Папочка/Психотерапия для Бейкера

I walk through the valley of the shadow of death. Я иду долиною смертной тени. I fear no evil because I'm blind. Не страшусь я зла, ибо слеп к нему. I walk beside the still waters and they restore my soul, Я хожу рядом с омутом, что лечит душу мою, but I know when I die my soul is damned. Но знаю, после смерти проклята моя душа. «Through the Valley» @ Shawn James

      У Ходжа Бейкера были недостатки и он об этом прекрасно знал, но Кэтрин не хотела их замечать. Мисс Хилл слишком долго провела во власти своих страхов и опасений, чтобы позволить себе в очередной раз отказаться от того, что приносит ей радость.       Ходж Бейкер стал тем, кто заставил ее встать на путь признания своей тени, протянул ей руку помощи в совершенно неожиданной форме, подарил умиротворение и покой. Как бы странно это не звучало: он производил на Кэтрин по истине терапевтический эффект.       Наверное, ей стоило бояться за себя? Лиз сказала бы, что Кэтрин больна на голову, если бы узнала о произошедшем. Любой здравомыслящий человек сказал бы так. Но не Кэтрин. Она вошла в подвал вместе с Ходжем и частичка её души осталась там. Теперь Кэтрин периодически возвращалась в красный неон, следуя зову незнакомки из зазеркалья. Она пробуждала воспоминания и вызывала томящее чувство внизу живота.       Что там произошло?       Безумие. Падение. И взлет.       — Добрый вечер, мисс Хилл, — темноволосый администратор встретил девушку широкой улыбкой и помог ей избавиться от пальто.       — Здравствуйте, — улыбнулась Кэтрин, быстрым движением поправляя волосы, — мистер Бейкер уже здесь?       — Он велел проводить вас к нему.       Кэтрин согласно кивнула и последовала за мужчиной.       Они пересекли главный зал, где девушке прежде доводилось бывать с друзьями, и поднялись по стеклянной лестнице на второй этаж. Кажется, Ходж не искал особых подходов к зонированию помещений. Его клуб и ресторан были построены по одному принципу: просторный зал на первом этаже и закрытые от лишних глаз VIP зоны на втором. Конечно, ресторан был гораздо уютней клуба. Здесь играла живая музыка, растения вились под потолком, а в фонтане у стены плавали декоративные карпы. Но Кэтрин было все равно, где встречаться с Ходжем. Она была бы рада свиданию с ним и в городском парке. Этот серьезный мужчина решительно вдохновлял ее. И, по большому счету, Кэтрин было плевать, что творилось вокруг, когда рядом был Ходж Бейкер.       — Мистер Бейкер, — произнес администратор, постучав в дверь из темного стекла, — прошу прощения.       Прежде, чем Кэтрин успела сообразить, что происходит, дверь отворилась и из нее вышел человек. Совершенно не тот, которого она ожидала увидеть.       — Оу, мисс Хилл? — хитро прищурился Леон, — Какая неожиданная встреча!       — Кэтрин, здравствуй, — сдержанно улыбнулся Ходж, вышедший следом.       Он был одет, как всегда, солидно и просто: костюм с пиджаком и расстёгнутая на верхнюю пуговицу рубашка. Леон, в свою очередь, оставался верен своему стилю. Блондин был одет в костюм цвета слоновой кости, отороченный элегантной вышивкой по краям. Змеиные глаза подчеркивал ослабленный зеленый галстук — наверняка, сшит на заказ, как и другие детали образа Леона.       Кэтрин всё ещё не могла спокойно воспринимать этих мужчин рядом.       Два совершенно противоположных человека, которые с трудом находят общий язык, волей судьбы упорно встречаются вновь и вновь. Белоснежный мрамор и чёрный гранит — такие разные, но одинаково стойкие. Эти мужчины удивительным образом связаны. И, как бы Ходж не отрицал, эта связь зовётся дружбой. Весьма нестандартной и порой раздражающей, но все-таки дружбой.       — Добрый вечер, — улыбнулась Кэтрин, задержав заинтересованный взгляд на старшем Бейкере, а затем обратилась к блондину: — я удивлена не меньше. Леон, на сколько я помню, вы намеревались покинуть город. Неужели, решили остаться?       — Мы завершаем оформление документов, — объяснил Ходж, скользнув по Кэтрин взглядом, — Леон уже уходит.       Кэтрин взглянула на Леона. Одетый с иголочки, с идеально уложенными волосами и самодовольным изгибом губ, он не был похож на собравшегося прощаться. Кажется, ему что-то было нужно.       — Брось, Ходж, — небрежно взмахнул рукой блондин, — я не так сильно спешу, чтобы упустить шанс пригласить мисс Хилл на вечеринку. Мисс Хилл, скажите, вы играете в азартные игры?       — Не думаю, что Кэтрин это интересно, — тенью отозвался старший Бейкер. Судя по выражению его лица, Ходж хотел как можно скорей попрощаться с вынужденным партнёром по бизнесу.       — О каких играх вы говорите? — из вежливости уточнила Кэтрин.       Она не умела играть в покер и не жаловала бильярд. Если Леон имел в виду эти развлечения, девушке будет проще отказаться.       — Игры, где главный интерес направлен не на процесс игры, а на её исход, — он обвёл присутствующих блестящим змеиным взглядом, — выигрыш не зависит от игрока. Все решает ситуация.       — В твои игры она играть не будет, — тоном не терпящему возражений произнес Ходж. Кэтрин услышала знакомую стальную ноту в голосе и по спине пробежали мурашки. Интонация принадлежала тому самому демону, которого явил ей красный неон.       Хитрая улыбка озарила лицо Леона. Он испытующе посмотрел на Ходжа и, кивнув каким-то своим мыслям, растянуто произнес:       — А в твои? — блондин довольно усмехнулся, встретив ожидаемый жёсткий взгляд в ответ, — Теперь-то все встало на свои места. Ты познакомил мадемуазель с правилами. А вышестоящие в курсе? Впрочем, ты мой давний друг, я в тебе сомневаться не смею. Наверняка, твои действия не нарушают правил, — Леон выдержал паузу и добавил серьезно: — Последнее условие договора — вечеринка, помнишь? Я настаиваю на присутствии мисс Хилл.       Лицо старшего Бейкера оставалось непроницаемым, словно каменная маска, но Кэтрин знала, что он раздражен. Речь Леона была непонятна и загадочна, но эмоции Ходжа Кэтрин улавливала безошибочно.       — Я подумаю над вашим предложением, — постаралась сгладить ситуацию девушка.       — Видишь, Ходж, мисс Хилл, может принять моё приглашение, — он повернулся к старшему Бейкеру и добавил: — Думаю, ей понравится мероприятие. Жаль, Брайана не будет. Я скучаю по его страстным изобретениям.       — Тебя ждет водитель, — непроницаемо напомнил Ходж.       — Верно, — спохватился он, словно и вправду забыл, — жду вас в пятницу. Адрес ты знаешь, Ходж. Мисс Хилл, я непременно вышлю вам приглашение,  — Леон галантно обхватил ладонь Кэтрин, вежливо поклонился и оставил на ее коже легкий поцелуй. Цитрусовый шлейф дорогого парфюма едва уловимо коснулся рецепторов девушки, — вы не пожалеете, уверяю вас.

