Слезы в его глазах.

— Замечательные новости? Ты серьёзно?! Юнги был в гневе. Теперь, Хосок хотя бы понимал его причину. Омега так разозлился из-за незапланированной беременности и его понять можно. Он так бурно реагирует, как будто завтра настанет конец света, виной которому Хосок. — Конечно, я серьёзно. Беременность, это ведь счастье. В тебе развивается новая жизнь и для меня это замечательно. — Уж лучше бы это были глисты! Хосок засмеялся. Он обошёл стол и попытался обнять Юнги, но тот ударил его по рукам и отошёл на шаг назад. — Не смей прикасаться ко мне! Ты мне жизнь разрушил и ещё смеёшься? Улыбаться смеешь? Да ты хоть представляешь, что натворил?! — Я? Причём здесь я, чёрт возьми?! Мы оба получали удовольствие, в эти три дня твоей течки, так почему крайний я? Какого чёрта, Юнги?! — Я принимал таблетки и со своей частью контрацепции я справился, а вот ты не мог даже надеть ёбаный презерватив! Мне не нужен этот ребёнок! Я, блять, даже универ не закончил! Мне двадцать один и мне не нужна эта беременность! — Оу, вот как ты заговорил! А вот я помню, что ты и сам был не против трахаться без резинки и теперь всю ответственность скидываешь на меня? Это глупо, чёрт возьми! С каждой секундой Юнги разгорался всё сильнее. Хосок понимал, что его нужно успокоить, вот только не знал как. Дальнейший разговор сейчас приведёт ещё к большей ссоре. — Давай спокойно всё обсудим. Ты был у врача? — Что?! Нет, конечно! Когда бы я успел? Я ещё два часа назад был дома и спокойно мыл посуду, пока меня не начало ужасно тошнить. Омега тяжело дышал, но говорил уже более спокойно. — Хорошо. Сейчас мы поедем в больницу, и доктор тебя посмотрит. В конце концов, тест мог показать ошибочный результат. Может у тебя гормональный сбой или ещё что-нибудь. — Если беременность подтвердится, я тебя убью.       К машине они шли молча. Юнги был очень раздражён, а Хосок был серьёзен и сдержан. Он не хотел ругаться с омегой, поэтому решил молчать всё это время. И только когда они были уже на полпути к больнице, Юнги повернулся к нему и тихо заговорил так, чтобы его не услышал водитель спереди. — У меня нет с собой документов. — Ничего страшного. Я везу тебя в платную клинику, там тебя примут и без документов. На этом их разговор закончился. Юнги повернулся к окну, больше не оборачиваясь. Хосок же не сводил с него взгляда. Он соскучился, так сильно соскучился, что хотелось обнять этого злого, взбешённого омегу и прижать к себе, как можно сильнее. Он и не заметил, как Юнги стал ему дорог. Это чувство было для Хосока в новинку, но он не собирался от него отказываться. Любить, оказалось, так сложно. Кто бы мог подумать, что за несколько месяцев простой официант из небольшого ресторанчика, так сильно западёт ему в душу. Сейчас всё могло быть по-другому. Хосок сам всё разрушил, своими собственными руками, но он хотел всё исправить. Он ни за что не откажется от их ребёнка и от Юнги. Будет бороться за него до конца и раз за разом доказывать ему, что тот ему дорог. Как бы сложно не было. Машина плавно подъехала к клинике, водитель припарковал машину, и Юнги вышел из неё первым, громко хлопнув дверью. Их и, правда, приняли без документов. Юнги прошёл в кабинет врача, без очереди оставив альфу ждать в коридоре. Врачом оказался омега средних лет, милой внешности и с добрым взглядом. Юнги трясло. Он быстро рассказал ему симптомы, и показал два положительных теста. — Проходите за ширму, раздевайтесь и ложитесь на кушетку. Нужно сделать вам узи, а потом вы сдадите анализы. Юнги сделал всё так, как сказал ему врач. Он вздрогнул, когда холодный гель выдавили ему на живот с характерным хлюпаньем. Минут пять врач водил аппаратом по его животу, не сильно