Сезон цветения паучьих лилий

От входа в комнату прозвучал голос Кан Цзянцзюэ. Задумавшись, Мэй Яо даже не услышал его приближения и оказался застигнут врасплох. Не получив никакого ответа, юноша развернулся и собрался уже идти дальше, но Мэй Лань успел окликнуть его: — Я здесь, постой. Изучая стену, юноша отошёл от входа и оказался за накренившейся балкой, где его нельзя было увидеть. Теперь же, найдя место, где мог проскользнуть под препятствием, Мэй Яо направился к другу. Тот, брошенный всеми, невероятно обрадовался и бросился навстречу. Впопыхах Кан Цзянцзюэ запнулся о зазор в полу и в попытке удержать равновесие упёрся рукой о балку. От сильного толчка хлипкая конструкция угрожающе скрипнула, но всё же осталась в прежнем положении. Звук не предвещал ничего хорошего, и из осторожности юноша сделал пару шагов назад, дожидаясь Мэй Ланя на расстоянии. — Что-то случилось? Кан Цзянцзюэ помотал головой и виновато переступил с ноги на ногу: — Нет, ничего такого. Просто все разошлись кто куда, и я совершенно не понимаю, зачем я здесь и чем мне заняться. Признаться, Мэй Яо и сам понятия не имел, зачем друзья потащили с собой этого пугливого тихоню. Может, вместе попадать в неприятности и было веселее, но чем больше людей — тем выше риск попасться, да и не выглядел юноша заинтересованным в результатах их похода. Помявшись немного, Кан Цзянцзюэ вновь подал голос: — Эм… Ты случаем не знаешь, скоро ли мы будем возвращаться? — Неужели они тебе не сказали? Мы здесь до тех пор, пока не найдём что-нибудь полезное, либо пока не рассветёт. — Пока не рассветёт?! Так долго?! За всё время знакомства Кан Цзянцзюэ, кажется, впервые повысил голос в присутствии Мэй Яо. Последний смог лишь неловко улыбнуться, не вполне понимая, чем утешить расстроенного новостью друга: — Прости, наверное, стоило раньше тебе о этом сказать… Но раздосадованный юноша только отмахнулся: — Ничего-ничего, мне самому следовало спросить… — К слову, мне показалось, что ты не слишком в восторге от необходимости идти с нами. Зачем ты вообще согласился на это вчера? — Ах, я не соглашался. Мне даже показалось, что я вполне определённо сказал «нет». Но сначала меня подловили на одной фразе, затем я не смог ответить на другую — и вот я уже нарушаю правила спустя всего неделю от прибытия, — горестно вздохнул Кан Цзянцзюэ. Нельзя было обвинить юношу в слабохарактерности, ведь Мэй Яо и сам попался точно на такой же крючок. Язык его шисюна был подвешен как надо, особенно когда дело касалось нарушения правил. Будь у него достаточно времени и подобная необходимость — Шэнь Тафэй наверняка смог бы убедить даже Ху Цзя пойти с ними. За беседой юноша не сразу заметил, что их голоса перекрыли другой, более неприятный шум. Лишь когда звук стал громче, Мэй Яо почуял неладное. Тревожно оглянувшись, он обнаружил, что задетая по неосторожности балка всё же не выдержала встряски и соскальзывала по стене, в которую упиралась. И, как назло, именно в их сторону! — Осторожно! Мгновенно сориентировавшись, Мэй Лань толкнул растерявшегося Кан Цзянцзюэ к дальней стене, в последний момент и сам проскакивая под набравшим скорость бревном. С оглушительным грохотом колонна рухнула на место, где юноши только что беспечно беседовали, поднимая в воздух слой пыли и гари. Эхо от её падения разнеслось по всей округе, многократно усиленное разряженным ночным воздухом. Отголоски шума постепенно затихали, и в наступившей тишине Мэй Лань, казалось, слышал как бешено бились от страха их сердца. Только что оба они оказались буквально на волосок от чего-то ужасного, когда между жизнью и смертью оставался единый миг. И если бы он не был готов к любой неприятности… Если бы не реагировал на каждый