Три желания

      В кабинете стоит полнейшая тишина, нарушаемая лишь гудением кондиционера и щёлканьем колпачка ручки. Хисын в сотый раз перепроверяет заполненные колонки в таблице, делает небольшие исправления в тексте и сохраняет документ, чтобы открыть следующий. Послеобеденное солнце из-за приоткрытых жалюзи падает полосами на его лицо и монитор, слегка слепит, из-за чего он постоянно щурится, но встать и закрыть единственный источник света нет никакого желания. Щелчки повторяются, и ему кажется, что у него начинает дёргаться глаз. Он старается не обращать внимания, нервно бегает пальцами по клавиатуре, снова прикрывает глаза, когда облака проходят мимо солнца, предоставляя палящим лучам полную свободу. Он несколько раз исправляет одно и то же слово, из-за нервов и спешки в пятый раз пишет его неправильно, и это, наконец, доканывает.       — Ты можешь перестать делать это, ради бога, — он снимает очки, раздражённо кидая их на стол, а парень, сидящий за соседним, испуганно вздрагивает, поднимая голову.       — Извините... — и смотрит так виновато, что весь запал тут же пропадает. Ли Хисын, твою мать, он же первый день тут, разве нельзя быть хотя бы немного тактичней. — я просто правда не понимаю, как заполнять эту строку...       — Если что-то не понимаешь - просто подойди и спроси, не обязательно доводить меня до нервного тика.       — Извините...       — Давай сюда, чего там у тебя.       Парень тут же поднимается, в секунду оказываясь рядом.       — Чего ты тут не понимаешь?       — Вот в этой строке должны быть издержки, а здесь написано пеню, но где их брать, если в данных нет? — он неловко водит пальцем по бумаге, кусая губы, а Ли тихо выдыхает, открывая на компьютере другой документ, по-новой объясняя всё то, что он точно рассказывал ещё час назад.       Так, ладно, это всё временно. Успокойся, этот парень быстро научится. Да, первые дни будет сложно, но это можно считать поводом попросить у начальства уменьшить поток клиентов, направленных к нему. Если изобразить из себя очень уставшего и загнанного, то можно... а разве он не всегда так выглядит? Значит, придётся стараться в разы больше.       В случае же, если он не увидит у этого парня никакого прогресса, он не станет долго это терпеть, и он даже предупредил его об этом первым делом, когда его только приставили к Хисыну в качестве стажёра.       — Мне никакие интерны даром не были нужны, так что будь готов к тому, что я не стану долго церемониться. Если ты свой диплом купил в ближайшем метро и не обладаешь никакими знаниями - мигом полетишь отсюда.       Да, неплохо так он его запугал, раз этот бедняга целый час сидел, не находя в себе решимости подойти и спросить. Но он не педагог, чтобы возиться с детьми. Он лишь делает свою работу, к которой так нещадно ему подкинули новую заботу - обучить студента.       Как будто ему мало было проблем в жизни.       — Теперь всё понятно? — после повторного, более тщательного объяснения, интересуется Хисын, на что паренёк быстро-быстро кивает головой, сияя своей милейшей улыбкой. Он просто ещё не знает, что такое настоящая работа и как не сказочно всё это на самом деле. Ну ничего, Ли быстро разрушит все его радужные мечты о беззаботной жизни.       — И спрашивай если что-то совсем уж неясно, не надо тут рассиживать без дела, время не резиновое, знаешь ли.       — Да, хорошо, — парень всё также улыбается, возвращаясь к работе с воодушевлением.       Кому нужно молиться, чтобы оставаться вечно таким же позитивным? Неужели он тоже был таким когда-то? Ну ему, конечно, когда-то нравилась мысль о том, что он наконец выбрался из сетей универа и сможет работать на себя всю оставшуюся жизнь, но едва ли он долго сохранял этот запал. Кажется, его разочарование пришло уже в первый рабочий день, но этого новичка, Ким Сону, он готов похвалить за стойкость       Может всё дело в том, что у него нет тех проблем, которые приходилось решать ему? О, он никому не пожелает того, что пережил. Уж лучше пусть Сону и дальше продолжает радоваться тому, что научился заполнять древние никому не нужные отчёты, чем будет как он бегать из угла в угол, пытаясь найти себе место и при этом не показать дорогим ему людям той степени растерянности, которая раздувала его голову до размеров огромного воздушного шара.       