А может вина?

Ночной Рим мне всегда безумно нравился. Подсветки, которые днём невозможно было увидеть, в темное время суток загорались яркими огнями, узкие переулки еле освещались фонарями, изредка наполняясь шагами идущих домой людей, маленькие группы молодых ребят сидели на бордюрах, весело обсуждая что-то незамысловатое, а из открытых окон в домах еле слышалась приглушенная музыка. Я неслась на такси, судорожно перебирая подол легкого платья в руках. Валерио я будить не стала, потому что иначе он захотел бы меня отвезти и задавал бы кучу вопросов по поводу происходящего, а мне ни с кем не хотелось говорить на эту тему, потому что я и сама не понимала, что происходит. Дверь в подъезд была приоткрыта, чему я несомненно обрадовалась. Поднявшись на нужный мне этаж, я встала перед дверью в квартиру и боялась нажать на звонок. Какая-то неведомая сила потянула мою руку вперёд, и я схватилась за ручку, резко дёргая ее вниз. На мое удивление дверь не была заперта и легко открылась, давая мне возможность почувствовать запах сигарет и спиртного. Я испугалась, быстро заходя в квартиру и проходя в комнату, решив даже не разуваться. Как чувствовала. Под ногами начали хрустеть мелкие осколки, оставшиеся от посуды. Куча листов валялась по всему полу, мебель поменяла своё прежнее местоположение, а тихая музыка почему-то больно резала слух. Я стала оглядываться в поисках парня, уже думая о том, что здесь могло произойти. Но его нигде не было, ровно как и моего спокойствия. Я прошла по длинному коридору в дальнюю комнату, предполагая, что это его спальня. Пытаясь хоть как-то успокоиться и сосредоточиться, я тихо открыла дверь и включила лампочку, стоящую на столе. И увидела его. Дамиано сидел на полу, прижав ноги к телу и откинув голову назад. Его глаза были открыты, губы подпевали доносящейся из гостиной музыке, а на щеках были видны блестящие на свету дорожки от слез. Он выглядел очень растерянным, точно маленький ребёнок, потерявший свою маму в большой толпе людей. Рядом с парнем стояла пустая бутылка виски, на столе были разбросаны блокноты и карандаши, а одежда, в которой он, видимо, прилетел из Милана, небрежно висела на спинке стула. Я подошла к темноволосому, аккуратно убирая в сторону бутылку, и села перед ним на корточки. - Дами… - еле слышно позвала его я. Парень медленно опустил голову, попытался сфокусировать взгляд на мне, и пьяная улыбка растеклась по его лицу. - Ты приехала, - сказал он, слегка покачивая головой. - Да, а ты пьян, тебе нужно выспаться, - сказала я, встав перед ним. Я потянула его на себя, и он послушно встал, пошатываясь из-за опьянения. Ему не мешало бы выйти на улицу и сутки дышать свежим воздухом, но соседей с открытыми окнами было бы жалко из-за запаха перегара. Я усадила парня на кресло и принялась разбирать его кровать от лишних покрывал, дабы он лёг спать нормально, как адекватный человек, но неожиданно почувствовала, что мое платье намокло на животе. Посмотрев на него, я увидела небольшое пятно крови. Испугавшись уже за себя, я стала судорожно ощупывать свой живот, дабы убедиться, что со мной все в порядке. Со мной да, а вот с ним нет. Я подбежала к парню и стала оглядывать его тело со всех сторон. Сейчас я уже по-настоящему наложила в штаны от страха. Вспоминая, в каком состоянии находится квартира, я невольно подумала о том, что на него могли напасть и избить. Но увиденные мною ладони Дамиано убрали все мои предположения. Вся кожа его рук была в мелких ранах, из некоторых торчали осколки и текла кровь. Видимо парень решил немного побуянить, разбивая посуду и поднимая уже и так отбитые осколки, дабы полностью добить их об плиточный пол. Дамиано слегка прошипел, когда я взяла его ладони в свои руки. В голове сразу начали появляться воспоминания того, как нужно оказывать первую помощь. Вызывать скорую было бы бессмысленно - такие раны можно и самим спокойно обработать, поэтому я рванула на кухню, дабы найти бинты и спирт. У меня в квартире был огромный шкафчик, наполненный разными лекарствами и медицинскими предметами, поскольку я имела определённые проблемы со здоровьем. Именно поэтому, сейчас, я стала по очереди открывать каждую дверцу и каждый ящик в поисках необходимых вещей. Наконец, добравшись до последней полки, я увидела несколько пластинок с таблетками, бутылочку со спиртом, ватные диски и бинты. Схватив все это, я вернулась в комнату, где в такой же позе сидел Дамиано, иногда трогая свои волосы. Я достала из сумки пинцетик, который всегда ношу с собой, видимо именно для таких ситуаций, а не для бровей, и подошла к парню. - Не трогай ничего, - строго проговорила я, кладя его руки ему на бёдра вверх ладонями. Я принялась аккуратно доставать осколки и обрабатывать раны, следя за тем, чтобы парень не упал, сидя на кресле. Он откинул голову назад и иногда тихо постанывал. Но мои действия были ему не так чувствительны, ведь алкоголь в голове заглушал боль в теле. - Я такой идиот… - тихо проговорил он, не опуская голову. - я так сильно устал, я натворил такую хуйню, мне так стыдно перед тобой. Как ни странно, но его речь была довольно связная, а слова в предложениях стояли на своих местах. - Я обвинил тебя в том, в чем ты вообще не виновата… И я гребаный…придурок, потому что даже не написал тебе за эту неделю. Я молча сидела перед ним на корточках, стараясь сосредоточиться на обработке ран, но было достаточно сложно. Во-первых, потому что он сидел передо мной в одних трусах, открывая обзор на своё тело и такие красивые и уже родные татуировки. Во-вторых, он впервые за время нашей ссоры начал говорить о ней. И приятно и непонятно. - Я ужасно соскучился и вместо того, чтобы нормально встретиться с тобой и объясниться, я просто набухался как животное и разгромил всю квартиру… Я молчала. Не знала, что ответить ему, ведь все, что он говорил было действительно так. - И ты даже не представляешь, как я скучал, как хотел написать…какой написать, позвонить!