Приёмная сестра

Все остальные дни проходили с неимоверной скукой. Наён начала тренироваться ещё усерднее, а потом и совсем пропала в зале. Если бы можно было бы там быть целые сутки, она бы с радостью так и делала. А Мина с не меньшим усердием готовилась к своему туру, ведь оставалось лишь два месяца до соревнований. И это заставляло нервничать больше. Но при всей загруженности связь Мина и Наён активно поддерживали, хоть и хотелось бросить свои важные дела ради друг друга.

***

Чеён приступила к написанию своей новой картины. На неё она ставила довольное многое, а ещё особый интерес вызывала модель. Удивительно, но за такое краткое время они сумели достаточно сблизиться. Даже несмотря на большие разногласия и очень странно начавшееся общение. Если раньше Чеён старалась подобрать самый вычурный и неприлично дорогой наряд, отлично зная, до какой злости она доведет милашку Минатозаки. То сейчас уже даже не боится повторяться и показываться иногда в излишне откровенных нарядах — будем честны, Чеён просто стало лень заморачиваться. А Сана перестала каждый раз изображать предобморочное состояние от всего, что происходит рядом. В последнюю встречу она особенно обнаглела и залезла на барную стойку с ногами, проигнорировав стулья, просто потому что ей показалось, что этот джокбал требует особенного поедания. Прошло всего две недели.

***

Долгие часы изнуряющих тренировок дают свои результаты. Похвалы хореографов, наконец-то высокие оценки на еженедельных смотрах. И неоднозначное письмо с приглашением, которое получили не все из их компании. Как потом объяснили менеджеры на одной из встреч некоторых трейни, достойных по мнению преподавателей, отправят на довольно известное шоу на выживание. Для Наён это было одновременно и праздником, и самым большим страхом. Успех заключался в том, что она в числе тех, кто, по мнению компании и по результатам, сможет достойно показать себя. И в том, что это очевидный и быстрый шанс дебютировать. Но ведь это откровенно не гарантия, что она сможет выдержать огромную конкуренцию. Или же удержаться в рейтингах, чтобы попасть в дебютный состав. Ещё несколько дней Наён пыталась справиться с волнением и сходила с ума, бесконечно тренируясь в зале. Ещё несколько часов обдумывала, стоит ли это вообще-то кому-то рассказывать, чтобы не сглазить. И ещё пару минут думала, звонить Мине или просто написать сообщение. — Ну как тебе новости? — Дахён оказалась за спиной очень неожиданно, что Наён показалось, что она умрет от остановки сердца. Или от его разрыва, потому что Дахён выглядела почти как щенок и вместо хвоста виляла всем телом, горячо желая обсудить повестку последней недели. Губы дернулись в рваном вздохе от резкого испуга и умиления и Наён отложила телефон. Написать обо всём успеется, а вот с Дахён они виделись в последний раз только на собраниях с менеджерами и агентами. Там не удалось даже толком переглянуться, не то чтобы обсудить что-то. И этот взгляд с улыбкой тоже подкупал. Да и просто отвлечься казалось не такой уж плохой мыслью. — Не знаю, радоваться или плакать, — Наён устало падает на пол и растерянно смотрит в потолок. Получается, они больше не команда? — Мы ведь будем соревноваться друг против друга. А если мы будем бороться за одно место? — Не совсем будем, ты чего? Мы всё ещё непобедимые черепашки-трейни! — Дахён накрыла своими руками ладони Наён, которыми та прикрыла своё лицо. Где-то за этой маской послышалась лёгкая усмешка. Наён всегда смешило, что после долгих и трудных объяснений Дахён о черепашках-ниндзя она ничего не поняла, но при этом успела стать одной из них. Они, конечно, не были супергероями и черепашками стали не только потому что Дахён их любила, а потому что в их стажировке был период, когда хорошие результаты достигались категорически медленно. Но душу Наён грело то, что Дахён считала их непобедимыми. И восхищалась тому, что чужая самоуверенность от всех испытаний стала ещё более внушающей. Но это одновременно пугало. В отличии от подруги, Наён не была такой уж уверенной в себе и своих навыках. И этим очень проигрывала решительной и рисковой Дахён. — Но ведь в конце обязан кто-то выбыть. Вдруг это будет кто-то из нас? — Если мы будем усердно трудиться, то обе пройдём не только в состав группы, но и займем первые места! Наён не сдержалась и зажмурилась, лишь бы не разреветься. Да уж, будь она судьёй, то только за этот умиротворенный тон, полный железной уверенности в успехе, как будто та ясно видела будущее, поставила все возможные баллы и отдала первое место ей. — Дахён. Знаешь, я так благодарна твоей поддержке. Всё же она расплакалась и дёрнулась, когда Дахён легла рядом. Она выглядела какой-то совершенно не взволнованной теперь и очень широко улыбалась. — Это мелочи, успокаивайся давай, — она как будто не слышала благодарностей и просто обняла Наён. — И пошли спать. Я вот жутко устала, новая хореографка просто зверь! Я удивлена, в ней столько энергии. Думаю, вы с ней в этом посоревнуетесь, но её вообще не перетанцевать!