Даже сейчас ему тяжело вспоминать о том, как он оказался совсем один, с непосильной ответственностью на плечах, как разрешал сотни проблем, разом свалившихся на него, точно снежная лавина. До сих пор воспоминания о тех временах вызывают мурашки по телу и небольшую гордость за то, что он всё же смог сделать это, что он справился и не упал. И вытянул Чонвона за собой на поверхность. И он всегда делает всё возможное, чтобы снова не упасть в эту яму.       Даже если он и провалится, то Яну точно упасть не даст.       Хисын поднимает взгляд на часы. Времени остаётся всё меньше, а работа идёт медленно и трудно. Вздохнув, он снова надевает очки, стараясь сосредоточиться, но тут дверь его кабинета с шумом распахивается, тут же закрываясь обратно, а он даже не думает смотреть на вошедшего. Наверное опять Кей принёс бумаги на подпись, или Николас зашёл "поболтать". Но ему сейчас совсем не до этого, так что ему придётся подождать ближайшего свободного дня в расписании Ли, который навряд ли наступит слишком скоро.       — Приветик, — раздаётся над головой какой-то смутно-знакомый голос, и Хисын всё же поднимает голову. Да ладно, ему правда не кажется?       — Как ты тут оказался? — тут же кидает он вопросом в отчего-то слишком довольного и веселого... как его там? Джейк?       Парень берёт стоящий у окна стул и садится за стол Хисына напротив него, ставя перед собой два стаканчика кофе, довольно улыбается и, чёрт побери, подмигивает. Исключительно очаровательно подмигивает, но у Хисына - кажется единственного во всём этом мире - слишком хреновое настроение и немного болит голова, так что он не выказывает ответного дружелюбия.       — Я не знал, какой кофе ты любишь, поэтому взял просто латте, — Джейк придвигает стаканчик ближе к его части стола. Ладно, у этого парня есть всего один шанс ему понравиться.       — С сахаром?       — Конечно, — довольно кивает тот, но Ли фыркает в ответ. Шанс безвозвратно упущен.       — Оставь себе, я не пью с сахаром.       Джейк едва заметно хмурится, но тут же снова пытается взять себя в руки, в то время, как вопросов в голове Хисына становится с каждой секундой только больше. Кто пропустил его сюда? Почему он заявился только через два дня после происшествия, если обещал позвонить на следующий? Почему не позвонил, если у него был его номер? Зачем притащил свой дурацкий кофе и почему сидит так, словно находится не в чужом кабинете, а у себя дома?       Хисын уже раскрывает рот, чтобы задать хотя бы один из сотни вопросов, но в этот момент раздаётся очередной щелчок, куда более громкий, чем те, что раздавались минутами раньше, едва не доведя его до ручки, и Шим вздрагивает, хватаясь рукой за затылок, и резко разворачивается.       Сону, сама невинность, смотрит на сломанный колпачок, потом на Джейка, и виновато улыбается, тихо извиняясь. Хисыну кажется, что его нервы скоро точно также щёлкнут в последний раз, и тогда пострадает больше, чем чужой затылок. Джейк, точно только заметил, что в кабинете кроме них двоих находится кто-то ещё, как-то весь подбирается, даже волосы поправляет на том самом затылке, куда отлетел пластик чужого колпачка. Потом поднимается из-за стола, кажется, потеряв всякий интерес к личности Хисына, подходит к столу Сону, привычно-обворожительно улыбаясь, вместе с этим самым стаканчиком латте.       — Не знал, что в этой компании работают одни милашки, я бы заглядывал сюда почаще, — Ким дурацки краснеет на чужую наглую лесть, что потоками льётся из Джейка. Интересно, это врождённый талант или он проходил какие-то курсы? — слушай, ты наверное очень устал, может быть сходишь до буфета, возьмёшь себе пироженку, попьёшь кофе? Прогуляйся немного, освети коридоры своим солнечным личиком, надеюсь кто-то улыбнётся, потому что от этого, — он указывает рукой на до смерти возмущённого Хисына, который крепко сжал зубы, — не дождёшься.       