надавливая. Он повернул монитор к Юнги и указал пальцем на маленькое чёрное пятно. — Поздравляю вас, Мин Юнги, это ваш ребёнок. Срок ещё совсем маленький, примерно пять-шесть недель. Одевайтесь. С этими словами земля из-под ног омеги ушла. Он сдерживал слёзы, но руки дрожали. Весь его мир рухнул, врач только что подтвердил начало конца. Он беременный. Этот ребёнок ему сейчас совершенно не нужен. Он не долгожданный, незапланированный и нежеланный. Юнги ещё учиться и у него нет никакого желания портить себе жизнь из-за этой ошибки. Осталось только убедить в этом альфу. Пока срок совсем маленький Юнги просто сделает аборт и забудет об этом, как о страшном сне. Когда Юнги вышел из-за ширмы, Хосок уже сидел напротив врача. Юнги сел рядом с ним и руками сжал свои джинсы, стараясь унять дрожь. Он чувствовал, как тошнота снова подкатывает к горлу, и пытался с ней бороться. Пару глубоких вдохов, наполненных терпким кофейным ароматом, и он почти спокоен. Почти. — Господин Чон, рад вам сообщить о том, что ваш омега находиться в интересном положении. Он беременный. Пять-шесть недель. Беременность протекает хорошо, без каких-либо осложнений. Пока срок ещё слишком маленький, я обязан вас спросить. — Врач посмотрел на Юнги, затем на Хосока и продолжил. — Вы будете оставлять ребёнка? — Да. — Нет! Они ответили одновременно. Юнги со злостью посмотрел на Хосока. — Прости, но это моё тело и только мне решать, оставлять этот сгусток клеток в себе или нет! — Пока в тебе находится мой ребёнок, это моё дело! — Хосок буквально прорычал эти слова. Если бы взглядом можно было испепелить, то Юнги сейчас был бы горстью пепла. — Я не собираюсь вынашивать это в себе девять месяцев и ломать свою жизнь! — Я сам лично тебе жизнь сломаю, если вздумаешь навредить моему ребёнку! Доктор был в шоке. Он смотрел на разъярённую парочку и впервые видел такую реакцию на неожиданную беременность. За годы его карьеры он видел многое. Кто-то плакал навзрыд, кто-то был счастлив, были и те, кто холодно воспринимали новое положение, а после записывались на аборт. Но чтоб вот так открыто конфликтовать перед ним, это было впервые. Омега был не просто растерян, он был в гневе. Он с такой ненавистью говорил о зародыше внутри себя, что врач и не сомневался, что тот не захочет оставлять ребёнка. — Я даю вам три дня. — слушать дальше эти споры у него не было желания. В коридоре его ждут другие пациенты. — Решите все свои разногласия и придите к одному решению. Пока срок маленький, можно сделать аборт. Затяните, ни один доктор не возьмётся за это. Если вы решите оставить ребёнка, то я буду наблюдать вас все эти девять прекрасных месяцев.       Юнги почти бежал к машине. Он не мог нормально дышать от обиды и гнева. Решать за него собирается этот монстр! Он просто не может заставить его быть инкубатором для нежеланного ребёнка! Слёзы сами стекали из глаз по щекам, и он не мог это контролировать. Хотелось кричать изо всех сил и рвать на себе волосы. Это не может быть правдой. Просто не может быть. Он не пропускал приём таблеток, так почему именно он залетел от человека, которого так сильно ненавидит и любит одновременно? Боже, да, что он скажет родителям? Здравствуйте, это Чон Хосок, глава крупнейшего мафиозного клана Сеула. Он ахуенно трахается, очень милый и красивый, словно бог, а ещё убивает людей ради развлечения. И да, я жду от него ребёнка! Замечательно. Хосок догоняет его у машины и рывком разворачивает его к себе. — Да постой же ты! — Нахуй иди! Ты разрушил мою жизнь! Ты, блять сломал меня! Как ты смеешь хотеть ребёнка? Какой из тебя отец?! Что хочешь вырастить такого же монстра, как и ты сам? — Юнги видел, как глаза альфы наливаются кроваво-красным