matter

Первым поздравлением с утра стало СМС от сети магазинов, в которых Матвей уже давно ничего не покупал, но имел активную скидочную карту. Больше всех родных, которые, видимо, забыли о нем, магазин нажелал ему счастья, здоровья, успехов, всех жизненных благ, а главное, подарил промокод на скидку. Немногим позже про него вспомнила и мать, отправив ему коротенькое сообщение с поздравлениями, а потом видео, где она покоряет швейцарские горнолыжные склоны. Гораздо позже, уже почти вечером, про него вспомнила сестра, но тоже отделалась коротким поздравлением.  В восемь вечера, проведя день абсолютно никак, Матвей лежал на диване и думал, как же угрюма его жизнь. Конечно, виноват в этом он сам. Ему стоило бы сказать про день рождения Питеру пораньше, или повторить погромче, или хотя бы намекнуть! Но он решил, что если его не спрашивают, то лучше помалкивать, а теперь сам же страдал от этого. Решив хоть как-то скрасить свое одиночество, он нарисовал забавного зверька, не то хорька, не то мышь, не то енота, в праздничном колпаке и с тортом, и выложил его на свою страничку без подписи. Реакция на это была незамедлительная, но пришла откуда не ждали. Аккаунт Каина Моро, переименованный после суда в Кристиана Адамса и потерявший весомую долю подписчиков, но все еще имеющий рядом с именем официальную галочку и несколько миллионов верных фанатов, оставил комментарий к посту: картинку дряхлого беззубого старика, задувающего свечи на торте. Обычно сдержанный и молчаливый Матвей не смог пройти мимо и отправил в ответ картинку с ребенком, поставленным в угол в качестве наказания. Каина это заметно повеселило и обмен картинками продолжился, пока комментарии под постом не стали походить на спам. - Че тебе заняться нечем, что ли? - это было первое, что услышал Матвей, когда Каин решил позвонить спустя полчаса. - А ты, видать, очень занят?  - Ну, я-то на больничном, мне положено бездельничать. И что, - раздался какой-то хруст, - сколько тебе стукнуло? - Тридцать. Каин подавился тем, чем хрустел, и громко закашлялся. Матвею пришлось отодвинуть телефон от лица. Показалось, что ошметки еды сейчас залетят ему в ухо через динамик. - Извините, дяденька, с вами на «вы». - Ну-ну, начинается! - забормотал Шварц. - Сам-то недалеко ушел, тебе-то уже... Сколько там тебе?  - Двадцать четыре. Будет.  Они замолчали, задумавшись каждый о своем. Матвей подумал, как быстро течет время, ведь ему самому двадцать четыре было как будто вчера. Каин подумал, как же мелкому немцу удается так молодо выглядеть в своем преклонном возрасте, надо бы узнать его секрет, и, если это не имеет отношение к сексу с другими мужиками, воспользоваться им.  - Жаль, что я не попаду на вашу старческую вечеринку, - первым нарушил тишину Каин. - С удовольствием бы поиздевался над тобой, но меня не позвали! Между прочим, обидно.  - Нет никакой вечеринки, - Шварц вздохнул. - Питер уехал на работу, а я... - Чего-о-о?! Как так?! Ты меня обманываешь, чтобы мне не было обидно, да? Не верю! Не может быть!  - Просто я ему не сказал. Точнее, сказал, но он не услышал, потому что я очень тихо сказал. Он казался таким занятым, так что я решил не настаивать, вот и... - Ну ты и дебил! - перебил Каин, уже позабыв, что собирался обращаться на «вы» к старшему. - Питер будет очень расстроен. Нет, сначала он будет очень зол! А потом расстроен.  Подозрения на этот счет у Матвея тоже были. Ему уже неоднократно попадало за то, что он что-то «недоговаривал» Питеру. А уж если Питер узнает все не от Матвея, а от Каина...  - Пообещай только, что ты ничего ему не скажешь! - попросил Шварц. - Лучше я сам.  - Да-да, ничего не скажу, - соврал блондин. - Клянусь! 

