Game Changer//Меняя правила игры

Поколебавшись, Леви закрыл папку из высококачественной бумаги и отодвинул ее на край стола. Ему захотелось хотя бы на несколько секунд отдаться расслабляющему удовлетворению, которое принес его успех. Дело, которым давил на него дядя, затянулось на гораздо более долгий срок, чем можно было предполагать с самого начала. В конце концов, Леви даже начал думать, что вся эта возня принесет ему первые седые волосы. К счастью, он ошибался. Кенни, наконец, тоже понял, что честная победа в этом деле крайне маловероятна. Врач в платной клинике, являющийся приятелем дяди, очевидно, не был в ладах с британскими законами и медицинского образования как такового тоже не имел. В результате Леви пришлось возиться не только со своим клиентом и его оппонентом, но еще и со своим непосредственным начальником. Предложение заключить приемлемую для обеих сторон сделку само по себе не было неправильным, но было определенно не в стиле Леви. Такая победа для него все равно стала поражением. К концу заключительных переговоров его клиент вышел из зала с широкой ухмылкой на лице. Ошеломленная сторона зала, пришедшая в качестве поддержки оппонента, отражала на своих физиономиях то, насколько неожиданным для них был такой поворот событий. Этот гад не нуждался в подачках от того бедного человека, который подал на него в суд, чтобы вернуть потраченную сумму после неудачно проведенной операции. Но это больше не имело значения. Для Леви это стала всего лишь еще одна строчка в длинном списке его побед. — Где твоя секретарша? — прозвучал глубокий голос, и Леви увидел тень блондина, стоящего в дверном проеме его кабинета. — Отправил ее домой, — сухо ответил Леви, глядя на своего некогда лучшего друга, а теперь начальника. — По какой причине ты на этот раз удостаиваешь меня своим приходом, Эрвин? — Ты знаешь, что смысл секретарши не в том, чтобы постоянно спроваживать ее домой? — спросил мужчина, кладя на столешницу перед Леви продолговатый конверт. — Она моя сотрудница, что тебя волнует? — Мое имя тоже присутствует на вывеске этой фирмы, так что она и моя сотрудница тоже. — Приятно, что ты снова напомнил мне об этом, — коротко ответив, Леви закрыл тему и вытащил из конверта чек на значительную сумму. — Мне не нужны подачки, — прокомментировал он то, что сейчас держал в руках, и снова протянул клочок бумаги Эрвину. — Это не подачка, это премия за твою исключительную и отличную работу, — поправил его Эрвин с глубочайшим спокойствием в ровном голосе, которое, казалось бы, непрестанно исходило из каждой пóры на его оголенных участков кожи. — Для чего ты меня поощряешь? Я тебе что, собака, которую вознаграждают просто за то, что она тупо сидит на месте? Надеюсь, ты не ожидаешь, что я сейчас вдобавок ко всему завиляю хвостом, — с сарказмом ответил он и пренебрежительно сморщил нос. — Леви, ты прекрасно знаешь, что это не так, — Эрвин не смог стоять в стороне и шагнул вперед, желая успокоить. — Прошу меня извинить сейчас. У меня скоро будет встреча, — с растущим недовольством зашипел Леви, прежде чем он успел произнести более длинную и более медленную речь. Со щелчком он закрыл дипломат, лежавший все это время на той же столешнице, и поднялся из-за стола. — Встреча? — мгновенно переспросил Эрвин, напомнив Леви время, когда он был больше, чем просто надоедливым начальником. Однако за последние годы дружеские отношения между ним и Эрвином практически перестали существовать. Тот факт, что только один из них получил возможность значиться на табличке фирмы, да и прочие мелкие нюансы, сильнее, чем они оба думали, надломил их дружбу. — С моим партнером, — тремя короткими словами Леви разрушил надежды своего собеседника и смог увидеть вспышку раздражения в голубых глазах. Только такой опытный наблюдатель, как он, мог уловить его приближающийся гнев. Если и было что-то, в чем Эрвин действительно превосходил его, то в том, что он блестяще скрывал эмоции. Гневный блестящий взгляд потух так же быстро, как появился, и вежливая улыбка украсила