***

      Официант широко улыбнулся, выкладывая меню на стол. Светлые кудри обрамляли юношеское лицо, а россыпь бледных веснушек и пирсинг в носу подчеркивали легкость характера. Блеск в глазах, словно у озорного купидона запустившего стрелу, добавлял ему очарования. Наверняка, он получает больше чаевых, чем его коллеги.       — Он вполне мог бы попробовать разослать свои фотографии в рекламные агентства, — шепнула Кэтрин, когда официант оставил их с Ходжем наедине, — Наверняка, получил бы приглашение на кастинг.       — Тебе нравятся блондины? — улыбнулся Ходж, изучая меню.       Кэтрин не привлекали блондины. Обычно они казались ей «правильными» внешне, но стоило копнуть чуть глубже и обязательно обнаруживалось что-то обличающее. Самым ярким отталкивающим примером был Леон Макграт. Все, что он делал и говорил заставляло интуицию Кэтрин насторожиться и ощериться. При всей своей внешней привлекательности и чрезмерной выхоленности, Леон пугал девушку. А в случае с официантом, ее привлекала цветовая гамма одежды персонала: белый, чёрный и бордо. Символичные цвета, которые отражали три стороны хозяина этого заведения: первая — ответственность, уместная нежность и верность своему кодексу чести, вторая — опасное хладнокровие, деловая хватка и авторитет, а третья, известная очень малому кругу лиц, — «специфические интересы». Любопытно, знают ли работники ресторана о значении этих цветов?       — Он слишком юн, — ловко ушла от ответа Кэтрин, — я люблю мужчин старше.       — Мне ли не знать, — поддержал флирт Бейкер.       Ходж действовал на Кэтрин магическим образом. Она смотрела на мужчину, сидящего напротив, и не могла понять, как благородство и забота уживаются в одном теле с тёмным демоном. Кэтрин знала о его существовании наверняка. Она видела дьявола в красном неоне, чувствовала его дыхание на своей коже и таяла от его обжигающих прикосновений. Демон смотрел на неё по ту сторону тёмных глаз старшего Бейкера, но окружающие не видели его. Они могли только догадываться о существовании тёмной силы. Вне стен подвала мистер Бейкер запирал свою темную сторону надежно и глубоко. Только Кэтрин замечала его очертания в мистических глазах и проскальзывающих фразах Ходжа, потому что имела честь познакомиться с демоном лично.       Ходж ловко управлялся с собственной тьмой.       В разговорах он ни разу не вернулся к тому, что произошло в подвале его дома. Они ограничились обратной связью и Бейкер предложил попробовать начать встречаться, как нормальные люди. Наверное, его смутила истерика девушки. Кэтрин не хотела прекращать общение и с радостью приняла предложение мужчины. Теперь Ходж приглашал ее на свидания и ни одно из них ещё не перешла черту дозволенного. Был лишь один поцелуй и много общения.       Ходж хотел узнать Кэтрин лучше и она тянулась к нему в ответ, совершенно не опасаясь тёмной стороны. Девушке казалось, что демон Ходжа симпатизирует ей.       — Господин Бейкер, — официант кивнул Ходжу и обратился к его спутнице: — мисс Хилл, — Кэтрин так далеко устремила свои мысли, что не заметила, когда он подошёл, — Определились с выбором?       — Питер, принеси бутылку сухого красного, мне как обычно, а мисс Хилл всё, что она пожелает, — Ходж обращался к официанту, но смотрел на свою спутницу. Хищный взгляд скользил по её лицу и плечам. Наверное, выбрать топ без бретелей было хорошей идеей, — Кэтрин, что ты будешь?       — Мороженное с вишней, пожалуйста.       — Сию секунду, — кивнул Питер и удалился.       Музыканты на первом этаже играли блюз, доносящийся до VIP-зала тягучей пьянящей волной. Мистические глаза гипнотизировали девушку. Щеки Кэтрин пылали.       Странно. Разве столь бурная реакция возможна, после того, что произошло между ними?       Воздух переполнял окситоцин от близости таких непохожих друг на друга людей — мужчины и женщины, по случайному стечению обстоятельств познавших падение в зазеркалье вместе. Кэтрин попала в капкан обаяния старшего Бейкера и прекрасно осознавала это, но не собиралась двигаться с места. Она влюбилась.       Безоговорочно влюбилась.       Еду принесли быстро. Питер открыл бутылку вина и поставил её на стол. Пока официант выставлял перед Кэтрин вазочку с мороженым, Ходж наполнил бокалы. Хозяину заведения Питер принёс ароматный стейк, художественно выложенный на лист салата. Мясо пахло удивительно, но мороженое казалось гораздо привлекательней. В последнее время, из-за усиленных тренировок, Кэтрин преступно часто отказывала себе в сладостях. Сочные ягоды на белоснежном пломбире так и манили поскорей их попробовать. Кэтрин не выдержала, подцепила десерт ложечкой и отправила лакомство под язык.       — Ммм, — прикрыв глаза, протянула девушка, — божественно вкусно!       Мягкий и холодный пломбир таял на языке. Кислинка от ягоды добавляла особый оттенок нежности в десерт.       — Почему именно вишня? — улыбнулся Ходж.       — Не знаю, — Кэтрин пожала плечами, застигнутая врасплох. Ходж задавал самые необычные вопросы, которые ей доводилось слышать, — я люблю вишню. А что?       — В живописи вишня встречается на особых картинах, — объяснил мужчина, — Например, на портретах Елизаветы I, её ещё называют «королева-девственница», или у Жоана Местре-и-Боша на портрете «Девочка с вишнями».       — Кажется, это имеет какое-то особое значение? — У старшего Бейкера многое имело значение. И, по неведомым для себя причинам, Кэтрин чувствовала что именно, — Как связана королева, давшая обет безбрачия, девочка на портрете и вишня?       — Вишня символизирует невинность и райский плод, — Ходж говорил и изучал лицо собеседницы своими пронизывающими глазами, будто старался нащупать в ее мимике что-то конкретное, — Мне всегда казалось это противоречие интересным.       — В чем же противоречие? Разве девственность, иначе — невинность, и рай не связаны?       Разговоры с Ходжем увлекали. Старший Бейкер разбирался во многих вещах: от вопросов бизнеса и политики до кулинарии и искусства. Возможно, он всегда был начитан, а, может быть, сфера деятельности вынудила его разбираться во всём и сразу. В любом случае, Кэтрин хотелось говорить с мужчиной бесконечно.       — Связаны, — объяснял Ходж, не глядя орудуя ножом в своей тарелке, — но рай и райский плод разные понятия. Невинность — это наивность, нетронутость, не развращенность. А райский плод — самое желанное, что можно вообразить.       Мужчина отложил приборы в сторону и поднял бокал с вином. Кэтрин последовала его примеру. Они встретились мягким звоном и пара сделала по глотку.       — Он рос на дереве познания добра и зла, — оживилась Кэтрин, смакуя винный вкус на языке, — я читала Библию.       — Да, — улыбнулся Бейкер, — Ева соблазнилась речами змея и мир перестал быть наивным. Стоило людям вкусить райский плод, как они осознали себя.       — И были изгнаны из Эдема.       — Это с какой стороны посмотреть, — губы мужчины изогнулись в лукавой улыбке, — в некоторых кругах считается, что они потеряли невинность и с иной стороны взглянули на себя. Вишня символизирует связь двух состояний: девственность сознания и его пробуждение. А что связывает их?       — Соблазн, — отозвалась Кэтрин, — искушение?       — Умница, — кивнул Ходж.       По спине Кэтрин пробежали мурашки. Он уже обращался так к ней.       — Хочешь сказать, я люблю вишню, потому что нуждаюсь в искушении? — засмеялась девушка, — Или нуждаюсь в искушении и потому выбираю вишню?       — Ты мне скажи.       Кэтрин помнила незнакомку в зеркале, смотрящую на неё через красный неон. Размазанный макияж, пошлая помада и затуманенный похотью разум. Спустя почти месяц эта незнакомка все ещё навещала мисс Хилл в мыслях.       