Одна неделя

* * *

Все началось довольно невинно. Был четверг, последний вечер, когда Джагхед и Бетти оставались с её семьей, и обе сестры Купер уже смирились с неизбежной разлукой. Из того, что он мог видеть, независимо от того, насколько неблагополучной Бетти считала свою семью, она очень любила свою сестру и ее детей. Ему было грустно думать, что они снова разлучатся меньше чем через двадцать четыре часа. Потом у Полли появилась великолепная идея, как провести их последнюю ночь вместе, и у Джагхеда не хватило духу сказать ей, что он предпочел бы утопиться в океане, от которого они были в десяти футах. Вот так он и оказался в их с Бетти комнате, натягивая свою красивую рубашку на пуговицах, которую надевал на ужин в начале недели, чтобы вечером пойти в бар с Полли, Джейсоном и Бетти. Элис и Хэл с энтузиазмом согласились присматривать за детьми. Джагхед не был уверен, было ли это потому, что они просто всегда были рады провести время со взрослыми или просто устали проводить каждую минуту с молодыми родителями. — Я могла бы сказать, что у меня снова болит живот, — крикнула Бетти из ванной. Дверь была слегка приоткрыта; пар просачивался из душа, из которого она только что вышла. — Я не думаю, что он может снова заболеть спустя три дня. — отозвался Джагхед. Он взглянул в зеркало, провел рукой по волосам и подумал, не стоит ли попытаться их поправить. Это было забавно. До этой недели он никогда не задумывался о своих волосах. — Все в порядке, Беттс. Мы можем пойти. Она высунула голову из двери. Влажные волосы прилипли к ее лицу, и одна рука вцепилась в полотенце, которое он мог только мельком увидеть. Никогда в жизни Джагхеду не было так трудно поддерживать зрительный контакт. — Клянусь, мы можем отменить. Я не буду злиться. — Бетти. — Теперь это было почти больно, когда слова сорвались с его губ. Это было напоминание о неизбежном. — Мы можем идти. Она улыбнулась, и ему потребовалось все его самообладание, чтобы не высказать все мысли, которые он думал о ней за последние шесть дней. Джагхед понимал, что теряет самообладание. Он всегда считал Бетти красивой и доброй, но теперь все изменилось. Он и представить себе не мог, что всего за шесть дней его мысли о ком-то настолько изменятся, что он увидит, какой храброй и искренней может быть Бетти Купер. Его убивала мысль о том, что на следующий день они снова будут почти не видеться. Бетти хотела тусоваться с ним, но Джагхед знал, что он хочет гораздо большего. Примерно через пятнадцать минут Джагхед стоял, прислонившись к кухонному столу, лишь слегка обращая внимание на Дагвуда, ползущего позади его ног, ожидая вместе с Джейсоном, когда девочки закончат собираться. Было уже поздно, дети были уже в пижамах, а Элис и Хэл сидели за столом усталые. Джагхед прекрасно знал, почему Элис еще не легла. — Детка! -почти крикнул Джейсон. — Мы свободны только на одну ночь! Поехали! Обе девушки, наконец, появились, и Джагхед должен был сознательно убедиться, что его челюсть не упала. Он думал, что белое бикини было плохо, но то, что Бетти решила надеть на их вечер, было намного хуже. На ней было очень короткие джинсовые шорты, обнажающие ее слегка загорелые, подтянутые ноги. Майка, которая была на ней, мерцала и останавливалась достаточно коротко, чтобы обнажить небольшой кусочек ее живота. Ее макияж тоже был другим. Хотя Джагхед думал, что она была красива без него, макияж вокруг ее глаз был темным и затеняющим, заставляя ее глаза светиться. Он не знал, как пережить этот вечер. — Извини, — пробормотала она, подходя и становясь прямо перед ним. Она сжала одну из его рук, сложенных на груди. — Полли настояла на том, чтобы сделать мне макияж, и это заняло целую вечность. Краем глаза он увидел, что Элис открыла рот, но Джагхед опередил ее. — Ты такая красивая, Бетти, — прошептал он и, наклонив голову, нежно прижался губами к ее губам, больше не притворяясь. Джагхед расплатился с барменом, протягивая Бетти и Полли их фруктовые, красочные напитки, прежде чем схватить свое пиво. Место было переполнено отдыхающими, как и они сами, наслаждающимися ночью, музыкой и выпивкой. Проталкиваясь сквозь толпу, он позволил свободной руке блуждать по пояснице Бетти, помогая ей ориентироваться в толпе людей в поисках свободного столика. Джагхед