Связь

Мы обязательно поговорим на эту тему. Надеюсь, услышать достойное оправдание твоей слежке за мной.

      Минэ не могла сказать в который раз перечитывала сообщение Чимина. После их последней, не очень радостной встречи, прошел всего день, а ей казалось, что целый век. Парень сбросил сообщение в тот же день, ранним утром. Видимо, обдумывал. Конечно же, и Ли тоже размышляла, что должна сказать ему по поводу того, откуда у нее фотографии. Как оправдаться? Возможно ли это? Теперь она еще больше считала себя недостойной быть рядом с Чимином. Стоило в голове всплыть воспоминаниям того, как руки Чонгука касались ее, так хотелось провалиться сквозь землю… а самое страшное, Минэ не могла сказать, что не желала этого на тот момент. Наслаждалась. От этого становилось еще хуже. Даже быть верной такому парню, как Пак Чимин, она не сумела. Ли все больше убеждалась в том, что являлась сплошным черным и грязным пятном в жизни парня.       — Ку-ку. — Юнги склонил голову на бок, заглядывая в лицо Минэ. — Долго вздыхать будешь? Все думаешь, кого бы одурить и обобрать?       Девушка печально вздохнула, вяло села ровнее на стуле и безмоционально посмотрела на него.       — Что у тебя? — еле слышным голосом спросила она.       — Хм-м… если собираешься и дальше сидеть с видом умирающей лебеди, то ничего. — Мужчина нахмурился и положил две пачки рамена на прилавок. — Тучи нагоняешь, честное слово.       — Расплатись и уходи в таком случае. — Минэ неспешно пробила покупку и повернула экран кассового аппарата, чтобы Юнги мог увидеть сумму. Лишний раз произносить слова сил не было никаких.       — Не дерзи. — Он цокнул языком и вытащил купюру из заднего кармана брюк.       — А где же твой толстенький кошелек? — Минэ фыркнула, принимая оплату.       — Вот это уже другое дело. Заговорила моя старая добрая и до жути противная продавщица. Теперь можно и здесь поесть. А то, я уж думал, что не выдержу это твое задумчивое лицо.       — Ты прав… — Девушка тяжело вздохнула и буквально уткнулась лбом в поверхность прилавка, зажимая в ладони сдачу. — Я очень противная. Нет! Мерзкая. Я мерзкая. Недостойна ничего в этой жизни.       — Ого. Вот это конечно неожиданные откровения. Случилось-то что, глупое ты создание? — Юнги показательно недовольно помотал головой и взъерошил волосы на девичьей макушке, из-за чего она подняла голову. — Хочешь, чтобы я расплакался из-за твоей тяжелой доли и оставил сдачу? — Мужчина прищурился и взглянул в тусклые глаза Минэ.       — Не хочу… деньги мне не помогут. Зачем они нужны, если я тупая идиотка? — Девушка положила купюры перед ним, затем вновь ушла в собственные мысли. Она снова и снова прокручивала в голове сообщение Чимина. Стыдилась видеться с ним, разговаривать или просто смотреть ему в глаза. Лишиться парня по вине этого самого парня теперь ей казалось не столь болезненным, чем… чем выглядеть в его глазах изменщицей. — …и легкомысленная женщина.       Слова, сказанные Чимином по отношению к собственной матери, сквозили разочарованием, усталостью и презрением. Неужели Минэ теперь и в свой адрес ощутит подобные эмоции парня? Нет, не готова.       — Так-с, в четвертый раз тебя звать не буду. — Юнги нахмурился и легонько ударил костяшками пальцев по женскому лбу, после чего повернулся в другую сторону и добавил: — А этот подозрительный мальчишка, если будешь продолжать быть такой рассеянной, попросту разворует весь алкогольный ряд. Возраст у него такой, — с умным видом заключил он.       Минэ посмотрела в сторону мальчика в школьной форме, который выбирал себе чипсы и частенько косился в сторону полок со спиртными напитками.       — И почему я не могу просто спокойно умереть? — Девушка уже более шустро встала и принялась внимательно следить за покупателем.       — Ну, если хочешь умереть, советую тебе сесть обратно и вновь уплыть в свои удручающие мысли. И пусть мальчишка украдет то, что он уже битых пять минут пронизывает неуверенным взглядом. А дальше всё само собой произойдет. Я наберу тетушку, расскажу ей про непутевую работницу ее магазина и про то, как она спаивает наше подрастающее поколение, и всё. Она примчится, сотрет тебя в порошок, а тебя, как я понял, особо и искать-то не будут. — В конце своей пламенной речи, мужчина широко улыбнулся и, взяв свои деньги, положил их в карман.       Мальчишка поспешно вышел из магазина, услышав, что речь зашла о нем, так как Юнги совершенно не старался говорить тише.       — Тебе обязательно быть таким? — Минэ скрестила руки на груди и обвела мужчину безнадёжным взглядом.       — Каким?       — Почему просто не можешь поговорить, выяснить, что со мной, попытаться помочь, дать совет, поддержать?       — А еще погладить по голове, сказать, что все будет отлично, укрыть тебя теплым одеялком и поцеловать в лобик, носик, щечки…       — Не продолжай… можно подумать, мне твои поцелуйчики сдались.       — Конечно же нет! — Юнги театрально громко воскликнул и сделал несколько шагов назад. — Тебе только деньги мои нужны. Да и вот эти вот… — Он расплылся в улыбке и пальцем указал на свои губы. — Предназначены только для моей красотки. Уж прости, тебе с ней не тягаться.       — Рамен свой забери, раз уж есть его тут не собираешься. И вообще, долго еще будешь тут стоять? — Минэ не смогла сдержать ответную улыбку, хотя была удивлена тем, что мужчина задержался возле прилавка. Обычно он сразу же садился за стол, а к Ли подходил только для того, чтобы расплатиться, ну, и бросить в её адрес пару колких замечаний.       — Как видишь, помочь тебе я таки смог. Вон, смотри, как заулыбалась. Не благодари. И рамён съешь на обед. Мой тебе подарочек. — Юнги отсалютовал, приложив два пальца к виску, и принялся поправлять пиджак.       Раздался звон колокольчиков, заставляя обоих обернуться. На пороге показался Чон Чонгук в светлой футболке и потертых джинсах. Минэ готова была поклясться, что заметила на его лице улыбку, которая моментально погасла, стоило ему только увидеть Юнги.       — Смотрю, у тебя пополняется постоянная клиентура, — мужчина пошутил и посмотрел на застывшую Минэ.       Будь возможность, девушка бы спряталась под прилавком. Чонгук являлся лишним напоминанием её измены, лживости и предательства. Если после той совместной ночи с парнем, она находилась в некой эйфории, вспоминала о его прикосновениях с улыбкой и трепетом, то сейчас ей все это виделось совсем иначе. Теперь воспоминания обжигали ее, отдавались болью, которую она должна будет причинить Чимину.       Из-за собственных мыслей Минэ не заметила, как Чонгук успел подойти впритык к Юнги. Он пронзил Мина хмурым взглядом исподлобья, гневно играя желваками на скулах.       — Что ж, думаю мне пора. — Юнги и глазом не повел, хотя чувствовал явный дискомфорт от такого близкого нахождения рядом с парнем. — Господин Чон, не будете ли столь любезны, подвинуться? Я, конечно, мог бы обойти вас, но зачем, когда путь к выходу лежит напрямую. — Лёгкий смешок коснулся мужских губ. — Господин Чон, прошу вас присесть.       Стоило этим словам слететь с мужских губ, как глаза Чонгука резко расширились и он отшатнулся назад. Блок, что он так старательно ставил на лица из прошлого, разбился на мелкие осколки. Вдребезги.       Парень ладонями схватился за голову, стараясь избавиться от острой боли. Избавиться от воспоминаний. Избавиться от вида его лица. Избавиться от больничного запаха. Избавиться. Избавиться. Избавиться. — …Господин Чон. — …Господин Чон. — …Господин Чон. — …медицинское заключение… — …будьте сильными… — …вы нужны сестре…       Эхо в голове Чонгука невозможно было приглушить, невозможно заставить замолчать этот ненавистный голос.       Находясь в полубреду, парень отбросил руки Минэ, которая старалась помочь ему подняться с пола. Он испепелил безумным взглядом Юнги, сидящего рядом на корточках.       — Я убью тебя, ублюдок! — Чонгук набросился на мужчину, заваливая того на пол и попадая кулаком в челюсть. — Какого хуя ты говоришь?! Это неправда! Не может быть правдой… сукин сын! Кровавые разводы на детском личике. — Неправда! — Чонгук оттолкнул Минэ, старающуюся оттянуть его назад. Еле открывающиеся маленькие глазки.       — Возьми свои слова обратно! — Парень выпустил воротник пиджака Юнги из ладоней и тяжело задышал. Чонгук забегал взглядом по помещению и отполз назад. Разбитые маленькие губы и еле слышное, совсем тихое и безжизненное «…папочка». — Нет… Засохшая кровь на худеньких ножках… — Возьми свои слова назад… — Мы сделали все, что могли.       — Нет! — Хватая ртом воздух, Чонгук лицом уткнулся в пол, оставляя на нём тонкую нить слюны.       — Я вызову скорую… — Тяжело дыша, Минэ поспешила к прилавку, чтобы взять телефон. Она взволнованно оборачивалась, смотря на Чонгука, который продолжал лежать, прижавшись щекой к полу.       Юнги старался поднять его, но тот отталкивал мужчину.       — Не стоит никуда звонить, — спокойно произнес Мин. — Поверь мне, у него имеются с собой таблетки.       Минэ застыла с телефоном в руках. То, что мужчина являлся врачом, пусть и женским, придавало ей сил. Она приблизилась к двери, закрыла её на ключ и повесила вывеску «закрыто».       Он замолчал, прилагая все усилия, чтобы перевернуть парня на спину. Спустя несколько минут у него, наконец, получилось. Пару раз слегка шлепнув его по щекам и склонившись, мужчина внимательно посмотрел парню в лицо.       — Слышишь меня? Чон Чонгук, это неправда. Не-прав-да. Успокойся, — четко проговорил Юнги каждое слово, одновременно шаря ладонью по карманам парня. Нащупав маленькую баночку в кармане брюк, он улыбнулся, облегчённо выдыхая. — А вот и наши спасители.       Хватая ртом воздух, Чонгук пустым взглядом смотрел прямо перед собой. Он почти не моргал, словно перед его глазами прокручивалась не реальная жизнь, а совсем другие картинки.       — Что произошло?! — Чонгук встряхнул Юбин за плечи, стараясь заставить ее ответить.       Девушка не могла вымолвить ни слова, захлёбываясь слезами. Ноги еле держали ее, а разум полностью помутнился, отказываясь принимать произошедшее. Лишь шок позволял ей все еще стоять на ногах и не свалиться на пол, потеряв сознание.       — Юбин! Отвечай! — Чонгук резко выпустил плечи сестры из хватки и, отшатнувшись назад, свалился на больничный диван позади.       Лучше бы он не видел этого… его маленькое облачко, покрытое кровью и ссадинами, в срочном порядке отвезли на каталке в операционное отделение.       — …попроси папочку забрать мою боль… — последнее, что она смогла выговорить, прежде чем исчезла за железными дверями операционной.       — Чонгук… пожалуйста. С-скажи, что с ней все б-будет в п-порядке… скажи, умоля-яю, скажи… — Юбин с громким криком упала на пол, захлёбываясь слезами.       Кто-то из медицинского персонала подбежал к девушке и помог подняться, после чего заговорил об успокоительном.       