Приёмная сестра

Толпа на стадионе кричала очень громко. Все болели за своих одноклассников, за собственных детей и друзей, поднимая эмблемы школ и плакаты и выкрикивая поддерживающие слова. Казалось, что вся команда Мины была просто лишняя на поле и во время приветствия, и во время игры. Старшая школа "Навиллера" не вписывалась ни в один стандарт всех команд, прибывших на этот турнир. Они казались маленькими, слабыми и чудом попавшими в подобное место. Конечно, отчасти так и было, но огромный труд привёл их сюда и победа не за горами. Только вот, Мина готова была расплакаться ещё до конца матча. За них почти никто не болел, кроме пары приехавших учителей-сопровождающих и сотрудников их спортивного комплекса, который и содержал школьный клуб. Команда терпела просто невероятный крах и отдалялась от победы на национальных семимильными шагами. Она тоже терпела, закусывая губу и сжимая кулаки, и старалась не плакать во время назначения очередного штрафного удара. Джихё получила уже две жёлтые карточки за излишне агрессивную игру. Плюс нагоняй от тренера, который нервничал и криком просил вести себя лучше, чтобы не уйти с поля с красной карточкой наперевес. Без Джихё стратегия бы разрушилась и на замену не нашлось бы такого игрока, кто бил сильно и размашисто. Жалко только, что мяч летел чаще не в ворота, а в спины игроков. Или те картинно падали от вполне увесистых пинков и толчков во время попыток отобрать мяч обратно. Судья просто прекратил закрывать глаза на то, как Джихё отвечала на все провокации соперницы с номером 21. Сана не провинилась ни разу, но её взгляд был прикован больше к чужим воротам, нежели к собственным, которые надо было вообще-то защищать, а не пропускать всех подряд, боясь подойти поближе. Об этом тренер тоже упомянул на перерыве, пока рисовал новую схему построения, чтобы сравнять счёт. Это была отвратительная идея, поддаться желаниям игроков и поменять позиции Саны и Джихё местами — обе стали играть грязнее, менее технично и смешивая защиту с атакой в немыслимую кашу. Нет, Мина тоже боялась с какой злостью играли эти жёсткие японцы и угрозы одной девчонки подействовали на ура — она жестом показала, будто перережет горло, щёлкнула зубами и потом подмигнула. Но ей казалось, что в такой ситуации нужно перестать прятать голову в песок, как это было раньше в момент издёвок на заднем дворе школы. Она старалась внимательно выслушать тренера и самой вдохновиться достаточно, чтобы победить и саму себя в том числе. Еын тоже вроде бы держалась, но из последних сил и это было заметно. Пока били штрафной она стояла в стенке и отбила головой, чтобы хоть как-то защитить команду от такого близкого и очевидного проигрыша. Джихё её похлопала по плечу и что-то шепнула, но та только помотала головой и игра продолжилась. После того как Мина сцепилась на поле с этой угрожающей дамой, она наконец-то заметила имя на форме. Мияваки Сакура, номер 9. Только школа тоже сеульская, а не из Токио. Неужели они проиграют даже не хозяевам поля? — Мы не такие хрупкие, как ты думаешь, даже не пытайся разбить нас, — она снова щёлкнула зубами и гордо подняла голову вверх, приняв жёлтую карточку на удивление не как наказание. Они были чем-то похожи с Джихё своей самонадеянностью, огромной уверенностью и настроем убивать на этом поле. У неё тоже чёлка заколота рядом с ухом смешной заколкой и штрафы как повод похвалиться шрамом, чем затаиться и прятать. Капитанская повязка фиолетового цвета хорошо сочеталась с ней и жёлтым. — Я подожду пока ты проштрафишься настолько, что вылетишь вместе со своей командой. Мина загорелась желанием победить любой ценой и ощутила невероятный прилив сил от этого небольшого разговора в опасной близости. На таймауте она оглянулась на свою команду и на Сакуру. У неё есть что сказать этой выскочке, собственной команде и всему миру. Всё в её руках. Осталось забить два мяча и ничья приведёт их к дополнительному матчу, где победа точно достанется "Навиллере". Достанется драгоценной команде. И Мине, которая на пределе от напряжения, всплесков адреналина и пьянящего желания сорвать свои эмоции и вложить их сюда. Порвать всех.

