Найти себя.

Саманья вернулась домой на рассвете. Всю ночь они проговорили с Джакони о прошлом. Она выслушала его историю, посочувствовала и высказала соболезнование об утрате брата. Неважно, каким жестоким и подлым был Джитуку, он все же является братом. Саманья не осуждала его за гибель члена семьи. С Джакони было легко общаться. Время рядом с ним стремительно пролетало. Она рассказала ему про себя, отвечала на вопросы о её семье. Они также обсудили политику обоих прайдов. Джакони не был скучным. Даже молчание было не в тягость. Рядом с ним было спокойно и уютно, не так как с Гатерой. - Доброе утро, кузина! Навстречу Саманье шла счастливая Шани. Она только что рассталась с Гатерой и у границы увидела родственницу. - Доброе, – поздоровалась Саманья. – Ты только еще идешь домой? - А сама? – поддела ее Шани. – Неужели тебя очаровал Джакони? Саманья смутилась и отвела взгляд в сторону. Кузина уловила этот момент и хитро улыбнулась. - Он тебе понравился, – хихикнула Шани. - Не говори глупости, – проворчала Саманья. – Мы с Джакони просто проговорили всю ночь. Я не заметила, как пролетело время. Львицы вместе пошли в сторону прайда. Шани не стала комментировать слова кузины, на что Саманья была ей благодарна. - Как прошло твое свидание? – поинтересовалась Саманья. - Время пролетело незаметно, – ответила кузина. – Сначала нам было неловко из-за того, что вы с Джакони застали нас врасплох. Я рассказала Гатере, что ты все знаешь, а он обо всем рассказал брату. Он тоже хочет разорвать помолвку, и этот вопрос хочет обсудить с тобой лично. - Надо будет потом встретиться с ним, – кивнула Саманья. Счастье Шани было ей важнее какого-то объединения прайдов. – Может сообща найдем выход. Шани любила Гатеру всем сердцем. Она хотела быть с ним рядом, но политика все усложняла. Львица морально готовила себя к расставанию. Если Гатера и Саманья поженяться, ей невольно придется отступить. Даже ради любви, она не предаст кузину. - Девочки! Саманья и Шани вздрогнули от строгого тона королевы прайда. Фрэя с недовольством смотрела на дочь и племянницу. Рядом с ней стояла не менее суровая Бахати – мама Шани и сестра Борея. Бахати была младшей сестрой короля. Это крупная льва с темным окрасом, как у брата. На кончиках подушечек лап была темная окантовка. Серо-зеленые глаза прожигали Саманью и Шани. - Вы где пропадали всю ночь? – строго спросила Фрэя. Её приказной тон требовал немедленного ответа. Шани вжала голову в плечи и отвела уши назад. Саманья вышла вперед и уверенно посмотрела на мать и тетю. - Простите, что заставили вас волноваться. Мы задержались на землях болотного прайда. - Правда? – Бахати вопросительно подняла бровь и посмотрела на испуганную дочь. – И что вас так задержало? Саманья показательно закатила глаза. - Вы сами мне говорили, что я должна лучше узнать своего будущего супруга. Джакони и Шани составили нам компанию. Бахати и Фрэя переглянулись. Со стороны это было похоже на правду. Саманья не собиралась подставлять Шани, как и говорить о своем времяпровождении с Джакони. - На вашем месте, я бы лучше держалась подальше от Джакони, – посоветовала Фрэя. – Ему не стоит излишне доверять. - Ты сейчас говоришь как папа, – заметила Саманья. – Джакони не опасен. Он очень даже дружелюбный и веселый. - Она права, – вставила слова Шани. – Да и Гатера о нем хорошо отзывается. Фрэя тяжело вздохнула. Её напрягала ситуация с внезапным возвращением старшего сына Векесы. У неё было плохое предчувствие – появление Джакони может вызвать новые проблемы. Борей вернулся домой напряженным и задумчивым. - Особо с ним не сближайтесь, – посоветовала Бахати. – Это для вашей же безопасности. Джакони мог выдумать смерть Джитуку, чтобы усыпить нашу бдительность. - Ты