едва ощутил маленький кусочек обнаженной кожи. Они быстро нашли столик, за которым сидел Джейсон. Как только Джагхед сел, музыка сменилась чем-то, против чего он протестовал в средней школе. Полли взвизгнула, и прежде чем Бетти успела произнести «Мне жаль», Джагхед увидел, как ее сестра потащила ее на танцпол. Он не возражал. Это была последняя ночь Бетти с сестрой, и он не собирался её портить. — Чувак, я должен отдать тебе должное, — Джейсон сделал большой глоток, наблюдая за их удаляющимися фигурами. — Я не думал, что кто-нибудь когда-нибудь заставит Бетти гребаную Купер не быть таким тугим комком. Джагхед замолчал, допивая пиво. Мускул на его челюсти дернулся. — Что ты сказал? — Чувак, серьезно, ты должен был видеть ее в старшей школе, — Джейсон откинулся на спинку стула, не обращая внимания на руки Джагхеда, опасно сжимающие бутылку. — У нас был список, каждый семестр мы оценивали девушек. Ну, знаешь, лучшая задница, самое горячее лицо…и все самое основное. Так или иначе, Полли и ее младшая сестренка были там, но Бетти всегда совала туда свой нос. Она была настоящей стервой. — Он сделал еще один большой глоток. — Впрочем, спасибо тебе, парень. Похоже, она наконец-то немного повеселилась. Он не знал, что сказать. На самом деле, Джагхед мог придумать несколько вещей, чтобы сказать, и многие из них были бы сказаны, но зная, что, это хотя и доставит удовольствие, ничем хорошим это не кончится, Джагхед постарался, чтобы его голос звучал ровно. — Полли никогда не жаловалась на список? — Неа. Вот так мы и сошлись. Я поставил ее на третье место, в младшем классе, и она подумала, что это было мило. Джагхед сделал большой глоток пива и наклонился, пытаясь разглядеть Бетти в движущейся толпе. Ему нужно было сбежать от Джейсона, прежде чем он убьет его. Через мгновение он увидел, как она покачивает бедрами рядом с сестрой. Он на мгновение забыл об парне Полли, сидящем напротив него, и слегка улыбнулся, глядя на нее так беззаботно. Ее глаза встретились с его, и ее улыбка изменилась от широкой и веселой до внезапно озорной. Ухмылка Джагхеда стала еще шире, когда она поманила его пальцем, но он покачал головой. Он не был большим любителем выпить, а также не был и танцором. Она насмешливо надула губы, ее бедра все еще двигались в такт музыке. Когда он покачал головой, ее внимание вернулось к сестре. Джейсон продолжал говорить о старшей школе, но Джагхед легко отключился от него, потягивая пиво и наслаждаясь наблюдением за Бетти. Он никогда не признался бы вслух, что это было что-то большее, чем радость видеть, как она так веселится, но он не мог лгать себе, что его внутреннему мужчине нравилось смотреть, как она двигается в таких коротких шортах. Опасно короткие шорты. Ему не нравилось думать, что в школьные годы ее публично судили за внешность. Бетти действительно выглядела потрясающе, но она была намного больше, чем это, и у него закружилась голова от осознания того, что он получил привилегию когда-либо встретиться с ней. Джагхед жалел, что не мог защитить ее от мудацких движений мужчин. Похоже, он получит свой шанс. Как раз в тот момент, когда Джейсон описывал тело Полли до беременности, к Бетти на танцполе подошел мужчина. Не то чтобы Джагхед не понимал, что Бетти не сможет справиться сама. Он прекрасно понимал, какой вспыльчивой может быть Бетти Купер, но не мог заставить себя думать ясно, когда рука незнакомца обняла ее за талию. Не успел он сообразить, что делает, как пиво Джагхеда грохнулось на стол и двинулся сквозь толпу к Бетти. Он подошел к ней как раз в тот момент, когда она напряглась, отталкивая мужчину. — О, извините, нет… Как только его рука обвилась вокруг ее талии, разворачивая Бетти лицом к своей груди, Джагхед бросил незнакомцу ухмылку, прежде чем взглянуть на свою блондинку. Ее лицо сменилось легким ужасом, а губы расслабились в улыбке, которую он так полюбил, и рука, не державшая бокал, обвилась вокруг его шеи. — Привет, малыш! — Она поздоровалась слишком драматично, явно разыгрывая спектакль для мужчины, который наконец-то начал отступать. Джагхед был счастлив подыграть ей, стараясь соответствовать движению её бедер. Он наклонился и коснулся лбом ее лба. — Я думала, ты не станешь со мной танцевать. — Я передумал. Хм, — вздохнула Бетти, ее