Знак согласия

- Ну раз уж все так благополучно завершилось... Джим, может выпустишь нас уже отсюда? Гордон развернулся к вздернувшему нос Пингвину. - На этот раз, Освальд, придется отвечать по закону. Кобблпот вцепился в прутья решетки. - До выступления на баррикады ты обещал помилование, Джеймс Гордон! Или счастье от получения поста комиссара отбило у тебя память? Или честность? Нигма злобно помрачнел. Его жутко раздражали визгливые жалобы Освальда. Однако он признавал, что порой это работало. Ведь крокодиловы слезы льют опасные крокодилы. Сам Эдвард пытался изображать достойное спокойствие, но глухой скрип кожаных перчаток от сжимаемых кулаков был слышен. Гордон нахмурился. - Вот именно. Ты говорил о помиловании в отношении преступлений, совершенных до выступления на баррикады. И я дал тебе уйти. Но как видно, ты этого не оценил, решив, что можешь продолжать в том же духе, - Гордон выдохнул. - Готэм попал в этот ужасающий карантин из-за невозможно высокого уровня преступности. И ты прав, сейчас я счастлив, что на новом посту волен наводить такой порядок, чтобы подобного не повторилось. С этими словами Гордон сотоварищи развернулись, оставив замолчавших арестованных в камере. После их ухода Нигма сидел неподвижно целый час. Он перебирал варианты побега, но все они были несостоятельны. Нужно было больше времени, больше наблюдений. Меньше глаз. Освальд к его удивлению все это время молчал, слепо уставившись в двери участка. Раньше Эдварда это бы устроило, но теперь тишина звенела взаимным разочарованием, мешая сосредоточиться. Наконец, он резко поднялся, заставив Пингвина вздрогнуть, и поправил полы пиджака. - Я не собираюсь гнить в тюрьме из-за этих мелких людишек. - Ты и не будешь, - Освальд устало потер лицо, но охнул, в забывчивости потревожив рану под повязкой. - Тебя, а точнее, вас обоих, отправят в Аркхем. Нигма застыл. - Но у меня ведь есть удостоверение о психическом здоровье. - Заикнешься о нем и, скорее всего, заодно столкнешься с делом о фальсификации. Документацию времен нашего правления в мэрии не очень-то жалуют в полиции. Так что даже юридически тебя сочтут сомнительно вменяемым. Или назначат повторную медицинскую экспертизу. А там один исход, ведь самолюбование «восходящей звезды преступного мира» внутри тебя никуда не заткнешь, как ни старайся. Эдварда видимо передернуло. - Я не вернусь в Аркхем! Я не сумасшедший! Я гениальный преступник! Освальд вздохнул. - Гордону плевать. И всему Готэму тоже. Все, что не мотивировано жаждой наживы или разборками, они считают странным. А еще проще - безумным. - Но на этот раз моей целью было исключительно золото! Освальд с невеселой усмешкой опустил взгляд на ботинки. - Согласен, обидная ирония. Но учитывая, что о золоте никто не в курсе, закономерная. Или ты собираешься все рассказать лишь ради того, чтобы сменить Аркхем на Блэкгейт? Нигма испустил едва слышимый вздох и сжал прутья обеими руками. - Да, рассказ о скрепленном объятиями союзе с Пингвином тоже вряд ли будет правдоподобным мотивом адекватного человека. Но я могу притвориться. Лишь бы более высокомерная часть меня не перехватила контроль. Внезапно Нигма застыл, не столько увидев, сколько почувствовав, присутствие третьего человека справа от себя. «Невежливо говорить о ком-то без его присутствия. Хотя, смотри-ка, тебя снова расщепляет. И почему бы на этот раз? Загадка, не правда ли? Сам только что презирал Освальда, а теперь как он, собираешься лебезить на суде, как только порохом запахло? Как же низко ты опустился, стоило мне ненадолго передать тебе контроль.» «Скройся.» «Ну уж нет, если мотать срок, так гениальным злодеем. Иначе какой смысл?» «Если ты не заткнешься, мы сядем в Аркхем!» Галлюцинация сердито шагнула назад, перетекая наружу прямо через прутья. «Хорошо же, я спрячусь. Ненадолго. Ни один психиатр не вытащит. Посмотрим, как ты без меня справишься. Но если потребуется помощь - не вздумай звать.» «Да проку-то. Ты все равно выползаешь только по собственной прихоти и по зову Пингвина...» Галлюцинация лучезарно улыбнулась. «А почему бы и нет?..» - Эд? Эдвард? Только сейчас Нигма заметил, что Освальд стоит прямо перед ним, вперив в него взгляд. Сколько уже? Минуту? Десять? - Да, только Эдвард Нигма. Загадочник, к счастью, согласился залечь на дно. Первым из камеры увели Кобблпота. Его ничуть не удивило, что заниматься им и Эдом взялись лично Буллок и Гордон: последний, похоже, уже предчувствовал, что будет скучать по работе и старому напарнику и, видимо, пока была возможность, не хотел вести допрос в одиночестве. Да и общих секретов у них доставало. Освальд всегда подозревал, что эти двое любят использовать систему плохой-хороший коп. Только вот сейчас оба копа были