преувеличиваешь, мама, – ответила Шани. - Она права, – кивнула Фрэя, соглашаясь с сестрой мужа. – Джитуку может выжидает момент, чтобы напасть и захватить наш прайд. Шани и Саманья переглянулись. Им нечего было сказать в защиту Джакони. Саманья видела боль и грусть в глазах льва. Она верила каждому его слову. Джитуку мертв, и прайду нечего бояться. - Думайте, что хотите, – с тяжелым вздохом Саманья прошла мамо матери и тети. Шани последовала за ней. – Я не собираюсь спорить с вами. Мы устали и хотим спать. - Подумайте над нашими словами, – в догонку крикнула Бахати, затем с тревогой посмотрела на обеспокоенную Фрэю. Девочки скрылись из виду, оставляя своих мам позади. У них не было сил на споры. И Саманья не врала, когда сказала про усталость и сон. Глаза слипались, и львице хотелось как можно скорее оказаться дома. - Что явно что-то они не договаривают, – заметила Бахати. – Что думаешь? - Думаю, опасения Борея не беспочвенны, – ответила Фрэя. – Джакони морочит головы нашим девочкам. Они должны держаться от него подальше. - Это, да, – кивнула сестра короля. – Нужно приставить им охрану. Если Саманья захочет пообщаться с Гатерой, кто-то должен её сопровождать. - Ей это не понравится, – покачала головой Фрэя, но на была согласна с предложением Бахати. – Но так будет лучше для её безопасности. Если с ней что-то случиться, болотный прайд пожалеет об этом. Бахати верила угрозам королевы. Она сама бы так поступила ради своих дочерей: Шани и Нефел. Она родила их от бродяги, и это самый бесценный дар. За своих детей она готова порвать любого. - Поговори с Бореем. - Так и сделаю, – кивнула Фрэя. *** Джакони спал на поляне, когда его разбудил Гатера. Младший брат улегся рядом и устало прикрыл глаза. Джакони вяло фыркнул. - Мог бы лечь потише. - Я устал, – проворчал Гатера. – И хочу спать. - Поэтому ты разбудил меня? – с доброй усмешкой заметил старший брат. – Это подло. - Ты это заслужил, – усмехнулся наследник болотного прайда. – Нечего было при Араши отправлять меня провожать Шани. Вдруг бы он догадался. - Ты параноик, – заметил Джакони и сонно зевнул. – Я ничем вас не выдал. К тому же, с Саманьей нам было что обсудить. Да и ты, как я смотрю, хорошо провел время. Гатера чуть смутился. Его щеки немного покраснели, что не укрылось от старшего брата. Джакони был рад за брата, но за свое счастье ему придется побороться. Долг перед семьей и прайдом может разрушить отношения между ним и Шани. - А как ты пообщался с моей невестой? – спросил Гатера, приоткрыв один глаз. – Не наскучила? Последний вопрос заставил Джакони нахмуриться. Он знал о нежелании брата жениться и общаться с невестой, но насмехаться над Саманьей – это перебор. - Не говори так, – с осуждением сказал Джакони. – Никогда. У тебя очаровательная невеста. Если бы не твои чувства к Шани, я бы посоветовал тебе раскрыть глаза пошире. Ты явно слепой. Гатера удивленно уставился на старшего брата: - Ты чего? - Будь я на твоем месте, то более почтительно относился бы к Саманье, – Джакони отвернулся от брата и положил голову на лапы. – Тебе стоит ценить свою невесту, раз вы скоро поженитесь. - Я хочу разорвать помолвку, – заявил Гатера. - Удачи, – пробормотал Джакони. – Попробуй переубедить нашего отца и Борея. Гатера глухо прорычал. Он прекрасно знал, что отец откажет ему, а Борей закатит скандал. Должен быть другой способ быть с Шани. Хорошо, что сама Саманья против их свадьбы. «Джакони прав», – пронеслось в голове коричневого льва. – «Мне нужно быть более вежливым с Саманьей. Она никому не рассказала о нас. И она тоже против свадьбы». - Джакони? – младший брат обратился к старшему. Джакони никак не отреагировал. Он крепко спал. Гатера тяжело выдохнул. Он положил голову на лапы и тут же сморил сон.