An Ordinary Man

Он все время смотрит на Шерлока. На самом деле это ничего не меняет, потому что он всегда, сколько себя помнит, наблюдал за Шерлоком. Но сейчас все по-другому. И он почти уверен, что Шерлок это замечает. Через некоторое время становится очевидно, что Шерлок наблюдает за ним, как будто подозревает, что Джон подозревает... что-то. Он не знает, что. Он не хочет об этом думать. А потом однажды ночью Джон трахает Шерлока в их постели, и тот произносит его имя совершенно неправильным тоном. Джон останавливается, его руки все еще на бедрах Шерлока, его член все еще внутри. Он чувствует, как Шерлок пытается расслабиться под ним, вокруг него. — Джон, — снова говорит Шерлок, глядя на матрас, — ты хочешь оставить меня. Джон слишком сильно прикусывает губу. — Нет. Я... что? — Ты хочешь бросить меня, — ледяным голосом произносит Шерлок. — Поэтому и ведешь себя так странно. Ты смотришь на меня и думаешь, как это озвучить. Что ж, тебе больше не о чем задумываться. Я сам догадался. Может, ты забыл, что я невероятно умен. Но скажи мне, в чем причина? Почему сейчас? О чем ты узнал? Джону очень холодно. Он крепче сжимает бедра Шерлока, почти полностью выходит из него, а затем толкается обратно. Всхлип Шерлока звучит так по-человечески. — Что ты имеешь в виду? — слабо спрашивает Джон. — В каком смысле «о чем я узнал»? — В этом самом. — Шерлок хватается за простыни, когда Джон снова вбивается в него. Это кажется таким реальным, все происходящее кажется реальным, но... — Джон... — Ты хочешь, чтобы я остановился? — Теперь голос Джона дрожит. — Нет, — отвечает Шерлок, — нет, просто... скажи мне. — Я не хочу бросать тебя. — Джон кладет правую руку ему на шею, затем скользит ею по волосам Шерлока. Он не уверен, пытается ли погладить его или вжать лицом в матрас. — Прости. — Не извиняйся передо мной, — затаив дыхание, говорит Шерлок. Джон убирает руку. — Пока… не надо. Пока ты не оставил меня. — Я не оставлю тебя, — повторяет Джон. Но ведь ему придется это сделать, не так ли? Если это нереально, если Шерлок не настоящий, он просто не способен... он просто не сможет продолжать притворяться, что они влюблены, не так ли? Или сможет? — Шерлок? — спрашивает Джон. Кажется, он вот-вот заплачет. Или кончит. Или, наверное, и то, и другое. — Джон. — Голос Шерлока звучит обиженно. Джону хочется отстраниться и перевернуть Шерлока на спину, посмотреть ему в глаза, поцеловать и сказать, что все в порядке, что он любит его, что без разницы, кем или чем является Шерлок, ведь единственно важно то, что они вдвоем, вместе, здесь и прямо сейчас. Но он ничего из этого не делает. Джон обнимает Шерлока за талию и берет его член в руку. Это в любом случае не продлится долго. — Чем ты занимался раньше? — спрашивает он, трахая Шерлока, лаская и любя его. Он, черт возьми, ничего не может с собой поделать. — Четыре года назад. Раньше, чем четыре года назад. В интернете ничего о тебе нет.

***

— Что? — спрашивает Шерлок. На мгновение он кажется искренне удивленным, затем стонет. — Ты меня слышал, — отвечает Джон, ускоряясь. Колени у него дрожат. Он просто чертовски надеется, что не плачет. — Чем ты занимался до приезда в Лондон? Скажи мне. Потому что похоже, что ты даже не настоящий человек. Как будто ты... — Наркоман, — говорит Шерлок, затем кончает и падает на кровать. Джон убирает руку, но его член все еще внутри, и они сплетаются руками и ногами, слипаются кожей. На секунду он прижимается щекой к спине Шерлока, между лопатками. Кожа теплая и влажная, и кажется, что он в жизни не прикасался ни к чему более человеческому. Джон хватает Шерлока за бедра и толкается в него еще несколько раз. И все. Этого хватает. А потом он плачет, но только когда вытирает лицо, нет ни слез, ничего нет. Джон уверен, что слезы должны быть. Люди плачут именно так. Но, может, не стоит удивляться тому, что он как будто не умеет плакать. В конце концов, он просто обычный человек. — Наркоман? — переспрашивает Джон, растянувшись на спине Шерлока. Он чувствует, как тот дышит. — Да, — отвечает Шерлок и поворачивает голову набок, чтобы посмотреть на Джона. — В основном кокаин. Иногда героин. Иногда все, что я мог найти. Я пытался быть... избирательным, но чаще обстоятельства были сильнее меня. — Наркоман, — медленно повторяет Джон, поглаживая влажные пряди волос на шее Шерлока. — Ты не наркоман. — Я им был. Такие зависимости никогда не проходят. Я пытался отвлечься на расследования и... ну и на тебя. Иногда становится лучше, а иногда — хуже. — Ты был наркоманом. Вот почему я ничего не нашел. — Майкрофт был мной недоволен, — продолжает Шерлок, — поэтому он как бы... удалил все упоминания обо мне из интернета. Возможно, он думал, что я погуглю себя и что результат меня шокирует. Но я этого не делал. Я был слишком занят поисками следующей дозы. Я не хотел тебе ничего рассказывать, Джон. — А мог бы. — Я хотел тебе нравиться. — Ты мне нравишься, — говорит Джон и прикусывает губу. — Я люблю тебя. — Не говори так, когда собираешься меня бросить. — Я не собираюсь тебя бросать. — Теперь Джон почти уверен в своих словах. Шерлок наркоман, а Джон — параноик и на секунду подумал, что трахал робота, похожего на человека. Но они оба это переживут, они смогут вернуться к прежнему состоянию. — Извини, что побеспокоил тебя. — Так вот о чем ты думал? — спрашивает Шерлок. — Чем я занимался четыре года назад? — Ага. Да, об этом. — Ты лжешь. — Я люблю тебя. Я сейчас лгу? Шерлок медленно качает головой. Джон слезает с него и устраивается на кровати рядом с ним. Он чувствует себя невероятно глупым, но вздыхает с облегчением. Он был неправ. Все в порядке. — Джон, — тихо говорит Шерлок. — Иди сюда, — откликается Джон и обнимает его.

