Одна неделя

* * *

Два дня прошло с тех пор, как Бетти провела большую часть ночи на коленях на полу ванной; два дня с тех пор, как она прижалась губами к его неровной коже; два дня хихиканья и поцелуев в щеку. Четыре дня они продолжали свою ложь, которую Бетти находила и восхитительной, и ужасной одновременно. Из-за того, что Джагхед был ее собственным эмоциональным телохранителем, Элис воздерживалась от того, чтобы слишком сильно расстраивать свою младшую дочь. Она смогла по-настоящему расслабиться и хорошо провести время в их пляжном уединении. Ужасно, потому что Бетти слишком наслаждалась этой ложью. Джагхед был на ее стороне. Он заботился о ней, беспокоился за нее, даже не спрашивая. Он просто делал это. Вот что больше всего ее беспокоило. Каким-то образом Джагхед знал, что ей нужно, и предоставлял это без вопросов А потом, появился шрам. У Бетти были свои тайные шрамы, но знание того, что такой замечательный человек мог быть результатом того, что из его тела вырезали тату, давало ей странное чувство надежды, что она не так сломлена, как думала. Может быть, несмотря на боль, которую она испытывала по отношению к своей семье, и ногти, которые могли врезаться в ее ладони, она тоже могла быть чем-то замечательным. Бетти ворочалась во сне, положив голову на плечо Джагхеда. В ответ его рука на ее спине напряглась. Они оба быстро поняли, что нет смысла пытаться держаться по разные стороны кровати. Их комната уже была ярко освещена утренним солнцем, и она знала, что скоро дети будут кричать, требуя внимания Джагхеда. Джейсон должен был приехать cегодня, и они уже были взвинчены ожиданием встречи с отцом. - Джагхед? - Она подняла руку и легонько ударила его в грудь. Из глубины его горла вырвался глубокий звук. - Нам нужно вставать. Почему? - простонал он, ерзая на подушке и глядя на нее затуманенным взглядом. Бетти изо всех сил старалась не смотреть на завитки у него на лбу. - Почему ваша семья настаивает на том, чтобы просыпаться ни свет ни заря? - Дети взволнованы. - Она плотнее закуталась в одеяло, вздохнула и снова закрыла глаза. - Джейсон будет здесь сегодня. - Правильно. Богатый, ничем не занятый муж Полли. - Перестань, - упрекнула она, уткнувшись в одеяло. - Ты должен быть милым. Раздался еще один низкий стон. - Мне бы хотелось еще пять минут поспать. Она не успела ответить. Дверь спальни распахнулась, и Бетти резко выпрямилась, когда на кровать упали два маленьких тела. Джагхед громко охнул рядом с ней, когда Дагвуд приземлился ему на живот. Она даже не могла понять, что они кричат. Это была смесь крика на Джагхеда, что уже утро, и просьбы поиграть с ними. Под грудой корчащихся, кричащих тел он искоса улыбнулся ей. Бетти легко ответила ему тем же. - Пойду принесу тебе кофе. Через пять минут после прибытия мужа Полли Джагхед решил, что он ему не нравится. Трудно было точно определить, что именно было в Джейсоне Блоссом такого, что не нравилось ему. Он пришел вскоре после завтрака, веселый и полный радостных приветствий. Он обнял детей и чмокнул Полли в щеку, как сделал бы любой хороший муж. Бетти одарила его широкой улыбкой, еще более фальшивой, чем та, которую Джагхед наблюдал, когда она одарила свою мать, и с гордостью представила его. Только когда взрослые расселись, наблюдая за детьми, играющими на песке, Джагхед понял, что ему не нравится. Он был полным придурком. Джагхед молчал, пока все болтали вокруг него. Бетти сидела на скамейке рядом с ним, поджав под себя ноги и опираясь на его руку. Джейсон полностью завладел вниманием обоих родителей: ее мать, ласково смотрела таким взглядом, какого он никогда не видел у нее на лице и Бетти и ее отец уставились за него с застывшей челестью. И снова Джагхед почувствовал благодарность к Хэлу Куперу. - Итак, Джагхед. Чем же ты занимаешься? - Все