плохие. Когда перед Освальдом открылась дверь, он сразу присел за стол и поковырял ногтем дужку для крепления наручников. - Раз уж мы здесь, я хотел бы кофе. С гневным выдохом Гордон все же выглянул за дверь и попросил принести два стаканчика. Освальд усмехнулся жесту «не специально для тебя, а только заодно». Уставившись в черную жижу с отражением дешевых люминесцентных ламп, он вздохнул и сделал глоток. Барбара была права - кофе тут был отвратительный, но сейчас ему и ни к чему расслабляться. - И? Долго вы собираетесь нас здесь удерживать? Тем более без видимых оснований для ареста. - Без видимых оснований? - поразился Гордон. - Вы помогли сбежать тому, кто чуть не уничтожил Готэм и остатки его мирного населения. - Ты, к примеру, не выглядишь мирным, Джим, - хмыкнул Освальд. - К тому же, у нас была благородная цель. Мы, как сознательные жители Готэма с активной гражданской позицией пытались предотвратить возможные попытки Ниссы аль Гул взять реванш. Потому что полиция бездействует... - Черта с два. Просто ты - помешанный на мести социопат, а твой сообщник - маньяк-шизофреник. - Раздавая ярлыки, не забудь и про себя, Джим. Больше всего подходит «коп под вечным прикрытием». И припомни-ка: когда ты нуждался в оружии, я предоставил его тебе. Когда пришлось выставить баррикады, я был с тобой. Я уж не говорю о долгой истории нашей дружбы до карантина. - На этот раз все будет по закону. - По закону? В Готэме-то? Преступность всегда будет здесь править. Это - хроническое. И я - та самая трость, что не дает городу пасть. - Ты скорее раковая опухоль, Кобблпот. А в городе настает время операций. Освальд улыбнулся. - Когда ты прострелил мне колено Джим, я понял, что ортез это удобно, но трость не заменить. Готэму всегда будут нужны трость или зонтик, которые можно затолкать в глотку настоящему врагу, когда закон закрывает на него глаза. - Освальд скрестил кисти на крепеже для наручников. Его глаза засияли. - Тебе, Джим, полномочия, видимо, давят. Но оглянись - сейчас ты здесь царь-кустарь. - Это ненадолго. И я добьюсь того, чтобы упечь вас с Нигмой за решетку на добрый десяток лет. - Ааа, я понял. Дело даже не в твоем назначении. Пытаешься компенсировать в себе непутевого родителя. Даже у Барбары пушек побольше будет. Только видишь ли, Джим, не выйдет. И дело ни в Бэйне, ни в Барбаре. Просто ты сам не готов рисковать дорогими тебе людьми ради всего Готэма. Привязанности слишком ослабляют. А на посту комиссара ставки будут еще выше. - Ставки? Это не игры, Освальд. Я собираюсь навести здесь порядок раз и навсегда. - О. Начало впечатляет: маньяк-шизофреник и психопат справляются лучше полиции Готэма в поисках угрозы, а лютого приспешника зла останавливает безработный киллер. - Вы же с Нигмой и освободили этого приспешника зла. - У нас был отличный план. И он бы сработал, не появись ты так не вовремя со своей сворой... - План? Накачать Бэйна веномом, чтобы он напал на участок, пока тот почти пуст? - Если бы ты послушал меня, мы бы успели установить в голову Бэйна чип, поручив ему искать Ниссу. - Идея Нигмы? - Буллок вышел из угла ближе к свету. - Слишком гениально? - ухмыльнулся Пингвин. - Слишком безумно. - На самом деле, идея с чипом моя. Эд больше тактик, чем стратег. - У них еще и разделение домашних обязанностей, - покачал головой Буллок. - В любом случае ни ваших стратегии, ни тактики не хватит, чтобы увильнуть на этот раз. - Новый пост Джеймса Гордона не лишает нас наших возможностей, - фыркнул Освальд. - И ничего не добавляет Джиму. Гордон уперся обеими руками в стол, нависая над Кобблпотом. - А вот в последнем ты ошибаешься, Освальд. Прецедентное право позволяет мне организовать чрезвычайный суд. Пока в Готэме не отменено военное положение, я в качестве комиссара буду наделен судебной властью. И я уверен, что мэр Джонс не откажет мне в просьбе его ненадолго продлить. А значит, для вынесения вердикта мне не нужно будет терпеть ваши очередные попытки вывернуться. Освальд обомлел. Этого он не учел. - Но у нас были благие намерения! - Вымостившие дорогу в ад, - хмыкнул Буллок. - Но вам придется их учесть! - Непременно. Если получим хоть какие-то полезные подробности, - серьезно произнес Гордон. Освальд сглотнул. Кофе и впрямь был отвратно горьким. - Мне нечего вам рассказать. Разве что, где искать Стренджа. То, что Нигма организовал побег, а моя идея с чипом закончилась ничем, вы и так знаете. - Надеешься пройти по делу только как соучастник? - неверяще уставился Буллок. - Нет, Харви. Просто хочу напомнить о смягчающих обстоятельствах. Тех, что вы и сами упоминали: Нигма душевнобольной. Разве нормальный человек будет совершать гениальные злодеяния не из выгоды, а лишь чтобы заработать себе