…как мне было стыдно, я такой идиот, - пробормотал парень и взялся свободной, но ещё не обработанной рукой за голову. Я резко схватила его за предплечье и положила руку обратно, дабы он не загнал осколки глубже. - Вот ты сейчас сидишь тут передо мной, помогаешь мне, а я представляю, как тебе хреново, - и снова точное попадание, - но не могу ничего сделать с собой, потому что я пьян алкоголем… и тобой . Последняя фраза парня заставила меня улыбнуться и покраснеть. Мне было приятно осознавать, что ему стыдно, что он скучал, и что он все-таки испытывает ко мне какие-то чувства. - И я так долго пытался понять, почему после твоего появления в моей жизни, все стало по-другому…как-то легче, интереснее… Вот сидел я на интервью и думал о том, что вечером увижу тебя у Вик дома, и мне вообще было посрать на вопросы от инетрвюве…нет, интревьюв… да короче, того парня. Дамиано начал запинаться на сложном слове, раздражаясь из-за этого. Я усмехнулась, смотря на него исподлобья. Темноволосый опустил голову, смотря мне в глаза и легко улыбаясь. - А все почему?.. потому что я просто до невозможности люблю тебя… На этом моменте я резко дернула пинцетом осколок от неожиданности услышанных мною слов от Дамиано. Парень тихо зашипел, нахмуривая брови. Я тут же начала дуть на ладонь, пытаясь переварить сказанное им. Все воспоминания о прошедших событиях, обиды и неприятные чувства вмиг испарились. - И вот ты появилась, и как-то так здорово стало в жизни, как-будто в меня вселили душу … ты для меня стала не просто девушкой, ты музой моей стала , понимаешь? Парень вновь запрокинул голову, немного постанывая. - А я просто взял и испортил все своими идиотскими принципами. И даже не извинился… мне так хреново было без тебя, будто оторвали часть души и сердца, и перед ребятами так стыдно… сам все испоганил и срывался на них из-за этого. Я закончила обрабатывать руки, перебинтовав их, а парень закончил свой монолог, уже практически засыпая, но продолжая еле бормотать что-то не связное. - Тебе надо лечь на кровать, Дами, - прошептала я прямо ему в ухо. - Я люблю тебя, Марэ, безумно сильно … - ответил парень и маленькая слеза прокатилась по его щеке. Я вытерла все дорожки, оставшиеся на его щеках, взяла его за плечи и потянула на себя. Дамиано еле встал и послушно дошёл до кровати с моей помощью. Плюхнувшись на подушку, он стал подтягивать на себя одеяло, уже закрыв глаза и проваливаясь в сон. Я аккуратно помогла ему, убирая с его лица волосы и поглаживая голову. Он очень мило улыбнулся, засопел и окончательно уснул. Просидев рядом с ним пять минут, я наконец встала и вышла из комнаты, выключая лампу и закрывая дверь. В моих планах было убрать в гостиной и на кухне, чтобы утром он не наткнулся на беспорядок. Собирая с пола осколки в мусорный мешок, раскладывая листы бумаги на столе, иногда заглядывая в них, и выкидывая пустые бутылки и окурки сигарет, я все думала о его словах. Тело приятно грело осознание того, что он любит меня, что он переживает за произошедшие события. Он любит меня… Несомненно, я тоже люблю его. Я люблю его с самой первой встречи, но поняла это только сейчас. Я люблю его тело, люблю его губы, его лицо, взгляд, волосы, татуировки. Я люблю его музыку, люблю его голос, люблю его образы. Я люблю его душу, его характер, его поведение. Я люблю ощущать его прикосновения, легкие и глубокие поцелуи, его объятия. Я люблю видеть, как он игриво закусывает губы, как постоянно приподнимает брови. Я люблю, когда он злится и хмурится, когда спокойно смотрит на происходящее вокруг, скрывая эмоции. Я люблю его всего, полностью и всегда. И я боюсь потерять его. Он стал для меня очень родным за это недолгое время. Я чувствовала себя комфортно рядом с ним. Понимала, что не хочу отпускать его. Мне стало стыдно за свою ложь. За то, что он не знает, кто я такая на самом деле. Я хотела раскрыть ему правду, но теперь уже боялась гораздо сильнее. Надо было сделать это раньше. Закончив уборку, я вернулась в комнату, где уже крепко спал Дамиано. Ехать домой совсем не хотелось. То ли потому, что я хотела провести с ним утро и уже нормально поговорить, то ли потому, что все ещё переживала за него. Вдруг он проснётся, встанет и упадёт. Все-таки алкоголь полностью выветрится не так быстро. Открыв шкаф, я достала первую попавшуюся мне под руку футболку серого цвета. Сняв с себя всю одежду, я надела вещь и легла рядом с парнем, накрываясь одеялом и прижимаясь к нему всем телом. Тепло, исходящее от него, стало согревать мою душу, и я чувствовала любовь. Перед тем, как провалиться в сон, в моей голове крутилась только одна фраза:

«Что у трезвого на уме, то у пьяного на языке.»