***

Джон решает для себя, что влюбиться — это на удивление легко. Ты просто должен решить, что все в порядке. Пока ты в это веришь, это будет правдой. Ты должен игнорировать этот навязчивый голос в своей голове, который шепчет, что все может пойти не так. А если все пойдет не так, то что с тобой произойдет? Потому что вся твоя идентичность — это твоя любовь? Ты — тень Шерлока Холмса, Джон, ты спишь с ним и завариваешь ему чай, ты слушаешь его монологи днем ​​и его храп ночью. Ты больше не знаешь, кто ты, Джон. Может быть, ты никогда этого не знал. И тебе все равно, потому что единственное, о чем ты заботишься, — это сохранение хрупкой любви, пока она длится. Иллюзии. Но Джон думает, что это не иллюзия, и обнимает Шерлока по ночам. Он целует Шерлока в шею, а затем не спит, поглаживая его волосы, когда тот засыпает. Это не иллюзия. Все это реально, и нет никаких оснований думать, что всему придется положить конец. Они могут состариться вместе. Почему бы нет? У других это получается, а значит, и у них может получиться. Бывают напряженные дни, наполненные делами, и неторопливые дни, когда они вдвоем остаются дома на Бейкер-стрит. Шерлок по-прежнему иногда исчезает и не говорит Джону, куда он идет, но теперь такое случается редко. Джон не задается вопросом о том, почему никогда не спрашивает Шерлока, куда тот уходит. Дело не в том, что Джон не хочет знать, просто он доверяет Шерлоку, не так ли? Конечно, доверяет. По крайней мере он почти уверен, что Шерлок сбегает из дома не затем, чтобы развлечься с кем-нибудь еще. Он смеется вслух, когда эта мысль приходит ему в голову, и Шерлок смотрит на него с дивана и спрашивает, что смешного. Джон не отвечает. Он понимает, что забыл, как зовут его мать. Джон ждет несколько дней, надеясь вспомнить, но вместо этого начинает задаваться вопросом, а помнил ли вообще когда-нибудь. На самом деле есть много вещей, которые он забыл, хотя по идее должен помнить: где жил раньше, кем были его друзья до Афганистана, курил ли он когда-нибудь, пробовал ли наркотики, какую одежду носил в детстве, кто его бабушка и дедушка, и все такое. Он слишком молод для деменции, но иногда случаются маловероятные вещи; Джон это знает, он ведь врач. Может, ему стоит провериться. Однажды вечером Джон говорит об этом Шерлоку в гостиной, когда смотрит телевизор, а Шерлок читает. Шерлок говорит, что ничего страшного, что он бы заметил, если бы у Джона началась деменция. Но он смотрит на Джона, как на умирающего. Джон записывается на прием к врачу. Но когда наступает назначенный день, Шерлоку нужна его помощь в самом скучном деле за всю их историю. Он целый день наблюдает за собаками в парке в Бристоле. Оказывается, предполагаемая жертва уехала в отпуск, а не была похищена и убита. По пути домой Джон говорит, что ему следует перезаписаться к врачу, и Шерлок спрашивает, не хочет ли он завести собаку. Они не заводят собаку. Джон не обращается к врачу. Людей убивают, и Шерлок выясняет, кто это сделал. Иногда они кого-то спасают. Это лучшие дни. Джон забывает, что о чём-то забыл. Молли, похоже, больше не беспокоится. Майкрофт оставляет их в покое. Джон выпивает пинту с Лестрейдом, который шутит о том, каково это — оказаться парнем Шерлока Холмса. Джон улыбается как идиот. Это, блядь, лучше всего на свете. А потом происходит еще одно убийство, и Джон бежит за убийцей — мужчиной лет пятидесяти, бывшим полицейским, разведенным любителем искусства, так сказал Шерлок, — в темном переулке, и мужчина поворачивается и втыкает нож Джону в грудь.