Game Changer//Меняя правила игры

Тихий вздох сорвался с губ Эрена, когда его взгляд упал на циферблат наручных часов. Ему казалось, сегодня стрелки ползут со скоростью улитки, и чем ближе была встреча с Леви, тем медленнее они двигались. Проклятые стрелки будто намеренно пытали его! Он мог покинуть свой офис еще добрую четверть часа назад, чтобы завершить все оставшиеся дела дома за бокалом вина. Но вместо этого он снова согласился на сверхурочную работу по просьбе некоего адвоката. Снова. Решение, о котором он сейчас глубоко жалел. Его внутренности неприятно стянуло, когда утром после свидания с Итаном он обнаружил в своем смартфоне скудное сообщение от Леви. Он почувствовал себя виноватым не из-за краткости новости, а от того ощущения, которое насыщало эти несколько строк. К этому времени Эрен успел узнать мужчину достаточно хорошо, чтобы слышать неодобрительную резкость этих нескольких слов так ясно, как будто упрекающие слова были высказаны прямо ему в лицо. Эрен, гонимый внезапно откуда-то взявшимся желанием, уже почти набрал номер Леви, прежде чем его палец озадаченно завис над сенсорным экраном. Вместо того, чтобы позвонить, он решил ответить на его просьбу о более поздней встрече все же текстовым сообщением, которое ни в чем не уступало скудной смске, пришедшей от адвоката. В первые мгновения было ни с чем не сравнимое чувство превосходства, но чуть позже, сидя в своем автомобиле, который он мало использовал последнее время, он начал жалеть о совершенном поступке. Те действия, которые поначалу казались ему дорогой к победе, все чаще приводили к поражению. Широко и от души зевая, Эрен откинулся на спинку стула за письменным столом и немного размял онемевшие конечности. Ожидание вызывало у него вялость, и отчет, над которым он натужено сидел, за последние полчаса не получил никакого значимого дополнения. Как бы он ни старался сосредоточиться на работе, он мог думать только о предстоящей встрече, и мысли о ней с самого утра тяжелым камнем лежали в его голове. Он перебрал десятки вариантов того, как может протекать их разговор, даже если, скорее всего, никто из них не будет настроен на разговор. Ему казалось непрофессиональным обсуждать рабочие моменты на подобных неожиданных встречах в ресторане, но Эрен даже после того, как поделился этим с самим Леви, сомневался, что тот послушается его. Хотя адвокат был честным и прямым, и эти качества Эрен начинал все больше ценить в нем, у него сложилось впечатление, что Аккерман был очень гордым человеком. Чтобы избавиться от тревожных мыслей, Эрен несильно потряс головой. Бросив попытки написать отчет, он сохранил незаконченный документ на рабочем столе своего компьютера и закрыл его, прежде чем подняться со стула. Он прошел до панорамного окна и остановился, бросив взгляд сквозь стекло, испещренное мелкими каплями воды. То, что наступил уже октябрь, можно было отчетливо увидеть по стремительно портившейся погоде. Небоскребы наполовину скрылись в густом тумане, и, посмотрев вниз, Эрен смог отличить сквозь мутную дымку многочисленные круги раскрытых зонтов, несущиеся по своим делам и образующие собой вечный поток. Лондонцы уже пережили часы пик — один из самых кульминационных и запоминающихся моментов общественной жизни, а он до сих пор со странным чувством в желудке ждал, когда объявится его клиент. Наверное, Леви тоже «повезло» попасть в самые горячие часы, и он, вероятно, только сейчас пробился сквозь плотное движение на своем Aston Martin, проклиная некомпетентность других водителей. Мысль, которая, несмотря ни на что, заставила Эрена слабо усмехнуться. — Ты тоже здесь? — удивленно спросил Эрен, войдя в маленькую кухню для сотрудников и увидев, как Петра стоит спиной к нему перед зеркалом, висящим на стене. — Вообще-то мне пора уходить, — немного раздраженно ответила девушка, нервно переступая с одной ноги на другую. — Все в порядке? — осторожно спросил он, потому что такое поведение было совсем не свойственно его всегда веселой коллеге. В последний раз он видел ее в похожем настроении, когда у них кончился молотый кофе. Петра была слишком горда, чтобы просить милостыню в одном из других отделов, поэтому Эрен в конце концов решил сам побежать между двумя встречами с клиентами в ближайшую кофейню и получить нужные всему отделу кофейные зерна. Сегодняшнее настроение девушки не могло быть связано с отсутствием кофеина, потому