Серые люди

       Когда Рэд очнулся, за окном была темная безлунная ночь. Небо заволокло тяжёлыми зимними тучами, подобными пуховому одеялу. Через них не мог пробиться ни один лучик тусклого ночного света, поэтому земля казалась черной и лишь вдали общими чертами прослеживалась полоска леса. Больше не было видно ничего. Только редкие хлопья снега временами пролетали мимо, будто падающие звезды. Тускло горели свечи на столике, рядом с кроватью. Неверные маленькие огоньки дрожали от несуществующего ветра и пугающими, дремучими тенями ложились на лицо мужчины, который мирно сидел в кресле-качалке и будто бы дремал. Сам Рэд лежал в огромной кровати, заботливо накрытый пуховым одеялом. Спросонья всё вокруг казалось больше каким-то сном, нежели реальностью. Мальчик никогда не бывал в подобных домах, лишь изредка мог подсмотреть в окна чужих особняков. Перед глазами плыло, а в голове медленно лились бессвязным потоком мысли, словно в лихорадочном бреду. — О, ты всё же проснулся?        Мужчина, сидящий на кресле, приоткрыл глаза. Он выглядел действительно заспанным, будто и сам только что проснулся, а чудной цилиндр с тыквами почти сполз с его головы. Впрочем, несмотря на такой безобидный вид, внезапное пробуждение этого человека, заставило окончательно проснуться и Рэда. От одного взгляда неестественно золотых глаз он резко подскочил, стряхнув с себя одеяло, будто пытаясь таким образом избавиться и от остатков сна. Голова сразу же закружилась, в ушах звенело, но мальчик всё равно упрямо смотрел на Ману, не позволяя себе зажмуриться и выпустить его из виду хотя бы на секунду. Воспоминания о том, как он попал в это место, всё ещё казались очень расплывчатым, но зато теперь Рэд явно ощущал опасность, исходящую со стороны этого странного мужчины. — Кто ты такой, черт возьми?! Где я? Что произошло?        Он сейчас больше всего напоминал загнанного в угол зверька, который, впрочем, был готов биться за свою жизнь до последней капли крови. Мана поднес ладонь ко рту, стараясь скрыть улыбку, а когда через секунду снова отнял её от лица, в его руке уже лежал маленький карманный ножик, а второй он держал ярко-красное яблоко. Пусть Рэд и продолжал внимательно на него смотреть, стараясь даже не моргать, но всё равно пропустил момент, когда мужчина успел достать эти вещи. Молчание затягивалось. Абсолютно проигнорировав мальчика, Мана начал очищать яблоко от кожуры. — Прежде чем я отвечу на твои вопросы, скажи мне кое-что… — Мужчина поднял взгляд на Рэда. У него по спине пробежали мурашки. — Как много ты помнишь?        Мальчик нахмурился ещё сильнее. Честно говоря, до этого момента он старался не зацикливаться на воспоминаниях, старательно отгоняя от себя все смутные образы, но теперь, когда его спросили, яркие картины против воли встали перед глазами. Ненависть. Гнев. Его нечеловеческая рука. Кровь. Смерть. — Я-я тогда… И ты… — Рэд запнулся. В горле встал неприятный ком, мешающий говорить. Весь мир плыл перед глазами, а голос дрожал от нахлынувших воспоминаний. — Т-ты убил их…        Это был не вопрос, но Мана всё равно кивнул, подтверждая худшие опасения Рэда. Впрочем, он уже не обращал внимание на мужчину. Глаза застилала пелена слез, одна за другой текущих по щекам. Рэд плакал бесшумно, нелепо раскрывая рот в немом крике, будто вытащенная на сушу рыба. Только изредка какие-то жалобные всхлипы вырывались из его горла. Мальчик никогда не плакал в полный голос, ведь в цирке за проявление эмоций всегда следовало наказание. Поэтому он не мог позволить себе подобного даже теперь, когда больше некому было его наказывать. Все, кого он когда-либо знал, были мертвы. Рэд не жалел об этом, но само ощущение такой близкой смерти заставляло сжаться изнутри. Ведь его тоже могли убить. Даже то, что случилось с его рукой, не пугало так сильно, как осознание собственной смертности. Его спас лишь случай, жалость того, кто даже человеком не был. И сейчас он находился в руках этого не-человека, который мог сделать с ним всё, что захочет. Отчаяние захлестнуло его с головой.        Мана, тем временем, молча ждал. Иногда он поглядывал на бьющегося в истерике Рэда, но ничего с этим не делал. Побывав в подобной ситуации, мужчина понимал, что нужно время, чтобы мальчик сам пришел в себя и успокоился. И Граф тут уж ничем не сможет помочь, пока он и являлся причиной этой истерики. Вместо этого, чтобы занять руки, Мана чистил одно за другим яблоки, складывая их на столик, рядом с кроватью Рэда. Пожалуй, стоило побеспокоиться ещё и о том, чтобы у мальчика была нормальная еда и питье, когда он наконец очнется.

