Свобода в колючих лапах

            Рома будто бы не желал надолго задерживать взгляд на Полине. Она ему противна?       Посмотрев на Антона так, будто он его предал, Пятифан поспешил сесть на своё место, воспользовавшись отсутствием учительницы в классе.

***

      — Эй, ты смотришь на Рому уже минут десять. Разве он красивее, чем я? — как-то отрешённо хихикнув, Полина решила разговорить Петрова.       — Ты так и не рассказал, когда переехал сюда.       — Около двух недель назад. — Антона не сильно интересовал диалог с девочкой, он смотрел на Рому и Бяшу, которые во всю смеялись.        «Ну да, как не заметить такой шум в классе. Будто специально это делают.»       — Тебе уже успела приглянуться какая-нибудь девочка? — Полина и не думала отставать. Многозначительно просмотрев на Антона, она ожидала ответа.        «Ага, девочка по имени Рома.»       — Ещё нет, а ты хочешь ею стать? — улыбнувшись, Тоша перевёл взгляд с Пятифана на Морозову.       Девочка засмущалась, потому решила проигнорировать вопрос и отвернуться.

***

       «Бля, вообще не понимаю о чём они там могут так мило болтать.» — Рома огляделся на сидящую сзади парочку. Он сам понимал, что именно ревность пробирала его до костей, но признавать этого он не будет. — «Я же не пидор.»       — Ты чего уставился на него? Влюбился что-ли, на? — Бяша начал смеяться и пытаться привлечь внимание своего соседа по парте: вертел карандаш перед его глазами, говорил в самое ухо, но всё безуспешно. Рома смотрел на Антона, пока тот ласково болтал со своей одноклассницей.        «И чего это я взъелся? Сам ведь виноват. Если бы я дождался его, а не сел с Бяшей, то сейчас меня не убивала бы р… рев…блять, да похуй.»       Урок кончился, а учительница так и не явилась на урок.       Быстро собрав в рюкзак все вещи и дождавшись, пока все одноклассники выйдут из класса, Рома подошёл к Антону, который до сих пор копошился.       — Чего ты долгий такой? Давай помогу. — не дожидаясь ответа, он поднял его рюкзак с пола и молча стал собирать в него учебники.       — Ты… из-за чего-то злишься на меня? — Антон положил свою руку поверх руки Ромы, ведь в классе они остались одни.       — Всё нормально. Я сам виноват.       — О чём ты?       — Хах, забудь. — взглянув игривым взглядом на руку Петрова, темноволосый улыбнулся и поднёс её к губам, но не целовал. Обдал своим горячим дыханием.       — Т-ты чего делаешь! — Антон вырвал руку и смущающе потёр её, опустив взгляд в пол.       — Идём, скоро звонок. — улыбнувшись такой выходке, Рома подмигнул ему и, сложив руки в карманы спортивных штанов, вышел из класса свободной походкой.