Кэтрин задавалась вопросом — почему? Почему она не может забыть об этом и регулярно возвращается к тому, что Ходж предлагал предать забвению?       Бейкер старший был прав. Кэтрин жаждала искушения. Произошедшее в подвале подтвердило это на все возможные проценты. В свете красного неона Кэтрин увидела запретный плод, но не успела распробовать. И теперь ее влекло к нему, словно бабочку к огню. Всю сознательную жизнь она стремилась к падению, чтобы испытать себя на прочность и воспрять вновь. Ходж показал ей самый действенный путь к освобождению, но не пустил пройти его до конца.       — Поэтому мне так любопытно узнать про азартные игры, о которых говорил Леон?       Ходж нахмурился, оценивая произнесенные Кэтрин слова. По всей видимости, ему не очень хотелось, чтобы девушка ввязывалась в игры Леона. Но любопытство распирало Кэтрин изнутри. Девушке было совершенно ясно, что его вечеринка — нечто большее, чем простое светское мероприятие. И что за правила, о которых он упоминал?       Леон не вызывал доверия, но по какой-то причине пристально наблюдал за Кэтрин. От его взгляда ей становилось не по себе. С такими людьми опасно играть во что угодно, потому что они просчитывают ходы наперед. Его приглашение сквозило двойными смыслами, но одновременно интриговало. Что будет, если Кэтрин согласится прийти на вечеринку? Наверняка, ничего хорошего.       А, если рядом с Кэтрин будет Ходж Бейкер?       — Расскажи мне, что это за вечеринка такая? — Кэтрин подалась на встречу своему любопытству, игнорируя опасения.       — Я не могу рассказать, — признался Ходж. Кэтрин видела в его глазах искренность, но не понимала секретности.       — Почему?       — Не потому, что не хочу, а потому, что есть правила, которым я должен подчиняться, — заметив смятение на лице девушки, мужчина засмеялся и добавил: — Первое правило бойцовского клуба — никому не рассказывать о Бойцовском клубе. Второе правило Бойцовского клуба — никогда никому не рассказывать о Бойцовском клубе.       Цитата из книги Чака Паланика наводила на мысли о какой-то тайной организации. На секунду Кэтрин представила Ходжа Бейкера в темном балахоне, сжимающим ритуальный факел, у огромной статуи совы в богемской роще*. Но тут же отмахнулась от безумной мысли. К чему ему надевать балахон?       — Какой тогда смысл приглашать меня? — провокационно улыбнулась девушка, возвращаясь к мороженому. Она чувствовала небывалый интерес, но постаралась его утаить.       — Леон хотел посмотреть на мою реакцию, — признался старший Бейкер, отпивая из бокала, — Приглашение — это билет в закрытый клуб, выйти из которого нельзя. Если ты принимаешь приглашение, тогда можешь войти в некое общество по интересам. Тот, кто приглашает тебя, будет твоим поручителем и наставником. Он будет связан с тобой договором и ваши пути будут пересекаться.       — Звучит серьезно. С трудом вяжется с играми.       — Леон имел ввиду не классические игры. Эта вечеринка вообще не имеет ничего общего с теми развлечениями о которых ты знаешь. То, что мы говорим об этом — уже серьезно, — помолчав немного Ходж серьезно добавил: — Ты не должна была получать приглашение от Леона. Он прыгает выше своей головы.       — Объясни мне, — попросила Кэтрин. Судя по реакции Ходжа, разговор не был шуткой. Теперь мысли о Богемской роще не казались фантастическими. Неужели, тайные общества существуют не только в теориях заговора? — так, как позволяют правила.       — Мы знакомы с Леоном давно и связаны очень крепко. Как бы мне не было сложно это признавать, наши жизни переплетены навсегда, — начал рассказ Ходж, — Ты знаешь, что мы учились в одном университете. Всё тянется ещё оттуда. В каждом уважаемом себя частном учебном заведении есть клубы по интересам. Если ты входишь в элитный клуб, тогда у тебя появляется больше шансов на успешную карьеру и всё в таком духе.       — Типа лиги плюща**?       — Да, вроде того. Эдакое тайное общество, доступное для узкого круга людей. Туда входили дети влиятельных родителей, учащихся в нашем университете. Принимали не всех — только тех, кто прошел испытание. Всего тринадцать человек в год. Нас с Леоном приняли ещё на первом курсе. Брайан попал в клуб гораздо позже. Кроме плюсов в виде возможностей и открытых дверей в любую сферу жизни, было ещё кое-что. Деловые обязательства и вечеринки. Мы называли их азартными играми, чтобы увести подозрения. Окружающие считали, что мы играем в покер или бильярд для праздного развлечения. Но на самом деле все было серьезней. Мы собирались для решения вопросов весьма специфическим образом.       — Как это?       — Я не могу рассказать. Все участники братства связаны нерушимой клятвой. Ты можешь узнать тайну только, если принимаешь приглашение одного из членов клуба. Когда я попал по ту сторону, я был юн и неопытен, и потому все увиденное вызвало у меня ужас. Но обратной дороги не было, мне пришлось остаться. Собственно, «специфические вкусы» берут свое начало от туда. Я попробовал такую форму секса в клубе и долго боролся с собой. Это, как наркотик, однажды попробовал и захочешь ещё.       — Да, — честно отозвалась Кэтрин, — я понимаю о чем ты говоришь.       — Почти пятнадцать лет я балансирую на границах общественных норм и своей тайной стороны. Мне удавалось сдерживать себя до тех пор, пока мы не встретились с тобой, — Ходж задумчиво покрутил бокал в руке и добавил: — все о чем я думаю, каждый раз, когда мы с тобой видимся — это дикое, почти животное желание.       Ходж перевел взгляд на Кэтрин и у нее перехватило дыхание. Глаза старшего Бейкера не были человеческими — она видела голодного до близости хищника, который наконец-то обнаружил себя.       — Кажется, приглашение я получила не просто так.       — Что ты имеешь в виду?       — Мне не дает покоя то, что случилось в твоем доме, — выдерживая контакт взглядов, произнесла она, — Если быть точнее, я регулярно думаю, что хочу повторить что-то подобное.       Ходж внимательно смотрел на Кэтрин, будто анализируя ее психологическое состояние. Она была готова поклясться, что в этот момент видела в потемневших зрачках дьявола из зазеркалья. Он тоже видел ее. Смотрел из глубины, осторожно подманивая к себе, и впредь не собирался возвращаться в тень.       — Ты действительно хочешь прожить этот опыт снова? — бархатный голос, облаченный в знакомую интонацию.       — Меня привлекает терапевтический эффект, — стараясь выдержать бесстрастную интонацию, ответила девушка, — Что будет, если я приму приглашение Леона?       — Этого не случится, — улыбнулся Ходж, — в таком случае, я пришлю тебе свое.

***

      В пятницу утром Кэтрин доставили цветы и подарочную коробку, перевязанную атласной лентой. В букет из пурпурных и розовых калл был вложен белоснежный конверт с короткой подписью: «Лично в руки мисс Хилл». Кэтрин поблагодарила курьера и с любопытством распечатала послание.

Приглашение Дорогая Кэтрин, Я — Ходж Бейкер, рыцарь ордена Missetat***, извещаю тебя о намерении взять тебя за руку и провести в мир, скрытый от глаз. Я проведу тебя сквозь тень к свету и открою тайны, которые доступны лишь посвященным. Обязуюсь сопровождать тебя, оберегать и наставлять в тени. Присягаю и клянусь стоять за твоей спиной. По собственной воле и разумению беру на себя ответственность за будущие деяния твои. Принимая данное приглашение, ты обязуешься соблюдать тайну обещания, связующую нас, и хранить тайну ордена Missetat за глухой и плотной стеной молчания. При малейшем вероломстве твоем, при нарушении от тебя клятвы таинства, я буду нести бремя ответственности за совершенный тобой поступок, определять меру вины и приведу приговор в исполнение.