звук острее, чем следовало… Кажется, точно такие же мысли посетили голову Кан Цзянцзюэ. Сжавшись в комочек, он подобрал под себя ноги, и окрестности огласились безудержным плачем: — Уваааа! Слёзы брызнули из его глаз настолько неожиданно, что Мэй Яо не на шутку перепугался. Он даже позабыл завести привычную мантру: «Это я виноват», придвигаясь к другу и поспешно осматривая его: — Что-то случилось? Ты ранен? Но кроме слоя грязи не одежде Кан Цзянцзюэ не было ничего, за что мог бы зацепиться глаз. Руки, размазывающие по чумазым щекам неостановимые солёные ручейки, тоже выглядели целыми. С какой стороны ни посмотри, плачущий навзрыд юноша не получил никаких повреждений. Ситуация вводила Мэй Яо в ступор. Поиск причины слёз оказался безрезультатен, и ему только и оставалось, что пытаться вытянуть из друга хоть слово. Не прошло и пары минут, как на пороге комнаты возникли взволнованные Е Лимин и Шэнь Тафэй. Рыдания Кан Цзянцзюэ не становились тише, создавая впечатление, будто случилась ужасная трагедия. Но, влетев в зал и оценив обстановку, оба юноши облегчённо выдохнули — вопреки ожиданиям, никто не умер, не был тяжело ранен, и даже их авантюра ещё не успела раскрыться. Однако последнее явно находилось под угрозой, поэтому Е Лимин поспешил присесть перед Кан Цзянцзюэ, решительно затыкая ему рот: — Кан-сюн, если ты не прекратишь притворяться блуждающим духом, к нам сбегутся все окрестные патрули! Пожалуйста, успокойся. Что произошло? Всхлипывающий юноша только покачал головой, и Е Лимин повернулся с этим вопросом к Мэй Ланю. — Мы… Неосторожно задели балку, и она рухнула. Но нас не задело, поэтому я не понимаю… Хмыкнув, Шэнь Тафэй оставил друзьям утешать Кан Цзянцзюэ, сам улизнув куда-то в центр комнаты. Е Лимин тяжело вздохнул и отнял ладони от мокрого от слёз лица. К этому моменту рыдания уже начали утихать, и юноша с трудом стал выдавливать из себя слова: — Не хочу… Хнык… Мне тут не нравится… Зачем я вообще согласился… Теперь нас найдут и накажут… Хочу домой, ууу… Третий молодой господин утешающе похлопал его по плечу: — Если ты перестанешь шуметь — сюда никто не придёт. Помнишь же, что Зал Барьеров находится на границе с Башней Чучжэнь? У них и без того не бывает тихо, а сейчас, перед фестивалем, работа кипит круглые сутки. Пара взрывов даже в ночное время не привлекут особого внимания, а вот твои крики вполне могут. — Если уже не привлекли… — тихо добавил Мэй Яо, за что получил сердитый шлепок по ноге от Е Лимина. — Не нагнетай! В любом случае, тебе необходимо успокоиться, ведь… — Не хочу! — надрывно воскликнул Кан Цзянцзюэ. Слёзы, наконец, сошли на нет, уступив место страху, и в голосе юноши отчётливо прорезались нотки истерики. — Ты вообще слышал, как она падала?! Только идиот решит, что это был шум из мастерских! Не пройдёт и пары минут, как сюда явятся патрули Башни Чжаньчан, и нас всех поймают! Вам всё равно? Всё равно?! А мне нет! Если отец об этом узнает, он выкинет меня в море! Клянусь, он всучит мне меч и столкнёт с борта судна со словами: «Раз ты достаточно самостоятельный, чтобы разгуливать по ночам где заблагорассудится, то и с демонами справиться сможешь!». Фразы становились всё громче и бессвязнее. Юношу несло куда-то совсем не туда, а попытки снова заткнуть ему рот были встречены яростным сопротивлением. В момент, когда Е Лимин уже всерьёз раздумывал, получится ли у него вырубить потерявшего контроль друга, на плечи Кан Цзянцзюэ тяжело опустились руки Шэнь Тафэя, и его пронзительно тихий голос провозгласил: — Самое время валить. Заявление вызвало бурную радость юноши и огорошило Е Лимина: — Погоди, как это? Мы ведь ещё ничего не нашли? Но Шэнь Тафэй уже помогал Кан Цзянцзюэ подняться, приглашая