Ким улыбается так ярко, как не улыбался за всё время их знакомства, забирает протянутый кофе и поворачивается к Хисыну, точно спрашивая разрешение. Ещё немного этого цирка, и Ли будет готов убивать. Никто из присутствующих, кажется не замечает, как яростно сверкают его глаза. Мало того, что этот придурок так бесстыже ворвался к нему посреди рабочего дня, помиловался с его стажёром, так он ещё и отпустить его решил по своей воле! Да кто он вообще такой, как может столько наглости помещаться в одном человеке?       — Иди-иди, нам с твоим... начальником, или кто он там тебе, надо серьёзно поговорить, — подталкивает Джейк Сону, а тому трижды, видимо, повторять не надо, он поднимается, и уже через секунду за ним закрывается дверь кабинета.       Хисын прикрывает глаза и вздыхает, говоря себе, что так даже лучше, что не стоит этому пареньку подслушивать их "серьёзные разговоры". И, пожалуй, ему не помешает немного отдохнуть от вечно окружающего Хисына раздражения. Он бы и сам не прочь избавиться от него, но что поделать, если он вечно попадает в какие-то абсурдные выводящие из себя ситуации?       Джейк провожает взглядом Сону, после тут же теряя к нему всякий интерес, снова садится за стол перед Хисыном, обращая всё своё внимание к нему. И очень вовремя, потому что у него к нему достаточно много вопросов, которые хотелось решить как можно быстрее, но едва он открывает рот, как его снова перебивают.       — Глюкозу нужно есть, это источник энергии, неудивительно, что ты такой дохлый сидишь.       — ... спасибо, что поделился своими познаниями в биологии, но я как-нибудь сам разберусь. Что ты тут делаешь? С каких пор в офис пропускают кого попало?       — Я пришёл поговорить, конечно же. Прости, что не позвонил, у меня возникли срочные дела. И я не кто попало, чтоб ты понимал. Связи, — отвечает тот, даже как-то обиженно прикусив губу, и делает глоток кофе из своего стаканчика, тут же морщась и отставляя его подальше на стол, — ну и дрянь.       Хисыну, конечно, очень интересно, какие у этого парня могут быть связи здесь, но он слишком хочет закончить этот разговор поскорее и вернуться к работе. Сегодня ему задерживаться никак нельзя, поэтому надо быстрее разрешить всё. И забыть знакомство с этим Джейком как страшный сон.       — Ну так говори зачем пришёл.       — У меня есть предложение, — Шим наклоняется ниже к столу, заглядывая в глаза Хисына, который не слишком-то охотно готов принимать очередные предложения от него.       — Если это что-то наподобие того, что я слышал на парковке, то лучше подумай сто раз, прежде чем я выкину тебя из этого кабинета взашей, даже не посмотрев на то, какая ты там шишка и есть ли у тебя связи, — предупреждает Хисын, складывая руки на груди и откидываясь назад на спинку кресла. Солнце снова бьёт прямо в глаза, отчего он щурится и склоняет голову немного набок, чтобы избежать лучей. Джейк выглядит ни капли не впечатлённым чужим предостережением.       Хисын и сам не уверен, что то, что он говорит не пустой звон, потому что проблем ему не нужно, и осторожность превыше всего, но сдаваться и подстраиваться под кого-то ему не позволит гордость.       — Всё очень просто. Я плачу за ремонт твоей тачки, а ты идёшь со мной на свидание.       Хисын прикрывает глаза, на этот раз не от солнца, а потому что он просто не может больше видеть этого человека, который настолько упорно и прямо говорит подобные вещи. Серьёзно, его это так достало, что он готов заплатить сам за этот несчастный ремонт, ещё этому придурку дать денег впридачу, лишь бы он от него отстал. Ну пожалуйста. Что ему ещё сделать, чтобы этот идиот перестал катить к нему свои яйца? У него нет ни времени ни сил на какие-то бесполезные свидания без шанса на серьёзные отношения. В любом случае, кто-то вроде Джейка не станет обещать ему пресловутое "долго и счастливо", он просто поиграется и выкинет как надоедливую игрушку. Хисын не хочет ввязываться во что-то подобное.       Впрочем, у него кажется ещё есть ходы для отступления, пока всё не зашло слишком далеко.       — Прекрати подкатывать ко мне, я не гей, — отсекает он самым простым способом. По крайней мере попытаться стоит.       — Хисын-а, — зовёт его Джейк, и Ли морщится в ответ. Ему обязательно нужно произносить его имя так слащаво? — как думаешь, что это? — указывает взглядом на полупустой стаканчик в своих руках.       — Кофе? — этот парень его за идиота держит?       — Не совсем. Это второсортная растворимая отрава из автомата. Понимаешь к чему я?       — Нет, — хмурится Ли. К чему вообще ведёт этот дурацкий разговор?...       — В тебе столько же натуральности, сколько в этом подобии на кофе. И это видно невооружённым взглядом.       Если бы Хисын пил, он бы сейчас выплюнул всю жидкость прямо на клавиатуру своего компьютера, так что теперь он по-настоящему рад, что не стал брать принесённый для него латте. Что значит видно? У него что на лбу написано, что он гей? Или, может быть, этот парень экстрасенс и видит людей насквозь?       Хисын окидывает парня гневным взглядом, кусая губы, и пытаясь придумать новые пути отступления. Он искренне не понимает, зачем он сдался этому парню. Он разве хоть раз проявил малейшее дружелюбие к нему, как-то показал ему симпатию? Ну что могло привлечь его настолько, что он приклеился, точно банный лист, и никак не хочет отцепляться?       — И какой мы из этого делаем вывод? — нарушает молчание Джейк.       — Что ты хам? — делает вполне очевидное предположение Хисын.       — И снова мимо! Мы делаем вывод, что у меня есть все шансы, — довольно улыбается Шим, и точно скопировав движения Ли, откидывается на спинку своего стула.       — Что тебе, — Хисын вздыхает, потирая глаза, пальцами, опирается на локти, заглядывая прямо в чужие чертовски бездонные глаза, по которым прочитать что-либо кажется поистине нереальным - слишком уж глубоко утягивает в себя эта темнота омутов, — что тебе нужно от меня? Только честно. Если ты ищешь себе очередную игрушку, или как там у вас принято это называть, то ты попал не по адресу, потому что я подобным не интересуюсь. Уверен, тебе нахрен не сдался кто-то вроде меня, так зачем испытывать судьбу и начинать то, что не будет иметь нормального продолжения? У меня нет никакого желания заводить тесные знакомства с кем-то вроде тебя, понимаешь?       Разве это так сложно? Просто оставить его в покое. Он не хочет заводить какие-то романы сейчас. Ему уже хватило в жизни недолгосрочных, изначально провальных отношений. И не то, чтобы он до сих пор не отошёл от предыдущего расставания, просто... ему не до этого. Есть куда более важные вещи и люди, на которых он хочет потратить своё время. И он не готов сокращать своё общение с теми, кто действительно в этом нуждается ради того, кто просто исчезнет как только поймёт, что на самом деле представляет из себя Хисын.       Может быть сейчас это и кажется романтичным и интересным - от ненависти до любви один шаг и всё такое, но на деле всё совсем не так. Потому что это не дорама, а реальная жизнь. И здесь не бывает такого волшебства и предназначенных судьбой встреч, после которых любовь, или как там называют эту волшебную силу, растапливает лёд в сердце, впуская туда единственного и неповторимого. Потому что сердце Хисына не лёд и не камень, но впустить он туда всё равно никого не сможет.       И просто... нужен ли кому-то кто-то вроде него? Стоит Джейку увидеть истинную картину, как он сбежит куда подальше, он же такой легкомысленный! Он в любой момент может найти себе кого-то, кто ответит ему взаимностью, согласится на сотню свиданий и прыгнет в постель по щелчку пальца, зачем ему грести под себя Хисына со всеми его заморочками? В этом просто нет никакого смысла.       — Ты слишком много думаешь, — качает Джейк головой, — ты вообще в курсе, что такое просто плыть по течению? Ты когда-нибудь шёл на безумные авантюры лишь для того, чтобы получить удовольствие? Рвался на части ради потехи? Глотал огонь? Выходил из зоны комфорта, чтобы почувствовать, как кровь в жилах застывает от безграничного, всеобъятного счастья? Становился настолько сумасшедшим, что люди звали тебя чёртовым ураганом? Был ли ты когда-то, хотя бы на одну секунду, по-настоящему счастлив, а, Хисын?       