***

В раздевалке стояла полная тишина, не нарушаемая шорохом одежды и любыми разговорами — будь то радостными или поддерживающими. Джихё получила красную сразу же, как только вышла на поле, потому что повелась на очевидную провокацию нападающей. Эти "неразбиваемые" хорошо давили психологически, а их давили физически. Мина успела краем глаза заметить как — на смятой форме виднелось имя — Чо Юри, номер 21, запрокинула голову, чтобы кровь из носа не пошла снова. И как Джихё на удивление проявила сострадание и помогла дойти, придерживая рукой за талию, до медиков, дежурящих на поле. И после этого непродуманного действия хрупкий баланс нарушился. Мина не заметила, как слаженный механизм остановился вместе с окружающим миром. Осталась только Сакура, которая подмигивала и гоняла мяч вокруг так легко, как будто танцевала с ним, превратив всех вокруг в декорации. Остался только шум в ушах с невнятным японским акцентом, съеденным за годы в Корее. Форма неприятно липла к телу из-за жары и пота, кажется, сюда примешались и собственные слёзы, от обиды за такую нелепую отвратительную игру. Команда развалилась на глазах, а значит, она не справилась с задачей. Провалилась как капитан, которому вообще-то доверились все остальные. Сама не оправдала собственных ожиданий и разочаровала кого-то, кого называла внутренним "я". — С проигрышем не поздравляют, — Сакура сжала ладони Мины в своих, имитируя рукопожатие, и поклонилась. Они стояли в ряд, друг перед другом, прощаясь командами и наблюдая за церемонией награждения. Все напротив выглядели очень счастливыми, с расслабленными улыбками и уставшие в самом хорошем смысле. Мина старалась не думать, как она выглядит, потому что плечи сводило от напряжения, было жарко и душно, хотелось исчезнуть от громкого шума, от блеска кубка и горячих рук, сжимающих её так, будто царапали когтями. — Зато поздравляют с победой, — она постаралась выдать что-то похожее на улыбку, но только поморщилась и тряхнула руками, чтобы сымитировать ответное рукопожатие. Внутри появилось едкое и гадкое ощущение. В последнее время как-то всё не ладится, идёт плохо и тупо, словно удача исчезла и началась бесконечная и очень чёрная полоса невезения. Проигрыш за проигрышем, начиная в отношениях, заканчивая важной игрой. И главное, обида душила и потому, что не только Мина виновна в случившемся — это Джихё тупая и несдержанная, прекратила запрещать себе испытывать эмоции и теперь творит всё, что только вздумается, не беспокоясь, а заденет ли других. Поэтому и стала играть в стиле соперников, наполучав кучу карточек. Это Сана тоже виновата. Резко стала стеснительной и вести себя, как дурочка, строя глазки девушке напротив. Они мило смеялись, пока выдалась свободная минута, и Мина краем уха услышала, что её звали Нако. Да, они чем-то похожи типажами, как прирожденные лидеры, сделанные не из стекла с пометкой "осторожно хрупкое". Только сладкие девочки, предпочитающие персиковый и лавандовый цвет, смягчающие крема для рук и пушистые кофты. А может быть, это произошло, потому что она плохой лидер? Это не её место? Уже потом, собирая вещи в отеле, Мина выдохнула и позволила себе подумать, что скорее всего, будь капитаном кто-то другой, он бы поступил иначе. Сказал более вдохновляющую речь, сделал бы что-нибудь, чтобы поднять боевой дух и задать пример для борьбы. Даже самого сильного противника можно было бы победить, имея волю к этому. Она посмотрела на то, как все притихли, но оставались расслабленными. Это обидно — старший брат Еын пожал плечами и сказал, что случается, — но стоит себя похвалить и начать гордиться, что они побывали на соревнованиях такого уровня. Проигрыш может стать шагом к следующей победе. Сакура снова появилась перед глазами, после того как около двух часов маячила на поле в каждом углу и за штрафной линией. Они ведь тоже не стали с первого раза такими зверями и победа оказалась трудоёмкой. Просто они приложили больше сил. Мина со злостью дёрнула молнию на сумке и закрыла ладонями лицо. Она виновата больше всех, потому что не справилась. Ей обидней больше всех, потому что она возлагала надежды и строила ожидания, не совпадающие с реальностью, касательно этих соревнований.

