Семья (Family)

      -Зару-нии! — Нару выскочила из-за двери, широко улыбаясь и раскинув руки в стороны. Обхватив его руками, она снова позвала его с сияющими глазами. — Зару-нии, ты скучал по мне?!       Он рассмеялся, взъерошив ее волосы.       — Конечно скучал, маленькая мисс.       — Хочешь поиграть со мной? — услышав ее вопрос, он взглянул на часы. Его смена закончилась через несколько минут. Он сказал ей об этом, и что тогда сможет поиграть с ней. Вскинув руки в воздух, она радостно заметалась по кафе. Все время повторяя: «Да! Ура!»       После работы, переодевшись в обычную одежду, он позволил ей вести себя. Она держала его за руку, болтая о школе, о своей учительнице и обо всем, что приходило ей на ум. Все это время он слушал ее рассказы, узнавая больше о людях, и не мог не удивляться тому, что услышал от нее. Как оказалось, ему еще предстояло многое узнать о людях. Особенно о школе, потому что он никогда не ходил ни в одну из них и, слушая ее рассказы, жалел об этом.       Она провела его в ту часть 20-го района, где находилось большинство семейных квартир, к одному из зданий, подвела к лифту и нажала кнопку пятого этажа. Он редко пользовался лифтом и обнаружил, что ненавидит тесное замкнутое помещение, из которого практически не было выхода. Нару, однако, выглядела в полном порядке, так как она продолжала болтать без умолку.       Казалось, прошла целая вечность, прежде чем дверь распахнулась, и она вывела его на площадку, к одной из входных дверей. Там она достала из кармана ключ и открыла дверь. Счастливая, она повела его внутрь, окликая того, кто был в квартире.       — Хирако-нии! Смотри, смотри! — крикнула она, таща его на кухню, где их встретил мужчина-человек, которого он узнал по одной из фотографий, присланных ему Нару. Если он правильно помнил, он был их другом. Что бы ни готовила Хирако, запах еды проникал в его ноздри. Еда, которая выглядела восхитительно, но которую он никогда не сможет съесть. — Это Зару-нии!       — П-простите за вторжение, — сказал он, слегка склонив голову. Он надеялся, что Нару не нарушила правила, приведя его уда, не спросив ничьего согласия.       — Значит, ты Зару-нии, — Хирако весело усмехнулся. — Я так понимаю, это не ваше имя. Насколько я помню, Мэй-тян называет тебя Кома-кун. — Да, меня зовут Кома Энджи. Приятно познакомиться… хм… — он почесал затылок. Никогда в жизни он не встречал людей так, вне безопасного Антейку. Но теперь он оказался на незнакомой территории. В месте с другими правилами. Правилами, о которых он знал так мало, а те немногие, которые он знал, никогда раньше не применял. Он надеялся, что не произведет плохого впечатления.       — Можно просто Хирако, — дружелюбно сказал Хирако. Его серые глаза скользнули по нему, осматривая. — Кажется, я понимаю, почему ты нравишься Нару, Кома-кун. Ты останешься на ужин?       Он вздрогнул и покачал головой.       — Н-нет, но спасибо. У меня… осталась дома недоеденная еда… Нару сказала, что хочет поиграть со мной, поэтому я здесь. М-может быть, в другой раз, но… спасибо.       — Оу, ты не останешься на ужин? — Нару надула губки Ее большие карие глаза буквально умоляли его остаться на ужин. Если бы только он не был гулем или мог есть человеческую пищу, он бы с удовольствием принял это предложение. Кухня, в которой он стоял, была уютной, как будто кто-то накрыл его теплым мягким одеялом.       — О, тише, Нару. Кома-кун сказал, что присоединится к нам в другой раз. Не приставай к нему. Держу пари, ты снова оторвала его от работы. Я прав? — спросил Хирако, приподняв бровь.       — Зару-нии закончил. Он так и сказал.       — Все в порядке. Правда.       — Мэй-тян сказала, что ты так и скажешь, — Хирако с улыбкой покачал головой. — Тогда вперед, юная леди. У вас есть час до ужина.       — Ура! Зару-нии, сюда! Сюда! — он едва успел вымолвить еще хоть слово, как девочка потащила его через кухню в прихожую. Пока его тащили, он заметил картины и фотографии, висевшие на стенах. На одной фотографии он застыл как вкопанный, чем вызвал тихий вскрик Нару, которую внезапно остановил. Она проследила за его взглядом. — Это оне-тян.       Это была Майренн. Кто же, кроме нее, с огненно-рыжими кудрями и зелеными глазами? Ее кудри были коротко подстрижены. На правой щеке красовалась большая повязка, а одна рука висела на перевязи. Ее одежда была темной и мешковатой. Ее кожа была почти болезненно бледной. Под глазами у нее были мешки, но на лице играла улыбка. Рядом с ней, обняв ее одной рукой, стоял кто-то, кем мог быть только Хирако. Он тоже был перевязан, но, как и Майренн, ухмылялся. Это заставило его задуматься, почему они оба все еще ухмыляются, несмотря на свои серьезные травмы.       — Где вы, маленькая мисс? — он взглянул на Нару, которая поднял на него глаза и тут же указала на другую фотографию на стене.       — Вот! С папой! — воскликнула она. — Я была маленькой. Два года!       Он проследил за ее указательным пальцем, найдя фотографию, которую она имела в виду. Она была в объятиях мужчины, который, как он предположил, был ее отцом. Она прижалась к нему. Неулыбчивая, глаза испуганные. Рядом с ними стояла светловолосая женщина, которая держала одну руку на животе, явно беременная.       — Где твоя улыбка, малышка?       Она скорчила гримасу, словно унюхала что-то неприятное. Это длилось секунду, потом улыбка вернулась на ее лицо. Она потянула его за руку.       — Давай поиграем, Зару-нии!       Она потащила его в свою комнату, которую, судя по двухэтажной кровати и двум столам, делила с братом.       — Моя и Хиро комната. Я сплю сверху. Хиро слишком мал. А это мой стол… — Она заметалась по комнате, показывая свои вещи. Мягкие игрушки, несколько фотографий, рисунки и книги. Затем она схватила коробку с несколькими куклами и мягкими игрушками. Ее карие глаза светились радостью, когда она вынимала их. — Давай поиграем!