Хисыну даже думать долго не надо, чтобы ответить нет. Он смотрит на Джейка, как будто впервые в жизни видит его. Как будто кто-то вроде него вообще не может существовать. И он видит это в нём, видит то, что когда-то считал своим смыслом жизни, то, что нельзя объяснить, это нужно просто почувствовать. От него веет опасностью и безумием.       Он - тот, кто умеет наслаждаться жизнью, тот, кто любит жизнь, кто знает, чего он хочет и всегда может это получить.       Такой, каким Хисыну никогда не стать.       — Это твой привычный образ жизни, но не мой. Ты можешь делать что-то подобное, но тебя не ждёт дома ребёнок, у тебя нет этой ответственности за каждый шаг, которая связывает руки, тебе не нужно быть опорой для кого-то, потому что ты зависишь только от самого себя, денег и своих прихотей. Ты не дрожишь над тем, чтобы не потерять работу, не просыпаешься каждую ночь от кошмаров, уверен, ты никогда не знал, что на самом деле значит ответственность.       Они разные. Из разных миров, разного воспитания, разных судеб. Хисын не родился с золотой ложкой во рту, он потратил свои лучшие годы на то, чтобы добиться всего, что имеет. И Джейк-то уж точно не тратил последние копейки стипендии на психологов, чтобы просто вернуть себя к жизни. Он не прилагал титанические усилия на то, чтобы просто сделать банальный вдох, когда казалось, что всё тело простреливают автоматной очередью, когда липкая тревога не давала открыть глаза и прогнать страх. Когда казалось, что смерть стоит над тобой, медленно высасывая все соки, желая проглотить живьём, как только последние силы покинут ослабшее тело.       Джейк другой, и это факт. И Хисыну рядом с ним нечего делать, потому что он не сможет оправдать даже малейших ожиданий. Он чувствует, как к горлу подкатывает ком, но упорно игнорирует. Нужно просто закончить этот разговор раз и навсегда.       — Но у всех есть какая-никакая ответственность, — начинает Шим, но на этот раз перебивает уже Ли.       — Давай просто закончим это. Я не хочу обсуждать это дальше.       — Ладно, — сдаётся Джейк и переходит, наконец, к сути дела, — ты уже ездил в салон узнать цену?       — Да, — кивает Хисын и достаёт из стола папку, отыскивая там нужный документ, — помнится, ещё пару дней назад ты доказывал, что у тебя нет денег, — хмыкает, протягивая бумагу в чужие руки. Джейк бегает глазами по строкам, паралельно объясняя:       — У меня украли карту в тот день, так что я восстанавливал.       — Или ты просто её посеял, — закатывает глаза Хисын. Не то, чтобы он хотел поболтать, но разговор с этим человеком удивительным образом клеится сам собой, он даже не замечает особо, как начинает втягиваться.       — Да, она просто потерялась и сама с себя совершила покупку на сто тысяч вон, — отвечает тот, откладывая бумагу на стол, — не советую этот салон.       — Нормальный салон, я всегда в него езжу, — защищается Ли.       — Значит ты всегда ездишь в херовый салон, — пожимает плечами Шим.       — О, а ты у нас значит знаток лучших автомастерских города, — скептически тянет Хисын.       — Ну вообще да. Если тебе интересно, то я во всех побывал, проверял качество, потому что доверять свои машины каким-то невеждам не собираюсь, — отвечает он невозмутимо, — я, конечно, могу и сам, но с некоторыми деталями возиться просто нет времени, так что, если я уверен, то могу доверить мелочи кому-то. Но что-то более серьёзное делаю сам, уж слишком неохота снова судиться с салонами, знаешь ли, они не стоят такого внимания.       Хисын смотрит поражённо. Он, получается, механик, раз так разбирается в автомобилях? Неужели он действительно занимается чем-то подобным? И почему тогда у него не своей мастерской? Может просто любитель?       — Ну и что ты мне тогда посоветуешь делать?       — Кину тебе адрес нормального салона, где всё точно сделают качественно, — быстро находит Джейк решение.       — Адски дорогого, да?       — Всё равно я плачу, так какая разница? Я могу просто купить тебе новую тачку, но это будет слишком просто.       