Связь

      — Хватит убегать, как маленький ребенок! — строго проговорила Юбин, преграждая путь Чонгуку. — Ты должен поговорить с ним…       — Я никому ничего не должен. Тем более этому сукину сыну. — Парень не стал повышать голоса. Он несильно отодвинул сестру от прохода, выходя из кухни, однако девушка схватила его за запястье и заставила войти обратно.       Тэхён молча сидел за столом, наблюдая за препирательствами брата с сестрой. Он не чувствовал неловкости или желания уйти, так как изначально был готов к подобной реакции со стороны Чонгука.       — Ты неправ! — чуть ли не выкрикнула Юбин, стараясь достучаться до него.       — Этот ублюдок отвернулся от меня. Бросил меня. Он просто сбежал, — спокойным тоном произнес Чонгук, даже не глядя на бывшего друга. — Пусть нахуй валит и сейчас.       — Ты знаешь, почему я это сделал… — Тэхён, наконец, подал голос.       — В таком случае, с того раза ничего не изменилось. Я все тот же Чон Чонгук, который совершил… — Парень замолчал, решившись взглянуть на Кима. — Как ты там сказал? «Такой грех»? Да, я все тот же Чонгук, живущий с этим грехом за спиной.       — Сядь, и поговорим, — твердым голосом сказал Тэхён, кивая на стул.       — Пожалуйста, Чонгук… — Юбин взмолилась, приложив ладони к щекам.       Девушка боялась, что брат начнет гневаться, ругаясь на нее, что она впустила бывшего друга в квартиру, в итоге это могло привести к огромному скандалу. Она из всех возможных сил желала помирить этих двух. Точнее, Тэхён сам шел навстречу, не раз звонил ей, интересовался, как у них дела, порой даже выходил на связь, чтобы просто поговорить, но Юбин тщательно скрывала эти звонки от брата. Стоило ей лишь заговорить о нём, как Чонгук начинал бить всю посуду, ломать мебель, да и все, что попадало под руку. Обида брата на друга была несоизмерима. Он считал, что Ким бросил его в самый тяжелый для него момент. В принципе, Юбин отчасти понимала чувства брата, и все же… Девушке становилось больно даже от мысли, что скоро они вновь будут проживать порознь. Она всем своим существом чувствовала — брат не готов к этому. Пусть он взрослый мужчина, но… ему была необходима постоянная поддержка. Или… самой Юбин начинало не хватать воздуха, стоило подумать об этом.       — Что вы от меня хотите? — Чонгук тяжелым шагом прошел к столу, сел, широко расставив ноги и опустив уголки губ вниз. Показывал тем самым всё скопившееся в нем презрение.       — Чтобы ты перестал вести себя, как баба. — Глаза Тэхёна горели лукавым огнем. Он знал, какую реакцию может вызвать в бывшем друге своей шуткой. Если раньше это являлось обычным их поведением, то сейчас Чон явно не был настроен на юмор.       — Пошел нахуй! — парень вспылил и смахнул со стола кружку с недопитым чаем Юбин.       Мелкие осколки разлетелись по всей кухне, а брызги чая замочили даже брюки Тэхёна.       — Чонгук! — Девушка недовольно посмотрела на него, затем пошла за необходимым реквизитом, чтобы убраться.       — Зачем ты явился сюда? — Чон склонил голову на бок и внимательно всмотрелся в черты лица бывшего друга. Совсем не изменился.       — Поговорить.       — Тогда говори. — Чонгук прислонился к спинке стула, нетерпеливо постукивая ногой об пол.       — Ты… изменился. — Тэхён скользнул по руке бывшего друга взглядом, замечая напряженность его позы и остановил свое внимание на пирсинге на брови.       — Как видишь, твой совет благоприятно подействовал на меня.       Тэхён рассмеялся с невозмутимости бывшего друга, точнее с его стараний сохранить такой вид.       — Пожалуйста, чувак, давай не вести себя, как две сорокалетние бабы в ссоре, — сквозь смех проговорил он. — Это чертовски сильно напрягает.       — Тогда уходи отсюда, Ким Тэхён, — с нескрываемой угрозой произнёс Чонгук, несильно хлопнув ладонью по столу. Он совершенно не был намерен заражаться внезапным весельем бывшего друга. — Мне пиздец, как неинтересно, что ты можешь сказать.       Тэхён перестал смеяться, хотя губы всё еще растягивались в подобии улыбки. Он размял шею, положив на нее ладонь и несколько раз поводив головой из стороны в сторону.       — Ты поговоришь со мной. Хочешь этого или нет. Спросишь, как у меня дела, что нового, о моих предках, где я работаю, чем занимаюсь, женился ли я, есть ли дети, как их зовут. Мы поболтаем о жизни, а после я возьму твой номер и очень скоро наберу тебя, назначу встречу, и мы вместе пропустим по стаканчику чего-нибудь крепкого, — закончив свою речь, Тэхён улыбнулся.       — Я не пью «чего-нибудь крепкого», — сквозь сжатые зубы проговорил Чонгук и посмотрел на вошедшую с тряпкой Юбин.       — Так вот… уже год работаю в компании по разработке электроники. Стал большим человеком. Я теперь начальник отдела по поставкам. — Тэхён продолжил, как ни в чём не бывало, совершенно не обращая внимание на сжатые от раздражения челюсти бывшего друга. Парень краем глаза заметил, как Юбин улыбнулась уголком рта и опустилась на корточки, дабы собрать осколки и убрать остатки чая с пола. — Предки каждый день просят внуков, следовательно и свадьбы, но я пока держусь, противостою, как могу. Мать ежедневно имитирует сердечный приступ и просит скорейшей женитьбы. — Он закатил глаза, вспомнив все уловки матери, лишь бы ускорить процесс «вступления» сына в семью. — Но… у меня есть девушка. Вроде уже несколько месяцев вместе. Не знаю, можно ли назвать это серьез…       Тэхён не смог договорить, так как послышалось тихое «ай», а затем Чонгук вскочил с места и присел рядом с Юбин. Девушка порезала палец одним из осколков, теперь зажимала его между зубами. Излишнее внимание ей было ни к чему, ведь сердце слишком гулко забилось, стоило Киму заговорить о своей девушке. Глупая Пак Юбин.       — Что с тобой? Покажи мне! У тебя кровь?! — Чонгук принялся ладонями проходиться по всей руке сестры, дойдя до кисти, потянул на себя, чтобы посмотреть на ранку. Взгляд его взволновано бегал по лицу девушки. — Ты сильно поранилась?       — Чонгук… — Юбин одернула ладонь. — Все нормально, успокойся. Это всего лишь маленький порез. Заживет.       — Покажи… тебе больно? — парень словно в бреду повторял одно и то же, не обращая внимание на ее слова. Притянув сестру ближе к себе, он обнял ее, зажимая пострадавший палец в своей ладони.       — Обработай, Юбин, — посоветовал Тэхён, стоявший рядом, но не мешающий им обниматься.       Девушка понимала, что брату было необходимо прижать ее к себе, почувствовать таким образом, что все в порядке и поэтому она не сопротивлялась. Она щекой прижалась к плечу Чона и посмотрела на Тэхёна. Когда их глаза встретились, Юбин подавила в себе желание отвести глаза и несколько раз моргнула, сдерживая слёзы. Что в ней говорило? То, что у кого-то теперь есть такой парень, как Ким Тэхён, а кому-то суждено гнить в доме с призраками? Почему обида закралась в ее сердце? И почему она чего-то ждала от тех звонков от Тэхёна и всегда искала тему для разговора, лишь продлить звонок еще на несколько минут?       — Всё будет хорошо… — Чонгук сильнее сжал сестру.       — Чонгук, дай ей обработать порез. Отпусти уже. — Тэхён хлопнул бывшего друга по плечу, приводя его в чувство этим жестом.       Парень отстранился от сестры и еще несколько минут внимательно всматривался в ее лицо, будто мог обнаружить признаки серьезных повреждений.       — Все в порядке, правда, — четко проговорила Юбин, улыбаясь для убедительности. Она не врала. Физически она полностью была в порядке, вот душа и сердце… когда в последний раз она ощущала спокойствие?       — Может, вы уже перестанете вытирать пол своими задницами и встанете наконец? — Тэхён нетерпеливо перешагнул с ноги на ногу.       Внезапно Юбин рассмеялась, искренним, громким и заразительным смехом. Она задрожала всем телом и принялась переводить взгляд от одного парня к другому. Не удержавшись, Тэхён последовал ее примеру и тоже растянул губы в улыбке, после чего принялся посмеиваться, сам не понимая, что было сказано смешного. Общая атмосфера была настолько заразительной, что Чонгук, который по началу смотрел на этих двух с неким непониманием на лице, тоже улыбнулся. Он лег на спину прямо на полу, раскидал руки по сторонам и, глядя в потолок стал смеяться громче остальных.       — Почему мы… смеемся? — Юбин, наконец, поднялась с пола, оставив тряпку так и валяться.       — Не знаю. — Тэхён продолжал улыбаться, протягивая руку Чонгуку.       Парень сквозь смех смотрел на ладонь бывшего друга и спустя несколько секунд, успокоившись, взялся за нее и встал на ноги.       — Я чертовски скучал, дружище, — на эмоциях выпалил Тэхён, обнял Чона и начал похлопывать его по спине.       Все перестали смеяться, посерьезнев. Гук посмотрел в глаза сестры, которая мысленно просила не отталкивать друга. Сделав несколько глубоких вдохов-выдохов, парень ответил на объятия, почти невесомо коснувшись спины Кима.       — Вместо тысячи слов, — пошутил Тэхён, понимая, как сложно дался другу этот маленький жест.       Когда парни сели за стол и начали разговаривать уже более спокойно, Юбин успела убрать всё с пола и вернуться в кухню.       — Просто уже прошло немало времени. Воспоминания притупились… — проговорил Тэхён, опуская голову. — Да и… я был не совсем прав. Мне не стоило тогда обвинять тебя в…       — Это мне не стоило втягивать тебя в это, — прервал его Чонгук.       Юбин присела рядом с Кимом и отвлеклась на входящее сообщение от Сокджина. Мужчина уже в который раз за день звонил ей и писал, интересуясь, когда ему приехать за ней и ее вещами.