* * *

Если неудача Питера копилась целый год и концентрировалась исключительно двадцать четвертого мая, то вот всплеск удачи мог быть в абсолютно любой день в году. Первым делом, встретившись с адвокатом с утра, Питер узнал, что окончательно и безапелляционно выиграл последний суд с Николь, о которой уже давным-давно позабыл. После этого он встретился с Лорой и узнал, что его номинировали на писательскую премию. Уже на этом моменте он подумал: «А вот сейчас я и проснусь!», и даже ущипнул себя, но сон оказался явью.  Весь день дела давались ему легко, а проблемы будто решались сами собой. Вечером же, когда он понимал, что не успеет вернуться сегодня домой и решил снять комнатку в гостинице, девушка за стойкой администратора сказала ему: - Сэр, приносим свои извинения, но у нас не осталось комнат.  Наконец пугающий уровень удачи пришел к своему нормальному значению! Питер выдохнул. - Но вы наш особенный, тысячный гость, поэтому мы предлагаем вам президентский люкс абсолютно бесплатно! «Надо купить лотерейный билет», - тут же подумал Райт. И как только рука потянулась за паспортом, чтобы передать его девушке, телефон в его кармане яростно завибрировал. Пытался ему дозвониться Каин, но быстро сбросил, а следом за ним начал названивать Матвей. Не успел Питер взять трубку, как и этот звонок сбросился, а за ним сразу же повторный звонок от Каина. Случилось либо что-то непоправимое, либо эти двое сошли с ума — выяснять Питер не стал, сразу же организовал созвон на троих. - Ах ты! - заорал Матвей в трубку. - Обманщик, предатель! Питера прошиб холодный пот. Что он успел натворить?.. Вчера все было хорошо, а утром он ушел до того, как Матвей проснулся, и вроде бы не успел ничего сделать. А может, он что-то НЕ сделал? - Но-но-но! - закричал Каин. - Я звонил по исключительно своим делам, к тебе не имеющим никакого отношения. А вот ты! ТЫ!  Поняв, что они ругаются между собой, Питер облегченно выдохнул.  - «Своим делам», - передразнил Матвей. - Как же, как же! Сразу после того, как я попросил тебя молчать, тебе вдруг понадобилось позвонить по «своим делам», вот так совпадение! - Как грубо с твоей стороны мне не доверять! Разве я когда-то сделал тебе какое-то злое зло? Да без меня!.. - Заткнитесь оба! - гаркнул Питер. Замолчали не только эти двое, но и постояльцы гостиницы, проходящие мимо. - Теперь по-одному в порядке очереди. Матвей, что случилось?  - Ничего не случилось. Просто хотел спросить, будешь ли ты сегодня дома. Уже поздно, я переживаю.  - Ой-ой, как стелет, вы послушайте только, - забубнил Каин. - Даже голос свой сделал поприятнее, меньше походит на старую телегу с камнями.  Питер услышал, как Матвей злобно зарычал, как кот. Такие звуки были для него в новинку.  - Ладно, я тебе позже позвоню. А ты что хотел? - в этот раз он Питер обратился к брату.  - А я просто хотел уточнить, помнишь ли ты, когда мой день рождения?  - Конечно помню. В ноябре. А что, уже хочешь подарок?  - А когда день рождения Алекс?  - Да вот недавно же было. Ты ведь тоже поздравлял... У тебя амнезия?  - А когда у Йена? - не унимался Каин. - Да какая, нахрен, разница! - не выдержал Райт. - К чему ты это ведешь?!  - А у Матвея когда день рождения? - спросил брат. Задумавшись, Питер замолчал. В начале их знакомства он даже не подумал спросить об этом. А потом прошло несколько лет и спрашивать было уже довольно неловко... Но и спросить у его родителей тоже было неловко. И в конце концов, так и ни у кого и не спросив, Питер об этом просто забыл.  Матвей многозначительно кашлянул в трубку:  - Я отключаюсь. Дома поговорим.  Каин стойко выдержал минуту траурного молчания, а потом заявил: - Был бы ты моим парнем, я бы тебя уже со скандалом бросил! - Был бы ты моим парнем, я бы уже сдох! - ответил Питер. 

* * *

Бросив ключи на полку, Питер разулся и сел на лестнице, вздохнув. Время на часах перевалило за полночь, а он только вернулся. С пустыми руками. Совершенно измотанный. И надеялся лишь на то, что Матвей уже лег спать.  - С возвращением.  Повернув голову, встретился с Матвеем взглядом. Он вышел из кухни. Слегка лохматый, в помятой футболке, с чашкой чая в руках. Заспанный кот лениво семенил за ним.  - С днем рождения, - сказал Питер. - Ну, - Шварц бросил взгляд на часы. - Formell, он был вчера.  - Да... Извини, я забыл.  - Ты не мог забыть то, чего не знал. Не переживай, я не расстроился. Я бы вообще тебе не говорил, если бы не влез этот... - Подавив в себе злость, Матвей вздохнул. - Как прошел день? Выглядишь уставшим. Питер протянул руку. Матвей шагнул ближе, коснулся его худых длинных пальцев, сплел их своими, теплыми и чуть влажными. Позволил обнять себя и усадить рядом. Питер хотел сказать, что он ужасно устал. Что не хочет никуда уезжать, не хочет ничего делать, не хочет никого видеть. Что хочет просидеть вот так, на лестнице, ночью, в тишине и приятной прохладе, вдвоем, до конца жизни. Но промолчал. Билет на самолет уже куплен, вылет через четыре часа. Он зашел только переодеться и взять вещи.  - Завтра тебя опять не будет? - спросил Матвей, как будто прочитал его мысли.   - Уже сегодня. И завтра. И черт знает сколько еще дней в году меня не будет. - Знаешь, мне больше нравилось, когда ты был бедным и безработным.  Язык не поворачивался ответить. Как Питер мог сказать, что сейчас снова уедет? Нужна ли ему эта чертова премия, нужна ли ему работа? Нужны ли ему его переоцененные графоманские книжки?  - Мне уже пора собираться. - Да, все это было ему необходимо.  - Даже ночевать не будешь?  - Нет. - Все это необходимо, чтобы чувствовать себя полноценным человеком.