имя, заставив весь город разгадывать свои загадки? Джеймс прищурился, разглядывая дергающиеся руки Освальда. - Как это связано с вашими розысками Ниссы аль Гул? Ведь у Нигмы должен был быть хотя бы паралогический мотив. Почему он работает с тобой? Пингвин на миг умолк, но через миг вздернул нос. - Возможно, Нигма небезосновательно считает, что союз с сильными мира сего поможет достигнуть его безумных целей быстрее. - Он планировал союз с Ниссой? - Я говорил про себя, - насупился Пингвин. - Нисса нужна была мне. А Эду на деле нужна помощь. - Значит, хочешь спихнуть дело на недееспособного. - Ничего подобного. - Значит, напротив, выгораживаешь его? - Вообще-то, он мой друг. - Разве это когда-либо мешало тебе сдавать использованных подельников? - Ладно, признаю, - поморщился Освальд, - я просто не хочу, чтобы Нигма попал вместе со мной в Блэкгейт. Мы повздорили, и мне бы не хотелось заранее иметь врага в месте, где я буду максимально уязвим. Гордон молча вгляделся в ожесточенные черты напротив. Харви взболтнул кофе, указывая стаканчиком на Пингвина. - Склонен поверить. Видел, как Эд только что неплохо встряхнул его. Освальд дернул губой. - Видел, и разумеется, ничего не сделал при этом. Отличное начало для наведения порядка. Гордон скрестил руки на груди. - Каковы бы ни были твои мотивы, Освальд, я согласен с тем, что место Эда Нигмы в Аркхеме. Освальд не шелохнулся, только исподлобья поднял на Джеймса единственный глаз. - Надеюсь, вы понимаете, что Эд не должен узнать о моем желании запихнуть его туда? - А что мы получим взамен? - Ты и сам в этом заинтересован, Джим. А значит, это не услуга, а соглашение. Но, - усмехнулся Освальд, - если ты настаиваешь, я по старой дружбе промолчу о роли Лесли Томпкинс во всем этом... - У тебя все равно нет ничего кроме слов. - Неважно. Но все же необходимо, чтобы ее вызвали в качестве свидетеля, и кое-что спросили... - И? - Нигма поерзал на стуле - сидение после допроса Освальда было еще теплым, и отчего-то это вызвало неловкость. И тут же - гнев на эту неловкость. - Зачем я здесь? Или вы до сих пор не научились допрашивать? - Это ты любитель загадок, Эд. Мы же планировали лишь услышать твою версию произошедшего. - Ах вот как, - протянул Нигма бестонально. - Что ж... Могу погубить даже будучи мал, могу вызвать таких же шквал, меня не любят, когда я повторяюсь, хоть допустившего меня я славно обучаю, досаден я почти всегда бываю, но после надо мной смеются, вспоминая. - Пингвин? - выпалил Харви. - Хочешь сказать, что он зачинщик всего? Лицо Нигмы застыло в озадаченности. Потом, когда он еще раз прокрутил в уме «меня не любят, когда я повторяюсь», в брезгливости: неужели навязчивые чувства Освальда к нему уже и другим заметны? Эдвард поторопился изобразить гримасу родителя, утомленного несмышленышами. - Нет, Харви. Как вообще ты до такого додумался? - Почему нет? Пингвин - коротышка и убийца. Как-то притащил за собой целую армию своих двойников. А уж сколько раз с того света возвращался всем на досаду и иногда на смех... - А остальное? - скривился Эдвард. - Радуйся, что тебя еще хоть как-то понимают. Нигма покачал головой, а про себя выдохнул. Да Буллок мог быть точен только пальцем в небо. - Правильный ответ: ошибка. - На миг Эдвард застыл, признав схожесть собственного и предложенного вариантов решения. - С моей стороны было большой ошибкой вести дела с Освальдом. Мои планы работают, как в палате мер и весов, а с Освальдом все идет наперекосяк. - Твои планы? Пингвин утверждал, что план принадлежал ему. Буллок постарался не глядеть на Гордона, поражаясь, как тот ухитряется одновременно давить на Эда и соблюдать договор, даже не искажая слов Кобблпота. Нигма замер, обрабатывая услышанное. Легкая растерянность на его лице тут же сменилась гневом. - Старый-добрый Освальд. Присваивает себе то, что ему не принадлежит. - Вообще-то, это выгораживает тебя. Нигма скрежетнул зубами. - Вас удивляет моя реакция? Ах да. Готэмская полиция давно забыла ценность репутации. - В тебе, Нигма, нас уже давно ничего не удивляет, - хмыкнул Буллок. - Другое дело, зачем Пингвину выгораживать тебя. Гордон про себя улыбнулся. Харви решил проверить любые варианты. Удивительно, как выросла его дотошность с их первого знакомства. Департамент будет в правильных руках после его ухода. Эдвард пожал плечами, ухмыльнулся и констатировал. - Видимо, вам он не сказал. Гордон шумно выдохнул. - Куда больше меня интересует, как вы рассчитывали найти с помощью Бэйна Ниссу аль Гул. Он же совершенно неуправляем. Если бы я не знал тебя, Эд, я бы списал это на авантюризм Пингвина. Но ведь у тебя всегда все рассчитано. К чему такое безрассудство сейчас? - Какая тебе разница, Джимбо? Не думаю, что ты заинтересован