Внутренний голос

Лишь один человек (монстр) имеет такой явственный запах моря и свободы. Лука однажды задумался, может ли свобода иметь собственный запах. Для него это было объективным понятием. Но был один неугомонный, что всем своим видом выражал эту самую «свободу». Своими нескончаемыми авантюрами, в которых Лука всегда выступал голосом разума, своим редким безрассудством, когда Луку все еще передергивало от его прыжков со скалы. И своей угрожающей силой, когда дело доходило до Пагуро. Лука мог поклясться, что Скорфано не постесняется броситься на обидчика с когтями, если он будет представлять опасность для Луки. Подобные ситуации происходили не раз, но Альберто ради Пагуро держал себя в руках. Угроза сквозила в его голосе, но тело он с огромным усилием сдерживал на месте. Лука мучительно боится, что этот случай «особенный». Поднимая взгляд выше, он натыкается на его глаза. Альберто не смотрит на него, но Пагуро чувствует, как пальцы на его плече медленно сжимаются. Его лицо приняло оболочку равнодушия, и Пагуро тихо сглатывает, потому что такого выражения у Скорфано он еще не видел. Он всматривается в его скулы, опускается к подбородку и проводит глазами по шее. Пытается отыскать хоть мало-мальски знакомый жест, но безуспешно. Перед ним словно незнакомый парень, а не родной и неунывающий Альберто. И когда Луке кажется, что тишина слишком затянулась, Скофрано произносит. Медленно и спокойно: — Стало быть, ты — Риццо. Фраза прозвучала с утверждением. Антонио поспешно поднимается с колен, закидывая челку назад, и выпячивает губы. Глубоко вздохнув, он буквально сплевывает слова: — А ты, вероятно, тот самый «дружок». Альберто хмыкает и убирает руку с плеча Луки. Тот резко хватает его за плечо и качает головой, заглядывая влажными глазами в его. «Он на грани…», — думает Альберто, но упрямо поджимает губы и взглядом просит прощение. Не в этот раз Этому парню самому не помешает «персональный урок» Скорфано мягко убирает его руку и подходит к Риццо. Лука беспомощно озирается и ищет взглядом Джулию. Натыкается на нее, и она кивает ему. Глаза ее просят довериться ей и Альберто. Лука предполагает, что она что-то знает и покоряется. Он, в любом случае, с малой долей вероятности смог бы остановить Альберто, если бы тот ввязался в драку. Поэтому, ему остается только с тревогой наблюдать за ними. «Его ухмылка так и просит познакомиться с твоим кулаком. Выбей из него всю дурь» И Альберто впервые хочется согласиться с голосом, о котором он уже успел позабыть. А тут — раз — и повод нашелся! — Ну что ж, Риццо, тогда ты труп, — Скорфано нависает над более низким противником и его зрачки непроизвольно расширяются. Он произнес это не громко, но достаточно для того, чтобы близ стоящие и внимающие ученики услышали, о чем шла речь. Лука почему-то почувствовал некую гордость от того, что Альберто был выше. Он увидел, как Риццо чуть смутился, пытаясь выдержать взгляд высокого парня. — Не знал, что вы, педики, умеете пользоваться кулаками, — Антонио ни в чем не уверен и бросает первое, что пришло в голову. Альберто удивленно вскидывает брови вверх и тут же склабится. Антонио чудится, будто клыки парня напротив острее, чем у обычного человека. Атмосфера брезжит искрами и представляется, что грядет неизбежная драка, но звонок будит всех от созерцания интересного разговора, созывая всех на уроки. Ученики вздрагивают и нехотя отрываются от странной парочки. Круг вокруг парней редеет. Парень, держащий Джулию, как-то неловко отступает и, не дожидаясь своего предводителя, ретируется. Антонио напряженно бегает глазами по сторонам и ждет хоть какого-либо слова от соперника. И разъяренная брань или удар по носу кажутся ему более чем логичными реакциями. Но никак не цепкого взгляда, что прожигает в нем дыру и тонко стиснутых губ. «Что не так с этим парнем?» — Альберто, — Лука подходит сзади и тянет его за край куртки. Скорфано не спеша переводит взгляд на него и теплеет. Послушно кивает и ждет, пока Пагуро отойдет в сторону. А после резко наклоняется и шепчет пару слов, от которых у Риццо на миг замирает сердце. Альберто лукаво подмигивает и, одаривая напоследок зубастой ухмылкой, следует за Лукой.

***

— Что ты ему сказал? — Спрашивает Лука, когда Альберто равняется с ним. — Ты видел? — Театрально удивляется Альберто, и смеется, приобнимая Луку за плечи, — не забивай себе этим голову, хорошо? Ерошит его волосы и ловит недоверчивый взгляд Пагуро. Его щека все еще розоватая после удара, и Альберто невидимо прикусывает язык. Скорфано переводит взгляд на его одежду, желая отвлечься от кровожадных мыслей. Белая рубашка и брюки теперь покрыты слоем пыли, а галстук свернут набок, и Альберто без мысли поправляет его. Лука отмахивается и, смущаясь, поворачивается в сторону. Альберто понимающе улыбается. Джулия ждала Луку в классе, сразу поняв и дав им время побыть наедине и поговорить. После того, как все разошлись, она, убедившись, что Альберто не наделает глупостей, а послушается Луку, вернулась за парту. Парням несказанно повезло, что сейчас урок биологии, учитель которой постоянно опаздывает. Она благодарит Бога за благосклонный подарок судьбы. — Ты как? — Неожиданно задает вопрос Альберто, пока Лука топчется рядом с кабинетом. Лука думает, почему Альберто так спокоен. Почему не ударил сразу же, как увидел Риццо? Почему послушался его, когда дело запахло керосином? Почему не засыпает вопросами? «Он что-то задумал, но так просто не расскажет что», — Пагуро вздыхает и озирается по сторонам, проверяя наличие потенциальных зрителей. Убедился, что никого нет, и сжимает Скорфано в объятьях. — Пусть я и зол на вас обоих, но очень рад видеть тебя, — бубнит тому в футболку Пагуро и чуть ли не до безумия радуется, когда Альберто сжимает его в ответ, привычно зарываясь носом в его волосы. Лука судорожно выдыхает и отстраняется. Он и правда здесь. Около школьного окна, напротив шумного класса, рядом с ним. Хочется так много поведать, без конца обнимать и слушать его голос. Джулия шикает, высовываясь из кабинета, и кивает в сторону коридора, намекая об учителе. Лука снова смотрит на Альберто и хочет что-то сказать, но Альберто опережает: — Не волнуйся, иди, я буду здесь. И слова, словно мантра, действуют на парня. Лука чувствует, как холодный айсберг охлаждает бушующее внутри него пламя.