Вечером видимся с родителями. Надеюсь, ты предупредила своего брата, и нас не ждут неприятные сюрпризы.

      Тэхён заметил обеспокоенный взгляд Юбин и постарался словить ее нервно бегающие глаза.       — Что-то случилось? — Он кивнул на телефон в ее руках, чем привлек и внимание Чона тоже.       — Кто тебе пишет? — грубо спросил брат, смотря то на мобильный, то на девушку.       — Я… — Юбин заблокировала гаджет и отложила его на стол, затем принялась вытирать предательски вспотевшие ладони о свои брюки. — Мне надо кое-что сказать.       Тэхён кашлянул и отвел взгляд куда-то сторону. Он был готов к этому разговору, ведь девушка, когда позвонила ему и попросила приехать, объяснила внезапную причину такой просьбы. В принципе, парень сам давно хотел поговорить с бывшим другом, но Юбин не позволяла, говоря, что брату нужно еще немного времени. Киму сразу же не понравилась «затея» девушки, но не считал, что имел право отговаривать ее. Только несколько раз переспросил, уверена ли она в своем решении.       — Мне не нравится твой тон, — отчеканил Чонгук, косясь на сестру. — Не смей, Юбин.       Мужские ладони сжались в кулаки до побеления костяшек. Парень не знал, что собиралась сказать сестра, но определенно чувствовал — он разозлится.       — Мы с Сокджином снова съезжаемся… — выпалила Юбин на одном дыхании. Лучше сразу сказать, чем тянуть резину. — Точнее, женимся, — исправила она себя.       Раздался выдох Тэхёна, который внимательно следил за действиями друга, за сменой его мимики лица. Чонгук продолжал сидеть, словно смысл сказанного все еще не дошел до него.       — Я выхожу замуж, Гукки-и… — радостно протянула Юбин, потрясая пальцами, на одном из которых красовалось кольцо с бриллиантом. — Я стану женой Ким Сокджина! Мне просто не верится. — Она взвизгнула от счастья и подпрыгнула на месте.       — Я рад за тебя, но он мне все еще не нравится… — Чонгук старался искренне порадоваться за сестру, однако не разделял ее счастья. Её выбор не совсем нравился парню. Слишком собранный, слишком серьезный, слишком красивый, слишком правильный… слишком много «слишком» Чон мог отнести к Ким Сокджину. Его идеальность казалась подозрительной, а излишняя пунктуальность некой болезнью.       — Да ладно тебе, Гукки. Ты придираешься! Просто признай, что не хочешь отпускать свою сестренку. — Юбин улыбалась, буквально повиснув на шее брата.       — Не хочу. Но… — Чонгук нахмурился, слегка придерживая девушку за талию. — Тебе не кажется он слишком… каким-то неправильно правильным?       — Он лучший мужчина на свете, Чонгук! — Хмурый взгляд брата не мог испортить прекрасное настроение девушки. Она с неким трепетом ожидала предложения от Сокджина, хоть и не верила до конца, что они поженятся. — Просто порадуйся за меня и не пытайся испортить этот счастливый момент.       Парень тяжело вздохнул и улыбнулся таки, глядя на горящие от предвкушения глаза сестры.       — Что я буду делать без тебя? — тихо спросил он. — Обещай заботиться обо мне даже когда выйдешь замуж за своего идеального Сокджина.       — Мой маленький Гукки… — Юбин игриво ущипнула его за нос, из-за чего парень поморщился. — Я всегда буду заботиться о тебе. Ты на первом месте.       — Даже если появятся дети? — Чонгук вопросительно изогнул бровь.       — М-м… — Девушка сделала задумчивое выражение лица, после чего с улыбкой произнесла: — Тогда ты будешь моим старшим ребенком, не уступишь внимание младшему?       — Нет! — твердо отрезал парень, деланно надув губки. — И вообще… не слишком большой камень? — Он покрутил безымянный палец сестры перед своими лицом. — Мы с Тэхёном год безбедно жили бы, продай ты его.       Юбин резко спрятала руку за спину, хмурясь и в шутку угрожая брату:       — Вам с Тэхёном пора думать о своих семьях и покупке колец, а не продавать чужое, чтобы потом тратить деньги на легкодоступных девушек.       — Мы еще слишком молоды, да и ты… тебе не кажется, что рано для такого шага, Юбин? — серьезно спросил Чон.       — Не начинай, Гукки-и. — Девушка закатила глаза и отошла от брата. — Я счастлива… я так счастлива. Мой Ким Сокджин. Только мой.       — Ты… не посмеешь. — Чонгук ногтями медленно заскользил по поверхности стола, вызывая табун неприятных мурашек у сестры с Тэхёном. Оба скривили лицо, тогда как у самого Чона ни один мускул не дернулся.       — Я вправе принимать решения сама. Не забывай сколько мне лет.       В кои века девушка решила проявить твёрдость характера и показать, что это она являлась нуной в их маленькой семье. Только вот душа обливалась горькими слезами, выступала против показательного проявления серьезности. Пак Юбин не желала делать больно своему единственному родному человеку. Своему младшему брату. Она прикусила язык, боясь не удержаться и броситься обнимать и уверять его, что она пошутила, вовсе не всерьёз говорила, молить Чонгука стереть разочарование и гнев в своём взгляде. Разум помутнел всего на несколько секунд.       — Не смей говорить мне о своих решениях. — Чонгук дышал глубоко и часто. Лишь одна установка крутилась в голове — не сорваться.       Несмотря на помутнения в голове, он предусмотрительно отодвинул пальцами блюдце подальше от себя, хотя хотелось бросить на пол и позволить съедающей его изнутри злости выйти наружу.       — Не смей мне больше напоминать о моих решениях. — Голос Юбин совсем не дрогнул в отличие от сердца, которое упало в бездну, стоило только увидеть боль в глазах напротив. — Мои решения привели к ужасным последствиям в моей жизни. — Проглотила, рвущееся наружу «прости». Добила своего любимого брата окончательно. Отделила свою жизнь от его одним лишь коротким словосочетанием «моей жизни».       — Ким Сокджин ублюдок… все беды в наших жизнях начались с его появлением. Как ты так можешь, Юбин? — Гнев, неверие и боль сменились одним только отчаянием. Брат дал себе ровно минуту, чтобы попытаться понять сестру.       Как бы Киму не хотелось становиться свидетелем этого семейного разговора, он не мог оставить девушку одну. Разве та, которая очень долго проявляла заботу не только по отношению к брату, но и к его непутёвому другу, не заслуживала маленькой поддержки? Юбин опустила голову. Тэхёну на секунду показалось, что она плакала, ведь плечи ее слегка подрагивали. Однако девушка тихонько посмеивалась. В одном парень оказался прав. Когда она таки подняла голову, несмотря на то, что губ ее касалась улыбка, по щекам стекали слезы.       — Ошибаешься, Чонгук. Все наши беды начались из-за тебя. Из-за твоего неконтролируемого гнева. Из-за помощи Сокджина тебе. Ты виноват в моем знакомстве с ним. Ты корень зла.       Блюдце в ту же секунду оказалось на полу, рассыпаясь на мелкие осколки. Чонгук кулаком последовательно стучал по столу, словно успокаивал себя этим, просил остановиться на одном только блюдце.       Юбин сидела с приложенной ко рту ладонью и тяжело дыша через нос. Испуганный взгляд девушки забегал по лицу Чонгука. Испуганными глаза были не из-за очередной вспышки гнева брата, а из-за своих слов. Какой бес вселился в нее в этот момент и как теперь всё исправить?       — Гукки… — промычала она, не убирая ладони со рта.       — Я думаю, вам обоим надо успокоиться. Особенно тебе, Чонгук. — Тэхён серьезно посмотрел на друга и тронул его за плечо, удивляясь тому, что тот не дернулся и не убрал его руку. — Может, это их шанс быть счастливыми? — Парень ни на секунду не верил словам, вылетевшим из его уст. Не верил настолько, что хотелось выблевать их и забыть.       — Ты когда-нибудь видела этого ублюдка по-настоящему счастливым? Хоть раз?.. — внезапно спросил Чонгук у сестры. Слова Кима заставили его на секунду задуматься над ответами на эти вопросы.       — Да… — Юбин грустно улыбнулась, жалея, что не могла в данный момент вытащить сигареты из сумочки и закурить. — Каждый день… когда он смотрел на Хэсу.       Минутная пауза, во время которой Тэхён размышлял, стоило ли ему нарушать её своим кашлем или просто начать разговор.       — Тебя не спасти. — Одна короткая фраза, после которой Чонгук встал с места и неспешно прошел к умывальнику. Открыв кран, он смочил руку и провел ею по волосам.       Юбин не смогла более вынести холода со стороны брата. Она встала и, подойдя к нему со спины, крепко обняла.       — Пожалуйста, не разочаровывайся во мне, Гукки… — промычала девушка, уткнувшись в мужскую спину. — Я этого не вынесу.       — А я не вынесу, если ты будешь с ним… — Чонгук с присущим ему хладнокровием расцепил руки сестры и вышел из кухни.       — Он… — Тэхён заерзал на стуле, смотря на порог, где секундой ранее скрылся друг. — …очень изменился. Совсем другой…       — Вспыльчивость у него осталась прежней. — Юбин усмехнулась, стирая слезу с щеки. — Прости, что тебе пришлось присутствовать при этом. Я… мне было страшно сообщать ему. — Она принялась потряхивать пальцами, а потом мять их.       — Все в порядке. Я был рад твоему звонку. Мне… не хватало вас. — Тэхён замялся.       На самом деле ему сложно далось это признание, ведь он все еще чувствовал себя виноватым перед ними. Редкие разговоры с Юбин по телефону спасали парня и в тоже время закапывали заживо под муками совести.       — Тэхён, ты не сделал ничего плохого. Даже если бы ты тогда остался рядом с Гуком, это не помогло бы ему. — Девушка постаралась ободряюще улыбнуться, хотя у нее с трудом получилось растянуть губы. — Не хочешь выпить?       — Пожалуй, да. — Ким улыбнулся в ответ и принял ее предложение.       Юбин задержала свой взгляд на парне дольше положенного, от чего Тэхён вопросительно приподнял брови.       — Твоя девушка… не будет против? — Если бы можно было вырезать собственный язык и засунуть себе же в глотку, то она именно так и поступила бы. Но совершенно глупый вопрос все же вылетел из ее уст, так что она смиренно ждала ответа.       — С чего бы ей быть против? — Казалось, вопрос искренне удивил парня.       — Я хотела сказать, нет ли у вас планов… не надо ли тебе возвращаться обратно? Или предупредить, не знаю. — Волнение Юбин было слишком сильно заметно. Она поспешила опуститься на корточки и руками осторожно собрать крупные осколки с пола.       — Опять поранишься. — Тэхён быстро склонился к ней и взял ее за руку, поднимая на ноги. — Я уберу, а ты приведи себя в порядок, вымой лицо и, наконец, обработай палец. — Он аккуратно огладил ее ладонь и улыбнулся.       С момента появления Кима в квартире, Юбин пыталась понять, что именно изменилось в этом парне, которого она знала беспечным и беззаботным студентом.       Теперь девушка с уверенностью могла сказать: Ким Тэхён больше не тот легкомысленный парнишка, деливший квартиру с ее братом. Он взрослый и серьезный мужчина, думающий о будущем и о жизни.