цветом, но не мог остановиться. — Ты не имеешь право указывать мне, рожать или нет! Ты никто и этот эмбрион ничего для меня не значит! Мне плевать, чего ты хочешь, я не стану рожать его! Что? Ударишь меня теперь? Влепишь мне пощёчину, как тогда?! Давай! Бей, но я всё равно не оставлю его! Юнги, был готов к удару. Он чувствовал, как альфа зол, он видел это в его глазах. Его запах стал горьким и противным, он душил его. Но омеге было плевать на это. Истерика полностью захватила его, и остановиться он не мог. — Ты пожалеешь о своих словах, Юнги. Юнги уже не мог нормально дышать. Перед глазами всё поплыло от бесконечных слёз, сердце билось слишком быстро, тело трясло. Он закрыл глаза и зажмурился. Не хотелось видеть, как рука заноситься для удара. Но Хосок не ударил его. Даже не замахнулся. Он обнял его и сильно прижал к себе. Запах стал легче, теперь он успокаивал. Пока Юнги пытался вырваться, Хосок гладил его по спине и шептал что-то. Юнги не помнит, как успокоился. Он был вымотан, поэтому спокойно сел в машину, словно бесчувственная кукла, а после уснул.       Когда Юнги проснулся, за окном солнце уже начало садиться. Комната была залита мягким тёплым светом, в розово-оранжевых оттенках. Вид из панорамного окна был шикарен, как всегда. Омега сел на кровати и закутался в одеяло до подбородка. Запах кофе был повсюду. Юнги не помнил, как отключился сразу же после истерики. Его состояние всё ещё было не ясным. Тело казалось тяжёлым, и он чувствовал усталость. Его живот заурчал от голода. Юнги не ел с самого утра, а то, что ему удалось съесть, тут же вырвалось наружу. Сейчас он чувствовал лёгкую тошноту, но она, скорее, была вызвана чувством голода, а не ранним токсикозом при беременности. Беременность. Омега тяжело вздохнул и положил руку на свой живот, слегка поглаживая. Он сделал это неосознанно и рефлекторно. Когда через пару секунд до него дошло, что он наглаживает живот, в котором поселилось «нечто» что он ненавидит, он одёрнул руку. Дверь в комнату бесшумно открылась, и на пороге появился Хосок с подносом в руках. — Рад, что ты проснулся. Я принёс ужин. Очень надеюсь, что эти тарелки не полетят мне в голову, и ты поешь. Юнги кивнул, и альфа поставил поднос на тумбочку рядом с кроватью, а после сел рядом с Юнги. — Почему я здесь? — Юнги взял с тарелки небольшую виноградинку и закинул её в рот. Он очень надеялся, что на этот раз его желудок не будет отторгать еду. — Ты уснул, и я решил привезти тебя к себе. Нам нужно поговорить, Юнги. Всё спокойно обсудить и прийти хоть к какому-нибудь решению. — Мне кажется, здесь нечего обсуждать. Я не хочу портить жизнь себе. И тебе тоже портить жизнь не хочу. Хосок не стал давить. Он понимающе кивнул. Он начал подворачивать рукава своей рубашки, лишь бы занять чем-то руки. Юнги наблюдал за движениями его пальцев. Красивая смуглая кожа, усыпанная россыпью вен, вызывала мурашки. Юнги так сильно скучал по Хосоку, что теперь стоит только посмотреть на его руки, внизу живота скручивается узел возбуждения. — Я понимаю. Правда, понимаю тебя, но я не согласен. Этот ребёнок часть меня, и я очень хочу стать ему отцом. Подумай о том, что мы можем стать семьёй Юнги. — Ты, наверное, шутишь?! О какой семье ты говоришь? — Этот ребёнок, может стать нашим шансом на счастливую жизнь. — Юнги только хотел открыть рот, чтобы ответить, как Хосок продолжил, не дав ему сказать. — Поговорим об этом позже. Сейчас мне нужно уехать. Если не хочешь здесь оставаться, я могу отвезти тебя домой. Тогда после работы я сразу приеду к тебе, и мы поговорим. Или же ты ждёшь меня здесь. — Хорошо. Я подожду тебя здесь. Я обещаю подумать над твоими словами, но это вряд ли что-то изменит. Я настроен на аборт.

