Троллиха с болота

Несколько дней пронеслись, как Хогвартс-экспресс, с которого ребята сошли на платформу. — Увидимся на каникулах, — сказал Драко. — Ага, — кивнул Гарри. — До скорого, — пробормотал Блейз. Однако никто не горел желанием расходиться, и ребята переминались с ноги на ногу, не двигаясь с места. — Что ж, до встречи, — улыбнулась Гермиона и, обняв друзей, удалилась. — Я тебя провожу, — воскликнул Забини и побежал за подругой.       Остальные простояли в молчании ещё с минуту, пока Гарри не сказал: — Ладно, я пошёл к Дурслям... Увидимся через месяц, — он крепко обнял друзей, не желая отпускать и уходить к нелюбимым родственникам, но ему всё же пришлось это сделать, и он с грустью побрёл к выходу с платформы.       Все ребята разошлись, и Мира влетела в объятия родителей, и после того, как то же самое сделал Маркус, Флинты отправились в поместье.

***

      Дни шли, Мире наконец удалось побороть лень и начать делать домашнее задание в самом начале лета, но она находила время, чтобы писать друзьям и тренироваться. Лаванда окончательно простила её, получив несколько писем, и их отношения даже стали дружескими. Приближался июль, и Мира читала каждый выпуск "Ежедневного Пророка" от начала до конца, хоть и понимала, что новость о побеге из Азкабана точно будет на первой полосе. — Ой! Разыгрывается приз размером в семьсот галлеонов! — воскликнула Мира, выпрямившись в кресле, и выронила газету. — И что? — спросил Маркус, улыбаясь, — хочешь поучаствовать в лотерее? А если выиграешь? Не позорь семью, сестрёнка. Та ухмыльнулась в ответ и, подняв с пола выпуск "Пророка", продолжила чтение. — Мне кажется, я отупела и мой интеллект никогда не станет прежним, — сказала она Маркусу, откладывая газету, — ты знал, что у них есть награды для сов? Мерлин, зачем сове награда? Пролетел её день рождения, на который, как обычно, были приглашены друзья Миры и дети друзей родителей, а в этот раз она пригласила ещё и Люциана, сочтя его достаточно близким знакомым. Вскоре в газете наконец появилась статья о Сириусе Блэке. — Мордред, — ругнулся Алоизиус, читая за завтраком газету, — побег из Азкабана. — Что? Ты сказал "побег из Азкабана" или мне послышалось? — удивилась его жена. — Да. Сириус Блэк сбежал.       Чашка Миры выпала из её руки, и со звоном упала на пол, разлетаясь на осколки, и ароматный чай растёкся по ковру, сразу же впитываясь в него. — Пинки всё уберёт, — произнесла Мира медленно.       В этот день по дому летали совы не хуже, чем когда исчез Волдеморт. Мира тоже получила несколько писем от взволнованных друзей. Драко был в шоке, Блейз рад, Гермиона ужасалась, Невилл боялся, но все сходились во мнении, что к побегу причастен Римус, и хоть Мира знала, что это не так, она признавала, что их предположения логичны. "Это конечно хорошо, — была первая фраза письма Блейза, — но когда Римус говорил, что должен помочь Блэку, я думал, он сделает что-то более законное... Зато Блэк теперь на свободе. Как думаешь, где он? Мы должны с ним увидеться! С Римусом, в смысле. Но можно и с Блэком. Или с обоими. Так когда? Гарри будет у вас в июле, так? Можно прямо первого числа. Как думаешь?" "Я уже почти попросил отца помочь! Я весь месяц готовил его морально, чтобы он согласился, но Римус опередил меня. Не ожидал от него такого, он казался... Не таким... Авантюристом. С другой стороны, гриффиндорец, чего от него ждать. Никогда не придёт в голову воспользоваться связями", — писал Драко.       В тот же день Алоизиус и Трифена отправились на Тисовую улицу и, согласно договорённости, забрали Гарри. Стоило ему появиться, Мира потащила друга в его комнату, где выпалила: — Сириус Блэк сбежал из Азкабана! — Что? Как? Когда? — Сегодня ночью, понятия не имею, как. — Римус? Думаешь, он причастен к этому? — Не знаю, не мы же с ним общаемся. Он писал тебе? — Да, но не упоминал Блэка и уж тем более не делился планами, как помочь ему сбежать! И что мы будем делать? — Ничего. Завтра будем отмечать твой день рождения, потом — Блейза. Потом поедем в школу, будем учиться. Потом выпустимся и станем лекарями, аворами, гербологами, художниками или писателями. Может, ещё воскреснет Волдеморт, но это не так важно, как экзамены и оценки по зельеварению.       На следующий день ребята собрались вместе, чтобы отметить день рождения Гарри, и в свободное от развлечений время обсудили сложившуюся ситуацию. — Нам нужно встретиться с Римусом и лично всё обсудить, — утверждал Блейз. — Зачем? Можно же написать письмо, — не понял Гарри. — Это слишком опасно, — ответил Драко, — незаконные вещи не обсуждают в письмах. А вдруг сову перехватят? — Слушайте, я не буду врать родителям или сбегать. Римус взрослый человек, а мы просто дети. Он сам разберётся. Это как с Василиском. Взрослые справятся без нас. Я думаю, наша работа выполнена, мы же показали Римусу, что Блэк невиновен, — возразила Мира. — Мы не будем вмешиваться, только поговорим с ним, чтобы знать, что происходит, — начал Блейз, — интересно же. Просто разговор, Мира. — И мой может помочь, но мы не можем предложить это в письме, так что мы просто поможем двум взрослым людям помочь другому взрослому человеку, а сами не будем вмешиваться, — продолжил Драко, — никуда не полезем, просто посоветуем, ничего не будем делать сами. Хорошо? — Сомневаюсь, что родители отпустят нас на встречу с неизвестным человеком для обсуждения побега преступника. — А мы им не скажем. Нет, не делай такое лицо! Мы абсолютно честно с их разрешения отправимся, например, в Косой переулок с Маркусом. Придётся рассказать ему обо всём, если это принципиально, но можно вырубить его и сбежать. Шучу-шучу, расскажем, он же нас не сдаст! Если всё