***

Болтовня Дахён действовала как успокоительное. А комичные вздохи недовольства заставляли Наён так смеяться, что она расплакалась второй раз. Давно они так не сидели в зале после тренировки и не болтали по душам. Это делало Наён счастливой и чем-то напоминало, как они также хохотали в школе с Чонён. Пусть они и общаются вновь, она толком-то не извинилась и это вновь расстраивало. Но после разговора с Дахён все мысли будто прояснились.

nayeonnie:

Ты спишь?

***

Мина аж вздрогнула, когда её телефон завибрировал под рукой. Она честно ждала сообщение Наён ещё с десяти вечера, когда её тренировки должны были кончиться. Но сейчас уже почти час ночи и почти пара часов здорового сна. minari: Нет ещё.

nayeonnie:

Неужели меня ждала?

minari: Ну… почти угадала. Мина, конечно же, нагло солгала, потому что Наён явно снова прочтёт занудные нотации про важность сна, учитывая её занятия спортом. Это было мило, но чаще всего доставало и хотелось больше пообщаться с возлюбленной хоть о чём-нибудь другом.

nayeonnie:

Мина, ты же понимаешь?

minari: Да-да, я понимаю, давай сегодня обойдёмся без этого?

nayeonnie:

Ладно

У меня есть кое-какие новости

И Мина замерла. Неужели Наён так легко сдалась и не обмолвилась ни словечком про здоровый сон? И что за новости? Одновременно любопытно и страшно потому что новости могли касаться чего угодно. Да и у неё самой есть кое-что, о чём бы хотелось рассказать, главное, чтобы эти новости не были грустными.

naeyonnie:

У тебя есть что сказать?

Потому что после этого ты явно потеряешь дар речи

minari: Есть… Но уже после тебя, хорошо? Ты меня заинтриговала аж. Мина беспокойно вздохнула и прикрыла глаза. Она даже не знает, что ждать, а подобные заявления так вообще что-то сбивают с толку. Ладно, новости о туре подождут.

nayeonnie:

В общем, пришло пригласительное письмо на шоу выживание и я буду там участвовать. Как тебе новость?

Мина всё не поднимала телефона, потому что подсознательно ощущала что-то не то. Может, всё не так плохо и она себе напридумывала? minari: Шоу на выживание? Её сердце будто бы остановилось. Это же хорошо, да? Насколько она знает, на таких шоу ведь формируют группы и трейни становятся полноценными айдолами. Она помнит, как после их душевных разговоров о мечте Наён, обе бегали каждый выходной к телевизору, чтобы посмотреть новый выпуск подобного шоу, искреннее болея за своих фавориток. Воспоминание заставило слегка улыбнуться, но тут же улыбка стёрлась от тревоги. Конечно, это все чудесно и прекрасно? Но а как же их отношения? Вечно так длиться не будет. Их свидания по ночам уже пару месяцев как прекратились. И переписываться они стали реже. Не то чтобы Мина не знала, насколько им обеим важны собственные занятия и будущие карьеры, но что-то не давало покоя и эгоистично орало в душе. Наён же ощутила себя слишком счастливой. Камень упал с души и теперь осталось только дождаться ответа и пережить шоу на выживание.

nayeonnie:

Хей, не молчи. Это важно для меня, ты же знаешь?

Надеюсь ты рыдаешь там от счастья и гордости)

minari: Ну не переоценивай себя) Но я буду поддерживать тебя изо всех сил, обещаю) Наён посильнее закуталась в одеяло и постаралась заорать от счастья как можно тише. Кажется, точнее даже не кажется, а так и есть, Дахён была права во всём.

nayeonnie:

Ты бы знала, насколько сильно я люблю тебя!

И жду рассказ, что там у тебя нового

случилось

minari: И я тебя люблю! И у меня тоже тогда есть кое-какие новости, но я томить не буду. У меня скоро будет спортивный тур и мы с нашей командой будем соревноваться знаешь где? Ни за что не угадаешь! Мы летим в Японию!!

nayeonnie:

АААА ТАК ЭТО ЖЕ ПРОСТО ЧУДЕСНО!!