взгляды устремились на него в ответ на вопрос Джейсона. Рыжеволосый сидел, откинувшись на спинку шезлонга, и ухмылялся ему через маленький столик. - Полли мне ничего о тебе не рассказывала. - Он пишет, - объявила Бетти, и ее улыбка сменилась чем-то подозрительно похожим на гордость. - И он очень хорош. Скоро он получит еще один диплом. - Бетти, дорогая. Хвастаться невежливо. - сказала мать, натянуто улыбаясь. - Но я просто... - Дорогая, пожалуйста, - перебила ее мать. Рука Джагхеда напряглась у нее на плече. - Джейсон только что вошел в дверь. Позволь ему говорить, пожалуйста. - Пишешь, - повторил Джейсон, медленно кивая, полностью игнорируя взаимодействие между матерью и дочерью. - Я никогда не беспокоился о школе. В этом не было никакого смысла. - Конечно, нет, - согласилась Элис. - Не тогда, когда ты из такой семьи, как твоя, Джейсон. Полли вскочила, ее собственная рука обвилась вокруг мужа, когда она просияла. - Джагхед очень хорошо ладит с детьми. Они оба без ума от него. Разве это не мило, мама? - Очень. - Ее глаза опасно метнулись к Джагхеду, который держал себя в руках, делая глоток воды. - Полагаю, ему понадобится практика. Может быть, к Рождеству у меня появится новый внук. Вода попала не в то горло. Кашляя и отплевываясь, Джагхед едва замечал протесты Бетти рядом с ним. - Мама! Мы даже года не прожили вместе. Никто больше не подарит тебе внуков в ближайшее время. - Ее лицо покраснело. Джагхед не знал, от смущения это или от гнева. Он снова закашлялся, и одна из ее рук скользнула по его спине. - Не думаю, что мы готовы к детям. - Я этого и не говорила. Я только хотела сказать, что меня не удивит, если... ну, у тебя будет маленький сюрприз. Он не понимал, что происходит. Как Элис удалось превратить невинный разговор о работе в несуществующую безответственность Бетти, было умопомрачительно. Стоявшая рядом с ним Бетти практически дрожала, ее маленькие руки сжались в кулаки. - Серьезно, мам? Маленький сюрприз? Ты действительно думаешь, что я когда-нибудь появлюсь беременной и незамужней? - Элизабет, успокойся. Все, что я имела в виду, основано на компании, которую ты держишь, неожиданный внук не был бы таким уж неразумным. - Компанию которую я держу? - Джагхеду не нужно было спрашивать, чтобы понять, что ее мать говорила о нем. Это было очевидно. Как бы это ни раздражало его, ему было все равно. Элис всю неделю стреляла в него, а он не позволял ей до него добраться. Бетти, однако, кипела рядом с ним. Успокаивающие круги, которые он делал большим пальцем на ее коже, больше не действовали. - Могу я поговорить с тобой?

* * *

Бетти не могла вспомнить, когда в последний раз была так зла. Однажды, на собрании группы поддержки в старшей школе, ее мама громко прокомментировала, что Бетти должна пропустить ужин в тот вечер, чтобы "выглядеть как другие девочки". Еще один раз, она заняла второе место на городском конкурсе орфографии, и вместо того, чтобы улыбнуться серебряной ленте, она спросила Бетти, почему она так гордится неудачей. Оба раза она провела вечер в своей комнате, не обращая внимания на капли крови, падающие с ее ладоней, и постоянно напоминая себе, что любит свою мать. Теперь она решила открыто оскорбить одного из самых самоотверженных людей, которых она знала, и она не потерпит этого. Дверь родительской спальни захлопнулась, и мать вошла следом. Из окна доносились отдаленные крики играющих детей, но Бетти не обращала на них внимания. Кожа на руках уже начала гореть. - Так что же такого в моей компании, что заставляет тебя думать, будто я настолько безответственна? - резко спросила она, поворачиваясь к ней лицом. -Почему ты считаешь необходимым уничтожить его на глазах у всех? Бетти, пожалуйста, - ее мать закатила глаза. Она сжала кулак. - Ты слишком драматизируешь. Я не знаю, в какую игру