Чонгук продолжал смотреть, как уводили его сестру. Наверное, это было впервые, когда он не реагировал на её слезы. Силы полностью испарились, оставляя его в рассеянном, непонимающем состоянии. Он не мог сказать, сколько времени уже просидел в таком состоянии, боясь встать, пройти к операционной или просто потребовать отчета о произошедшем с Хэсу. Не сразу разобрав, как перед ним оказалась фигура невысокого мужчины в белом халате, Чонгук попытался сосредоточиться на том, что он говорил.       — Я Мин Юнги. Дежурный врач оперативной гинекологии. Господин Чон, пройдемте в мой кабинет. У полиции есть пару вопросов. Они ждут, — серьезно проговорил мужчина, смотря прямо в лицо парня и указывая рукой в сторону своего кабинета. …оперативной гинекологии.       Это были единственные слова, что Чонгук разобрал четко. Так же, как и Сокджин, который появился именно в момент, когда Мин Юнги начал говорить. Он стоял все это время в стороне, вслушиваясь в каждое слово, произнесённое доктором. Его принцесса… его маленькая принцесса.       — О чем вы говорите?! — Сокджин несдержанно рванул к мужчине и, схватив его за ворот халата, тряхнул. — Какая гинекология?! Моя принцесса… Хэсу! — Он принялся беспорядочно бегать взглядом по больнице. — Где моя девочка?!       — Ваша дочь все еще в операционной. Вам надо успокоиться.       Дыхание Чонгука пришло в норму. Он полулежал, оперевшись о холодильник с мороженым. Мин Юнги сидел напротив на корточках, всматриваясь в лицо.       — Вот и хорошо. — Он ободряюще улыбнулся и встал, протягивая ладонь Чонгуку, дабы помочь ему подняться на ноги.       Вместо того, чтобы принять маленькую помощь, парень повернулся к Минэ, стоявшей в стороне, прижавшей руку груди и взволнованно глядящей на него.       — Ты в порядке, рыжая болтушка? — тихо спросил он, словно ничего и не произошло. Будто не он корчился на полу минутой ранее.       — Я… — Минэ непонимающе взглянула на Юнги, словно искала у него ответ, на что тот лишь кивнул. — Да, я в порядке. Ты напугал меня, дурак! — Она нервно выдохнула, но таки растянула губы в улыбке.       Стоило Чонгуку вновь посмотреть на Мин Юнги, как он сильно зажмурился, стараясь избежать нового потока воспоминаний. Нужно избавиться от них, вырвать и никогда не возвращаться к тому разговору.       — …вам надо быть готовыми. К сожалению, у нее тяжелые травмы. Несколько хирургов принимают участие в операции.       — Каковы шансы?! — Сокджин хлопнул ладонями по столу, от чего несколько ручек подпрыгнули. — Кто это сделал?!       — Полиция ведет расследование. У нас будет пару вопросов к вам, — вмешался один из полицейских, стоящих позади Юнги. — Ваша дочь серьезно пострадала из-за нападения и последующих действий педофила. Мне очень жаль, но вы должны собраться и ответить на несколько вопросов.       Чонгук тяжело сглотнул. Педофил…       Он часто заморгал, переводя взгляд с одного человека на другого и будто бы надеясь, что кто-нибудь вдруг опровергнет сказанное.       — Я… — Сокджин раскрыл рот. От шока слова отказывались выходить наружу, застревая на уровне гланд. — Как?.. Я хочу знать, что с ней!       — Я здесь именно для этого. Я объясню, что именно произошло с вашей дочерью. Меня вызвали в реанимацию, потому что… — Юнги замолчал и отвел взгляд в сторону. Если бы он не был в этот день дежурным в оперативной гинекологии, ему бы не пришлось проходить через такое. Как он мог объяснить подобное отцу маленькой девочки? Какие слова подобрать? — У вашей дочери многочисленные повреждения. К сожалению, ее состояние тяжелое.       — …непоправимые повреждения гениталиям, анусу и желудочно-кишечному тракту…       Бум.       Тяжелый стук по барабанным перепонкам заставил Чонгука зажмуриться.       — …потребуется проведение колостомии*…       Бум.       Термины совсем неизвестны Чонгуку, от чего становилось еще страшнее. Неужели слова могут быть настолько устрашающими?       — …был ли кто-нибудь подозрительный? Может вы замечали кого-то?       Бум. Бум. Бум. Бум.       — Ты должен сдохнуть… — Чонгук совсем забыл, какой раз по счету его кулак врезался в челюсть Ким Сокджина. Сплошное кровавое пятно виднелось перед глазами, но ему было мало… Для Ким Сокджина даже смерть являлась прощением…  — Так убей меня, я молю тебя, убей… — В глазах мужчины было намного больше мольбы, чем гнева во взгляде Чонгука.       Парень знал, что для Сокджина смерть будет лучшим подарком. Легче умереть, чем жить жизнью, в которой его принцессу… Мог ли этот подонок принять правду? Смириться с фактом, что это он виноват? Он не забрал её после школы… Хэсу ждала…       Чонгук встал на ноги, чуть пошатнулся, но приблизился к Минэ и крепко прижал ее к себе, проводя рукой по густым волосам.       — Я не позволю обидеть тебя… моя рыжая болтушка.       Парень полностью игнорировал присутствие Мина, будто его и вовсе не было рядом. Еще один взгляд на это лицо, и он… он попросту не выдержит.       — В таком случае, я поеду. Думаю, и так знатно опоздал на работу. А тебе советую убрать вывеску и открыть магазин. — Юнги еще несколько секунд потоптался на месте, глядя на «парочку», затем улыбнулся и направился к выходу. Заодно перевернул табличку, чтобы молодые не слишком заигрывались в «обнимашки». Только оказавшись на свежем воздухе, мужчина облегчённо выдохнул и, бросив последний взгляд через стекло магазина на Чонгука, прошел к машине.       — Чонгук… — Минэ осторожно отодвинулась от парня и взглянула на него снизу вверх. — Ты… болен? Скажи мне честно.       — Да… — Он склонился и коснулся девичьего носа своим. — Тобой. Так заметно?       — Я серьезно. — Ли опустила голову, из-за чего нос Чона уткнулся в ее лоб.       — Зачем рисуешь веснушки? — Подцепив пальцем подбородок, парень заставил Минэ взглянуть на него. — Нравится?       Вопрос застал девушку врасплох, поэтому до нее не сразу дошел смысл.       Сосредоточившись, она ответила:       — В детстве у меня были веснушки, но с возрастом они начали пропадать. Не знаю почему… не думала, что такое возможно. — Она широко улыбнулась, словно вспомнила что-то очень приятное. — Тогда был актёр, который мне очень нравился. И вот в одной из своих дорам, он своей возлюбленной сказал, что ее веснушки это нечто особенное и что он без ума от них. Тогда я была по-настоящему счастлива! Думала, если встречу того актёра в жизни, то смогу стать его единственной и неповторимой.       Чонгук внимательно слушал каждое слово Минэ, будто все, что она говорила, являлось чем-то безумно важным. Он обхватил ее талию ладонями и хотел сказать, чтобы она продолжала, но звон колокольчиков заставил девушку вздрогнуть и отойти от него, вежливо склонившись перед покупателем.       На прилавке валялись разбросанные Минэ предметы. Когда Чонгука внезапно охватил приступ, она от волнения принялась беспорядочно перебирать мелкие коробочки специй, лежавших рядом. Пока покупатель блуждал между прилавками, забрасывая в маленькую корзину необходимые продукты, девушка спешно наводила порядок на своем рабочем столе. Чонгук не стал уходить. Он молча наблюдал за её нехитрыми манипуляциями, стоя чуть поодаль, напротив прилавка. Если бы ему даже пригрозили оружием, приказали покинуть общество Минэ, он бы ни за что не согласился. Лишись парень сейчас присутствия рыжей болтушки рядом, его бы ждала еще более мучительная смерть, чем просто выстрел в сердце. Все ужасные воспоминания крутились в голове, и только сосредоточенное лицо Ли позволяло ему оставаться в трезвом сознании. Чон Чонгуку жизненно необходима Ли Минэ.       — Будешь жить со мной, — поставил парень перед фактом, засунув руки в карманы.       Минэ совершенно не придала значения его словам и продолжила расставлять предметы по местам.       — Да, конечно. Дай мне только несколько недель. Очень уж хочется попрощаться со старым жильём. А потом мы счастливо заживём вместе. Ты, я и Юбин. Представляю, как она будет рада. — Обычно Минэ не был присущ сарказм, но рядом с Чон Чонгуком она училась этому «искусству».       — Хорошо. Я дам тебе месяц, — все так же серьезно проговорил парень, кивая.       Он постарается выжить этот месяц… тридцать дней. Всего лишь.       — М-м, такой благородный. Кажется, я влюбилась.       — Я знаю.       Мужчина проследовал к прилавку и принялся выкладывать продукты на стол. Он недовольно покосился в сторону Чонгука, задержав взгляд на руке, сплошь покрытой татуировками. Мотнув головой, покупатель выпрямился, ожидая пока Минэ пробьет все покупки.       — Я хочу забить всю спину татуировками, — внезапно сказал Чонгук и ткнул языком в щеку, смотря прямо на мужчину. — «Блядское общество» по всей спине.       — Чонгук! — Минэ шикнула на парня, мысленно прося перестать, после чего виновато улыбнулась покупателю и несколько раз поклонилась. Девушка прибавила скорость к своим действиям и спустя несколько минут продукты уже были оплачены и упакованы. — Хорошего дня. — Она продолжала улыбаться и виновато кланяться до тех пор, пока за мужчиной не закрылась дверь. Повернувшись к парню, девушка выпалила: — Это было некрасиво, Чонгук! Как ты так можешь?!       — Он подонок. Осуждает меня, а за что?! Нашему обществу пора научиться судить ублюдков за мерзости, что они творят, а не за рисунки на телах! — Чонгук не оправдывался, лишь говорил то, что считал верным.       — А тебя не за что осуждать?       — Есть, но он об этом не знал. — Чонгук провел языком по нижней губе.       — Ладно, Чонгук, мне надо работать. Тебе не пора в тату-салон? — Минэ прошла к неразобранным коробкам с разнообразным печеньем и сразу принялась открывать её, надеясь, что парень поймет намек и уйдёт.       — Нет.       Короткий ответ ясно дал понять Ли, что Чонгук и не подумает уйти. Неловкость, заглушенная страхом за самочувствие парня, вновь вернулась к ней. Он являлся плодом ее предательства, и даже смотреть на него казалось чем-то слишком неправильным. Разве не должна она слёзно просить прощения у Пак Чимина? Или хотя бы размышлять о собственном проступке, а не проводить время в компании того, с кем изменила своему парню. Лучшему парню на свете…       — Если честно, я хочу, чтобы ты ушёл… — Минэ чувствовала, как горели ее уши, поэтому радовалась, что волосы оказались распущены. Она старалась не смотреть на парня, увлечённо раскладывая продукты по полкам. — То, что между нами произошло…       — Ошибка? — Чонгук хмыкнул, подходя к девушке. — Я помогу.       Он взял несколько коробок печенья и положил их поверх тех, что разложила Минэ. Конечно, он не соблюдал порядок, но она не стала осекать его. После переделает.       — Ты должен понять, у меня есть парень, и я лю…       — Не смей продолжать… — прошипел Чонгук сквозь плотно сжатые зубы и со всей силы сжал маленькую коробочку, которая в итоге превратилась в сплошной комок.       — Ну, вот. Смотри, что ты наделал! Знаешь ведь, что мне придётся оплачивать? — Минэ недовольно причитала, стараясь вырвать из мужского кулака испорченный продукт.       Парень молча наблюдал за ее провальными попытками справиться с его плотно сжатыми пальцами и еле сдерживал улыбку, стоило ей нахмуриться.       — Ладно, оставь! Пробью другую. — Сдалась она наконец и оставила тщетные попытки. Взяв такую же коробочку с полки, она прошла к кассе, затем серьезным тоном произнесла: — И не вздумай попытаться сбежать! Я знаю, где ты работаешь и даже где живешь.       — И не собирался. — Чонгук достал из кармана джинс смятые деньги и выложил перед девушкой.       — Бери сдачу и уходи. — Она протянула ему мелочь и кивнула на дверь. — Мне действительно нужно работать, ты мне мешаешь.       — Нет. — Чонгук сжал губы и, хмурясь, отрицательно помотал головой.       — Серьезно, уходи уже! — Девушка топнула ногой, указывая пальцем на выход. — Зачем нам проводить время вместе?       Парень обошел прилавок и встал впритык к Минэ, коснувшись одной рукой девичьего бедра.       — Я никуда не уйду. Никогда. Смирись, Ли Минэ, — хриплым голосом проговорил он, смотря на нее сверху вниз.       — Клянусь, что сейчас заплачу… ты хотя бы понимаешь в каком я смятении? — Девушка не отводила взгляд от лица Чона. Смотрела прямо в глаза, согнув брови домиком. Казалось, еще чуть-чуть, и она действительно расплачется.       — Все будет хорошо. Просто позволь мне быть рядом. — Чонгук с наслаждением провел ладонью по рыжим волосам, сдерживая себя от желания уткнуться в них носом и вдохнуть запах. Не удержался. — Ведь я все равно сделаю по-своему. Буду рядом, хочешь ты этого или нет, — тихо прохрипел он прямо в девичье ухо.       — Не-нужно-быть-рядом! — проговорила Минэ каждое слово по отдельности и, положив ладони на его плечи, оттолкнула от себя. — Мне надо о многом подумать! Пойми уже! Мне плохо. Просто… оставь меня. — Руки устало опустились по швам, а поникший взгляд упёрся куда-то в сторону.       — Зачем? — недоуменно спросил он, сжимая кулаки.       — Что зачем?! Я изменила своему парню! С тобой.       — Ты не изменяла… — процедил Чонгук. Мужские ноздри неконтролируемо раздувались, а голос звучал опасливо.       — А что тогда? Цветочки собирала? — Минэ иронично фыркнула и отвернулась, проводя ладонью по волосам.       — Секс.       — Я знаю, как это называется. Спасибо.       — Ты занялась сексом. Со мной. Ты моя. Я твой. Ты моя… и это был секс, — проговорил Чонгук, словно ничего необычного не говорил. Просто объяснял школьнику таблицу умножения.       — Ух ты-ы, какой расклад! — Минэ посмотрела на парня и поняла, что он говорил вполне серьезно. Лучше бы просто издевался… — А где в этой пищевой цепочке, м-м, Чимин?       — В банке «Хангван», — коротко ответил он.       Минэ перестала смеяться. Она подозрительно сощурилась, окинув взглядом Чонгука.       — Откуда ты… — Девушка не глядя взяла телефон с прилавка и, уткнувшись в экран, начала нервно нажимать на сенсор. — Ты ведь и есть «аноним», правда? — Она была больше чем уверена, что в этот момент мобильный Чонгука зазвонит, но гудки шли, а тишину нарушало только громкое сопение парня.       Минэ еще раз набрала номер и, подойдя к Чонгуку, принялась второй рукой шариться по карманам брюк парня.       — Где-то ведь должен быть твой телефон… он у тебя есть, я точно знаю. Помню, как в первый день в салоне, ты копался в нем.       Чонгук стоял молча, позволяя ее ладоням проходиться по собственному телу. Лишь слегка покачивался от резких движений руки Минэ. Девушка уже знала, что ничего не найдет, но упрямо продолжала касаться его.       — Может, тебе просто нравится трогать меня? — Чонгук ухмыльнулся. — Не против.       — Дело не в этом! Может… — Она чуть сильнее хлопнула его в живот и убрала руку, вытирая ее о ткань своей юбки. Вспотела. — Потайные карманы? Кто знает… дети на экзамены умудрялись гаджеты даже в нижнем белье проносить.       — Машина. У меня есть машина.       — Что? — Минэ непонимающе посмотрела на него. — Машина? Хвастаешься? А у меня… — Девушка хотела было противопоставить Чону что-то, но лишь досадно поджала губы, поняв, что ничем особенным не обладала. Единственной гордостью Минэ был её парень — Пак Чимин, но, возможно, и того она умудрилась потерять.       — Все проще, чем ты думаешь, Шерлок. Я мог оставить телефон в машине. — Чонгук пожал плечами.       — Как я сразу не подумала об этом? — Минэ ахнула и закусила губу. — Блин! А обыскать твою машину у меня нет возможности… я ведь не могу оставить магазин. — Она разочарованно вздохнула и неспешно прошла на свое место за прилавком.       — Я бы все равно не позволил. Не расстраивайся. — Ободрение со стороны парня выглядело словно издевка.       — Чонгук… — Минэ ладонью подперла щеку и посмотрела вперед, будто сквозь парня. Если он не собирался уходить, то ей хотелось задать ему пару вопросов. — Твоя… — Она запнулась, но через секунду продолжила: — Твои приступы… они вызваны чем-то? Юнги назвал это «приступами паники». Кажется, я где-то чит…       — Не твое дело, — Чонгук грубо перебил ее и сделал шаг назад.       — Но…       — Нет.       — Я просто хотела знать, вот и все. Почему ты грубишь мне? — Минэ выпрямилась и обиженно отвернула голову от парня. Иногда он мог действительно сильно задеть. Тем более, когда Ли и так находилась в удрученном состоянии.       