и остальных следовать за ним: — Не поймите меня неправильно, но в каждой шалости нужно знать, когда наступило время остановиться. Не важно, затихнем мы сейчас или нет, кто-то уже однозначно спешит сюда на шум. Задержимся ещё ненадолго — и беднягу а-Цзяна выкинут в море, а нам прилетит по шапке ото всех, начиная с а-Цзя и заканчивая главами наших орденов. — Подожди, — не унимался Е Лимин, — но ведь мы обещали Мэй-сюну, что больше не потащим его с собой! Если уйдём сейчас, то упустим свой единственный шанс, разве нет? — Это так. Но знаешь, его удача распространяется только на него, на нас же больше влияет его свойство притягивать к себе беды. Поэтому чем дольше мы задерживаемся здесь — тем выше шанс не обойтись одним испугом. Или хочешь сказать, что тебе совсем некого бояться? Раскрывший было рот для возражений Е Лимин быстро его захлопнул. Конечно, родители смотрели сквозь пальцы на выходки любимого чада, однако приглядывали за ним не только они. И Шэнь Цюань был совершенно прав — гнева одного человека он всё-таки боялся. Недовольно надувшись, третий молодой господин не стал развивать эту тему и молча последовал за другом. Покинули здание юноши тем же маршрутом, что и пришли. И без того гулявшие по небу тучи за время обыска стали ещё плотнее, практически полностью скрыв тропу. Даже со своим хорошим зрением заклинатели едва видели, куда ступали, и потому невольно притормаживали, толкаясь в потёмках. При таком скудном освещении Башня Сетужан уже была толком не видна. Впервые отсутствие света вызвало у Мэй Ланя облегчение, ведь ему совсем не хотелось предстать перед друзьями в таком состоянии. Вот только это было единственным плюсом темноты. Покуда сквозь плотные ветви деревьев проскакивали редкие лучики света, юноше кое-как удавалось душить подступавший к горлу страх. Но в какой-то момент даже эти проблески исчезли и лес погрузился в кромешную тьму. Мэй Яо замер. Тонкие щупальца темноты, до того пугливо прятавшиеся в тени деревьев, зашуршали по траве, опутывая немеющие ноги, холодом цепляясь за не способные двигаться руки. Негромкие шаги друзей полностью потерялись в глухом биении крови в ушах, и в какой-то момент подросток остался один на один с неожиданным приступом паники. Он не видел ничего. Он ничего не слышал. Мир перестал существовать. Из самых глубин души, тех, о которых Мэй Яо предпочитал забыть, волна за волной стал подниматься ужас, сметая остатки разума. Остро захотелось кричать. Со всей силы ударить руками о деревянную дверь, сломать к чертям преграду, что отделяла его от тусклого света догоравшей на кухне свечи, ворваться в убогую, но до боли знакомую комнату, и упасть на колени перед смеющимися над ним братьями. Смейтесь, смейтесь, только больше не запирайте меня, только позвольте остаться здесь, вместе с вами… — Мэй-сюн? И вновь в сжавшийся до размеров точки крохотный мир Мэй Яо ворвался тёплый и знакомый голос. Вцепившись в эту тонкую нить света, подросток заставил свои руки двигаться, неловко ощупывая одежду в поисках подвески. Пальцы наткнулись на холодный нефрит, и с облегчённым вздохом Мэй Яо пустил в неё поток ци. Круг с черепашкой едва заметно засветился, и юноша прижал украшение ко лбу, всматриваясь в узор на панцире. Когда свет стал достаточно ярким, чтобы можно было разглядеть силуэт собственных пальцев, сковавший тело ужас, наконец, отступил. — Что-то случилось? Заметив отсутствие друга, Е Лимин вернулся за ним и успел подойти практически вплотную, когда Мэй Лань выпустил подвеску из рук и попробовал догнать остальных. В итоге сделав одновременно шаг навстречу друг другу, юноши столкнулись, пребольно стукнувшись лбами. — Ай-ай… Извини, пожалуйста, я уже иду… Е Лимин