      Сердце благоговейно замерло. Наверное, Кэтрин сошла с ума, но довольно жуткий текст вызвал в ней трепетное волнение смешанное с ожиданием чего-то особенного. В приглашении, которое она получила, действительно оказался билет в весьма своеобразный закрытый клуб. События принимали серьезный оборот. Но ей это нравилось.       — Если ты принимаешь данное приглашение, значит осознаешь всю серьезность обещания и принимаешь условия. В таком случае, приглашаю тебя принять участие в азартных играх. Будь готова к девяти часам. Я заеду за тобой, — дочитала Кэтрин шепотом, — дресс-код обязывает быть в нужном цвете. Все, что нужно, ты найдешь в коробке. P.S. ты все еще можешь отказаться. Пути назад не будет.       Кэтрин успела подумать. У нее была целая неделя для принятия решения. Кэтрин все еще могла забыть обо всем этом и продолжить ходить на свидания с мистером Бейкером, будто ничего не произошло. Ходж оставлял выбор за девушкой. Мужчина рассказал ей все, что мог, и ждал решения. Он не давил и не завлекал — просто ждал. Кэтрин понимала серьезность ситуации, но любопытство и желание испытать невиданные прежде ощущения брали верх над голосом разума. Ее решение сформировалось совершенно ясно. Кэтрин хотела вкусить запретный плод и вновь встретиться с темной стороной: с демоном Ходжа Бейкера и со своим, что скрывался в зеркальных отражениях.       К вечеру Кэтрин привела себя в порядок и наконец открыла заветную коробочку. Внутри обнаружился подарок в стиле Ходжа Бейкера: черное платье-комбинация из нежнейшего шелка на тоненьких бретелях; бордовый атласный чокер и новый комплект белья из мягкого кружева. Дресс-код вполне соответствовал специфическим интересам мистера Бейкера. Кэтрин примерила вещи и с удивлением обнаружила, что размер подошел. Длинное платье казалось почти целомудренным — на первый взгляд оно скрывало все, кроме плеч и ключиц, но стоило сделать шаг, как разрез с правой стороны оголял бедро до пика возможного. Элегантность на грани с пошлостью.       Ходж приехал к назначенному времени. В отличии от Кэтрин, которую распирало от любопытства и волнения, Бейкер казался расслабленным, как уверенная в себе пантера. Конечно, это далеко не первая вечеринка в его жизни.       — Я предупредил Леона, что ты отказалась от его приглашения и приняла мое, — сообщил Ходж, уверенно выворачивая руль на повороте, — Это его несколько огорчило. Но ты можешь быть спокойна. Поскольку я привожу тебя в орден и несу за тебя ответственность, он ничего не сможет сделать с тобой против моей воли.       — А против моей? — уточнила Кэтрин.       — У новичков нет права голоса на первой вечеринке, — улыбнулся мужчина, — в прямом и переносном смысле. С того момента, как ты переступишь порог собрания ты должна будешь молчать. У ордена Missetat есть внутренняя иерархия. Мужчины делятся на графов, губернаторов, рыцарей, князей, герцогов, маркизов и королей. Одни подчиняются другим. В обычной жизни, за пределами собраний ордена, эта иерархия никуда не исчезает. Для женщин в ордене отведены иные роли: «Konkubine» — наложница, «die Braut» — невеста, «Ehefrau» — жена, «Priesterin» — жрица. Новые члены клуба находятся на нижней ступени. Сегодня ты будешь «Virgo» или «гостьей» — это непосвященное лицо, которое получило приглашение от старшего чина.       — Рыцарь — это твой уровень?       — Ты внимательно прочла приглашение, — удовлетворенно кивнул мужчина, — за пятнадцать лет в ордене я сумел добраться до середины лестницы. Благодаря этому я получил поддержку своего бизнеса от влиятельных друзей в трудное время. По итогам этого вечера ты получишь другой статус, если справишься с испытанием.       — Что я должна буду сделать?       — Не проиграть Леону, — серьезно ответил Ходж, — он будет стараться вывести тебя, чтобы ты прервала молчание, но ты не должна произносить ни слова вслух до тех пор, пока я не разрешу. Главное, не бойся и помни, что все под контролем.       Кэтрин верила Ходжу.       — Какой статус у Леона?       — Он недавно получил титул рыцаря, — усмехнулся Ходж, — собственно по этому и ведет себя, как заноза в заднице. Раньше топтался на ступень ниже и слова мне сказать не имел права. Теперь мы с ним равны и находимся под влиянием одного герцога — это причина головной боли для моего бизнеса, но не для тебя. Ты моя протеже и для него недоступна. Помни, что я люблю быть в роли управляющего процессом и полностью контролирую исполнение озвученных тем вечером правил.       — Уважение, послушание, безопасность, — как молитву произнесла Кэтрин.       — Умница, — произнес он, заезжая на подземную парковку отеля, принадлежащего Леону.

***

      На первом этаже их встретила охрана. Ребята в форме проверили личность Ходжа по каким-то своим спискам, задали несколько вопросов и пропустили в здание. Кэтрин послушно проследовала за мужчиной к лифту.       — Помни о правилах, — произнёс Ходж, когда лифт тронулся и поехал вверх.       Волнение медленно, но верно подбирались к груди. Совсем скоро они войдут в апартаменты Леона и начнётся что-то, что разделит жизнь Кэтрин на «до» И «после». Что там будет? Как это будет? Фантазия упорно вырисовывала безумные картины о которых не принято думать хорошим девочкам.       Кэтрин нервно сглотнула и вздрогнула ощутив мягкое прикосновение к талии. Ходж притянул девушку к себе и нежно обнял. Запах его парфюма кружил голову.       — И доверяй мне, — шепнул он, — чтобы там не произошло.       — Да, господин Бейкер, — произнесла Кэтрин, хитро глядя на мужчину, когда двери лифта разъехались. Ходж ответил ей ухмылкой и пропустил вперёд.       Девушка вошла в роскошные апартаменты первой. Приглушенный свет создавал атмосферу интимности, несмотря на внушительные квадратные метры. Панорамные окна в пол открывали шикарный вид на ночной город. Казалось, звезды сместились с неба на землю и стали частью города. Барная стойка справа у стены была заставлена дорогим алкоголем. По углам комнаты несли вахту абстрактные скульптуры рыцарей. В центре комнаты стоял бильярдный стол на фигурных ножках, а на широком подиуме у окна Леон Макграт ждал гостей. Он восседал на одном из двух кожаных диванов, разделенных журнальным столиком из стекла, и потягивал виски.       — Добрый вечер, — оскалился блондин, не удосуживаясь встать, — рад видеть вас вместе.       Леон был одет в светлые брюки и расстегнутую на груди рубашку. Изящные руки, которые без сомнения могли ловко выхватить пистолет и навести его на человека, украшали перстни — по три штуки на руку. Без привычного строгого костюма блондин не утратил змеиного лоска. Напротив, Кэтрин казалось, что без жестких классических лекал он чувствовал себя гораздо свободней. Все в его движениях и манерах напоминало Кэтрин о мифическом существе способном обращаться в змею по собственному желанию.       «Слишком просто для него, — подумала Кэтрин, рассматривая мужчину в ответ, — может быть, сегодня он не видит смысла в одежде? »       — Здравствуй, — отозвался Ходж легонько подталкивая Кэтрин вперед.       — Мисс Хилл, вы не ответите на мое приветствие? — приторно протянул Леон.       