губы блондина. — Тогда я желаю тебе приятного вечера и рекомендую еще немного подумать о чеке. Когда Кенни отойдет от дел, денег станет значительно меньше. Леви не потрудился ответить и, оставив мужчину одного стоять в центре своего кабинета, покинул комнату через стеклянную дверь. Краткого обмена словами было достаточно, чтобы понять, что от Эрвина, который когда-то был его лучшим другом и самым близким человеком, способным его выслушать, осталось совсем немного черт. Эрвин, которого знал Леви, никогда бы не наградил одного из своих сотрудников чеком на высочайшую сумму за то, что тот, столкнувшись с муторным делом, дал заднюю и поступил, может быть, разумно, но по неразумным причинам. Эрвин, которого он знал, никогда не позволил бы пасть кому-либо так низко только для того, чтобы присвоить чистую победу неизвестному придурку. Обладая уникальным талантом и проницательностью, Эрвин имел возможность убедиться в том, что все в порядке и что правы те, кто изначально был прав. Но вместо этого Эрвин прогнулся под Кенни и пал ниц перед ним, целуя его обувь. Хоть бывший друг на сегодняшний день и руководил фирмой практически в одиночку, он тоже, по сути дела, являлся рабом Кенни. Эрвин, разумеется, был не первым и далеко не последним адвокатом, который пошел по этому пути, благодаря чему, вероятно, в юридических делах всегда было так грязно и нечестно. Все оставалось таким, каким было всегда — деньги правили миром. Холодный и резкий поток ветра, дунувший ему в лицо, вырвал Леви из сентиментальных мыслей, и он потряс головой. В последние несколько дней и недель он явно работал больше, чем было для него полезно. Конечно, ведь он никогда ни о чем не сожалел. Это было не в его стиле. На мгновение он достал из внутреннего кармана пиджака свой смартфон и набрал номер партнера. Вечер с Эреном пошел бы ему на пользу и помог бы отключиться от реальности на несколько часов. — Йегер, — раздалось из динамика. Эрен начинал телефонный звонок настолько однотипно, что его фамилия со временем стала звучать Леви одинаковым голосом и одинаковым акцентом. Это почему-то было значимой вещью для него, и адвоката наполняло странное чувство близости. — Хочешь, я заеду за тобой? — Леви вышел из главных дверей здания фирмы и услышал, как Эрен весело хихикает на другом конце провода. — Я уже думал, что ты сегодня так и не свяжешься со мной. Но нет, просто пришли мне адрес смской, и я буду на месте через час. — Черт, похоже, мне можно было не спешить. Ладно, увидимся через час, — Леви хотел положить трубку, но Эрен, похоже, не считал их разговор законченным. Или, может быть, он надеялся, что на этот раз последнее слово останется за ним. — Неужели твое можно было не спешить связано с особо горячим экстримом в общественных местах? — спросил партнер, и брови Леви немного приподнялись от по-непривычному дерзких слов. Слышать подобные непотребства из уст Эрена было более чем удивительно, но гораздо забавнее, чем он хотел бы признать. — Нет, мне не очень хочется секса. Хотя, может быть, сегодня я все же пересмотрю этот пункт… — ответил адвокат с усмешкой, которую его вновь засмеявшийся собеседник, к счастью мужчины, увидеть не мог. — Неплохая попытка, Аккерман. Увидимся через час, желательно одетые! — Я прошу тебя о пунктуальности, Йегер, — ответил Леви и нажал на кнопку сброса вызова, прежде чем парень произнес что-нибудь еще. За последние несколько недель их отношение друг к другу приняло более чем неожиданный поворот. Леви достаточно было не полностью, но разорвать с Эреном контакт, а также убрать из их диалогов скрытые мотивы и намеки, чтобы Эрен осознал, как сильно тоскует по его вниманию. Однако он не ожидал, что нескольких недель контактного затишья будет достаточно, чтобы партнер катапультировался в положение активного игрока. С легкой улыбкой на губах он сунул смартфон в карман брюк и направился к своему автомобилю. Если он поспешит, то останется время быстро принять душ, прежде чем Эрен шагнет на коврик, лежащий перед дверью его дизайнерской квартиры.