в том, чтобы скостить мне срок. - Порой мне кажется, что не будь Пингвина, твоя жизнь сложилась бы по-другому. Нигма улыбнулся еще шире, подпирая подбородок кулаком. - Еще зауряднее, чем твоя? Пока Гордон и Буллок всем своим видом изображали презрение пополам с равнодушием к оскорблениям преступника, Нигма позволил раздражению и странной оторопи вести внутреннюю борьбу. Разумеется, Освальд его выгораживал!.. Хотя по причинам, которые этим двоим и в голову прийти не могли. Гордон потер губы и его шаги дважды смерили длину камеры. - Значит, настаиваешь, что план был твоим? - Настаиваю, - вытянулся над столом Нигма, игнорируя, как крепление на столе давит в живот. Буллок хмыкнул и развел руками. - Преступная репутация - мотив вполне достойный обывателя Аркхема. Гордон на миг замер - Харви, возможно, рискованно спешил. Эдвард, однако, сразу изменился в лице и поторопился расслаблено откинуться на кресле. - Мы все получаем что-нибудь от сделок с Пингвином. И тебе ли не знать, Джим, что о полученном чаще всего лучше молчать, - улыбнулся Нигма. - Кроме того, вы очень плохо осведомлены, раз не в курсе, что преступная репутация со времен клановых войн имеет колоссальное значение. Одни аукционы на убийство чего стоят... Так что лучше бы вам не делать намеки об Аркхеме. Я туда не вернусь. - Что ж, увидим на завтрашнем разбирательстве. Освальд, беззастенчиво свернувшийся на скамейке, проснулся, когда дверь в камеру скрипнула. Он приподнялся, и Эдвард мрачнее тучи сел рядом на освободившееся место. Глубоко вдохнув, он вперил в Освальда сердитый взгляд. - Зачем ты сказал Гордону, что план принадлежал тебе? Освальд попытался выиграть время на обдумывание ответа, протирая глаза, но тут же согнулся от боли. Чертова рана не давала забыть о себе. И не она одна. Освальд решил, что лучшим будет урезонить. - Если будешь настаивать на авторстве столь опасного предприятия без видимых мотивов - отправишься в Аркхем. - Я сам нашел бы, что ответить, - Эдвард снял очки и начал протирать их углом посеревшей рубашки. - Зачем ты начал меня выгораживать? У Освальда была всего секунда, пока Эд надевал очки. Приоткрытый как у птенца рот Нигма все же успел заметить. Освальд разоруженно поднял руки. - Я не выгораживал. Просто в этом есть своя справедливость. Стратегия была моей. Да и ты свою часть соглашения выполнил, а я не успел. - Не замечал у тебя тяги к справедливости. Освальд вздохнул. Как никогда до этого ему захотелось за окружившие его решетки. - Главное, чтобы теперь у Гордона ее хватило. - Я бы на твоем месте не очень на это рассчитывал. - Почему нет? - Ты всегда слишком самонадеянно называл его своим другом. - Я бы так не сказал. - Он уже однажды упрятал тебя в Аркхем. - Но после все же разобрался с беспорядками там, - парировал Освальд и посмотрел вдаль перед собой. - Да, может в делах Джим часто упрям, но есть вещи и поважнее. Мы с ним разделили самое важное для меня убийство. А когда-то на пирсе он сохранил мне жизнь, как я того и ожидал. В каком-то смысле я в нем всегда уверен. Нигма стиснул зубы. - Этого может быть недостаточно. На ночь арестованных перевели в камеры следственного изолятора, а утром повезли на слушание. День выдался пасмурный, хотелось спать, но тревога заставляла обоих бодриться в судорожной готовности. Оба притихли: голова Эдварда разрывалась между планами защиты и побега, а Освальд берег силы для отповедей. Ехать пришлось недолго, но в зал суда оба зашли уже растрепанными и морально истощенными. Однако это не помешало им заметить среди дюжины полицейских несколько малознакомых лиц. Трое из прежнего комиссариата, двое в белых халатах и Харви Дэнт. Вероятно они прибыли утром - не зря во время спешного завтрака в участке слышался отдаленный рокот вертолетных лопастей. На скамьях возле второго входа разместились Лесли Томпкинс и Барбара с ребенком на руках. Было тихо настолько, что из свертка слышалось сопение. Гордон уже ждал на кафедре за столом и, едва ответчики добрались до мест, отведенных им рядом с адвокатом, пристав объявил начало заседания. Все встали, затем сели. - Итак, сегодня будет рассмотрено дело о побеге арестованного Эдуардо Дорранса, именующего себя как Бэйн. Также будут оценены обстоятельства дела в виде незаконного проникновения на территорию департамента полиции и нанесения увечий полицейским в ходе совершения преступления. Обвиняются Освальд Кобблпот, не менее известный как Пингвин, и Эдвард Нэштон или Эдвард Нигма. Освальд быстро посмотрел в сторону последнего. Эд, до этого тревожно посматривавший на Лесли, ожидал этого раньше, чем заметил, однако едва успел подавить инстинктивное побуждение обернуться, прежде чем столкнуться взглядом. На его скулах проступили