***

       Когда Рэд пришел в себя достаточно, чтобы снова сфокусировать зрение, на столике уже высилась горка из почищенных и нарезанных яблок. Рядом стояла чашка чая и тарелка с ароматными булочками. А он ведь был так занят собственной истерикой, что даже не заметил, как их принесли. От одного вида еды, у мальчика в животе заурчало. Рэд понятия не имел, как долго пробыл в отключке, но чувствовал себя так, будто не ел целую неделю. — Успокоился хоть немного? — Мана поднял на него взгляд, не прекращая чистить очередное яблоко. — Выпей чаю и съешь что-нибудь. Ты, должно быть, голоден.        Мужчина слегка улыбнулся, стараясь казаться дружелюбным, но Рэд на подобную попытку только презрительно фыркнул. Теперь он отлично видел, что все действия Маны были притворством. Обычная игра хищника с жертвой. Впрочем, у него уже не было сил говорить или сопротивляться мягкому голосу, так что мальчик просто молча потянулся к кружке. Горло действительно пересохло от такого долгого плача. Правая его рука всё ещё ужасно дрожала, чуть ли не выливая весь чай, а левая снова стала бесполезным тяжёлым куском плоти. Такое ощущение, будто те события Рэду только приснились, но то, где он сейчас находился и его недавняя истерика, служили главными весомыми доказательствами того, что это всё не бред. — И всё же, я спрошу ещё раз. — Мана выждал несколько минут, прежде чем мальчик съест несколько булочек и выпьет чая, а потом снова попытался заговорить на интересующую его тему. — Ты что-нибудь помнишь?        Рэд в тот же миг прекратил жевать и невольно отложил еду в сторону. От этого вопроса даже весь аппетит как-то незаметно пропал. К горлу снова подступил неприятный ком. Его тошнило от одних только воспоминаний. — Да… — Он затравленно посмотрел на чашку с чаем. В глазах снова заблестели слезы, которые он попытался как-то смахнуть. Вторую подобную истерику он не мог себе позволить. — М-моя рука… Когда он… Когда я… — Ладно-ладно, я понял, лучше опустить пока эту тему — Мана, заметив нестабильное состояние мальчика, решил мягко его прервать, пусть и выглядел при этом немного разочарованным. — Давай начнем с чего-нибудь попроще? С обычного знакомства, например. Будем по очереди задавать друг другу вопросы и отвечать на них, что думаешь? Ты первый.        Рэд с удивлением взглянул на Ману, на лице которого застыло совершенно непроницаемое выражение абсолютного дружелюбия. Он привык, что людей вокруг него легко прочитать и предсказать все их действия, но Мана был другим. Нельзя было угадать, что он выкинет в следующий момент. Впрочем, справедливости ради, он и человеком не был. А у Рэда действительно скопилось уже достаточно вопросов, так что он решил согласиться на эту странную авантюру и спросить то, что волновало его с самого пробуждения: — Почему ты забрал меня?        Он впервые поднял взгляд прямо на мужчину, смотря ему в глаза. На самом деле, вопрос должен был быть немного другим, но у мальчика просто язык не повернулся спросить, почему его так и не убили. Рэд давно привык, что чудес не бывает, поэтому в такую безвозмездную доброту не верил. Он до сих пор ждал какого-то мерзкого подвоха и заранее готовился к худшему. — Хм, это довольно сложный вопрос. — Мана выглядел так, будто его застали врасплох. На целую минуту воцарилось молчание, прежде чем он решился продолжить. — Просто ты напоминаешь мне одного очень важного для меня человека. Он, к сожалению, давно погиб. Это… Довольно трагичная история.        Мана незаметно помрачнел, а улыбка на губах слегка потухла. Он наконец прекратил чистить яблоко, разрезал его на несколько частей и сложил к остальным. Горка из долек была уже такой большой, что не рассыпалась, наверное, только с помощью какой-то магии. Впрочем, сейчас отнюдь не колебания настроения у собеседника интересовали Рэда. Он нахмурился. — То есть, я просто замена?        Ответом ему послужил натужный смех. Проницательность этого ребенка просто поражала. Кажется, точно такой же вопрос задала Роад, когда впервые услышала про схожесть Рэда и Неа. Но Мане слово «замена» всё ещё казалось слишком грубым. — Ты уже задал свой вопрос. Теперь — моя очередь. — Видно было, что мужчина просто не собирается отвечать. Рэд обиженно на него посмотрел, но промолчал. Внезапно, он побаивался перечить тому, в чьих руках трепыхался, как бабочка в паутине. Вместо этого, мальчик демонстративно отвернулся и с удвоенной силой набросился на ароматные булочки. Даже если его собираются тут убить, то не стоило терять такую возможность поесть. — Ты бы хотел жить в этой комнате?        