." Он наклонился ближе к рабу, и всё в нем - нос, глаза и даже волосы - казалось частью его устрашающего существа, способного поработить волю Пола и каждую его мысль. Ляшки Пола всё-еще плотно прижимались друг к другу, а эрекция, зажатая между ними, быстро завяла. Он дрожал от вероятности того, что ему будет больно - он никак не мог принять эту боль. Он знал, что должен был смириться с ней, но у него не было достаточно силы воли, чтобы поступить так, как это необходимо. Подобно тому, когда идешь к стоматологу - боишься, хотя знаешь, что тебе от этого будет только лучше, и тем, что не пойдешь, только усугубишь положение. "Да что с тобой не так? - Джон наконец встал на ноги, смиряя раба смятенным взглядом. - с кем ты по-твоему разговариваешь? Я - не один из твоих прошлых херовых хозяев. Со мной пререкаться нельзя, сынок. Я просто возьму, накажу тебя и заставлю вылизывать мне дочиста ботинки, если не будешь слушаться!" - он не знал, от чего так сильно вспылил. Наверно, потому, что он никогда, ни разу за все эти годы в Ред Холле, не слышал такого категоричного "нет" от раба. Он слышал и просьбы, и мольбы, бывало высокомерие, но именно это "нет"... "Нет" от Пола имело определенную мощь, которая и выбивала Джона из колеи. Джон отошел к ряду развешенных на стене плеток и выбрал резиновую, чаще всего используемую для запугивания, но всё-равно болезненную и тяжелую. "Прямо сейчас ты разведешь ноги и начнешь молить меня трахнуть тебя, иначе мне придется тебя наказать." - Джон угрожающе сжимал в руке плетку. Пол подумал, что слова, которые он в следующую секунду выдал, были самыми рискованными из всех, которые он когда-либо говорил. "Нет, я не хочу." Плеть тяжелым ударом обрушилась на Пола, задев его грудь и лицо. От боли и неожиданности он сильно вздрогнул, поморщившись, пока звук от удара эхом расходился по темнице. Пол изо всех сил зажмурился. Вот и растаяла иллюзия - о том, что Господин Джон не причинит ему боль. И по какой-то причине исчезновение этой иллюзии было болезненней жара от жгучих, щиплющих ссадин, прошедшихся через грудь и, в особенности, щеку Пола. Пальцы Господина ослабли, и инструмент выпал из его руки на пол. Черт, он не собирался и правда его... То, как уязвленно и ранимо выглядел Пол в тот момент, заставило Джона почувствовать стыд за свои действия, и это уж точно было впервые. "Вот, что ты получаешь за непослушание, мой хороший." - холодно проговорил он, стараясь не показывать свои настоящие эмоции. Он просто отбросил все эти странные чувства, и злость, и стыд, и залез обратно на шезлонг, перед ногами Пола, готовый силой раздвинуть их и наконец одержать победу. Но эта сила не была уже так необходима. Пол, прижав щеку к лежанке, смотрел опустошенным взглядом в сторону, ляжки упали в разные стороны, открыв пах, без какого-либо сопротивления. Пальцы Господина впились в нежную кожу бедер юноши, а таз с впечатляющей эрекцией придвинулся ближе. "Смотри на меня, когда я вхожу в тебя." - приказал Джон, смазывая всю длину слюной. На краткий миг Пол замешкался, но повернул голову к мужчине, смотря на него глубоким, угасшим взглядом. Этот взгляд заставил Господина почувстовать, казалось, необоснованную тревогу. Что это за выражение такое? В нем не было ни похоти, ни жажды, которые должны были быть и были у любого другого нормального раба. Во взгляде Пола было что-то другое. Будто сам Пол был... был... безразличен к происходящему. Черт. Смирение. Блять, что угодно было лучше смирения! Даже злость. Смирение говорило о том, что Пол ничего не чувствовал к нему, ничего! Как раб мог оставаться безучастным, когда его Господин вот-вот собирался им овладеть? "Посмотрим, почувствует ли он это." - злорадно подумал Джон, приставляя головку члена к анальному отверстию. "Мм!" - Пол среагировал на ощущения так, как доселе никогда бы себе не позволил. Он напрягся с головы до пальцев ног, и воздух в горле так перехватило, что он еле мог дышать. И когда он в попытках приготовиться к проникновению отчаянно распахнул глаза, а затем попытался отвести их, спрятать, что-то в нем стало настолько отчётливым - нечто, чем он уже не мог управлять, но что Джон распознал мгновенно: "Он боится меня." Джон медленно, осторожно отпрянул. Страх, исходивший от рабов, делавший их такими слабыми и беспомощными, всегда только возбуждал в нем желание подчинять и использовать их. Но сейчас Пол пытался скрыть этот страх под чем-то другим, хотел казаться более... сильным? Из-за чего ужас в его глазах, напротив, становился еще более отчетливым, пробирая Господина до мурашек. Это добавляло происходящему своего рода пикантности, которая не могла не сразить Джона наповал. Полный возбудившегося интереса, пытающийся понять действия раба, он наблюдал за постепенно успокаивавшимся Полом - тот снова удачно скрыл страх под безразличием. Спрятал, именно - теперь, понимая, что на самом деле сейчас происходит, Джон знал, что апатия не была настоящим чувством Пола. Но почему юноша был в таком ужасе от него? Брайан же не мог прислать раба без опыта. Это было против всех правил клуба. Кроме того, не стоит забывать о случае с клиентом. Возможно, команда из телевизионной комнаты просто умолчала о чем-то выходящем за рамки правил, произошедшем с Полом. Вдруг, один из клиентов сделал ему слишком больно? А вдруг... Туча вопросов заполонила сознание Джона. Смирив Пола последним, долгим и пламенным взглядом, он просто вышел из темницы, неудовлетворенный и переполненный дурными предчувствиями. Пол, всё-еще связанный, переживающий резкое облегчение от того, что всё так быстро закончилось, потихоньку усмирял трепет в грудной клетке. Он понятия не имел, почему Господин остановился. Неужели он понял? Догадался, что Пол не был рабом и никак не мог им быть? Может, он вышел как раз для того, чтобы пойти исключить его из клуба, разорвать контракт? Он не мог в точности ответить на эти вопросы, но теперь они его и не так уж волновали. Облегчение волнами омывало его тело. Он прикрыл глаза, смиренно чувствуя, как жжется щека. "Всё могло быть гораздо хуже." - мысленно вразумлял себя он. Всё то время, пока он ждал, чтобы за ним пришли, Пол пролежал в отметинах своего былого отчаяния - теплой влаге, тихо томившейся под сомкнутыми веками.