ресницы затрепетали. Ее тело было невероятно близко к нему. Часть его знала, что он должен бежать, но вместо этого он усилил хватку. — Ты такой милый, когда ревнуешь. — А ты немного навеселе, — усмехнулся он. Огни над ними заставляли ее волосы светиться. — Хорошо себя чувствуешь? — Я не настолько пьяна. — Бетти закатила глаза, но крепче прижалась к нему. Джагхед был совершенно уверен, что он перестал дышать. Полли исчезла, очевидно, пригласив на танец своего мужа. — Развлекаешься с Джейсоном? — Да, какое-то настоящее братское время. — Это прозвучало еще более отвратительно, чем он хотел. Ему не нужно, чтобы Бетти знала, как ужасно он проводит время. — Просто мне больше нравится быть с тобой. Пока они танцевали, в глазах Бетти мелькнуло что-то, чего он не узнал. Он видел это несколько раз во время их путешествия; в их первый день на пляже, когда он поймал ее взгляд, играя с детьми, когда он взял ее салат и поменял его на свой гамбургер и неся ее больное гриппом тело обратно в их общую постель. Это заставило его тяжело сглотнуть, чувствуя, как ухмылка, которую он так часто носил, дрогнула. — Джаг, — Он почти не слышал ее из-за музыки. — Мне тоже нравится быть с тобой. Я тут подумала… — Боже мой! Это ты! — Визг раздался рядом с ними. Из толпы протиснулась блондинка, пролив половину своего напитка на других танцоров. Ее голос был невнятным, макияж размазан, а платье, которое она носила, оставляло много места для воображения. Небрежно накрашенные красные ногти вцепились в его руку, обнимавшая Бетти. Джагхед задумался, что же такого он сделал в жизни, чтобы заслужить прерывание текущего разговора. — Как проходит твой отпуск? — Э-э… — Он задумался, где видел ее раньше и откуда она знает, что они в отпуске. Была ли она официанткой в ресторане? Или однажды на пляже? — Джагги. — Голос Бетти был резким, когда она переводила взгляд с одного на другого. Ее брови сошлись на переносице. — Ты ее знаешь? — Нет, — быстро ответил он. Накрашенные красные пальцы все еще сжимали его рубашку. — Понятия не имею… — Знаешь! Ты пришел в аптеку, где я работаю. Я знаю, что это был ты! Это было похоже на середину ночи, и ты был самым горячим парнем за весь день. — Правильно. Я покупал лекарство для своей девушки. — Джагхед попытался выговорить последнее слово, но оно не доходило до ее заполненного алкоголем мозга. — Эй, мы пытаемся танцевать… — Нет, нет, нет. — Это был ужасно раздражающий скулеж, сорвавшийся с ее губ. Он почувствовал, как рука Бетти на его шее напряглась. — Тебе обязательно надо посидеть со мной и моими друзьями. Мы только что закончили… Это произошло прежде, чем он смог остановить это. Рука Бетти мелькнула, ударив по стакану девушки, выбивая его прямо из ее руки. Он летел, окутывая ее каким-то зеленым веществом, которым она решила убить клетки своего мозга той ночью. Джагхед постарался не рассмеяться. Его кулак сжался перед ртом, подавляя потрясенную улыбку, которая вспыхнула на его лице. Бетти, с другой стороны, выглядела вполне довольной своей работой. Ее озорная ухмылка вернулась, и прежде чем девушка успела оправиться от шока, Бетти повернулась к нему. — Пойдешь со мной на прогулку? Они практически выбежали из бара. Когда они добрались до безопасной темной улицы, Джагхед издал сдержанный смешок, в то время как Бетти прикрыла рот рукой, оглядываясь назад. — Не могу поверить, что я действительно это сделала. О Боже, Джаг. Это было так подло! Они медленно двинулись по улице. Все маленькие магазинчики были закрыты. До дома было совсем немного, но Джагхед не торопился. — Все будет хорошо, Бетс. Ты такая милая, когда ревнуешь. Хотя она бросила на него взгляд, ее улыбка исчезла и она взяла его под руку. — Я никогда раньше не делала ничего подобного. — Я не жалуюсь, — признался Джагхед. — Она действовала мне на нервы. — Я могу сказать. — Бетти еще сильнее прижалась к нему. От нее пахло выпивкой и чем-то сладким, наверное, шампунем. Он глубоко вздохнул. — Что ты не слишком высокого мнения о Джейсоне. Это хорошо, я тоже не очень, но я просто хотела, чтобы ты знал, что я заметила. — Он рассказал мне о списке. — Он не хотел говорить правду. На самом деле Джагхед не собирался рассказывать ей все, что знал, но казалось неправильным не иметь веской причины так сильно его не