Три желания

      Хисын тупым взглядом уставляется в ярко-зелёную вывеску, и, честное слово, очень старается подобрать хоть сколько-то приличные слова, но ничего, кроме цензуры, в голову не лезет. Это ж надо быть настолько глупым, чтобы... повестись на подставу Шим Джейка.       — Я его убью, — Ли крепко сжимает в руке телефон, снова заходит в чат с адресом, потом в карты, в десятый раз сверяя все данные, но нет, он нигде не допустил ошибки. Его просто нагло провели.       Хисын не сможет даже примерно сказать, насколько сильно он переполнен гневом прямо сейчас. Он прямо-таки разрывается от всеобъятной ярости, кажется, ещё немного, и он просто лопнет, как воздушный шарик под напряжением. Он снова матерится себе под нос, с ненавистью смотрит на яркую вывеску приюта для бездомных животных и садится обратно в автомобиль. Как бы между прочим, он был бы очень не против сдать эту скотину Джейка в собачник, честное слово.       — Приветик, чем могу помочь в сей ранний час? — раздаётся в динамике до скрипа зубов сладкий, немного сонный голос Шима.       — Час дня блять, — грубо кидает Хисын, — какого хрена, ты объясни мне?       — О, у кого-то херовое утречко? — откровенно смеётся в ответ на чужой гнев парень.       — Попробуй угадать из-за кого? — зло шипит в трубку Хисын       — С начальством не поладил?       — Решил поиграть в идиота?       — Я без понятия о чём ты, — Ли улавливает в чужом голосе насмешливые нотки и тихо выдыхает, дабы не сорваться. О, его это злит до белых пятен перед глазами. Джейк ведь явно прекрасно понимает, о чём он говорит.       — И, конечно же, ты даже предположить не можешь, почему я сейчас стою перед приютом для животных, вместо того чтобы чинить машину?       — Бе-ез понятия, — тянет ШИм, — хочешь взять себе котёнка? Говорят, животные отлично подходят для терапии, тебе бы не помешало подлечить нервы.       — Ты... ты совсем попутал..? — с трудом сохраняя какое-никакое спокойствие вкрадчиво шепчет Хисын, сжимая в руке несчастный корпус телефона. Нет, в самом деле, этому парню лучше бы прекратить вести себя подобным образом прямо сейчас, потому что Хисын далеко не железный. И, если его довести, то едва ли можно прийти к чему-то хорошему.       — Ладно, опустим это, скажи, чего ты от меня хочешь? Я не каждому отвечаю, когда сплю, знаешь ли, — Ли только теперь замечает, что его голос сонно хрипит и звучит ниже чем обычно, и во рту отчего-то пересыхает, — так что ты, считай счастливчик, так что пользуйся своей привилегией с умом.       — Я хочу понять, какого хрена ты там напутал с адресами, — Хисын вспоминает про остывающий кофе в стаканчике и делает глоток. Отвратительный остывший американо не радует вкусом, но со своей задачей справляется всё равно отлично. Однако стоит в трубке снова раздаться чужому голосу, как горло с просто какой-то космической скоростью пересыхает снова. Будь проклят этот Шим Джейк, и пусть он горит во всех девяти котлах за всё хорошее.       — Ну может не то кинул, не знаю, — Джейк звучит так искренне, что отвлёкшийся и почти забывший о сути разговора Хисын почти готов ему поверить. Вот только едва слышимая усмешка в конце всё же напоминает ему, с кем именно он имеет дело.       — Просто кинь мне нормальный адрес, окей?       — Не думаю, что помню его, давай я лучше просто покажу?       О, какая интересная многоходовочка. Нет, серьёзно, с кем-то настолько упрямо навязывающимся Хисыну ещё не приходилось иметь дело. И это начинало чертовски надоедать, у него уже просто не осталось сил сопротивляться. И, чёрт бы побрал этого Шима, желание отшивать его временами испарялось со скоростью света, потому что его голос становится низким и вкрадчивым, а его слова частенько попадали прямо в цель. Он очень не хочет думать о чём-то подобном, но картинка сонного полуобнажённого парня возникает в сознании сама собой. Хисын сглатывает, ловя в зеркале заднего вида свои покрасневшие щёки.       У него просто давно никого не было, вот и всё. И, быть может, на фоне всей этой ситуации, было бы не так страшно согласиться на короткую связь без обязательств? Ну а что, каждый из них получил бы своё, и тогда уже точно можно было бы со спокойной душой расставаться.       О Боги, как же отвратительно это звучит. Опомнись Хисын, кто ты такой, сколько тебе лет и что за воспитание ты получил, чтобы подобное вообще имело место быть в твоей голове?       — После восьми можешь зайти ко мне в офис? — окей, он просто немного сыграет по чужим правилам. В конце концов что такого страшного может произойти?       Обычно с этих самых слов начинается что-то реально страшное, но Ли упорно игнорирует голос разума.       — Я не помню где он.       — Что? Ты там был как минимум дважды, неужели у тебя настолько короткая память? — хмурится Ли. Это какая-то новая игра разума от Джейка что ли?       — Но ты же сам сказал мне забыть дорогу туда, — невозмутимо отвечает Шим. Хисын несдержанно бьёт себя по лбу. Честное слово, от кого-кого, но от этого парня он точно не ожидал подобного ребячества. Обидеться на его слова? Сколько этому ребёнку лет вообще?       Погодите-ка... А ведь и в самом деле, сколько ему лет? Может он и правда ребёнок, слишком хорошо влившийся в образ делового занятого взрослого?       — Сколько тебе лет? — резко спрашивает Ли.       — С чего такие вопросы? Не бойся, за совращение несовершеннолетних точно не сядешь.       — Я никого не совращал.       — Уже одно твое существование способно поставить на колени кого угодно. Я уже молчу про этот костюм и крепко затянутый на твоей шее галстук, потому что его, честно говоря, хочется снимать очень неторопливо и красиво.       — Ты просто больной, — Хисын не хочет признаваться себе в том, как приятна ему на самом деле подобная лесть и как же... возбуждающе на самом деле звучат подобные слова. Он, конечно же, не собирается вестись на это, но чёрт... когда ему вообще говорили что-то подобное? Когда кто-то помимо его родственников и друзей делал ему комплименты? Ладно, стоит признать, что его коллеги часто говорили о его прекрасном внешнем виде, но ничего настолько оригинального и горячего он не слышал уже очень и очень давно.       — В общем встретимся в центре через час, иначе потом у меня не будет времени, — серьёзным голосом, не терпящим возражений, проговаривает Джейк.       Хисын смотрит на всё ещё открытую карту на панели управления и возмущённо хмурится. Это не то, на что он рассчитывал, и сколько бы приятных вещей этот Джейк ему ни говорил, он всё ещё против. У него есть свои дела в конце концов центр города был ну просто слишком далеко от окраины, где он, между прочим по вине того же Шима, оказался. Ему нужно ехать в офис прямо сейчас, разобраться с некоторыми документами, касающимися его интерна, как он привык называть Сону, а потом он обещал Чонвону отвезти его к друзьям в компьютерный клуб-кафе. У него куча дел и планов, с чего этот парень взял, что Хисын бросит всё и понесётся к нему на встречу?!       — Я не могу, у меня куча дел, разве ты не можешь подойти к моему офису?       — Нуу, — задумчиво тянет Джейк, словно и правда раздумывает, но в итоге отвечает так быстро, словно уже давно заготовил ответ. Хисын почему-то в этом и не сомневается, — ты, конечно, можешь отменить все свои желания, но за небольшую плату.       — Что за... о Боги, как же... — как же ты меня достал - не позволяет себе закончить Ли. Он не должен быть настолько груб в конце концов. Вздохнув, сдаётся, — говори, чего ты хочешь.       — Свидание, — Хисын через динамик телефона слышит в его голосе самодовольную улыбку.       — Издеваешься? Почему нельзя просто сделать всё по-человечески и разойтись?       — Во-первых, это слишком скучно. Во-вторых, слишком просто. Ну и, наконец, в-третьих, когда это я скрывал, что ты мне понравился? Или мои не-намёки были недостаточно прозрачны?       — Мои не-намёки на то, что это невзаимно, значит, в счёт не идут?       — Ну ты, видимо, не из тех, кто влюбляется с первого взгляда, но это не значит, что это нельзя исправить. Просто соглашайся, упрости жизнь и мне и себе.       — Я не хочу, — упрямится Хисын.       — Ну Хисын-а, ты ведь не глупый, — тянет его имя парень, — ты должен понимать, что в этом мире очень мало таких компромиссных людей, которые спокойно позволят рулить своей жизнью в любую сторону. Но всегда есть более крупная рыба, способная заставить мелкую рыбёшку дрожать от страха и подчиняться любым её прихотям. Так устроена жизнь. Кто-то всегда получает то, чего хочет, а кто-то так и остаётся навсегда в своём убежище, дабы эта богатая скотина его не сожрала.       О, вот как он заговорил. Да, конечно, Хисын, на что ты рассчитывал? Что ты хоть что-то представляешь из себя в чужих глазах? Не стоит быть настолько наивным.       — Слышишь ты, более крупная рыба, чтоб ты понимал, я действительно с высокой колокольни плевал на то, кто ты, и что из себя представляешь ты и весь твой род. Для меня ты - никто, и как бы много подобные тебе о себе ни возомняли, для меня каждое твоё слово - пустой...       — Давай остановимся, пока ты не сказал того, о чём потом будешь жалеть, — мрачно перебивает его Джейк.       — О, конечно, спасибо за заботу. Когда же ты поймёшь наконец, что у меня нет времени на эту херню?       — Да, точно, ты же молодой отец-одиночка, как же это я запамятовал, — открыто усмехается парень, что выводит из себя только сильнее.       — Что смешного ты в этом находишь? — почти гневно шипит Ли.       — Ничего, — тут же сдаёт Шим, — можем выбрать любой день, когда ты будешь свободен от наседства, как тебе идея?       — Не очень.       — Да ладно, а мне нравится. Не вечно же ты будешь занят, правда? Ну, на крайний случай, раз тебе так хочется проехаться до центра, отложив все свои дела, то... я и тут не против.       Хисын ненавидит, когда его так грубо ставят перед выбором. Причём перед настолько невыигрышным выбором. Хочет ли он тратить время, своё драгоценное, рассчитанное по минутам время, на какого-то приставучего самоуверенного эгоиста? Нет. И почему он вообще должен пытаться искать выход и подстраиваться под кого-то? Он может и хочет сам распоряжаться своей жизнью. Но почему-то задать себе вопрос, почему он до сих пор не разорвал с этим надоедливым парнем все связи, Ли пока не торопится. Ему просто нечего на это ответить, и он даже под дулом пистолета бы не признался, стыдливо опустив глаза, что на самом деле Джейк его заинтересовал. И что в целом он не так уж плох внешне.       И что все до единого его слова проникли в его голову каким-то диким ураганом, перевернув внутри всё с ног на голову и заставив задуматься о многих, прежде игнорируемых им вещах. Просто... ему не хочется думать об этом. И уж точно самому Шиму знать об этом не нужно.       Но, если всё же окунуться туда, в глубину его бешено перемешавшихся мыслей, то можно увидеть яркой неоновой вывеской горящее непопулярное мнение о том, что он мог и в какой-то степени даже хотел бы согласиться на свидание. Кроме того, Джейк предлагал ему и другие, не менее интересные вещи, загадочные три желания, например, так что он, Хисын, потеряет от этого? Ну, допустим время, но это не слишком-то крупная цена за то, что он мог бы попросить.       Значит, всё же стоит попробовать сыграть в эту непонятную игру, которую придумал этот парень? Про крайней мере стоит попытаться, а там уже будет видно, стоит игра свеч, или лучше бежать из этого гейм клуба как можно скорее и дальше, сверкая пятками. Да, пусть будет так - думает Хисын, не особо вникая в то, что дальше говорит ему Шим, просто стараясь как можно скорее завершить этот звонок.       И, приехав на стоянку своего офиса, он едва не вскрикивает, когда, на секунду отвлёкшись, едва не сбивает стоящего у его парковочного места молодого парня. Он стоит спиной, подняв голову вверх, его длинная свободная белая рубашка слегка развевается ветерком, а белоснежная подошва кроссовок практически сияет и выглядит слишком идеально чистой для пыльных улиц Сеула. Замечательно, не хватало ему проблем, так ещё и чуть человека не сбил по невнимательности.       — Ты что псих? — Хисын выходит из машины, а парень - и его фигура кажется Ли смутно знакомой - наконец поворачивается, и он встречается взглядом с... Джеем? Вот уж называется "неловко вышло".       — О, привет, — улыбается Пак. Совершенно спокойно, точно это и не он вовсе стоит посреди дороги, и не его только что чуть не сбили, — нет, вроде пока в своём уме, чего не могу сказать о тебе, раз разъезжаешь по парковке на такой скорости. И у тебя сегодня разве не выходной?       — Ну типа того, — хмурится парень в ответ, — я просто очень тороплюсь, мне нужно заполнить бумаги по Ким Сону.       — Я отдал их Ханбину, он разве тебя не предупредил? — удивлённо поднимает брови Джей, — забыл наверное... В общем тебе сегодня тут делать нечего, так что можешь быть свободен.       Хисын грузно вздыхает. Он снова потерял драгоценное время, а всё лишь из-за чужого пренебрежения и невнимательности! Интересно, эти подставы от жизни когда-нибудь перестанут его преследовать? Потому что он уже неплохо так от подобного хода вещей устал.       