желваки, и взор, направленный на Томпкинс, стал нарочито жадным. Даже сейчас его не звали Загадочником, и Пингвин это, конечно, заметил. Пусть же акцентирует внимание на том, что его куда больше заботит Лесли. Освальд поджал губы, проговаривая настоящую фамилию Эдварда про себя, пока Гордон скупо описывал инцидент. Это заняло не менее десяти минут, и Освальд в очередной раз поразился, насколько скучным тот способен представить любое происшествие. Джеймс меж тем завершил вступительное слово: - Ход заседания будет дословно запротоколирован, а копии протокола будут направлены в судебную палату по завершению для проверки. Как комиссар полиции Готэма, во время военного положения я буду уполномочен исполнять обязанности судьи на этом процессе. Теперь прошу высказаться адвоката и прокурора. Освальд скривился. Ну надо же. И адвокат, и прокурор. Джим не поскупился на фарс. Дальше он не слушал - однообразные показания дюжины полицейских покалеченных Бэйном его не интересовали, учитывая, что он сейчас не имел ответного слова. И только когда Харви Дэнт вызвал в свидетели Лесли Гордон-Томпкинс, Освальд выпрямился так, что в больную ногу вступило. - Правда ли, что ваши действия способствовали тому, что обвиняемые проникли в участок? - Да, это так. Нигма и Гордон вперили взгляд в Лесли, явно задержав дыхание. Освальд поразился тому, как похожи сейчас выражения их лиц. Он почувствовал укол зависти, но уважение к тому, с каким достоинством держалась Гордон-Томпкинс, перевешивало. - Были ли вы в курсе их намерений? - Нет, не была. Освальд мысленно аплодировал Дэнту. Так умело задавать вопросы и использовать только одну, выгодную сторону дела! Миссис Гордон даже не приходилось врать. - Что вы сделали после того, как обнаружили, что смерть обвиняемых - лишь имитация? - Попыталась позвать на помощь, чтобы выдворить их из участка. - Что вам помешало? - Эдвард Нигма использовал наркоз или эфир, дабы усыпить меня. - Были ли вы знакомы с мистером Нигмой прежде? - Да, была. - В каких отношениях вы находились? Освальд не удержался оттого, чтобы посмотреть на Эдварда, который ловил сейчас каждое слово, сказанное Ли. Та ответила без промедления: - В изменчивых, по другому не скажешь. Прежде мы были малознакомыми коллегами. Некоторое время он встречался с моей подругой, которую впоследствии по неосторожности убил. После этого, а также того, что из-за его действий мною была утеряна возможность семейного счастья, я считала его врагом. А еще позже Эд Нигма помогал мне поддерживать жителей Нэрроуз. До самого карантина. - Были ли вы близки? На секунду Эдвард порывался выкрикнуть протест о том, что к делу это не относится, но Лесли сразу ответила все тем же ровным тоном: - Не думаю, что могу достоверно ответить на этот вопрос, учитывая состояние Эда Нигмы в период нашего наиболее тесного общения. - Что вы имеете ввиду? - Трудно судить о близости с человеком имеющим психическое расстройство. Эдвард замер. На миг его сознание утянула воронка воспоминаний. «Эдвард Нигма, ты - загадка...» Из воронки его вынесло буквально резонирующее в голове: «псих». А когда-то Ли это очень устраивало. Эдвард запоздало порадовался, что Загадочник обещал не показываться. Он бы точно не преминул спросить, что такое «загадка с психическим расстройством». Освальду, теперь беззастенчиво смотревшему на него в упор, его глаза показались прорубями под блестящими ледышками очков. Ему бы позлорадствовать, но вместо этого для Эда на языке вертелись слова собственной матушки. «Не слушай других, ты красивый, умный и будешь великим». К его изумлению, Нигма обернулся к нему. Побледневший, без единой эмоции, с одним вопросом на лице, явным, как вывеска, едва ли не мигающая зеленым: «ну, где твое «а я говорил»?». Освальд даже чуть отпрянул, вдруг осознав, что Эд решил добить себя его вероятным злорадством, а еще вернее - направить свой безмолвный гнев по иному, привычному адресу. Освальд быстро опустил взгляд на свои ботинки. Дэнт подошел ближе к столу для свидетелей. - Вы ставите под сомнение психическое здоровье обвиняемого? - Да, - кивнула Лесли. - И думаю, всем присутствующим здесь известно, что Эдвард Нигма и ранее проходил лечение в Аркхеме. - Но также известно, что имеется документальное подтверждение его полной реабилитации. В Аркхеме его сочли здоровым. Что заставило вас думать иначе? - Во время нашего общения у него отмечались признаки дихотомии личности. Которые он и не отрицал. Я не имею квалификации психиатра, чтобы выставить диагноз, однако, на мой взгляд вопрос о его вменяемости должен быть решен до вынесения вердикта. - Для этого я пригласил с материка доктора Коул и доктора Смит, - Гордон посмотрел на мужчин в белых в халатах у противоположной