***

Чонгук сидел в машине и спокойно пил кофе. Он смотрел на экран своего телефона каждые пять минут. Всё было готово. Субин и Минхёк уже с вечера находились в клубе Вонбина и были полностью подготовленными. Чонгук дал им четкие указания, как действовать и что делать в критической ситуации, если всё пойдёт не по плану. Он был уверен в своих омегах. Они вдвоём были взрывной комбинацией, способные до полусмерти затрахать любого альфу и превратить его мозг в желе. Мальчики умели затуманить мозг и лишить рассудка. Они станут отличным отвлекающим манёвром для Чонсока. Пока они будут объезжать альфу, парни Хосока успеют слить всю информацию с телефона на флешку. Главное не оставить следов. Хосок сидел на пассажирском сидении и заметно нервничал. Он всё время смотрел в окно в ожидании, когда из-за угла выйдет нужный человек. — Перестань сёрпать, пожалуйста! Раздражает. — Хосок на пару секунд повернулся к Чонгуку и опять отвернулся к окну. Чонгук отпустил губами трубочку, через которую допивал уже остывший капучино и с улыбкой посмотрел на Хо. — Эй, господин Чон Хосок скажи мне, ты такой дёрганный, потому что переживаешь из-за Чонсока или потому что скоро станешь папочкой? Дьявольская ухмылка и вид полного превосходства, вот что было на роже этого несносного омеги. Хосок резко развернулся к нему и, сузив глаза, прошипел — Я полностью спокоен, мои люди справятся и совсем скоро, у нас в руках будет вся нужная информация. И вообще откуда ты знаешь про беременность? — Тэхён рассказал. — Чонгук пожал плечами и убрал пустой стакан в подставку. — Он весь день мне названивал, говорил, что переживает за Юнги. Тот не брал трубку и на сообщения не отвечал. Тэхён думал, что ты его убил. Но я успокоил его и сказал, что каким бы дерьмом ты не был, своего беременного омегу ты не убьешь. Тэхён успокоился только после того, как ему позвонил Юнги и сказал, что он у тебя. Ты что, запер его насильно в своей квартире? Хосок приоткрыл окно двери и достал сигареты. — Нет. Он сам решил остаться у меня, чтобы после поговорить. — Хосок прикурил сигарету и передал пачку Чонгуку. — Он не хочет этого ребёнка, Чонгук. Чонгук тоже прикурил. Он не стал открывать окно, так как машина и так полностью провоняет сигаретным дымом. — А чего хочешь ты? — Я хочу ребёнка. И я был рад, когда услышал, что Юнги беременный. Я хочу семью. Не собираюсь отпускать Юнги, и не дам ему сделать глупость. Если для этого придётся запереть его дома на все девять месяцев, я это сделаю. — Ты лишаешь его выбора. — Жизнь ребёнка важнее. Чонгук не стал дальше спорить. Он решил в это не лезть. Они сами разберутся. — Идёт. Хосок выкинул недокуренную сигарету в окно и сказал Чонгуку разблокировать двери. К их машине шёл высокий, худощавый альфа. Он всё время смотрел лишь себе под ноги и с каждой секундой ускорял шаг. Когда он сел в машину, Чонгук снова заблокировал двери и закрыл окно со стороны Хосока. — Чонгук знакомься это Джейсон. Альфа подмигнул омеге и улыбнулся. — Наслышан о тебе, Чон Чонгук. Люди не врут, ты, действительно, будто альфа в теле омеги. Очень красивый. Чонгук закатил глаза, он пропустил этот сомнительный комплимент мимо ушей. — А я вот о тебе совсем ничего не слышал. — В этом и заключается моя работа. Меня никто не знает, обо мне не говорят, но я лучший в своём деле. Взломал пароль этого парнишки за пару минут. Следов после себя не оставил. Он и не заметит, что кто-то копался в его телефоне. Джейсон взял ноутбук, что лежал рядом с ним на сидении, воткнул в него флешку и стал ждать загрузку. Через пару минут он широко улыбнулся и посмотрел на Хосока. — Поздравляю, Господин Чон. Вы нашли того, кого искали. На флешке было больше, чем ожидал увидеть Хосок. Хосок взял ноутбук и пробежался глазами по содержимому документов. Чонсок большими партиями скупал оружие и наркотики. Судя по перепискам товар, был ещё в пути. Он готовится к войне. Переписки. Много переписок с главами мелких преступных группировок, которые готовы помочь ему и встать на его сторону. Постоянные звонки в Пусан на разные номера, совсем не удивили Хосока. Его привлёк один скрин из переписки. Там говорилось о легком яде, который при взаимодействии с наркотиком вызовет сильнейшую интоксикацию. Хосок повернул ноутбук к Джейсону и ткнул пальцем на этот номер. — Пробей его. Мне нужно знать, кто испортил товар Чонгука и Джуна этой дрянью. Джейсон пальцами показал «Ок» и достал свой телефон. Через пару минут он выяснил, кто был в этом замешан и кому принадлежал номер. — Номер зарегистрирован на Чхве Чжунхона. Он не активен уже больше месяца. Владелец заблокировал его, но данные не стёр. Чонгук засмеялся. Кто бы мог подумать, что такая шестёрка, как Чхве, будет в этом замешан. Значит, этот гадёныш ушёл от Намджуна к Чонсоку, чтобы помочь ему убрать Хосока. Мальчишка видимо захотел больше власти. Чонгук убьёт его собственными руками. — Спасибо, Джейсон. — Хосок закрыл ноутбук и убрал его на заднее сиденье. — Нужна будет помощь, звоните в любое время. — альфа подмигнул Чонгуку и вышел из машины. — Придурок. — Чонгук фыркнул и повернул ключ зажигания. Машина приятно загудела. — Пошлёшь людей искать Чжунхона? Хосок откинулся на спинку сиденья и отрицательно покачал головой. — Не сегодня. Отвези меня домой и сам езжай отдыхать. Займёмся этим завтра вечером. — Я хочу расправиться с Чжунхоном сам. Его отравленная наркота, чуть не убила моих мальчиков. Я не спущу ему это с рук. Хочу сам вспороть ему живот, чтоб кишки наружу вывалились. — Без проблем. Совсем скоро всё это закончится, и я наконец-то смогу вздохнуть спокойно. Через пару недель, когда всё будет готово, я уничтожу клан Ли. Они и не догадываются, что мы всё знаем. Это сыграет нам на руку. Я убью каждого из его клана, чтобы больше никто не посмел встать у меня на пути. Хосок улыбнулся. Он уже представлял, как приятно будет утонуть в крови ёбаного Ли Чонсока.