Он оценивающе оглядел девушку снизу вверх, задерживая взгляд змеиных глаз на изгибах ее тела дольше, чем допускали рамки приличия, и растянул жесткие губы в плотоядной ухмылке. Конечно, блондин испытывал ее. Кэтрин помнила о важности молчания и не собиралась так глупо проваливать испытание. Она обворожительно улыбнулась и вежливо поклонилась блондину, а затем послала ему дерзкий взгляд, выражая свое отношение к грубой провокации.       — Хах, — одобрительно усмехнулся Макграт, — принимается.       Леон наконец поднялся и вальяжной походкой подошёл к гостям. В руках он сжимал бокал с алкоголем и льдом. Мужчины пожали друг другу руки и хозяин предложил гостям сесть. Кэтрин заняла место рядом с Ходжем, аккурат напротив Леона. Мистер Макграт разлил виски по стаканам для себя и гостей и самодовольно обратился к Ходжу:       — За удачное соглашение, брат, — блондин поднял напиток, будто держал в руках святой Грааль, — наша работа на благо порядка…       — Дорогою хаоса вьется, — слетело с губ старшего Бейкера, — пусть каждая капля крови, вина и усилия…       Тост, словно заклинание, эхом отзывался в мыслях девушки. Произнесённые слова имели значение и, если честно, Кэтрин не очень хотела узнать его. Речь шла о серьёзных делах не менее серьёзных людей.       — Несут успех общему делу, — растянул Леон, — да будет так.       — Да будет так, — подтвердил Ходж.       Они встретились громким звоном и в раз опустошили стаканы. Кэтрин сделала большой глоток, опасаясь перебрать с количеством выпитого к концу вечера, и отставила напиток в сторону.       Мистер Бейкер все еще напоминал расслабленную пантеру, но Кэтрин чувствовала, что его спокойствие напускное. На самом деле, его хищная натура проснулась и затаилась. Он был собран и внимателен, но не подавал виду. Только блеск в стальных глазах выдавал демона, готового прорваться в материальный мир. Темной стороне становилось тесно и она жаждала вдохнуть полной грудью. Кэтрин знала наверняка, потому что ее собственная тень рвалась наружу ничуть не меньше.       — Объявляю встречу открытой, — довольно хлопает в ладоши Леон.       Его жест оказывается сигналом. Свет в помещении на какое-то время гаснет и Кэтрин становится не по себе. Она вжимается в диван не представляя, чего ожидать.       Кэтрин чувствует, как монстры, рожденные в темноте, тянутся к ней и зовут в объятия нового опасного опыта. Может быть, она зря пришла сюда? Ласковое прикосновение тяжелой ладони к бедру унимает зарождающуюся тревогу. Ходж успокаивает ее.       Кэтрин помнит — всё под его контролем.       Из колонок под потолком раздается музыка, настраивающая на нужный лад. Слух улавливает звук каблуков о паркет и стена за спиной Кэтрин подсвечивается красным неоновым светом — реальность переворачивается. Одним движением Леон переключил реальность и перенес всех присутствующих в мир зазеркалья. В тот самый мир, где демон Ходжа Бейкера призвал к себе темную сторону Кэтрин Хилл впервые.       Спиной к ним, в струящемся белом платье стоит девушка. Очертания ее фигуры наводят на мысли о марах, являющихся в ночи. Белый цвет — насмешка над светлой стороной всех присутствующих, кажется чуждым царству порока в красном неоне.       В этой параллельной реальности табу не работают. Законы морали отвергаются, пробуждаются тайные стороны и скелеты, спрятанные в шкафу, выходят наружу. Красный неон все простит — он скрывает стыд и рушит рамки дозволенного.       В красном свете танцуют демоны дарующие индульгенцию.       Губы Кэтрин изгибаются в кривой ухмылке — ее тень перехватывает власть над разумом.       Незнакомка в белом качает бедрами в такт музыке, затем поводит плечами и поднимает свои изящные руки вверх. Кэтрин неотрывно следит за грациозным движением, наслаждаясь пластикой чужого тела. Низ живота наполняется сладким теплом в такт движением мара. Сделав восьмерку бедрами, девушка медленно скользит одной рукой вниз, очерчивает собственные ребра и талию, а затем круговыми движениями уводит вниз вторую руку. Очень интимно. Вновь восьмерка бедрами и резкий спуск вниз. Кэтрин с трудом сдерживает восхищённый вздох. Ей, определенно, нравится. Девушка разводит ноги в стороны и с кошачьей грацией поднимается. Кэтрин следует за ней темнеющим взглядом.       Леон, поглощенный происходящим, повторяет путь Кэтрин и пожирает танцовщицу глазами. Он, как завороженный, следит за каждым движением мара, готовый в любой момент броситься на нее и поймать. И Кэтрин, к своему стыду, его понимает. Ходж бесстрастно смотрит на танец, продолжая держать свою ладонь на бедре Кэтрин. Его пальцы приятно поглаживают нежную кожу, усиливая возбуждение от женского танца, а губы едва различимо шепчут:       — Тебе нравится?       «Да, — мысленно отзывается Кэтрин, но вместо слов лишь кивает головой и сглатывает слюну, — очень».       Девушка в белом двигается изящно и красиво, но Кэтрин не понимает, почему подарок предназначался ей. А потом мара поворачивается и приходит ясность. Красивое лицо с полными фигурными губами знакомо Кэтрин, потому что в последнее время эта девушка слишком часто мелькала перед ней.       Кассандра.       Рыжеволосая соперница, которая столько раз пыталась спровоцировать Кэтрин на конфликт, танцует для них. Как Леону удалось сподвигнуть ее на это?       Кассандра тоже видит ее и, кажется, ничуть не удивлена. Кэтрин с изумлением следит за тем, как легко Кассандра скидывает с себя полупрозрачную ткань, прикрывающую её тело, и остается в нижнем белье. Будто её не волнует три пары глаз неотрывно следящих за ней. Кассандра казалась Кэтрин девушкой переполненной чувством собственного достоинства и то, что она раздевается в танце, словно какая-то стриптизёрша — фантастика. Язвительная и гордая Кассандра никак не вязалась с той, что извивается под музыку, сжимая собственную грудь. Может быть, она не настоящая?       Кэтрин не может оторвать взгляда от изгибов женских бедер и волны, которой Кассандра сопровождает подъем вверх. Ее движения пластичны, а походка невероятно красива. Это невероятно эротичное представление.       Кэтрин даже забыла, что Кассандра её ненавидит.       Кассандра приближается к диванам и уверенно ставит ногу на стеклянный стол. Кэтрин имеет возможность наблюдать за финальными движениями девушки, смотря на нее снизу вверх. Кассандра обводит взглядом собравшихся и ловким движением скидывает с себя бюстгальтер и скользит руками по своему торсу. А затем медленно и самодовольно опускается на колени перед Ходжем.       Дрянь.       Кэтрин злится, но действовать не спешит. Мистеру Бейкеру не понравится, если Кэтти нарушит дисциплину. Она смотрит на довольную Кассандру и представляет, что могла бы сделать при иных обстоятельствах. Живот предательски тянет вниз, возбуждение стягивается все туже.       Бейкер улыбается, перехватывая блестящий взгляд своей спутницы, и демонстративно поднимает свою ладонь вдоль бедра Кэтрин. Мурашки разрядом тока разносятся по ногам. Ходж награждает ее снисходительной ухмылкой, а затем обращается к Леону, через голову Кассандры:       — И давно ты приручил ее?       — Герцог меня разжаловал, — отзывается Кассандра, сверля Ходжа взглядом смешанных эмоций.       — Заткнись, — приказывает Леон. Его интонация отличается от голоса Ходжа. Слова бьют, как плеть. Кассандра нервно морщится, — рыцарь тебя не спрашивал.       Кэтрин смотрит на девушку и, с удивлением для себя, понимает, что смотрит чужими глазами. Она видит Кассандру, которую никогда не любила и всегда опасалась, и замечает ее привлекательность. Ее осанка — почти королевская, а взгляд — убивающий наповал. Внутри нее есть что-то, что пробуждает желание и тянет Кэтрин к себе. Кассандра — суккуб, она вынуждает Кэтрин думать о грязных вещах.       — Наша милая подружка завалила поручение и ее передали под мою опеку. Теперь дорогая Кассандра не посмеет портить жизнь мисс Хилл, — Леон награждает ослепительной улыбкой Кэтрин, поглаживая Кассандру по голове, как любимое домашнее животное, — я ей запретил.       — Душевный порыв от самого рыцаря Макграта, — улыбается Ходж, разливая виски по стаканам с таким видом, будто девушка на столе является частью сервировки, — небывалая щедрость. Теперь понятно, почему Кассандра так к тебе прислушивалась все это время. А я гадал, что ей нужно.       — Считай, это моей дружеской услугой, — смеется Леон, — Сегодня Кассандра скрепит наш договор, да, милая?       — Да, господин Макграт, — сквозь зубы произносит рыжая.       — Я бы, конечно, хотел, чтобы и мисс Хилл составила компанию нашей подруге, — тянет блондин, поднимаясь на ноги, — но, вижу ты так и не полюбил делиться.       Он обходит стол и на согнутых ногах присаживается перед Кэтрин. Рассматривает ее, как диковинного зверя. Жадный и хищный взгляд, обжигающий холодным огнем на расстоянии, заставляет девушку глубоко вдохнуть. По спине бегут мурашки от близости мужчины. От напряжения соски застывают под тканью платья и становятся заметней. Эта реакция не скрылась от Леона и он тянется к одной из бретелей платья. Кэтрин напрягается, ожидая холодное прикосновение, но его не происходит.       — Все верно, — спокойно отвечает Бейкер, перехватывая мужскую руку и отводя ее в сторону, — не люблю делиться своим.       Демонстрируя свою позицию, Ходж сам касается плеча Кэтрин и медленно, дразня и ее и Леона, спускает бретель. Затем мужчина откидывает ее волосы за спину и также медленно целует девушку в ключицу. Мурашки пробегают по коже с новой силой, соски окончательно твердеют и с документальной четкостью проявляются под тканью. Ходж возвращает самодовольную ухмылку Леону и скользит пальцами от шеи Кэтрин к ее животу. Его тяжелое, но желанное, прикосновение распаляет искры внутри женского тела, разжигая огонь.       — Жаль, — комментирует блондин, — такой потенциал сдерживаешь.       Кэтрин встречается с горящим ненавистью взглядом Кассандры и с удовольствием отмечает прерывистость её дыхания. Кажется, рыжую переполняют эмоции, которые она не может выразить. Несмотря на то, что она сидит перед Ходжем почти обнаженная, он все равно увлечен Кэтрин.       Должно быть, это ощущается ужасно остро.       Кэтрин, к своему собственному удивлению, улыбнулась девушке в ответ на гневный взгляд и чуть шире развела бедра. Ходж подыгрывает ей и скользит рукой дальше. Кассандра следит за этим жестом, выдерживая контакт взглядов с Кэтрин. Ее красивые губы плотно сжимаются, реагируя на каждый миллиметр движения и не обещая ничего хорошего. Но Кэтрин знает, что Кассандра не посмеет причинить ей вред. И это знание опьяняет.       Леон улыбается, замечая дуэль женских взглядов и, запустив руку в волосы Кассандры, оттягивает ее голову назад. Кэтрин видит злой блеск в глазах рыжей и ее темная сторона улыбается.       — Мисс Хилл, скажите, вы уже пробовали подчинение? — Кэтрин молчит, вспоминая подвал. Улыбка искрится самодовольством на змеином лице, — Ну, конечно, вы же пришли с мистером Бейкером. Скажи, Ходж, мисс Хилл понравилось?       — Как видишь, — отзывается мужчина, отпивая виски, — я прав, Кэтрин?       Кэтрин вглядывается в его лицо и видит то самое выражение, что ждала. Власть и забота в одном флаконе — он требователен, но вежлив. Кэтрин кивает, прикусив нижнюю губу, словно возбужденная первокурсница, и тонет в его одобрительной улыбке.       — Умница, — хвалит демон голосом Ходжа и Кэтрин мокнет.       — Помните это сладкое чувство, когда ваши руки связаны и ничего от вас не зависит? Щемящее чувство подавления собственного я, — Леон наклоняется к шее рыжеволосой и очерчивает длинную влажную линию острым, как бритва, языком. Скулы Кассандры расслабляются от его настойчивости. Она протяжно вздыхает, покорно принимая неоднозначную ласку, — Сегодня в таком положении будет Кассандра.       Одним рывком он вынуждает рыжую спуститься к ногам Ходжа и заставляет девушку смотреть на дьявола в черном снизу вверх. Ходж отставляет виски в сторону и с азартом ждет продолжения. Кэтрин понимает, что случится дальше, но от этого только сильней хочет продолжения.       — Можешь начинать, — приказывает Леон.       Кэтрин видит сколько усилий нужно Кассандре, чтобы не воспротивиться. Она скользит своими красивыми руками к штанам старшего Бейкера и тянет за ремень. Кэтрин чувствует укол ревности, но рука Ходжа на ее бедре действует, как обезболивающее. Даже в такой момент, он с ней. Кассандра обхватывает член мужчины накрашенными губами. Кэтрин неотрывно следит за ее действиями. Возбуждение стягивается в тугой узел внизу живота, вызывая мелкую дрожь в ногах.       — Мисс Хилл, должно быть, вы тоже не любите делиться? — голос Леона звучит где-то очень далеко на периферии черепной коробки.       Кэтрин, как завороженная, наблюдает за тем, как член Ходжа исчезает и появляется между губами Кассандры. Ревность усиливает похотливые мысли и тянется вслед за слюной. Она смотрит будто со стороны. Происходящее похоже на порнофильм, который включили специально для нее — интимно, развратно и нереально. Красный неон смешивает чувства в единый коктейль и пьянит разум дурманом. Кэтрин облизывает губы.       — Может быть, мне следует заставить ее прекратить? — улыбается блондин, неотрывно следя за мимикой Кэтрин. Он видит, не может не видеть, ее чернеющие глаза — признак подселения темного демона в затуманенный разум.       Кэтрин хочет сказать «нет», но вовремя осекается — говорить ей запрещено.       — Не слушай Леона, Кэтрин, — усмехается Ходж, откидываясь на спинку дивана, — он не может пережить того, что ему нельзя к тебе прикасаться.       Его дыхание тяжелеет в такт движениям рыжей. Кажется, Кассандра смирилась со своим положением и начала получать удовольствие от происходящего. Громкие влажные звуки сопровождаются ее стонами. В любое другое время Кэтрин была бы в ярости от подобной картины, но не сейчас. Кассандра смотрит на Бейкера глазами полными любви и ожидания, но Ходж остается бесстрастным к ней.       Кэтрин чувствует себя выше.       Гораздо выше, чем Кассандра, доставляющая удовольствие Ходжу.       — Она привыкла получать то, что хочет, — объясняет Кэтрин старший Бейкер, прикрывая глаза от ощущений, сконцентрированных внизу, — но сегодня не тот день.       Ходж, наконец, притягивает Кэтрин к себе и целует. Медленно, уверенно, горячо. Удовольствие электрическим разрядом пересекает кожу. Кэтрин самозабвенно отвечает на поцелуй, демонстрируя Кассандре своё превосходство. Рыжая продолжает жалобно стонать заглатывая член Ходжа глубже.       