***

      — Тебе не холодно? — Чимин уже переоделся в домашнюю одежду и вошел в спальню, где на кровати сидела Минэ. После душа она укуталась в банный халат парня, стараясь согреться. — Ты все еще дрожишь… лихорадка? — Он обеспокоенно сел рядом с ней и приложил ладонь к ее лбу.       — Все нормально. Просто хочу спать. — Девушка шмыгнула носом, отворачивая голову.       — Вроде не горячая. Иди ко мне, детка. — Чимин забрался на кровать полностью и притянул Минэ к себе, обнимая и целуя в макушку. — Так теплее?       Слегка кивнув, девушка положила голову на его грудь и закрыла глаза. Как она могла описать свое состояние? Разве должна позволять Чимину обнимать себя? Это, как минимум, подло. Но где найти силы оттолкнуть его и признаться во всем?       — Прости… — в который раз повторила она слова извинения, желая, чтобы парень отказался принимать их и вытолкнул ее из своей чистой квартиры.       — Детка, я же сказал, что все в порядке. — Он крепче прижал Минэ к себе, лишний раз показывая, что не держал обиды. — Забыли, ладно?       — Чимин… отвези меня домой, — тихо попросила она, сминая пальцами край халата.       — Теперь это твой дом. Завтра соберем вместе твои оставшиеся вещи, закажем пиццу, проведем целый день вместе. Как тебе идея, м? — Парень улыбался, предвкушая приятный вечер в компании своей девушки, вдали от рабочей суматохи. На самом деле ему было необходимо отвлечься от работы и провести время с Минэ.       — Пиццу? Разве она не вредна для здоровья? — Девушка на секунду даже забыла об остальных планах Чимина.       — Ну, думаю, один раз можем вдоволь насытиться ею. Вообще… — Парень задумался, затем улыбнулся и продолжил: — Я очень любил пиццу и колу в студенческие годы, но во время очередных посиделок, Джин хён рассказал, из чего готовят колу и что чаще всего для пиццы используют остатки еды, может даже той, которая на выброс и всё-ё… мне казалось, что я больше не должен есть это. Знал, что это бред, и все же… не знаю, как объяснить. — Чимин продолжал улыбаться, отдаваясь воспоминаниям из прошлого.       — Кажется, вы боготворили этого Джин хёна. — Минэ немного отодвинулась и взглянула на парня.       Пак задумался над словами девушки. Он посмотрел в сторону, размышляя над чем-то.       — Я очень поздно понял слова Намджуна, — проговорил парень спустя минуту молчания.       — Какие же?       — Намджун как-то сказал, что Джин хён чертовски идеальный кукловод и наёбывает нас на высшем уровне, а мы, как самые наивные придурки тянемся к нему. — Чимин расхохотался, мотая головой.       — И почему Намджун продолжал дружить с ним, раз уж понимал это? — Девушка заинтересовано смотрела на Чимина, ожидая продолжения.       — Если честно, этот парень просто пофигист. Дружил и дружил. — Пак пожал плечами.       — Получается, Джин хён не всеми манипулировал? Если Намджун пофигист, это означает, что он не попадал под его влияние?       — Детка, ты очень смышлёная. — Парень погладил ее по плечу и мягко поцеловал в висок. Однако этим не ограничилось. Чимин провел носом по щеке Минэ и, добравшись до губ, прикоснулся к ним своими.       — Чимин… — Девушка была готова оттолкнуть его, но боялась показаться грубой, еще хуже — обидеть, поэтому держалась за мужские плечи.       — М? — Пак перевел на нее томный взгляд, продолжая поглаживать спину, ощущая под ладонями мягкую ткань.       Когда рука парня дошла до пояса халата и потянула его на себя, Минэ встрепенулась и таки оттолкнула Чимина. Поняв, что была слишком резкой, она поспешила извиниться.       — Прости… прости, пожалуйста.       Парень шумно выдохнул, после чего сделал еще несколько глубоких вдохов, успокаиваясь.       — Я тебе противен? — Единственное заключение, которое он мог сделать, судя по поведению девушки. — Неприятны мои касания?       — Просто… мне плохо. Неужели не видно? — Минэ не знала за какой спасательный круг должна уцепиться, где спрятаться от этих пронзительных глаз напротив и как все исправить. Не могла позволить себе разделить с ним ночь, когда совсем недавно сделала это с другим. Противно от себя самой.       — Я бы поверил, что дело в этом, будь это впервые. Не хочешь заниматься со мной сексом? — Чимин отодвинулся от нее, облокотился на спинку кровати и устало провел рукой по своим волосам. — Хорошо, не будем. Довольна? Перестанешь теперь сжиматься от каждого моего прикосновения? Подождем с интимом до тех пор… — Он замолчал, проводя языком по нижней губе. — Подождем, пока мне не надоест, Минэ.       — Прости… — Ли плотнее укуталась в халат, приподнимая ворот до щек. Лицо горело огнем от стыда перед парнем. Она отвела от него взгляд, боясь, что он мог прочесть в них правду.       — Хватит извиняться! — внезапная вспышка со стороны Чимина заставила Минэ вскрикнуть от неожиданности. — Просто хватит. — Он медленно выдохнул через нос.       — Прос… — Девушка испуганно прикусила язык, не позволяя себе договорить рефлекторное извинение.       Парень молча встал, стянул с себя футболку и сложил ее на стуле. Минэ слышала, как парень тяжело дышал, но лишь виновато отвела взгляд. Она обязательно придумает, как ей быть дальше…       Чимин завершил свои приготовления ко сну, выключив свет в комнате, поправив свою подушку и улегся на кровать.       — Спокойной ночи, — пожелал он, и повернулся спиной к Минэ.       Молчание сильно давило на девушку, она чувствовала, что должна обнять Чимина, попросить прощения, только уже прямо сказать, за что просила простить. Однако рот безвольно раскрылся и так же закрылся, так и не произнося ни слова, а руки продолжили сжимать ворот халата.       Еще пару часов Минэ лежала на спине, боясь пошевелиться и тем самым побеспокоить сон парня, что совсем недавно только начал мирно посапывать. Ей хотелось встать с постели, освободить кровать, в которой она была недостойна лежать. Затаив дыхание и виновато поглядывая на мужскую спину, девушка осторожно спустила ноги на пол, а после на цыпочках медленно прошла к двери и так же тихо открыла ее. Телефон ее, совсем забытый за вечер, лежал на журнальном столике. Минэ все еще была осторожна в своих движениях. Девушка села на диван и взяла мобильный, решив прочесть в интернете какие-нибудь рекомендации, как быть дальше. Наверняка, существовало много схожих историй. Ведь для того, чтобы получить хороший совет необязательно иметь близкого человека? Она всегда могла воспользоваться своим браузером и статьями.       Войти в интернет Минэ не успела, так как на экране светилось очень много входящих сообщений. Она поспешила открыть их.