Мы обе на пути к своей мечте, любовь моя, и обязаны вернуться с первыми местами

minari: Ахах, обязательно) Как ты там говорила вас называет Дахён-и? Черепашки-трейни? Если ты не дебютируешь в группе с таким названием, считай все зря

nayeonnie:

О, в таком случае мы будем популярней даже SNSD-сонбэннимов!

И я постараюсь писать как можно чаще, если представится шанс. Я буду болеть за тебя изо всех сил. И за Джихё и Сану)

***

— Повернись. — Сделай шаг вперед. — Голову вправо! Чеён видела, как Сана начинала злиться и дёргаться. Её тоже не приводило это в восторг. Это же элементарино просто — следовать указаниями и постоять минут пять спокойно без движений. И за это время Чеён бы успела написать намного больше, чем потратила сил на командование Саной. Хозяйничать в чужом доме и есть не по правилам этикета у той получалось в разы лучше, нежели чем быть хорошей натурщицей. За эти две недели на холсте появились лишь какие-то наброски карандашом. И то, Чеён была уверена, что скоро сойдет с ума и сотрёт и эти малые успехи работы с несносной Минатозаки. — И щёки не надувай, свет плохо падает. И развернись. Нет, не так! — Ты, блять, специально? — Сана развернулась на удивление послушно. Жаль только не в ту сторону, занятая своим недовольством. — Я специально что? — ладно, Чеён уж точно соврёт, если скажет, что ей не нравится дразнить Сану, даже если этим жертвует продуктивной работой. — Не смешно. Я вижу как ты сейчас держишься, чтобы не засмеяться. — Мне просто приятно издеваться над тобой, вот и всё? — Чеён надула губы почти как её модель и покрутила головой, будто примеряя это на себя. — Когда-нибудь тебе это аукнется. И давай быстрее уже, мне надоело каждый день выстаивать по пару часов, ожидая, что на тебя снизойдет вдохновение. Сана фыркнула громко, и опять забылась, когда отвернулась голову в противоположную сторону. Пока что она так и не увидела, что же было на холсте, потому что эти две недели Чеён будто бы просто издевалась над ней. И даже сейчас она просто стояла перед мольбертом и даже не прикоснулась к нему. Бесит! — Повернись вправо. — Я хочу передохнуть, ты заебала. Сана даже не дождалась разрешения, как делала это в первые пару дней. Терпения уже не хватало. А еще в студии не жарко, чтобы стоять там полуголой и вертеться раз за разом под недовольные: "Вправо, влево, вбок, стоять". — Эй-эй-эй, так мы закончим к ночи! Просто встань обратно минут на пять. Это не так уж и много! — Пять минут закончились час назад, — Сана устало упала на стоящий рядом диванчик и повертелась на нем, чтобы улечься на живот поудобнее. — Вот скажи честно, ты просто так делаешь, чтобы поиздеваться надо мной? Она опустила руки на глаза и потёрла их, даже не заметив за своими возмущениям вслух, как подошла Чеён. — Никто тебя мучать не собирался, просто встань на своё место. Поправка — нормально встань, как надо, а не как душа ляжет. И постой тоже нормально. Сана аж вздрогнула, услышав голос над собой, и даже перестала болтать ногами, лёжа на диване, пока удивленно смотрела снизу вверх на Чеён. А ещё Сана вздрогнула, когда ощутила как с легким нажимом по её спине проскользила сухая кисть. А потом в обратном направлении прошлись уже чужие пальцы. Будто разряды электричества возникли на тех местах и захотелось сжаться, дёрнуться и сбросить с себя щекотные ощущения. Или попросить не останавливаться — Сана просто не могла понять противоречия у себя в голове и вжалась в диван посильнее. — Ой, вижу кому-то это нравится, — Чеён засмеялась и убрала руку. — А такой подход меня устраивает. Как насчёт системы наград? Ты стоишь ровно, а потом я тебя поглажу, котёночек? Сана не спешила подниматься с дивана и притянула к своему лицу подушку. Касания обжигали так сильно, что хотелось от них избавиться, но без этого ощущения тоже становилось некомфортно. А ещё это дурацкое "котёночек". С чего вообще эта Сон Чеён взяла, что она поведётся на такой дурацкий флирт? — Может, всё-таки встанешь? Я не собираюсь переделывать наброски просто потому что тебе понравилось позировать на диване. Сана неохотно подняла голову, желая просто стать частью этого дивана. Глупая, взбалмошная, невыносимая Чеён, чтоб её чёрт побрал, звонко шлёпнула её и как ни в чём не бывало ушла обратно к мольберту!