Рэд, только успевший засунуть половину пирожка с мясом в рот, чуть им не подавился. Что за тупой вопрос? Неужели ему действительно была интересна подобная чушь? Однако, надо было ответить, так что мальчик с трудом проглотил еду и осмотрелся. До этого он не слишком сильно акцентировал внимание на обстановке, но теперь у него просто не было выбора. Комната оказалась большой и темной. Тусклые свечи на столе не могли осветить её всю, очерчивая только смутные контуры. Тяжелые темные шторы на окнах, шкафы у противоположной стены, письменный стол и огромная люстра, свисающая с потолка. По скромному мнению Рэда, обстановка в комнате была даже слишком богатой. Такое количество свободного пространства нервировало, но и выходить за дверь мальчик не горел желанием. В конце концов, пока что, это было единственное место, которое он знал. — Да, мне здесь нравится.        Пусть он и старался сохранить спокойное, нейтральное выражение лица, но Мана всё равно заподозрил его ложь. По крайней мере, он с очень большим сомнением взглянул на Рэда, но хотя бы акцентировать на этом внимание не стал, сделав вид, что поверил. — Вот и славно. — Он снова мягко улыбнулся, как ни в чем не бывало. — Тогда это будет твоя новая комната, хорошо? Теперь можешь спрашивать.        И пусть недавний странный вопрос вполне очевидно подразумевал под собой возможность Рэда остаться в доме, но он всё равно опешил от столь неожиданного решения. Мальчик просто не мог представить, чтобы кто-то, как он, жил в месте, подобном этому. Он даже хотел переспросить, но в последний момент, вспомнив про глупые правила Маны, передумал. Если ему хотелось узнать хоть что-то полезное, стоило подыграть этому странному мужчине. Так что, вместо бесполезного переспрашивания, через секунду прозвучал куда более важный вопрос: — Что именно случилось с тем, на кого я похож?        Рэд даже не скрывал своих подозрений. Увидев однажды, как легко и непринужденно убивал Мана, он не удивился бы, узнав, что он когда-то собственноручно придушил дорогого сердцу человека, а потом преисполнился виной за содеянное. За свою короткую жизнь мальчик уже видел достаточно безумцев и поэтому легко мог приписать Ману к одному из подобных. Нелогичных, импульсивных и поэтому очень опасных. — Я не буду отвечать на этот вопрос. — Мана внезапно просто пожал плечами. — Так что теперь моя очередь… — Эй, а ну постой! Это нечестно!        Рэд, в мгновение забыв про все свои опасения, грубо перебил собеседника. Мана менял правила с непосредственностью ребенка и это жутко бесило. Настолько, что инстинкт самосохранения отбило напрочь. Теперь мальчик пытался своим злобным взглядом прожечь в мужчине дырку. А того, кажется, подобная реакция по-настоящему удивила. Мана глупо захлопал глазами и сразу же заговорил. — А почему вдруг нечестно? При желании каждый из нас может не отвечать на заданный вопрос, это вполне нормально. Только эстафета после этого переходит к собеседнику, так как свой шанс ты уже упустил. — Мана невинно улыбнулся. Рэду захотелось ему врезать. — Как тебя зовут? Ты так и не сказал мне своё имя.        Конечно, на этот раз вопрос был лишь притворством. Мана выяснил его имя сразу же после их первой встречи, но всё равно желал узнать его лично от Рэда. Возможно, конспирации ради, или просто надеясь, что честный ответ станет первым жестом доверия к нему. — Я отказываюсь отвечать на этот вопрос. — Рэд сказал это с внезапной дерзостью, которую не показывал раньше. Он, как мог, скрестил руки на груди и насмешливо улыбнулся. — Так что теперь моя очередь.        На этот раз Мана опешил по-настоящему. Он несколько секунд с удивлением смотрел на Рэда, а потом не выдержал и вполне искренне расхохотался. Этот мальчишка, который всего-то пять минут назад так его боялся, теперь с такой легкостью дерзил. С каждой секундой мужчина всё больше убеждался, что сделал правильный выбор, решив взять его с собой.        