***

      Антон уже шёл домой после пяти скучных уроков.       «И что значил его недопоцелуй в руку? Было так приятно, у меня в животе будто всё перевернулось…»       Парень услышал сзади свист и поспешно обернулся, ожидая увидеть Рому и Бяшу, но увидел совсем не их.       Метрах в шести от него стоял Семён.       — П-привет… Ты что-то хотел? — Семён молчал, медленно наступая на парня. Наконец дойдя до него и прижавшись чуть ли не вплотную, он начал диалог.       — Че у вас с Ромкой? И не обманывай меня, я видел, как ты крутился возле него. Если думаешь, что он такой же пидор, то ты глубоко заблуждаешься. — Бабурин был не в себе от гнева. Казалось, что он вот-вот достанет из глубокого кармана нож и воткнёт прямо в сердце Антона. К счастью, это лишь нездоровые фантазии парня.       — О чём ты говоришь? Между нами нет ничего общего. — в глубине души парень хотел ответить на его колкий вопрос такой же колкостью, но Семён был в несколько раз больше, засплачиваться за свои слова Антон был ещё не готов.       — Кстати, у меня сегодня сменка пропала. Открывай рюкзак, её по-любому ты спиздил! — не успел Тоша ответить, как его рюкзак сняли прямо с плеч.       — А? Это ещё что? — то, что Семён ожидал увидеть — не увидел, но зато нашёл что-то получше.       Антон рассмотрел предмет в его руках. Это была маска зайчика.        «Не моя ведь. У меня вообще масок нет. Подкинули?»       В следующий миг всё стало размыто. Он забрал его очки.       — Надевай маску и танцуй, зайчик.       Как бы сильно Петров не пытался разглядеть хоть что-нибудь, это было бесполезно. Без линз он беспомощен.       Словно где-то свыше услышали, что парню нужна помочь, как он услышал хруст снега. Кто-то очень быстро бежал прямо перед его глазами.        «Я вижу только чёрную голову… Рома!» — осознание пришло быстро, Антон стоял и держал в руках маску, открыв от удивления рот.       Семён бросился бежать, но слишком поздно. Один из парней повалил его на снег, скорее всего Бяша, а другой начал бить ногами.       — Не по-пацански поступаешь, гнида. Гони линзы назад. — отчётливо слышался сбивчивый голос Ромы.       — Горло, тебе перережу, слышишь? — крикнул Бяша, когда картина перед глазами совсем размылась.       Парни стали проходить ближе к Антону.       — Сбежал, свинья. — недовольно фыркнул Рома, беспокойно оглядывая Антона с ног до головы. — С тобой всё нормально? Он тебя не трогал? — он положил свою руку на щеку Тоши, встречаясь с ним лбами.— Петров чувствовал его дыхание на своих губах.       — Эй, а это че такое, на? — только что вспомнив про присутствие Бяши, Рома лениво отодвинулся от Антона.       В руках Бяша держал ту самую маску, которую Бабурин достал из рюкзака Петрова.       — Я не знаю. Семён достал её из моего рюкзака, но она не моя. Ничейная. — Антон прищурился, пытаясь лучше разглядеть маску.       — Так ты у нас зайчик? — хрипло рассмеялся Рома, постукивая товарища по плечу. — Ты хоть что-нибудь без очков видишь, Тоха? — взяв парня за щеки, он пытался найти ответ в его светлых глазах.       — Не очень.       Бяша смотрел на это всё с улыбкой, но увидев предупреждающий взгляд Ромы, сразу уставился на деревья.       — Мы проводим тебя. А то пока дойдёшь домой, сто раз успеешь споткнуться. — они с Бяшей засмеялись, а Тоша продолжал бегать еле видящими глазами по снегу, который его спутники уже успели затоптать грязной обувью.       — Ты не очкуй. Со Свиньёй мы лично пообщаемся.       — Ага. Пойду пока сумку соберу, а то темнеет. — парень нагнулся за выпотрошенным рюкзаком и его содержимым.       Мальчики стояли в нескольких метрах и ждали, пока Антон соберёт учебники, и перешёптывались. Говорил в основном Рома — Бяша лишь шмыгал носом и одобрительно мычал.       И тут, среди припорошенных снежком тетрадей, взгляд Петрова вновь зацепился за ту старую, потрёпанную временем заячью морду из папье-маше. Пустые дыры глаз, в которых может быть что угодно, любые глаза, но маска…        «Будто хочет иметь мои… Откуда она взялась и что забыла в моём рюкзаке?»       — Готов, Тоха? — голос Ромы отбросил парня от размышлений, и он с ужасом отбросил маску прочь, за пределы видимости.       «Слишком много всего для одного дня. Хочу скорее домой.»       Ребята вновь взяли Антона под локти. Молчаливой процессией брели они вдоль замершей просеки. Тишина и частичная слепота всё же действовали угнетающе, и Антон заговорил:       — Я так и не узнал, почему тебя Бяшей зовут? — бурятёнок криво ухмыльнулся.       — Потому что я волк в овечьей шкуре, на.       — Брешешь! Пургу гнать — это он умеет. А звать его так потому, что блеет, как овца. — заговорил Ромка. — Всё после того, как из Чёрного гаража живым выбрался. — Бяша моментально изменился в лице — Петров заметил это даже сквозь пелену. Отшатнулся. Замычал что-то нечленораздельно.       — Видишь? С ним так всегда, как об этой херне заговоришь.       — Ты сейчас о чём? — Антон явно не понимал всей темы.       — Ты серьёзно про эту страшилку не знаешь? — Рома от удивления поднял брови и принялся объяснять всё «новичку» — На чёрной-чёрной улице, в чёрной-чёрной подворотне, стоит чёрный-пречёрный гараж, и он знает о тебе всё. Наверняка слышал о пропавших детях. Это тут не первый год происходит. Всё местные знают, кто здесь замешан. Даже взрослые. — Пятифан ухмыльнулся и развернул голову в сторону полуслепого Антона.       — Вообще везёт тебе — ты вон в лесу, считай, живёшь. Он к тебе так просто не сунется.       Бяша натянул капюшон на голову и завыл на высокой трепещущей ноте, стараясь заглушить Ромкину речь.       — Ладно-ладно, проехали.       За недолгое время, проведённое в этом заснеженном глухом посёлке, Антон точно успел уяснить одно — многие здесь столкнуться с тем, чего так и не смогли понять.       Они шли дальше, но казалось, что это лес плывёт мимо. Сосны — чёрные клавиши, снежные прорехи — белые. И чаща играет свою древнюю скрипующую мелодию — музыку корней, берлог и забытых таёжных скитов. Снежинки создавали будоражащую иллюзию. Казалось, кто-то бродит по лесу… Кто-то высокий, неуловимый, готовый в любой момент прикинуться деревом или слиться с сугробами… А потом, когда внимание к нему ослабнет, вновь продолжит свой путь вдоль дороги. Но это была лишь игра тени и света — там никого не было.       Ромка вдруг резко притормозил и сказал: «Слышите? В лесу кто-то бродит, по ходу…» — Парни посмотрели, куда показывал Пятифан. — Высоченный, причём с нашей скоростью идёт.       Никаких гигантских фигур за мачтами сосен. Только тени, крадущиеся в полумраке. Медленные тени. Быстрые тени. Голодные.       Рома поднял с земли шишку и швырнул её в чащу.       — Пойдёмте скорее, а то вечереет. — Антона вновь взяли под локти и повели вперёд, понесли к лесу, к торчащим шпилям сучьев. Солнце окончательно кануло за зелёные пики.       — А вы знали Вову Матюхина? Мальчика, который пропал недавно?       — А мы разве не его ищем, сладкий? — Петров дёрнулся как ошпаренный и остановился, уставившись на провожатого. Алиса стояла сзади него.