что, когда Эрен осторожно приподнял кофейник над плитой и покачал его, то заметил, что он почти пуст. На столе стояла любимая чашка Петры, полная свежесваренным напитком до краев. — Мне нужно убегать на свидание, но из-за того, что я не могу наклеить эту дурацкую ресницу, я опаздываю! — возмущалась Петра, а Эрен не без веселья закатил глаза, поражаясь тому, что такая мелочь может привести ее в такое настроение. — Разве ты обычно красишься не в ванной комнате? — случайно брякнул Эрен, получив в ответ на свои слова такой шокированный взгляд своей коллеги, как будто он предложил ей навсегда отказаться от кофейных напитков. — Свет в местной ванной комнате такой жуткий, что получится совершенно ужасный макияж, — объяснила девушка и вновь посмотрела на Эрена таким взглядом, словно разговаривала с непослушным ребенком. С одной, к счастью, удачно наклеенной ресницей у нее был несколько странный вид, и ему пришлось сжать челюсти, чтобы не рассмеяться и тем самым не задеть тонкую самооценку Петры. — Дай сюда, — терпеливо попросил он ее, забирая накладные ресницы у нее из рук. Похоже, что она действительно чертовски нервничала, и понять это можно было по тому, как мелко дрожали ее руки, хотя так-то ее ничто не могло вывести из себя. В сложившихся обстоятельствах становилось неудивительно, что ей не удавалось завершить свой макияж. — Я не знаю, чем я думала, когда решила надеть их, — пожаловалась Петра и устроилась на одном из свободных стульев, пока Эрен с ювелирной точностью наносил немного клея на основание искусственных ресниц. — Мне знаком этот счастливчик? — просто спросил Эрен, встав перед Петрой, которая немного откинула голову назад и слегка прикрыла глаза, чтобы он мог приложить к веку ресницы. — Оруо, мужчина из администрации в фойе, — ответила Петра на его вопрос, и он наклонился к ней, чтобы расположить искусственные ресницы максимально ровно по линии родных ресниц девушки. Если бы Леви увидел его сейчас, то ему наверняка пришлось бы выслушивать по этому поводу какие-нибудь надменные высказывания. Мысль об адвокате вновь вызвала воздушные ощущения внутри живота, из-за чего он мгновенно себя одернул и вместо этого вновь посвятил себя своей коллеге. — Помню. Тот, кто всегда прикусывает язык и щеки, когда волнуется, — уточнил он, позабавившись. Хотя он никогда не разговаривал с этим Оруо лично, истории об этом сотруднике ходили всякие, и он прослыл белой вороной. — Да, он самый, — продолжала отвечать Петра, и Эрен увидел, что уголки ее рта дернулись и опустились. — Но на самом деле он очень милый и может вести себя, как настоящий джентельмен. — С такой девушкой, как ты, он приложит все его усилия, — уверенно произнес Эрен и повернул голову, чтобы осмотреть свою работу со всех сторон. — И кстати, ты выглядишь просто потрясающе! — Спасибо, Эрен! — сказала девушка опять бодрым и энергичным голосом, к которому он привык. Порывисто поднявшись со стула, она стала разглядывать себя в маленьком зеркале. — Ничего себе, и правда не плохо. Ты случайно не гей? — хихикнула она, на что Эрен лишь закатил глаза. — Нет, всего лишь би. Моя сестра заставляла меня много практиковаться и учила разным вещам, когда я сказал ей, что хочу работать в сфере партнерства, — небрежно ответил он. — Она говорила, что у женщин вошло в привычку нервничать перед свиданиями. — О, правда? — спросила Петра и повернулась к нему с медовой ухмылкой. — Я всегда думала, что мужчины тоже не являются исключением. — Я… — начал Эрен, пытаясь подобрать правильные слова, но не знал, что сказать в ответ на заявление Петры. — Ты же знаешь, что мимо моей стойки ничто не сможет пройти незамеченным, даже документы, — с четко слышимой ноткой гордости в голосе девушка освободила его от поиска ответа. Полная энергии, она села на стул рядом с Эреном и по-заговорщически наклонилась к нему. — В твоих отчетах говорилось, что ты встречался с мистером Аккерманом в кафе и в гей-баре, — приступила к допросу Петра, и в ее янтарных глазах блеснуло откровенное любопытство. — Ты читаешь мои отчеты? — не лишенным недовольства голосом поинтересовался у нее Эрен, и стыдливая краска залила его щеки. Он достаточно долго обдумывал, насколько подробно ему следует описывать в отчетах происходившее на встречах с Леви, и в конце концов надумал просто оставить без внимания весьма пикантные подробности их встреч. Но он вообще не ожидал, что его коллеги