Однако, на самом деле причина была не только в дерзости, как предполагал Мана. Для Рэда ничего не стоило назвать свое имя, если бы оно действительно было. То прозвище, которое дали ему в цирке, было лишь унизительной кличкой, словно у какой-то собаки. Мальчик ненавидел это. И сейчас, когда все, кто его так звал, умерли, он хотел наконец избавиться от позорного клейма. Начать жизнь заново, если она, конечно, не закончится прямо в этом особняке. — Кто ещё есть в доме? — В его душе ещё теплилась надежда сбежать. Он не доверял Мане и подозревал, что рано или поздно его убьют, так что стоило как можно скорее придумывать план побега. Конечно, по отношению лично к нему, мужчина не совершил ещё ни одного плохого поступка, но кто знает, что у этого сумасшедшего могло быть на уме. — Пока что здесь находится только несколько десятков слуг. — Мана мысленно прикинул, сколько сейчас в особняке акума и кивнул, соглашаясь сам с собой. — Особняк долгое время пустовал, так что они приводят его в порядок. Как только уборка закончится, их сразу станет меньше. Зато, придут некоторые мои родственники. Тебе ещё предстоит с ними познакомиться. Они довольно интересные личности. — Прям как ты? — Рэд снова влез без очереди, совершенно забыв про правила и приличия. Он уже ожидал, что ему снова не ответят, но Мана внезапно мягко и как-то искренне улыбнулся. — Прямо как я. — Мужчина кивнул и на несколько секунд задумался над своим следующим вопросом. — Как бы ты хотел, чтобы тебя звали? В конце концов, мне нужно как-то к тебе обращаться.        Мальчик удивленно моргнул. Вот и гадай теперь: действительно ли Мана беспокоился лишь о том, как обращаться к нему, или просто прочитал все его мысли. Рэд до сих пор не знал всех способностей мужчины и поэтому мог допустить любую подлянку с его стороны. Но с другой стороны, вопрос оказался на удивление кстати. Мальчик никогда не задумывался о том, какое у него должно быть имя, так что просто растерянно пожал плечами. — Я… Не знаю. — Он немного подумал, а потом смущенно опустил голову. — Хочу обычное простое имя.        Кажется, мальчик действительно смущался своего желания. Мана от такого не выдержал и тихо хихикнул, но увидев направленный на себя злой взгляд сразу же попытался оправдаться: — Нет-нет, ты не подумай, я не издеваюсь. Как раз наоборот — я как никто другой могу понять твоё желание. — Мужчина казался действительно пристыженным. — Как насчёт придумать тебе имя вместе? Что думаешь насчёт Не…        Внезапно, он запнулся на полуслове и так и застыл, глупо подняв руки в воздух и уставившись в одну точку, будто сломавшаяся кукла. Мальчик даже подумал, что он завис, и хотел попытаться растормошить его, но спустя мгновение Мана вновь заговорил, как будто этой заминки и в помине не было. — Нет, постой, это будет слишком очевидно. Даже Аллен менее очевидно, чем это. — Мужчина на секунду задумался, а потом просиял. — Точно, Аллен. Что думаешь насчет такого имени? Довольно простое и лаконичное. Думаю, тебе пойдет.        Мана выглядел действительно довольным собой, да и мальчика предложенное имя привлекло настолько, что он даже в секунду забыл о недавней заминке. Ему никогда прежде не встречались люди, которых так звали, но это имя почему-то всё равно звучало каким-то родным и теплым, словно неизвестный абстрактный дом, которого у Рэда никогда не было. Он несмело кивнул. — Аллен… — Мальчик задумчиво положил ладонь себе на грудь, будто прислушиваясь к ощущениям. — Хорошо, мне нравится это имя.        Он впервые попытался робко улыбнуться Мане, словно в благодарность. Несмотря на все недавние события, только что этот мужчина смог дать ему больше, чем его собственные родители. Настоящее имя. Это было первым, что теперь действительно принадлежало мальчику. Даже совсем недавний страх за свою жизнь отступил. Возможно потому, что Рэд действительно только что умер. Теперь вместо него был только Аллен и больше никто другой. — Тогда приятно познакомиться, Аллен.        Они разговаривали до самого утра. За окном уже вставало позднее зимнее солнце, когда Мана всё же решил покинуть комнату Аллена со словами, что ему ещё нужно работать. И пусть мальчик старался этого не показывать, но он был почти огорчен. Стоило немного привыкнуть к странным замашкам Маны и его пугающему виду, как с ним сразу же стало жутко интересно. Когда вопросы для обсуждения закончились у обоих, он начал рассказывать Аллену о временах настолько древних, что они даже не сохранились в истории. Мальчик слушал, затаив дыхание. Теплый, успокаивающий голос Маны будто был создан, чтобы рассказывать подобные сказки, а не избалованный подобным вниманием Аллен был по-настоящему очарован. Возможно, он вполне мог остаться в этом месте чуть дольше, чтобы полностью восстановиться перед своим побегом.