Пусть знает, кто имеет значение для демона в черном.       Леон наблюдает за происходящим не скрывая хищного удовольствия. Низ живота Кэтрин переполняет тянущее тепло, вызванное смесью эмоций и ощущений. Она чувствует возбуждение каждой клеточкой своего тела и готова поклясться, что никогда прежде не чувствовала огонь внутри себя на столько явно.       Злость, желание и удовлетворение смешались в единый коктейль и разгоняют окситоцин по организму. Кэтрин распаляет вид бесправной Кассандры. Леон, управляющий ей, словно марионеткой, пьет виски. Кэтрин кажется, что он действительно монстр.       — Тебя возбуждает эта картина? — спрашивает Бейкер, обращаясь к своей протеже.       Кэтрин не хочет врать. Она честно разводит ноги и кладет руку Ходжа к заветному месту. Слишком мокро, чтобы не догадаться.       Ходж отстраняет Кассандру от себя. Почти заботливо вытирает влагу вокруг её губ и, когда Кассандра блаженно прикрывает глаза, чётко и ясно говорит:       — Я хочу, чтобы ты позаботилась о Кэтрин.       Секундное замешательство. Рыжеволосая бросает взгляд полный негодования на Леона — он язвительно ухмыляется, а затем возвращается и гневно сверлит глазами Ходжа — у Бейкера не дергается ни единый мускул. Она не умеет скрывать эмоции. Кассандра, распаленная похотью и яростью, гордо вскидывает голову и злобно облизывает резко пересохшие от эмоций губы.       Кэтрин чувствует жар внизу живота и ждет указаний Ходжа Бейкера.       Ей страшно и одновременно любопытно.       — Уф, — ухмыляется Леон, изучая почти драматичную композицию из трех человек, — становится интересней.       — Кэтрин, сними платье, — ухмыляется Ходж, неотрывно глядя в глаза Кассандре. Кэтрин хочет схватить его за лицо и развернуть к себе, но не смеет, — я хочу, чтобы вам ничего не мешало.       Они обе равны в собственном бесправии перед членами клуба. Обе подчиняются рыцарям, обе не смеют ослушаться. Кассандра не решается перечить Леону, Кэтрин не смеет возразить Ходжу.       Они равны, но Кэтрин равнее.       Темная сторона Кэтрин, истекающая вязким желанием между ног, заставляет ее подняться. Кэтрин, как завороженная, тянет ткань платья-комбинации вверх, оголяя бледное тело. Мурашки бегут по коже, предвещая что-то иррациональное и неправильное, но шлюха из зазеркалья хочет войти в неизвестное.       Кэтрин чувствует одобрение Ходжа Бейкера в искрящемся воздухе.       Кожей ощущает восторженный взгляд Леона.       Тлеет от ожидания своего собственного грехопадения, словно зажженный фитиль.       Происходящее дальше с трудом укладывается в голове. Ходж берет Кэтрин за руку и ведет к бильярдному столу. Глупость какая — ведь она никогда не играла в эту игру.       … Я проведу тебя сквозь тень к свету и открою тайны, которые доступны лишь посвященным…       «Азартные игры Леона и Ходжа не имеют ничего общего с с обычными развлечениями, — напоминает себе девушка, когда Ходж вынуждает ее встать спиной к столу, расставить ноги шире и опереться руками о борт игрового поля, — это совершенно другие игры».       Леон пьет виски, будто ничего необычного не происходит. Кэтрин встречается с ним взглядом, и готова поклясться, что видит в них водоворот порока. Когда Кассандра опускается перед ней на колени, блеск в змеиных глазах становится ярче. Красный неон выдает змея-искусителя, который хочет накормить любопытную Virgo райским плодом.       «Возьми этот плод, — как бы говорит он, склоняя девушку на темную сторону окончательно,  — и ты познаешь мир. Наивность уйдет, придет познание границ собственного я».       Кэтрин стоит смотреть дольше, но старший Бейкер отвлекает ее настойчивым влажным поцелуем. Кассандра стягивает трусики Кэтрин вниз.       Прикосновения рыжеволосой мары дурманят разум, трансформируя мысли в ощущения. Кэтрин чувствует женские руки, скользящие по ее животу и бедрам. Ей становится жарко. Кассандра смотрит на нее снизу вверх.       — Да ты же течешь, как сука, — победно улыбается она и зарывается лицом туда, куда приличные девушки не смеют заглядывать.       Кэтрин судорожно вздыхает, впиваясь в обшивку стола для игры, чьих правил она никогда не понимала. Руки напрягаются сильней, когда Кассандра приступает к изучению влажного лона мягким горячим языком. Наверняка, она делала это сотни раз, как иначе объяснить уверенность и ритмичных движений? Рыжеволосая скользит между складками, пробуждает ото сна каждую клеточку женского тела, и дразня задевает самую чувствительную точку. Кэтрин стонет, запрокинув голову, Кассандра сжимает ее бедра сильней и продолжает сладкую пытку.       — Мисс Хилл, вам нравится? — подходит ближе Леон. Его голос звучит сладко и нежно, но Кэтрин молчит. Она помнит, что слова под запретом. Змей злится и обращается к Кассандре: — Ты делаешь недостаточно.       — Помоги ей стараться лучше, — смеется Ходж, прикасаясь к шее Кэтрин. Она помнит это чувство: тяжелая ладонь перекрывающая поток кислорода, дарящая самые сладкие ощущения в ее жизни. Он целует Кэтрин за ухом и бархатным голосом демона в черном шепчет: — никаких слов, Кэтти. Я запрещаю тебе говорить.       Новая волна ощущений захватывает девушку. Ласки Кассандры и интонация Ходжа сливаются в единый жар, разливающийся по телу. Кэтрин хочется кричать он одолевающих ее ощущений, но она держится. Мир расслаивается, окружающие предметы теряют четкость. Сквозь дрожь в ногах ей удается удерживать сознание на плаву. Кассандра старается — влага течет по красивому лицу и Кэтрин хочется коснуться ее губ своими, чтобы разделить чувства и утонуть в возбуждении окончательно.       Леон отставляет виски и подходит к своей подопечной. Глядя на Кэтрин он отстраняет Кассандру и поднимает ее в полный рост. Девушки тяжело дышат, глядя друг на друга, и рыжеволосая судорожно сглатывает. Кэтрин видит в глазах Кассандры бездну из греха и жадности — ей уже все равно на свои чувства. Все выглядит так, будто телом рыжеволосой завладела потусторонняя сила. Она видит в протеже Бейкера объект сладострастия, не соперницу. Леон ухмыляется, раздевая Кассандру до гола. Демонстративно целует и говорит:       — Потрясающий вкус, Ходж. Теперь мне понятна твоя небывалая жадность.       Щеки Кэтрин горят под натиском провокационного комплимента.       Кассандра вздрагивает, когда Леон заставляет ее лечь корпусом на стол. Ходж обнимает Кэтрин со спины и, продолжая сжимать ее шею, заставляет смотреть на происходящее. Леон расстегивает и спускает брюки, проводит ладонью вдоль спины дрожащей Кассандры и входит в нее сзади. Рыжеволосая стонет и морщится, Леон запускает руку в копну ее волос и заставляет взглянуть на Ходжа.       Черная магия заполняет пространство.       Кэтрин продолжает смотреть и ее организм предательски выкручивает похотливая тяга. Ей хочется освободить Кассандру из хватки Леона и заставить ее стонать от собственных прикосновений.       Змей-искуситель продолжает совершать поступательные движения, выбивая из рыжеволосой жалобные стоны и жалкий скулеж.       — Смотри внимательно, — шепчет демон в черном, — я хочу, чтобы ты видела все, что с ней происходит.       