Удовольствие от жизни

Кто из современной толерантной молодежи не читал «Система [Спаси-Себя-Сам] для Главного Злодея». Многие конечно говорят, что первый блин комом и у Мосян Тунсю в первой истории получились уж слишком абъюзные отношения, да и па-па-па Ваньсяней тоже нежностью не сверкают. Там уж скорее добровольное изнасилование, если такое словосочетание существует. Не существует. Я в душе не чаю, отчего эти два кролика либо не разбегутся, либо не научатся плавно переходить к сексу. Используя масло, терпение и длинные музыкальные пальцы Ванцзы. Кхм, прошу прощения, отвлеклась. Вернее, отвлекся, ведь теперь именно так я должен о себе говорить. Чертовы романы и их писатели! Я умерла и попала в тело Ло Бинхе! Как я это понял? Меня Нин Инъин разбудила, позвав по имени. Глупый ребенок, совсем не думает о своей репутации. Впрочем, она известна на пике как белый лотос, так что все возможные тумаки соберет моя несчастная голова. Сейчас я колол дрова под ее приглядом. Девочке было скучно, с другими девчатами она не смогла близко сойтись, так что трындела с первым, кто только попался под руку. Попадал обычно Ло Бинхе. Кхм, стоит привыкнуть называть себя Бинхе. А то так позовет кто, а я и позабуду отозваться. Так и изгонят из тела как темный дух. Первые пару дней, скорее даже недель, было сложно. Я едва помнил все эти обращения типа «шимей», «шиди» и «шисюн». Большую часть персонажей и подавно не знал по именам. Мин Фань был симпатичным злобным гремлином. Именно так, да. Конечно же он был высок и хорош собой, но вел себя рядом со мной хуже маленькой бешенной собаки. Кому что доказывал — не понятно. Телу было всего четырнадцать, так что официально я никакой угрозы не мог для него представлять. И на кой только всучил мне неправильные наставления о правильных методах культивации начального уровня. Мне не составило труда попросить тоже пособие у Нин Инъин и переписать основные моменты для себя на русском языке. Благодаря медитациям я как бы объединялся с душой прошлого Ло Бинхе — получал его воспоминания, читал иероглифы и вспоминал, как писать кистью. Я все так же ночевал в сарае для дров. На складе мне удалось найти старое одеяло, так что я забивался в угол и с головой укрывался одеялом. Я старался никому лишний раз не попадаться на глаза. Даже ел отдельно. Тело полукровки требовало больше еды, чем положено ученику, так что я в свободное время помогал на кухне, за что получал не только свои положенные порции, но и дополнения. Кто будет считать шкурку от огурца? Никто! А мне дополнительная энергия и витамины. Легко ли было учиться быть заклинателем? И да, и нет одновременно. Это было безумно интересно. Мне нравилось ощущать свою Ци, нравилось изучать духовные техники и техники меча. При этом сложность изучения заключалась в том, что за знаниями мне приходилось пробираться тайком и я очень сильно боялся ошибиться и навредить своему совершенствованию. Я был готов молиться всем небожителям, чтобы моим учителем был не Шэнь Цзю, а Шэнь Юань. Психология современного человека была мне более-менее понятна, в отличие от психологии древнего культиватора, раба в прошлом. Да и общаться я предпочел бы с добреньким Юанем, хоть и симпатизировал Шэнь Цзю. С первым было бы банально легче. Когда Лорд пика Цин Цзин свалился в лихорадке, я понял, что мечты сбываются. По крайней мере, надеялся на это. Я умел шкериться так, что адепты не находили, так что позволял себе издалека наблюдать за ним. Шэнь Цинцю вел себя крайне странно — разговаривал с пустотой, шарахался каждого шороха, строил забавные рожицы в одиночестве и многое другое. Вел себя нетипично Шэнь Цзю. Вел себя типично Шэнь Юаню. Я даже чуть подуспокоился. И поверил в лучшее. Я даже позволил себе выбираться на другие пики. Адепты пика Цяньцао, пика лекарей, охотно делились лечебными