***

       С пробуждения Аллена прошла неделя. За это время он окончательно освоился в своей новой комнате и теперь стремился изучить остальной особняк. Правда, хотя бы встать с кровати у него получилось только на третий день после пробуждения, а до двери мальчик так до сих пор и не мог дойти даже «по стеночке», постоянно падая на полпути. Врач, который приходил несколько раз, чтобы осмотреть Аллена, говорил, что это из-за переутомления и ему понадобится время, чтобы восстановиться. Мана только согласно кивал и повторял, чтобы мальчик больше не пытался самостоятельно выйти из комнаты. Аллен в ответ закатывал глаза и, стоило только остаться одному, пытался снова.        На самом деле, он не так уж сильно стремился убежать. В доме было хорошо. Аллена кормили, не заставляли заниматься черной работой и даже левая рука, казалось, стала со временем послушнее. Однако ужасная, давящая скука всё ещё преследовала его, так что мальчик не оставлял попыток выйти за дверь и хотя бы попытаться исследовать остальной особняк. Страх перед таким огромным запутанным местом прошел дня за два, и теперь Аллен сгорал от любопытства. Конечно, к нему каждый день всё ещё заходил Мана, но всего на несколько часов максимум. Говорил, что теперь у него работы по горло и он, к сожалению, теперь не может уделять ему много времени. Зато мужчина начал обучать его письму и чтению, рассказывал новые истории и приносил какие-то занятные головоломки. Правда, и их хватало Аллену очень ненадолго. Со временем он приловчился очень быстро решать подобные загадки, а после этого быстро терял к ним интерес.        Сегодня Мана был в более приподнятом настроении, чем обычно, что было заметно даже невооружённым глазом. Он мягко поправлял все сделанные Алленом ошибки, много разговаривал и постоянно отвлекался от темы урока. Мальчику было любопытно, с чего вдруг такие перемены, но не настолько, чтобы спрашивать напрямую. Да и новые знания интересовали его намного больше душевных переживаний учителя. Как оказалось, Аллену очень понравилось учиться. Он впитывал знания, словно губка, постоянно задавал вопросы и попутно пытался узнать больше, чем ему положено. Мана, в свою очередь, никогда не поддавался на его уловки, но смотрел при этом одобрительно и совсем немного грустно. К чему была последняя эмоция, мальчик никогда не понимал.        Занятие, несмотря на некоторые странности в поведении Маны, прошло как обычно. Аллен в конце даже получил ещё несколько новых головоломок, которые, по словам мужчины, должны были быть сложнее предыдущих. Лишь после этого он наконец решил рассказать мальчику о причинах своих внутренних переживаний. Вместо того, чтобы уйти сразу после урока, Мана начал задумчиво вертеть в руках цилиндр, вышитый леденцами. — Думаю, тебе сегодня стоит ждать гостей. — Он задумчиво подергал один из леденцов на шляпе, будто проверяя на прочность. Кажется, теперь мужчина выглядел скорее задумчивым, чем взволнованным. — Знаешь, тебя уже очень долго хочет повидать одна моя родственница. Она довольно упорная, так что уверен, что даже несмотря на мои запреты, ваша встреча всё равно состоялась бы. Так что, лучше уж это будет происходить под моим присмотром. Пусть она достаточно специфичная девочка, но, думаю, вы могли бы подружиться. Просто будь более… Терпим к ней.        Мана, как обычно, был многословен. Это казалось неплохим качеством во время занятий, когда он объяснял новую тему, но в обычной жизни витиеватая и полная подробностей речь утомляла Аллена. Особенно, когда мужчина таким образом увиливал от главной темы разговора, говоря обо всем, кроме самого важного. Мальчик показал своё недовольство довольно красноречивым взглядом, направленным на Ману. Тот лишь виновато улыбнулся и руками развел, мол: «Извини, такой уж я». — В общем, я решил устроить вам сегодня встречу. Думаю, она придет где-то через полчаса после моего ухода, так что я бы посоветовал тебе морально подготовиться.        