О, ну да. Для него едва ли существует слово "дорого". Разве Джейк станет смотреть на ценник, он ведь явно привык к тому, чтобы всё было красиво, а цена... что вообще для него значит цена? Главное, чтобы нравилось, чтобы оправдывало ожидание.       Хисын упорно говорит себе, что не завидует. Это просто бесполезно. Что даст ему зависть? Лишний повод задуматься о бренности своего существования, вот что. Просто кому-то изначально повезло, кому-то нет, это естественно, так устроена жизнь, и не ему на это жаловаться и пытаться что-то изменить. Он знает свою работу, поэтому просто продолжит её выполнять, а Джейк просто сделает то, что должен сделать он. Никаких лишних чувств по этому поводу.       Тем более он бы всё равно не смог принять от него новую машину.       — Хорошо, тогда отправишь адрес, я скину тебе счёт, — соглашается Ли и зачем-то уточняет (точно зная, что пожалеет об этом), — всё?       Шим внезапно поднимает голову, оживляясь, а Хисын готов проклинать себя за то, что вообще решил спросить. Ну кто его за язык тянул? Парень ставит локти на стол, наклоняясь к нему, опускает голову на ладони, вопросительно заглядывая в глаза.       — Свидание? — Ли громко выдыхает.       — Я уже говорил свои мысли по этому поводу.       — Как много нужно тебе для счастья? — внезапно спрашивает Джейк, и Хисын теряется. Опять какие-то непонятные вопросы, на которые у него нет никакого желания отвечать.       В самом деле, а много ли ему надо?       — Мне нужно, чтобы ребёнок был счастлив, — отвечает он без сомнений.       — У тебя есть сын? — удивляется Шим.       Хисын непонимающе смотрит на него, потом, поняв, что и правда звучало так, словно у него есть свой ребёнок, слабо усмехается.       — Мне не так много лет, чтобы иметь сына старшеклассника.       — Брат? — делает Джейк предположение.       — Двоюродный, — проговаривает Хисын, — какая тебе вообще разница? — снова раздражённо хмурится. Чего он вообще пристал к нему с этими бесполезными расспросами, ему же ясно сказали, что не заинтересованы ни в каких авантюрах, так зачем пытаться перевернуть всё с ног на голову?       — Но разве ты не думал о чём-то для себя? — наклоняет Джейк голову, и словно тянется ближе, пристально вглядываясь в его глаза, отчего Хисыну становится не по себе, — чего бы ты хотел? Сколько нужно тебе для счастья? Ты думал об этом? Миллион? Два? Миллиард? Ты знаешь, что люди ненасытны, им свойственна жадность, но ты мог бы хотя бы примерно предположить, как много денег решили бы все твои проблемы?       Хисын неосознанно подаётся вперёд, точно заворожённый вслушиваясь в чужой вкрадчивый голос. Хватит ли ему миллиона? Можно купить ещё одну средненькую машину. На два миллиона тоже особо не разгуляешься, но это бы обеспечило Чонвону место почти в любом стоящем вузе. Миллиардом уже можно распорядиться как следует, это действительно много, и если бы он мог...       Хисын вспоминает лицо Чонвона во время недавнего вечернего разговора и осекается. Миллионы? Миллиарды? Нет такой суммы, которая вернёт здоровье смертельно больному человеку. Нет такой суммы, которая вылечит разбитое истоптанное сердце. Нет такой валюты, которой бы можно было расплатиться за счастье.       — Не в деньгах дело, — отвечает он, снова отстраняясь, опускает голову, чтобы спрятать за чёлкой избитый взгляд, — счастье не купишь, как бы банально это ни звучало.       — И к чему мы пришли? — сияет Джейк, а Хисын хмурится, не понимая, чему он так радуется, — кто из нас счастливее? Глупый вопрос, это и так видно, но ты попробуй сказать, почему? Потому что у меня на счету больше нулей? Или потому что ты сам себя ограничил в том, чтобы узнать настоящие эмоции? Понимаешь теперь о чём я?       — Я не понимаю, зачем ты говоришь об этом со мной, — честно признаётся Хисын.       — Потому что у меня есть предложение, — снова улыбается Шим, а Хисын уже всей душой ненавидит эту фразу, так часто произносимую этим невозможным парнем.       — Я не пойду с тобой на свидание хотя бы потому что не знаю тебя толком.       — Другое. Допустим, у тебя есть что-то, чего ты так искренне хочешь, но нет возможности это сделать. Ты сидишь в своём грустном домике со своим грустным сыном.. э.. братом, но тут появляется - совсем как в сказке - золотая рыбка и исполняет три твоих желания. Всё, что угодно. Хоть звезда с неба, хоть самолёт, хоть замок - всё, что ты только захочешь.       Хисын как можно тише вздыхает, переваривая информацию. Нет, ну он же точно сумасшедший. Нормальный человек не станет так долго и упорно настаивать на такой глупости, только душевнобольной способен предложить что-то подобное нормальному адекватному человеку. Так больше не может продолжаться, он скоро сам с ума сходить начнёт такими темпами.       — Три желания, — жёстко проговаривает Хисын, — первое: заплати за ремонт, второе: уйди из моего кабинета, третье: забудь сюда дорогу. Всё, разговор окончен.       Ли показательно отворачивается от ошеломлённого таким ответом Джейка, возвращаясь к незаконченной работе. И где там этот Ким Сону пропадает? Этот бездельник и так потратил столько времени впустую, а ведь у него стажировка не вечная и когда-то придётся приступить к настоящей работе, и что же он будет делать? Также при любой возможности убегать со своего места, уходить попить кофе на ближайший час или два?       Джейк поднимается из-за стола, отставляет стул обратно на место, а Хисын замечает, как поникли его плечи. Вот и правильно. Чем быстрее он разочаруется, чем лучше. По крайней мере это поможет им обоим избежать недопонимания. И ему совершенно незачем переживать из-за своей грубости, в конце концов он в праве отшить кого-то настолько настырного любым удобным для себя способом. Потому что они не друзья, не родственники, даже не приятели, а просто случайный знакомые, так что он ничем ему не обязан. И ему незачем переживать по этому поводу.       Если бы эти мысли могли успокаивать, Хисыну жилось бы куда легче, но, к сожалению, это не работает так просто.       — В общем, ты подумай... — как-то неуверенно начинает Джейк, а Ли всё же поднимает на него, стоящего у двери, взгляд, очень надеясь, что в нём не слишком ярко виднеется сожаление. Или что его хотя бы не будет видно с расстояния пары метров. О боги, пусть у Шима будет плохое зрение, — очень хорошо подумай над тем, что я тебе сказал. Это может здорово изменить свою жизнь. Все рамки лишь у нас вот тут, — пальцем он пару раз стучит по своей макушке, после чего открывает дверь, бросая короткое "пока" на прощание, и сталкивается в дверном проёме со странно взволнованным Сону.       Ким едва не врезается в него, тихо и смущённо извиняется, мягко и немного нервно улыбаясь, и проходит за своё рабочее место, стараясь не смотреть на подвисшего Хисына, уставившегося на уже закрытую дверь.       Да ладно, что такого в том, что он сейчас в самом деле уйдёт? Даже если он действительно привлекателен внешне, Ли не из тех, кто ведётся на красивую оболочку. И тут уже стоит действительно задуматься, а только ли оболочка у него красива? Ведь он счастлив, он знает, что такое счастье, и сам образ его мыслей предполагает то, что он любит себя. Разве он не прекрасен изнутри?       Может и так, но он всё ещё не может быть уверен в искренности его намерений. Искренность... ладно, он может быть исключительно искренен, это Хисын допускает, но вот серьёзен ли он? О какой серьёзности может идти речь, когда этот человек предлагает ему какие-то сказочные три желания и звёзды с неба?       Тут и думать не о чем. Просто нет. Ему это не нужно, вот и всё.       На телефон приходит уведомление и Ли тут же открывает сообщение от неизвестного номера. Просто адрес. Что ж, он съездит в этот салон, починит машину и на этом их знакомство закончится. Да, никаких лишних сложностей.       И ему совсем незачем вникать в чужие мысли, это всё просто глупости, чтобы заморочить ему мозг. Он помнит, чего хотел от него Джейк при первом разговоре. Таким людям не стоит доверять, так что он просто продолжит жить как ни в чём ни бывало. Словно никогда не знал никакого Шим Джейка. У него есть Чонвон, и это единственное, о чём стоит сейчас думать.       Даже если что-то внутри упрямо противится такому решению.