пройдёт хорошо, то потом можно будет сказать вашим родителям, они смогут помочь, как считаешь? — Ну... — Мира замялась, — звучит не так уж ужасно, но... Я не уверена. Мы точно только поговорим с ним и предложим помощь с амнистией Блэка? И если он согласится, то расскажем родителям и попросим повлиять на Фаджа? И когда они свяжутся, то мы больше не будем вмешиваться в это? Даже не знаю... М-м... Мордред, спрошу у Маркуса. Он взрослый, он разберётся. Ребята согласились на такой вариант и подошли к парню. — Нужно поговорить, — серьёзно сказала Мира, — пойдём. Когда они отошли, Гарри пересказал Маркусу их мысли о невиновности Блэка, сообщил о переписке с Люпином и желании встретиться с ним. — Вы — толпа ненормальных детей без инстинкта самосохранения и мозгов, и то, что вы собрались, может разрушить мир или наоборот, спасти его, и хотя обманывать родителей и вести переписку с потенциально опасным неизвестным человеком — плохо, лучше, я проконтролирую всё и буду в курсе. Так что, да, я пойду с вами, — ответил тот, подумав. — Ура! — воскликнула Мира и повисла на шее у брата.       Она была рада тому, что кто-то ответственный будет с ними, потому что знала, что сама не справится с друзьями, если те решат выкинуть что-то безответственное.       Через пару дней, уже после дня рождения Блейза, Маркус договорился с родителями, и те отпустили детей в Косой переулок. Драко, Блейз, Невилл и Гермиона отпросились у своих, и ребята встретились перед Дырявым Котлом. Маркус поочерёдно аппарировал Миру и Гарри, Гермиона добралась маггловским способом, а остальные вышли из паба, в который попали камином. Они простояли на улице несколько минут, и вдруг из-за угла вышел человек в поношенной мантии. Он подошёл к детям и хрипло произнёс: — Кмх... Доброе утро. — Здравствуй, Римус, — первым ответил Гарри, а остальные синхронно кивнули. — Гарри... Ты очень похож на отца. Наверное, тебе говорили. Вылитый... А глаза, как у Лили. — Да, я знаю. Поттер познакомил Люпина с друзьями, а после тот вздохнул. — Что ж, пойдёмте, — и ребята последовали за ним. Он вёл их по улицам несколько минут, после чего компания зашла в неприметное кафе, где совсем не было посетителей. — Итак, — начал Римус, сев за стол, — я согласился встретиться, потому что знаю, что вы всё равно добьётесь своего. Я вижу это. Вы напоминаете мне нашу компанию в молодости, мы были такими же авантюристами и точно не отстали бы. Задавайте вопросы. — Вы... — начал Блейз, — вы причастны к побегу Блэка? Люпин удивился, но ответил со смешком: — Нет, конечно. Я бы не смог ему помочь, даже если бы захотел... Но, на самом деле, я думаю... — он замялся, — не важно. — Что? — заинтересованно прошептала Гермиона, — у Вас есть подозрения по поводу того, как он сбежал? — Нет, — соврал Римус, — да и не забивайте себе этим головы. Ещё вопросы? — Скажи! — выпалил Гарри, — что ты подозреваешь? — Это не важно, — Люпин уже жалел, что заикнулся о своих мыслях. — Это что-то серьёзное? Почему ты не хочешь нам говорить? Римус нахмурился и просидел в задумчивости пару минут. — Он анимаг, — вздохнув, наконец произнёс он, — незарегистрированный. Я думаю, это могло помочь ему сбежать. — Анимаг? — удивился Невилл, — и в кого он превращается? — В собаку. — Но почему он не сбежал раньше? — спросил Драко, — если он всё время мог воспользоваться этим, почему не сделал? Люпин снова вздохнул. — Не знаю... Я всё пытаюсь понять, почему, но не получается. Разум Сириуса всегда был загадкой, но я не могу представить себе человека, который по своей воле остался бы в Азкабане. — Собака? — оживился Гарри, — Маркус, помнишь ты говорил, что анимаг-собака — преданный друг и не склонный к подлости человек? — Да, — отозвался парень, — но вы же и так знаете, что он невиновен. — Но теперь уверены полностью. И это поможет убедить мистера Малфоя и мистера Флинта в невиновности Блэка. — Что? — вскинул брови Люпин. — Это то, о чём мы хотели поговорить. Мы поговорим с отцами, они повлияют на Фаджа, и он устроит суд, — пояснила Мира. "Конечно, скорее уж Малфой повлияет на него, но содействие отца не будет лишним, даже наоборот, возможно, добавит большей серьёзности. Всё же слова двух состоятельных аристократов, даже если один из них гораздо влиятельнее другого, весомее слов одного состоятельного аристократа, пусть даже такого влиятельного, как отец Драко", — подумала она. — Это очень мило с вашей стороны, но я не могу просить вас о таком. Тем более, мы не знаем, где Сириус и какова его цель. Азкабан сильно меняет людей, многие сходят с ума... Может, он даже не явится на суд. — Но попробовать стоит, — сказал Маркус, — если он и правда невиновен, то независимо от его вменяемости он должен быть свободен. Или остаться жить в Мунго, — он пожал плечами, а Невилл побледнел. — Это... Вы уверены? — Да, — ответил Драко. Люпин благодарно улыбнулся. — Хорошо. Спасибо вам. Это очень... Неожиданно.       Они посидели ещё некоторое время, Римус рассказал, что Питер и Джеймс тоже были анимагами, а когда Блейз спросил, есть ли у самого Люпина анимагическая форма, тот уклончиво ответил, что есть, но не сказал, какая. Вернувшись домой, Мира, Маркус и Гарри сели в кресла в гостиной. — Я поговорю с отцом, вас он всё равно всерьёз не воспримет. Не вмешивайтесь, ладно? — произнёс парень. — Хорошо. Только не забудь сказать, что он мог быть под империусом. И что его анимагическая форма — пёс. Или не стоит? Это незаконно... — Я справлюсь, — Маркус потрепал сестру по волосам, — всё же, несмотря на безответственность и идио... Кхм, авантюризм, ты, не без помощи друзей, естественно, делаешь удивительные вещи. Камень, Василиск, теперь Блэк... — и он вышел из гостиной.