Мана успел за время разговора незаметно собрать все принадлежности для учебы, надел на голову цилиндр и говорил уже откуда-то со стороны двери. Только вот Аллен не собирался отпускать его так просто. Он ведь и так не ко всем ещё закидонам самого мужчины привык, а тут встреча с абсолютно незнакомым человеком, которого даже сам мужчина назвал «специфичным». Это всё не внушало доверия. — Эй! — Аллен подполз на край кровати. — К чему мне ещё надо готовиться? Отвечай!        Мана какое-то время молчал и, как показалось мальчику, делал что-то с дверью, прежде чем обернуться и наконец начать говорить. Правда, это был отнюдь не ответ на вопрос. — Кстати, пожалуйста, не говори ей, что именно я позволил ей войти. Пусть это останется нашим маленьким секретом.        Мужчина успел ещё и заговорщически подмигнуть, прежде чем скрылся за дверью. Через мгновение туда, где Мана только что стоял, прилетела подушка. Она гулко впечаталась в дверь и упала на пол. Вот опять он был совершенно невыносим. Мальчик просто ненавидел, когда Мана вот так вот просто игнорировал его вопросы и при этом умудрялся задвигать свои собственные требования. В такие моменты он больше всего жалел, что не может его догнать и врезать.

***

       Все отведенные ему полчаса перед заведомо неприятной встречей Аллен провел в решении головоломок. Мана оказался прав, они действительно были сложнее тех, что ему давали раньше. Некоторый даже оказались настолько непонятны, что мальчик даже не знал, с какого бока к ним надо подступиться и что сделать. Пожалуй, на этот раз Мана слишком перемудрил, когда делал ему игрушки. То, что их делал именно он, мужчина однажды сам гордо сказал Аллену. Да и это было слишком очевидно. Изящные головоломки из неизвестного чуть теплого металла сильно отличались от обычных деревяшек, продающихся в каждой лавке. Но Аллен всё равно удивился. Он скорее мог предположить, что такой богач как Мана будет скорее заказывать подобные роскошные вещи, а не делать их самим.        Впрочем, несмотря на сложность, головоломки полностью захватили разум Аллена. Он настолько увлекся, что даже не услышал, как недовольно скрипнула дверь. Удивительная неосмотрительность, которую мальчик раньше никогда себе не позволял. Но осознал он свою ошибку только в тот самый момент, когда на него внезапно налетел лохматый цветастый вихрь, шурша юбками и так сильно обнимая мальчика за шею, словно пытаясь придушить. Аллен невольно вскрикнул от неожиданности и упал на кровать, выронив из рук головоломку. — Ну наконец-то у меня вышло увидеть тебя! — Незнакомый девичий голос звонко звучал прямо над самым ухом. — Мана наложил на дверь очень уж противное заклятие, но в конце концов у меня всё же вышло его снять! А то он такой жадный: нашел новую игрушку и со мной не поделился!        Наконец, Аллен, с тихим шипением и руганью, всё же умудрился скинуть с себя надоедливую незнакомку. Он ненавидел, когда его трогали. Особенно, без разрешения. Девочка с писком упала на мягкие подушки, а Аллен сразу же отполз на другой край кровати. Благо, она была настолько большая, что теперь девочка казалась будто на другом краю света. Мальчик попытался отдышаться и со злостью взглянул на неё из своего угла. — Сумасшедшая! Да кто вообще так на людей кидается?! Ты меня чуть не придушила, придурошная!        Аллен не стеснялся в грубых выражениях, всегда прямолинейно говоря, что думает. Вот и сейчас, он даже не подумал, к каким последствиям может привести его вспышка гнева на эту незнакомую девочку. Впрочем, она повела себя вполне по-человечески: недовольно надула губы и показала ему язык. — Грубиян! У меня, вообще-то, имя есть. — Она скрестила руки на груди, сделав вид, что действительно обиделась. Впрочем, через секунду девочка снова заинтересованно улыбнулась. — Меня зовут Роад. А ты — тот самый мальчишка, которого привел Мана. Он так много о тебе говорил, так что я решила, что обязана встретится с тобой лично. Аллен ведь, я права?        