…

— Вы знаете, что сидение на чужом капоте можно плавно подвести к статье о повреждении имущества? — острым, как бритва, голосом спросил Леви, когда увидел фигуру, едва различимую в темноте и сидящую на капоте его любимого Aston Martin. — Как будто вы недостаточно мне жизнь сломали, Аккерман! — рявкнул мужской голос, и неизвестный тип со всей пренебрежительностью плюнул на капот рядом с собой. Капюшон темной толстовки был надежно надвинут на лоб, поэтому Леви не мог разглядеть его черты лица, но в этом, на самом деле, совершенно не было необходимости. Этот голос он слышал достаточно часто за последние недели. — Я просто выполнял свою работу. Пожалуйста, слезьте с капота моего автомобиля, — невозмутимо ответил он, но спокойный тон не мог так просто утихомирить мужчину. Рыча, словно разъяренный зверь, тот спрыгнул с капота и, хромающими, но все равно агрессивными шагами направился к нему. — Вам легко говорить, обладая такой тачкой, как Aston Martin, прибыльной работой и дорогим костюмом. Вы хоть представляете себе, каково приходится такому, как мне — баскетболисту с навсегда травмированным после неудачной операции коленом? — побледнел от ярости мужчина и, преодолев последние разделяющие их метры, схватил Леви за грудки. Резко развернувшись на сто восемьдесят градусов, тот, кто был значительно крупнее, переломил ситуацию и прижал его к багажнику машины. Лицо Леви исказилось от страдания, когда пронзительная боль пронзила его спину, а боковое зеркало в его спине зловеще хрустнуло. — Вы можете найти себе что-нибудь другое, — задыхаясь, он старался оставаться сдержанным и спокойным, но оппонент его освободившегося клиента пребывал в таком слепом приступе ярости, что смысл слов Леви попросту не доходил до него. — Расскажите об этом моей жене и детям, — прокричал мужчина, и Леви пришлось с отвращением подавить рвотные позывы, когда тяжелое дыхание, сопровождающееся каплями липкой слюны, коснулось его лица. — Скажите моей жене и моим детям, что этот ебаный ублюдок в костюме врача теперь стал богаче на целое состояние! Приложив силу, Леви оттолкнул от себя эту напирающую гору мышц, тем самым попытался отдалиться на безопасное расстояние от автомобиля и разъяренного мужчины. — Избивая адвоката, вы никак не улучшаете ситуацию, — продолжил Леви и, несмотря на адреналин, бушующий в его жилах, сумел сдержаться от того, чтобы с яростью не наброситься на обидчика в ответ. Это стоило ему немалых усилий. — Благодаря вам мне больше нечего терять, — взорвался мужчина и снова, прежде чем Леви успел что-то предпринять, подбежал к нему. Твердая, как тиски, сильная рука сомкнулась вокруг его шеи, перекрыв доступ кислороду. Леви с легкостью мог бы врезать коленом в пах мужчины и таким образом вынудить отпустить его шею. Однако он не мог рисковать, ведь ему, в отличие от того же проигравшего дело оппонента, избиение с рук не сойдет. Не было человека опаснее, чем такой человек, которому нечего было терять. Достаточно было случаев, свидетелем которых Леви становился, будучи тогда простым помощником адвоката. Пальцами он обхватил запястье мужчины, пытаясь высвободиться из его хватки. Но, несмотря на величайшие усилия, у Леви не было возможности освободиться. Годы, проведенные оппонентом в баскетбольной команде, обеспечили противнику стальную хватку. Со сдавленным, почти животным рычанием мужчина толкнул его грудью вперед на капот. Пульсирующие волны боли прокатились ото лба до затылка Леви, когда он осознал, насколько сильным был удар. Его глаза яростно слезились, и измученный стон, который адвокат не мог больше сдерживать, вырвался из горла. Каждая жилка тела Леви хотела идти напролом даже сейчас, сопротивляться и не оставлять без внимания ни единого средства, которое помогло бы одолеть обидчика. Он не был слабым существом, которое позволяло другим толкать себя! Он был прирожденным бойцом, и подавление именно этой части его натуры причиняло боль куда бóльшую, чем физическая, которую он сейчас испытывал. Рука Леви сжалась в твердый кулак, ногти впились в кожу на внутренней стороне ладоней, но он ничего не почувствовал. Адреналин приглушал центры всех чувств в организме и в то же время держал его в тонусе и заставлял его пребывать в высшей степени боевой готовности. Леви был готов в любую секунду парировать следующую атаку. — Я думал, что вы не будете и пытаться сопротивляться, — выплюнул мужчина позади него, и кулак Леви задрожал от переполняющего адвоката бешенства. Если бы этот гребаный придурок только знал, как бы ему хотелось начистить ему его озверевшую рожу! Приложив максимум усилий и вспомнив уроки дисциплины, Леви сдержался. Этот человек не стоил того — просто пьяный, буквально только что потерявший все деньги человек. Тяжело дыша, он сохранял свое неудобное положение на капоте. Обращал внимание только на ощущение холодного металла, в