***

Маркус постучал в дверь кабинета отца и, дождавшись приглашения, вошёл. — Привет. Занят? — Не особо. Ты что-то хотел? — Только не ори и выслушай до конца. Сириус Блэк невиновен. Он, скорее всего, его заставили. Я пообщался с его бывшим другом, и он, к слову, считал его преступником все эти годы, так что на меня никто не оказывал влияния с целью помочь убийце. И я не под империусом, я проверил. В общем, если бы вы с мистером Малфоем объединились, вы бы могли заставить Фаджа устроить суд. Это было бы честно, потому что Блэка посадили без расследования... Он никогда не был таким, был резко против Волдеморта и никто не ожидал от него такого. Это похоже на заклятие подчинения. — Маркус Кризаор Флинт, — грозно начал Алоизиус. — Напоминаю, что я совершеннолетний и закончил школу. Ты не можешь больше ругать меня за мои взрослые поступки, — ухмыльнулся парень. — Может, тогда, сам повлияешь на Фаджа? — в том же тоне ответил отец, — хорошо, я не буду отчитывать тебя за подобного рода деятельность, но какого Мордреда ты творишь? И что ещё за друг Блэка? Маркус рассказал отцу историю мародёра, и в конце концов Алоизиус задумчиво произнёс: — Я подумаю об этом... Может, напишу этому Люпину. А ты выпей вот это, — он взмахнул палочкой, и из шкафа вылетела бутылка с зельем, — это от подчиняющих зелий и заклятий. Маркус закатил глаза, но выпил зелье, после чего спустился в гостиную, где нервно заламывала руки Мира и ёрзал в кресле Гарри. — Ну что?! — едва завидев брата, воскликнула она. — Он сказал, что подумает. То есть, согласился, — улыбнулся тот. В самом деле, Мира и Маркус знали, что если отец говорит "может быть", значит, он согласен. Обрадованная Мира вскочила с кресла и обняла брата. Ей показалось, что она услышала хруст, но Маркус был в порядке. До тех пор, пока Гарри не присоединился к объятиям, и уж тогда парень захрипел нечто нечленораздельное. Ребята выпустили его, и Гарри сказал: — Спасибо. Но как мистер Флинт отреагировал на нашу переписку с Римусом?.. — Никак. Я не упоминал вас, я сказал, что с Люпином общался я. Иначе отец бы ни за что не согласился помочь, потому что был бы занят вашим убийством. — Ты взял вину на себя? — спросила Мира. — Какую вину? Я взрослый человек и могу общаться с кем хочу. Никакой вины, я просто немного прикрыл вас. Мира снова обняла его, скрывая выступившие слёзы. — Это так мило, — просипела она, — спасибо.