стены. Нигма вперил гневный взгляд в его лицо. Освальд в свою очередь старался смотреть куда угодно, только не в сторону Эдварда. Ли вздохнула. - Не думаю, что тут сгодятся простые тестовые системы психиатрии. Вторая личность Эда Нигмы имеет невероятный интеллект и незаурядную хитрость для того, чтобы обойти их. - Значит, ее наличие определить не удастся? - Отнюдь. У Загадочника к хитрости и интеллекту прилагаются честолюбие и одержимость головоломками. Кроме того, он плохо поддается контролю своей более мирной половины. Освальд искоса глянул на Нигму. Губы того поджались. Дэнт скрестил руки на груди. - Считаете, следственный эксперимент будет эффективнее экспертизы? - Вероятнее всего. - И что же вы предлагаете, - усмехнулся Дэнт, - дать ему разгадать сложную загадку? Ли кивнула. - Именно. Безумие требует безумных методов разоблачения. Нигма криво улыбнулся Ли. И кто будет выглядеть дураком после? В последовавшем перерыве Пингвин приковылял к Нигме, всматриваясь в его лицо. - Уверен, что пройдешь эксперимент? - Освальд, мое альтер-эго спит сном младенца, а в одиночку мне сейчас не решить сложных головоломок. - Эд стиснул зубы. - Даже если бы я хотел. Освальд поежился, примиряюще улыбнулся и просунул кисти в расстегнутые манжеты рукавов. Запонки у него изъяли еще при аресте. - Ну, притвориться менее умным, чтобы одурачить других, это умно. Эд поднял холодный взгляд на его заискивающую улыбку и поднялся. - Я НЕ притворяюсь. Но не сомневаюсь, что тебя веселит и это, и то, что мне в ходе эксперимента придется поставить Ли в неприятное положение. - Но ведь это она настояла на эксперименте... - выпалил Освальд и тут же пожалел о своих словах, увидев как исказилось лицо напротив. Эдвард поправил грязный воротничок рубашки, игнорируя его взгляд. - Вижу тебе приятно об этом говорить, Освальд. Вот значит для каких целей ты спас Ли... - Эд. - донеслось уже в зеленую спину. Освальд приподнял ладонь к его плечу, но быстро опустил, пряча обратно глубоко в манжет. - Может, по ее мнению Аркхем для тебя более безопасен, чем Блэкгейт? Нигма застыл и медленно развернулся. - Ли меня прекрасно знает и понимает, что срок в Блэкгейте для меня ничто по сравнению с тем, чтобы мой преступный гений был признан заурядным психозом. Освальд замер, но ответить не успел - в зал вошли Гордон и Ли. Даже в приглушенных тонах слышались взаимные пререкания. - Я понимаю, что после Нэрроуз вас связывает многое, но его цели могут быть не такими уж безумными, учитывая его сотрудничество с Пингвином. - Гордон зашел за кафедру и теперь их с супругой разделял стол. Лесли нахмурилась. - Ты и сам отбывал срок в Блэкгейт. Это может сломать... - И сохранить множество жизней впоследствии, - перебил Гордон и посмотрел за спину Ли - психиатры там оставили папку на столе для свидетелей. Лесли только поджала губы, кивнула и направилась на свое место рядом с Барбарой, пока вокруг поднимался гул вернувшихся с перерыва. Нигма быстро отвернулся и вперил взгляд в застывшего за ним Освальда. Тому было понятно, что Эд опять ищет на его лице злорадство, и надо было смотреть в ответ, доказывая свою правоту... Но вместо этого Освальд неловко перебрал пальцами, в фантомных поисках изъятой при аресте трости, и поспешил присесть. Нога ныла нещадно. Когда в зале стало тихо, Гордон посмотрел на обвиняемых и в приглашающем жесте указал Нигме на место свидетеля. - Прошу, мистер Нигма. Для эксперимента доктор Коул и доктор Смит выбрали три головоломки. - Смешной и нелепый фарс, - процедил Нигма, но все же встал. - Использовать загадки в следственном эксперименте... Полиция Готэма снова на высоте. - Нам бы не приходилось действовать подобным методом, если бы один из наших бывших работников не использовал загадки во время своих террористических актов. - И что, если я их решу? Это лишь докажет, что я достаточно умен для этого. - Если вторая личность покажется, мы сможем подвергнуть ее обычному психиатрическому тестированию. Нигма гортанно выдохнул и подошел к столу. - Это оскорбительно. Я не школьник, чтобы решать задачки на оценку. - Это лишь следственный эксперимент. Эдвард поглядел на папку, но садиться не стал. Его рот скривился. - Мало арестовать - хочешь доказать, что я глуп, да, Джим? Даже если и так, то для нас обоих не загадка, что причиной тому - детектив, когда-то месяцами игнорировавший мое пребывание в глыбе льда, отморозившей мне мозг! Гордон оставался бесстрастен, а Освальд по-птичьи втянул голову в плечи. Нигма, впрочем, на него не смотрел. - Подобраны самые сложные загадки мира, - спокойно подытожил Джеймс. - Но учти, Эд, твое нежелание участвовать в эксперименте может быть сочтено подозрительным. Нигма сжал перила кафедры, стиснул зубы и сел