прыснул и потянул друга за пояс, торопясь нагнать не ставшего их дожидаться Шэнь Тафэя. Мэй Лань с благодарностью позволил третьему молодому господину вести себя и непроизвольно потянулся к его руке, но вовремя спохватился. Присутствие Е Чуйсаня настолько веяло безопасностью и покоем, что Мэй Яо подсознательно захотелось приблизиться к нему как можно сильнее. Устыдившись этого порыва, юноша поспешил отодвинуться, пока Е Лимин ничего не заметил. Обратный путь занял почти столько же времени, однако в этот раз не из-за патрулей, а из-за темноты. Заклинателей Башни Чжаньчан было несложно обойти, ведь отсутствие света вынуждало их зажигать пламя на ладони или брать с собой фонари. Себе же юноши этого позволить не могли — стоило им подсветить дорогу, как их присутствие тут же было бы замечено. Приходилось идти в молчании, постоянно хватаясь друг за друга на очередном подъёме или лежащем поперёк тропы корне. Развилка на дороге к домикам уже была достаточно безопасным местом, чтобы, наконец, остановиться. Здесь они были вполне в праве находиться даже в такое время. — Ну, вот, мы так ничего и не нашли, — разочарованно вздохнул Е Лимин. Печально опустив взгляд, побледневший Кан Цзянцзюэ принялся бормотать оправдания: — Извините, это всё из-за меня… Я… Я так сильно испугался… За время, проведённое в пути, юноша успел успокоиться и теперь искренне раскаивался за доставленные проблемы. Е Лимин попытался его приободрить: — Не бери в голову. Никто не мог ожидать подобного, так что это просто непредвиденные обстоятельства. С кем не бывает? Задумчиво потерев подбородок, Шэнь Тафэй протянул: — Так что всё-таки там произошло? Единственным, кто был способен внятно объяснить произошедшее, оказался Мэй Лань, поэтому ему пришлось прояснить ситуацию: — Н-ну… Одна из балок сильно пострадала и упёрлась в стену. Я стоял возле неё и оттуда окликнул Кан Цзянцзюэ. Он пошёл в мою сторону, но из-за ужасной неровности пола споткнулся и толкнул бревно, от чего оно соскользнуло и упало, едва нас не задавив. — Другими словами… Хотя довольно прищурившийся Шэнь Тафэй ничего не добавил, Мэй Ланю было понятно, на что он намекал. Поэтому, стараясь не глядеть в его сторону, подросток неохотно признал: — В итоге, это полностью моя вина. И то, что нам пришлось так рано уйти, и то, что мы в итоге ничего не смогли найти. Его шисюн кивнул, полностью удовлетворённый ответом: — Хотя мы были осторожны, из-за грязи всё равно наследили там изрядно, так что обнаружить наше проникновение довольно легко. Если нам повезёт — то патрули просто изменят свой маршрут, чтобы проходить мимо Зала Барьеров чаще. Не повезёт — и они попросят господина старейшину вообще закрыть проход в него. В любом случае может так сложиться, что через пару дней любая попытка посетить его ещё раз будет обречена на провал. Мэй Лань лишь опустил взгляд и переступил с ноги на ногу. Шэнь Тафэй никогда ни в чём не обвинял своего шиди, однако всегда точно знал, что нужно сказать, чтобы тот почувствовал ужасные угрызения совести. Вот и сейчас в его словах не было злого умысла, но Мэй Яо всё равно раздосадовано пробормотал: — Если я могу чем-то помочь… — Конечно, можешь! — радостно перебил его Шэнь Тафэй. — Вот скажи, если бы ребёнок провинился перед тобой и оказался наказан за это, пришло бы тебе в голову, что он в тот же день повторит свой проступок? Вряд ли, не правда ли? Поэтому лучшее, что мы можем сделать — это завершить поиски раньше, чем нам закроют доступ в Зал Барьеров! — Что ты… — И если сделать скидку на занятость старейшин, а также учесть время, необходимое для составления новых маршрутов патрулирования, у нас есть целая завтрашняя ночь, чтобы закончить то, что мы начали