Где ты? Почему не дома? Ты должна быть дома. Тебя нет. Ты не собираешься ночевать дома? Где ты? Я знаю где ты. Тебе хорошо? Обнимаешься? Получаешь удовольствие? Довольна?

      Минэ тяжело дышала, читая сообщения от анонима. Сердце нервно забилось, готовое вот-вот выскочить. Девушка нажала на стрелку загрузки изображения. На фотографии четко виднелся многоэтажный дом, в котором находилась квартира Чимина. Квартира, в которой находилась сейчас она…

Не смей бросать меня.

      Минэ приложила ладонь ко рту, заглушая собственное шумное дыхание, и осмотрелась по сторонам, словно аноним мог находиться внутри самой квартиры. В гостиной было темно, и только свет от уличных фонарей едва освещал комнату.       Девушка тихо прошла на кухню, именно там окно выходило во двор, откуда явно была сделана фотография. Отодвинув жалюзи, Минэ обвела взглядом улицу. Никого. Вот только от этого не стало легче. В последнее время девушке постоянно казалось, что за ней следили, словно кто-то дышал в спину, и вот очередное доказательство того, что в ней говорила не просто паранойя.

Открой окно и взгляни на меня.

      Резко отшатнувшись от подоконника, Минэ отпустила жалюзи, из-за чего создался шум. Она застыла и взволнованно посмотрела в сторону двери, вслушиваясь, не доносились ли звуки из спальни.

Я просто хочу увидеть тебя. Я соскучился. Мне опять больно. Тебе хорошо?

Я боюсь тебя. Я могу вызвать полицию.       — Почему ты не спишь? — Чимин протер сонные глаза и включил свет, морщась от яркости.       Минэ испуганно приложила ладонь к груди и резко развернулась к парню.       — Напугал… — она облегченно выдохнула.       — Ты плохо себя чувствуешь или просто не спится? — спросил парень, подходя ближе к Минэ.       — Все в порядке, просто хотела выпить воды. — Девушка попыталась улыбнуться. Она почувствовала вибрацию телефона и завела руку за спину.       — Выпила? — Чимин посмотрел в сторону столешницы.       — Нет еще.       — Я налью. — Парень направился к шкафу и достал оттуда стакан. — Тебе ведь просто не спалось, да? Это из-за того, что я вспылил?

Выходи. Иди ко мне. Ты мне сейчас нужна. У тебя пять минут. Ответь. Просто выйди, Ли Минэ. Пожалуйста.

      Шум воды из-под крана затих, и Минэ поспешно закрыла чат. Девушка чувствовала, как вспотела всем телом. Хотелось снять с себя банный халат, открыть окно и насладиться ночной прохладой.       — Держи. — Чимин подошел и протянул девушке воду.       Сжав несколько раз ладонь, чтобы успокоить дрожь, Минэ взяла стакан и поднесла его к губам. Стоило прохладной жидкости коснуться ее губ, как с улицы эхом донесся пронзительный крик, словно кого-то заживо сжигали.       Стакан вылетел из руки Минэ и с громким стуком разбился об пол.       — Что это?.. — Чимин обеспокоенно подлетел к окну и небрежно отодвинул жалюзи в сторону. — Что это было?       Девушка застыла на месте, боясь даже вздохнуть или моргнуть. Она так и продолжала держать руку вытянутой, словно в ней еще находился стакан. Страх ввел ее в полное оцепенение, целиком обездвижил. Мерзкое чувство чего-то неминуемого дышало ей в спину, а она даже не знала, что должна делать.       — Минэ? — Чимин отошел от окна и всмотрелся в лицо девушки. — Там никого нет. Все нормально. Пойдем спать?       Слезы покатились по щекам Ли, она плотнее сжала в ладони телефон, который продолжал вибрировать, но послушно последовала за парнем в спальню.       Чимин принялся поправлять постель, однако удивленно посмотрел на прикроватную тумбочку, на которой загорелся экран его мобильного.       — Кто это пишет в такое время? Если очередной клиент, то я просто пошлю его в дальние края. Вообще не пойму, кто сливает личные номера сотрудников. — Парень недовольно поджал губы, открывая входящие сообщения.       Всем своим существом Минэ чувствовала, что это вовсе не очередной клиент занимал личное время Чимина, а… кто-то решил погубить ее окончательно, убить, показать, насколько она ничтожна, и унизить ее в глазах парня.       Минэ с замиранием сердца присела на край кровати, словно знала, что сидеть придется не долго.       — Что… что это значит? — Чимин с широко раскрытыми глазами обернулся к девушке, и рука его безвольно опустилась вниз.       Сидеть Ли и вправду пришлось недолго. Даже меньше, чем она могла подумать… ведь на экране телефона, что так вяло сжимал Чимин, виднелось видео. Видео, в котором Минэ без раздумий отдалась Чон Чонгуку на рабочей кушетке тату-салона.       Казалось, Чимин в сотый раз раскрывал рот, чтобы что-то сказать, но слова совершенно не желали выходить наружу. Мог ли он поверить своим глазам? Теперь парень сомневался в этом. Разве могла его Ли Минэ поступить так с ним? Разве могла она предать его? Разве могла она разбить ему сердце?       — Я… — Минэ встала с кровати, ощущая себя чужой в этой квартире, чужой в жизни Пак Чимина. Она чувствовала, что должна сию же минуту исчезнуть, убраться с глаз его долой.       — Этот парень… он ведь приходил к тебе… в тот день. — Осознание настигло парня полностью. Лицо его изменилось под наплывом воспоминаний. — Ты забыла пакет, но у него не было его. Неужели?.. Все это время ты водила меня за нос? Господи, Минэ, сколько это уже продолжается? — Чимин с отчаянием в глазах посмотрел на девушку.       Странно, но теперь Минэ не плакала и не рыдала, лишь ощущала себя ужасно, хотела провалиться сквозь землю и убежать от подобного взгляда парня. Ей просто нечего было ему сказать. Ни одного слова.       — Кто он? Почему? Что я сделал не так? — вопросы сыпались один за другим. Телефон полетел на кровать, а сам Чимин принялся в шоковом состоянии ходить по комнате. — Подожди… может, что я не сделал? Поэтому ты избегала секса со мной? Потому что регулярно получала его? — Он нервно усмехнулся.       Минэ хотелось начать громко доказывать ему, что это было всего раз и отталкивала она его, потому что чувствовала вину и не знала, как признаться, но разве подобное оправдание не выглядело бы слишком смешным? Всего раз… как же глупо и жестоко звучит.       — Почему ты молчишь?! Скажи хотя бы слово! — Чимин подошел впритык к Минэ и несколько раз встряхнул ее за плечи, чем вызвал девичий всхлип вместо желанных слов. — Не молчи!       Он резко отпустил ее и принялся вновь мерить комнату шагами, снова и снова зачесывая волосы назад. Спустя пять минут истеричного хождения парня по спальне и молчания Минэ Чимин остановился, и не смотря в ее сторону, хрипло произнес:       — Сейчас же уходи. Просто уходи.       Девушка таки расплакалась. Она довела парня до такого состояния, в котором еще ни разу не видела его. Стыд, позор, страх, неопределенность, вина и многое другое мучало ее в данный момент. Минэ готова была послушно уйти, бежать, исчезнуть, но должна ли она что-то сказать до этого? К сожалению, интернет оказался не столь полезен в реальной жизни.       — Я сказал, уходи! — Чимин чуть ли не подлетел к ней и, схватив за локоть, потащил к выходу из квартиры. Свободной рукой открыв дверь, он буквально вытолкнул девушку. Минэ вздрагивала всем телом, громко дыша и тяжело сглатывая. Она продолжала стоять перед дверью и смотреть прямо, будто в пустоту. Ноги очень быстро начали ощущать прохладу холодного пола.       Кажется, девушка простояла так около десяти минут, словно душа полностью покинула ее тело. Поэтому она даже не двинулась с места, когда дверь медленно открылась и на пороге снова показался Чимин. Отражающаяся боль в его глазах сдавила сердце Ли. Он глянул на ее ступни и вздохнул, заходя обратно. Спустя минуту парень снова появился на пороге, но уже с вещами Минэ и с обувью в руках.       — Холодно. — Он поставил девичьи босоножки на пол, затем протянул ей сумку и одежду.       Минэ молча приняла свои вещи, после чего Чимин исчез за дверью, хлопок которой заставил ее очнуться. Она посмотрела на одежду в своих руках и, оставив лишь куртку, остальное бросила на пол. Набросив на себя верхнюю одежду, надев обувь и взяв сумку, девушка еще несколько минут постояла, смотря на закрытую дверь, а после прошла к лестнице.       Уже будучи на улице, Минэ не узнала, что Чимин снова вышел, но уже, чтобы завести ее обратно и позволить дождаться утра. Он действовал на эмоциях и теперь жалел, что выставил девушку за дверь в такой поздний час. Однако не увидев ее на площадке, подумал, что это к лучшему, ведь не знал, как пережил бы ночь вместе с ней.