ты пыталась играть, приведя его сюда, но ты сделала свое дело. Если ты хочешь встречаться с каким-нибудь язычником из низшего класса, я не могу тебя остановить. Это то, что ты хотела, чтобы я сказала все это время? Я больше не могу контролировать то, что ты делаешь. - Джагхед добр ко мне, - слова вырывались сквозь стиснутые зубы. Что-то мокрое потекло по ее щеке. - Он заботится обо мне. - Насколько я знаю, ты хочешь думать, что я глупа, но это не так, - заявила ее мать. - Мы оба знаем, что ему не уделили бы столько времени, если бы ты не пыталась что-то доказать. Поздравляю. - Это неправда. - Бетти сделала шаг ближе, выплевывая слова. - Если ты не начнешь быть с ним вежливой, клянусь Богом, я уйду прямо сейчас, мама, потому что он останется здесь. Он будет здесь Рождественским утром и зажжет фейерверк четвертого июля. Просто так оно и будет. Так что либо приходи в себя, либо я ухожу, потому что я люблю Джагхеда. Он никуда не денется. Бетти вылетела из комнаты, серьезность ее слов еще не улеглась. Ее руки были слишком теплыми, и она была уверена, что несколько случайных слез упали из ее глаз. Она собиралась пойти в их комнату, вымыть лицо и успокоить дыхание, чтобы эта ссора была забыта, как и все остальные. Если повезет, ее мама будет держать рот на замке насчет Джагхеда. Она не могла поверить её обидным словам, и Бетти сходила с ума от мысли, что кто-то может говорить о нем такие вещи. Прежде чем она успела метнуться в свою комнату, Бетти ударилась о твердую теплую грудь. Она отпрыгнула назад, поняв, что наткнулась прямо на Джагхеда. Он смотрел на нее сверху вниз, и в его унылом взгляде было что-то такое, чего она не могла понять. - Черт, извини, - она старалась говорить бодро, поспешно вытирая глаза. - Я вернусь через... Одна из его рук метнулась вперед и схватила ее за запястье. Бетти ахнула, с внезапным ужасом осознав то, что он увидел. Кровь, капающая с ее ладоней, осталась незамеченной. В гневе она не почувствовала, как с ее пальцев слетели мелкие капли. Джагхед открыл рот и сдвинул брови. Бетти попыталась вырвать свою руку из его хватки, но та едва шевельнулась. - Джаг, не надо. - Ты сама сделала это с собой? - Его голос, казалось, не принадлежал ему. Это было что-то низкое и требовательное, чего она никогда раньше от него не слышала. Он схватил ее за другое запястье, прижимая оба к груди. - Блять, Бетти. Ты это сделала? - Я ничего не могу поделать, - она снова заплакала. Она снова потянула руку, но он не отпустил. Его ноздри раздулись, а челюсть сжалась. - Иногда она меня так расстраивает... - Ты сделала это из-за своей мамы. - Бетти не ответила. Джагхед наполовину вел, наполовину тащил ее за запястья в их комнату, хлопнув дверью так сильно, что задрожали стены. В считанные секунды он засунул ее кулаки под кран с холодной водой. Кожа горела, но лишь слегка. Она по-прежнему ничего не говорила, чувство страха скрутило ее изнутри. Теперь все было разрушено. Он видел ее шрамы. Все, что они построили за последние несколько дней, должно было рухнуть. - Господи, Беттс. Как давно ты этим занимаешься? - Не знаю, - честно пробормотала она. Вода все еще была розовой. Она не могла заставить себя посмотреть ему в глаза. - Наверное, со средней школы. - Он выключил воду и обернул ее руки чистым полотенцем. Его руки продолжали сжимать ее руки, но Бетти по-прежнему смотрела в пол. - Моя мать просто действительно проникла мне под кожу... - Я слышал, что ты сказала. Бетти промолчала, наконец подняв голову. Он смотрел на нее все тем же печальным взглядом, в его глазах вспыхивало что-то неузнаваемое. Внезапно то, что она сказала матери, сильно поразило ее: любовь. Обещания вечности. - Я не хотел. Окно было открыто, а потом я вошел и нашел тебя. Я тоже слышал, что она сказала, - продолжал он. Большой палец погладил