за стол. В папке обнаружились три задания. Усложненный вариант задачи Смаллиана, математическая задача с шифровкой, и психологическая задача на установление ассоциативных рядов. Эд помнил подобные задания, но принципы их решения в его голове сейчас напрочь отсутствовали. - Я не могу это решить, - зло пробубнил он и неожиданно посмотрел на Освальда. Тот так опешил, что не отреагировал даже мимически. Гордон набрал в грудь побольше воздуха, но тут услышал со скамьи наблюдателей голос Ли: - Эд Нигма действительно не смог бы. Значит, второе «я» сейчас отстранено от восприятия. Ее лицо успело отразить беспокойство, прежде чем к кафедре прошел доктор Коул. - А в каких случаях оно появлялось, вам неизвестно, мэм? Многие психические расстройства имеют ассоциативные триггеры. - Браво! - отозвался Нигма. - Теперь вы собираетесь доводить меня до безумия. - Под триггерами я, разумеется, подразумевал вещи, на которые личность здорового человека не может отреагировать дихотомией, - строго поправил психиатр. Ли на миг прикрыла глаза. - Последнее появление Загадочника каким-то образом устроил Пингвин. Все взгляды обратились к Освальду. - Это правда, мистер Кобблпот? - спросил Дэнт с любопытной улыбкой. Взгляд Освальда заскакал от Дэнта к Нигме и Гордону. Наконец, он с усмешкой встряхнул головой. - По-вашему, я способен сводить людей с ума? Спасибо конечно, но мое обаяние имеет свои пределы... «И эффекты сравнимые с газом Крэйна», - закончил про себя Нигма и закатил глаза. - Как ты это провернул? - с тяжело скрываемым раздражением спросил Джим, и вперил в Освальда такой взгляд, что тот невольно вспомнил свое изгнание из Готэма. Пингвин едва раскрыл рот, чтобы уточнить, что его в свидетели еще не вызывали, но сзади снова заговорила Ли. - Это должно быть что-то, на что способен лишь он один. Что-то, чего Загадочник не мог получить от другого человека. Или получал без какого-либо значения... В полной тишине вдруг послышался задумчивый голос Барбары. - Когда-то Нигма перевернул весь город вверх дном, лишь ради того, чтобы заставить Пингвина назвать его Загадочником. Освальд невольно застыл, вспомнив стычку в оранжерее, и к несчастью это было истолковано остальными, как страх разоблачения. - Личные причуды Эдварда Нигмы! - Очнувшись, выпалил Пингвин, и беззаботно развел руками. Но было поздно. Гордон смотрел на него, как ловчая птица. - Назови Нигму Загадочником. Освальд вперил в Эдварда беспомощный взгляд. Это имя приносило одни неудачи. Поколебавшись, тот едва заметно кивнул. Освальд сглотнул. Оставалось надеяться, что альтер-эго Нигмы вывернет ситуацию в полезное русло. - Вернись, Загадочник. Всего одно слово сорвавшееся с губ Кобблпота в мгновение перестроило лицо Эда Нигмы. Брови встали задорным уголком, мышцы лица расслабились, а улыбка растянулась сытой белизной. Глаза смеялись, радостно рассматривая перепуганного Освальда. Выглядело так, будто Загадочнику не было дела ни до суда, ни до присутствующих. Кроме Освальда и теперь маячившего перед ним потрепанного Эда. Последний смотрел с отчаянием. Загадочник огляделся. «Так-так. Все еще в суде. Загадки подсунули. Как и ожидалось, Эд все испортил. Молчит. По-видимому, боится, что будет заметен разговор с самим собой. Придется, значит, про себя... Провалился, как и ожидалось.» «Мы оба провалимся, если ты решишь эти головоломки.» Лицо Загадочника исказилось холодной яростью. «Чтобы я признал, будто я глуп?! Глупее, чем все эти серые заурядные люди?» «Если ты это сделаешь, нас отправят в Аркхем.» «Тебя отправят поделом. С интеллектом быть трусом может только безумец.» Взгляд Эда заметался от тревожного лица Освальда к ухмылке Загадочника. Наконец он выпалил: «Притвориться глупым, чтобы одурачить других, это умно.» Загадочник усмехнулся. «Не иначе Освальд научил.» Эд только вздрогнул. Загадочник осклабился. «Конечно, утешитель-он-наш... Не устал еще от его навязчивости? «Эдди»... Помнишь, он про куриц дона Фальконе рассказывал? Мне вот надоело себя такой курицей чувствовать.» Заметив панику в глазах Эда, Загадочник нарочно одарил Освальда широкой улыбкой. Эд вцепился в край стола для свидетелей. «Отправиться в Аркхем, лишь чтобы продемонстрировать Освальду пренебрежение его советом? Да ты с ума сошел!» «Ты первый. Иначе бы я не сидел перед тобой. Но вообще-то Освальд ни при чем. Много чести.» «Лесли?» «Тем более.» «Так ты... Боже!» - галлюцинаторные руки взвились стробоскопическими мелькающими линиями. - «Головоломки того не стоят!» - Эд задыхался от крика, но Загадочник только поджал губы и ухмыльнулся. «Не стоят?! Тогда...» На полуслове он осекся. Голос стал четким и гневным. «В отличие от тебя, я никогда не признаю себя глупее этих посредственных мелких