позволят себе подобную наглость — прочитать отчеты без его разрешения! — Почему нет, если твой пароль — это твоя дата рождения, что действительно слишком просто для офисного компьютера с кучей важных данных, и если я делаю это чаще всего из-за твоей хромающей пунктуации. Тебе нужно обращать больше внимания на знаки препинания, милый, — оправдывалась Петра, и Эрен не увидел ни единой капли совести на ее беззаботном лице. По крайней мере, в наглости она не уступала даже самому адвокату! — На прошлой неделе у меня было свидание с мужчиной, и это был не Леви, — коротко буркнул Эрен Петре, которая продолжала по кругу причитать, насколько же сильно хромала его несчастная пунктуация. — Ты теперь будешь дуться на меня? — Ты как раз хотела успеть на свое свидание сейчас, если я правильно помню, — напомнил он девушке, чтобы избежать неприятного для него разговора. Эрен прекрасно понимал, что с этим клиентом он уже отклонился далеко от обычного рабочего пути, слишком далеко. Даже без того, что повторяла Петра, это виделось, как нечто, достаточно обременяющее и безэмоциональное. — Ах, свидание? Ерунда. Оруо может подождать. Что происходит между тобой и мистером Аккерманом? — Он мой клиент, Петра. Я найду ему подходящего партнера, и мы расплывемся, как в море корабли. Каждый будет следовать по своему чтению судьбы, — напомнил он коллеге и встал, чтобы наполнить последней порцией кофе из кофейника чашку. Чашка при этом не наполнилась даже наполовину, но, поскольку все коллеги были в отпуске или просто дома, не нужно было бежать за добавкой в кофейню. — Да, и что? Это делает его интересным и даже немного сексуальным, — хмыкнула Петра и подмигнула Эрену. Эта девушка определенно смотрела слишком много американских романсов в свободное от работы время. — Короче, веселись на свидании и следи за тем, чтобы Оруо не откусил себе язык, — закончил Эрен их разговор и поспешил выйти с кухни, пока Петра не обрушила на него гору новых вопросов. — Чао, Эрен, — весело крикнула ему вслед Петра. — При случае мы продолжим этот разговор, не сомневайся! На такое отзывчивое солнышко, как она, нельзя было долго обижаться, поэтому Эрен лишь поморщился, когда скрылся за дверью своего кабинета и снова уселся за письменный стол. Дверь он оставил приоткрытой для Леви, и поэтому сейчас мог слышать, как каблуки Петры стучат по кафельному полу — кажется, девушка наконец-то отправилась на свидание. Эрен сделал глоток остывшего теплого и немного несвежего кофе и скривил лицо. Поскольку взятый напиток был непригоден для питья, он отодвинул чашку в сторону и открыл папку с информацией о Леви на экране компьютера. Будто сами собой, его пальцы навели курсор на файл с фотографиями, которые он сделал для портфолио адвоката во время их первой встречи. Леви, без сомнения, был горяч. Уверенность в себе и таинственность, волнами идущие от него и создающие так называемую ауру, не позволяли взгляду оторваться от фотографии. Эрен чуть-чуть увеличил масштаб. Глаза адвоката сверкали мрачно, требовательно, и если внимательно присмотреться, то можно было заметить крохотный след от былого веселья, исказивший, хоть и незначительно, его лицо. Ничего такого видно не было, когда они с Итаном стояли в кабине лифта после совместного ужина. Штормовые серые глаза упрямо впивались в него, заставляя его внутренности переворачиваться и сгорать. К собственному стыду, Эрен был вынужден признать, что только следующие слова Итана сумели положить конец его грязным фантазиям и помешали (к счастью, наверное) ему стоять в тесном лифте с тремя мужчинами и собственной выраженной эрекцией. Леви был опытен в соблазнении и прекрасно знал, как посмотреть на мужчину так, чтобы заставить его потечь и разгорячиться, и он тоже не был со стопроцентной точностью застрахован от его чар. Для всего этого, разумеется, существовало разумное биологическое объяснение, но оно не включало в себя то, что адвокат будет пытаться таким образом ослабить его и расположить к себе, как к более сильному. — Здесь день открытых дверей, что ли? Холодный голос, вырвавший его из размышлений, заставил внутренности Эрена сжаться, и дрожащими пальцами он быстро закрыл окно, в котором были показаны во всей своей красе фотографии адвоката. — Только для тебя, — вырвалось у него, отчего он, испугавшись, запнулся. Его взгляд задержался на черноволосом мужчине, и он ожидал, что тот ответит на его