сегодня! — Э? Недоумённо глядя на широченную улыбку Шэнь Тафэя, юноша переваривал его слова. То есть, он хочется сказать, что собирается и завтра затащить его в ночную Башню Сетужан? От воспоминаний её облика по коже поползли мурашки, и Мэй Яо замотал было головой, но прежде, чем он возразил, в разговор влез Е Лимин: — Шэнь-сюн, эта идея звучит крайне заманчиво, но мы не сможем. — Почему? — Просто потому, что нам не хватит сил на это, — развёл руками третий молодой господин. — Я не подвергаю сомнению твою исключительную выдержку, а вот я не способен не спать четверо суток и при этому не вызывать у окружающих подозрений. Боюсь, нам придётся смириться с наличием новых трудностей и попытаться придумать, как их обойти. Столкнувшись с подобной серьёзностью даже от своего вернейшего союзника, Шэнь Тафэй вынужден был отступить. Ненадолго надувшись, он расстроено растянул завитки чёлки Мэй Яо и, наконец, признался: — На самом деле, нам не нужно идти ещё раз. Я просто хотел немного подразнить сяо Ланя, ведь мы уже достигли поставленной цели. — Разве достигли? — с сомнением возразил Е Лимин. — Не помню, чтобы наши с тобой изыскания принесли свои плоды. Закончив мучить кудряшки Мэй Ланя, Шэнь Цюань вернул себе прежнее расположение духа и снова расплылся в улыбке: — Покуда вы трое были заняты привлечением внимания к нашим скромным персонам, я не сидел сложа руки. Но для начала… Сяо Лань, скажи, почему ты оказался именно в той комнате? Призадумавшись, Мэй Яо попытался кратко изложить свои размышления: — Она была одной из тех, которые показались мне наиболее пострадавшими, и как-то так вышло, что будучи рядом с ней я решил поближе рассмотреть повреждения, оставленные взрывом. Пожалуй, у меня даже мелькнула мысль: «Не здесь ли всё и произошло?». А что? — Как интересно. Не знаю, что сыграло решающую роль — твоя интуиция или же твоё невероятное везение, но полагаю, то помещение и правда стало эпицентром. Взгляните. Из рукава Шэнь Тафэя появился небольшой предмет. В полутьме разглядеть его было крайне непросто, и по большей части столпившиеся над протянутой ладонью юноши видели только тёмное пятно. Устав ломать глаза, Е Лимин потянулся к поясу Мэй Яо, вынудив его подойти поближе. На мгновение юноша в смущении замешкался, но затем догадался, что Е Лимин просто видел, как он зажигал нефритовую подвеску, и сейчас явно требовал немного света. Черепашка тускло засветилась, и юношам стал виден неровный кусок металла с фрагментом странного узора. Поверхность слегка обуглилась, однако за исключением резких сколов по краям металл сохранился достаточно неплохо. Вот только форма его не давала никаких намёков на то, частью чего он являлся изначально. Рисунок тоже был нем — Мэй Яо впервые видел нечто подобное. И дело было даже не в недостатке знаний о заклинаниях высшего порядка, а в том, что подобных узоров он прежде никогда не видел. Проводя в библиотеке довольно много времени, Мэй Яо с уверенностью мог сказать, что недостатка в теоретических знаниях у него нет. Даже если он мог не понимать чего-то, достаточно было хоть раз столкнуться с большинством рун, чтобы по крайней мере узнать их. Но в этот раз он видел нечто совершенно новое, с чем никогда доселе не сталкивался. Закончив осматривать фрагмент, юноши растерянно переглянулись. Судя по всему, ни у одного из них не было предположений о том, чем является увиденное ими. Убедившись в этом, Мэй Яо повернулся к шисюну: — Где ты нашёл его? — Внутри обвалившейся балки, в самом её центре. Скорее всего, ударная волна отбросила его с такой силой, что он прошёл сквозь древесину, да так там и остался. Не удивительно, что его никто не нашёл — мне тоже и в голову бы не пришло там искать, если