И он бы рад быть свободным и уехать отсюда поскорее и подальше, но по злобному року судьбы, не иначе, ему нужно дождаться встречи с Джейком на этом самом месте. Шим сказал, что приедет через час, то есть у него оставалось чуть больше получаса до встречи. Отвезти Чонвона за это время он не успеет, и возвращаться домой просто для того, чтобы через десять минут ехать обратно, тоже казалось бесполезной идеей. Так что, выходит, ему остаётся только ждать, потому что звонить и снова тревожить Шима у него нет никакого желания.       Хисын оглядывается по сторонам, пробегается взглядом по высокому солидному зданию компании, и неловко делает пару шагов обратно к машине. Садиться в салон не особо хотелось, но и говорить с зависшим и что-то активно печатающим в телефоне Джем, ему особо не о чем. Они не друзья, даже не хорошие знакомые, да и едва ли для него было чем-то даже в перспективе возможным познакомиться с этим парнем ближе. На его памяти было не слишком много моментов, когда начальство становилось по-настоящему близко с простыми "рабочими", да и Пак был явно из числа тех самых зазнаек, которым отец предоставляет тёплое местечко без особой загруженности, лишь бы пристроить своё чадо получше и не нагрести при этом проблем из-за его не слишком впечатляющих способностей. И вот Джей получил своё звание зама директора, особо не парясь о том, насколько ответственная по сути это должность.       Он ведь сын директора! Так с чего бы ему париться, если можно всю работу свалить на плечи своих подчинённых? Хисын и сам нередко попадался ему под руку, будучи просто вынужденным выполнять по сути даже не свою работу. Так что впечатление об этом парне у него было не самое лучшее. Высокомерный, выскочка, наглый и прямолинейный. Нет, он далеко не глуп, иначе не смог бы настолько талантливо и безнаказанно злоупотреблять своими полномочиями.       В общем, будем честны, Хисыну он не нравился, и, вероятнее всего, это было взаимно.       — Чего стоишь, у тебя разве нет каких-то своих дел? Если так соскучился по работе, могу предоставить тебе клиентов на сегодня. Ты ведь отказался от нескольких из-за повышенной загруженности, связанной со стажировкой Ким Сону.       — У меня назначена встреча здесь. Через... — Ли заглядывает в экран телефона, — полчаса должен прийти человек. Я ведь могу постоять тут немного?       — Да, никаких проблем, — незаинтересованно бормочет под нос парень, снова печатая ответ кому-то, после чего убирает телефон в карман чёрных джинс, выгодно подчёркивающих его крепкие бедра. И нет, Хисын совсем не рассматривал его телосложение, просто такие вещи слишком цепляют взгляд, — я тоже кое-кого тут жду. И этот невоспитанный сын Сатаны опаздывает.       Хисын не готов продолжать разговор, поэтому оглядывается по сторонам, стараясь избежать явно выжидающего чужого взгляда. Секунду назад этому парню до него не было никакого дела, чего сейчас-то он выглядит настолько настроенным на диалог? Джей делает несколько шагов вперёд, прямо к облокотившемуся о капот машины Ли, останавливаясь в нескольких сантиметрах от него. Хисын, честно говоря, не знает куда себя деть от внезапного внимания с чужой стороны, но в глаза Паку заглядывает спокойно и вполне себе расслабленно.       — Как твой... Чонвон поживает? — поднимает брови парень.       Конечно же, начальство Хисына отлично знало о том, что под его опекой находился несовершеннолетний ребёнок, поэтому нередко делало небольшие поблажки. Однако, иногда подобное внимание к его младшему настораживало, потому что некоторые считали просто своим долгом при любой удобной возможности спросить Ли о жизни подростка. Жизни, которая их никаким боком по сути не касалась.       — Всё как обычно, учится, занимается спортом, — скованно отвечает Хисын, не спеша делиться подробностями.       — Надеюсь, у него всё в порядке. Если что, ты можешь обращаться, я постараюсь помочь чем смогу.       — Спасибо, конечно, но у него всё в норме, так что не стоит.       — Ну как скажешь, — пожимает плечами Пак, но всё также не отходит. Видимо, неразговорчивость Хисына застаёт его врасплох, ведь обычно все работники старались подобраться к начальству поближе, чтобы откусить более лакомый кусочек, получить признание и, с большей вероятностью, повышение.       