Чонгук ничего не ответил ей. Когда звон колокольчиков оповестил о новом покупателе, он разжал свои плотно сжатые кулаки и, бросив грозный взгляд на рыжую любопытную болтушку, направился к столикам.       Для Чона девушка являлась панацеей болезненных воспоминаний, но своим вопросом она вновь вгоняла его в капкан горечи.       — Здравствуйте. — Минэ натянула улыбку, когда пожилая пара вошла внутрь и слегка поклонилась.       Смотря на парня, что, выдвинув стул, присел за столик, ее так и тянуло спросить, почему он воспринял невинный вопрос в штыки. Но… девушка лишь вздохнула, желая удариться в слёзы и молить всех святых, чтобы кто-то рассортировал ее мысли по полочкам и вывел ее к конечному результату.       Прежде чем уйти пожилая пара мило улыбнулась и пожелала приятного дня. Минэ попрощалась в ответ, хотя сердце обливалось горючими слезами.       За окнами стремительно начало темнеть, а в магазине один покупатель сменялся другим, поставщики принесли новый товар, который Минэ разложила на полках в подсобке. Все это время девушка бросала молчаливые взгляды на Чонгука, который и не думал уходить, сидя за столиком. Парень совершенно не обращал на нее никакого внимания, казалось, он даже вздремнул, положив голову на стол. Рабочий день уже подходил к концу, поэтому Ли потихоньку готовилась уйти. Подкрасив губы, она покопалась в сумке и достала влажную салфетку, чтобы стереть подтекшую тушь в уголках глаз. С нехитрыми подготовками было покончено. Минэ вышла из маленькой подсобки и села на стул, внимательно смотря в сторону Чона, который не издал за все это время и звука. Она так и не смогла ни о чем подумать, что либо решить, так как присутствие парня сильно сбивало ее с толку. Все вопросы оставались открытыми. Что делать дальше, как быть с Чимином и каким образом ему сообщить о своем предательстве, слезно ли или серьезно, молить о прощении или молчаливо ожидать приговора?       — Почему не уходишь? Зачем сидишь тут? — внезапно спросила она, больше не выдержав молчания. Да и уходить скоро. Не хотелось бы, чтобы парень провожал ее. Ей определенно нужно время.       — Хочу.       — Чего ты хочешь? — Девушка смотрела в спину Чонгука, который не собирался оборачиваться к ней лицом.       — Чтобы ты была рядом. Мне ты необходима.       — Для чего же?       — Жить… чтобы жить.       — Я словно в какой-то романтический фильм попала. — Минэ слабо улыбнулась и подперла рукой щеку.       Девушка не ожидала, что Чонгук встанет со своего места и направится к ней. Встав перед Ли, парень внимательно посмотрел на нее несколько секунд, пока она непонимающе хлопала глазами.       — Пойдем на свидание, — легко и просто сказал он, не отводя пытливых глаз с девушки.       — Это даже не вопрос и не предложение? — Минэ выпрямилась и рефлекторно провела ладонью по волосам, поправляя их. Почему-то «предложение» парня заставило ее заволноваться.       — Пойдем на свидание? — вновь повторил парень, но уже меняя интонацию.       — М-м, официально так? — Девушка старалась скрыть свое волнение за бесполезными шутками. Поняв, что Чонгук не был намерен смеяться или улыбаться, она прокашлялась в кулак и стала серьезней. — И каким ты представляешь свидание с девушкой, которая находится в отношениях?       — Таким же, каким представлял и секс.       Минэ быстро отвела взгляд. Да, теперь это служило ей вечным напоминанием о совершенной ею ошибке.       — Даже не представляю, каким может быть с тобой свидание. Будешь молчать и окидывать меня тяжелым взглядом? — Минэ таки предприняла снова попытку перевести все в шутку.       — Я… — Казалось, Чонгук действительно задумался над вопросом. Он принялся водить пальцем по поверхности столешницы, а затем на удивление неуверенно сказал: — У меня не было раньше серьезных свиданий.       Конечно же, Минэ совершенно не удивило сказанное. Смотря на парня, она могла бы с легкостью утверждать, что у него и вовсе не было девушки прежде. Судя по молчаливому характеру, ему явно сложно давалось общение. Хотя… разве она не являлась свидетельницей того, как Чон порой становился по-мальчишечески разговорчивым?       — А несерьезные? — Минэ лукаво выгнула бровь.       — Бывало.       — А какие это «несерьезные» свидания? — поинтересовалась она.       — Секс на одну ночь или отношения без обязательств, — просто ответил парень. — Свидания особо не требовались.       — Вообще серьезных отношений ни разу не было? — с толикой любопытства спросила Минэ, сощурив глаза.       — Была девушка. На первом курсе. Почти две недели.       — И? Что дальше произошло? — Ли склонила голову на бок, ожидая продолжения.       — Ей понравился мой друг. — Чонгук шагнул вправо, безразлично пожимая плечами.       — Прости…       — Не стоит. Было круто замутить тройничок.       — Фу-у, — воскликнула Минэ и отпрянула назад, поморщившись.       — Почему? Это был наш первый подобный опыт, и последний. После этого Тэхён… — Чонгук замолчал, тяжело дыша. А он совсем забыл, когда в последний раз произносил имя друга. Проведя языком по верхней губе, парень продолжил: — Он сказал, что готов на тройничок, но с участием двух девушек и уж точно без присутствия лучшего друга. — Чон хмыкнул.       Минэ продолжала кривить лицо, когда телефон оповестил о входящих сообщениях.

Ты ведь уже все? Заеду за тобой. Минут через пять буду. Я недалеко. Со мной Намджун.