Видимо, внезапное нападение не слишком хорошо влияло на сообразительность Аллена. По крайней мере осознать, кто именно эта девочка перед ним, он смог только сейчас. Должно быть, та самая родственница, про которую его предупреждал Мана. Что-ж, он действительно знал, о чем говорил. К встрече с подобным человеком нужно было морально подготовиться. Даже Мана, в отличие от неё, не шумел так сильно и не лез при любом удобном случае в личное пространство Аллена. Впрочем, общие черты у них тоже имелись. Например, тупая привычка длинно и витиевато говорить. — Ага, типо того. — Аллен всё ещё не понимал, как стоит вести себя с этой Роад, так что просто продолжал подозрительно смотреть на неё из своего угла. — Чего пришла то? Если только поглазеть, то можешь валить отсюда.        Девочка на такой выпад совершенно не отреагировала. Только усмехнулась как-то недобро и пододвинулась ближе, явно ожидая, что Аллен этого приема не заметит. Он, в ответ, попытался отодвинуться дальше, но за спиной была только стена. — Ну мне же интересно! — Роад слегка наклонилась вперед. — И чего только Мана нашел в тебе особенного, что взял даже с Чистой Силой в руке?        Кажется, этот вопрос должен был быть направлен куда-то в пустоту, но Аллен сразу же зацепился за незнакомое ему словосочетание. К тому же это, видимо, касалось его руки. Когда мальчик пытался расспросить про это Ману, тот просто отмахивался и быстро менял тему, чем бесил неимоверно. А Роад, возможно, сможет дать ему чуть больше информации. — Чистая Сила? А это ещё что такое? Расскажи мне!        Девочка удивленно захлопала глазами, явно не ожидав настолько восторженного вопроса и блеска в чужом взгляде. Аллен от этой реакции внезапно почувствовал себя неуютно, но всё равно не отступился. Любопытство было намного сильнее. — А что, Мана тебе не рассказывал? — Роад подозрительно взглянула на него и, получив в ответ отрицательное качание головой, задумчиво потерла подбородок. — Ну-у-у, если коротко, то Чистая Сила это вот это штука в твоей руке.        Она в одно мгновение оказалась прямо перед Алленом и ткнула пальцем прямо в крест на его левой руке. Мальчика от этого прикосновения внезапно словно током прошибло и он инстинктивно отдернул руку. Впрочем, кажется, не один он ощутил это. По крайней мере девочка тоже на секунду напряглась, а потом с облегчением вздохнула, когда неприятный контакт закончился. — Чистая Сила — это что-то вроде оружия. — Немного прейдя в себя, она продолжила объяснять. — Оно создано, чтобы бороться с акума… — А что такое акума? — Аллен снова её перебил, чтобы задать ещё один вопрос. Услышав очередное непонятное слово, он сразу же забыл о недавнем неприятном ощущении в руке. Роад же только удивленно на него уставилась. Кажется, она действительно была удивлена подобной неосведомленности. Настолько, что без вопросов начала объяснять. — Ну, это что-то вроде механизмов. Они состоят из скорбящих человеческих душ и каркаса для них. Эти каркасы делает наш Тысячелетний Граф… — А Тысячелетний Граф это? — Аллен несмело и почти смущенно нахмурился. Количество новых терминов начинало постепенно его напрягать. Было ощущение, что всё, что ему рассказывали, он уже должен был знать, но почему-то пропустил. По крайней мере по удивленному взгляду Роад можно было сделать именно такой вывод. — Мана что, тебе вообще ничего не говорил?!        Аллен раздосадовано покачал головой. Мана рассказывал ему об истории, грамматике и математике, но стоило только затронуть что-то, хоть отдаленно касающееся руки мальчика, как он замолкал. Роад тихо вздохнула, явно уже пожалев, что вообще завела этот разговор, но всё равно принялась объяснять. — В общем, Тысячелетний Граф это и есть наш Мана. Это у него титул такой. — Аллен кивнул. Он подозревал, что мужчина должен был быть какой-то важной шишкой, так что его не удивил подобный титул. Только приставка «Тысячелетний» явно смущала. Мана не выглядел как тот, кому было больше тысячи лет. Он хотел бы спросить и об этом, но немного побаивался, что после такого Роад просто откажется говорить дальше, так что просто молча слушал. — В общем, он делает акума из Темной Материи и металла. Тебе объяснить, что такое Темная Материя? — Что, Роад, стоило мне отойти, как ты тут же начала выдавать государственные тайны?        