***

— Тренер приглашает в честь утешительного приза сходить поужинать, ты как? Сана в трубке звучала вполне непринужденно, на фоне что-то гремело и слышались неразборчивые голоса. Мина только поморщилась. В душе всё ещё возникала обида и отвращение от того, как же легко все забыли, что она тоже умеет чувствовать и что-то думает о каждой случившейся ситуации. Да, конечно, все забыли спросить — она кивнула своим мыслям. После возвращения прошло несколько дней и за них буря успела осесть на стенках души-стакана. Разговоры с мамой и Наён по видеозвонкам имели положительный эффект и помогли успокоиться. Но оставались некоторые вещи, которые продолжали терзать и мучать. Вот Сана и Джихё исчезли с горизонта. Первая застряла где-то — не возникло желания интересоваться, где именно, но лучше бы не в барах или на отработках в академии. Вторая — начались каникулы, в школе они не пересеклись и больше не заговорили. Кажется, в самолёте Джихё говорила, что после возвращения будет чем-то занята с Чонён вместе или уедет. Тут желание узнать появилось и Мина закатила глаза, пытаясь отогнать навязчивое любопытство, как порыв жалости. Нет уж, это новый удар по гордости и она не позволит себе тянуться к предательнице и желать знать, что там она, как там и чего нового. Сомнения о собственной важности и самооценки вроде как ушли и это было главным. У каждого бывают неудачи и правда, весь смысл заключался в достижении цели, а не количестве удачных попыток. В отличии от команды, обошедшей их на один шаг вперёд. Цель — преодолеть себя. И Мина теперь уже, наверное, может сказать, что сумела её выполнить и преодолеть каждый кошмар. Какие-то с помощью семьи, другие с помощью любимой девушки. А остальные — с друзьями и командой; просто у них свои жизни и пришло время расставаться, наверное. Она изменилась за эту поездку в Японию и дороже золотого кубка у неё появилось что-то в душе и в голове. Осталось только понять, что делать с этим опытом, который пока что кажется слишком болезненным и откровенно ненужным. До этого было так хорошо — так зачем же собираться по кусочкам после сложного урока в жизни? — Хей, так мы тебя ждём? — Сана, видимо, устала слушать молчание и уже более мягким голосом, на выдохе, повторила вопрос. — Наверное, приду, но не обещаю. Мина старалась звучать достаточно непринуждённо и даже занято, чтобы создать видимость, что всё у неё хорошо. Что у неё тоже есть планы и она кому-то нужна, общаясь не только со своими двумя несчастными подругами-идиотками. — Нет уж, ты постарайся, все тебя ждут. Сана посмеялась также, как и было раньше, звонко и срываясь на счастливый выдох в конце. И тут же сбросила звонок, снова оставляя Мину в одиночестве. Оно липко забралось под одеяло и заставило поёжится от воспоминаний. Как трудно и волнительно дался перелёт, хотя он запомнился счастливым и долгожданным. Какими были тренировки и изучение других команд, чтобы стать лучшими версиями себя. Как застыли Джихё и Сана между точками невозврата, схватившись друг за друга так крепко, как только могли. Только обеих за плечи тянули их приключения и жизнь. А Мина, по собственным ощущениям, осталась на одном месте и застыла совершенно без ничего. И иллюзия счастливой жизни рухнула в один миг — больше не с кем общаться, а быть как кто-то у неё не получается; новые знакомства не давались легко, как это делала Джихё. Наён оставалась в одном городе с ней, но занятая различными тренировками, перебежками, общением со столькими людьми и съёмками, где выкладывалась на все сто десять. В отличии от Мины. Проигрыш уже был забыт, такое случается, но а если бы она приложила чуть больше стараний, раз имела смелость обозвать это одной из своих мечт, которые приведут к чему-то глобальному? Воспоминаний задели хрупкую башенку из домино и всё повалилось обратно вниз. Надо начинать сначала.

***

У Чонён дома было вполне уютно, хоть и казалось на первый взгляд тесно — позже Джихё узнала, что её пригласили ради помощи в уборке, чтобы избавиться от этой тесноты. Тетя решила, что Бали это осуществлённая мечта и она останется жить в этом филиале рая на Земле. А значит, квартира, пусть и не по документам, но оставалась в собственности Чонён, которая удачно прижилась на новой работе и даже скопила немного денег и решительности сделать небольшой ремонт и перестановку. Джихё облюбовала широкий и довольно низкий подоконник и залезла на него. Под грозный взгляд Чонён почти уронила свою банку газировки, но тут же была прощена. За окном разливался туман и веяло душным воздухом и пылью с улиц. Вообще, с четвёртого этажа открывался довольно хороший вид и ничуть не был испорчен проклятием этой ужасной цифры. Чонён была достаточно суеверной, но быстро вошла во вкус и купила оберег для какой-то защиты. Потом стала чаще звать свободную от учёбы Джихё к себе, наслаждаясь тем, что имеет такую хорошую подругу. Тем, что жизнь в целом стала налаживаться и протекать легче, что это было примерно полгода назад. Все ненужные части этого паззла закономерно отвалились и картинка сложилась хорошая — появилось желание продолжать дальше. — Слушай, — Чонён протёрла рукой лоб и отпила немного колы. — Может, пригласишь в следующий раз сюда Сану? Мы давно не виделись, я даже скучаю. — А ты Наён пригласишь? — Наён? Она же занята съёмками, ты чего, забыла? Жестяная баночка метко улетела прямо в ведро и Чонён сымитировала танец победы баскетболиста, покрутившись на месте. Упоминание Наён далось больновато — всё, что было между ними разрушилось быстро. Недорассказанное накопилось, а время отделило каждую часть от себя мягко и безболезненно, что теперь всё воспринималось более, чем естественным. Наён идёт к мечте, у неё свои цели и приоритеты. У Чонён тоже — у неё осталась драгоценная Джихё и Сана, с которыми она тоже дружит давно, но их пути остаются рядом, к счастью. — У нас намечается небольшая вечеринка в честь нашего продува и в честь победы этой школы для иностранцев. Представляешь, нас обыграла даже не японская команда? Это не соседняя школа, они далековато, но пересечься можно. Так вот, там будут классные девчонки, одной из них я расквасила нос, но она забавная и мы вроде как списываемся сейчас. Может, придёшь туда вместе со мной? Если что, Сана тоже придёт.