Хисын был скорее... из тех наивных трудяг, которые для достижения своих целей только упорно работают в поте лица, в его досье всё было предельно прозрачно, ведь он никогда не пользовался какими-то витиеватыми путями. Лишь работа, адский бесконечный труд над собой и своими умениями.       И он, что бы там про таких как он ни говорили, между прочим многого добился.       — Да где там этот идиот потерялся, — ругается про себя Джей, — ненавижу непунктуальных людей. Ты, кстати, кого ждёшь-то? Кого-то из коллег?       — Нет, просто... знакомого.       — А я друга детства... одноклассника, — зачем-то делится парень, — понятия не имею, как вообще с ним связался, но мне позарез надо доехать в одно место, а он сказал, что его знакомый не против подвезти.       — А Ваша машина? — Хисын старается не морщиться, но, честно говоря, то, что ему приходится обращаться на "Вы" и проявлять такую степень уважения к младшему человеку, каждый раз ощутимо било по самолюбию. И это была ещё одна причина не любить Джея. Как бы так, в дополение ко всем прочим.       — Ну она пока в ремонте, — пожимает плечами Пак, заметно оживляясь от того, что собеседник начинает проявлять внимание к диалогу, но кидает взгляд в сторону, тут же поднимая брови, — о, кажется, это он.       Хисын следует за чужим взглядом и чувствует, как его челюсть от удивления ползёт куда-то вниз, а шестерёнки в голове начинают вращаться с утроенной силой, расставляя некоторые вещи по местам. Во-первых, Джейк в клетчатой рубашке и белой футболке выглядит уже не таким важным и деловым и не давит своей харизмой, что не может не радовать. Во-вторых, вспоминая слова Джея об однокласснике, он без труда складывает дважды два, делая вывод, что Шим младше его на год. Кроме того, становится понятно, как он смог пройти в прошлый раз в его офис, и что он делал на остановке в их первую встречу.       Но совсем неясно, какой знакомый и куда собрался их подвозить, раз через полчаса Шим, по идее, должен стоять на этом самом месте, ожидая Хисына.       — Бесит, когда ты так опаздываешь, ты в курсе? — без каких-либо приветствий накидывается на подходящего к парням Джейка Пак, явно ничего не подозревая, — давай быстрее показывай свои наброски, или как ты там это называешь.       — Я тоже по тебе очень скучал, друг, — скептически тянет Шим, не выказывая ни грамма дружелюбия, и проходит мимо Джея, прямо к зависшему Хисыну. И улыбается ему во все тридцать два, причём так искренне дружелюбно, что Ли становится не по себе от заинтересованного взгляда Пака, — привет, Хисын-а, а ты чего так рано?       — Хён, — хмурится Ли в ответ, старательно игнорируя тактично молчащего заместителя директора, — я ведь тебе хён, так?       — Я провёл детство в Австралии и учился в штатах, так что вся ваша корейская система меня мало интересует, — отмахивается Шим.       — Вы знакомы? — не выдержав, вклинивается в чужой разговор Джей, подняв бровь переводит с одного парня на другого вопросительный взгляд.       — Вроде того.       — О, это и есть тот самый парень, из-за которого я приходил к тебе на днях, — улыбается Джейк, словно ребёнок, радующийся тому, что его друзья нашли общий язык, — и машину котрого я случайно подбил на парковке.       — Интересно, — странным тоном проговаривает Джей, а Хисын, как ни старается, не может уловить причины такой загадочности и довольства в чужом голосе, но Пак, долго не церемонясь, тут же всё объясняет, — значит, это он и есть тот самый хороший знакомый, который будет нас подвозить? А мне касалось, что Хисын-хён достаточно занятой для этого.       — Почему это я должен кого-то подвозить? — хмурится Ли, переводя недовольный взгляд на Джейка.       — Потому что я тебя очень хорошо попросил? Пожалуйста?       Оба младших смотрят едва ли не умоляюще, с ярко различимой на дне зрачков надеждой. Хисын касается пальцами переносицы, всем своим видом показывая, как сильно ему не нравится всё происходящее. Да что же это такое? Шим опять развёл очередной цирк, а главным гвоздем сегодняшней программы неизменно становится главный клоун Ли Хисын! Да с каких вообще пор он слепо следует чужой указке и потакает любой просьбе этого самоуверенного парня? Разве не пора прекращать это?       — У меня действительно очень много дел, — серьёзно и с расстановкой проговаривает парень, — и я, в конце концов, не бесплатное такси, чтобы предоставлять подобные услуги в ущерб своему времени.       — Нам по пути, — успокаивает его Шим, — не беспокойся, это не отнимет много времени, кроме того, разве можно отказывать начальству? Ты ведь не хочешь испортить с ним отношения?       — Да мне вообще как-то...       — Окей, раз это так затруднительно для тебя, то ничего не поделаешь, — встревает в разговор Джей, внезапно примеряя на себя роль благодетеля, — в конце концов, если я вызову такси, от меня не убудет, так? Видимо, я был недостаточно компетентен, чтобы вызвать у кого-то вроде Хисына хотя бы малейшую долю симпатии.       Хисын ясно чувствует, как им просто пытаются манипулировать с помощью подобного подхода, но ничего не может поделать с отвратительно въедающимся в кожу ощущением собственного ничтожества. В самом деле, разве лично Джей доставлял ему когда-то серьёзных проблем или, быть может, делал что-то ему назло? Ну подумаешь, строит из себя умника с синдромом короля мира, но его, Ли Хисына, подобное вообще никак не касалось. Это чужая жизнь, и не ему советовать, как ей распоряжаться и вести себя.       В самом деле, он ведь даже со своими проблемами справиться не может.       Как и объяснить своей внезапно отупевшей голове, что этот приём просто нагло используется против него. Не может победить ощущение недовольства собой, как ни старается убедить внезапно лишившуюся дара речи разумную часть мозга в том, что не должен вестись. Он чувствует себя безвольной куклой, когда проговаривает:       — Ладно, так и быть, — отвлекая Джея от телефона, в который тот залез для того, чтобы вызвать машину.       Джейк сияет просто каким-то апрельским солнцем и расцветает на глазах. Дальше происходят не совсем понятные Хисыну вещи. Джейк снимает с плеча тубус - и как только он раньше его не заметил? - и жестом просит всё ещё облокачивающегося бёдрами о капот Ли отойти. Парень послушно отходит, а Шим достаёт из футляра какие-то чертежи... автомобильных деталей? Джей несколько секунд с явно понимающим видом осматривает нисколько не понятные Хисыну запчасти, после чего принимается задавать вопросы по поводу вида, расположения и материала всех начерченных частей. Для Хисына весь их разговор точно китайская грамота, и уже через несколько минут он даже не пытается скрыть скучающего вида от постоянно бросающего в его сторону взгляды Джейка.       Хисын случайно ловит один из таких, как бы невзначай брошенных взглядов, и ему становится не по себе от ярко горящих, невероятно живых и точно шимер на солнце блестящих глаз Шима. Он выглядит не просто как мастер своего дела, он словно по уши поглощён всем происходящим, он рассказывает Джею обо всех улучшениях, проводит подробный анализ и ориентируется в этом вопросе как будто всю жизнь только этим и занимался. Словно в этом состоит сам смысл его существования, и ничего другого он не знает и не видит в этот момент.       И Хисын невольно проникается... уважением к его явно адскому труду, к его компетентности и осознанности. И, конечно же, его увлечённости. Не то, чтобы Джейк в принципе ему симпотизировал, но в этот момент Ли ловит себя на мысли о том, что не такой уж он простой и легкомысленный. И далеко не глупый. Хисын будто видит в этот момент настоящего Джейка, а не простой весёлый образ, который он предоставляет чужим взглядам. Ему кажется, что он проникает в какое-то запретное место, в неясном чужом разговоре он слышит неожиданное откровение, и это... пугает.       Сама идея того, что он настолько ошибался в этом человеке, вдруг заставляет ноги подкоситься, а дыхание прерываться, потому что Хисын, не понимая как объяснить это ощущение, чувствует, что Джейк делает это осознанно именно так. Что он может не проявлять столько нездорового, но совсем не поддельного интереса и внимания к тому, о чём говорит, но специально делает всё возможное, чтобы пригвоздить не только Хисына, но и слегка растерявшегося от такого пыла Джея, к земле. Показывает своё господство над ними, так, что Хисыну уже не кажется, что это просто парень, разбирающийся в автомобилях - это целое море безграничных возможностей, протекающее в чужих венах вместо крови.       Потому что такие люди, как Джейк, отличаются от Хисына. От Джея. От Чонвона, от Ники, от Кея, вообще ото всех, кого когда-либо знал Хисын. Это не человек, а оголённый провод, готовый в любой момент обездвижить любого, кто выкажет хотя бы малейшее сомнение в нём. И он одним только взглядом бьёт под кожу Ли тысячей вольт, ведь всё это представление он затеял только для одного человека. Хисын это чувствует, но не уверен, что готов принять подобные старания на свой счёт.       — Значит, в следующий вторник я жду тебя со своими ребятами, и мы опробуем эту задумку, но только если ты сможешь найти эти детали, — задумчиво потирает подбородок Джей, — потому что я за подобное не берусь, ты знаешь.       — Потому что ты слишком глупый, чтобы по одному только виду отличить оригинал от очень хорошей подделки? — насмешливо подкалывает его Джейк, пока Хисын пытается разобраться в своих ощущениях, стоя в паре метров от них. И Шим снова кидает на него слишком красноречивый взгляд, что нисколько не помогает Ли в его трудной схватке с самим собой и своими собственными мыслями.       — Потому что я не одержим этим так, как ты, — отвечает Джей.       — Ты просто не любишь ходить по лезвию, вот и скучаешь всю жизнь.       — Не все могут поставить на кон всё, что имеют, ради одной только идеи того, чтобы чувствовать себя особенным.       Джейк поджимает губы, молчаливо показывая своё несогласие с чужой точкой зрения, но Хисын почему-то каким-то шестым чувством понимает, что это и есть то, что описывает Джейка. Он знает его чертовски мало, но уже готов с уверенностью заявить, что этот человек из числа тех, кто не знает слова нет и никогда не довольствуется малым. Кто не боится сгореть, прыгнув в костёр, абсолютно уверенный в том, что он сможет его перемахнуть.       — Не болтай глупости, — Ли теряется, потому что Джейк уводит недовольный взгляд, точно боясь, что Хисын заглянет через его глаза в душу и прочитает там всё, что он никогда не станет говорить.       С каких это пор вообще все органы чувств Хисына обострились настолько, что он может так чётко и ярко ощущать происходящее? Словно он читает каждую эмоцию по слишком подробному отчёту, а не испытывает это всё на себе.       — Ладно, поехали уже, а то некоторым не по себе от твоего максимализма, — как-то весело проговаривает Джей, поглядывая на Ли, явно по-своему понимая его волнение, — я, впрочем, ни капли не удивлён, потому что ты и правда бываешь слишком, Джейк.       — Успокой свою токсичность и не выставляй меня каким-то безумцем.       — Если бы я это сделал, был бы прав на все сто, знаешь ли, но в мире нет такого слова, которое бы в полной мере передало степень твоего сумасшествия.       Хисын молча проходит к своему водительскому месту, лишь красноречиво качая головой, когда Шим тянется к ручке пассажирского сиденья.       — Это место Чонвона, — объясняет он, когда все усаживаются на места, — вы слишком долго разговаривали, так что мне придётся сначала отвезти его, а потом уже разбираться с остальными делами. Надеюсь, лишние полчаса не сыграют особой роли.       — Нет, всё в порядке, — отвечает за ракскрывшего явно для возмущения рот Джея Джейк, — хотя таксистом ты был бы хреновым, потому что никаким пассажирам не понравится стоять в последнем месте списка.       — Я работаю бесплатно, так что радуйся, что я вообще согласился хоть в какое-то место этого списка тебя поставить.       Шим пожимает плечами в ответ, а Джей недовольно супится, но молчит, явно неохотно принимая такой ход событий. Но Хисын, между прочим, не виноват, что его заставили пойти на это против воли, так что не чувствует и грамма стыда за такое пренебрежение. В конце концов, его самого даже не спросили о том, чего он хочет.       И если Хисын принимает происходящее как очередную подставу судьбы - то есть совершенно спокойно, ему не привыкать - то Чонвон подобной покладистостью не хвалится. Потому что он подросток, и, впрочем, в любой истории должен найтись самый смелый несогласный, так ведь?       — Это кто? — стальным тоном, даже не поворачивая назад головы, спрашивает Ян, стоит ему занять своё место рядом с Хисыном.       — Не обращай на них внимания, — отмахивается Ли. Это, между прочим, в какой-то степени даже несправедливо, потому что какое вообще право имеет младший требовать от него каких-то ответов в настолько грубой форме, никак не пытаясь скрыть того, что он явно не в восторге от происходящего.       — Они твои друзья?       — Да.       — Нет, — отвечает Хисын, и смотрит на довольного собой Джейка через зеркало, — просто знакомые, попросили подбросить их кое-куда.       — С каких пор ты подрабатываешь таксистом?       — С сегодняшнего дня, видимо.       — Не хочешь нас представить? — внезапно раздаётся какой-то слишком оживлённый голос Джея, — я давно хотел узнать, что из себя представляет этот прекрасный ребёнок, о котором наслышан весь офис.       Хисын едва заметно сжимает пальцы на переключателе передач, и давит в себе желание сжать зубы. Он не хочет, потому что понятия не имеет, что на самом деле эти двое из себя представляют, но точно уверен, что если их что-то заинтересует, то они исполнят свою прихоть во что бы то ни стало. А давать кому-то плести из Чонвона сети, как это произошло сегодня с ним, не было никакого желания.       — Зачем?       — Эй, мне вообще-то тоже интересно, — ожидаемо, подаёт голос Джейк.       — Не понимаю, что тебе тут интересно.       — Ян Чонвон, приятно познакомиться, — выдаёт парень, на секунду повернувшись, но, едва встретившись с двумя практически орлинными взглядами, тут же отворачивается обратно.       — Мне тоже очень приятно, — Хисын спиной чувствует улыбку в голосе Джея, — так ты учишься в школе? Я слышал, ты ещё и тхэквондо занимаешься.       — Да, — неохотно подтверждает Ян.       — Трудно, наверное, совмещать спорт с учёбой.       — При желании не так уж сложно, — тон Чонвона становится немного мягче, но настороженные нотки из его голоса не пропадают.       — С таким подходом ты далеко пойдёшь. Уже решил, кем хочешь быть по жизни?       — Космонавтом.       Джейк внезапно прыскает от смеха, и Хисын, заглянув в зеркало, также ловит беззвучную улыбку Джея, после чего обречённо вздыхает. Сейчас-то они и поймут, как далеко пойдёт Чонвон на самом деле, при этом с просто звериной дозой вежливости послав подальше всех, кто как-либо поставит под сомнения его возможности.       — Это смешно? — Ян резко оборачивается назад, острым взглядом пробегая по двум улыбающимся лицам, — что забавного в этом? Я не шутил. Я действительно с детства мечтаю попасть в лётную школу, и в этом не вижу ничего забавного.       — О... — неловко переглядывается с Джеем Джейк.       Что же, Хисын с гордостью отдаёт главную роль в представлении Паку, а сам забирает свой счастливый билетик на первый ряд этого цирка. Как выгодно, однако, всё обернулось.       — Я действительно подумал, что ты пошутил.       Чонвон фыркает, отворачиваясь, и всю оставшуюся дорогу молчит. Джею удивительно повезло с порога оказаться у Яна в немилости, он, кажется, поставил рекорд по скорости попадания в чёрный список слишком экспрессивного младшего.       Прощается с сидящим на задних местах парнями Чонвон прохладно, никак не оценивая стараний Джея выглядеть дружелюбно. Да и имеет ли это вообще значение? Они, по идее, больше никогда и не встретятся, так что придётся Паку смириться, что для кого-то он навсегда останется в немилости. Шима, судя по всему, такое положение вещей не особо волнует.       — Мы с ним ещё подружимся.       Хисын возмущённо смотрит на занимающего переднее пассажирское сиденье Шима, краем глаза замечая отдаляющуюся фигуру Джея. Пак уверенно заходит в двери небольшого, но явно хорошего клуба, о чём говорит качественная вывеска и стоящие в дверях охранники. Кажется, он где-то слышал это название, но сейчас не может припомнить ничего, кроме слов о том, что это место точно не для простаков. Ну кто бы сомневался, что Джей пройдёт в подобное заведение без проблем, как свой.       — С чего ты взял, что вы вообще ещё увидитесь?       — Ну, ваши жизни тесно связаны, так?       — Да, но наши с тобой жизни как небо и земля.       — Ну это легко исправить, — улыбается Джейк.       — Я уже говорил, что я не хочу, и мне это не нужно, — отрезает Хисын, на что парень лишь пожимает плечами, видимо, решив не спорить сейчас, но с таким видом, словно остаётся при своём мнении, — адрес?       — Знаешь кафе "Незабудка"?       — Адрес салона, — уточняет Ли, — и хватит ходить кругами, это уже порядком надоедает.       — Я очень проголодался, — Джейк опускает уголки губ, всем своим существом стараясь изобразить экранизацию слова "страдание", — ты, вроде как, освободился от очень важных дел? И наверняка тоже устал и проголодался. Посидим в кафе, я получу своё долгожданное свидание, ты отдохнёшь и вкусно поешь, по-моему никто не останется в минусе, так?       — Хрен с тобой, — плюёт на дальнейшие препирательства Хисын.       В самом деле, что изменится от одного жалкого "свидания"?