Я должен был это сделать. Ты моя. Он должен исчезнуть.

      Состояние девушки было настолько убитым, что даже осмотреться по сторонам не осталось сил. Все эмоции будто в одну секунду испарились из нее, оставляя только пустоту. Последние сообщения не вызвали в ней никакой реакции. Ветер пробирался сквозь открытые участки халата, поэтому Минэ плотнее запахнула его и куртку. Кажется прошло около двадцати минут, как она продолжала бесцельно сидеть на лавочке недалеко от дома Чимина. Звук сообщения заставил ее вяло опустить голову к телефону и медленно провести пальцем по экрану.

Нам надо пройти через это один раз. Потом будет лучше. Ты переживешь это… Мы вместе переживем… Я не хотел делать тебе больно. Тебе очень холодно? Если я сейчас подойду, прогонишь? Не прогоняй. Прогонишь. Я знаю.

      Минэ без единой эмоции на лице, положила телефон рядом и уставилась вперед, положив руки на колени, которые заметно замерзли. Удивительно, из нее словно вытащили все чувства. Сидеть и дальше девушка не видела смысла, как и не видела смысла в своей жизни, поэтому она встала со скамейки и шмыгнула носом. Простуда ей точно была обеспечена, но плевать.       Единственное, на что у нее хватило сил, так это назвать адрес водителю такси. Наверное, она на пальцах одной руки могла пересчитать случаи, когда пользовалась не общественным транспортом, но сегодня, казалось, что еще чуть-чуть, и ноги перестанут слушаться ее. Девушка еле перебирала ими, уже совершенно не обращая внимание на холод, пробирающийся к телу сквозь раскрытую куртку. Взглянув вверх на множество ступенек, которые ей предстояло преодолеть, Минэ устало выдохнула, но таки двинулась. После каждой преодоленной ступеньки, она останавливалась на несколько секунд, затем снова шла вперед, подавляя желание свалиться прямо на месте. Если бы в голове не было пусто, девушка бы подумала о произошедшем, но ей не удавалось схватиться ни за одну мысль, они попросту отсутствовали. Взгляд Ли зацепился за мужскую фигуру. Конечно же Чон Чонгук. Сомнений не было. Парень сидел на лестнице, держа в руках тонкую ветку, которой рисовал невидимые узоры на асфальте. Слабость в теле Минэ стала еще ощутимее, стоило ей подойти ближе к парню.       — Почему ты появился в моей жизни? — Она смотрела вперед, поверх Чона.       — Это ты появилась в моей жизни. — Чонгук продолжал играться с веткой, не поднимая глаз. — Я не просил.       — Я тоже не просила… с твоим появлением все пошло наперекосяк. — В голосе девушки нельзя было заметить обвинительные нотки, лишь констатация факта. — Я лишилась единственной семьи.       — Он не был твоей семьей.       — Тогда… получается, я все придумала? — Минэ опустила голову вниз, мотая ею. — Я считала Чимина своей семьей.       — Мне он не нравился. Он не должен быть рядом с тобой. — Чонгук глянул снизу вверх, осматривая внешний вид девушки, затем вновь вернул свой взор к ветке. — Я хочу быть твоей семьей.       — Будешь заботиться, беспокоиться и любить? — Губ Минэ коснулась легкая улыбка.       — Да.       — Тогда почему не стараешься застегнуть мою куртку? — Она взялась за язычок молнии и несколько раз потянула вверх-вниз.       — Не знаю. — Парень пожал плечами и замолчал, но спустя несколько секунд продолжил: — Но я подумал, что тебе может быть холодно.       — Ты совсем не умеешь заботиться? — Девушка усмехнулась и присела рядом с ним. Если бы она продолжила стоять, то у нее были все шансы свалиться прямо перед ним. — Я тоже многое не умею. Например, ценить то, что имею.       — Завтра у нас свидание, — напомнил Чонгук, даже не смотря в ее сторону. — Понаблюдаем за звездами?       — Чтобы попытаться увидеть ту самую медведицу? — Минэ взглянула на звездное небо и грустно улыбнулась.       — Я в нее не верю, но… а вдруг она есть? — Парень последовал примеру Ли и тоже посмотрел вверх. Действительно, звезды, как звезды, расположены в хаотичном порядке.       — Почему ты послал видео Чимину? — резко спросила Минэ, продолжая глядеть в небо. — Я знаю, что это ты.       — Созвездие медведицы означает, что звезды складываются в форме медведя? — Чонгук выглядел заинтересованным. Он нахмурился, ожидая ответа.       — Когда-то… моя учительница сказала, что я слишком буквально все понимаю. — Минэ улыбнулась и принялась теребить подол халата. — Она сказала, что нам надо зачитать тему до дыр, а я задумалась, как можно что либо зачитывать до дыр… неужели мне после каждой прочтенной страницы надо вырезать дырочки на книге? Всё-таки я дура, раз озвучила это…       — И что в итоге? Стала вырезать в форме сердечек или стандартные круглые? — Чонгук отвлекся от разглядывания неба и взглянул на девушку.       — Нет. — Минэ отрицательно мотнула головой. — Я сказала, что пошутила, но думаю, за своим громким смехом они не услышали меня.       — Хочешь найдём твоих одноклассников и отомстим? — вполне серьезно предложил Чонгук.       — И как мы это сделаем? Пописаем на их газон? — Девушка заговорчески захихикала, прикрывая рот ладонью.       — И это тоже можно устроить, но у меня не получается делать это в общественных местах. Так что, обойдёмся избиением в темном закоулке?       — Но они ничего плохого не сделали. — Минэ пожала плечами, улыбаясь. — Почему бы и не посмеяться над чем-то смешным? Я просто приносила радость людям. Ну, мама так говорила. Думаешь, старалась меня успокоить? — Она состроила лицо, будто до нее только что дошёл смысл утешительных слов матери. — Вот же…       — Ты действительно рыжая болтушка… — Чонгук слабо улыбнулся и грубо потрепал девушку по макушке. Действие должно было быть нежным, однако у него оно вышло довольно резким, поэтому он сразу одернул руку, пряча ее в карман куртки. — Нам пора домой. Ты… отморозишь себе что-нибудь. — Парень кивнул на асфальт, на котором они так «уютно» расположились.       — Опять ты за свое? Не думаю, что можно отморозить себе что-то так быстро. Хотя… надо будет спросить у Юнги. — Минэ приложила палец к губе, в задумчивости сощурив глаза. — Он у меня гинеколог. Лучший даже, — проговорила она с явной гордостью в голосе. Теперь Ли понимала аджумму, которая так любила хвастаться племянником.       