случайный флирт, но лицо Леви не выказало никакой реакции. Факт, который заставил Эрена нервничать, а не ожидаемо успокоил. — Ты можешь сесть в одно из кресел и подождать, мне нужно кое-что распечатать, — подозвал он клиента и кивнул в угол кабинета рядом с дверью, в котором стояли два кресла антрацитового цвета. Не издавая ни звука, адвокат снял свой черный плащ и повесил его на крючок, а затем занял место в одном из кресел. Эрен сглотнул от подступившего к горлу комка, однако свободно заставил себя открыть и распечатать один из файлов. — У тебя хорошо прошли выходные? — он попробовал развеять удушающее напряжение, воцарившееся в кабинете. — Да, — последовал односложный ответ адвоката, и неуклюжая попытка Эрена растопить лед, возникший между ними, закончилась жалким провалом. Он немного поерзал на кресле и бросил короткий взгляд на клиента, пока принтер прилежно выполнял свою работу. Лицо Леви, как обычно, было непроницаемым — не выражало того, что он думал и чувствовал. Выражение его лица прекрасно подходило для игры в покер, и в этот момент Эрену захотелось, чтобы адвокат общался с ним так, как общался в прошлый четверг. — Итак, я начал заполнять твою анкету и подумал, что мы могли бы заполнить ее вместе, — предложил Эрен и поддельно закашлялся, так как его голос показался ему по-странному сдавленным. Принтер закончил печатать, оставив в кабинете тишину, нарушаемую только грохочущими по стеклу каплями. Эрену показался слишком громким звук, с которым он открыл ящик и достал степлер, с помощью которого скрепил бумаги вместе. Леви по-прежнему не пытался заговорить с ним. Красивый и неподвижный, словно мраморная статуя, он сидел в кресле, и даже когда Эрен сел на антрацитовую обивку соседнего кресла, сдвинулся едва ли на дюйм. Леви знал, что может вызвать у Эрена такое его поведение, и Эрен хотел, чтобы никто не пострадал и чтобы он образом игнорирования показал адвокату, что тот не имел на него никакого влияния. Но он и тут провалился. Этот чувак, сотканный из железных нервов, черт возьми, сдерживался и заставлял его чувствовать себя виноватым из-за того, что он встретился с другим мужчиной. — Здесь всего несколько простейших вопросов, касающихся имени, роста, профессии и тому подобное, — объяснил Эрен, немного наклонившись к Леви, чтобы тот посмотрел на анкету. Он был ближе к адвокату, чем следовало бы — это подсказал легкий запах лосьона после бритья, который был безошибочно распознан его носом, а также тепло тела, которое он чувствовал предплечьем, почти что касавшимся края дорогого костюма Леви. Те ощущения, что он пытался выманить из себя — ощущения, являющиеся противоположностью всей его сущности, да что уж там, все, что он делал сейчас, было неправильным. Эрен понимал это, и ему было стыдно пользоваться подобными методами. Но иногда, чтобы победить огонь, потребуется использовать тот же огонь. Адвокат пробежал глазами по протянутому листку, и Эрен наблюдал, как серые глаза четко двигаются слева-направо, а на лбу появилось несколько морщинок из-за напряжения и сужения густых ровных бровей. Прохладные пальцы на мгновение коснулись большого пальца Эрена, когда Леви потянул за нижний угол листка, чтобы пролистать страницу. На какую-то крошечную миллисекунду ему показалось довольное движение, застывшее на лице Леви. Однако то исчезло так же быстро, как появилось, оставив ничего не говорящее выражение, которое все больше и больше терзало нервы Эрена. — Ты во многом ошибаешься, — наконец, сказал адвокат, обведя взглядом все страницы и заглянув младшему в глаза. Эрен вспомнил до мельчайших деталей выражение, с каким Леви смотрел на него в лифте. Огонь в его глаза и неприкрытое желание, которое он спутал и которое заставило его так нервничать. Серый цвет в глазах Леви походил на туман за окном: густой, бесстрастный, красивый и не показывающий ничего из того, что происходило за ним. — Можешь ли ты указать мне, где именно я совершил ошибку? — Я мог бы, но разве ты не поставишь под сомнение все, что я скажу? Ты должен сам понять свои ошибки, мелкий, — тихо ответил Леви, и Эрен почувствовал, как ощущение пустоты снова распространилось внутри его живота. Что-то в том, как Леви произносил эти слова, заставило его почувствовать, что адвокат обращается вовсе не по поводу анкеты, а обсуждает другую тему, которая тяжело висела в кабинете между ними, и Эрену снова стало нечем дышать.