Его рука скользит вдоль живота Кэтрин, оставляя за собой пылающий след. Кэтрин судорожно вздыхает, когда Ходж запускает пальцы туда, где не так давно блуждал язык Кассандры. Рыжеволосая смотрит на Кэтрин затуманенным взглядом и стонет, как грязная шлюха. Леон сжимает ее за плечи и натягивает на всю длину.       Это безумие.       «Безумие было не знать этого прежде, — произносит очарованное подсознание, — как ты жила без этого раньше? Ты же всегда этого хотела».       Леон ускоряется. Кассандра срывается на крик. Кэтрин видит, как дрожит тело рыжей, и встречается с самодовольным змеиным прищуром.       «Ты хочешь быть на ее месте?» — мысленно спрашивает он и впивается поцелуем в шею рыжеволосой.       Кэтрин становится душно. Щеки пылают. Прикосновения Ходжа пьянят. Он сжимает её грудь одной рукой, второй гладит клитор. Кэтрин постанывает от его прикосновений, трётся задницей о набухший член в мужских штанах. Ей хочется большего, но Ходж издевается, оттягивая желанный момент.       Кэтрин завидует Кассандре, которую трахает у неё на глазах Леон. Она чувствует его внутри, обхватывает мужскую плоть внутренними мышцами, ощущает блаженную наполненность и кричит. Кричит во все горло. Кэтрин не может позволить себе ничего из этого.       Ходж ей всё ещё ей не разрешил.       Кэтрин срывается и сама целует его. Самозабвенно, жадно и горячо. Ходж в ответ вынуждает её повторить позу Кассандры. И жестко произносит:       — Не дергайся.       Она замирает, как послушная девочка, и мысленно молит всех богов, чтобы Бейкер взял её, как положено. Ходж разводит ноги Кэтрин шире и медленно скользит вдоль женской изогнутой спины тяжёлой рукой. Кэтрин закрывает глаза, надеясь почувствовать мужчину внутри себя и готовится к сладкому чувству наполненности.       Жесткий шлепок по ягодице вынуждает её вздрогнуть и стиснуть зубы. Кэтрин вспоминает пощёчины и по коже бегут мурашки.       Похоть превращается в ненависть. Ненависть перерастает в огонь.       Леон смеётся, ускоряя темп. Он заставляет Кассандру дрожать и впиваться ногтями в обшивку стола. А Ходж Бейкер дразнит свою протеже, до сих пор оттягивая желанную близость. Кэтрин хочется выругаться, но она только недовольно фыркает, сдерживая себя.       Он награждает её ещё одним шлепком и, наконец, врывается во влажное лоно — сразу во всю длину. Кэтрин вздрагивает, выгибается и стонет. Боль от нового шлепка обжигает тело, распаляя желание.       Кэтрин счастлива. Ходж медленно двигается внутри нее, награждая блаженным чувством тепла. Она почти плачет от благодарности. Кассандра накрывает руку Кэтрин своей и блаженно улыбается. Их запахи смешаны в воздухе, пальцы плотно сплетаются между собой. Жжение усиливается от следующего удара и Кэтрин скулит, крепче сжимая руку подруги по развлечению — терпеть шлепки становится проще.       Незнакомка из зазеркалья больше не незнакомка. Кэтрин видит ее в Кассандре и чувствует в себе — это вовсе не фантазия, родившаяся в стенах подвала Ходжа Бейкера. Темное и порочное отражение — это их общий демон. Похотливая мара, завладевшая душами Кассандры и Кэтрин. Она заставляет хороших девочек жаждать падения и ее не волнует насколько крепка твоя гордость в обычной жизни. За закрытыми дверьми ордена Missetat любая женщина — грешница, жаждущая впустить в себя похотливую дрянь с размазанным макияжем и передать ей борозды правления.       Мир кружится вокруг бильярдного стола, заставляя забыть о конфликтах за пределами клуба. Кэтрин видит глаза Кассандры и знает, что ничего, кроме происходящего здесь и сейчас не имеет значения. Женские стоны сливаются воедино, подчиняясь ритму овладевших их телами мужчин.       Ходж ускоряется. Невыносимая волна жара поднимается в теле Кэтрин, захватывая по пути все нервные окончания до которых может дотянуться. Бейкер больно сжимает женские бедра, Кэтрин дрожит и с трудом балансирует на грани сознания.       Связь с реальностью ускользает.       Леон делает финальный толчок и Кассандра изгибается до предела. Она кричит, но Кэтрин почти не слышит. До периферии сознания доносится утробный смех старшего Бейкера. Но за ощущениями переполняющими Кэтрин трудно разобраться в происходящем. Она объята пламенем и фитиль вот-вот догорит.       — Твоя взяла, — устало произносит Леон и, тяжело дыша, облокачивается на стол руками, — Кассандра, закрепляй договор.       Рыжеволосая со всей своей нежностью обхватывает ладонями лицо Кэтрин и заглядывает ей в глаза. Девушка видит в отражении порочных широких зрачков Кассандры изможденную грешницу, распробовавшую райский плод. Падшая смотрит на нее по ту сторону горящих удовлетворением глаз и блаженно улыбается губами Кэтрин.       — Договор засвидетельствован, — произносит Кассандра, — кончай, Кэтти. Мы все тебя ждем.       Ходж ускоряет темп до невозможной скорости и Кассандра накрывает губы Кэтрин своими. Девушка инстинктивно отвечает на горячее слияние губ. Фитиль, наконец, догорает и яркая вспышка озаряет сознание Кэтрин. Тело пробивает долгожданная судорога, девушка скулит в губы Кассандре, но подружка мистера Макграта не дает Кэтрин отстраниться до последнего.       Черная магия разливается по венам разнося послевкусие запретного плода. Кэтрин чувствует, что теперь в ее жизни все окончательно поменялось и с трудом может в это поверить. Ходж нежно притягивает девушку к себе, крепко обнимает и хрипло говорит:       — Умница.Хорошо справилась.

***

      — Как так вышло? — Кассандра, завернутая в полотенце, подлила в стакан Кэтрин сок. Вишневый запах теперь вызывал неоднозначные ассоциации.       — Я получила приглашение, — честно призналась девушка, утоляя жажду, — а как так вышло с тобой?       — Я не смогла соблазнить нашего общего знакомого и заставить его подписать нужные бумаги, — почти беззаботно пожала плечами Кассандра, закинув чистые ноги на стол, — меня разжаловали из Ehefrau в Konkubine.       — Мне жаль, — отозвалась Кэтрин, все еще пытаясь уложить в голове новую для себя информацию. Казалось, разжалование из жены в наложницу Кассандру раздражало уже не так сильно.       — У всего есть свои плюсы, — усмехнулась рыжеволосая, бросив короткий взгляд в сторону Леона и Ходжа, подписывающих документы за барной стойкой, — если бы не это идиотское обстоятельство, мы бы никогда не попробовали друг друга. И, скорей всего, я бы до сих пор тебя ненавидела. Теперь, когда мы все в одной лодке, ревновать нет смысла.       — Почему нельзя было просто подписать бумаги?       — Эта сделка нечто большее, чем бумажки, — объяснила Кассандра, — то о чем они договаривались сегодня нельзя писать в документах. Ходж тебе все расскажет, если будешь задавать грамотные вопросы, — девушка повернулась к Кэтрин и шепотом, чтобы мужчины не услышали, добавила: — Это касается очень темных дел. Мне жаль, что ты не знала на что подписываешься.       — На сколько темных? — осторожно уточнила Кэтрин.       — Гораздо темнее, чем глаза поглощенного твоим присутствием Ходжа Бейкера. Темные и грязные, как адская бездна.       Кэтрин напряженно взглянула на Кассандру, пытаясь понять серьезность ее слов.       — Добро пожаловать в мир без прикрас, Кэтти. Надеюсь, ты привыкнешь. Мне понравилось играть с тобой.