За своими мыслями, девушка не заметила, как Чонгук изменился в лице, стоило ей договорить о Юнги. Мужское дыхание стало тяжелым и прерывистым, а челюсти плотно сжались, будто сдерживали его от чего-то.       — Т-тебе плохо? — забеспокоилась Минэ, полностью поворачиваясь к парню.       — Нет, — сразу же ответил Чонгук, выставляя вперед руку. — Все хорошо. Пойдем. — Он встал и протянул Минэ ладонь.       — Я сама дойду. — На короткий период, что она сидела рядом с парнем, девушка совсем позабыла о собственной слабости, которую ощущала чуть ранее. Но стоило ей взглянуть на ступеньки, что следовало преодолеть, как ноги вновь стали ватными.       — Вместе. — Чонгук настоятельно протягивал свою руку, предлагая Минэ взяться за нее.       Девушка несколько секунд стояла, смотря на большую мужскую ладонь и прикидывая в уме, насколько теплой… нет… насколько запретной она являлась для нее, но какое успокоение рука парня могла ей подарить в этот момент? Если касаться Чимина казалось чем-то неправильным, несправедливым и нечестным по отношению к нему, то Чонгук сейчас казался тем, кто был необходим. Очень сильно. И Минэ вложила свою ладонь в мужскую, переплела их пальцы, чувствуя толику успокоения. Теперь бессилие ощущалось не столь ярко, будто часть сил парня передалась и ей.       — Давно ты ждешь меня? — спросила девушка, плетясь за ним.       — Я не говорил, что ждал тебя.       — Ты отправил видео и сразу поехал сюда? Или еще чуть-чуть наблюдал за мной? — Минэ интересовалась так, словно уже ничего странного в этом и не видела.       — Я не говорил, что ждал тебя, — с нажимом повторил свой ответ Чонгук, плотнее сжимая девичью ладонь в своей.       — А видео как заснял? Камеры в кабинете? Часто смотришь? — не унималась Минэ, сама не понимая, что тем самым сильно злила парня.       — Я не говорил, что знаю, о чем ты говоришь.       — Я еще не задумывалась всерьез об этом, но как только я лягу спать, то мои мысли начнут крутиться вокруг этого видео и мне будет очень стыдно, что оно вообще есть. Это ведь точно не нормально, даже в интернете копаться не надо. — Девушка закусила губу и положила вторую ладонь на мужскую и держась за него уже двумя руками, шла за ним. — Еще и он видел… — задумчиво и со вздохом добавила она.       — Я не говорил, что понимаю, о чем речь, Ли Минэ. — Чонгук резко притормозил и так же резко обернулся к девушке.       — Тогда… мой тайный аноним кто-то из вашего салона? Тот парень с татуировкой на шее?       На самом деле Минэ не задавала эти вопросы из интереса или любопытства, она просто хотела поговорить, а мысли о произошедшем сами начали лезть к ней в голову, стоило увидеть Чонгука. Наверное, чуть позже, через несколько дней, девушка более серьезно и тщательнее стала бы интересоваться этим вопросом и была бы более взволнована, но сейчас ее совершенно не заботили ответы на эти вопросы. Сейчас она словно потеряла что-то важное в своей жизни, и остальное будто уже не имело значения. Скажи Чонгук, что знает, кто является ее тайным незнакомцем, Минэ наверное и не отреагировала бы особо, только отчужденно покивала бы головой и возможно улыбнулась бы.       — Чонвон? — Парень удивленно вскинул брови. — Он пускает слюни на Юбин, — добавил он с некой издевкой в голосе и пошел дальше в сторону дома Минэ.       — Серьезно? — Девушка заулыбалась, стараясь четче вспомнить лицо парня и видела ли она их взаимодействия с сестрой Чонгука. — У них что-то намечается? — Она стала говорить тише, словно парень посвятил ее в великую тайну, и их мог кто-то подслушивать.       — Да. Если он все-таки не боится остаться без яиц. — Чонгук хмыкнул.       — А почему он должен остаться без… яиц?       — Потому что я ему их отрежу, — шепотом проговорил парень, поворачивая голову к Минэ.       — Зачем тебе отрезать что-то этому Чонвону? — Девушка непонимающе поморщилась и немного дернула ладонь Чона, заставляя его остановиться. — Тебе он не нравится?       Парень остановился, большим пальцем огладил девичью ладонь. Он задумался над, казалось бы, простым вопросом. Действительно, что он мог ответить? Что из принципа гнал Чонвона от Юбин? Что из вредности мешал ему подкатывать к Юбин? Что из-за своего сучьего характера пригрозил ему потерей важной конечности, если только приблизится к ней? Может, позволь он парню предпринять какие-то шаги в сторону сестры, тогда и Сокджин не появлялся бы больше на горизонте? Юбин могла бы быть счастлива с другим? Стараясь уберечь ее еще от одной ошибки, неужели он, наоборот, толкнул сестру в объятия прошлого?       — Я ошибся. — Чонгук усмехнулся, проглатывая комок горечи, вставший в горле. — Кажется, я очень сильно ошибся.       — Потому что не отрезал яйца сразу? — Минэ улыбнулась, совершенно не понимая, что творилось в душе парня.       Чонгук вместо ответа сжал ее ладонь и прошел вперед, поднимаясь по ступенькам.       — Залезешь на спину? — предложил он, чувствуя, как тяжело давались новые шаги Минэ.       — Нет, — только и ответила девушка, делая свою поступь более твердой.       Стоило ее дому замаячить перед глазами, как Минэ застыла, заставляя остановиться и парня. Удивительно, но несмотря на все произошедшее и неспокойный короткий вечер, проведенный в квартире Чимина, она все-таки всего на мгновение позволила себе подумать, что парень простит, из памяти сотрутся все воспоминания о ее предательстве, и они вновь вернутся во времена, когда ничего из этого не было. Да, она по новой примерила жизнь рядом с ним. Теперь Минэ будто возвращали обратно, поломанную, бесполезную, никому не нужную.       — Чонгук… — Она посмотрела в его непонимающие глаза. — Свидание… может прямо сейчас?       — Ты предлагаешь пойти сейчас на свидание? — Парень недоумевал, ведь очень долго размышлял над тем, каким должно быть их идеальное свидание, и в его голове оно было совсем… не таким спонтанным?       — Да. Прямо сейчас. Куда глаза глядят, неважно… — Минэ волновалась, точно зная, что закапывала себя еще глубже, бесповоротно и безвозвратно.       Парень чуть склонил голову на бок и обвел ее взглядом, начиная с бежевых босоножек на голых ступнях, переходя глазами к легкой куртке, наброшенной поверх мужского халата и сумки, что плотно держалась на плече.       — Ты идеальна. — Чонгук улыбнулся собственным мыслям. Разве не любое свидание, проведенное в компании с рыжей болтушкой должно было стать лучшим? — Пошли.       — Будем гулять до утра? — Минэ заразилась радостным настроением парня и тоже растянула губы в улыбке. — Или пригласишь меня в какое-нибудь особенное место? — На минуту казалось, что она загорелась возможностью окунуться в некий азарт.       — Но у меня нет особенных мест. — Чонгук немного поник, стоило уловить нотки надежды в девичьем голосе.       — Обычно это бывают какие-нибудь крыши, откуда виднеется отличный вид на город или заброшенные здания, с которым связаны воспоминания. — Минэ принялась перебирать в голове, какие еще места становились особенными в фильмах или дорамах, но память больше ничего не подбрасывала. Наверное, потому что и арсенал просмотренных ею кинолент совершенно скуден. — Совсем ничего?       — Нет. Ничего не могу вспомнить. — Чонгук отрицательно помотал головой. — Хотя… может место, где я впервые занялся сексом? Ну, лишился девственности. — Парень почесал затылок, чувствуя, что это было совсем не то, что желали услышать нормальные девушки.       — Серьезно? Так это место действительно особенное! Ты и вправду покажешь мне его? — Минэ радостно хлопнула в ладони и счастливо заулыбалась. — А расскажешь, как это произошло?       Чонгук странно посмотрел на воодушевленную девушку перед собой и внес поправку в свои ранние мысли. Его Ли Минэ определенно была особенной.       — Расскажу. — Он взял ее за руку и потянул в обратную сторону.       Бросив сумочку у порога своего дома, она поспешила пояснить:       — Плевать даже если украдут. Там все равно почти ничего нет. — Она пожала плечами, удивляясь собственному спокойствию.       Минэ совсем забыла, что у Чонгука имелась машина и даже немного расстроилась, когда он пригласил сесть в нее. Ей хотелось растянуть время, но автомобиль рушил ее планы.       Заметив изменившееся настроение девушки, Чон серьезно произнес:       — Это место далеко. Пешком мы будем очень долго добираться. Ты устанешь и замерзнешь.       — Я ничего не говорю… — Она села в машину и аккуратно захлопнула дверь.       — Я вижу.       Они стояли перед зданием школы. Почти ни в одном окне не горел свет, лишь в нескольких кабинетах виделось освещение, будто кто-то просто забыл выключить.       Чонгук сжал успевшую согреться ладонь Минэ, смотря на место, в котором прошли его школьные годы.       — Вот в том кабинете. — Он пальцем свободной руки указал в сторону одного из многочисленных окон. — Кабинет корейского языка.       — Ты занимался этим в кабинете? — Минэ перешла на возмущенный шепот, словно их могли услышать учителя.       — Да. Я украл ключ и заперся изнутри вместе с одноклассницей. Мы оба хотели этого. Она тоже была девственницей. Сначала я очень удивился, когда получил записку, в которой она предлагала заняться сексом. — Чонгук ухмыльнулся.       — Ого! Так просто? Просто бумажка, ручка и короткий текст? — Ли удивленно посмотрела на парня.       — Она думала, что я опытный. И каково же было ее удивление, когда в решающий момент я спросил ее, куда надо пихать? — Чон умудрялся рассказывать такую нелепую историю с таким выражением лица, что девушка уже не знала, надо ей улыбаться, смеяться или сочувствовать ему.       — Даже я знаю, куда надо пихать, а ты не знал? — спросила она, тихо захихикав.       — Я знал, но волнение заставляло нести всякий бред. Не переживай, мы с ней справились отлично. А после еще до окончания школы и даже на выпускном трахались.       — О-о, так вы начали встречаться? — Минэ заинтересовано взглянула на него.       — Нет, мы начали регулярно трахаться.       — Кажется, ты очень любил это делать. — Девушка нахмурилась и закусила губу.       — Я все еще люблю, как ты выразилась, делать это. — Чонгук склонился к ней и нежно коснулся губами кончика ее уха, затем приобнял за плечи. — Теперь только с тобой. Я зависим от тебя, моя рыжая болтушка.       — Говорят, первый раз особенное событие в жизни людей. Я где-то даже читала, что эти люди бывают связаны какими-то невидимыми нитями судьбы. — Минэ принялась безостановочно болтать, прислоняя свою голову к его плечу. — То есть, они всю жизнь потом вспоминают и тянутся друг к другу. Все дело в тех самых нитях.       — Тогда ты навечно связана со мной, Ли Минэ… — Чонгук развернул девушку полностью лицом к себе и сгреб в охапку, заставляя ее уткнуться носом в свою грудь.       — А ты связан со своей одноклассницей? — промычала девушка из-за крепких объятий Чона. — Какая-то несостыковка получается… ведь все люди лишаются невинности с разными людьми… и что тогда? Ты связан с одноклассницей, она с тобой, я тоже с тобой. И, кажется, немного не с тобой тоже.       — Только со мной, — грубо произнес парень, сильнее сжимая ее в объятиях. — Ты связана только со мной.       — Наверное… — грустно выдохнула Минэ и позволила своим рукам окольцевать мужской торс. Ей стало заметно теплее. Если внешне парень оставался почти всегда холодным, то объятия его дарили ей тепло. — Только с той одноклассницей у тебя шансов больше. Я тебя не лишала девственности.       — Но только ты сделала меня самым счастливым в тот момент. Это другой, необъяснимый уровень, Ли Минэ… — Чонгук принялся переступать с ноги на ногу, медленно пошатываясь вместе с девушкой.       — Тогда… пойдем в особенное место для меня? — Она подняла голову и посмотрела на него. — Я забью адрес в твоем навигаторе?       Нутро Чонгука радостно заскулило. Минэ была готова впустить его в свою жизнь и только что показала это всего одним предложением. Он поспешно потянул ее в сторону машины. Оказавшись в тепле, девушка непослушными пальцами принялась стучать по навигатору Чона.       — Минэ… — Парень наблюдал за ее сосредоточенным профилем и, не удержавшись, позвал. — Не переставай читать свои статьи.       Улыбка Чонгука стала шире, а глаза начали искриться счастливыми огоньками, когда увидел высветившийся на дисплее адрес тату-салона.       — Тогда… если верить этим статьям, получается, это особенное место для меня?