который было впечатано его лицо. Твердая хватка на его шее начала ослабевать… идеальный шанс для контратаки! Но даже сейчас Леви сдерживался, сосредоточившись на большом капюшоне, накрывшем половину и его головы, на нерегулярных вдохах и на влажном дыхании, которое он в такт выдохам чувствовал у своего виска. Это было унизительно! — Ебаный ублюдок! — прошипел напоследок нападавший, и огромная рука полностью отпустила его. Еще мгновение Леви не двигался, ожидая, не захочет ли мужчина продолжить его избивать за то, что он выполнил свою работу. Но новой атаки не последовало, и удаляющиеся тяжелые шаги подсказали ему, что все было кончено. Сжав кулаки, Леви выпрямился и сразу уперся рукой в ноющую спину, растирая ушибленное место. Последствием подобного удара, безусловно, станет крупная гематома. Однако боль отступила на второй план, когда он увидел повреждения своего автомобиля. Бережно дотронувшись пальцами до металла, он провел по бесполезно висящему на нескольких проводках боковому зеркалу. Не то чтобы принесенный оппонентом ущерб не мог быть исправлен в мастерской, которой он доверял. Но видя свою любимую машину в таком состоянии, Леви начинал чувствовать себя в разы паршивее. Шипя, адвокат поднял с земли свой дипломат и вместе со своим мятым после стычки пиджаком перенес его на пассажирское сиденье. Не глядя на боковое зеркало, он обогнул капот по периметру, и ему пришлось зарегистрировать, что на нем тоже теперь красовалась внушительная вмятина. — Чертово дерьмо! — раздраженно буркнул Леви и устроился на водительском сиденье. Осторожно пощупал пульсирующий, горячий висок. Когда он убрал пальцы, лампочки в салоне автомобиля осветили влажные кровавые пятна на их подушечках. В пассажирской двери была припасена пачка дезинфицирующих влажных салфеток, и своей чистой рукой он выудил одну, чтобы стереть с пальцев насыщенный красный цвет. Затем Леви немного повернул зеркало заднего вида к себе, чтобы проверить на наличие повреждений свое лицо. Рана по большей части находилась под его волосами и выходила ко лбу. Сквозь черноту ровно подстриженных прядей проступала кровь, которая постепенно впитывалась в них. Тем не менее Леви не спешил паниковать и, как мог, очистил нетронутую половину лица той же салфеткой, не трогая ей лишь слегка кровоточащую рану. Окрашенная красным салфетка приземлилась на приборную панель, и мотор с рычанием отреагировал на то, что Леви запустил машину и включил сцепление. Часы пик прошли еще несколько часов назад, соответственно, Леви мог ехать быстро. Но адреналин к этому моменту уже покидал его кровь, и адвокат постепенно чувствовал себя все более и более истощенным. Поездка показалась ему невероятно долгой. Он с облегчением вздохнул, загнав автомобиль на парковку в подземном гараже, принадлежащем его дому, и повернул ключи, выключая мотор. Игнорируя боль в спине, Леви схватил свои вещи с пассажирского сиденья и с трудом поднялся на ноги. Ему нравились машины с низкими потолками, но сейчас он просто проклинал свое пристрастие. Нетвердым шагом он пересек гараж, в котором воняло выхлопными газами не больше и не меньше, чем на стоянке любого универмага. В некоторых вещах даже деньги не многое способны были поменять. — Ебать… — пробормотал адвокат, увидев по-атлетически стройную фигуру на лестничной площадке, ведущей к лифтам, один из которых принадлежал ему и относился к его квартире. Он совершенно забыл о запланированной встрече с Эреном! Даже если бы он мог попытаться выбрать иной путь и проникнуть в свою квартиру через черный ход, то партнер, скорее всего, все равно заметил бы его. О ребяческом бегстве не могло быть и речи. Расправив плечи, Леви продолжил свой путь к лифтам, всеми силами стараясь скрыть свою слабость. Звук трения подошвы ботинок о бетонированный пол заставил парня насторожиться и повернуть голову в его сторону. На мгновение лицо Эрена посветлело, но оставалось таковым только до тех пор, пока он не приблизился к нему на несколько шагов. Густые брови приподнялись, а красивые глаза испуганно расширились. — Ты давно ждешь? — небрежно спросил Леви, ощупывая пиджак, висящий на своем предплечье, в поисках портмоне. — Что случилось? — спросил шатен, явно глубоко потрясенный, и сбежал по трем ступенькам ему навстречу. Прохладные тонкие пальцы осторожно легли на его подбородок, приподнимая голову и осматривая ее, и Леви почувствовал, как он заботливо зачесал его волосы назад. Судя по холоду, который источался от кожи партнера, он долго ждал его здесь, где не было отопления. — Это всего лишь царапина, — отмахнулся Леви и отвернулся, освобождая лицо от чужих пальцев. Ему не нужна была помощь! — Это ни разу не царапина! Кто это сделал с тобой? — Не важно, — коротко ответил Леви и вытащил из найденного в недрах пиджака портмоне карточку-ключ. — Можем ли мы встретиться когда-нибудь в другой раз?