бы не ты. — Так… Что это? — Ха! Откуда же мне знать? Мэй Яо нахмурился: — Тогда с чего ты решил, что найденный тобой осколок имеет отношение к Главе Чучжэнь? Шэнь Тафэй нравоучительно поднял палец: — Очевидно же! Барьерные и опечатывающие заклинания — вещи обыденные и простые. Но я вижу в твоих глазах исключительно непонимание. В познаниях тебе не откажешь, даром что неумел — в библиотеке ты проводишь времени больше, чем мы с Ху Цзя вместе взятые. В таком случае, как и откуда в Зал Барьеров попала вещица, о предназначении которой ни у одного из нас нет ни малейшего представления? Видишь же этот рисунок — подобного не встретишь на страницах базовых учебников. Тогда что он означает? Откуда взялся? И каково его назначение? Украдкой глянув на Е Лимина, Мэй Яо обнаружил его глубоко задумавшимся. Но, почувствовав его взгляд, третий молодой господин серьёзно кивнул словам Шэнь Тафэя: — Шэнь-сюн прав. Хотя я больше времени провожу на тренировочном поле, чем за письменным столом, не сказал бы, что я совсем ничего не знаю о барьерах и печатях. Конечно, чтобы окончательно убедиться в том, что наш вывод верен, было бы замечательно спросить кого-то, кто в этом разбирается… — Но мы не будем этого делать, — поспешно перебил его Шэнь Тафэй. Видимо, ему, как и Мэй Ланю, первым пришёл в голову старейшина Вэньшунь, которого троица из Баобэй старалась обходить за ли. — Не будем, — согласился Е Лимин. — Ведь какой интерес в том, чтобы ответ нам принесли на блюдечке? К тому же, это явно будет означать конец занимательной экспедиции. Поэтому предлагаю провести самостоятельное исследование на эту тему! — Отличная мысль! — согласился Шэнь Цюань. — Вот только кто будет этим заниматься? Вопрос поставил Е Лимина в тупик. Отсутствие дополнительной информации вело к двум наиболее логичным способам её поиска — расспросы и штудирование литературы. Но и он сам, и Шэнь Тафэй были из тех людей, которым корпение над книгами было смерти подобно. Добровольно запираться в библиотеке не желал ни один из них, поэтому поиграв в гляделки, они повернулись к Мэй Яо, умоляюще повиснув у него на рукавах: — Сяо Лань, а сяо Лань… — Мэй-сюн, если ты не против… — Можно, мы доверим это тебе? — А мы займёмся другими способами найти что-нибудь полезное! — Пожалуйста! Под весом друзей юноша покачнулся и тяжко вздохнул. Кажется, о присутствии здесь Кан Цзянцзюэ они оба напрочь позабыли — или, по крайней мере, не воспринимали его как человека, способного помочь. Сам же заклинатель нервно покусывал костяшки пальцев, не торопясь напоминать о своём присутствии. Не то, чтобы Мэй Лань был не согласен с этим достаточно очевидным выводом… Да и, говоря откровенно, ему и самому стало жутко интересно, что же именно они сегодня нашли. Когда волнение и страх от пережитого за ночь отступили, а сами подростки оказались в относительной безопасности, отказывать себе в проявлении совершенно естественного интереса уже было не нужно. И юноша позволил любопытству взять верх, с довольным смешком принимая на себя самую важную роль: — Хорошо, я поищу что-нибудь в библиотеке. Учтите, что это займёт какое-то время — вряд ли нужная книга будет лежать на первой попавшейся полке. — Ура! Е Лимин И Шэнь Тафэй, радостно закружили Мэй Яо, оттягивая на себя его рукава и с трудом сдерживая довольный смех. Но буквально через пару кругов Е Чуйсань покачнулся и едва удержался на ногах, схватившись за голову: — Ох… Кажется, нам всё же нужно немного поспать… Мэй Яо поддержал его за руку и ненавязчиво подтолкнул к домикам, приглашая за собой и остальных. Ещё немного — и на улице начнёт светать, а им ни в коем случае нельзя было попадаться на глаза другим ученикам. Особенно Ху Цзя и У Сину.