***

Когда Чонгук зашёл в квартиру, он не включая свет, сразу же пошёл в спальню. По-хорошему, ему нужно принять душ и хоть немного перекусить, но сил на это не было. Он с самого утра был завален работой и сейчас его ноги неприятно гудели от усталости. Омега скинул пиджак прямо на пол, не заботясь о том, что тот помнётся. Он зашёл в спальню и включил лишь ночник, что висел на стене. Он услышал шорох позади себя и тут же достал пистолет, повернувшись. Под его прицелом оказался Тэхён. Альфа стоял напротив него, с чипсами в руках. На его лице был страх, затем удивление, а после он нахмурил брови от злости. Чонгук выдохнул и опустил пушку. — Ты напугал меня. — голос омеги был очень уставшим и тихим. Тэхён кинул не раскрытую пачку чипсов на пол и вплотную подошёл к Чонгуку. — Ты направил на меня пистолет? Совсем уже ёбнулся со своей работой? А если бы ты выстрелил? Ты мог убить меня, Гуки. Тэхён чертовски его возбуждал. Такой злой альфа, в домашней футболке и длинных шортах, с беспорядком на голове, был очень сексуален. Чонгук смотрел на его грудь, затем взглядом прошёлся по крепкой шее, к подбородку и губам. Омега закусил пирсинг в своей нижней губе и улыбнулся нагло, нахально, но лишь уголком губ — Накажешь меня, папочка? — Ты не выносим. — Тэхён подхватил омегу под ягодицы и тот сразу же обвил его ногами, обнимая за шею руками, в одной из которых до сих пор был пистолет. Раньше Тэхён бы испугался, вспылил и разозлился. Теперь же он совсем не обращал внимания на оружие, что всегда было где-то рядом с омегой. Тэхёну, было сложно признать, что Чонгук выглядел очень горячо с пистолетом в руках. — Что же ты со мной делаешь, детка? Чонгук провёл носом по его скуле и слегка укусил его за щёку. — Кажется, люблю тебя. А ещё собираюсь хорошенько трахнуть тебя. Тэхён засмеялся. — Ты опять портишь момент. — Я вообще-то, только что признался тебе в любви, грубое ты животное! — Чонгук пнул его пяткой в поясницу и захотел слезть с него, но Тэхён держал его крепко. — Ты же знаешь, что я люблю тебя больше. — альфа чуть наклонил голову вниз и легко поцеловал пухлые губы омеги. Серебряное колечко было немного холодным в сравнении с горячими губами. Это заводило. У Тэхёна вообще была огромная слабость к пирсингу его омеги. — Давай всё же уберём твою пушку подальше и перейдём на кровать. Я бы трахнул тебя прямо так, но ты, кажется, слишком устал для этого. Чонгук кивнул. Он слез с Тэхёна и убрал пистолет в тумбочку у кровати. Тэхён. Такой красивый, сдержанный и весь правильный альфа. Кто бы мог подумать, что он может быть таким ярым доминантном в постели. Любитель грязных словечек и жёсткого страстного секса. Чонгук с ума по нему сходит в такие моменты. Только с ним он может быть ласковым и податливым. Такому Тэхёну, очень хочется подчиняться. И сегодня, срывая голос до хрипа от стонов, сгорая в страсти и умирая от удовольствия раз за разом, Чонгук подумает о том, что очень рад тому, что тогда не отступил от него. Не опустил руки, когда его отталкивали раз за разом. Чонгук добился своего и теперь никогда Тэхёна не отпустит.