Роад и Аллен вздрогнули от неожиданности и одновременно обернулись. На пороге стоял Мана, расслабленно улыбаясь и держа в руках подушку, которая всё это время так и лежала на полу. Расшитый колокольчиками и ёлочками цилиндр тихо звенел при ходьбе, так что оставалось только удивляться, каким образом они не заметили появление мужчины — Ну что Вы, господин Тысячелетний! — Девочка внезапно заговорила с каким-то странным уважительным тоном. Откуда она его вообще взяла, если только что так спокойно говорила о Мане без него, оставалось загадкой для Аллена. — Я думала Вы работаете, так что решила, вот, Аллена навестить. Ему то, наверное, совсем скучно здесь одному. А Вы зачем вернулись?        Мана тихо засмеялся и покачал головой. Даже для несведущего Аллена было очевидно, что всё это одни отговорки. Мужчина подошел к кровати и положил подушку на своё законное место. — Почувствовал, что кто-то начал рассказывать то, что ей говорить не положено. — Мана тихо усмехнулся. — Я то думал, ты более благоразумна.        Он говорил спокойным, немного насмешливым тоном, но Аллену всего на мгновение отчего-то снова стало не по себе, как в первые дни их знакомства. Однако Роад, кажется, этого не заметила, нагло нахмурившись и скрестив руки на груди. — Если уж хотите взять его в семью, то стоит хотя бы рассказать, чем мы тут занимаемся. А если этого не делаете Вы, то сделаю я.        Мана тихо вздохнул и легко подхватил Роад на руки. Как ни странно, на его лице не было и следа какого-то недовольства. Да и девочка, кажется, не выглядела уже такой недовольной. — Вот поэтому я и не хотел брать тебя сюда. — Он тихо рассмеялся. — Однако стоило ожидать, что ты проберешься сама. И пусть ты права, но всему своё время. Я сам расскажу всё Аллену, когда посчитаю нужным, а вы вполне можете поговорить о чем-то другом. Тем для разговора много, не заскучаете.        Мана уже начал говорить так, будто Аллена тут вообще нет, так что он довольно громко кашлянул, чтобы снова привлечь к себе внимание. Всё же, несмотря на внешние различия, эти двое явно были родственниками. Одни и те же дурацкие замашки. — О, да, точно. — Мана улыбнулся. — Думаю, с тебя на сегодня хватит впечатлений. Раз уж Роад уже смогла зайти, то дверь я теперь буду оставлять открытой, так что можешь снова попытаться выйти за пределы комнаты. Возможно, теперь у тебя получится даже лучше, чем раньше. Но будь осторожнее, а то, чует моё сердце, Роад станет очень частым гостем в твоих покоях и продыха не даст. Верно я говорю?        Он потрепал недовольную девочку по лохматым волосам. Она, услышав про то, что они уходят, сразу же начала вырваться. — Ну Гра-а-аф, я же тут всего ничего пробыла! — Она недовольно дрыгала ногами в воздухе, пытаясь Ману пнуть. — Дайте ещё с ним поговорить!        Судя по всему, подобные сцены были частым явлением. По крайней мере Мана даже глазом не моргнул. — Нет. — Коротко отрезал. — Ещё успеешь наговориться. А пока тебе предстоит небольшой важный разговор со мной.        После этих слов он подмигнул Аллену и вышел из комнаты со всё ещё упирающейся Роад. А мальчик внезапно понял, что запутался окончательно. Всё, что ему рассказала Роад было, несомненно, важной информацией, но он, к сожалению, ещё не знал, как ей распорядится. Зато он мог попытаться вытянуть из девочки ещё что-то, если уж она действительно будет его часто навещать. А ещё стоило впервые последовать совету Маны и снова попытаться выбраться из комнаты.