травами взамен на помощь с хозяйственными делами. С адептами пика Бай Чжань мы по-тихому пи3дились в кустах. Чуть позже даже немного сдружились и они показывали мне основы боевых приемов. Всем ученикам в Цинцзин предписывалось владеть четырьмя благородными искусствами. Время от времени здесь раздавались звуки нежных мелодий, а порой слышалось, как кто-то читает поэзию или же прозу. Мы должны были овладеть цинь (гуцинем, струнным инструментом), ци (стратегической игрой го), шу (китайской каллиграфией) и хуа (китайской живописью). И если с живописью, каллиграфией и го я с горем пополам справлялся, идеально овладеть гуцинем без постоянного наставника не смог. Оставалось надеяться, что я подружусь с девой с пика Сяньшу, которая сможет преподать мне пару уроков. Гуцинь мне нравился, однако флейтой мне было проще овладеть. Возможно это из-за того, что в прошлой жизни у меня тоже была флейта, на которой я пыталась играть. Сейчас же я тоже сумел вырезать из бамбука флейту и даже мог изобразить на ней пару несложных мотивов. Пик Кусин всегда встречал меня доброжелательно. Причем привечал меня как сам Лорд пика, так и его ученики. Это был пик для настоящих аскетов, я же никогда не страшился читать занудные тексты или часами сидеть в позе лотоса и медитировать. Меня даже пускали в местный Ледяной источник. Мне нравился этот пик. Тут требовали лишь исполнение вполне понятных правил, ничего большего. Я даже немного жалел, что не попал сюда. Не попал и не попал. Нечего скулить. Зато я мог спокойно угощаться вином на пике Цзуйсянь, пике Хмельных Отшельников. Там-то я и оставил свой первый поцелуй. Лорд напился и полез с нежностями. Это было не в первый раз, я знал, что он не навредит мне, так что даже не сопротивлялся. Демоны, он настолько классно целовался, что у меня даже мыслей отбиваться не возникло. У меня вообще никаких мыслей не возникло. Я просто хотел еще. Лорд, благодаря своему многолетнему опыту в сфере выпивки, быстро протрезвел и извинился. У меня не было претензий. В один из дней я набрался храбрости и решил все же полезть к Шэню. Вечно жить в неизвестности нельзя! Учитель нашелся у своей бамбуковой хижины. Благо хоть никого из наших адептов не было поблизости. — Учитель, а кто такой Непревзойденный Огурец? Я всегда мог отговориться, если это был не Шэнь Юань. — Ч-что? Где ты это услышал?! Мужчина резко заволновался, бормотал бессмысленные оправдания Это был Шэнь Юань. Только он такой палевный. Я вздыхаю с облегчением. Этот мир не так уж и плох. — Вы с Самолетом полные придурки! Не удивлюсь, если глава школы скоро начнет проводить над тобой обряды изгнания! Хоть бы попытался вести себя канонично! Меня резко хватают за плечи и смотрят в глаза. Не вырываюсь, сам изучаю мужчину, пока он находится ко мне ближе, чем когда либо было во время уже моей жизни. Теперь уж точно моей, у нас с Ло Бинхе одни воспоминания и умения. Думаю, мы незаметно объединились во время медитации. Пусть стоящий рядом со мной мужчина и не являлся невероятным красавцем, но стоило вглядеться в это симпатичное лицо — и становилось ясно, что он из тех людей, на которых никогда не устанешь смотреть. Его чертами легко залюбоваться. Возьми он в руку свой знаменитый меч — вот вам воплощение истиной утонченной элегантности. И не поверишь, что когда-то был простым уличным оборванцем. Впрочем, Вэй Ин тоже бродяжничал и ничего, вырос таким красавцем, что сам Второй Нефрит клана Лань соблазнился! Эх, и почему я не переродился в Небожителях или Магистре. Те истории мне нравились больше. Как и персонажи. — Ло Бинхе? — Ну, теперь меня зовут именно так. Дурацкий роман? — лукаво усмехаюсь, демонстрируя небольшие клыки. — Самый дурацкий роман! — соглашаются со мной и сжимают в объятьях. Вдыхаю аромат чернил и зеленого чая. Теперь я не один против этого гребанного мира.