её по костяшке, и Бетти вздохнула. - Ты не должна позволять тому, что она сказала, задевать тебя. Это правда, Бетти. Меня бы здесь не было, если бы ты не пыталась ей что-то втолковать. - Джагхед... - Так и есть. Поверь мне, я не могу поверить, что ты так сопротивлялась ей, только ради меня. Но не терзай себя из-за чего-то фальшивого. Помни, что все это закончится в конце недели. Это было больно. Больше, чем ногти, впивающиеся в ее кожу, или оскорбления ее матери. Его слова глубоко ударили ее в грудь. Бетти не знала, что у них было; была ли это дружба или что-то большее, но она определенно не думала, что это было фальшиво. Несмотря на это, она поймала себя на том, что кивает и делает глубокий вдох. - Правильно. Все это только притворство. Джагхед перевязал ей раны, поцеловал руки и повел Бетти обратно к семье, как будто все было нормально. Она улыбалась, шутила с Джейсоном и нежилась на солнышке с сестрой. Появилась ее мама, вся веселая и вежливо беседующая со всеми. Джагхед, однако, не мог оторвать глаз от бинтов на руках Бетти. Он знал, что дома ей приходится нелегко. Он представил себе маленькую Бетти, сжимающую кулаки в крови, в то время как над ней звенел снисходительный голос ее матери. Его от этого тошнило. Еще хуже было, когда это было из-за него. Все, что утверждала ее мама, было правдой. Он не был тем, кем была Бетти, и единственная причина, по которой она взглянула на него, заключалась в том, что он был единственным, кто мог обмануть ее родителей. Если бы кто-то еще был свободен, Джагхеда бы там даже не было. Он знал, что за время путешествия они с Бетти подружились. Но её признание в любви к нему было только для того, чтобы разозлить маму. Вот зачем нужна была эта поездка: бесить ее маму. И джагхед постоянно напоминал это себе. Ужин проходил в непринужденной обстановке на террасе, когда заходящее солнце бросало оранжевые блики на воду. Никто не упоминал ни о пластыре на руках Бетти, ни о криках, доносившихся из спальни. Они все тоже только притворялись. После того, как все легли спать, Джагхед снова обнаружил, что смотрит фильм, а Бетти свернулась калачиком рядом с ним. Именно она предложила это, заявив, что еще не устала. - Почему мы не делали этого раньше? - Он оторвал взгляд от мигающего экрана и перевел его на блондинку, которая насмешливо смотрела на него. В ответ он приподнял бровь. - Давай, Джаг. Почему мы этого не делали? - О чем ты говоришь? - Мы никогда... - она указала на телевизор, стоявший перед ними, - не делали этого раньше. Не тусовались. Я знаю тебя уже три года, и мы никогда ничего не делали вдвоем. Он знал почему. Потому, что он был задумчивым бывшим членом банды, а она - опрятной черлидершой. Они были клише любовного романа, ожидающего своего часа. В реальном мире, однако, все было не так. В реальном мире он мог встречаться с ней только для игры. Вместо этого он пожал плечами. - Я не знаю. Ты никогда не приглашала меня посмотреть с тобой кино. - Ну, если я скажу, когда мы вернемся, ты согласишься? - Теперь настала его очередь смущенно посмотреть на нее. Он почти подумал, что она покраснела, когда начала заикаться. - Я имею в виду, мне просто очень нравится тусоваться с тобой, я не думаю, что это должно закончиться только потому, что мы больше не фальшиво встречаемся. - Конечно, Беттс. - Джагхед ответил легко, но его сердце бешено колотилось. - При одном условии. - Он взял ее забинтованную руку и поднес к своей груди. Он услышал, как у нее перехватило дыхание. - В любое время, я имею в виду, в любое время, когда ты почувствуешь, что это произойдет, ты позвонишь мне. - Я не хочу беспокоить тебя этим. - У нас у всех есть свое дерьмо, Беттс. - Он заметил, как ее взгляд метнулся к шраму на его плече. - Если мы теперь друзья, я не позволю тебе пройти через это в одиночку.