любить. — Тот, что в старшей школе. Ты должна знать… Джагхед не мог придумать, как это сформулировать. Каждая фраза, приходившая ему в голову, была слишком похожа на признание в любви; определенно не то, что он пытался донести до нее в данный момент. — Что? Он сделал еще один глубокий вдох, и они продолжили свой медленный путь. Он чувствовал, как ее глаза прожигают его. — Ты должна знать, что стоишь гораздо больше, чем такое дурацкое дерьмо. Я знаю, что твоя мама сумасшедшая насчет того, как ты выглядишь, и теперь, зная, что люди говорили тебе тогда, мне просто нужно, чтобы ты поняла, что в Бетти Купер, которую я знаю, есть гораздо больше, чем красивое лицо. Когда он опустил глаза, у нее было такое же выражение лица, когда она со слезами обнимала его после их первого ужина, когда он был единственным, кто заступился за нее. Она тихо рассмеялась. — Ты думаешь, я красивая? — Я думаю ты красивая. Когда она остановилась, Джагхед забеспокоился, что сказал слишком много. Он начал извиняться, надеясь поспешно отступить и избавить их от некоторой неловкости, но затем его разум затуманился, когда ее маленькие руки схватили его за воротник рубашки. У Джагхеда было около секунды, чтобы осознать, что происходит, прежде чем ее рот прижался к его, ее собственные глаза закрылись, и он сделал то же самое. Ему было все равно, что они находятся посреди общественного тротуара. Его руки сжались вокруг ее тела, притягивая Бетти к себе, когда ее язык скользнул по его нижней губе. На вкус она была как водка и сахар, сочетание, которого он никогда не жаждил до этого момента. Их дыхание смешалось, губы теперь кусали и покусывали друг друга. Вне его контроля рука двинулась к ее шее, пытаясь заполнить любую пустоту между ними, которая еще не была заполнена. — Джаг. — Губы у нее распухли, щеки покраснели. Она разделила их, но они все еще оставались слишком близко друг к другу. Его большой палец мягко коснулся ее подбородка. — Именно об этом я и хотела с тобой поговорить. Это — все, что у нас есть… — О, слава Богу, — простонал он, наклонившись, чтобы снова поцеловать ее. Джагхед держала ее лицо, стараясь не думать слишком много о том, что происходит. Если бы он это сделал, то убедил бы себя, что это нереально; что это просто притворство, как и раньше. -Я хотел тебе сказать, я не притворялся. По большей части нет. — Я тоже. — Последовал еще один поцелуй, на этот раз в нижнюю челюсть. Он подавил стон. — Мы потеряли столько времени… — Прежде чем поцелуй стал слишком глубоким, она снова отстранилась, тяжело дыша ему в грудь. — Джаг, отвези меня домой. Ему не нужно было повторять дважды. Они держались за руки, Бетти нетерпеливо схватила его за руку и вприпрыжку прошла мимо других туристов. Никого не волновало, что они полностью бросили Джейсона и Полли в баре. Пока они шли возле бара, Бетти танцевала пальцами по его руке, Джагхед все ждал, когда его разбудят и скажут, что девушка из снов не просто потребовала, чтобы он отвез ее домой, чтобы сделать то, что он мог только вообразить. Наконец-то все будет хорошо. — Джагхед Джонс? Кровь в его жилах превратилась в лед. Он знал этот голос. Однако прошло уже много лет с тех пор, как он его слышал. Последнее, что он помнил об этом, было то, как его прижимали к грязному полу бара, когда ржавый нож пронзил его плечо и срезал с него змею. Повинуясь инстинкту, Джагхед схватил Бетти, повернулся и дернул ее за собой. Ее тихий вздох удивления остался незамеченным. Должно быть, она знала, что нужно молчать, потому что ничего не сказала, пока Джагхед смотрел на группу, мимо которой они только что прошли. Он понял, что знает каждого из них. Большинство из них выглядели безразличными. Некоторые, как Свит Пи и Клык, которые были самыми близкими его друзьями, выглядели почти грустными, увидев его. Они едва смотрели ему в глаза. Владелец голоса, который позвал его, вышел вперед. Она улыбалась. Это был отвратительный взгляд, который Джагхед всегда ненавидел. Всякий раз, когда она была счастлива, это обычно означало, что должно произойти что-то плохое. Темная кожа все еще свисала с ее плеч, и каблуки ее ботинок цокнули, когда она сделала шаг ближе, внимательно изучая его. — Джагхед Джонс, — повторила она. Насмешка росла. — Я так и думала, что это ты. — Привет, Пенни.