людишек.» Эд застыл, беспомощно наблюдая, как с совершенно спокойным лицом Загадочник принялся быстро расписывать решение. «Ты глупец! Ты все погубишь!» - Не глупец, и даже не слабак, в отличие от тебя, - уже вслух шептал Загадочник, посмеиваясь. Говорить громче он не стал лишь оттого, чтобы ему дали спокойно закончить с загадками. Через семь минут он отложил ручку уверенным жестом. - Я закончил. Надеюсь, вы захватили с собой правильный ответ, потому что очень сомнительно, что кто-то здесь способен понять и проверить решение. Его глаза поискали Люциуса Фокса, но того в зале не было. Гордон всмотрелся в скалящееся лицо Нигмы. - Загадочник? Палец в кожаной перчатке провернулся с театральностью жестов барабанщика и ткнул в часы. - Двадцать минут как. Долго же ты соображаешь, Джимбо. - Значит, ты признаешь, что ты не Эд Нигма? - Звучит, как обвинение. Впрочем, да, Эдом быть нынче стыдно. - Не очень-то умно для Загадочника, - фыркнул в глубине зала Буллок. - Или он и стремится в Аркхем, преследуя какие-то свои цели. - О, Харви, - все три десятка зубов заблестели в широком оскале. - Если и так, тебе их все равно не понять. На дурака меня не напасешься, А потеряв меня, вернуть все очень сложно Когда я добр - лежу, дурным - опережаю В заложники забрав, от страха избавляю. - Не дай бог мне начать понимать психов. Однако черты Буллока застыли в попытках сообразить ответ. Загадочника повеселило, что тот явно имеет догадки, но боится их озвучить, помня промашку с загадкой об ошибке. Однако, внимание тут же переключилось - Освальд с тяжелым вздохом потер лицо. Гордон подозвал приставов жестом. - Глупость. И это причина, по которой тебе придется отправиться в Аркхем, Нигма. Освальд покачал головой в сожалении и, не взирая на то, что слова ему не давали, произнес с отчаянной злобой: - Честь, Джим. Впрочем, неудивительно, ты до сих пор не видишь ее ни у кого, кроме себя. Загадочник усмехнулся, хлопнув в ладоши. - Браво, Освальд! Прав во всем, что сказал. - На запястьях Нигмы уже застегивали наручники, но он не сопротивлялся. - Хотя чему удивляться, полиция Готэма давно считает честь глупостью... - Нигма выпрямился, смерил Гордона взглядом и улыбнулся Пингвину. - Еще увидимся, джентельмены. После того как Нигма покинул зал, Освальд выдохнул и столкнулся со строгим взглядом Гордона. - Если рассчитываешь, что из Аркхема легче сбежать, и Нигма после вытащит заодно и тебя, то напрасно, Освальд. Мы усовершенствуем охранные системы, пользуясь тем, что лечебница пока пуста. - Слишком много слов, - улыбнулся Пингвин и выставил пятерню, загибая пальцы. - Не потому ли, что по закону за преступление, которые вы мне вменяете, срок до пяти лет? А при аппеляции - до четырех? При досрочном освобождении, вообще - три года? - С твоими манерами не стоит рассчитывать на последнее. Пингвин покачал головой. - Судить и осуждать разные вещи, Джим. Комиссариат тебя испортит. - В любом случае твой талант торговаться здесь не поможет. Освальд стиснул зубы. - Ты забываешь о самом главном. Смягчающих обстоятельствах. Я оказал бы огромную услугу городу, если бы ты дал мне поймать Ниссу аль Гул с помощью Бэйна. - Тебе не удалось. И в результате, Бэйн напал на полицейский участок. А это уже десять лет, Освальд. Шея Освальда вытянулась, как у атакующей птицы. - Атака участка - это личная инициатива Бэйна, которую можно было пресечь, разреши ты мне его чипировать. Так что в этом нет моей вины даже косвенно. Внезапно дверь открылась и к кафедре прошагал Люциус с пакетом в руках. Они шепотом перекинулись с Гордоном несколькими короткими фразами, пока палец Фокса настойчиво тыкал в содержимое пакета. Глаза Гордона пробежали по предложенному Люциусом фрагменту и поднялись на Пингвина. Тот самый стальной взгляд, который Освальд ненавидел. Гордон не умел злорадствовать, и этот взгляд заменял это с лихвой. - Освальд Кобблпот. По данным экспертизы военного ведомства, установлено, что в голове Бэйна имелся чип управления, что может свидетельствовать о том, что вы руководили его нападением на участок и обстрелом останавливающих его снайперов. Рот Освальда колебался в стремлениях открыться и закрыться. - Но это невозможно! Стрендж говорил, что инфузия венома еще не закончена! Чип установить было нельзя! Да и пульт управления им у меня отсутствует! - И тем не менее этого достаточно, чтобы отправить тебя в Блэкгейт на десять лет. За преднамеренное нападение на участок и снайперов. - Десять лет? Ты сошел с ума, Джим Гордон! Ты пожалеешь об этом! Я хотел спасти Готэм! Ты еще вспомнишь это, когда вернется Нисса аль Гул с новой армией!.. Визги утягиваемого из зала суда Пингвина были слышны и в коридоре, но вскоре совсем затихли, сменяясь плачем Барбары Ли.