      Чонгук заметил изменения в лице девушки. Округлившиеся глаза и бегающий взгляд говорили о том, что она сильно взволнованна. И парень искренне надеялся, что это вызвано какой-нибудь новостью, никак не связанной с Пак Чимином.       — У меня заканчивается рабочий день. Сейчас придет аджумма, она будет недовольна, если увидит, что я провожу время в магазине с кем-то… — Минэ встала, желая, как можно скорее выпроводить парня. Ей не нужны были лишние проблемы, тем более, когда их и так хватало.       Заметно нахмурившись, Чонгук смерил девушку холодным взглядом и уверенно развернулся, проходя между полками. Он взял несколько пачек чипсов и выложил их перед Минэ.       — Я покупатель. Всё? — раздражение проскальзывало в его голове, от чего девушку прошиб неприятный холодок.       — Чонгук… просто уходи. Пожалуйста.       — Нет.       — Пожалуйста… — чуть ли не взмолилась она, не зная, как еще избавиться от парня. — Умоляю тебя.       — Нет, — Чонгук упрямо стоял на своем, скрестив руки на груди.       — Мы с тобой потом поговорим, обещаю! Но сейчас просто уходи! Ты и так целый день здесь… неужели у тебя совсем нет дел?       — Я и занят своим делом.       — Я не твое дело… — Минэ хотела продолжить, но в магазин с громким смехом ввалилось несколько подростков.       Оба замолчали, пронзая друг друга острыми взглядами. Ли почти сдалась и уже не надеялась избавиться от компании парня. Даже представила «прекрасную» картину, как Чимин приезжает, а она садится в машину вместе с хвостиком по имени «Чонгук». Просто супер расклад. Конечно, она уже перебирала в голове, что должна написать парню, дабы он не приезжал за ней.       Вздохнув, Минэ окончательно сдалась и отвернулась от парня, потянувшись к телефону. Не успела она открыть чат с Чимином, как рядом послышалось отчетливое:       — Свидание.       Девушка подняла вопросительный взгляд на Чона.       — Пойдешь на свидание. Официальное и серьезное. Завтра, — пояснил он, глядя на нее сверху вниз.       Кажется, Минэ согласилась бы даже предложи он вместе спрыгнуть с моста. Лишь бы сейчас парень ушёл.       — Хорошо. Я согласна. — Минэ часто закивала, облегчённо вздыхая и сжимая телефон. Улыбка озарила ее лицо, что естественно заметил и Чонгук.       Желание стереть с девичьего лица столь явно проявляющееся облегчение становилось невыносим, и он боялся, что именно это и сделает, если задержится рядом еще чуть-чуть. Да, жалкая обида зародилась в его душе. Липкая, грязная, унизительная и такая непривычная обида. Лучше бы он злился, бесился, раздражался, ведь эти эмоции казались ему не столь мерзкими и чуждыми. Парень приложил все усилия, чтобы не выхватить телефон из рук Минэ и не посмотреть, от кого были сообщения, хотя и так знал ответ. Нельзя. — Будь с ней поласковей.       Он постарается. Он старался. Прислушался к словам сестры и сделал несколько шагов назад. Даже улыбнулся, прежде чем выйти из магазина. Юбин обязательно должна похвалить его за «хорошее» поведение. Разве свидание не стоило того? Каждый хороший поступок просто обязан вознаграждаться, и Чонгук получит свой приз. Если надо, силой вырвет.       Мысли о предстоящем свидании помогут ему не думать о… чем-то другом? Определённо. Чонгук был уверен в этом. Он надеялся. Куда они пойдут? О чем будут говорить? Были ли какие-то особые нюансы, о которых он должен позаботиться заранее? Была ли какая-то разница между проведённым вместе днем и официальным свиданием? Как бы сильно парень не напрягал память, он не мог вспомнить подобные романтические встречи в своём прошлом. Все выходы в «свет» со студентками в то время проходили сугубо для того, чтобы после затащить её в постель и похвастаться перед другом новым достижением.       В помещении подуло приятным прохладным ветерком, когда Чонгук вышел наружу. Минэ глянула на оставленные парнем чипсы. Покупатель, конечно, из него такой себе вышел. Когда вместе со звоном колокольчиков магазин вновь обдало ветерком, девушка моментально встала с места и поздоровалась с аджуммой. Женщина прямо с порога принялась причитать из-за внезапного похолодания, проходя к подсобке и снимая с себя верхнюю одежду.       — …мало того, что из-за каких-то ублюдков болит сердце у этой глупой дочурки моей, так еще и носом теперь шмыгает. Говорила ведь, холодно, оденься теплее. Так нет… упрямице казалось, что шерстяная кофта не сочетается с этой… как кусок ткани можно назвать юбкой?! — Женщина выглянула из подсобки, застегивая пуговицы на жилетке и осмотрела Минэ изучающим взглядом, задерживаясь на юбке, после чего положительно воскликнула: — Вот! Такая длина хоть задницу прикрывает! А у нее… всё видно. Потом будем бегать и просить Юнги назначить прием у гинеколога из их клиники! — Она замотала головой и прошла к прилавку. — Иди уже, собирайся. Надеюсь, ты тепло оделась?       — Да, аджумма, у меня с собой теплый кардиган. — Минэ улыбнулась, тронутая такой скрытой заботой со стороны женщины.       — Это хорошо. Тогда можешь идти. — Хозяйка кивнула, садясь на стул.       Под шум телефонного звонка, девушка повесила жилет на крючок и надела кардиган, плотнее укутываясь в него, чтобы не получить замечание от аджуммы. Чимин продолжал названивать ей, но Минэ не брала трубку, заведомо зная, что он явно приехал и ждал на улице.       Оглядываясь по сторонам, Ли пробежала к знакомой машине, поплотнее прикрывая кардиган, чтобы укрыться от пронизывающего до костей ветра. Удивительно, как резко изменилась погода, словно не ранняя осень на дворе, а начало холодной зимы. Намджун, широко улыбаясь, вышел из машины и громко поздоровался.       — Садись побыстрее, а то простудишься! — Мужчина открыл перед Минэ дверцу, чем вызвал у нее смущенную улыбку.       — Спасибо, — тихо проговорила она, уже будучи в тепле. Девушка словила взгляд Чимина через переднее зеркало и сразу же отвернулась, не зная куда деть переполняющее ее напряжение.       — Мелочи. Лучше расскажи, как твои дела? — Намджун обернулся, продолжая тепло улыбаться. — Чимин не достает тебя?       — Н-нет… — Минэ прочистила горло, виновато опуская глаза и рассматривая собственные коленки.       Чимин не проронил ни слова, лишь бросал взгляды через отражение, заставляя девушку жалеть, что не села с другой стороны. Так можно было бы укрыться от пронзительных глаз парня.       — Ясно. Между голубками произошла ссора? — Намджун рассмеялся и легонько хлопнул друга по плечу, особо не отвлекая от дороги. — Ох, мне нравятся ваши молчаливые переглядки. Если бы Хвиин умела быть чуточку тише, цены бы ей не было.       — Мы не ссорились. Просто недопонимание, которое мы сегодня же решим. Согласна, Минэ? — Чимин вновь посмотрел на нее, сощурив глаза. Дождавшись неуверенного кивка с ее стороны, взглянув на Намджуна, он спросил: — Тебя где лучше высадить?       — Возле ближайшей станции. Знаешь, давно не ездил на метро. — Намджун блаженно вздохнул, словно его ждало невероятно желанное путешествие. — Хвиин брезгует… вот они какие, избалованные принцессы. Но зато такая жгучая красотка. Ей просто суждено было стать моей королевой. — Его блаженная улыбка стала еще шире. Он довольно откинулся на спинку сиденья.       — Согласен. Только ты и можешь вытерпеть все ее сцены. — Чимин непонимающе мотнул головой, точно зная, что никто другой на месте Намджуна не смог бы ужиться с такой девушкой.       — О-о… она горяча-а… — мечтательно протянул мужчина.       Чимин хмыкнул, глядя на Минэ, которой стало неловко от таких откровенных похвал своей девушки со стороны Намджуна. Пак аккуратно остановил машину возле обочины, кивая другу и говоря:       — Увидимся на новоселье. И привет Хвиин.       — Ты хотел сказать на новоселье Минэ? — Намджун рассмеялся, хватаясь за ручку двери и поворачиваясь к девушке. — Уж прости, что отнял ваше время для уединения. Хвиин свою машину разбила и посчитала правильным ездить на моей, причем не предупреждая. Ну, что за женщина? — Мужчина недовольно замотал головой, хотя глаза говорили об обратном. — Не прощаюсь надолго. Скоро увидимся.       Минэ смотрела, как Намджун закрывал за собой дверь, и непонимание застыло на ее лице. Они все-таки съезжаются? А как же ее измена? Как теперь сообщить о ней Чимину? А может… может это вовсе не измена, если случилось тогда, когда она считала, что ее тоже предали? Девушка цеплялась за самую мелкую и жалкую возможность оправдать себя.       — Минэ? — Чимин вопросительно выгнул бровь, обернувшись к ней почти всем корпусом. — Так ты пересядешь? Или так и будешь сидеть позади?       Нервозность новой волной прошлась по телу. Ей было более комфортно сзади, не настолько близко к Чимину. Будь это в ее силах, она бы попросила Намджуна остаться с ними на весь вечер. В присутствии третьего человека ей определённо было лучше.       — Я останусь здесь. Все равно ехать недолго, — тихо проговорила она, опуская взгляд.       — Вообще-то долго… мы едем ко мне, — заключил, однако настаивать больше не стал. Он развернул машину и направил в обратное направление. — Ты ведь не против? Все равно через недельку переезжать.       — Но…       — Я устал, Минэ! — Чимин заметно повысил голос, что было совсем не похоже на него. Помолчал пару секунд, он выдохнул и спокойнее добавил: — Я не пойму, ты не желаешь быть со мной? И не говори мне, что так сильно привязана к той каморке, серьезно.       — Я думала, ты злишься на меня, — выдавила из себя Минэ.       — Злюсь. Злился, — исправился Чимин. — Но я попытался понять твой поступок. Ты мне не доверяла, и, наверное, я это заслужил. Поэтому следила за мной. Я не оправдываю тебя. Для меня такое не неприемлемо, но, повторюсь, я понимаю. Наверное, — последнее парень добавил более неуверенно.       — Нет! Не понимай меня! Не хочу! — Минэ заплакала, выкрикивая на эмоциях. Как же сильно она хотела, чтобы он расстался с ней и не дал ей возможности признаться. Желала, чтобы она не успела раскрыть рот в признании, а он хлопнул дверью, не дав ей договорить.       — Успокойся, детка, я ведь говорю, что все в порядке. — Парень старался не отвлекаться от дороги, параллельно протягивая руку назад в попытках дотронуться до Минэ. Брови его взволнованно сошлись на переносице. — Я не злюсь. Почему ты плачешь?       Чем больше он пытался успокоить ее, тем громче становились рыдания.       — Эй, всё, успокойся. — Чимин остановил машину, как только появилась возможность. Он вышел из автомобиля и сел назад, притягивая Минэ к себе и стараясь оторвать девичьи ладони от её лица. — Посмотри на меня. Слышишь?       Парень обнял девушку, прижав голову к своей груди и успокаивающе поглаживая по волосам.       — Почему ты меня не б-бросишь? Я совсем н-недостойна тебя… — приглушённо промычала она.       — Минэ, ты серьезно считаешь, что я брошу тебя из-за этого? Мы разве не родные люди? Не можем поговорить и выяснить всё? Взрослые люди так и делают, детка.       — Мне так жаль… прости меня, пожалуйста, прости… я н-недостойна…       — Всё, хватит, Минэ. Я сказал, что всё в порядке, значит так и есть. Ты сделала глупость, больше так не будешь, да?       Вместо ответа Ли замотала головой. Сама не понимала, что именно отрицала…       Только бы не пришлось падать в его глазах…       Молчание ведь не всегда плохо?

***

      Разные эмоции заполняли разум Чонгука. Дневные флэшбеки, ненавистное лицо из прошлого, встретившееся в настоящем, его задумчивая рыжая болтушка и будущее свидание. Ему хотелось остановиться и обдумать все по порядку. От каких-то мыслей избавиться, выдернуть их из головы, а о чем-то поразмыслить вплоть до мелочей. Например, что он должен надеть на свидание?       Открыв дверь, парень сразу прошел в сторону кухни, откуда доносились голоса. Удивительно. Когда он в последний раз слышал в этом доме чей-либо голос, кроме своего и сестры?       — Привет… друг.       Когда он в последний раз слышал голос Тэхёна?